46. НИЛ

Лисы собрались в главной комнате номера Рэнди. Они сдвинули кресла и диваны поближе, полукругом разместив у кресла, на котором раньше сидел Эндрю, и втиснулись на образовавшиеся места. Нил устроился чуть подальше от сгрудившихся тел, на подоконнике. Разум его все еще был спутанным от разделенных с Эндрю поцелуев. Теперь он мог понять, почему мать так яростно защищала его от романтического интереса — это отвлекало, делало одержимым. У него почти что закружилась голова, и ему потребовалось собрать всю волю в кучу, чтобы сконцентрироваться, хотя, может, обезболивающее, которое он выпил, чтобы облегчить боль от ожога, тоже добавляло тумана в сознание. Он наблюдал, как остальные устраиваются поудобнее. Мэтт бросил на него вопросительный взгляд, и Нил кивнул со словами: — Я в порядке. Лицо Мэтта расплылось в широкой ухмылке, Элисон закатила глаза, а Дэн с раздражением и нежностью покачала головой. Нил перевел взгляд на Аарона, усевшегося рядом с Кейтлин. Тот глядел на брата так, будто обнаружил в нем что-то, чего раньше не замечал. Нил слышал их спор. Усталость и разочарование Эндрю привели к тому, что он высказал близнецу куда больше своих мыслей, чем обычно, и Нил подумал, что, может, у него наконец получилось достучаться до Аарона. После смерти Дрейка тот стал более вдумчивым и менее резким, и Нил надеялся, — только ради Эндрю — что недопонимание братьев длиной в вечность, вызванное нежеланием Эндрю открываться и нежеланием Аарона слышать, в конце концов развеется. Как только Лисы расселись, в нетерпении пялясь на Эндрю, тот начал обрисовывать свой план. — Все это время мы играли по правилам Лютера, — сказал он. — Мы прятались и позволяли ему диктовать условия. Пришло время взять контроль в свои руки. — Если мы не будем прятаться, нас всех либо арестуют, либо убьют, — заметил Эрик. — Если нам не предложат защиту, — возразил Эндрю. — Сейчас в городе абсолютно все пытаются нас отыскать, — напомнила Элисон. — С чего бы кому-то предлагать нам защиту? — Мы используем против них самые священные законы для общества и религии. Что самое важное в Керчии? — Торговля, — ответил Ники. — Именно, — кивнул Эндрю. — А какое право и Торговый совет, и Церковь отстаивают за каждого человека, ступившего на керчийскую землю? Лица абсолютно всех растерянно вытянулись, и они принялись озираться друг на дружку в поисках ответа, в основном поглядывая на тех, кто родился в Керчии. Нил решил им подсказать. — Право продавать свои услуги. Элисон ткнула в его сторону пальцем. В ее глазах отразилось понимание. — Как только кто-то на законных основаниях объявит о своем решении подписать контракт с денежным вознаграждением за свою работу, Торговый совет, городская стража, Церковь и даже Совет приливов обязаны, согласно самым строгим законам нашей страны, защищать этого человека, пока не закончится аукцион, — объяснила она остальным. — Значит, мы все собираемся продаться в добровольное рабство? — поинтересовалась Тея крайне скептически. — Нет, — сказал Эндрю. — Только Кевин. Тот тут же зашипел: — Мне нельзя. Меня может купить кто угодно. Что помешает Ичиро, Свите Мясника или фьерданцам меня выкупить? — Само собой, мы сфальсифицируем аукцион, — терпеливо пояснила Дэн. — Верно, Эндрю? — Вроде того, — согласился тот. — Я уверен, что равкианцы с удовольствием заберут тебя себе. Кевин нахмурился, но нерешительно кивнул. — За него могут предложить десятки миллионов крюге, — заметила Рене. — А мы уверены, что у Равки есть такие деньги? Или что они готовы потратить так много? — Скорее всего, нет, — произнес Эндрю. — Именно поэтому их профинансирует Торговый совет. — Именно Торговый совет и отвечает за проведение аукциона, — нахмурился Ники. — Они не могут давать деньги кому-то из участников торгов. Это незаконно. — Они не будут знать о финансировании, — и под пустые взгляды остальных Эндрю продолжил: — Кевин написал в керчийский Торговый совет письмо с просьбой о помощи, верно? И они выбрали проигнорировать его, боясь разрушить нейтралитет. Но Лютер решил, что Кевин и его способности стоят рисков. Он знает, что как только широкой общественности станет известен секрет усилителей, появится огромный спрос на кораллы. И Торговый совет это знает. Как только Кевин объявит о желании выставить себя на аукцион, они смогут действовать в открытую. — И инвестируют в коралловые рифы? — догадался Ники. — Именно. Мы создадим консорциум кораллов, ищущий инвесторов. Все, что нужно от нас — предоставить возможность, дальше все сделает их жадность. — И мы возьмем вложенные ими деньги и передадим их Равке? — спросил Эрик. — Почти все, — сказал Эндрю. — Конечно, мы возьмем процент. Как делают банки. — А это не будет подозрительно — ни