12 глава. День шестой

Вроде как 7:54 — Гермиона, милая, уж извини, но на этот раз я вынуждена отказать, — сконфуженно сказала Кассандра, поливая маленькое растение в своем кабинете. Раньше я его не замечала. — Ты не пропустила завтрак? — Съела все то месиво до блеска тарелки, — я слегка поморщилась от былого вкуса еды. Кормили здесь исправно четыре раза, но качество оставляло желать лучшего. Порции были достаточны для того, чтобы наесться, но утолить эстетический вкус — никак нет. — Я понимаю твое беспокойство, но это крайне важно. Правда. Не задержусь больше того времени, которое мне будет необходимо для поиска нужных сведений. Кассандру будто передернуло. — Гермиона Джин Грейнджер, — начала она, напоминая мне мою маму. Она всегда начинала отчитывать меня с этого обращения. Я с грустью придалась воспоминаниям о родителях, — до приезда мистера Лестера я могла помочь тебе с проникновением в ту часть библиотеки, но теперь… — ее рука с лейкой опустилась. — Я очень не хочу, чтобы он узнал. — Он не узнает, обещаю, — заверила я Кассандру, чтобы сбавить напряжение в комнате и успокоить женщину. Было страшно представить, что конкретно он сделал тогда с Кассандрой из-за того, что она помогла мне пробраться в закрытую секцию. Мне безумно не хотелось подвергать ее пыткам опять. — Нет, он обязательно узнает. Он всегда узнает, — Кассандра отошла от растения, ставя лейку на свое место. — Тот визит не был случайностью. — График был, ведь так? Женщина серьезно посмотрела на меня. — Его еще не существовало в графике, — в жилах точно застыла кровь. — Он только приехал в тот день, чтобы работать над проектом непосредственно в месте его проведения. До того дня он решал другие насущные вопросы. — Его сегодня нет. Я слышала, что… Кассандра прервала меня: — Я знаю, Гермиона, но это не гарантия того, что он не узнает о твоей вылазке. — Спустя неделю после того, как я подружилась с ней, я и забыла, насколько она может быть неумолимой. Я стояла, пытаясь понять, как мне уговорить женщину пойти на это еще раз. Малфой не смог тогда полностью убедить Лестера (как оказалось), что по его инициативе мы оказались все втроем в секретной части библиотеки. Но если он и я не подверглись пыткам, то Кассандре наверняка досталось. Она не говорила об этом прямо, но водолазку под халатом я видела еще несколько дней c того случая. Также мало было того, чтобы проникнуть в закрытую секцию. Мне нужно было, чтобы кто-то смог вовремя меня предупредить, если что-то пойдет не так или кто-то что-то заметит раньше, чем я успею вернуться в палату. Тем более после нашей оплошности способ входа в ту поменяли, как сказала Кассандра. Она не знала, что именно изменилось: рычаг-книга или что-то иное, но знала, кто может знать наверняка. Узнать без подозрений было вполне легко. Мне не хотелось опять же втягивать ее во всю эту историю, но, кроме нее, никто не смог бы мне прикрыть спину, не сдав меня с потрохами. Я доверяла ей, а она доверяла мне. И она напоминала мне чем-то маму, а я ей — дочь. Этим было все сказано. Но как же скверно я себя сейчас ощущала, вовлекая ее в свои интриги, так еще и причина была в Драко Малфое. Он не был достоин таких жертв, но и оставить его жертвой у меня не хватало духа. Он был мне нужен. — Я смогу пройти без понятых, обещаю, — надавила я на жалость, надеясь на выигрышный результат своих стараний. — Каким образом? После твоей выходки увеличили количество патрулей по лаборатории. Твоя затея практически невозможна, только если бы ты была без наручников. Тело покрыли мурашки, и внутри будто все перевернулось. Я медленно стянула рукава своей бордовой кофты под черным халатом, стараясь оставить мои кисти вне досягаемости укоризненных глаз женщины. Движение не осталось без внимания: ее глаза округлились, губы вытянулись, и на лице застыло непонимание вперемешку с удивлением. Озвучивать вопрос прямо Кассандра не осмелилась. — Как я понимаю... — начала подбирать она слова, — тебе хорошо подошла кофточка моей