Глава 83. Опасная оплошность

Уинни очнулась в понедельник утром в одной из гостевых комнат поместья Малфоев. Она села на кровати, взглядом скользнув по французским дверям, выходившим на балкон третьего этажа. Два дня лил дождь, и раскаты грома оглушительно сотрясали небеса, гулко отдаваясь эхом по пустошам, раскинувшимся перед особняком. Темно-серые тучи скрывали утренний свет. Уинни села на кровати, затем заметила фигуру, прислонившуюся к стене рядом с балконными дверями. Он моргнул, и его взгляд встретился с ее. Она потерла губы. — Доброе утро. Его глаза прошлись по ней, по телу под простынями. — Доброе утро. Он отвел взгляд, устремив его на далекие серые грозовые тучи. Уинни наблюдала за ним, отмечая, как он моргает, как напрягается его челюсть и задумчиво сужаются глаза. Она гадала, о чем он думает, но Эдвард редко ей рассказывал. Он был сдержанным и молчаливым, и хотя ей была свойственна робость, обычно, когда она чувствовала себя комфортно, Уинни была его полной противоположностью: дерзкой и самоуверенной. Когда-то ей было с ним комфортно. В течение короткого промежутка времени. Теперь он казался ей незнакомцем, отстраненным и замкнутым. На нем была простая белая футболка с круглым воротом, заправленная в брюки в тонкую полоску. Каштановые кудри растрепались ото сна и напомнили ей о том, как она сжимала их прошлой ночью. Они провели две ночи, запершись в этой комнате после Остары. Они не могли пойти к ней домой, и уж точно не могли появиться в поместье Розье. Уинни провела руками по своим волосам, спадавшим до пояса, приглаживая светлые пряди. — Думаю, мне пора идти. Он моргнул, затем кивнул, его глаза по-прежнему были устремлены в небо. Она встала и оделась. Эдвард повернулся и снова прислонился к стене, молча наблюдая за ней. Уинни стояла там, одетая в то же платье, что и на балу, волосы в беспорядке, щеки раскраснелись. Их взгляды встретились. Он потянулся за своим бархатным пиджаком. — Я могу проводить тебя домой? Она покачала головой, вертя в руках свою палочку. — Нет, я вполне справлюсь сама. Наступила пауза. — Я знаю, что справишься, Уин. Его карие глаза ярко горели, как угольки. Она не знала, что ответить, поэтому промолчала. Он пересек комнату, встал перед ней и обнял ее за талию. — Могу ли я увидеть тебя снова в ближайшее время? Сердце Уинни сжалось в груди. — Я не думаю, что это хорошая идея, Эдвард. Его большой палец погладил ее по пояснице. — Почему? Она закатила глаза. — Ты же знаешь почему, глупый ты. Его губы дрогнули. — Следи за языком, ведьма. — Не буду. Он грубо сжал ее талию. — Напрашиваешься, чтобы тебя заставили замолчать, а? Ее губы изогнулись в невольной улыбке, но она толкнула его в грудь. — Довольно. Веселье закончилось. Его улыбка исчезла, выражение лица сменилось мучительным беспокойством. У него дернулся кадык. — Ты мне нужна, Уинни. — Тогда женись на мне, гребаный придурок. Мышцы на его щеках напряглись. Его глаза метнулись к ее, но она ответила ему стальной решимостью. — Или отпусти меня, — прошептала она. Эдвард моргнул, стиснув зубы. — Ты знаешь, что я не могу этого сделать. — Что именно? — Все. Она одарила его сочувствующей улыбкой. — Тогда, полагаю, тебе предстоит много работы, — она вздохнула. — Мне нужно идти. У меня много работы… на фабрике. Розье прикусил внутреннюю сторону щеки. — Она тебе нравится? Дочь Дамблдора. Ее глаза засияли, их трагический роман на мгновение забылся. — Она великолепна… и такая добрая. Надеюсь, мы станем друзьями. Он кивнул и отвел взгляд, продолжая кусать щеку. Ее зеленые глаза, оттенка морской волны, внимательно изучали его лицо. — Я знаю, тебе, вероятно, не нравятся ее политические взгляды… Он не ответил, лишь продолжал поглаживать ее поясницу большим пальцем, погруженный в свои мысли. Она наблюдала за ним с минуту, затем подняла руку и приложила ее к его щеке, позволяя пальцам скользнуть в каштановые кудри у его висков. Уинни встала на цыпочки и поцеловала его в щеку. — Я люблю тебя, Эдвард. Затем она исчезла, вырвавшись из его хватки и ускользнув от него, безмолвная, как призрак… … но Эдвард не хотел, чтобы Уинни Хейвуд была просто призраком из его прошлого. Он боялся, что она будет преследовать его всю оставшуюся жизнь.

