Часть 5

Чуя сам не помнил от чего проснулся. И несмотря на то что предположений по этому поводу могло быть много: легкая встряска, спровоцированная неровной лесной тропинкой, по которой теперь катил их джип, солнечный свет, ударивший в глаза сквозь густую листву смешанного леса за окном, или же внезапное окончание весьма сумбурного сна - он по какой-то причине склонялся к самому неочевидному из них: острое плечо в песочном плаще, на котором, видимо, еще недавно покоилась его голова, чуть дернулось вбок. Это событие закономерно побудило встрепенуться обостренные недосыпом рефлексы, а уставшие нервы усилили эффект, заставив его распахнуть глаза еще до непосредственного пробуждения. Классика. Заспанный мозг с легким отставанием принялся анализировать окружающую обстановку, когда родной привычный голос над ухом буднично произнес: - Чуя спал около 153 минут. Ха! Дазай тоже звучал заспанно! 6:4 - произнес мысленно Чуя, не желая ввязываться в очередную перепалку, из которой все равно не выйдет победителем - счет неравен; но это лишь пока; пусть только мумия дождется основных действий, пусть только ситуация позволит оказаться им на поле боя. Тогда у жалкой скумбрии не будет шансов. А в данный момент стоило употребить все усилия на то, чтобы окончательно проснуться без двойного эспрессо под рукой. Задачка не из легких, но головная боль, притупленная кратким сном, решила затаиться где-то в затылке и дать ему пару часов форы, что уже служило немалым облегчением. Накахара с удовольствием размял плечи. - Твои слюни остались на моем плаще. Вот черт. Умеет же этот идиот все испортить. И ведь вновь придется играть в его игры. - Почему тогда не согнал меня? - лицо кирпичом, бровь дугой, и пусть отвяжется. - Использовал как подушку, - произнес Осаму, надо сказать, довольно безразличным тоном. Неужели он не предвидит патовость реплики? очевидность грядущей ответки? Или специально готовит засаду... В любом случае, у Чуи нет времени изворачиваться. - Ну и нехер в таком случае жаловаться, - припечатывает мафиози и нашаривает упавшую во время сна шляпу. - Это так, к слову. А вообще, мы уже приехали. И, не успевает Чуя поразиться внезапному, добровольному(!) отказу Дазая от им же затеянного диспута, машина резко тормозит и застывает посреди "смешанного, негустого, активно подвергающегося антропогенному влиянию леса около нижней границы города". - Я как всегда прав, - нараспев произносит скумбрия и распахивает черную дверцу. Лыба до ушей, только вот в глазах ни намека на блеск. Даже искусственный. Мертвые и пустые.. черт, да он просто по-глупому палится. - Шел бы ты нахер с правотой своей, - ворчит Чуя, также выходя из машины и хмуро оглядываясь на водителя, что уже которую минуту сверлил их взглядом через зеркало над лобовым стеклом. Ощущение слежки пропадает - зассал и отвернулся, смертник. Очень узкому кругу лиц удается удавалось безнаказанно сверлить взглядом этот дуэт. Пешки в него не входят: слишком жалки. Но их не стоит недооценивать и им нельзя доверять, ведь стоит только положиться, дать роль поважнее куска мяса, тянут все ко дну... даже тех, кто сам мог утянуть. - Только после Чуи, - театрально взмахнув рукой, произносит тот, "кто когда-то сам мог", но теперь решил поиграть в праведника. - Мечтай, - кидает Накахара и дает знак водителю, чтобы тот их оставил. В плане было сказано, что забрать их, Аксакова и если повезет бомбу явится вертолет. Что ж, стоит управиться со всем до темноты, ведь фиг знает, как скоро их смогут отследить на нескольких гектарах земли с воздуха в лесу, пусть и "негустом". Однако на данном этапе их миссии куда важнее то, как скоро им удастся отыскать этих воров-неудачников. - План-то у тебя хоть есть? - выкрикнул Накахара в спину беззаботно поскакавшему в сторону чащи Дазаю. Тот внезапно остановился, обернулся в сторону Чуи и, вперив в него взгляд, выражавший вселенскую усталость (на манер той, что таилась сейчас в самом мафиози), размеренно, будто бы для очень тупого трехгодовалого ребенка, произнес без намека на напускную беззаботность, которой еще недавно так и пестрили его действия: - Конечно же у меня есть план. Ожидаемо, что весьма ограниченный в умственных способностях Чуя просто собирался сунуться в лагерь врага и отколошматить чуть более половины наемников, прежде чем лицезреть