Пробуждение

      Утром Ойкавы в комнате нет, что довольно ожидаемо. Кагеяма лениво сползает с чужой кровати, чудом сохранившей их очертания, и с нежностью прижимает пальцы к губам. Это был не сон.       На столе он находит записку и клубничный леденец. Все, как когда-то в школе. Сердце начинает бешено биться.       «Смотри, не опоздай на игру! Ты должен увидеть мой триумф! Р.S. Конфета отравлена, не ешь. В избавлении от конкурентов все средства хороши».       Знакомый и давно забытый почерк заставляет в груди трепетать еще сильнее. Тобио любовно складывает записку и прячет на самое дно сумки, чтобы точно не потерять. Конфета отправляется туда же, но не потому, что он боится умереть от яда.       На улице уже толпятся команды и болельщики. Даичи, вооруживших оранжевым флажком, торопит участников команды собраться вместе, чтобы обсудить стратегию. Завтрак Тобио благополучно проспал.       В команде всего шесть человек. Савамура, Цукишима, Кагеяма, Хината, Танака и Сугавара. Нишинойя остается с рацией у диспетчерского пульта, показывающего движения участников, Азумане уходит в комиссию, которая будет следить за порядком среди болельщиков. Девушки и остальные сотрудники «Карасуно» занимают места на трибунах перед большим экраном, который будет транслировать происходящее в лесу с сотни расставленных там камер. Организаторы действительно расстарались на славу.       Правила игры были довольно простыми: один из участников команды прячется в лесу с флагом, не имея возможности передвигаться. Остальные должны мало того, что всеми силами охранять свой флаг и не подпускать к нему соперников, так еще и пытаться захватить флаги других команд. Драки запрещены. При обнаружении члена чужой команды, нужно умудриться оставить на нем специальную метку в виде цветного кружка, обозначающую, что игрока нашли и вывели из игры. Организаторы сразу предупредили, что липкие кружочки снять не получится. Каждая метка к тому же оснащена передатчиком.       Шое решают оставить с флагом, чтобы он не запорол своими воплями выслеживание противников. Члены команды понимают, что с хитростью Ойкавы, расчетливостью Ушиджимы и обаянием Куроо у них мало шансов на победу. Но сдаваться раньше времени никто не планирует.       Даичи и Рюноске остаются вблизи спрятавшегося под большим валуном Хинаты, чтобы отбиваться от противников. Остальные должны будут выследить членов других команд и, естественно, попытаться захватить флаг. Общим решением было принято выждать некоторое время, чтобы более сильные соперники выкинули из игры как можно больше участников. О выбывших им должен будет сообщить Ю по рации.       Первыми, как ни странно, выбывают Киндаичи, Яку, Тендо и Ширабу. Тендо явно выдал себя сам, потому что бегать по лесу ему лень. От этой мысли улыбка Кагеямы становится шире. К концу третьего часа команда лишается замешкавшегося Сугавары. Игра идет неспешно и сильно затягивается. Нишинойя по рации объявляет, что определенных местах в лесу припрятана еда, и объявляется час перемирия. За это время нельзя никого ловить и ставить метки.       На полянке, где спрятан стратегический запас для «Карасуно», тихо и нет ветра. Им действительно повезло, что нет дождя, иначе в понедельник бы на работу никто не вышел. Тобио падает на жухлую траву рядом с Кеем. Танака, схватив несколько пакетов, уносится в лес, чтобы накормить Шое, которому все так же нельзя двигаться с места. Даичи тоже забирает свой паек и направляется в чащу, потому что ему показалось, что он нашел место, где прячется Кенма. Кей и Тобио вновь остаются наедине.       — Куда ты вчера пропал после ужина?       — Спать пошел.       — Все нормально?       — Да, а что?       — Ничего.       