Маргарет.

Только на закате они подъехали к большому поместью на возвышении. Графиня притормозила, подъезжая к большим тяжёлым воротам и спустилась с лошади. Ноги чуть гудели. Их встретили чересчур обеспокоенные конюхи, которые тут же, без всякого промедления, провели девушек внутрь. Олейна была немного раздосадована тем, что ей не дали рассмотреть поместье. Она никогда не видела этот дом раньше и хотела бы сначала перевести дух. Нойн мягко намекнула, что стоит подождать и они сами виноваты, что так поздно выехали. Их встретила приятной наружности женщина, которая осведомилась о трудности дороги и не слишком ли устали гостьи. После гувернантка отвела их большую залу, где сказала немного подождать. Кесолин поправила свои волосы и заколку на затылке Роуд. Возможно, она переживала больше, чем менестрель. Маргарет появилась через несколько минут. Она шла под руку со статным мужчиной больших лет, который явно был чем-то сильно озабочен. Роуд подняла взгляд и обомлела. Эта величественная девушка не была похожа на девочку из академии, с которой они шептались каждую свободную минуту. Та Маргарет стеснительно мяла руки и прятала лицо, если кто-то слишком долго на неё смотрел. Эта - стояла ровно и так уверенно, что, признаться, на секунду Олейне показалось, что она на приёме у Королевы. Только после того, как лорд Гилберт прокашлялся, менестрель заметила его присутствие. Обе коротко поклонились. -Спасибо, что приняла приглашение, - говорить начала Маргарет, её супруг в то время отошёл к дворецкому и что-то ему негромко сказал, - Мы рады видеть тебя и.. -Леди Рой, - Кесолин показала рукой на девушку и чуть улыбнулась, - Спасибо, что пригласили, граф Моррисон, госпожа Маргарет. -Я вынужден буду откланяться немногим позже, - чуть хрипло сказал мужчина, окинув прибывших беззлобным взглядом, - Граф Домино пригласил меня месяцем ранее и эту встречу нельзя отменить. Прошу меня простить. Будьте здесь, как дома. Какое-то время эти трое обменивались любезностями. Олейна стояла чуть позади, не зная что делать. Девушка просто улыбалась и кивала иногда, чтобы показать свою вовлечённость в разговор. Маргарет постоянно на неё смотрела и чуть прищуривалась. -А вы, значит.. - Гилберт посмотрел на Роуд и чуть улыбнулся. -Леди Рой прислана моей матерью, - ответила за неё нисколько не растерявшаяся Кесолин, - Она здесь проездом, а после отправится в земли F, к родне -Вот значит как, - граф одобрительно кивнул и расправил плечи, - Мы рады видеть ученицу госпожи Нойн у себя в любое время. Жаль, что я не могу остаться с вами подольше. Маргарет, милая, сообщи Джеку, что я отъехал. Он действительно ушёл. Все сохраняли загробное молчание до тех пор, пока за окнами не стих грохот экипажа. После, всё так же молча, девушек проводили до столовой. Широкий стол, накрытый как будто на дюжину людей, заставил Олейну ещё раз убедиться, что корсет во всём этом точно лишний. Только сев за стол, Маргарет, которое до этого сохранявшая величественное и какое-то даже загадочное молчание, наконец ожила. Она нежно улыбнулась и, сложив на груди руки, с каким-то трепетом посмотрела на Роуд. Девушка сказала, что невероятно рада, что муж ошибся на счёт повешения и менестрель снова пошутила про то, что горбатого исправит только гроб. Моррисон только рукой махнула и засмеялась, совсем как раньше. Стало легче. Они не торопились есть, потому что никак не могли перестать разговаривать. Им почему-то казалось, что если они замолчат, то после уже не смогут поговорить. Олейна всё время говорила, что никак не может принять и уложить в голове брак Маргарет с гораздо более великовозрастным мужчиной. В академии она твёрдо всем заявляла, что выйдешь замуж последней. Таков путь. Зато теперь она влиятельная дама с множеством полезных связей, большим домом, платьями и деньгами. -Останьтесь у меня на ночь, - сказала она, наконец прикоснувшись к чаше с вином, потому как в горле от разговоров пересохло, - Гилберт вернётся через пару дней, а я здесь умираю со скуки, вы не представляете.. Прошу, останьтесь. Мы так давно не виделись, тем более с тобой, Олейна. -Я... - девушка посмотрела на Нойн, ожидая её реакции. Графиня, недоумевая, посмотрела на этот жест, но, решив не придавать этому особого значения, коротко кивнула и улыбнулась, - Да, конечно. Я тоже рада тебя видеть. Как ты живёшь здесь, с этим человеком? Он не строг? -Я просто нашла отдушину, - было видно, как