Вернутся к фанфику
Хауф
19 июля 2024, 16:46Дункан Айдахо, несмотря на праздничную атмосферу, не торопился окунаться в торжество, хотя не отказал себе в удовольствии пройти несколько туров вальса с хорошенькими фрейлинами Её высочества и дочерями благородных Домов.
В зале царила невиданная для Арракиса и почти родная, каладанская прохлада, но щеки партнёрш по танцам были неизменно красны. Дункан знал, что многие находят его приятным для глаз и не против, если он «ошибётся» дверью и заночует не в своих покоях.
Совмещая приятное с полезным, он проверял вверенный ему периметр, не спуская глаз с герцогской четы. Время от времени ему попадался и Пол. Вот уж у кого была отговорка не плясать — зверский взгляд молодого Харконнена, по-собственнически обнимающего ученика Мастера меча. Кажется, возмущения старины Гурни Дункан теперь понимал и разделял. А затем они покинули зал. Можно было бы рассмеяться и сказать что-то вроде «Дело молодое», но это Атрейдес и Харконнен. Дункан, воскрешая в памяти не лучшие первые годы жизни на Гьеди-Прайм, передал пост наблюдения и вышел из бального зала. На душе было неспокойно.
— Куда они пошли?! — изумился Айдахо, выслушав доклад подчинённого.
Вместо того, чтобы запереться в покоях и предаться разврату (о котором все и без того в курсе), Его юная светлость, прихватив «наложника» (Дункан очень сомневался, что на-барон добровольно подставлялся Полу) и пару человек охраны отправился… гулять по вечернему Арракину! Безусловно город патрулировался вооружёнными силами Дома, за полгода была ликвидирована не одна тайная агентурная ячейка Харконненов; Суфир Хават, так и не получивший после покушения на Пола отставки, продолжал выцеплять из песка паразитов, завербованных предыдущим наместником. Спящие агенты могли таиться везде… Все силы были направлены на то, чтобы обезопасить Арракин от диверсий, но утверждать, что столица абсолютно безопасна, Дункан Айдахо не мог. Сколько ещё должно пройти лет, чтобы можно было с уверенностью заявлять, Арракис — вотчина Атрейдесов? На этот вопрос Мастер меча также не мог дать ответа.
Пол, молодец, конечно, взял охрану, но… мужчина потёр ноющий затылок. Всё равно было неспокойно. Зачем-то он переоделся в дистикомб и полевой комбинезон. Взгляд упал на нишу, в которой находились доспехи. В ночь нападения Харконненов ему пришлось сражаться налегке, только под защитой генератора щита. Выучка Дома Гинац — достойная альтернатива императорским сардаукарам и тем более Харконненской швали, что скорее давила массой, нежели умением. Победа далась непросто, сотни воинов нашли последний приют в песках Арракиса, но это капля в море по сравнению с гибелью целого Дома.
Всё благодаря Полу.
Всего одно решение — не пить сонную пилюлю предателя Юэ изменило историю. Дункан видел, какими глазами воины смотрят на сына герцога — благоговение. Мальчик юн и неопытен, но, если он даже не прикажет, лишь попросит, знамёна Дома будут подняты в его честь.
В дверь забарабанили. Дункан тяжело вздохнул, ощущение некой гадости крепло.
— Ну? — на пороге стоял мертвенно-бледный энсин.
— С-сигнал бедствия! От милорда Пола…
«Проклятье!» — зарычал воин, выбегая из комнаты. Не зря у него было дурное предчувствие!
— Герцог знает? — на бегу спросил о гонца Айдахо.
— Ему сообщили… — проблеял юноша.
— Вели готовить орнитоптер, парень.
— Е-есть, с-сэр!
Сжимая штурвал, Дункан понял, что у него дрожат руки. Воображение рисовало недобрые картины, а судя по точке, откуда поступил сигнал, Пол ушёл не так далеко от дворца. От осознания, что очередное Харконненское паучье гнездо оказалось так близко, сводило живот. Они вновь очень сильно проштрафились. Мастер меча не хотел думать о том, какая судьба ожидает Суфира Хавата. Второй провал, стареет ментат.
— Куда его потащила нелёгкая?! — ворчал Гурни Халлек, проверяя оружие. Старик вызвался лететь с ним, всё-таки он несёт ответственность за Пола и как никто знал, с какой мерзостью бок о бок обитает воспитанник. Военному мастеру было страшно застать герцогского сына мёртвым. Об этом думать не хотелось, но слишком уж навязчивой была мысль.
Меньше десяти минут ушло на то, чтобы по воздуху добраться до рыночной площади, а Дункан чувствовал, будто прошла вечность. Дистикомб неприятно лип к телу, которое от волнения стало потеть ещё больше. Он ожидал, что встав во весь рост и сделав первый шаг за пределы орнитоптера, костюм будет противно скрипеть и хлюпать.
Местные жители, привлечённые шумом лопастей, высыпали из торговых палаток на площадь, более-менее свободную, чтобы посадить орнитоптер. Конечно, некоторая часть торговых рядов оказалась повреждённой — герцогская казна непременно возместит ущерб.
