36. ЭНДРЮ

Эндрю запер шкаф для документов и оглядел кабинет, с помощью своей идеальной памяти удостоверившись, что все находится ровно на тех же местах, где лежало, когда он пришел. Потом мрачно зыркнул в сторону окна. И почему, казалось, в каждом из своих последних планов он либо торчал на крыше, либо свисал с веревки? Он даже не хотел здесь быть. Он подверг риску Аарона, скинул спасение Нила на остальных, и это все точно не входило в список его желаний. Но у него был план: получить их заработанные деньги и наказать Лютера, и для этого нужно было проникнуть в его кабинет в Финансовом районе. Мало кто из Лисов мог посоревноваться с Эндрю во вскрытии сложных замков, да и к тому же у него идеальное алиби — прямо сейчас он стоит прямо напротив Лютера на Гудмедбридже. Здесь почти не было охраны — наверняка почти всю Лютер увел с собой, чтобы вернуть свою любовницу и попытаться схватить Эндрю. Он был почти полностью уверен, что их маленькое представление даст Лисам легко скрыться, но все равно не успокоится, пока не прикоснется к Нилу и не удостоверится, что тот в безопасности. Эндрю подошел к окошку. Большие окна одной из стен выходили прямиком на улицу, он же воспользовался маленьким, выходящим в переулок. Распахнув его, издал короткий свист, и с крыши свесилась веревка. Он стиснул зубы, прикрепляя ее к карабинам на боках, а затем закрыл глаза и осторожно выбрался наружу. Руки дрожали, поэтому на то, чтоб запереть окно, потребовалось чуть больше времени, чем обычно. Он начал подъем, а Робин помогала в меру сил, подтягивая веревку. Он был почти уверен, что она знает о том, что он не любит высоту, но у девушки хватило тактичности ничего об этом не говорить. Она помогла ему добраться до той крыши, к которой они приставили лестницу, изображая трубочистов. Эндрю спустился на землю, а Робин больше нравилось передвигаться по городу, носясь по крышам, точно как кое-какой придурок (Нил), так что он пошел к лодке, оставленной недалеко в канале, один. Скинув комбинезон трубочиста, он надел пальто, в котором смог бы сойти за посыльного. Ему бы очень хотелось отправиться к Западному Обручу, чтобы самолично проверить, как все прошло, но силой воли он заставил себя медленно, но уверенно грести в сторону складского района, держась ближе к окраине города. Он уверенно двигался по району к убежищу, куда Аарон должен был привести Нила сразу, как только они выберутся из той западни, что им безусловно устроит Лютер. Но он вошел в убежище, а там никого не оказалось, и у него перехватило дыхание. Уже почти пробило пять, а значит они должны были прийти сюда уже давно. Он расхаживал по комнате, лихорадочно обдумывая варианты. Он не знал, схватил их Лютер или напал кто-то еще. Не стоило исключать и того варианта, что Аарон и Нил поцапались в пух и прах, и Аарон, разозлившись, ушел, оставив Нила одного. И пусть у него было невероятное желание пуститься на поиски в тот же час, искать вслепую было глупо. Ему придется дождаться темноты, вернуться на Черную Вуаль и узнать, что произошло. Даже если схватили абсолютно всех, пришла бы Робин и рассказала обо всем, что узнала. Уже пробило шесть, когда он услышал неясную возню и звук шагов на лестнице. У него в руке был нож, и он мгновенно оказался на ногах. Первым поднялся Аарон. Эндрю уставился на него: у брата почему-то были черные волосы, кровоподтек на виске и брызги крови на одежде. Нил двигался следом, в руках он сжимал трость Эндрю, а видом напоминал жертву маньяка: волосы взлохмаченные и грязные, вокруг горла — кольцо темно-фиолетовых гематом, одежда же насквозь пропитана кровью. Эндрю схватил Нила за рубашку и притянул его ближе. — Что произошло? — требовательно спросил он. — Дрейк, — ответил Аарон. Эндрю обернулся к нему, так и не отпустив Нила. Он вернул зажатый в руке нож в ножны, а затем потянулся к синяку на лице Аарона. Его разум замер. — Он прикасался к тебе? — это была единственная мысль. Если Дрейк добрался до Аарона после всего, что он