с того, ни с сего появляется консорциум кораллов? — не поняла Дэн. — И нам нужен представитель. Кого мы можем взять? Лютер знает почти всех нас. — Есть кое-кто, — загадочно ответил Эндрю. — Этот кое-кто приехал из Нового Зема в город пару дней назад и остановился в самом дорогом номере отеля «Гельдреннер». Прошло пару мгновений, и до Мэтта дошло. — Нет! — выкрикнул он. — Ты не станешь вот так использовать мою мать. — Я уже сказала, что помогу, Мэтти, — вмешалась Рэнди, прислонившаяся к стене и до этого тихо слушающая. Тот не сдавался. — Я почти уверен, что даже самый тупой член Торгового совета сможет отследить связь между Рэнди Бойд и Мэттом Бойдом, преступником, ориентировки на которого развешаны по всему городу. — Но в «Гельдреннере» не регистрировался никто под именем Рэнди Бойд, — с ложной невинностью отметил Эндрю. — Рэнди Бойд по приезде поселилась в небольшой гостинице в Университетском районе и забронировала билет на корабль из Кеттерадама на следующий же день после того, как средь бела дня попала в засаду вместе с сыном. А вот Стефани Уокер, земенская представительница консорциума кораллов «Реддин», зарегистрировалась в «Гельдреннере» несколько дней назад. Ее видели в отеле за обедом. — Стефани Уокер? — переспросила Рене. К удивлению, пояснила все Дэн. — Это один из псевдонимов Эбби. У них с Бетси и Ваймаком есть парочка на случай, если им когда-нибудь вдруг нужно будет внезапно исчезнуть. Это еще с тех пор, как мы были корсарами и боялись, что за нами могут вести охоту. — Я же говорил тебе, что он тобою воспользуется, — с горечью в голосе обратился Мэтт к матери. — А я говорила, что с радостью пойду ради тебя на любую опасность, — напомнила она, а потом с улыбкой продолжила: — более того, я уже и так укрываю беглецов. Раз я буду пособницей, то могу побыть и соучастницей. — И как это вообще должно сработать? — полюбопытствовал Эрик. — Рэнди запросит за вступление в фонд совсем небольшую сумму — скажем, два миллиона крюге. Но можно вложить и больше. Это вовсе необязательно, но они ведь не дураки. Кевина хотят заполучить шуханцы, фьерданцы и каэльцы. И всем им нужны усилители. Так что, пока равкианцы не победят в аукционе, цена на кораллы будет расти. Жадность совета одержит верх. Думаю, мы получим минимум по пять миллионов крюге с каждого члена совета. — Всего их тринадцать, — припомнил Ники. — Это шестьдесят пять миллионов крюге. — Может и больше, — размышляла Элисон. — Даже если предположить, что это сработает, — начала Тея, — а городская стража и Совет приливов обязуются защитить Кевина, сможем ли мы и правда гарантировать его безопасность? — Конечно же, не сможем, — отрезал Эндрю. — Если только не засадим его в какой-то непробиваемый пузырь. Риск будет всегда. Но это безопаснее, чем сидеть и ждать, пока нас поймают, как крысу в мышеловку. — Я бы не стала так уж надеяться на содействие Совета приливов, — подала голос Кейтлин. — Они не появлялись на людях сколько? Лет двадцать пять? — Того, что они могут вмешаться, уже достаточно, — отмахнулся Эндрю. — Так и что? — наседала Тея. — Мы просто спровадим Кевина на аукцион в гордом одиночестве и будем надеяться, что с ним все будет нормально? — Нет, мы пойдем с ним. — И что помешает городской страже нас схватить? По закону они будут защищать только Кевина, — выразил сомнения Мэтт. Ники покачал головой. — Торговый совет будет его представителем. Но Кевин вправе выбирать собственных телохранителей на время аукциона. Защита распространяется и на них. — С Кевином на сцену поднимемся Эрик, Тея и я, — кивнул Эндрю. — Сцену? — не поняла Рене. — Аукционы проводятся в Церкви Бартера, прямо под бдительным оком Гезена, — презрительно бросила Элисон. — Ты хочешь, чтобы я вышел на сцену и встал перед всеми этими людьми? — переспросил Эрик. — Если меня узнают фьерданцы, то потребуют отдать меня им. Да и не думаю, что шуханцы сейчас в восторге от действий Теи. — Они не смогут схватить вас до окончания аукциона, — пояснил Эндрю. — А потом? — не унималась Тея. — А потом — отвлекающий маневр. Дэн нахмурилась. — Ладно, они отвлекутся. Но ведь никуда не денутся. После аукциона мы все равно столкнемся со всеми бандами Бочки, — она принялась загибать пальцы, — Свитой Мясника, Кэсс, шуханцами, фьерданцами, Лютером и городской стражей, — и сама поразилась количеству недоброжелателей. — Список врагов и правда внушительный, — хмыкнул Эрик. — За это полагается награда? Элисон пожала плечами. — Может, смерть. — Есть то, чего Кеттердам боится больше, чем банд Бочки, Свиты Мясника, шуханцев, фьерданцев и городской стражи вместе взятых, — продолжил Эндрю. — То, чего жители этого города боятся больше, чем чего бы то ни было. И Рене им это организует.