— Включить щиты, оружие на изготовку! — приказал солдатам Айдахо.
Они вышли наружу и пошли в сторону, откуда доносился сигнал. С одной стороны Пол может быть связанным, а с другой… мёртвым, от того сигнал не перемещается. Сверяясь с показаниями датчика, группа вышла на короткую улочку, находящуюся чуть в стороне от торговых рядов. У одного из приземистых строений толпился народ. При виде воинов Дома Атрейдес, они бросились врассыпную.
— Эй, я знаю это место! — воскликнул кто-то за спиной Дункана. — Сэр, это чайная старого Гариба, мы сюда во время увольнительных ходим!
— Не нравится мне это всё, — бросил Халлек. Айдахо искоса посмотрел на него и первым спустился вниз.
Небольшой зал был превращён в поле битвы: сломанная мебель, следы крови на стенах. Неподалёку от входа находился первый мертвец — будь Мастер меча слабее нервами, его бы передёрнуло от вида почти отрезанной головы. Жестокое убийство. Второй мертвец, судя по одежде, местный житель, с неестественно вывернутой шеей, лежал у стойки. В синих-на-синем глазах, равно как и на лице, застыл ужас. Третий — посреди зала.
— Разорви меня! Простите, сэр! — выкрикнул один из солдат, рассмотрев, что кусок столешницы застрял в земляном полу, отделив верхнюю челюсть от нижней. С какой силой бил убийца, чтобы сделать так?
— Пол! — расталкивая кучу-малу в угол зала бросился Гурни Халлек, найдя своего ученика. — Доктор Лицман! Где её носит?
Дункан крупно вздрогнул, при виде наследника Каладана. Слишком яркая кровь на слишком бледном лице. Военный мастер осторожно потормошил юношу и тот слабо застонав, открыл мутные глаза. Айдахо выдохнул — жив! Надолго ли? Он почувствовал на себе чужой взгляд — это был на-барон Харконнен. Заметив, что Дункан смотрит на него, парень оскалился окровавленными зубами и только потом Мастер меча увидел, что тот зажимает рану на боку. Сомнений в личности убийцы не было. Такие же выводы сделали и солдаты.
— Господа военные, если в помещении нет угрозы, то я хотела бы заняться своими прямыми обязанностями, — раздался за их спинами голос доктора Лицман. — Его светлость, господин на-барон здесь?
— Здесь только одна угроза — Харконнен! — выкрикнул один из офицеров.
— Убери меч, — приказал Дункан, схватив мужчину за руку.
— Но сэр! — растерялся тот.
— Дуглас, сам подумай, какой ему смысл оставаться здесь после всего? — раздражённо спросил Айдахо. — Не думаю, что продырявленный бок заставил бы на-барона остаться.
— Но он убил наших сослуживцев! — раздались несогласные голоса.
— Не без причины, — проговорил Мастер меча, мысленно поражаясь тому, что защищает Харконненского наследника.
Бри Лицман, осторожно, чтобы не наступить на осколки, прошла внутрь разгромленной чайной. Она предпочла бы заняться своими прямыми обязанностями, будучи в благоустроенном для этого помещении, но один лишь взгляд на наследника Атрейдеса и было понимание, что идёт обратный отсчёт.
— Расчистите центр зала, там больше света, — велела доктор. — У нас нет возможности транспортировать Его светлость немедленно. Нужно провести подготовительные процедуры, дабы милорд не скончался от кровопотери.
Пока солдаты торопливо стаскивали трупы к стене и пытались прибраться, Бри Лицман замерила пульс юноши. Замедленный, но стабильный, с интервалом в три секунды. Доктор школы Мин достала из саквояжа специальные ножницы — снимать с юноши стилсьют (пусть тот стоил баснословных денег) и тревожить раны будет только неуч. Крак! Крак! Крак! С тихим шипением из трубок выходил воздух и немного воды, окрашенной в красный.
Врач озабоченно нахмурилась. Три глубоких проникающих ранения в брюшную область. Однако, кровь почти не шла, хотя по расчётам кровопотеря должна быть огромной.
— Вы чувствуете боль, Пол? — поинтересовалась доктор Лицман.
— Я… отсёк её, — прохрипел юноша.
— Умеете контролировать реакции организма? — недоверчиво улыбнулась женщина.
Пол слабо кивнул.
Об этой способности когда-то давно их курсу рассказывал наставник, относя её к Бене Гессерит, как одному из полумифических умений, доступных этому ордену. Но все в Ордене — женщины, а наследник герцога — мужского пола. С другой стороны, до её медицинского крыла в замке Каладан доходили слухи о применении юным наместником Голоса — умения, которое вовсе не должно быть доступно мужчинам. Выходит, леди Джессика не единожды нарушила устои своей альма-матер… Но сейчас это играет им на руку.
— Я залью раны стазис-гелем, они заполнят собой места ранений, — поясняя свои действия, женщина сорвала пломбу с одного из плоских серебристых пакетов. — Если у Вас больше не течёт кровь, значит у нас есть возможность доставить Вас в госпиталь при дворце. Вам хватит Ваших способностей, чтобы вытерпеть перелёт?