дочери. Нравится, что прошлой на тебе больше нет? Вот как она подошла к этому. Умно. Несмотря на то, что Кассандра поставила заглушающие чары, вероятность какой-либо прослушки была, поэтому в случае ее согласия она точно выдаст не менее завуалированный ответ. Лучше перебдеть, чем недобдеть. — Да, она мне очень нравится. Особенно с учетом того, что прошлую сожгли при моем прибытии сюда, как и джинсы. — Все это время я щеголяла в черных штанах и халате, которые выдавались всем заключенным магглорожденным в лаборатории. Я не особо акцентировала внимание на такой мелочи, так как была занята совершенно другим. Кассандра одолжила мне кофту, так как руки начинали периодически стынуть от сквозняков в некоторых местах. Кассандра задумчиво глядела на меня, принимая нелегкое решение по всем фронтам. — Хочешь, я выдам тебе еще какую-нибудь вещь, чтобы была сменная одежда? — Я не поверила своим ушам. Она была согласна на эту авантюру еще раз. — Но, боюсь, это последняя оставшаяся вещь моей дочери. — Я жалостливо улыбнулась и кивнула ей. — Ничего страшного, я буду признательна даже этому. Обещаю беречь. — Тогда подойди за ней через полчаса, я попробую отыскать ее в своем шкафу. Я благодарно кивнула Кассандре еще раз, уходя к себе в палату. Мне необходимо было собраться с силами и мыслями, чтобы на этот раз сделать все правильно, быстро и незаметно. А еще мне нужна волшебная палочка. Количество Пожирателей в лаборатории и вправду увеличилось после моей попытки нападения на тех двух. Хоть Малфой и находился рядом со мной практически все время после того случая, никто не захотел испытывать судьбу, поэтому увеличили количество патрулируемых мест. Рядом с моей палатой и в ближайших коридорах никого не было, так как никто из Пожирателей не хотел попадаться на глаза Малфою, и никто не сомневался, что в этом периметре можно не волноваться о том, что я что-то выкину. Знали бы они, какие маневры совершает сам Малфой, то они бы поставили сразу сто Пожирателей в один наш коридор, я уверена. А вот у библиотеки и внутри нее Пожиратели стали находиться круглосуточно. Помимо достающего Лестера, именно наличие надзора тоже заставило меня покинуть мое единственное любимое место, где я могу почувствовать себя человеком. Приблизившись к знакомому коридору и завернув за угол, я заметила выходящих из палаты Малфоя: Забини и Нотта, направлявшихся в противоположную сторону от меня. Значит, где-то в той стороне был один из выходов. А еще они снова что-то здесь делали. Уверена, что посещение «больного» Малфоя было не единственной причиной. Они оба не заметили меня, скрылись из виду, и только тогда я шмыгнула в коридор. Нужно взять палочку. Малфой точно не спал, а вести с ним беседы совершенно не хотелось. Особенно после его вчерашних слов — как низко он высказался обо мне и моей крови. В который раз. Я пыталась совладать со своими эмоциями, но давалось это с большим трудом. Сколько бы я ни пыталась убедить себя, что он сказал это только потому, что хотел услышать от меня непростительное заклинание, но было ли это правдой? Он в любом случае просто так считал на самом деле. Непростительное… Нет, не может быть! Я ускорила шаг, врываясь в палату Малфоя. Он тут же со своей койки стал пронзать меня глазами. Выглядел он сейчас менее бледным, чем вчера, что подтверждало мое предположение. — Что они сейчас здесь делали, Малфой? — злобно прошипела я, сузив глаза и проходя в комнату, и захлопнула дверь со всей силой, замечая смену обстановки: прежнее спальное место сменило свое расположение и переместилось в левый угол, и кровать была явно другая. Эта была довольно большая и широкая с толстым матрасом. Рядом с ней расположился небольшой черно-зеленый коврик. Тумбочка сменилась маленьким черным прикроватным столиком, стоящим по правую руку от Малфоя, а на ней стояла какая-то статуэтка. А также появился еще один длинный стол со стулом напротив кровати у левой стены, оставляя пространство между ними. Все стены стали темно-зеленого цвета. Он