Часть 2

Хэнк пришел в себя от боли и голосов. Попытался пошевелиться и не смог – сверху его придавило. А потом затылок его вспыхнул болью, и он все вспомнил – стоянку, человека в шляпе, выстрелы, короткую скачку. Визг Виски, летящего с ним на землю. Хэнк открыл глаза. На нем лежал мертвый Виски. Хэнк понял это, потому что разгоряченный, хрипящий от страха и галопа конь не дышал – он лежал совершенно неподвижно. Хэнку повезло: он ударился затылком, и там тепреь будет шишка, но его не раздавило. Они так упали, что часть веса его верного старичка пришлась на плоский валун, бывший справа. Утешения в этой мысли было мало. Над ним нависли две рожи. Ему хватило пары секунд, чтобы разглядеть их и убедиться – бандиты. Один, к тому же, не то чернокожий, не то индеец, огромный, как бизон, просторная длинная рубашка на его груди была внатяжку, а на щеке имелся заметный шрам. Второй, со шрамом на подбородке, в шляпе, заросший, с совершенно зверским лицом, держал винтовку. Это он застрелил Виски. – Гляди. Очнулся, – первый негромко сказал, заметив, что Хэнк на них смотрит и кивнув подбородком. Голосу него был тихий, низкий и мягкий, совершенно не сочитаясь с его внешним видом. Он говорил без всякого акцента. Второй, что-то с жаром доказывающий ему, умолк на полуслове, посмотрел на Хэнка и криво улыбнулся, показав зубы, показавшиеся Хэнку острыми и хищными. – Тем хуже ему, – протянул мужчина, присел перед Хэнком на корточки и ткнул дулом ему в плечо. Хэнк поморщился. – Ну, малец, хорошо побегал? Трусливая гадина. – Я не трус, – Хэнк попробовал чуть приподнять вес Виски, или сдвинуться под ним. Первое оказалось задачей невыполнимой, но пространства было достаточно для маневра, чтобы шевелить туловищем и руками. За голенищем у него был нож, и Хэнк принялся медленно сгибать ногу в колене, подтягивая ближе к руке. Второй бандит, тем временем, шагнул в сторону, принялся кружить вокруг коня, осматривая его, а затем тоже присел, и Хэнк перестал его видеть. – Ага. Стервятник, – мужчина выплюнул презрительно, а у Хэнка со стыда вспыхнули щеки, и он закусил нижнюю губу. – Шныряешь, трупы обираешь. Ждешь, пока за тебя грязную работу выполнят. Ты омерзителен. – Артур, – тихо позвал второй. – Что? – громила раздраженно обернулся, показав затылок с засаленными светлыми волосами, торчащими из-под шляпы. – Глянь. Мужчина выругался, поднялся, и шагнул к напарнику. Одновременно сердце Хэнка чуть упало. Он понял, что сейчас они увидят, за секунду до того, как бандит в шляпе, Артур, чуть шатнулся назад и воскликнул с отвращением: – Матерь Божья! Это что еще за срань?.. Второй поднялся, и Хэнк увидел его лицо, обращенное к себе. – Собирался получить за них награду? В его голосе не было осуждения. Не было любопытства. Он звучал совершенно ровно – почти механический вопрос. Но лучше от этого не становилось. Хэнк не сомневался, что его ситуация только что сильно ухудшилась. – Я охотник за головами, – он, морщась, выдохнул, а его пальцы сомкнулись на рукоятке ножа. Нога заныла от неудобного положения, мышцы живота напряглись. – Я гнался за ними несколько дней, но вы меня опередили. Двое переглянулись, и Артур рассмеялся, глянув на Хэнка. – Похоже ты не только трус, но еще и неудачник, парень. – Дай мне отсюда вылезти, – Хэнк негромко произнес, жар перекинулся на шею, его тело мелко трясло, не от страха, а от опасности и унижения. – И я тебе покажу, какой я трус. Артур выдал еще один хриплый смешок и прищурился. – Собираешься помахать со мной кулаками? Что