Кровь братьев, пролитая на угли гнева...

Томми карабкается вперед, его руки отчаянно ищут что-то, хотя он и не знает что. Крик застрял у него в горле, непрерывно вибрируя, из-за чего он совершенно не осознает, почему не вдыхает. Его глаза распахиваются. От света его глазам больно, но он отказывается закрывать их снова. Он заставляет их привыкнуть так быстро, как только они могут, поскольку он возвращается в паническое состояние, в котором потерял сознание. Его возбуждение усиливается, когда он чувствует легкое давление на свои ладони. Он пытается убрать руки, но нежное пожатие усиливается, соответствуя в сознании Томми форме рук. Когда он смотрит в сторону, его взор заполняет мужчина в фиолетовой маске. Томми чувствует, как тяжесть ложится ему на грудь, на глазах выступают слезы. Однако он узнает героя. Он делает это через мгновение, и мужской голос проникает в его голову, слегка приглушенный модификатором, но не менее знакомый. — Вендетта, посмотри на меня, посмотри на меня, — зовет Наблюдатель, отводя обе руки от тела Томми. Блондин перестает дергать конечностями. Наблюдатель встречается с ним взглядом, и на его лице появляется медленная улыбка. Он опускает их руки на простыню под телом Томми, но не отпускает. Вместо этого он прижимает кончики пальцев к запястью Томми, ища пульс. Или, определяя, что он и близко не такой быстрый, как должен быть. Наблюдатель смотрит на Томми, его глаза слегка прищуриваются. — Дыши, Вендетта. Вдох и выдох. Следуй за мной. Томми следует данным ему инструкциям. Он подавляет накатывающую панику. Чувство немного иррациональное, и Томми прикладывает руку к щеке. У него есть смутное представление о том, почему он так себя чувствует, но он не может собрать детали воедино. Каждый раз, когда он пытается вспомнить, он чувствует теплый ветер за спиной и зеленые цветы, растущие у его ног. Он смотрит на Наблюдателя. Его голос хрипит, и он понимает, что на нем нет маски. — Что случилось? — На, выпей немного воды, — говорит Наблюдатель, протягивая руку за стаканом, который был оставлен на деревянном столе, который тянется вдоль всех деревянных стен, делая перерывы только для дверей. Над головой есть циркуляционный вентилятор с лампочками, которые дрожат из-за мощности потолочного вентилятора. Томми лежит на матрасе с простыней, но без одеяла или стеганого одеяла. Есть необычная подушка, которая наполовину упала на пол из-за того, что Томми размахивал руками. — Что, черт возьми, произошло? — Томми снова требует ответа, свирепо глядя на Наблюдателя вместо того, чтобы взять предложенную ему воду. Наблюдатель колеблется. Взгляд Томми становится жестче. Наблюдатель вздыхает. Он ставит стакан обратно на круглый стол, тихо отвечая: “У нас есть Перл и Техник ... но Браяра похитила Красная Армия". У Томми сводит живот, и он преодолевает причудливый барьер, отделяющий его от воспоминаний. Он закрывает глаза, и ее глаза пристально смотрят на него. Она протянула руку, чтобы спасти его - защитить его жизнь - вместо своей собственной. Ее забрала Красная Армия, но она позаботилась о том, чтобы Томми и Техника не забрали обратно. Томми понятия не имеет, почему она это сделала. Он медленно выдыхает, обхватывая себя руками. У них с Браяром никогда не было особенно хороших отношений. Они уважают друг друга. Они были... чем-то похожи во взаимодействии… с Ультрафиолетом. У них обоих были приличные отношения со Стражем. Они никогда не были близки друг другу, но их связывали несколько нитей. Недостаточно, чтобы Браяр смогла прорваться через контроль разума, даже на мгновение. Ей следовало убить его. Она нашла в себе силы не делать этого. Томми вытаскивает свои руки из рук Наблюдателя, на мгновение забыв, что они там были, и отталкивается от простыни. Он спускает ноги с той стороны, на которой нет Наблюдателя. Наблюдатель хватает Томми за плечи, его крылья ощетиниваются. Томми стряхивает руку Наблюдателя со своего плеча. Он сердито смотрит на героя, когда ноги Томми касаются земли. Он стоит на трясущихся ногах, используя матрас, чтобы выдержать часть своего веса. Он чувствует тошноту в животе, хотя и не знает, было ли это из-за отравления дымом или из-за чувства вины. Это может быть даже обезвоживание, но он отказывается брать стакан у Наблюдателя. Томми бросает взгляд на Наблюдателя, призывая его остановить Томми: “Я должен вернуть Браяр”. — Ее похищение было не твоей виной, — отвечает Наблюдатель. Он следует за Томми, когда блондинка направляется к двери в той же стене, что и дверь. Томми кладет руку на дверную ручку, бормоча: “Да, это, черт возьми, так”. Томми переступает порог. Он входит в комнату, до жути похожую на ту, которую он только что покинул, за исключением того, что в этой комнате нет кровати. Есть место, где мог бы быть один - точнее, два - из-за пролома в круглом столе, но их убрали. Вместо них к стене прикреплены цепи. В конце одной цепочки Техник лежит без сознания на полу в углу комнаты, противоположном той, из которой входит Томми. Другая цепь, перед Томми, удерживает молодую женщину с каштановыми волосами и кроваво-красными глазами. На ней синяя толстовка с капюшоном и джинсы, но Томми может узнать Алую демонессу даже без плаща и волка-людоеда. Перл злобно улыбается ему. — Привет, Вендетта. Рада видеть тебя проснувшимся. — Как ты себя чувствуешь? — Нейтрально спрашивает Томми, входя в комнату. Он оставляет дверь открытой, потому что чувствует Наблюдателя за спиной, но герой S-ранга не переступает порог. Перл беззаботно смеется. Она поднимает руку, закованную в цепи, и металл издает пронзительный звенящий звук. Перл опускает руку обратно на колени, вытягивая ноги перед собой. — Боюсь, не очень хорошо. Томми наклоняет голову, осмеливаясь сделать еще один шаг к ней. Улыбка на ее лице становится еще шире. Она почти подталкивает Томми подойти ближе. Блондин стискивает зубы. — Ты знаешь, почему ты прикована? Перл снова смеется, но смех гораздо более весомый и наэлектризованный, как провод под напряжением. Когда она замолкает, она легко улыбается Томми. Она говорит, и по ее тону можно подумать, что она говорит о погоде. Обычные факты. — Вероятно, потому, что, когда я проснулась, я сразу попыталась убить Наблюдателя и Хорошего парня. — Что? —Томми бледнеет. В его голове нарастает замешательство. Конечно, он знал, что Перл не была бы счастлива со своими братьями, находясь под контролем Кримсон, но разве не было всей ее мотивацией быть сильнее, чтобы защитить своих братьев? Перл забавляет его замешательство, но он не может заставить его исчезнуть. — Почему? Улыбка Перл исчезает. Томми чувствует, как Наблюдатель приближается к его спине. Глаза Перл сужаются, и она практически шипит, когда Наблюдатель пытается встать между Перл и Томми — Потому что я презираю его, вот почему. Для всех было бы лучше, если бы он умер. Крылья Наблюдателя расправляются, а руки сжимаются в кулаки. Томми тянется к его плечу, но он отдергивает руку, когда открывается дверь рядом с той, через которую они с Наблюдателем вошли. Хороший парень стоит в дверях, держа в одной руке поднос с едой. Он смотрит на Наблюдателя и Томми. Его глаза расширяются от удивления. На его лице медленно появляется улыбка. Перл все портит, крича: “Я тоже ненавижу его до глубины души”. Крылья Хорошего парня печально опускаются. Он опускает поднос, который держал в руках, на землю у ног Наблюдателя. Хороший парень уходит, закрывая за собой дверь. Наблюдатель поворачивается, чтобы заговорить с Хорошим Парнем, поднимая руку. Перл хмуро смотрит на закрытую дверь и кричит своему младшему брату. — Ты трус! Тот же, кем ты всегда был! — Не говори так, — говорит ей Наблюдатель, его голос горит от гнева. Он опускает руку, которую протягивал Хорошему парню. Он сердито смотрит на свою сестру. Его крылья поднимаются, отчего он кажется больше. Томми ныряет под крыло, пытаясь не спускать глаз с Перл. Она рычит на своего брата, поднимая обе руки, чтобы помахать ими вокруг. — И почему великий, сияющий герой говорит мне не говорить правду? Томми поднимает руку на Наблюдателя, надеясь остановить последующий конфликт до того, как он может начаться. Он шепчет герою S-ранга: “Это просто контроль над разумом, Наблюдатель. На самом деле это не она.” Томми оглядывается на Перл. Она излучает гнев. Она стискивает зубы, натягивая цепи. Томми сглатывает, чувствуя себя последним кусочком пищи перед умирающим от голода человеком. Если бы цепи не удерживали ее на расстоянии, Перл, вероятно, разорвала бы ему горло зубами. Она шипит на него, гораздо больше злясь на него, чем на Наблюдателя или Хорошего Парня. — Возможно, Кримсон действительно вызвал во мне такой уровень гнева, но я всегда обижалась на своих братьев. Вся моя жизнь всегда была посвящена им, а не мне. В тот момент, когда я нашла счастье вне их и дерьмовой жизни, на которую они меня обрекли, когда я обрела мир с группой людей, которые не собирались меня бросать, меня забрали против моей воли. Конечно, я бы хотела, чтобы они умерли. — Как ты можешь, черт возьми, ненавидеть их, когда ты так долго защищала их? — Требует ответа Томми, делая шаг вперед. Он чувствует это как