явно планировал остаться здесь надолго, раз решил обустроить свою палату. Скорее, теперь это можно было назвать нормальной подобающей комнатой для такого гостя, как Драко Малфой. — Странный выбор заботы, Грейнджер, — он ухмыльнулся, садясь на край кровати. — Грязнокровка решила запятнать меня? Давай только сделаем это по-быстрому, мне нужно отлучиться по более важным делам. Я презрительно фыркнула. — Они их использовали на тебе, я права? — он смерил меня взглядом, не отвечая на вопрос. Это и было ответом. — А если это скажется в худшую сторону для тебя? — Он закатил глаза, вставая на ноги. Его торс все так же, как и вчера, был без одежды, на ногах оставались брюки. Я непроизвольно опустила взор на его тело, сразу же отведя его в сторону. Неловкость захватила мой недавний пыл, заставляя почувствовать себя глупо. Что именно больше вызывало стыд не понятно: то, что я застала его в таком виде опять или то, что мне понравился этот вид. Показалось, что мое лицо покраснело еще пуще предыдущих раз. Веду себя как какой-то пубертатный подросток. Слух уловил, как Малфой усмехнулся. — Ты, кажется, хотел одолжить мне палочку, — напомнила я. Старалась держать себя в руках, помня обо всех его отвратительных поступках. — Какую палочку? — я повернула голову обратно к нему, замечая, как он театрально развел руки, а потом из заднего кармана брюк достал ее. — А, эту палочку? Или, может, ты намекала на другую? Внутри меня, будто гиппогрифы летали мертвой петлей. Да какого он вытворяет сейчас? — Нет, — вырвалось у меня от стеснения. — Мне нужна только эта. Малфой еще больше расплылся в похабной улыбке, надвигаясь ко мне. Рефлекторно я начала отступать назад, пока спина не впечаталась в дверь. Рука потянулась к ручке, но парень быстро отреагировал, наложив запирающие заклинание. В конечном итоге он нависал надо мной, не оставляя никакого пространства для отступления. Мне хотелось провалиться сквозь землю прямой сейчас. Если он пытается так вывести меня из себя, то у него явно получается. — Заставь меня захотеть отдать ее тебе, — произнес он, с ражем упиваясь моей реакцией. Его дыхание обжигало мое лицо — настолько близко он стоял. Сердце начало отбивать чечетку, а ладони сильно вспотели. — Если ты расцениваешь меня как магглорожденную шлюху, то тебе следует с этим заканчивать, — моя неловкость стала перерастать в раздражение. Я подставляю Кассандру ради него, а он еще и продолжает выпячивать весь свой фарс, будучи в неоднозначной для жизни ситуации. — Я хочу найти противоядие, — прямо высказалась я, надеясь, что на этом его выходки прекратятся. — Я так считаю, а не расцениваю, — внутренности внутри меня будто связались в тугой узел и, будто гиппогриф упал с неба. Больно. Я прикусила нижнюю губу, чтобы эта боль сконцентрировалась на ней, а не внутри меня, отвлекая от ненужных мыслей. За моим движением проследил Малфой, пожирая взглядом каждый ее сантиметр. Что-то затуманилось в его глазах, его ноздри расширились, а тело напряглось. — Так что удиви меня, если хочешь мою палочку, — двойственность фразы не ускользнула от меня, и он это понял, сверкая танцующими чертями вокруг огней в своих очах. Это было слишком. Я задумалась, правильно ли сделала вчера выбор, не убежав отсюда. От него. Дразнить он был мастер, но пойдет ли в этот раз ва-банк? — Смотри, потом попробуй оправдаться перед всем своим аристократическим шабашем, — хитро произнесла я, замечая его замешательство. Адреналин прошелся по всем клеткам моего организма, придавая былую гриффиндорскую уверенность. Если он считает меня фригидной, то тогда его это поразит. Считает, что только он может заставить кого-то чувствовать себя неудобно и неуверенно рядом с ним, выставляя себя королем положения. Пора спустить его с небес на землю. Мои руки обхватили его лицо, притягивая ближе и позволяя моим губам накрыть его. Я стала сильно оттягивать его нижнюю губу, затем проходя языком по ней, углубляя поцелуй. Бесцеремонно мой язык проник в его рот, рисуя