ж ты раньше удирал? – Не хотел пулю в башку получить. Еще один смешок. – И то верно. Ладно, охотник за головами. Я тебя вытащу, – Артур шагнул к нему, оказался сверху и сгреб Хэнка за грудки. Хэнк стиснул зубы, сильнее сжал в пальцах рукоятку. Времени думать, как же дальше играть не оставалось – верзила одним рывком вытащил его из-под убитого Виски, словно не человека тащил из-под коня, а вытащил с полки книжку. Хэнк вскрикнул, когда от рывка едва не вывихнуло ногу, и почувствовал удивительную легкость, оказавшись на свободе. – Ах ты дрянь, что там у тебя? Его швырнули в сторону, и Хэнк перекатился через острые камни, больно ударившись спиной и ребрами. Снова вскрикнул, сжал зубы и почти сразу вскочил на ноги, готовясь оборонятся, крепко сцепив в кулаке нож, переводя взгляд с огромного белого парня, на огромного ни то индейца, ни то негра. Чтобы положить любого из них, таких, как Хэнк, нужно было бы сложить по трое, настолько они были крупнее. – Так вот ты как, хотел меня пырнуть? – Артур усмехнулся, делая к нему расслабленный шаг, словно нож его вообще не напрягал. У него самого нож был, висел на поясе, рядом со второй кобурой, но он и не думал к нему тянуться или достать револьвер. Винтовка его и вовсе осталась рядом с конем, он прислонил ее к мертвому телу Виски. Бандит обернулся к напарнику. – И ты его защищаешь. Глаза Хэнка метнулись к метису. Он его защищает? Должно быть, Хэнк этот момент пропустил. Не индеец едва слышно вздохнул и качнул головой, а Артур повернулся к Хэнку. – Ну и что ты делать собираешься, а, парень? – Зависит от того, что будешь делать ты, – осторожно произнес Хэнк, не сводя с него взгляда. – Ты застрелил мою лошадь. Но я бы, вообще, предпочел уйти. – Ого! – Артур всплеснул руками. – Уйти. Может, еще и вещички захватишь? С головами этими? Хэнк замешкался, подбирая ответ. С ним явно играли. Бандит по имени Артур улыбался, но на самом-то деле он был зол, это было видно невооруженным глазом. И так уж вышло, что под руку ему попался Хэнк и бедный Виски. Он походил на охотничьего пса, почуявшего лису, или кота, загнавшего в угол мышь. Хэнк не собирался быть ни лисой, не мышью. Артуру предстоит узнать, что и у Хэнка есть зубы. Победителем он вряд ли выйдет, но без боя не сдастся. Однако не бой был его целью. Все эти мечты о славе, о признании, о том, чтобы имя его звучало наряду с именами знаменитых стрелков умерли еще в детстве, вместе с отцом, убитым на глупой дуэли. Умерли, когда четырнадцатилетний тогда еще Хэнк остался единственным мужчиной в семье. Если был такой шанс, он должен был вернуться. Потому что если он не вернется, никто не защитит мать и девчонок. И этот мерзавец Рэдклиф от них уже не отвяжется, он свое получит. – Отпусти ты его, – его размышления неожиданно прервал голос не-индейца. И Хэнк и Артур повернулись к нему с почти одинаковым недоумением. Только для Артура к удивлению примешивалось раздражение. – Пусть себе идет. – Ты серьзно? – Он мальчишка, – от этих слов к шее снова прилил жар. – У нас с ним нету дел. – О, а с этими у нас дела были, – Артур едко произнес и неопределенно взмахнул ручищей, видимо, имея ввиду Кука и Такера. – Потому что они убили пару коровок, ну да. Лицо второго переменилось. Оно не исказилось в гневе, он не начал кричать. Но мышцы на нем застыли, а в темных глазах вспыхнул тихий, опасный огонек, как в тлеющих углях. – Хватит, Артур. Дело ведь не в нем. – Что ты такое, черт возьми, говоришь? – Хэнк видел, как кулаки Артура сжались. Его голос