_____________________________

Розье сидел в библиотеке поместья Малфоев перед потрескивающим камином. Том сидел напротив него, одетый с головы до пят в черное, закинув ногу на ногу. На его коленях лежала раскрытая старая книга в кожаном переплете, по размеру в три раза больше обычной книги. Розье смотрел на огонь. Через несколько минут Том поднял голову, прищурился и заморгал, словно глубоко задумавшись. — Розье, ты когда-нибудь слышал об артефакте под названием Нить Жизни? Глаза Эдварда метнулись к Тому. — Не припомню, мой Лорд. Риддл кивнул и вернулся к книге. Прошло еще несколько минут. Розье прочистил горло. — Простите, если я перехожу границы дозволенного, мой Лорд, но… вы… вы ухаживаете за Гермионой Дамблдор? Я видел вас с ней на балконе. Остальные тоже… кое-что говорили. Взгляд Тома, скользящий по строкам, замер, кожа вокруг глаз заметно натянулась, дыхание замедлилось. Наконец, он поднял голову провел языком по верхним зубам. — Не могу сказать. Розье фыркнул. Их взгляды встретились. Губы Тома дрогнули в почти ухмылке. Наступила тишина. Через некоторое время черные глаза Риддла с лукавством змеи устремились на Розье. — Что случилось с Уинни Хейвуд? Взгляд Эдварда скользнул к Тому. Он потер щетину на щеках и глубоко вздохнул. Казалось, он не мог найти слов, чтобы ответить на вопрос. Том тут же закрыл книгу, распрямил ноги и устроился удобнее. — Женись на ней. У меня нет времени разбираться с влюбленным Пожирателем Смерти. — Женитьба на ней создаст еще больше проблем. — Не создаст. Брови Розье поползли вверх. — Легко вам говорить… Том резко вздернул бровь. Розье сглотнул. — Я просто имел в виду… — Я знаю, что ты имел в виду. У меня нет семьи. Нет наследства. Нет поместья. Нет наследия, которое можно было бы разрушить, — он сделал паузу. — Я полукровка. Один их тех, с кем твоя семья отказывается вступать в браки. — Я не хотел обидеть, мой Лорд… Том нетерпеливо отмахнулся от его извинений. — Какой смысл в наследстве, — начал Том, — во власти… если ты не можешь получить то, чего желаешь? Розье молчал, глядя на Риддла. Через несколько мгновений он произнес: — Вы действительно верите, что чистокровных становится все меньше? Том склонил голову. — Думаю, факты говорят сами за себя. Разве нет? Розье выдохнул через нос, снова глядя на пламя. Том вытащил палочку и ловко покрутил ее в пальцах. — Наши старейшины зациклены на традициях и позволяют предрассудкам затуманивать их разум. Мы должны стремиться к прогрессу, — он посмотрел на своего друга. — Розье. Он привлек внимание молодого волшебника. — Я стану самым могущественным волшебником, который когда-либо жил. — Я верю вам, — Эдвард сглотнул. — Я никогда не слышал, чтобы волшебник мог аппарировать так. Я не знаю, смог бы даже Мерлин сделать то, что сделали вы. Том усмехнулся: — Это, мой друг, только начало. — Ты пугаешь меня, Том. Глаза Риддла скользнули в сторону Розье, но тот предпочел проигнорировать упоминание своего имени и неформальное обращение. — Позволь кое-что сказать тебе, Розье. Ты, мой друг, должен взять свою жизнь под контроль. Ты сам позволяешь всему этому происходить с тобой. Ты беспокоишься об отце, но ты — будущее семьи Розье. Больше никого нет, — Том полез в карман, вытащив золотое кольцо с черным камнем, покрутил его в пальцах. — Власть — это рычаг, и у тебя ее достаточно. Используй ее… чтобы добиться желаемого. Ты будешь рад, что сделал это, — он зловеще улыбнулся. — Дорогой папочка не собирается от тебя отрекаться, Розье. И боится, что ты это поймешь. Эдвард молчал, но его глаза были острыми и внимательными, такими Том не видел их все последние месяцы. — А вы, мой Лорд? Вы собираетесь… жениться на мисс Дамблдор? Том взглянул на кольцо, которое держал, и ухмыльнулся. — О, я собираюсь сделать гораздо больше, чем просто жениться на ней. Розье моргнул, пытаясь понять, что под этим подразумевается, но решил, что лучше не спрашивать. — Скажи мне, Розье, почему Долохов произнес Морсмордре? — Я не знаю, милорд, — он прикусил внутреннюю сторону щеки. — Что-то… не так. Я бы ему не доверял. Том улыбнулся. — Я и не доверяю. Знаешь, как говорят магглы, Розье? Эдвард покачал головой. — Конечно, нет. Я немного перефразировал, — Том подмигнул. — Держи друзей близко, а врагов — еще ближе, чтобы потом столкнуть их в могилу, которую для них выкопал.