Снова тишина, окутанная неловкостью. Тобио сложно смотреть на Кея как раньше. Он вспоминает часы, проведенные вместе в больнице, как Цукишима не отходил от него дома. Все редкие разговоры в офисе, так или иначе происходившие между ними, короткие взгляды, случайные касания в курилке. Теперь сложно не придавать этому значения, как он делал раньше.       — Я тебе нравлюсь?       — Ответ очевиден.       — Почему раньше не сказал?       — А ты что-нибудь бы оценил или понял? Ты ослеплен влюбленностью в Ойкаву и ничего не видишь вокруг.       — Как ты…       — Догадался? О, это несложно. Ты думаешь, что ты непробиваемый и холодный внешне. Может, это и так. Но то, как ты на него смотришь… Если у меня и были какие-то сомнения на этот счет, то они давно уже развеяны по ветру.       — И много кто такой же наблюдательный?       — Не думаю… мне все это видно просто потому, что я смотрю. На тебя. На него.       — Извини…       — За что? Я у тебя ничего не прошу. Мы можем дальше недолюбливать друг друга на людях. Мои чувства ничего не меняют.       — А ты бы хотел?       — Чего? Чтобы это что-то значило? Думаю, тут тоже ответ очевиден.       «Парни, час истекает. Заканчивайте обед, пора выдвигаться в бой!»       Кагеяма подумает об этом всем. Но не сейчас.       Тобио бесцельно бродит по лесу. Их стратегия подразумевает не вмешиваться, пока на поле не останется минимум соперников и пока кто-то из них не захватит флаг чужой команды. Он слоняется, не зная, чем себя занять, продумывает план, как будет гоняться за кем-то, вертит в кармане оранжевые кружочки меток. А следом прислушивается и прячется в тени густых зарослей.       — Я прошу тебя, давай оставим этот разговор на потом.       — Тут нет камер.       — Да срал я на камеры! Сейчас не то время. И место тоже не то. И что мне мешает сейчас поставить на тебя гребаный передатчик?       — Ставь. Ничего не мешает.       Ойкава злобно приваливается к дереву. Ушиджима стоит рядом с ним и курит.       — Я ведь уже сказал, что работать к тебе не пойду. Мусор твой меня не интересует с тех сторон, за которые ты вцепился. Просто оставь меня в покое! Хочешь, уговорю Иваизуми перейти к вам? Ему бы польстил целый этаж ассистентов.       — Мне не нужен Хаджиме. Мне нужен ты.       — Мы ходим по кругу, Ушивака.       — Не называй меня так.       — Боже, просто налепи уже на меня кружок и давай разойдемся мирно. Этот разговор ничем хорошим не закончится. Как всегда.       — Налепи сам. Передатчики в кармане. Я же сказал, что не притронусь к тебе. Подожду, пока ты сам.       — Иди на хер, Ушивака.       — Я уйду, а ты еще раз подумай. Обо всем. Не только о работе.       — Иди…       Ушиджима уходит. Ойкава ждет еще какое-то время и тоже срывается в лес, что-то предварительно выслушав в наушник. Игра в разгаре. Тобио предпочитает оставаться незамеченным.       Еще через час Нишинойя кричит в рацию, что «Аоба Джосай» захватили флаг «Некомы» и та выбывает из игры. На лес начинают спускаться сумерки, а это значит, что все слишком затянулось. Им даже не выдали фонарики, потому что посчитали, что все закончится быстро. Из игры выходят Танака и Савамура.       Кагеяма сталкивается в лесу с оставшимся в игре Кеем. Они должны разделиться, чтобы охранять Хинату, но тогда шансы на захват других флагов резко сокращаются. От команд соперников тоже практически ничего не осталось.       — Я видел Ойкаву в лесу. Их осталось двое. Он и охраняющий флаг Хаджиме. Точнее теперь два флага. Нам нужно добраться до Иваизуми и выкрасть флаги, тогда можно считать, что победа в кармане.       — Что с «Шираторизавой»?       — Там тоже двое — Ушиджима и Гошики. Но они затихарились. Скоро станет совсем темно, мы рискуем потеряться.       — Шое вполне может посидеть без охраны. Если не начнет плакать от страха — его никто не найдет. Давай разделимся.       Снова сигнал в наушнике. Вакатоши нашел Хаджиме. В игре осталось две команды.       — Он должен передать флаги Цутому, это прописано в правилах… Нужно немедленно выследить его. Пока он доберется до Шое, пройдет какое-то время. Если мы выведем его из игры, то для них все кончено. Останется только найти Гошики в лесу.       Они разделяются и бегут в разные стороны. План до безумия прост, их стратегия в кое-то веки сработала.       В сумерках идти по лесу гораздо сложнее. Камеры, развешенные на деревьях, могут служить ориентиром, но ничем не помогают. Кагеяма уже представляет, как глупо его лицо смотрится на экранах. Интересно, Тоору следит за игрой?       Он слышит хруст веток, ругань, а потом треск в наушнике — Цукишима выбыл из игры. Да, вашу ж мать!       Он выбегает на поляну, где Кей все еще стоит прижатый к дереву, с пурпурной меткой на плече. Он должен подкрасться незаметно, чтобы приклеить кругляшок к Вакатоши. Главное, чтобы Кей не выдал его присутствие.       — Где сидит ваш рыжий?       — А почему я должен вам говорить?       — Игра почти завершена. Я могу просто найти Кагеяму и вывести его из игры, это будет равносильно победе.       — Не будет, пока вы не найдете флаг.       Стараясь не издавать лишнего шума, Тобио медленно подбирается к мужчинам, приготовив заранее метку. Ушиджима занят размышлениями, поэтому является лакомой мишенью, лишенный бдительности. Цукишиме хватает выдержки и самообладания, чтобы не смотреть на Тобио, почти вплотную уже к ним приблизившегося. Несколько секунд и на предплечье Вакатоши ложится метка.       — Вы выбываете, Ушиджима-сан.       Кей расслабленно опускает голову. Вакатоши медленно поворачивается, готовый уже нарушить все правила и выгрызть победу нечестным путем, но сдерживается.       — Я обещал Тоору тебя не трогать. Цутому в трехстах метрах отсюда на восток. Иди, забирай флаги. Игра затянулась.       Вакатоши уходит в чащу леса.       — Я тоже должен уйти. Мы не можем пойти вместе, таковы правила.       — Иди, не потеряйся. Я достану чертовы флаги. Интересно, что нам преподнесут за победу.       Кей ласково проводит Тобио по щеке. Тот не успевает дернуться, а только ошарашенно на него смотрит. Улыбнувшись, Цукишима уходит в лес.       Найти Гошики труда не составило, как и вернуться с флагами к Хинате. Тот мило дремал в кустах, прижав к себе оранжевый треугольник, как самую ценную в мире вещь. Тобио легонько трясет коллегу за плечо, говорит ему о победе, и лес озаряется радостными криками. Тут же в наушник Нишинойя официально объявляет, что игра закончилась. Они победили!       Я сделал это для тебя. Только для тебя. Моя победа — твоя. Я дарю ее тебе. Я дарю тебе себя.       

***

      На ужине все чествуют победителей. Вопли Хинаты слышно даже на Альфе Центавре. Он кружит Ячи в танце, целует ее и посвящает ей свою победу. Смелый и храбрый мальчик, отсидевшийся в укрытии.       Все едят и пьют. Ничего нового. Казалось, что это будет продолжаться самой ночи, пока в зал ресторана не влетает запыхавшийся и очень напуганный Тендо.       — Ушиджимы нигде нет! Кто-нибудь вообще его видел?       Моментально становится очень тихо. В том, что Сатори не шутит и не разыгрывает никого, сомнений нет. Он не самый надежный человек по этой части, потому что привык в шутку издеваться над всеми, но сейчас весь его вид кричит о том, что дело серьезное.       — На камерах в лесу его нигде нет! Метка «Карасуно» выведена из строя! Он вообще выходил из леса?       Первым в себя приходит Хаджиме. Вылетает из ресторана, снеся по пути пару тарелок. За ним стартует еще несколько человек. Кагеяма, не чувствуя ног, тоже направляется на выход, ощущая за собой бегущую толпу. Краем глаза он замечает стоящего у входа Ойкаву. Его лицо не выражает вообще ничего, что на Тоору не похоже. К нему подлетает Кей и кричит прямо в ухо:       — Ойкава-сан, выйдите из оцепенения! Бегом в лес!       У входа в темную чащу все получают фонарики.