звучал опасно низко. – Этот мальчик тебе ничего не сделал. – Мне никогда не была нужна причина, Смит, – человек в шляпе жестоко улыбнулся и шагнул к нему. – Люблю я это дело просто, вот и все, людей калечить. А этот, – он кивнул на Хэнка, обратившегося в изваяние, – хотел меня пырнуть! Он за нами трупы обирал. Головы им отрезал, больной ублюдок, – мужчина в сердцах сплюнул себе под ноги. – Да, отрезал, – Хэнк произнес. Ему надоело оставаться наблюдателем, чувствовать себя беспомощным. – И снова бы отрезал, если бы пришлось. У меня семья. Пять ртов, – на этой фразе в лице Артура что-то словно бы переменилось, но Хэнк был слишком зол, чтобы в этом разбираться. – И мне плевать, что там обо мне говорят или думают. Жалею только, что не забрал головы и не уехал быстрее. Решил, дурак, припасы восполнить, хотя видел, что вы недалеко отъехали. – Какой злой, – Артур недобро улыбнулся. – Настоящий бандит. Только я тебя утешу: удрать бы все равно у тебя не вышло. Мы тебя заприметили, еще когда ты там привязывал свою клячу. Благодари вот его, что я тебе тогда голову не продырявил, – он кивнул на не-индейца. – Думал ты один из них. Новое унижение. Его, выходит, еще и заметили. Вот так и охотник из него. – Но это не так, – сказал Смит. – Убедился? Поедем, Артур. Тут делать больше нечего. – Жалко стало сироток? – человек в шляпе хмыкнул, не сдвигаясь с места. – У тех тоже были детишки. Это другое, Смит? Смит пару секунд буравил его тяжелым взглядом, а потом отвел его, опустил вниз. Не то чтобы со стыдом или в поражении. Но как человек, внезапно накрытый сомненияи. На его бесстрастном лице отразилась тень эмоции – что-то вроде сожаления, тоски, опасный огонек в глазах потух, ему на место пришла печаль, неуверенность. – Я тебе ни слова не сказал, – Артур добавил уже без улыбки, серьезно его разглядывая. – И, может, зря, – Смит тихо отозвался, поднимая взгляд, чтобы глянуть сначала на Артура, а потом на Хэнка и снова на напарника. – Я знаю, что ты думаешь об этих… – он замешкался. – Делах. Но сейчаас никто не держит тебя за руку. Ты сам ей управляешь. – О, ты знаешь, что я думаю, да? – Артур кисло протянул и махнул рукой, но в этом жесте было больше усталости. Он перевел взгляд на Хэнка. Азарт гончей из него улетучился. Теперь там была почти скука. – Ладно. Черт с тобой. Проваливай. Хэнк глянул на второго. Не-индеец поднял брови. – Ты слышал его, мальчик. Иди. Хэнк решил, что ему верит. Его действительно отпускали. Он может идти. В спину стрелять не будут. Не был им чужд кодекс чести. Даже парню в шляпе по имени Артур. Иначе бы он его так не пенял за мародерство. Он посмотрел на Виски. Смерть коня еще не уложилась в голове, и Хэнк не чувствовал горя, только злость и беспокойство. Как он теперь доберется домой? Без лошади? У него нет денег на номер в самой дешевой забегаловке, не то, что на лошадь или поездку. Если только кто-то окажется достаточно добр, чтобы подкинуть его, но кто согласится подвозить потрепанного незнакомца в глушь, когда в округе столько бандитов? Может, правда, за Кука и Такера объявлена местная награда. Хотя бы несколько долларов. Пусть на него и будут смотреть, как на убийцу. Вздохнув, Хэнк опустил нож и шагнул было к коню, но Артур его остановил. – Не спеши так, – он первым подошел к Виски, присел на корточки и стал отвязывать от седла головы. Сердце провалилось вниз. – И не смотри волком, парень. У нас там тоже голодные рты, усек? И это не твоя добыча, не заслужил. Так что проваливай, пока цел. – Как я это