узоры, переплетаясь с его языком. Я почувствовала, как левая его рука обхватила мою талию, прижимая мое тело сильнее к его туловищу. Дыхание сбилось у нас обоих, а в следующий миг послышался несдержанный стон Малфоя прямо в мои губы. Он оторвался от поцелуя, демонстрируя свой опьяненный взгляд, а потом снова прильнул обратно, не совладав с самим собой. Он властно услаждался моим ртом в это мгновение, теряя нити здравого рассудка. Воспользовавшись этим, я выхватила из его правой руки палочку, оглушив его и откинув магией на другой конец комнаты. — Думаю, что вполне справилась с задачей, — напоследок бросила ему, уходя обратно к Кассандре. Я была горда собой, что смогла вовремя остановиться и проявить рациональность. Хоть внизу живота и предательски тянуло, а лицо все горело. Мне не было присуще дразнить парней раньше, поэтому я испытывала сильный конфуз и как будто я повела себя слишком раскрепощенно. Это разнилось с моими представлениями о самой себе, но в конце концов, это все было ради того, чтобы выбраться отсюда и победить Реддла. Разве не так? С такими веселыми мыслями о самообладании отправилась выполнять следующую важную задачу этого бесконечного дня. Все оказалось довольно просто: место входа в закрытую секцию оставили прежним, а вот механизм захода поменяли на заклинание обнаружения, подразумевая, что я не смогу воспользоваться чарами, а значит и проникнуть внутрь. Как же они глубоко ошибались. Я подошла ближе к библиотеке, прячась за углом, и заметила двух одинаково одетых Пожирателей в масках рядом с ее входом. Они стояли по обе стороны темной дверной рамы, иногда расхаживая туда-сюда на своем месте и рассуждая о том, как будет проводиться грядущий ритуал. Оба Пожирателя посмеивались над магглорожденными и желали им скорейшей возможности умереть от рук Лестера. — Думаешь, грязнокровкам придется настолько несладко? — спросил тот, что слева. — Однозначно. Меня недавно посылали в подвал, сектор А, там иголки размером с мою ногу, клянусь Темным Лордом! — воскликнул он. — Так что, если они не подойдут для обряда, то умрут от потери крови. До этого мне не везло подслушать чей-либо разговор о ритуале, поэтому я решила немного послушать перед тем, как проскользнуть в секцию. Любая информация сейчас была мне крайне важна. — Они планируют тыкать в них этими иголками? — недоумевал второй Пожиратель. — Насколько я понимаю, да. Без понятия, зачем это в обряде, но этот мистер Лестер, — мужчина огляделся по сторонам, проверяя, нет ли кого-то поблизости, — как благоверный их начищает постоянно и разговаривает с ними. Он меня порой пугает. Второй Пожиратель смолчал, видимо, обдумывая ответ. — Темный Лорд или Брэдли Лестер? — Темный Лорд, конечно. Он пугает гораздо больше. Оба Пожирателя посмеялись, а я думала, каким образом лучше их убрать: оглушить или нанести петрификус. Выбора было много, но было важно их еще нейтрализовать минут на двадцать точно, и чтобы никто не нашел их тела раньше времени. А еще новость о том, что у Лестера есть еще одно место, в котором он проводит большое количество времени, меня обрадовала. Находясь на этом этаже, я и не думала, что есть подвальные помещения. По крайней мере, даже этот этаж был огромным лабиринтом, где за всю неделю я не смогла отыскать намеков на выходы. Только предполагала, где они могут быть, исходя из количества и месторасположения постов Пожирателей и по приходу таких гостей, как Забини и Нотт. Так что возможность найти еще помещения, связанные с ритуалом, воодушевляла меня. Там можно было бы найти еще какие-нибудь материалы или же списки маглорожденных, чтобы хотя бы удостовериться, что никто из знакомых мне не попадет в эту ловушку. Нужно будет проникнуть и туда обязательно. Я долго металась в выборе заклинаний, не зная, какое выбрать, самое оптимальное. Один из вариантов казался самым подходящим, но воспользоваться им совершенно не хотелось. При этих мыслях мне послышался смех над моим левым ухом. Повернув голову, я столкнулась с