V-9

      Слова вырвались из губ раньше, чем Чонгук успел осознать их смысл. Он всё ещё придерживал Джонхёна за талию, не позволяя ему сделать ещё один шаг к краю. — Давай покончим собой вместе. На несколько секунд всё вокруг будто застыло. Даже шум воды внизу словно стал тише. Джонхён смотрел на него широко раскрытыми глазами, будто пытался понять, действительно ли услышал эти слова. А потом резко оттолкнул Чонгука. — Не говори так! Он отскочил назад на несколько шагов, словно от самого Чонгука исходила опасность. Его лицо мгновенно изменилось. Глаза потемнели, дыхание сбилось, а рука резко взлетела к голове. — А-а… Он пошатнулся и опустился на колени. Пальцы сжали волосы. Боль накрыла его так внезапно, что он даже не смог понять, откуда она пришла. — Нет… нет… Чонгук испугался. Он тут же опустился рядом. — Джонхён! Но стоило ему приблизиться, как Джонхён ещё сильнее отпрянул. — Не трогай меня! Чонгук замер. Он никогда не видел его таким. Не видел, чтобы человек буквально пытался спрятаться от собственного сознания. — Что с тобой?.. Джонхён тяжело дышал, всё ещё держась за голову. А потом поднял глаза. И в его взгляде было что-то такое, от чего сердце Чонгука остановилось. — Ты… Голос Джонхёна дрожал. — Ты ведь убил его… Чонгук перестал дышать. — Что? — Ты убил Тэхёна. По щекам Чонгука медленно покатились слёзы. Когда-то эти же слова произносил Юнги. И тогда душа Чонгука действительно болела. Но сейчас… Сейчас эти слова произнёс человек, который стоял перед ним с глазами Тэхёна. С тем же запахом лаванды. С тем же лицом. С той же улыбкой. Пусть изменившимся. Пусть чужим. Но слишком знакомым. Его сердце словно раскололось на куски. Чонгук всё равно протянул руку. — Я не хотел… Джонхён резко ударил по его руке. — Почему? Он попытался подняться. — Почему ты его убил? Чонгук ошеломлённо отвернулся. Губы дрожали. Он закрыл рот ладонью, пытаясь подавить всхлип. Но не смог. Медленно отойдя от Джонхёна, он сел рядом с надгробием. И закрыл лицо руками. На камне перед ним было имя человека, которого он оплакивал четыре года. Человека, которого он считал потерянным навсегда. — Да… Голос едва слышно сорвался с его губ. Он опустил руки. Посмотрел на могилу. — Я его убил. Слова разнеслись эхом между скалами. Вода внизу стала сильнее биться о камни. Ветер трепал одежду. Где-то вдали послышался шум подъезжающей машины. Звуки двигателя постепенно приближались, но Чонгук словно перестал их замечать. Машина принадлежала Юнги. Фары всё ещё освещали траву и надгробие. Дверь резко открылась. Юнги вышел из машины. Он собирался что-то сказать, но замер, увидев Джонхёна. На одну короткую секунду весь мир для него остановился. Он смотрел на знакомое лицо. На глаза. На волосы. На человека, которого не должен был видеть здесь. Юнги будто забыл, как дышать. Но затем его взгляд переместился на Чонгука. И боль сменилась яростью. Он подошёл к нему, схватил за шиворот и резко поднял. Удар пришёлся в лицо. Чонгук упал на траву. Удар был сильным. Но даже он не мог сравниться с тем, что несколько секунд назад произнес Джонхён. Чонгук даже не попытался подняться. Он лежал, глядя в небо. А затем вдруг засмеялся. Сначала тихо. Потом громче. Смех перемешивался со слезами. — Так я был прав… Он прикрыл глаза. — Он жив… Смех становился всё более истеричным. — Я знал… Юнги уже не слушал его. В стороне Джонхён снова скрючился от боли. Он обеими руками держался за голову. — Заткнись… Юнги мгновенно повернулся. — Джонхён! Он бросился к нему и осторожно придержал за руку. На кончике языка уже было другое имя. Имя, которое он произносил тысячи раз. — Тэхён… Слово застряло в горле. Юнги заставил себя взять себя в руки. Сделал голос спокойнее. — Ким Джонхён… с вами всё хорошо? Джонхён тяжело дышал. Но вместо ответа лишь сильнее сжал голову. Смех Чонгука продолжал разноситься по кладбищу. Он смеялся сквозь слёзы, будто