сделаю? Ползком? – он не мог сдержать злости, хотя понимал, что должен быть рад: он жив, значит, сможет вернуться. Но когда? Через неделю? Две? – А это уже не мои проблемы, – Артур первесил пропитавшиеся кровью мешки на свое седло. Две лошади, привязанные к его, нетерпеливо переступали с ноги на ногу, и Хэнк вдруг почувствал, что ненавидит парня в шляпе. – Ты – свободный человек. Делай что хочешь. Он влез в седло и развернул лошадь. Хэнк посмотрел на Смита, и их глаза встретились. Не-индеец тихо вдохнул. – Иди. Ты молод. Живи честно. Следующая встреча может закончиться иначе. – Выбирать не приходится, мистер, – Хэнк выдавил сквозь зубы, наблюдая, как мужчина садится на свою пеструю, маленькую аппалуза. – Ради семьи я сделаю все. Он снова почувствовал на себе взгляд Артура и глянул в ответ. Тот странно на него смотрел. Хэнк подумал, что однажды хотел бы научиться стрелять. Не как сейчас, а достойно, как стрелок. Перестать полагаться на удачу. Охотник за головами – вся его охота заключалась в погоне за хулиганами и пьяницами. Он попытался взять двух браконьеров и не успел. А уж настоящих бандитов, таких как Артур, таких как Смит, он разве что рассмешит до смерти. Лицо Артура неожиданно изменилось. Он нехорошо, криво улыбнулся, обнажив зубы, показавшиеся Хэнку крупными и острыми. Он напоминал ему какого-то хищного зверя, но юноша точно не мог понять, какого именно. Может, волка. – Сделаешь все, говоришь? Смит остро глянул на него, но промолчал, а Хэнк напряженно замер. – Что ты предлагаешь? – он резковато спросил, совсем не в настроении играть в игры. Он не мог отделаться от чувства, будто человек в шляпе играет с ним. – Лошадь и немного денег, если справишься с работенкой. Смит снова глянул на Артура, на этот раз дольше и тяжелее. – Что за работа? – Хэнк не знал, верить ему или нет. Знал только, что человек ему не нравится. В нем было что-то дикое и опасное, от чего по спине бежали мурашки, и он был не из тех якобы крутых парней, которые только лают и щелкают челюстями. Нет, с этим шутки плохи. Хэнк не сомневался, Артур прирежет его и бровью не поведет, если до этого дойдет дело, настоящий убийца, глаза у него холодные, злые и очень спокойные. Как будто все это время они сидят где-то на крылечке, потягивая виски и говорят о погоде. – Увидишь, – хмыкнул Артур и наклонился вперед. – Понадобится стрелять. Это ты сможешь? Охотник? Хэнк перевел взгляд с Артура на Смита. Его сердце быстро колотилось в груди, а ладони чуть вспотели. Бандиты предлагают ему деньги и лошадь. Это может спасти его семью. Спасти его, ведь дорога пешком – опасный путь, и угроза в нем не только люди, но и животные. В степях водятся волки. Но что они попросят взамен? У этого Артура взгляд, как у дьявола. – Если нужно убивать честных людей, я не в деле. – Ого, вот как, – Артур выпрямился, его улыбка стала шире и злее. – А говорил, на все готов, ради семьи. Так ты брехун? – Хэнк открыл было рот, чтобы огрызнуться, но мужчина в шляпе его опередил. – Убивать “честных людей” не придется. Но если покажешь спину и побежишь, я сам тебя пристрелю, понял? Так что если кишка тонка, лучше проваливай, пока цел. – Даешь слово? Что стрелять будем мерзавцев? Артур заворчал, а его лошадь нетерпеливо фыркнула. – Чистоплюй чертов. Да. Даю слово, – он чуть склонил голову. Хэнк перевел взгляд с бандита на не-индейца. Тот слегка хмурился. В его взгляде не было ответа на вопросы. Он так же не знал, что задумал Артур, как и сам Хэнк. – Окей, – Хэнк кивнул, решаясь. – Я в деле