_____________________________

Гермиона вошла в отдел авроров, чувствуя себя немного растерянной, но, тем не менее, готовой внести свою лепту в дело о международных нарушениях Статута. Она сразу же села за свой рабочий стол и начала разбирать стопку папок с заметками, уликами и газетами. Когда ее взгляд упал на субботний заголовок, у нее пересохло во рту. В последний раз она проверяла газету утром перед Остарой. Там, на первой полосе, была колдография образа, которое она знала слишком хорошо. Небо освещал череп, а из его пасти выползла жуткая на вид змея. Она стиснула зубы. Гермиона уже обо всем знала, но увидеть его знак на первой полосе «Пророка» заставило ее усомниться в Томе. Заставило ее усомниться в их отношениях. Но ведь в этом и дело, не так ли? Он не собирался говорить с ней откровенно, пока она не будет честна с ним. Была ли это ловушка? Невозможно было узнать наверняка. Тем не менее… она обещала ему, что посадит его Пожирателей Смерти в Азкабан. И была полна решимости сделать все возможное, чтобы сдержать свое обещание, но не поставит ли это под угрозу жизнь Тома? Затем он угрожал убить Министра. Как он всего этого добьется, не подвергая риску себя и ее? Она вздохнула, глядя на газету. Он собирался невероятно усложнить ей работу. Но с каких это пор Том Риддл не усложнял ей жизнь? Дверь в конференц-зал открылась, и Дюфрейн покинул его быстрыми, решительным шагом. Его палочка была в кобуре на плече, а лицо выражало лишь серьезность. — Мне нужно, чтобы каждый аврор немедленно явился в зал для совещаний. Гермиона встала, взяв с собой самые важные документы, но остановилась, когда Гаспар подошел к ее столу. — Хорошие выходные, Дамблдор? Она криво улыбнулась. — Думаю, они прошли лучше ваших. — Конечно, — он осмотрел ее с ног до головы, и она внезапно почувствовала себя ужасно неловко. Может быть, дело в том, что она провела выходные, трахаясь со своим бывшим парнем через две недели после того, целовалась со своим начальником? Гермиона не привыкла к такого рода затруднениям, но они, казалось, случались довольно часто с тех пор, как она оказалась в прошлом. Она полагала, что перед лицом опасностей войны у нее просто не было времени на романтические связи. Она не была уверена, из-за чего ей было тревожнее. Его взгляд упал на ее горло, и Гермиона неловко натянула воротник повыше. Она молилась, чтобы он не увидел фиолетовых следов, которые Том намеренно оставил на обеих сторонах ее шеи. Его взгляд задержался, а затем поднялся, чтобы встретиться с ее. — Вижу, ты подготовилась. — Да, сэр. Комната опустела, и они остались стоять у ее кабинки вдвоем. Он указал на фотографию в «Ежедневном Пророке». — Мне не нравится задавать тебе вопросы о будущем, но в данном случае ничего не могу с собой поделать. Знай только, что ты можешь не отвечать, если считаешь нужным, — его ледяные голубые глаза встретились с ее. — Ты это узнаешь? Гермиона взглянула на темную метку. Она сглотнула и медленно ответила: — Я знаю заклинание, которое это вызывает. Он моргнул, его лицо оставалось настороженным. — Что это за заклинание? — Морсмордре. Его щеки напряглись. — Ты узнаешь его, если мы проведем Приори Инкантатем? Ее брови взлетели вверх, но она лишь кивнула. — Хорошо. Присоединяйся к совещанию, Дамблдор. Он еще раз окинул ее взглядом, отметив ее элегантный костюм карамельного цвета, шелковую блузку под укороченным пиджаком, туфли на шнуровке и темно-красные губы. — Хорошо выглядишь, — добавил он как бы между прочим, но прежде чем она успела что-либо ответить, повернулся и ушел. Гермиона глубоко вздохнула и поняла, что ей предстоит неприятный разговор. Ей бы хотелось, чтобы это был Гаспар. Но это был не он. Для нее это был Том Риддл, и, вероятно, так будет всегда. Странно, как эта альтернативная временная линия перекроила всю ее жизнь, превратив врага в любовника. Гермиона обнаружила, что даже она сама стала совершенно другой версией себя в этом периоде, и это заставило ее задуматься о самом времени и о том, как люди могут так кардинально меняться из-за незначительного стечения обстоятельств. Сможет ли она стать той, кто изменит ход жизни Тома? Она отогнала эти мысли и последовала за Гаспаром на совещание.