щёки Моррисон чуть краснеют, но она быстро взяла это в руки и выдохнула, - К тому же, с возрастом, Гилберт становится всё мягче. У него уже не так много сил, чтобы тратить их на надзор за мной. Да и деньги.. -Хорошо ты устроилась, - Кесолин рассмеялась и, подвинувшись немного ближе к столу, подняла чашу с вином, - За нас, миледи. Они не помнили сколько выпили уже через час. Знали только, что непозволительно много для светских дам. Только Олейна не знала и этого, потому что раньше напивалась и посильней. Они говорили о вещах отвлечённых, о каких-то новостях и ерунде, не заслуживающей совершенно никакого внимания. Было так спокойно и тепло, что хотелось, чтобы время остановило свой бесконечный ход и дало им ненадолго задержаться в этом моменте. Закрутившись в собственных жизнях они были так рады стать частью чьей-то ещё, хотя бы на сотую долю. Кесолин заговорила о каком-то лорде и хозяйка поместья с таким весельем её поддержала, что скоро разговор перетёк полностью в другое русло. Роуд молчала, за неимением слов. Она была из совершенно другого слоя и понятия не имела о ком сейчас говорят эти двое. Ей и не хотелось. С детства Олейна понимала своё положение и теперь только улыбалась, посмеиваясь, когда они смеялись. Девушка долго смотрела на Моррисон и ей думалось теперь, что почти ничего в ней и не поменялось. Такие же длинные тёмные волосы, такое же лицо, такие же глаза. Она, как и прежде, выглядела так, словно впитала в себя чьё-то горе. У некоторых людей были такие глаза - глубокие и печальные, независимо от их настроения. Но отрицать изменения Роуд не могла. Графиня прошла, вероятно, длинный путь, чтобы стать такой, как теперь. Обсуждать дворян скоро надоело и наступила тишина. В ней не было ничего тяжёлого, они как будто устали и теперь переводили дух, собираясь с новыми силами. Роуд запела на чужом языке. Её никто не просил, но ни Маргарет, ни Кесолин не были против. Менестрель выучила песню, живя в цыганском стане какое-то время. Она не знала языка, но знала, что в ней поётся про какого-то героя, который в конце умер. Так ей сказали и она предпочитала верить. От вина и мелкого головокружения иногда дрожал голос, но сейчас вряд ли кто-то слушал её с критикой. Песни менестрелей занимали отдельное место в разумах людей, особенно пьяных. Под конец Олейна просто начала смеяться без видимой на то причины и тем же заразила представительница дворянства. Заливистый смех наполнил зал и оттого не было слышно, как отворяется небольшая дверь. Высокая девушка в аккуратном длинном платье и с небольшой сумкой на поясе прошла в столовую и остановилась, дожидаясь, пока смех утихнет. Её заметила Кесолин, случайно повернувшись, и тут же похлопала хозяйку дома по руке. -Эми, ты пришла, - Моррисон мягко улыбнулась вошедшей, поставив потяжелевшую голову на руку, - Это моя ключница, Эмилия Берг. Самый ценный и дорогой сотрудник.. -Графиня, вы просили сообщить, когда наступит десятый час, - проговорила девушка, подойдя ближе к хозяйке поместья, - Сообщаю, что уже одиннадцатый. Добрый вечер, госпожа Нойн, госпожа.. -Я не из них, - менестрель рассмеялась, за что получила по затылку от Кесолин, - Просто Олейна.. Рада встрече, мисс Берг. -В таком случае, я тоже, - Берг улыбнулась и, взяв под руку изрядно пьяную Маргарет, поклонилась девушкам, - Думаю, вы сможете с новыми силами продолжить завтра. Сейчас можете выйти в сад, чтобы подышать, или подойти к любой горничной, чтобы вас сопроводили в комнату для сна. Мы подготовили только одну, но установили там мягкий диван и принесли постельное бельё. Мы не думали, что прибудет двое, иначе подготовились бы лучше.. -Всё в норме, не тревожьтесь, - Кесолин встала из-за стола и мягко улыбнулась, - Я и сама не знала, что так выйдет. Доброй ночи, Маргарет. Олейна встала следом и, проводив уходящих взглядом, посмотрела на подругу. Так много событий случилось за несколько дней, что теперь девушке казалось, что всё это время она не дышала, просто забыв как это делается. От этой мысли менестрель почувствовала неукротимое желание выйти на воздух. Пьяный взгляд заметался по комнате. Нойн выдохнула и рассмеялась. -Отдушина, да? В нашем мире очень важно найти отдушину.. - проговорила она чуть слышно и посмотрела на Роуд, - Ты хочешь в сад? -Что? Да, хочу.. - девушка убрала с лица пряди светлых волос и отодвинула от горла ворот одолженного платья. Кесолин коротко кивнула и