мерзкой, сшитой губами улыбкой потустороннего странника. Его глазницы были все так же налиты красным, как и в последние его визиты. Что было лучше лицезреть: отсутствие его глазных яблок или их наличие, я точно не понимала, потому что вызывало страх и панику и то, и то. — Эреб, а ты же знаешь, что это идеально подходит. Почему медлишь? – прощебетал странник. — Я не стану, — прошептала, подглядывая за Пожирателями из-за угла. — Только не так. — Тогда, может быть, мне это сделать? — я замерла, обдумывая это предложение. По спине прошел неимоверный холод, будто прошелся сквозняк, но я четко знала истинную причину этого — потусторонний странник. Он вызывал каждый раз неподдельное чувство ужаса и опаски. И я знала, что будет, если идти ему откровенно наперекор. Принимать помощь от этой сущности было приятно и неспокойно одновременно. Несмотря на то что мы были связаны особым Непреложным Обетом, странник мог покалечить меня в любой момент. Мне казалось, что у меня уже правда едет крыша. — Что ты именно хочешь сделать? — вопросительно взглянула я в глазища темной сущности, замечая его растягивающийся оскал. — То, что хочешь сделать ты, — странник захохотал, делая своеобразный кульбит. Мне не хотелось выдавать себя, так как было еще неизвестно, насколько хорошо держат ухо востро Пожиратели внутри библиотеки, поэтому я взвешивала предложение потустороннего странника. Я удрученно вздохнула, кивая страннику в знак своего согласия. Пользоваться непростительным заклинанием я не хотела, позволив это сделать сущностям за меня. Ждать его действий долго не пришлось: он захохотал, и из пустоты материализовались еще трое существ. Все они полетели ко входу, разделяясь: двое стали виться вокруг тех самых Пожирателей, а другие два влетели внутрь. Я смотрела во все глаза, как они, словно прозрачная ткань, полностью накрыли мужчин, впуская свой черный смог им в нос. Пожиратели стали кашлять, а после встали струной. — Можешь выходить, Эреб, — существа сделали мне поклон, ожидая. Я недоверчиво вышла из укрытия, не отводя взгляда от Пожирателей Смерти, которые сразу обратили на меня внимание, повернув головы, но не стали предпринимать попыток остановить меня. Пройдя мимо них вглубь библиотеки, я заметила еще двоих мужчин в масках, которые также не стали доставать никакие волшебные палочки, смиренно пропуская меня. Достав палочку Малфоя, я направила ее на нужный участок и призвала свою магию. Передо мной раскрылся знакомый проем, и я уверенно пошла вперед. Странники следовали за мной, смеясь и летая вокруг. Их противный смех, как скрежет, эхом расползался по туннелю, заставляя меня поежиться от громких и зловещих звуков. — Они же не вспомнят, что произошло? — подала я голос. — Нет, Эреб. Никогдааа не вспомняяят, — последовали хлюпающие звуки из пасти существа. Я снова содрогнулась, и, кажется, глаз стал дергаться. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как я ушла из комнаты Малфоя. Почему же он не последовал за мной? Он бы в любом случае хотел догнать меня и вернуть палочку или пытался бы меня уломать на непростительное в очередной раз. Но он просто отпустил? Это было странно, и я стала беспокоиться. Ты беспокоишься об этом гаде, серьезно? Войдя в закрытую секцию, я огляделась вокруг и удостоверилась, что никого нет, и только после этого стала подниматься по небольшой лестнице наверх: в круглую зону со множеством столов между стеллажами, где уже бывала раньше. Странники также семенили за мной. С поверхностей все рукописи, что были прежде, исчезли. Лестер точно после того случая решил на всякий пожарный убирать всё с видного места. Я была уверена, что все важные бумаги были перенесены. И, судя по разговору Пожирателей, они явно были отнесены на нижний ярус лаборатории, куда было бы неплохо пробраться. Но, в конце концов, я же здесь не из-за материалов о ритуале, а значит, найти необходимые сведения о темных заклинаниях было гораздо реальнее. — Помощь нужна, не так ли? — растянуто произнес странник. Сомнения