____________________________

— Но мы не на сто процентов уверены, что это было Оборотное зелье, верно? — Нет, — сказала Майра Гримблхоук, — но вряд ли трансфигурация. — Но как они достали наши волосы? — спросил МакЛагген. — Неужели это кто-то из наших сотрудников? Или из Министерства? Думать об этом неприятно… ведь это мог сделать кто-то из их знакомых. Гермиона, конечно, понимала, что это, вероятно, был один из людей Тома в Министерстве. Она знала, что здесь работал Мальсибер. Но не могла об этом сказать. На самом деле, она должна была вести себя так, будто не знала, что за всем этим стоит Риддл, и будто никогда не приходила из будущего и не имеет никаких особых знаний. Это был единственный справедливый способ решения проблемы. Но Гермиона все равно арестовала бы его Пожирателей Смерти, если бы могла, а если бы Тома тоже забрали под стражу… это была бы его собственная вина, не так ли? Риддл спланировал этот террористический акт, зная, что Гермиона работает в Отделе Магического Правопорядка. Была ли это проверка ее лояльности? Разумеется, нет. Гермиона кипела от возмущения, расстроенная тем, что он поставил ее в такое положение. Он действительно заслуживал того, чтобы его посадили в Азкабан, и пусть попробует выбраться оттуда самостоятельно. — Но зачем им было принимать Оборотное зелье, чтобы выглядеть как авроры? Они же наверняка понимали, что никто не поверит, что это совершил весь отдел авроров. — Чтобы послать сообщение, — сказала Гермиона. — Это была шутка. Они нас не боятся. Дюфрейн медленно кивнул. — Кто бы это ни сделал… они считают, что власть принадлежит им. А не Министерству. Или, по крайней мере, они стремятся ее получить. Совершенно ясно, что преступники выступают против Статута о секретности. Гермиона огляделась, только сейчас осознав, что в отделе осталось вдвое меньше авроров. — Где все? — Забини в Бангладеше, — ответил МакЛагген. — Пикеринг в Париже, выслеживает магглов и восстанавливает их воспоминания, сотрудничая с французским Министерством. Вейн на встрече с представителями Конфедерации, — он откинулся назад и вздохнул. — Полный бардак. — Мы сейчас работаем с отделом регистрации волшебных палочек, чтобы проанализировать их описания, — сказал Дюфрейн. — Мы использовали воспоминания магглов-свидетелей, чтобы определить возможные породы древесины, из которых были сделаны палочки нападавших. Он передал ей пергамент с грубыми эскизами палочек, указанием возможных пород древесины и примерными размерами, а также список зарегистрированных палочек, которые соответствовали описаниям. К счастью, она не увидела в нем имени Тома. Однако там были Макнейр… Долохов… Розье… Малфой… и Нотт. Наряду с еще примерно двумя сотнями имен. В списке отсутствовали Мальсибер и Эйвери, но это не означало, что они не были замешаны. Вероятно, им просто повезло, и их палочки не были определены. Гермиона взглянула на список, затем спросила: — Куда, по словам свидетелей, они отправились после того, как наложили свои заклинания? Они аппарировали. Прямо на глазах у магглов. — Как они так быстро туда попали? — спросил Зайрус Бродмур. — Понадобятся дни, чтобы аппарировать в большинство этих мест, а пользоваться портключами очень сложно и незаконно. Министерство, вероятно, зафиксировало бы такое перемещение. Ее брови резко поднялись. — Но… считается, что они британцы? Дюфрейн покачал головой. — Мы не знаем. Вполне вероятно, поскольку они решили выдать себя за наших