окончательно потерял способность различать радость и боль. — Заткнись… Джонхён зажмурился. — Заткнись… Юнги посмотрел на Чонгука. В его взгляде читалось предупреждение. — Замолчи. Но Чонгук словно не слышал. Он был уверен только в одном. Тэхён жив. Даже если он не помнит его. Даже если сейчас зовётся Джонхёном. Даже если в его памяти от Чонгука не осталось ничего. Он заставит его вспомнить. Юнги помог Джонхёну подняться. — Поехали. Джонхён не сопротивлялся. Он позволил Юнги посадить себя в машину. Через несколько секунд автомобиль исчез за поворотом. А Чонгук остался один. Чонгук всё ещё лежал на траве, свернувшись калачиком. Он смотрел в небо. Холод постепенно добирался до костей. Пробирался под одежду, проникал внутрь, будто пытался заполнить ту пустоту, которая давно поселилась в его груди. Он даже не чувствовал, насколько замёрз. Рядом появилась тень. Чонгук не испугался. За годы, проведённые в психиатрической больнице, он уже привык к подобному. Иногда Тэхён появлялся рядом. Иногда просто сидел. Иногда улыбался. Иногда гладил его по голове. Иногда говорил с ним. Сегодня тень тоже легла рядом. Она провела рукой по его волосам, словно пыталась успокоить. Чонгук закрыл глаза. На мгновение ему показалось, что он снова чувствует знакомое тепло. Но затем он открыл глаза. Перед ним были карие глаза. Те самые. Чонгук долго смотрел на тень. — Если ты Тэхён… Он сглотнул. — То он кто? Тень молчала. Просто смотрела на него. Чонгук сжал губы. За проведённые в больнице годы его состояние не стало лучше. Наоборот. Иногда ему казалось, что он всё дальше уходит от реальности. Тени появлялись из ниоткуда. Голоса звучали рядом. Иногда они разговаривали с ним. Иногда он чувствовал присутствие Тэхёна настолько отчётливо, что мог почти поверить — тот действительно находится рядом. Но сейчас… Сейчас впервые возник вопрос, на который даже его собственное сознание не могло дать ответ. Он снова посмотрел на тень. — Кто из вас Тэхён? Ответа не было. Чонгук провёл ладонью по лицу. Слёз уже почти не осталось. Глаза опухли и болели. — Кто из вас, чёрт возьми, Тэхён? Тишина. Только ветер. Только море. Только холодная могила рядом. Чонгук даже не помнил, как добрался до машины. Он не помнил, как открыл дверь. Не помнил, как сел. Когда открыл глаза, понял, что лежит на заднем сиденье. Машина всё ещё стояла возле заброшенного здания. Он несколько минут смотрел в потолок, пытаясь собрать мысли. Затем медленно поднялся. Его взгляд остановился на заранее приготовленных баллончиках с краской. Он взял их и вышел из машины. Заброшенное здание встретило его привычной тишиной. Перед ним всё ещё оставалась старая картина. На одной половине — закат. На другой — космос. Когда-то они рисовали её вместе. Два разных мира, соединённых одной стеной. Чонгук провёл пальцами по старым линиям. Краска местами облупилась. Некоторые цвета почти исчезли. Он открыл баллончик. И начал проходить по рисунку снова. Освежал старые линии. Восстанавливал цвета. Будто вместе с ними мог вернуть что-то из прошлого. Будто если картина снова станет такой, какой была тогда, время тоже повернётся назад. Когда закончил, Чонгук долго смотрел на неё. — Я всё ещё помню… Он достал телефон. Набрал номер Юнги. К его удивлению, тот впервые за долгое время поднял трубку. — Что тебе надо? Услышав знакомый суровый голос, Чонгук почувствовал облегчение. Но оно продлилось всего несколько секунд. Злость вернулась с новой силой. — Чёрт возьми, почему ты скрывал, что он жив? На другом конце повисла тишина. — Почему ты обвинял меня в его смерти? Юнги тяжело выдохнул. — Потому что он мёртв. Чонгук застыл. — Нет. — Его нет, Чонгук. Голос Юнги стал жёстче. — Он мёртв. Понял? Руки Чонгука задрожали. Телефон выскользнул из пальцев и упал на сиденье. Дыхание резко сбилось. Он судорожно начал искать ингалятор. Пальцы плохо слушались. Несколько секунд ушло