охватили меня. Хотелось как можно меньше говорить с этими тварями, но быстро справиться с поиском нужных книг было крайне важно. — Да… — начала я неуверенно, — мне нужны книги по темной магии. А если точнее, то по темным заклинаниям. Не по самым… нераспространенным. Странники радостно захохотали хором и разбрелись по всем частям библиотеки. Слышался шум перебирания книг, хохот и сильный грохот. Видимо, они откидывали ненужное куда-то в сторону. Я присела на стул, опершись рукой о стол, и опустила щеку на ладонь. Мой скучающий вид был лишь кажущимся. Мои мысли метались в разные стороны, как странники, перебирая все нужное и ненужное по разным углам. В сознание пробрались образы полураздетого Малфоя и недавний поцелуй, и мои щеки залило алой краской. Это какой-то абсурд! Через пять минут один из странников вернулся, кладя перед моим носом на поверхность стола несколько исписанных пергаментов. Я взяла их в руки, исследуя содержимое. Мое облегчение было в том, что написанное было на английском языке, а не на том, с которым пришлось бы сидеть с очередным переводом. Времени все так же мало. Все потусторонние странники окружили меня, будто рассаживаясь по свободным местам, а справа сидели Рон и Гарри, кидаясь скомканной бумагой. Я помотала головой, чтобы прогнать видение, и опустила взгляд обратно на рукописи, стараясь не отвлекаться. Почерк был очень дрянным, потому что разобрать слова было достаточно трудно. Мне удалось узнать из первого пергамента набор словосочетаний и отдельных слов, будто кто-то пытался создать какое-то название. Отложив лист на стол, я заметила, что следующий был подвергнут действию огня, так как края были сильно обуглены, будто кто-то пытался сжечь этот пергамент. Это было значимой зацепкой, поэтому я погрузилась в непонятные каракули: Филаментус — заклинание, заставляющее носителя темной магии умирать от собственной силы. В голову всплыли воспоминания о том, как Малфой коверкал название проклятия, которое не мог припомнить. Это название, вероятно, и было применено к нему. Я пыталась разобрать остальное, но большая часть была сильно обожжена, из-за чего текст был нечитаемым. Последовал мой расстроенный вздох. Когда я попыталась положить пергамент ко второму, из рук упал конверт, который я держала вместе с рукописью и он прятался позади всех бумаг. Я подняла его, понимая, что это письмо. Достав его, пробежала глазами по содержимому:

Он не должен был узнать об этом заклинании. Это единственное, что могло бы его остановить на самом деле. Никакие непростительные не могут быть применены к этому человеку! Он не заслужил такой простой смерти. Будучи пауком, пусть умрет в собственной паутине.

М.Ф.

Точно, паутина! Вот что название заклинания напоминало мне. Рана же Малфоя подтверждает действие этого проклятия. Темная магия, что течет по его телу, пытается убить своего носителя. По телу пробежали мурашки. Но какое контрзаклинание в таком случае? — Гермиона! — я подскочила на стуле от эха, замечая в туннеле Кассандру. — Время вышло! Давай быстрее сюда! — Иду! — крикнула я в ответ, переходя на шепот. — Странники, найдите и принесите мне в палату что-то еще по темным заклинаниям такого уровня и контрзаклинаниям к ним. Странники довольно оскалились, разбредаясь всей своей стаей по помещению, а я стала быстро покидать секретную секцию. Достигнув женщины, мы обе поспешили дальше по коридору. — Что ты сделала с Пожирателями у входа? — нарушила тишину Кассандра. Я смутилась, не зная, какой ответ мог бы быть более правдоподобным, так как она не знала о существовании странников, и я точно не хотела бы погружать ее во все эти странности больше нужного. — Мне пришлось использовать на них империус, иначе было бы слишком много шума, — соврала я, ожидая наихудшей реакции женщины. Она вскинула брови, округлив глаза. — Я надеюсь, это было лишь однажды? — Однозначно. Я больше не хотела бы использовать непростительные даже в сторону таких, как они, — согласилась я, замечая