авроров. Хотя им могли просто помочь местные. Мы не знаем наверняка, но надеемся, что они не являются частью международного движения против Статута. Будет хорошо, если их деятельность ограничится территорией Великобритании. — Тогда что даст этот список? Если мы не уверены даже в этом. — Это только начало, — коротко бросил он. — Иногда улики бесполезны по отдельности. Но, собранные вместе, они рисуют более ясную картину. В комнате воцарилась тишина, поскольку авроры погрузились в свои папки с документами, изучая свидетельства очевидцев, каждое заклинание, каждый отчет и вещественное доказательство, выискивая что-нибудь примечательное. — Ну, конечно, — прошептала Гермиона, — это только начало. Глаза Дюфрейна уже были устремлены на нее, внимательно наблюдая. — У вас есть что сказать, Дамблдор? — Могу кое-что предложить? Возможно, это приведет к следующей части головоломки, — она прикусила губу. — Это может показаться слишком просто, или вообще ничего не дать, но мне кажется, логичным начать с этого. Сколько магазинов зелий в Лондоне? Оборотное зелье запрещено продавать широкой публике, но разве Министерство не обязывает лавки вести учет покупки определенных ингредиентов? Если я права, для Оборотного зелья требуются два редких ингредиента… Кожа бумсланга и рог двурога. Для покупки кожи бумсланга требуется идентификация волшебной палочки. Бумсланг встречается только в Южной Африке, это редкий ингредиент. Его не найдешь в обычном шкафчике с зельями, — она сделала паузу, глубоко задумавшись. Дюфрейн прищурился. — Они были бы просто глупцами, если бы купили ингредиенты для Оборотного зелья в обычном магазине зелий… любому, кто планирует что-то подобное, лучше всего обратиться в Гильдию торговцев. Гермиона пожала плечами. — Но в этом и вся соль, не так ли? Возможно, они не думали, что их заподозрят. Возможно, они пошли на риск, думая, что это будет слишком очевидно, чтобы даже расследовать. Дюфрейн задумчиво потер подбородок. — В любом случае, это логичный курс действий. Нельзя оставлять без внимания ни единого камня. За мной, Дамблдор. Гермиона встала и последовала за ним в его кабинет. — Магазины должны предоставить свои записи за последние несколько месяцев. Оборотное зелье хранится недолго, а его приготовление занимает месяц. Сомневаюсь, что в Лондоне много покупателей этих ингредиентов. Можете взять журнал учета волшебных палочек магазина и сверить его с теми реестрами, которые вы уже просмотрели. Дюфрейн посмотрел на нее, затем вытащил палочку из кобуры и позвал своего помощника. — Мисс Паркинсон, достаньте мне список всех магазинов зелий в Лондоне. Я собираюсь посетить их все. Мисс Дамблдор и мистер Боунс будут сопровождать меня. — Вы тоже пойдете? — удивленно спросила Гермиона. — У вас нет более важных дел? Мы с Юстасом в состоянии с этим справиться. Он глубоко вдохнул, а затем резко выдохнул. — Сейчас это самое важное. Это дело, которое я должен раскрыть, Гермиона. Нам не нужно, чтобы Конфедерация дышала нам в затылок. Все может очень быстро выйти из-под контроля, и тогда нам придется иметь дело с Министром Тафт. Она уже сводит меня с ума. Губы Гермионы изогнулись в улыбке при мысли о том, что Том обещал сделать, но затем она спохватилась, и ее глаза расширились. Не сказывалась ли на ней безнравственность Риддла? Неужели она на самом деле почти наслаждалась мыслью о том, что Том убьет Тафт? Все еще будучи в ужасе, Гермиона последовала за Дюфрейном из кабинета.