прочих дружно взлетающими на воздух вместе с не в меру ценной бомбой Каджии. Но я не собираюсь позориться вместе с невоспитанной собакой, и потому успел придумать примерный план действий, пока она дрыхла, пуская слюни. Как же он, черт возьми, бесит. Черт, и почему именно "Лимонелла", и почему именно с переломать-бы-ему-хребет-Дазаем, и почему именно после нескольких недель недосыпа, когда у него адски болит бошка?! Может быть, и она негодовала от оскорбительности слов Осаму, может быть, это был ее способ выразить Чуе солидарность... а может... И о чем он, мать его, вообще сейчас думает?! Спокойствие. Убить, задушить, раскромсать и подвесить вверх ногами, запытать, отколошматить и наставить синяков можно после. Нужно после, а сейчас они в нескольких километрах от врага, и мафиози придется держать себя в руках, чтобы выполнить гребаную миссию. - Так в чем же он? - наконец выдавил из себя Накахара, мысленно считая до десяти. Дазай изумленно выгнул бровь, не веря, что Чуя сумел сдержаться и не разбить ему голову об дерево. И если бы это была заслуга его выдержки, а не усталости и начинавшей вновь усиливаться головной боли! Но, так или иначе, Дазай сегодня тоже очень часто прокалывается. 6:5, чтобы кто ни говорил. - Импровизация, - победно улыбнувшись во все тридцать два, восторженно произносит... ОН. И черта с два осталось бы от дерьмовой скумбрии хоть что-то больше атома, если бы в ту же секунду затылок, виски, да хрен бы с ними, всю черепушку исполнителя не прострелила адская вспышка боли. Черта с два... Не удержавшись, Чуя обхватил руками голову. В ушах нарастал визгливый шум, а из глаз, кажется, посыпались искры. Накахара зажмурился, стараясь выровнять дыхание и прийти в себя, но волна за волной боль вновь и вновь пронзала истерзанные нервные окончания. Кажется, коленки уперлись в мягкую почву под ногами, кажется, из глаз брызнули злые слезы, кажется, чья-то рука легла на затылок, приподнимая лицо, кажется, другая приоткрыла его рот... - Глотай. А потом все затихло. Накахара открыл глаза. Мир все еще был размытым, гул в голове продолжался, но не шел уже ни в какое сравнение с тем, что пришлось ему пережить в эти... - Скольк... - Десять минут. Мы не сильно выбились из графика, - тихо прошелестело в ответ. Когда надо, голос Осаму мог быть очень мягким... почти невесомым. И, ох черт, как же это было прекрасно в такие моменты как этот! Зрение довольно быстро приобрело фокус. Пуговицы светло-кофейного жилета. Синяя брошь. Белая рубашка. Твою ж... Накахара резко отодвигается от груди Дазая, что явно было ошибкой, ведь импульсивное действие отдается глухой болью в затылке. Но ему плевать... - Какого черта?! - Тихо, чиби, - звучит ответ, в котором явственно проступает тихое бешенство. Что ж, возможность так взволновать Осаму Дазая всегда обходилась довольно дорого. - Что ты мне дал? - уже ровнее произносит мафиози, боясь возвращения приступа мигрени. - "魔法のパラシャ". Сильно действующий, в составе антидепрессанты, так что не увлекайся, - отвечает Дазай. - Ага, будем надеяться, что не понадобится, - коротко, с, пожалуй, незаслуженно острым укором бросает Накахара, оглядывая землю рядом в поисках шляпы. Нахлобучив ее на слегка саднящую макушку, Чуя разворачивается и смотрит на напарника. - Идешь? - Быстро встал, - тянет тот, все еще сидя на мягкой почве, поросшей реденькой, безжалостно придавленной ими травой. - Опыт, - бросает мафиози и выжидающе наклоняет голову набок. Конечно, дерьмовый Дазай не об этом. То, что Чуя так быстро смог подняться, может быть удивительным для кого угодно, но только не для него. Нет, Осаму тянет время, Осаму ждет, ждет... и не дождется, уж это ему Накахара гарантирует, уж этого он ни при каких обстоятельствах не станет... - Спасибо, - бурчит мафиози и отворачивается от собеседника. За спиной слышится удовлетворенное хмыканье и легкий шорох - услышит лишь четкий, натренированный слух. К счастью, у Чуи он именно такой, и теперь, когда шум в голове стихает, а сознание слегка проясняется, он уверенно ощущает приближение высокой фигуры, дыхание, пульс, шуршание одежды... А когда скумбрия появляется в поле зрения, то мафиози может уже не только чувствовать, но и лицезреть отточенные, емкие и, между тем, неуловимо грациозные движения тонкого тела, умело маневрирующего между бурых шероховатых