надвигающегося к нам одного из целителей. Он забрал с собой Кассандру, которая напоследок пересеклась со мной взглядами, уходя в противоположную сторону от нашей прежней траектории. Я продолжила идти обратно к своей палате, преодолевая бесконечный лабиринт коридоров. Впереди показался один из Пожирателей, который был повернут спиной ко мне и шагал медленно вперед. Тут он повернулся, двигаясь таким же темпом обратно. Патрульный. Он точно заметил меня, остановившись довольно резко. Он был в форме Пожирателя и в маске, что не позволило мне узнать его. Живот скрутило от плохого предчувствия, но я продолжила идти, надеясь на то, что мне показалась смена его поведения. Поравнявшись с Пожирателем, я заметила, что он повернул голову в мою сторону, провожая взглядом и дальше. Я прошла мимо него, нервно выдыхая. Он просто бдителен после того случая. Только и всего. Да где она шляется уже полчаса? Раздражение настигло меня, сподвигая на поиски этой кудрявой бомбы замедленного действия. Швырнула она меня знатно, отчего потребовалось время, чтобы отойти от мучающих покалываний. Ну и дать ей фору. Выйдя из комнаты, я тут же был пойман целителями, которые опять пытались пропихнуть мне рябиновые отвары. Неужели они правда думают, что они помогут мне при такой блядской ране? Но мне пришлось подчиниться, выпивая эти зелья для своего и их самообмана, ожидая после этого полного освобождения из цепких рук целителей. Этого не последовало. Целители потребовали пройти глубокое обследование, какому подвергалась Грейнджер в свой первый день нахождения в лаборатории. Они уже предлагали мне это прежде, но я отказывался, будучи уверенным, что эта попытка не увенчается успехом. Это проклятие не было мне знакомо, а не слышать о чем-то подобном в рядах Пожирателей означало, что эта темная магия была гораздо мощнее и неизведаннее всем известным другим заклинаниям. А значит, вероятности успешного обследования не существовало. Это было тратой бесценного времени, но целители все равно затащили меня в свой кабинет, проворачивая все свои махинации и разводя потом руками, что ничего не нашли. Ну, конечно, вы, блядь, не нашли. Я закатил глаза, надевая рубашку обратно, скрывая эту чудовищную рану, и вышел снова на поиски Грейнджер. После круциатуса Блейза боль слегка стихла, но постепенно возвращалась, отдавая пульсирующими волнами спазмов по всей спине. Я поморщился, когда тело скрутило от неимоверного жжения, пересиливая себя. Воспоминание о гневе Грейнджер и догадка о том, для чего пришли Блейз с Тео, немного разрядили мое состояние весельем. Грейнджер. Что может сделать Грейнджер без наручников, с моей палочкой в руках и без моего надзора прямо сейчас? Да все, что угодно. А если кто-то схватит ее, заметив это все, то меня закопают заживо во дворе лаборатории. Нужно перетерпеть. Делая очередной поворот, я заметил знакомую кудрявую макушку Грейнджер, проходившей мимо какого-то Пожирателя. Он чуть шею не свернул, наблюдая за ее фигурой, а после последовал следом за ней, надвигаясь медленно, как хищник. Сейчас я тебя нагну, грязнокровная сучка, — услышал я от этого мужчины. Этот шаг и телосложение. Я понял, кто это был. Ускорив шаг, я успел крайне вовремя: этот ублюдок достал свою палочку, вырисовывая руну круциатуса. Мой кулак пришелся ему в затылок, и мужчина с грохотом упал, начиная орать от боли. Нагрузка от удара компенсировалась резью раны. Грейнджер повернулась с удивлением на лице, а потом оно сменилось неподдельным ужасом. Она впала в ступор. — Акцио, палочка! — произнес я, поймав вылетевшее из кармана Грейнджер деревко. — А теперь, круцио! Мужчина в одеянии Пожирателя стал кричать еще сильнее, извиваясь, как змея. Я грубо снял маску с его лица, вглядываясь в него. Это был тот самый патрульный, который подвергся нападению Грейнджер в коридоре. Я оказался прав. Вот же мстительный придурок! Как только сама Грейнджер идентифицировала его, ужас на ее физиономии только увеличился. Она перевела на меня взгляд, и я не мог