сделал, чтобы этого не допустить… Брат, казалось, поразился его видимому беспокойству, но он никогда не понимал мотивов Эндрю. — Нет, Эндрю, — тихо ответил он. — Он ударил меня и схватил за горло Нила, но я размозжил ему голову твоей тростью. Эндрю с облегчением выдохнул и уточнил: — Он мертв? Ты убил его? Аарон сердито пожал плечами. — У меня, знаешь ли, выбора особо не было, когда твоя Тень, — слово он это выплюнул, как проклятие, — опять совал нос не в свои дела, а потом на него еще и напали. Он отошел в дальний угол, уселся, прижавшись спиной к стене, положил голову на поднятые колени и обнял ноги руками. Эндрю снова перевел взгляд на Нила, ища другие травмы. Тот только закатил глаза. — Дрейк организовал встречу в Складском районе, мне это показалось подозрительным, — прохрипел он. — Я просто делал то, за что Ваймак мне платит. — У тебя голос звучит так, будто ты прополоскал горло гравием. Где еще ты ранен? — Я в порядке, — ответил Нил. — Это кровь Дрейка. — А Лютер? Он что-то с тобой делал? Глаза парня почти незаметно блеснули. — …Нет. Я в порядке. — Не лги мне. Нил пристально взглянул на Аарона, и Эндрю смягчился. Он в конце концов вытянет ответы из Нила, но не станет заставлять его выдавать секреты перед Аароном. Он попытался представить, что Нил мог скрывать от него и почувствовал, как по его телу разливается напряжение. — Эндрю, — твердо произнес тот. — Я не ранен. Тогда он решил на время оставить эту тему и потащил Нила туда, где успел спрятать его одежду и ножи. Нил вернул ему трость, наспех оттертую от крови, а затем забрал одежду и ведро с водой, чтобы вымыться в соседней комнате. Эндрю не хотел выпускать его из поля зрения, но и вторгаться в личное пространство не стал бы. Он крепко сжал трость, пытаясь успокоиться, а потом направился к Аарону и застыл рядом, пока тот не соизволил поднять глаза. Брат немного проворчал, но все же поведал Эндрю о произошедшем: они сбежали, затерявшись в устроенном хаосе, как все и планировалось, потом прогремел взрыв, и Аарон не дал им вернуться назад. После этого Нил заметил Дрейка там, где его совершенно точно не должно было быть, и смог подглядеть за его встречей с представителями картеля, распространяющего юрду. Дрейк застал их врасплох, напал, они его убили, Нил перекроил ублюдка, а потом они оставили его тело у канала. Пока Аарон рассказывал, Нил скользнул в комнату, но только молча рассовал ножи по своим местам, заговорив только тогда, когда монолог закончился. — Кэсс не знала о встрече. Никто не знает, что он там был, и никто не знает, что он мертв. Все возможные варианты завертелись в мозгу Эндрю. Он не мог ничего сделать Дрейку, пока тот прятался за спиной Кэсс, так что даже не думал о его убийстве. Лисы не потянули бы полномасштабную войну с Воронами, а Кэсс наверняка жестоко отомстила бы за смерть сына — единственного человека, о котором она, кажется, правда заботилась. Он знал, что убийство Дрейка будет важной частью его мести Кэсс, но не планировал, что это произойдет так скоро. У него не было другого варианта, нужно пользоваться возможностью сейчас: Кэсс внезапно осталась безо всех своих самых важных помощников, но Эндрю тоже был в невыгодном положении из-за конфликта с Лютером. — Он сказал… — начал Аарон, отвлекая Эндрю от потока мыслей. — Он сказал, что ты убил женщину, которая хотела продать меня ему. Эндрю моргнул. — Мы говорили тебе об этом, — произнес он. Вскоре после того, как Нил присоединился к Лисам, он рассказал Эндрю, что Дрейк встречался с Тильдой, матерью близнецов. Она снова была вся в долгах, и Дрейк, видимо, решил купить Аарона. Именно тогда Эндрю понял, что пора начинать приводить в действие свой план по возмездию Кэсс, потому что она могла разрешить сыну сделать это только в том случае, если ей нужен рычаг давления на Эндрю. Он знал — она боится, что Лисы встанут во главе банд Бочки. Чтобы остановить этот заговор, они с Нилом убили Тильду и вынудили Ваймака подписать контракт с Аароном и оплатить его