_______________________________

Они проверили все небольшие магазины на окраинах, прежде чем перейти к более крупным и известным. Посетили все аптеки на Косом переулке и на рынке Каркитт, и хотя несколько волшебников покупали шкурку бумсланга несколько месяцев назад, их палочки не соответствовали ни одной из палочек в списке. Но они все равно забрали журналы учета палочек на случай, если вдруг всплывут новые доказательства. Последним в списке была аптека мистера Малпеппера. Она располагалась в Лютном переулке. — Гермиона. — Да, сэр? Дюфрейн скосил взгляд на нее, затем на Боунса. — Если какой-то магазин и замешан, то именно этот. Они занимаются скупкой и продажей многих незаконных ингредиентов и веществ. Мы весьма усложняем им жизнь. Их несколько раз закрывали. Позвольте мне поговорить с ним, а сами просто наблюдайте. Они вошли в тускло освещенный магазин. Это была не обычная лавка с зельями. По разнообразию ингредиентов на полках было ясно, что большинство товаров использовалось для приготовления более опасных отваров. — Эй? Мистер Малпеппер? — крикнул Дюфрейн, его голос разнесся по маленькому магазину. Через несколько мгновений из задней части лавки вышел пожилой джентльмен с редкими сальными прядями рыжих волос, зачесанными на лысину. — Ах, черт, снова вы! Я почему-то знал, что скоро увижу вас. — Интересно, почему? — спросил Дюфрейн, его губы дрогнули. — Понятия не имею. Гаспар закатил глаза. — Мне нужно увидеть ваши журналы учета волшебных палочек. С ноября. Глаза старика мгновенно заострились, и он прочистил горло. — Конечно, э-э… сейчас принесу. Гермиона подняла брови, но промолчала. Пока они ждали, она продолжала осматривать магазин, и ее взгляд упал на стеклянную витрину со шкурками бумсланга. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем владелец вернулся из подсобки. — Ваши журналы, сэр. Дюфрейн взял пергаменты и рассматривал их несколько мгновений, прежде чем снова взглянуть на Малпеппера. — Они поддельные? Старик выглядел до смешного ошеломленным. — Ну конечно же, нет! За кого вы меня принимаете? — Они выглядят созданными наспех, чернила свежие. Тон чернил должен варьироваться. Не зли меня сегодня, Малпеппер. Принеси оригинальные журналы учета. Его маленькие глазки начали метаться из стороны в сторону, по лбу покатились капли пота. — Ну, мистер Дюфрейн, у меня есть определенные покупатели, которые приходят ко мне не просто так… — И эти покупатели ничего не будут значить, если ваш магазин закроют навсегда. Принесите мне журналы. Мужчина сглотнул, в его глазах отразилась паника. Дюфрейн пристально посмотрел на него, а затем наклонился через стол. — Как насчет того, чтобы заключить сделку? Может быть, Отдел Магического Правопорядка закроет глаза на ваши закулисные сделки на некоторое время. Глаза старика метнулись к нему, и было ясно, что слова его заинтересовали. — Какие сделки? Дюфрейн стиснул зубы. — На все. Временно. Не навсегда. Старик снова сглотнул, затем провел рукой по морщинистому лбу. — Скажем так, э-э, возможно, я схватил не тот журнал. Дайте-ка подумать. Он снова скрылся в подсобке. Дюфрейн глубоко вздохнул, закатил глаза и засунул руки в карманы, пока ждал. Довольно быстро мужчина вернулся. — Ах! Ха-ха, — хрипло рассмеялся он. — Вот он! Простите мне мою ошибку. Глаза уже не те. Гаспар окинул его презрительным взглядом, но забрал журнал. Он несколько мгновений изучал его, а затем прищурился. Он снова посмотрел на Малпеппера, который стоял рядом, нервно сжимая кулаки. — Малпеппер, вы помните эти продажи шкурок бумсланга? Глаза старика расширились. — Я, э-э… — Сотрудничайте с нами, и я буду вам должен. Мне нужно, чтобы вы были честны со мной. Позвольте напомнить вам, что ложь может грозить арестом и судом. Мужчина сглотнул. — Пятнадцатого декабря вы продали большую партию шкурок бумсланга паре волшебников. Что вы помните? Владелец прокашлялся. — Я… э-э… они пришли и спросили про Оборотное зелье… Я им сказал, что больше не продаю его подпольно, потому что вы нас закрыли в сентябре прошлого года. Но