яму в груди, всепоглощающую тьму, которая по спирали выходит из-под его контроля. Осколки зеркала, острее кинжалов, врезаются в него, задевая внутренности и отражая гнев Перл обратно на нее. Томми больно, но он не может найти другого подхода к ситуации, не тогда, когда он чувствует, что Перл так похожа на него самого. — Я защищала их, потому что они были всем, что у меня было. Теперь у меня есть гораздо больше. Я бы предпочла защищать Культ Эритра, чем тратить еще одно бесполезное время впустую, помогая моим братьям, — сообщает ему Перл. Она делает глубокий вдох, ее глаза на мгновение закрываются. Она снова садится на землю. Когда она открывает глаза, она кажется намного спокойнее. — Но я не ненавижу тебя. Я действительно не люблю. Я думаю… Нет, я знаю, что на самом деле мне жаль тебя, Вендетта. Ты напоминаешь мне меня, которой я была раньше, ту, которая сделала бы что угодно - даже пожертвовала бы собственной жизнью - чтобы защитить то, что у меня было. Ты, как и я, больше не можешь находить счастье в других вещах, потому что ты посвятил себя любви к тому, что никогда не полюбит тебя в ответ, спасению того, что будет бросать тебя снова и снова. Наблюдатель делает полшага назад, лицо бледное, как будто в него выстрелили. Перл не смотрит на него. Вместо этого она поднимает руку к Томми, цепочка блестит в теплом свете комнаты. — Вступление в культ было бы в твоих интересах. — Ни хрена себе, — говорит ей Томми, качая головой. Культ совершил слишком много неправильных вещей, чтобы Томми захотел присоединиться к ним. Они выступают за разрушение города, а не за его выживание. Они похищали гибридов и взрывали части парка Империй, а также проникали в правительство и крупный бизнес. Они были заразой на земле, от которой Томми собирался избавиться, а не способствовать распространению. — Я должна спросить почему. Разве ты не понимаешь, что культ может сделать для тебя? Это могло бы дать тебе новую семью, которую нужно защищать, которая также может защитить себя. Это дало бы тебе силу никогда больше не позволять использовать себя в своих интересах. Это дало бы тебе силы противостоять всему, что заставляет тебя съеживаться. Разве это не то, что ты искал каждый день, пытаясь заполнить пустоту внутри себя обещанием мести? — Говорит ему Перл, доброжелательно улыбаясь. У Томми перехватывает дыхание. По какой-то причине Перл точно знает, что ему предложить. Она также использует правильные слова, заставляя Томми вспомнить, что культ пытался похитить его раньше. Он действительно снова хочет семью, но он хочет свою семью. Он действительно хочет оторваться от Минотавра, но он предпочел бы сделать это сам, набив злодею морду. Он хочет выстоять против Ревери на своих двоих. — Она права, — произносит другой голос. Техник поворачивается, лежа на спине. Он дергает за цепочку на запястье, но, похоже, в данный момент не слишком стремится сбежать. Он смотрит на Томми, что-то блестит в его глазах. Руки Томми сжимаются в кулаки, его хватка крепче, чем дольше он смотрит в глаза Техника. — Кримсон способен дать нам всем то, чего мы действительно хотим, независимо от того, что это такое. Все, что нам нужно сделать взамен, - это несколько услуг. Он даже отказывается от твоего права отказать ему в чем-то. Кримсон не стал бы заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Он просто хочет знать, что ты счастлив. Наблюдатель хватает Томми за запястье. Он тянет Томми, переступая через поднос, который оставил Хороший Парень. Томми чуть не спотыкается об него, не готовый к тому, что кто-то начнет тащить его за собой. Наблюдатель захлопывает дверь. Томми все еще слышит, как Перл кричит ему, чтобы он тщательно обдумал варианты. Наблюдатель хватает Томми за плечи, глядя прямо ему в глаза. — Не верь ни единому слову из того, что говорят эти двое. Томми отстраняется. Наблюдатель опускает руки, но суровое выражение его лица не исчезает. Его крылья бесполезно трепещут по бокам, как будто он хочет улететь. Томми смотрит на мужчину, что-то недоверчивое озаряет его грудь. — Я никогда добровольно не присоединюсь к гребаному культу Эритра. Не начинай со мной это дерьмо. Томми идет по темному коридору. Он находит дверь в конце коридора. Он толкает ее плечом. Он выходит на цементное крыльцо. Когда он готовится закрыть дверь, он слышит Наблюдателя. — Похищение Браяра было не твоей виной. Томми оглядывается через плечо, встречаясь взглядом с Наблюдателем, хотя герой скрыт в тени. Томми хмуро смотрит на него. — Иди, блядь, проверь, как там Хороший парень. Томми захлопывает дверь.