оторваться от ее глаз. Почему я вообще все это делаю? Как же ты меня бесишь, тупая ты гряз... Грейнджер. Как ты меня раздражаешь, Грейнджер. Перед глазами все еще стоял образ кричащего Пожирателя на полу лаборатории, над которым возвышался Малфой с палочкой в руках. Его круциатус был точен и зверски изящен, судя по крикам мужчины. А магия подвластна невербалике. Но самое страшное, в чем я признавалась самой себе, — меня волновал больше всего его поступок в отношении ко мне, а не к Пожирателю. Даже это вызывало больший мандраж, чем то, что он использовал непростительное заклятие. Он — Пожиратель Смерти. Сколько раз нужно это увидеть, чтобы стало ясно? Но мне не было страшно, хотя я должна была бежать от него как можно скорее и дальше. Недавние доводы позволили мне расслабиться рядом с ним, как было до воспоминаний о Нарциссе. Вся эта ситуация была неоднозначной. И он спас меня сегодня сам, а не под властью связи. От этого еще больше ломались все шаблоны и убеждения. Проник в голову образ Северуса и глаза окутала пелена слез. Мои пальцы перебирали страницы книг, а мысли — решения. Мне так хотелось, чтобы в мире снова все стало просто. Зло — это зло, а добро — это добро. Но сейчас, оказавшись затянутой в войну, я не видела ничего очевидного. Никаких очевидных решений, поступков и людей. Особенно ничего очевидного в Малфое. Да будет проклята тавтология и сам Драко Малфой! После всего произошедшего он молча сопроводил меня до палаты, ковыляя еле-еле, и сам нырнул в свою комнату. Когда Малфой зашел к себе, я услышала шум, догадываясь, что он упал, но решила его не беспокоить. Пустота кармана без палочки ощущалась болезненно. Спустя такое долгое время я смогла нащупать это деревце пальцами, чувствуя себя спокойнее и увереннее хотя бы немного. Но было разумно с его стороны забрать свою же палочку. Странники взирали на меня сейчас, ожидая моей реакции на их преподношение в твердом переплете. Полистав уже третью книгу из четырех, я не находила ничего похожего на то заклинание. — Больше ничего подходящего там не было? — странники утвердительно мотнули головой, растворяясь в воздухе. — Это к лучшему, — произнесла я вслух, глубоко выдыхая, когда они наконец исчезли. В последней книге также ничего похожего не оказалось, но кое-что привлекло мое внимание: на одной из страниц говорилось о закупоривании темной магии в предметы, проклятия, и я тут же вспомнила о крестражах. Это же тоже своего рода сосуд, который держит темную магию в себе. И тут меня осенило. Я подскочила со своего места, распахивая дверь и врываясь к Малфою. Он полусидел на своей кровати, опираясь спиной об изголовье с закрытыми глазами. Все те же растрепанные волосы. Некоторые пряди спадали на его лицо. Слава Мерлину, он был полностью одет. Он раскрыл глаза, не меняя положения, и уставился на меня в немом вопросе. — У меня есть идея, как тебе помочь, но тебе не понравится решение этой проблемы, — тихо сказала я, подходя к нему чуть ближе. Он слегка, с видом мученика, приподнял уголки губ. — Думаю, что мне уже без разницы, — он закатал рукава своей рубашки, и черные нити, как на спине, окутывали начало плеча. Я ахнула, требуя показать всю рану полностью. Малфой довольно оскалился. — Сейчас не до твоих извращений! — я быстро освободила его тело от рубашки. Он болезненно кривился все это время, что показывало все его положение дел. С огромным трудом он перевернулся на живот. Когда мне открылся обзор на его спину, то у меня все похолодело внутри. Та небольшая «паутинка» сейчас была просто гигантской; она переходила на его предплечье и плечо, затрагивая начало шеи и переходя постепенно к тазу. Все его тело было в черных нитях, которые только увеличивались в масштабах. — Это из-за круциатуса и другой темной магии, которой ты подвергался, Малфой. Я в этом уверена. Возможно, даже из-за того, что ты сам пользовался темной магией. — И какое решение проблемы ты предлагаешь? — промычал он в подушку. — Закупорить твою темную магию внутри тебя.