они все равно его требовали. Я сказал, что даже не варю его больше, и, конечно, что приготовление занимает месяц. Затем они попросили все ингредиенты для его варки… и велели мне не вносить никаких записей об их пребывании здесь. Конечно, я записал, поскольку в прошлом году вы сказали мне, что еще одно нарушение приведет к моему окончательному закрытию, — он выглядел побежденным. — Я надеялся, что вы не будете здесь разнюхивать. Дюфрейн отрывисто кивнул. — Спасибо, мистер Малпеппер. На этом все. Идемте, — он жестом пригласил Боунса и Гермиону следовать за ним из магазина. Прежде чем уйти, он обернулся и пробормотал: — Если я вернусь, вы будете сотрудничать. Это понятно? Взгляд мужчины был острым и яростным, но он кивнул в знак согласия. Дюфрейн сунул свиток в карман куртки, затем взял их обоих за руки. — Групповая аппарция. Нам нужно быстро вернуться. Боунс и Гермиона взяли его за руки, и вдруг, с треском, они снова оказались в кабинете Гаспара. Грейнджер от удивления раскрыла рот. — Вы можете аппарировать прямо в Министерство? Он коротко кивнул. — Я один из немногих. Привилегия главы Отдела Магического Правопорядка. Дверь приоткрылась, и Пеория Паркинсон просунула голову с самодовольной улыбкой. — Мне показалось, я вас услышала. К вам пришла мисс Барон из «Ежедневного Пророка». — Скажите ей подождать. Мы сейчас работаем над очень важным делом. — Да, сэр, — дверь закрылось со щелчком. Дюфрейн многозначительно посмотрел на Гермиону и Юстаса. Затем достал пергамент. — У вас есть список волшебных палочек, Гермиона? — Да, сэр. — Мне нужно, чтобы вы проверили имена Долохова и Розье. Глаза Гермионы расширились. Ее сердце забилось быстрее. Она уже знала, что они есть в списке. — Они в списке, сэр. Она протянула ему пергамент. Его глаза пробежали по списку, затем он пробормотал: — Мне придется получить ордер на проверку их палочек. Это гениально, Дамблдор. Отличная работа. Она проследила, как Гаспар ушел, чтобы получить бланк запроса на ордер. Гермиона посмотрела ему вслед, отчаянно надеясь, что это не приведет его к Тому. Она только сейчас поняла, как много он для нее значит.

____________________________

— Вы хотите, чтобы я выдала вам ордер на проверку палочек? — холодно спросила Тафт, ее глаза были прикованы к бланку запроса перед ней. — Вы же понимаете, что это наследники двух очень уважаемых семей. — Вы хотите, чтобы дело было раскрыто, или нет, Министр? Она сердито посмотрела на него, но скрыла это за милой улыбкой. — Конечно, мистер Дюфрейн. Это дело первостепенной важности. — Если ордер не будет выдан на основании этих доказательств, которых более чем достаточно, мне, возможно, придется вынести этот вопрос на рассмотрение Визенгамота. Ее взгляд заострился, как лезвие. — Итак… позвольте мне прояснить. Вы считаете, что всей этой операцией руководили эти два джентльмена? Они довольно молоды. — Нет, — коротко ответил он. — Я не думаю, что они возглавляли. Я думаю, они следовали приказам. Она аккуратно подняла свою чайную чашку и сделала глоток. — Чьим приказам? — У меня недостаточно доказательств, чтобы выдвигать обвинения. — Но неофициально? Он скрестил руки на груди и уставился на нее, его лицо было маской. — Том Риддл. Ее брови взлетели вверх, и она замерла с чашкой в руке. Тафт посмотрела на него, моргнула, а затем опустила взгляд на бланк перед собой. — Вы сказали… Том Риддл? Гаспар невозмутимо кивнул. — Что заставляет вас так думать? — Инстинкт. Она деликатно прокашлялась и поставила чашку. — Вы считаете, что эти двое — его последователи? Он кивнул. Она изучила форму и представленные ей доказательства. — Поможет ли этот арест как-то выйти на Риддла? — Это определенно возможно. Тафт посмотрела на него, затем снова на бумагу. Она через силу сглотнула и потянулась за палочкой. Быстрым движением запястья ее изящная подпись появилась на бланке, засияв золотом. А затем померкла и почернела. — Ордер на проверку палочек выдан. Гаспар склонил голову, затем шагнул вперед и, схватив бланк со стола, не теряя времени, поспешил к лифту.