только на то, чтобы найти его и восстановить дыхание. Когда приступ немного отступил, он снова взял телефон. — Он жив. Голос дрожал. Но теперь в нём звучала уверенность. — И он вернётся ко мне. На другом конце раздался резкий треск. По-видимому, Юнги от злости что-то сломал или с силой поставил на стол. — Он не вернётся к тебе. — Ты не можешь знать. — Я знаю. Юнги говорил ледяным голосом. — Ты забыл мои слова? Чонгук молчал. — В той жизни я позволил тебе быть рядом с ним. Пауза. — Но в этой жизни я не дам тебе даже приблизиться к нему. Чонгук сжал телефон. — Ты не смеешь! Голос дрогнул. Он хотел продолжить, но Юнги перебил: — Что, если это не Тэхён? Чонгук замолчал. — Ты будешь с ним? Юнги продолжил: — Забудешь о Тэхёне? Эти слова заставили Чонгука впервые по-настоящему задуматься. — Что, если это и вправду кто-то другой? Чонгук ничего не ответил. Он никогда не позволял себе думать об этом. Потому что если допустить хотя бы такую возможность… Всё снова разрушится. Он вспомнил их разговор. Джонхён действительно был похож на Тэхёна. Слишком похож. Но кроме черт лица и запаха лаванды в нём было слишком много чужого. Он говорил иначе. Смотрел иначе. Двигался иначе. Его характер был другим. Даже мимика. Даже грубость. И креветка… Тэхён никогда не смог бы спокойно съесть её. Но Джонхён съел. И даже не дрогнул. Чонгук закрыл глаза. В памяти всплыли все моменты их встречи. Каждая мелочь. Каждое несовпадение. Но сердце всё равно отказывалось принимать правду. — Это он. Голос стал твёрже. — Это мой Тэхён. Юнги сорвался на крик: — Что, если это не он?! Чонгук стиснул зубы. — Что ты сделаешь? Юнги замолчал. На несколько секунд в трубке повисла тишина. Чонгук повторил вопрос: — Что ты будешь делать, если это не он? Юнги долго не отвечал. А затем совершенно уверенно произнёс: — Даже если это не Тэхён… Пауза. — Я хочу быть с ним. Чонгук замер. — Поэтому держись от него подальше. Голос Юнги стал жёстким. — В этот раз я не позволю тебе. В трубке стало тихо. По-видимому, Юнги отключился. Чонгук медленно опустил телефон. Бросил его на заднее сиденье. А затем со всей силы ударил ладонями по рулю. — Чёрт… Он тяжело дышал. Закрыл глаза. Перед ним снова возникло лицо Джонхёна. — Это он… Слова прозвучали почти как молитва. — Это должен быть Тэхён. Чонгук вернулся в офис всё ещё разбитым. В голове перемешались события последних дней. Джонхён. Могила. Юнги. Тэхён. Слишком много вопросов. И ни одного нормального ответа. На его письмо пришёл очередной отказ. Чонгук даже не удивился. Но благодаря своим каналам он уже успел узнать многое об этой компании. О JYP Entertainment. О Чимине. О Джонхёне. О людях, которые окружали их. Чем больше он узнавал, тем сильнее убеждался, что здесь скрывается что-то важное. На мгновение задумавшись, Чонгук взял свой костюм. Переоделся. Сел в машину. И направился в Сон-Дон, где располагалась компания JYP Entertainment. Встреча заранее не была запланирована. Поэтому, приехав, Чонгуку пришлось обратиться на ресепшен. Девушка за стойкой вежливо улыбнулась. — Добрый день. Чонгук ответил на приветствие лёгким кивком. — Добрый день. Я хотел бы встретиться с Пак Чимином. Девушка проверила расписание. — У вас назначена встреча? — Нет. — Тогда, к сожалению, я не могу вас пропустить без подтверждения. Чонгук спокойно посмотрел на неё. — Я подожду. Девушка слегка растерялась, но кивнула. — Конечно. Чонгук сел в кресло. Ждать пришлось недолго. Из-за угла появился Чимин. Он шёл, поедая снек, а его каштановые волосы были взъерошены. Увидев Чонгука, Чимин сразу отвёл взгляд. Но уйти уже не смог. Девушка за ресепшеном заметила его. — Господин Пак… Чимин остановился. Поняв, что избежать встречи не получится, он гордо поднял подбородок и подошёл. Девушка уже открыла рот, чтобы объяснить ситуацию, но Чонгук опередил её. — Чимин. Чимин посмотрел на него. — Я насчёт Джонхёна и Тэхёна. На