Pt.20

      — Кстати, Мингю, — вдруг спрашивает дядюшка Ким, уже стоя на пороге, — а ты когда переезжаешь?       И тут до Мингю дошло, что, погрузившись с головой в Вону, он напрочь забыл о том, что уже послезавтра должен собирать вещи и ехать домой.       — Переезд? — омега смотрит так удивленно и напуганно, будто несколько месяцев назад не слышал об этом лично от Кима.       — Ты что, не сказал ему? — старик сердито смотрит на своего внука и, кажется, уже готов отвесить ему несколько ударов, но Вону его тут же останавливает, пытаясь выдавить из себя улыбку:       — Нет-нет, дядюшка! Мингю мне говорил, просто я немного забыл об этом.       Вону очень расстроен, и это видно всем присутствующим, но для чего-то он продолжает делать вид, будто все в порядке, хотя все явно далеко от этого. Омеге плакать хочется от осознания того, что альфа теперь будет от него так далеко, потому что за одну лишь эту ночь он привык к Мингю еще сильнее. Как теперь снова засыпать и просыпаться в одиночестве, когда знаешь, насколько теплыми могут быть объятия Кима?       Дядюшка уходит сразу же, все еще поглядывая на Мингю с неким осуждением, и его уход нисколько не успокаивает альфу.       — Вону, мне жаль, но я сам забыл об этом, — Мингю подходит к старшему чуть ближе и тянет к нему руку, чтобы приобнять.       — Все в порядке, — Вону продолжает изображать на лице счастливое выражение, но в его глазах застывшие слезы, — ты ведь предупреждал.       — Я что-нибудь обязательно придумаю, поэтому, — Ким громко вздыхает и целует старшего в висок, стараясь хотя бы немного его успокоить, — дай мне немного времени, хорошо?       Чон лишь коротко кивает и, вдыхая в себя поглубже запах своего альфы, потихоньку приходит в себя. Мингю придумает что-то обязательно, верно?       Время медленно близится к вечеру, за окном с каждым днем темнеет все раньше и раньше, поэтому несмотря на то, что часы показывают чуть больше шести, улица покрыта мраком, от которой спасает только слабый теплый свет фонарей.       Вону вдруг захотелось выйти на улицу и прогуляться по парку: пройтись вдоль узкой, но длинной аллеи, проверить, все ли уточки улетели зимовать в теплые края, а если нет, то обязательно подкормить их рисом.       Омега спешно озвучивает альфе свои мысли, на что тот моментально соглашается, даже не раздумывая, потому что за Вону он пойдет хоть на край света, — пускай только попросит об этом. Именно поэтому уже через минуту пара начала свои быстрые сборы.       Возвращаться в свою квартиру омеге отчего-то до жути не хотелось, — казалось, будто там ужасная мерзлота и страх, пробиравший до костей, поэтому брюки он надевает вчерашние, а вот теплый свитер аккуратно, с разрешения, выуживает из шифоньера альфы.       Огромный, мягкий, словно плюшевый, а еще он полностью пропитан запахом Мингю. Вону как-то невольно зарывается носом в большой воротник и никак не может удержать себя от того, чтобы как можно глубже втянуть его аромат.       Ким наблюдает за этим с восторгом и счастьем в глазах. Он уже понял, что это теперь его личный и отдельный вид фетиша — Чон Вону в его одежде.       — Готов? — спрашивает младший, застегивая последнюю пуговицу на своем пальто, как вдруг краем глаза замечает, скорчившегося над своими ботинками омегу.       Со стороны выглядит немного смешно, но Мингю прекрасно понимает, что Чону теперь тяжеловато справиться даже с такой простой задачей. Альфа аккуратно усаживается на корточки рядом с Вону и с легкостью помогает ему застегнуть несчастную молнию.       — Вону-я, ты всегда можешь попросить у меня помощи, — Ким смотрит снизу вверх на старшего и поднимается в полный рост только спустя какое-то время. — Я хочу, чтобы ты делился со мной всем.       — Я не хочу нагружать тебя своими глупостями, — Вону снова смущен, но взгляда от медовых глаз не отрывает.       — А я не хочу, чтобы ты держал все в себе, — альфа ласково проводит тыльной стороной ладони по мягкой щеке, буквально тая от того, как омега невольно поддается под каждое его прикосновение. — Я хочу, чтобы мы разделяли не только смех, но и свои слезы.       Вону, вновь краснея от таких искренних слов альфы, мягко соглашается и предлагает уже выходить. Морозный воздух тут же щекочет нос, и альфа от непривычки им дергает. От такого маленького едва заметного действия у Чона крышу сносит от умиления. Как может солидный, статный альфа быть таким милым?       Омега прыскает со смеху, когда Мингю изображает обиженное лицо, и тянет его за руку, чтобы скорее добраться до парка. Утром был снегопад, к вечеру же все растаяло, и на дорогах лежали лишь шмотки грязи, но даже они ни за что не смогли бы испортить этой паре романтическое настроение.       Ким обхватывает ладошку Вону чуть покрепче, чтобы согреть ее в своей, и предлагает по пути купить немного горячего шоколада, на что у омеги просто не хватает сил отказать.       — Я очень полюбил горячий шоколад, — говорит Чон, бегая взглядом по их огромному разнообразию. — Вообще, я не особо люблю сладкое, но с наступлением беременности только на него и тянет.       — Правда? — с улыбкой Мингю наблюдает за омегой, и с каждой секундой ему все больше и больше хочется сжать его в своих объятиях.       — Угу, — мычит Вону, стараясь больше не отвлекаться от меню, и лишь спустя несколько минут тычет пальцем на самый обычный какао без каких-либо добавок. — Хочу этот.       — Хороший выбор, — смеется тихо Ким, прождавший около пяти минут для того, чтобы старший просто взял и выбрал классический.       Обжигающие ладони стаканчики уже в руках, и мужчины размеренным шагом все же добираются до той самой аллеи, по которой Вону успел заскучать.       Если пройти немного дальше, а на втором повороте завернуть направо, можно как раз-таки выйти к тому самому небольшому озерцу, где в самом начале осени омега любил подкармливать уточек.       — Все улетели, — комментирует Вону то ли с радостью, ведь пернатным сейчас тепло, то ли с грустью, потому что желание посмотреть на них снова где-то в глубине его души все же еще присутствовало.       — Я думаю, что несколько точно должны были осталось, — пытается поддержать старшего Мингю. — Не все улетают на зимовку, есть и закаленные.       Чон угукает и проходит дальше, замечая, что его любимая лавочка у самой воды как раз свободна, поэтому спешит поскорее ее занять, — вдруг кому-то она тоже приглянется. И плевать, что в парке, кроме них почти никого нет.       — Я тут вспомнил, как ты уснул на остановке, — напоминает о не самом приятном инциденте Ким, и Вону аж дрожью пробирает. — Так испугался за тебя тогда.       — Прости, что так вышло, — нахмурившись шепчет омега, на что альфа вздыхает.       — Ты же не виноват, что все так вышло, — Мингю приподнимает ладонь старшего к своему лицу и мягко целует его пальцы. — Просто обещай, что в следующий раз, когда будешь чувствовать себя не очень хорошо, обязательно в первую очередь сообщишь об этом мне.       — Обещаю, — с улыбкой отвечает Вону и несколько раз подряд кивает.       Мингю безотрывно рассматривает мягкие черты профиля Чона, и может показаться, будто он пялится, но это не так, — альфа просто любуется своим омегой.       В кармане вдруг вибрирует телефон, и альфе до безумия не хочется прямо сейчас отвлекаться на что-то еще, однако, высветившееся на экране имя «Юн Джонхан» заставило его провести большим пальцем по экрану и ответить на звонок.       — Прости, Вону-я, — шепчет прежде, чем приложить телефон к уху, Мингю, — важный звонок.       — Все в порядке, — с улыбкой отвечает омега, продолжая рассматривать водную гладь перед собой.       Ким какое-то обсуждает что-то непонятное для Вону с неким «хеном», а тот особо и не вслушивается в чужой разговор, пытаясь лишь насладиться этим моментом. Совсем скоро будет неясно, как часто они смогут видеться и проводить время вот так наедине друг с другом, поэтому у омеги не остается ничего другого, кроме как попробовать запомнить эти невероятные ощущения тепла, уюта и заботы, даруемые ему одному.       Мингю убирает телефон обратно в карман и чуть сильнее сжимает ладонь старшего в своей, словно немного нервничает.       — Что-то случилось? — отзывается Вону.       — Помнишь, недавно я говорил о своих друзьях-адвокатах? — альфа смотрит на Чона в ожидании ответа, и как только получает его в виде короткого кивка, продолжает: — Сегодня они были на встрече с адвокатом Го Ханёля, чтобы обсудить вопросы и прийти к общему компромиссу, который не повлиял бы на тебя и Джису-щи.       — И, — Вону заметно нервничает, хоть и старается этого не показывать, — что они решили?       — Адвокат хочет пойти на уступки. Джонхан-хен сказал, что когда-то они уже работали с ним, неплохой специалист, с которым действительно можно работать в одном направлении. Но тоже не без условий, — фыркает Мингю, закатив глаза. — Он договорится с Го Ханёлеп, если только ты отзовешь то свое заявление, — Мингю смотрит на него пару секунд, а затем мягко целует в лоб. — Если все пройдет как надо, этот ублюдок не сможет к тебе приближаться.       — Он не сможет ко мне подходить ближе, чем на какое-то определенное расстояние? — задумчиво уточняет Вону и кусает нижнюю губу.       — Да, расстояние определит сам суд, но, вроде, это около ста метров, — Мингю замечает обеспокоенное состояние омеги и уже собирается закрыть этот разговор на сегодня, как омега его опережает:       — Я согласен на такой расклад, — быстро отвечает Чон и немного улыбается уголками губ. — Я заберу заявление, если и он согласится на такие условия. Я плохо верю в это, если честно, как будто все слишком просто, но если твои друзья смогут его убедить, это будет, — он глубоко вдыхает, — замечательно. Я буду спокоен, если он не сможет больше причинить боль Джису-хену.       — И тебе.       Мингю притягивает Вону к себе и так крепко обнимает омегу, что еще чуть-чуть и сможет его раздавить в своих руках. Вону буквально пропитан любовью и уважением, хоть никогда их и не ощущал. Он настолько добрый и благодарный, что альфа на секунду задумывается, а точно ли этот парень не просто плод его воображения?       — Просто, чтобы ты знал, — шепчет, тихо смеясь, Мингю и касается губами чужой мягкой щеки, — я бы его на всю жизнь за решеткой закрыл. Никто не смеет делать тебе больно.       — У меня от твоих слов, кажется, уровень сахара в крови повысился, — смеется Вону, подставляя лицо под поцелуи альфы.       — А у меня от твоего присутствия, — отвечает альфа, чем вызывает у старшего лишь более громкий смех.       Последние несколько дней… нет, месяцев в компании с Кимом заставили Вону пересмотреть свою жизнь и отношение к ней. Омеге хочется верить в то, что этот альфа появился в его жизни совсем не просто так и что именно он поможет перевернуть все обратно с головы на ноги.       — Спасибо, что в день нашего знакомства ты не отказался подвезти меня, — говорит Чон, глядя в глаза Мингю.       — Тогда мне показалось, что если откажусь, то потеряю что-то очень важное и больше никогда не смогу вернуть, — альфа прижимается своим лбом к чужому и невесомо целует старшего в заледеневший кончик носа.