учебу в обмен на работу на банду. Реакция Аарона на смерть Тильды правда его удивила, а особенно его самозабвенная вера в то, что во всем виноват Нил. Как понял Эндрю, Аарон считал, что если бы Нил не влезал в чужие дела, а просто делал свою работу, если не прознал бы о сделке между Тильдой и Дрейком, то ничего плохого бы не случилось. Иногда Эндрю до сих пор поражался тому, как некоторые умудрялись так умело прятать голову в песок. Теперь, глядя на лицо брата, он с уверенностью мог сказать, что тот никогда по-настоящему не верил, что Тильда может его продать, пока это не подтвердил сам Дрейк. — Она и глазом не моргнула, когда продавала меня, а мне было семь, — прорычал он. — Почему бы ей не продать тебя, когда тебе было семнадцать? Аарон лишь молча покачал головой, и Эндрю почувствовал, как внутри закипает ярость. Все, что он когда-либо делал, было только для того, чтобы помочь брату: уберечь его от жизни в банде, пока думал, что он счастлив с их матерью, после — спасти от ужасного существования, когда узнал, что никакого счастья там не будет, оградить от любой неприятной работы, которую он должен был выполнять, когда присоединился к банде. — Эндрю, — тихий голос Нила отвлек его от нарастающего гнева. Он быстро пересек комнату, оставив Аарона. Он внимательнее оглядел Нила теперь, когда тот вымылся и надел свою одежду. Эндрю схватил его за подбородок, поворачивая голову, чтобы лучше рассмотреть синяки. Удовлетворившись, провел ладонями по его рукам и груди, проверяя, не скрывает ли он какие-то травмы. — Ты похудел, — заметил он, обратив внимание на то, как одежда висит на его теле. Эндрю передал ему что-то съестное из запасов, спрятанных вместе с одеждой и ножами. — Они тебя не кормили? Нил небрежно повел плечом. — Не кормили ничем, куда бы не засунули дурь, — легко сказал он. Эндрю напрягся, и тогда парень заверил: — только успокоительное и снотворное. Я в порядке. — Тогда почему ты выглядишь так, словно вообще не спал? Нил закатил глаза. — Потому что не ел еду с наркотиками. Я же не дилетант. — Да, ты заложник с огромным опытом, — сухо ответил Эндрю. — Замечательный повод для гордости. Нил улыбнулся. — Я завел парочку друзей. — Сомневаюсь. Никто не любит умников. Улыбка парня стала шире. — Кроме тебя. — Вы можете прекратить ваш мерзкий флирт? — кисло спросил Аарон с другого конца комнаты. — Отъебись, мудак, — мгновенно отбрил Нил. — Я же ничего не говорю, когда ты строишь Кейтлин свои жалкие влюбленные глазенки. — Не смей о ней говорить! — прорычал Аарон, тут же глотая наживку. — Ты не имеешь на это право, когда я только что спас тебя от Дрейка! — Значит, теперь мы квиты, — холодно вымолвил Нил. Аарон моргнул, будто до него вдруг дошло, что это правда. — Ты мне все равно не нравишься, — проворчал он, глядя на него исподлобья. — Взаимно, — высокомерное выражение лица Нила полностью соответствовало его тону. Эндрю фыркнул. — Да, могу представить, насколько похитители были очарованы твоей милой натурой, — он потянулся, схватил Нила за воротник и ощутимо потянул на себя. Тот открыл было рот, но Эндрю прервал его. — Помолчи. Твой голос звучит просто ужасно, — он дернул его еще раз. — У нас есть пара часов, а потом пора будет уходить. Тебе нужно поспать, — Нил покачал головой, но Эндрю остался на своем. — Следующие пару ночей отдохнуть не получится, мы будем заняты — у меня есть кое-какие планы касательно Лютера. А еще что-то подсказывает мне, что Мэтт, Кевин и остальные не оставят тебя в покое. Поспи. Я прослежу, чтобы все было в порядке. Тот чуть сгорбился, уступая усталости, а затем поплелся в угол и свернулся калачиком. У Эндрю перехватило дыхание, когда он осознал, пусть и не в первый раз, насколько ему доверяет Нил. Эндрю устроился рядом с парнем, будто сторожевой пес, метнул убийственный взгляд в ответ на усмешку Аарона, а затем принялся успокаивающе гладить Нила по волосам. Он почувствовал, что где-то глубоко внутри что-то успокоилось: Нил вернулся, Нил в безопасности.