лице Чимина почти незаметно промелькнула тревога. Он быстро отвёл взгляд. Но голос сохранил спокойствие. — Давай в мой кабинет. Чонгук последовал за ним. Пока они шли по коридору, он постоянно осматривался. Искал взглядом знакомое лицо. Искал Тэхёна. Чимин заметил это. — Директор Ким сегодня не придёт. Чонгук остановился на секунду. Но ничего не ответил. Они вошли в кабинет. Из панорамных окон открывался вид на город. Чимин сел на диван. Чонгук последовал его примеру. Положил документы на стол и сел напротив. — Я знаю, что… — Давай так. Чимин перебил его. Он смотрел прямо на Чонгука. — Что ты хочешь? Пауза. — Сотрудничество? Чимин чуть прищурился. — Или Джонхёна? Вопрос ошеломил Чонгука. Он не ожидал, что всё будет настолько очевидно. Его план был другим. Напугать их. Показать, что он обладает информацией, которую они не хотят видеть в открытом доступе. А потом подписать договор. Чтобы оказаться ближе к Тэхёну. Ближе к Джонхёну. Ближе к правде. Чонгук усмехнулся. — Ты даже не хочешь услышать, какой у меня компромат? Чимин не отвёл взгляда. Иногда он убирал волосы с глаз, иногда смотрел в окно. Но ни на секунду не выглядел растерянным. — Если ты пришёл ко мне, значит, у тебя есть что-то, чему я не могу отказать. Чонгук кивнул. — Верно. Он немного помолчал. — Ну, если ты так хочешь… Чонгук положил руки на колени. — Мне нужен договор на шесть месяцев. Чимин поднялся со своего места. Подошёл к столу. — И это всё? Он усмехнулся без радости. — Я подпишу столько договоров, сколько попросишь. Положил ладонь на стол. — Даже в деньгах тебя закопаю. Чимин посмотрел прямо на него. — Но после этого ты даже не должен приближаться к нему. Чонгук откинулся на диван. Всем видом показывая, что разговор о деньгах его не интересует. — Ты думаешь, мне нужны деньги? Он усмехнулся. — Да вообще ваша компания была самой никчёмной. О вас только начали узнавать. Чимин фыркнул и закатил глаза. Затем снова сел. — Что ты хочешь? Он посмотрел на Чонгука уже серьёзнее. — Ты даже не знаешь, как он страдал. Чонгук промолчал. — Хочешь вернуть ему былые времена, причиняя ему боль? Голос Чимина стал жёстче. — Не боишься, что он повторит то, что было? Вопрос повис между ними. Чонгук сжал пальцы. Он сам не понимал, что именно пытается сделать. Не понимал, действительно ли Джонхён — Тэхён. Если это он, тогда кто лежит в Тэгу? Кого похоронили под его именем? Почему Юнги лжёт? Почему Джонхён ничего не помнит? Почему они скрывают правду? Пока Чонгук не разберётся во всём этом, он не отступит. — Он мой. Чимин резко поднял взгляд. — Он не твой, чёрт возьми! От громкого голоса Чонгук ошеломлённо посмотрел на него. Чимин тяжело дышал. — Он теперь Джонхён. Он сделал паузу. — Понял? Чонгук молчал. — Ты просрал своё… Чимин не договорил. Он перевёл дыхание. Взял бутылку воды. Медленно отпил. Поставил её обратно на стол. И только после этого продолжил: — Три месяца. Чонгук поднял глаза. — Что? — Три месяца. Чимин говорил спокойно, но каждое слово звучало как условие, которое нельзя нарушить. — Ты ничего не будешь говорить о Тэхёне. Чонгук напрягся. — Если Джонхён примет тебя таким, какой ты есть, я не буду вмешиваться. Пауза. — Если не примет… Чимин посмотрел ему прямо в глаза. — Ты больше не попадёшься нам на глаза. Чонгук несколько секунд молчал. Затем достал заранее подготовленные бумаги. Положил их перед Чимином. Тот даже не удосужился внимательно прочитать договор. Взял ручку. И подписал. Чонгук забрал документы. Они оба одновременно поднялись. Но прежде чем кто-либо успел выйти, дверь кабинета открылась. На пороге стоял Джонхён. Он подпер одной рукой дверной косяк. Глаза были широко распахнуты. Он переводил взгляд с Чимина на Чонгука. Потом на бумаги, лежащие на столе. На его лице читалось искреннее непонимание. Несколько секунд никто не произносил ни слова. А затем Джонхён тихо спросил: — Что это всё значит?