— Думаю, да…
— Хорошо, — на живот юноше полился прозрачный гель, что при контакте с открытым воздухом разбухал, создавая пенистую структуру, которая одновременно и мягко закупоривала ранения, впитывая кровь, и не позволяла при тряске усиливать болевые ощущения. — На всякий случай я лучше вколю Вам обезболивающее.
Проведя необходимые манипуляции, доктор велела грузить на-герцога в ортоптер, а затем перевела внимание на Фейд-Рауту.
— Ваш черёд, господин на-барон, — Бри сделала приглашающий жест.
— Я в порядке, — отозвался на-барон, собираясь занять место в летательном аппарате.
Доктор нахмурилась.
— Не время для храбрости, господин на-барон. Или Вы добровольно дадите мне осмотреть Вас, или я попрошу солдат держать Вас, покуда не увижу подтверждение Ваших слов или же опровержение. Ну, же, время идёт.
— Только ли у Атрейдесов все низшие настолько фамильярны? — закатил глаза к потолку Фейд-Раута, но подошёл ближе, позволяя доктору срезать и с себя часть дистикомба.
Бри Лицман криво усмехнулась и склонилась, чтобы рассмотреть ранение на-барона. Всего одно, но очень широкое, она не припомнит такого оружия в арсенале Атрейдесов. Значит, неоднократный удар в одно и то же место.
— Как бы не пришлось удалять Вам часть кишечника, — прокомментировала женщина, осторожно касаясь кончиками пальцев участков вокруг раны. — Может, Вы не ощущаете, но у Вас внутреннее кровотечение. Кровь нужно дренировать, а там видно будет — удастся ли сшить или придётся удалять. В случае с Его светлостью — аналогично.
Фейд-Раута криво усмехнулся.
— Я весь Ваш, — пожал он плечами. — Сеансом больше, сеансом меньше. За исключением маленького герцога, Вы — второй человек, кто видел меня обнажённым большое количество раз.
⸙⸙⸙
Лето Атрейдес опустошал который бокал за вечер, не чувствуя вкуса и тумана в голове. Но, он хотя бы не забывал проверять каждую новую порцию алкоголя ядоискателем. Наместник Арракиса невидящим взглядом скользил по разодетой в пух и прах толпе гостей — представителей Великих Домов Лансраада, а в душе всё трещало и переворачивалось. Любимая супруга, переговаривающаяся с Её высочеством на другом конце зала выглядела счастливой, то и дело, оглаживая живот. Принцесса Ирулан ей мило улыбалась и думала о том, что, наверное, хорошо быть любимой и носить под сердцем желанного ребёнка. Не слышал герцог и музыки, льющейся из ниши для оркестра, вместо этого устройство связи — не больше пуговицы, установленное за правым ухом, голосом Дункана Айдахо сообщало страшные вести. Пока они с Джессикой праздновали свадьбу, совсем неподалёку от торжества убивали их сына. — Мы возвращаемся, милорд, — рапортовал Мастер меча. — Доктор Лицман немедленно займётся оперированием. — Пол… выживет? — хрипнул Лето. — Он справится, — ответил Айдахо. Хоть Дункан не видел, но герцог кивнул и потянулся к очередному бокалу. Джессика повернулась к нему и озабоченно нахмурилась. Она, проведя бок о бок с этим мужчиной буквально половину своей жизни научилась понимать его настроение. Супруг был… напуган, а увидев, что она на него смотрит, попытался скрыть эмоции. Женщина нахмурилась. Лето не из тех, кто будет по пустякам волноваться. — Прошу прощения, Ваше высочество, мне нужно к супругу, — извинилась женщина, сделав книксен. — Ну что Вы, миледи, какие извинения на Вашем празднике? — рассмеялась Ирулан. — Вы — хозяйка этого вечера и этой планеты, это мне надо извиняться за то, что заняла Ваше время в важный для Вас день! Джессика, надеясь, что лицо по-прежнему сохраняет благодушное выражение, поторопилась к Лето. Но сделать это было не так-то просто: её хватали за локти, стремясь увести в «женский кружок», ей пытались всунуть записки с просьбами, адресованными герцогу. С неизменно вежливой улыбкой герцогиня Атрейдес отклоняла конверты, направляя все прошения к секретарю. Она не адъютант, она — леди! — Что с Полом? — прошептала леди, едва добравшись до супруга. Лето крупно вздрогнул. Он надеялся скрыть это от Джессики. — Лето? — потребовала женщина. Герцог Атрейдес нервно облизнул губы. — На Пола совершено покушение. — На-барон Харконнен? — её лицо стало похоже на маску, красивую, но безжизненную. Зелёные глаза потемнели. — Как ни странно, нет. Если верить Дункану, он как раз-таки бился за него. Это сделали наши люди, mo ghràdh, — тонкая ножка бокала в смуглых пальцах Лето сломалась, и чаша полетела вниз, орошая носки сапог и расшитых бисером туфель тёмным, похожим на венозную кровь, вином.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!