***

Уже снова стемнело, когда Нил покинул отель. Все утро Лисы засыпали Эндрю вопросами и обсуждали детали плана. День же потратили на сон. Он отдохнул пару часов, а потом молча пробрался мимо развалившихся в номере друзей. Он отправился к башне с часами, где Эндрю курил у окна. — Робин только что ушла, — сказал парень не глядя, когда Нил добрался до башни. — Она передала мои сообщения Ваймаку и троянцам. — Хорошо, — ответил он тихо. Когда Эндрю больше ничего не сказал, то продолжил: — Я тоже пойду. Эндрю продолжал молча сидеть. Нил ждал ответа, но его не последовало. — Я буду осторожен, — произнес он в конце концов. — В прошлый раз ты говорил то же самое, — напомнил Эндрю. — У людей моего отца нет ни средств, ни влияния, чтобы напасть на посольство. Буду держаться крыш. Я буду в порядке. Эндрю не ответил, но протянул к нему руку. Нил приблизился и позволил ему притянуть себя ближе для яростного поцелуя. — В этот раз не дай никому разбить тебе лицо, — выдохнул он. Нил улыбнулся. — Я скоро вернусь, — пообещал и скрылся в ночи. До таверны у посольства Равки, где Рене и Эбби встретились с королем, было недалеко, но Нил двигался в темноте куда медленнее и осторожнее, чем обычно. Он не лгал, когда сказал Эндрю, что люди отца вряд ли будут его поджидать, но все равно продолжал видеть фигуру Лолы в каждой тени. Наконец он добрался до таверны и проскользнул через заднюю дверь. В его сторону тут же бросилось несколько охранников, но Нил произнес пароль, которым с ним поделилась Рене. Его провели в подвал, в большую круглую комнату, где обнаружились Эбби с Бетси (он не был уверен, что они здесь окажутся, но не удивился — понимал, что Ваймак при возможности отправит их в какое-то безопасное место из-за того, что в городе засела Свита Мясника), человек с царственной осанкой — наверное, король Риманн — и дядя Стюарт. Стюарт глядел на него несколько долгих мгновений и только потом отреагировал: — Твою же мать, — выругался он. — Натаниэль? Нилу удалось не вздрогнуть. — Сейчас уже Нил, — сказал он. — Нил, что с твоим лицом? — обеспокоенно обратилась Эбби, приближаясь к нему с вытянутыми руками. Стюарт ее проигнорировал и резко спросил: — Где Мэри? Нил тяжело сглотнул и покачал головой, глядя на дядю. — Три года назад, — выдавил он так, словно слова из него выдрали силой, а потом переключил внимание на Эбби. — Кое-кто из Свиты Мясника на меня напал. Она ударила меня по лицу медальоном, покрытым каким-то веществом, жгущим, как кислота. Она сказала, что целитель мне не поможет, что теперь это клеймо позволит любому узнать во мне гриша. Он заметил, как Эбби на секунду замерла от удивления, когда он признался в своих способностях, но Бетси выглядела невозмутимой. Он всегда избегал ее именно по этой причине: ее острый ум позволил бы легко узнать его секрет. Эбби стряхнула с себя удивление и снова потянулась к его лицу. Он почувствовал на щеке характерный зуд, указывающий на применение силы целителя, но Эбби лишь продолжила хмуриться. — Я знаю только одно вещество, которое не позволяет целителю заживить раны, — медленно пробормотала она и обернулась на Бетси через плечо. Нил посмотрел на покрытое шрамами лицо женщины, на ее повязку и все понял. Шрамы Бетси невозможно было убрать. Их оставили ничегои, гигантские крылатые демоны, жившие в Тенистом Каньоне — полосе абсолютной тьмы, которая рассекала Равку, пока Кейли Дэй не уничтожила ее. — Тенистый Каньон исчез больше двадцати лет назад, — резко отрезал король Риманн, когда понял, что имела в виду Эбби. — Но до этого просуществовал более ста лет, — спокойно заметила Бетси. — Мы знаем, что Дарклинг и его монстры совершали во время гражданской войны, — она указала на свое лицо, все еще хранящее следы пыток, совершенных под командованием Дарклинга. — Мы не можем исключать, что кто-то мог собрать их яд. Лицо короля прорезали глубокие морщины. — И теперь они с помощью этого яда клеймят гришей? — он повернулся к Стюарту. — Ты слышал о подобных услугах на черном рынке? Что мы можем сделать? — Ну, вы могли бы перебить Свиту Мясника, — сухо предложил Нил. Затем, заметив взгляды, брошенные на него дядей и королем Равки, откашлялся. — Э-э… Я имел в виду, вы могли бы перебить их, ваше высочество? — поправился он. Короля Риманна, кажется, все больше забавляла его неловкость, но Стюарт был зол. — Я убью твоего отца сразу же, как увижу, — пообещал он. — Хорошо, — коротко кивнул Нил. — Ну, а пока у нас есть идейка, как навсегда похоронить секрет усилителей Кевина, но для этого нам нужна ваша помощь. Король приподнял бровь и подался вперед. — Я слушаю, — вымолвил он.