стволов и кудрявых, щеголяющих зеленцой кустиков. Вдруг, спустя пару десятков шагов, прошедших в почти звенящей тишине, Осаму резко оборачивается и Накахаре приходится довольно резко тормозить, чтобы ненароком не впечататься носом в пресловутую синюю брошь. Как она вычурна... и как ему не идет. - Даз..., - начинает было возмущенный Чуя, но его перебивает... очередной идиотский жест из прошлого. На плечо ему ложится рука дерьмового Дазая, а сам он стоит, вперив янтарные глаза прямо в потемневшие от воспоминаний гнева голубые напротив. Секунда, и слышится болезненный хруст. - Ауч! - Скажи спасибо, что не сломал, - холодно бросает мафиози. Ему не стыдно. Это Дазаю стоит стыдиться. - Я лишь хотел сказать, - подчеркнуто безразлично говорит скумбрия, потирая запястье, - что думаю, что мы могли уснуть лицом к северу, пока ехали в машине. А Чуе не помешало бы контролировать свой гнев. С этими словами Осаму продолжает свой путь сквозь деревья, а Накахара прямо-таки прирастает к устланной травой, ветками и оставшимися лежать после зимы листьями земле. Черт возьми, вот и когда он научится выражаться просто и без кривляний?! Зачем внезапная остановка, рука на плече, прямой взгляд, загадочные приметы?! Черт бы побрал гребаного Дазая, неужели так сложно просто сказать "будь готов, что сегодня тебе пиздец", а?! В голове крутится целый ворох гневных тирад, но вслух Накахара произносит лишь: - И когда ж ты это понял? - Только что. Увы, тихой надежды на долгую жизнь не лишены даже суецидники, но пока ты валялся там, у тропинки, у меня было время подумать, и я понял, что мы правда могли уснуть лицом к северу. Кстати, осталось около пятисот шагов до лагеря бандитов, - внезапно сменил тему Осаму и даже, остановившись, повернул к Накахаре бесстыжее лицо, наслаждаясь эффектом, который произвели его слова на собеседника. Исполнитель вытаращился на мужчину перед собой, словно только сейчас его увидел, а потом запустил руку в задний карман плаща. Пусто. Чертов Дазай успел спереть папку с миссией, пока он спал! Не даром же проснулся первым! Чуя закипал, но ему не хотелось провоцировать очередную вспышку головной боли, потому он просто выдохнул, приготовляясь терпеть издевательства скумбрии, растянувшего рот в улыбке от уха до уха и нагло помахивавшего заветной папкой из стороны в сторону, будто костью перед собакой. Взгляд его при этом оставался холодным, но даже в этой, казалось бы, беспросветной тьме проскальзывало ехидное: "Не это ли ищешь?" - 7:5! - изображая радостное воодушевление возвестил... кудрявый козел, но затем, вдруг резко посерьезнев, заговорил о миссии. - Думаю, лагерь состоит из пары десятков палаток и полудесятка перевозных ангаров разного назначения, а бомба находится в оружейном, но едва ли он один. Нужно будет время обшарить их, другой же должен отвлекать. - План "Дождь за окном"? - также переключился Чуя, решив опустить ситуацию с кражей папки - во всяком случае, а когда бывало иначе? - Да. Возле заводов часто лежит битый кирпич, камни. Или Чуя может вырвать пару деревьев - найдешь, чем покидаться, не суть. Но если уж так сложится, что я не успею найти бомбу или кто-то из охраняющих ее струхнет - ты должен быть готов поглотить ее корпус и отдачу... гравитоном, - последнее предложение сквозило... виной. Шел бы он нахер со своими загонами. И Чуя уже собирался было прямо сказать об этом, но передумал. Видимо, тот факт, что они оба безмерно устали от жизни, рождал в нем некоторое понимание, потому он просто произнес: - Прикрой лавочку, ты и так мыслишь слишком трезво для того, кто настолько измотан. Ответом ему служит очередной изумленно-заинтересованный взгляд. Неужели, все вокруг действительно считают его ненаблюдательным остолопом?! Б е с и т . - Я, знаешь ли, не полный кретин, чтобы каждый раз так удивляться моему умению логично мыслить! Взгляд скумбрии теплеет, а в глубине янтарных глаз наконец-то загораются озорные искорки. - Где это Чуя видит "удивление"? Да я просто в шоке! Видно, Мори-сан действительно успел сделать из тебя человека! А я не смог, ну как же так... - дуя нижнюю губу и жалостно выгибая тонкие брови, плачется Осаму. - Клоун, - беззлобно бросает Накахара и, поддев экс-напарника плечом, продолжает путь сквозь деревья. Ожидаемо, через пару шагов его перегоняет надоедливая шпала: - Слизень.