подошла к одной из дверей, - Тебе не обязательно идти со мной. Можешь ложиться спать, я.. -Я тоже хочу пройтись немного, - графиня прошла в коридор и оглянулась, чтобы убедиться, что подруга идёт за ней, - Свежий воздух не навредит. Они шли по длинным коридорам, не проронив ни слова. Изредка попадался на пути кто-то из прислуги, но время было настолько позднее, что они, вероятно, уже разбредались по своим кроватям. Нойн хорошо знала это место. Она часто бывала здесь и раньше, а теперь, когда граф Гилберт отлучился, и вовсе ощущала некую свободу. Всё, что могла Олейна - идти за ней. Девушка не была здесь ни разу в своей жизни и, признаться, даже в самом графстве появлялась крайне редко. Теперь, может, появится повод. Если Маргарет пригласит её снова. Такое могло случиться только в какое-нибудь торжество, да и то Роуд могла появиться только в качестве увеселения на балу. Не принято звать простолюдинов в гости без особенного повода. Воздух был свеж и чуть прохладен. На тёмном полотне неба дырками светились сотни звёзд. Они молча стояли в этой темноте и думали каждая о своём, при этом даже не подозревая насколько близки их сознания в эту минуту. Олейна чуть слышно запела, покачивая подол голубоватого платья из стороны в сторону. Низкий голос чуть хрипел, а потому звучал, как чья-то колыбельная. -Ты всё ещё помнишь ту песню? - Нойн прищурилась, пытаясь разглядеть в темноте лицо девушки, как будто это могло бы помочь ей прочитать её мысли, - Сколько лет нам было? -Помню.. Кажется, около тринадцати? - менестрель посмеялась и махнула рукой, мол, всё это не важно, - Моим сокамерникам она нравилась больше всех. -Олейна.. Ты долго была там? - графиня помолчала немного, словно обдумывая собственные неповоротливые слова, - В этот раз.. -Около пяти месяцев, кажется, - беззаботно отвечала девушка, раскидывая потяжелевшие руки в стороны, - Знаешь, в какой-то момент я даже начала думать, что это конец. Мне.. Просто повезло. -Тебе перестанет везти в один день, как ты не поймёшь? - Кесолин, от чего-то испытывая злость и что-то ещё, пока что слишком тонкое, заглушаемое вином, и оттого непередаваемое, поймала в темноте руку менестрели, - Следующий раз может действительно стать последним, понимаешь? Олейна молчала какое-то время. Она привыкла пить, да и воздух поспособствовал, а потому она мыслила слишком трезво, чтобы не понимать. Девушка только улыбнулась, мягко погладила до обеления сжимавшие её ладонь тонкие пальцы. -Но я здесь, Кес.. - этого конкретно сейчас было достаточно, чтобы успокоить подругу. Та отступила и даже, кажется, улыбнулась, - Пойдём. Уже и правда поздно. Больше они не заговаривали о темницах в этот вечер. Говорили о лошадях, о матери Нойн, которая сейчас жила в пансионате у моря, о Маргарет и академии. В комнате не зажигали свет. Они просто разбрелись по своим кроватям, замерев перед этим на пару минут в каких-то неестественных объятиях, из которых ни одна не слишком хотела выбираться. Кесолин быстро уснула. Она наощупь за секунды развязывала шнуровку корсета и умела выбираться из слоёв платья. Роуд мучилась с одеждой ещё долго, и, в итоге, бросила её на тумбу рядом, уже не найдя силы складывать. Маргарет, должно быть, уже давно спит, и теперь видит пятый сон. Менестрель всё не могла поверить, что это действительно та девушка, которую она знала раньше. С такими мыслями она и погрузилась в тот тревожный сон, прерываемый кошмарными видениями из прошлого. Ей снилась тюрьма и грубые, но добрые руки того человека со светлыми скомканными волосами. Ей снилось, как он говорит на ухо, что они споют ещё миллион историй, а после издаёт последний вздох на эшафоте. Сотни рук сжимались на его горе, оставляя чёрные сальные следы. -Авель! - почти закричала Роуд, в ледяном поту поднимая тело с дивана, - Авель... -Олейна? - графиня завязывала ленту на поясе своего платья. Солнце уже взошло и комнату заливало красноватым светом, - Кошмар? Ты звала кого-то всю ночь, я не смогла тебя разбудить.. -Я в порядке.. Доброе утро, Кес, - она чуть улыбнулась и вытерла мокрый лоб, спрятав обнажённую спину в одеяле, - Готова целую лошадь съесть, если честно. Надеюсь, Маргарет уже поднялась.. Нойн отвела взгляд. Возможно, они смогут поговорить об этом позже. Возможно - никогда. Девушка кивнула и чуть посмеялась. Менестрель не менялась и от этого, если честно, не то хотелось плакать, не то смеяться. -Да, она уже ждёт.