***

Было уже поздно, когда они вернулись на Черную Вуаль. Эндрю дал Нилу поспать пару часов, а потом разбудил. Они тихо разговаривали, Эндрю делился планами по поводу Лютера и размышлял, что делать со смертью Дрейка. Он не дал себе зациклиться на том, что тот правда мертв. Он осмыслит это позже. Сейчас нужно было сосредоточиться на другом. Приглушенный разговор с Нилом успокоил его больше, чем он хотел признавать — тот так легко вернулся к их привычному партнерству, слушая и выдвигая предложения, и это дарило покой. С Нилом все хорошо. Нил рядом. Ему хотелось провести наедине хотя бы пару минут, без Аарона, делающего вид, что не подслушивает их разговор, но Эндрю должен был догадаться, что, как только они вернутся, такой возможности не будет. Их приезд встретили счастливые крики Лисов, и Нила тут же сцапали и не выпускали. Эндрю сжимал и разжимал кулаки, приказывая себе успокоиться, позволяя друзьям Нила хватать его и обнимать. Он с любопытством пронаблюдал, как парень приблизился к Ники, передал ему какую-то бумагу и тихо заговорил. Ники после этого выглядел так, будто его вот-вот стошнит, но спрятал листок в карман. Как только все немного успокоились, Эрик стал серьезнее и повернулся к Эндрю. — У нас большая проблема. — А когда это у нас их не было? — отозвался Аарон. — Вы были недалеко от Западного Обруча, когда разорвались последние бомбы? — спросила Рене. — Ага, — кивнул Нил. — Я хотел вернуться, но Аарон сказал, что это очень глупо. — Хорошо, что он тебя надоумил, — подала голос Элисон. — Это была Свита Мясника. Они охотятся на гришей, о которых знают. Они охотились на Рене. Нил побледнел настолько резко, что Эндрю стал искать рану, из которой разом вытекло столько крови. Ему понадобилось больше времени, чем должно было, чтобы заметить, что Нил не дышит. Он схватил его за затылок и мигом усадил на пол, заставляя опустить голову между колен. — Дыши, Нил, — приказал он. Тот попытался сделать пару вдохов, но прерывался на икание, так что попытки эти оказались бесполезны. — Прекрати, — тихо скомандовал Эндрю. Нил то ли хмыкнул, то ли фыркнул, но в конце концов это помогло ему сделать дрожащий вдох. После еще нескольких глубоких вдохов он обмяк и согнулся пополам. Эндрю оглядел обеспокоенные лица других. — Вон, — рявкнул он. Кто-то попытался спорить (Мэтт, Дэн и Кевин), но либо передумали вступать в конфликт в его нынешнем состоянии, либо их выпроводили те, у кого был хоть какой-то здравый смысл (Рене и Тея). Через пару мгновений они остались одни. Эндрю оторвал голову Нила от ног, позволяя уронить себе на плечо и не отпускал его затылок, заземляя. Нил уткнулся лицом в его шею, но руки оставил на коленях. — Эндрю, — прошептал он. — Эндрю… я… я должен уйти. Эндрю почувствовал, как его накрывает страх. — Ты никуда не пойдешь, — твердо сказал он, сжимая шею Нила. — Мой… мой отец… — Он из Свиты Мясника? — предположил Эндрю. Как-то Нил признался, что скрывается именно от Свиты Мясника, но ни разу не упомянул своего отца. Он считал, что Нил и его мать-равкианка бегут от работорговцев, потому что оба они — гриши, но теперь, зная о том, что Нил — каэлец, понял, что все оказалось куда сложнее. Нил издал какой-то сдавленный звук. — Он и есть Мясник, — произнес он с таким усилием, словно каждое слово пришлось выдавливать. Что ж, ладно. Этого Эндрю не ожидал. Он подумал что это многое в Ниле объясняло — он гриш, но сын человека, который гришей ненавидит. Мать Нила пала в его глазах еще ниже. — Эндрю, он убьет меня. Я должен уйти. — Я ему не позволю, — прорычал он. — Он убьет каждого, кто встанет на его пути, чтобы добраться до меня. Я не могу подвергнуть Лисов такой опасности. — Он не знает, что ты здесь. Он приехал из-за Кевина. — Эндрю, я не могу. — Нил, — сказал он резко. — Доверься мне. Тот оторвал лицо от шеи Эндрю и чуть откинулся назад, чтобы встретиться взглядом. — Я доверяю, — серьезно ответил он. — Я знаю, что ты выполнишь свою часть сделки. Но что, если я свою — не смогу? — Почему не сможешь? — спросил он в замешательстве. Нил отвел глаза, ерзая руками по коленям. — Ну… Лютер… я… — Что он сделал? — потребовал Эндрю. Нил вскинул голову, решительно глядя в глаза. — Он угрожал, что перережет мне сухожилия и переломает ноги. Эндрю стало плохо. Нилу нужна была способность легко двигаться — он мог чувствовать себя спокойно, только если знал, что в любой момент может сбежать. — Тогда ты бы пришел за мной? — бросил парень с вызовом. — Если бы я больше не мог быть твоей Тенью? Если бы я стал сломанным и бесполезным? — Какой же ты тупой, — сказал Эндрю. Вот что беспокоило Нила. Лютер смог задеть его, верившего, что Эндрю когда-нибудь сможет его бросить. — Я бы пришел за тобой. Каким бы разбитым, каким бы окровавленным ты ни был, я приду. А если не смогу прийти, то приползу к тебе. А потом мы вместе будем пробиваться наружу, потому что именно так мы и делаем. Вот, кто мы есть. Ты мой и никто никогда, никогда не отнимет тебя у меня. Нил уставился на него широко открытыми глазами, а Эндрю потянулся вперед, пока их лбы не столкнулись. — Останься, — вымолвил он. — Хорошо, — прошептал Нил. — Я останусь. По крайней мере, пока.