Глава 5

      Мытьё не заняло много времени. Вода не будила в ней никакую физическую тягу, её температура тоже была ей безразлична. Одежда теперь воспринималась украшением. То есть как что-то, надеваемое для красоты, без функционального значения. Степень удобства и способность сохранять тепло потеряли всякий смысл. Белла влезла в чёрные туфли, приподнимающие её пятку на добрых четыре дюйма, и платье-футляр без каких-либо возражений и едва ли ощутила хоть каплю дискомфорта. Даже в этом наряде она наверняка могла развить скорость бега, превосходящую показатели гоночного автомобиля.       — Очень элегантно, — польстила она Элис.       — Погоди, это ещё не всё, — та засуетилась, спеша уложить её едва высушенные волосы. — Вот так — идеально.       Она подвела Беллу к зеркалу и выглянула из-за плеча, чтобы рассмотреть их обоих. Белла тоже оценила своё новое лицо и сравнила его с лицом Элис. Теперь они были одинаковые. Фарфоровые куклы. Несокрушимые монстры. Лишь цвет её глаз кардинально отличался от глаз сестры. Радужка и близко не была светло-коричневой, она пылала алым, как остывающая магма. Словно ещё одно наследие того всепожирающего огня. Белла непроизвольно вздрогнула.       — Что такое? — обеспокоилась Элис.       Джаспер приоткрыл дверь. Он караулил снаружи, страхуя супругу, так как не мог полностью доверять Белле и её самоконтролю. И правильно делал. Впрочем, за ним самим приглядывал Эдвард. Готовился разнимать драку жены и брата. Причём, случись она, даже не первую.       — Глаза такие жуткие, — поспешила объяснить она. — Это надолго?       — Зависит от диеты, — ответил Джаспер. — На животной крови они темнеют довольно быстро, за несколько месяцев. Но если ты продолжишь пить заменитель, то этот срок наверняка затянется. К тому же, вероятно, они останутся красными, как у всех остальных вампиров. Наши с Эмметтом глаза тоже стали более насыщенного оттенка, несмотря на то что мы сменили привычки всего несколько недель назад.       И действительно, его привычная светлая «сытая» охра стала ближе к оранжевому, ярко выделяясь на бледном лице. Впрочем, оно само по себе было приметным: на нем виднелись многочисленные отметины, сливающиеся в сплошной бугристый шрам на шее. Она и раньше замечала следы от вампирских зубов, конечно, но не понимала, что их настолько много. Это заставило её инстинкты возопить об опасности, ведь было очевидно, что если Джаспер жив после таких ужасающих стычек, то все его враги мертвы. Безопасные образы Калленов из прошлого растворялись в дымке, теперь она всех их воспринимала совсем иначе. Куда полнее, по-настоящему. Словно раньше видела только их тени, а теперь разглядела как следует.       Белла неловко перевела напряженный взгляд обратно на зеркало, Джаспер хмыкнул. В былые времена ему часто приходилось ощущать страх и благоговение новых солдат Марии.       — Да и вообще, всё не так уж плохо, — вмешалась Элис, разбавляя атмосферу и приобнимая её за плечи. — Считай, это твой готический период.       — Поэтому ты одела меня в чёрное? — Белла улыбнулась.       Она всегда ото всех отличалась, так что ей было не привыкать. Хотя теперь прежнее ощущение тотальной отчужденности её совсем не преследовало. Откуда ему было взяться, если они с Элис стали похожи, как родные сестры? Кто-то когда-то пообещал ей, что нужно просто плыть по течению, и всё случится само собой. Контекст, наверное, имелся в виду другой, но именно это она сейчас и чувствовала. Чувствовала себя бескомпромиссно завершённой. И дело было не в сверхсиле без сверхусилий и идеальной физической форме. Не в телепатии, которая перестала быть проблемой, ведь все потоки информации сами по себе строго и чётко упорядочивались. Даже не в магии в целом, превратившейся из вздорного пустяка в удобный инструмент. Теперь между ней и миром не было стены, Белла нашла своё место, нашла гармонию.       Было тяжело не раствориться в этом ощущении восторга, отбросив лишнее, устаревшее. Пожалуй, её удерживало только то, что она всё же чувствовала родство с Калленами, как с новыми собратьями. А уже они выступали мостиком к прошлому и в принципе сдерживающим фактором, учитывая их образ жизни. И Эдвард… Роль эликсира тоже нельзя было недооценивать. Смогла бы она быть такой спокойной на животной крови?       В гостиную Белла спустилась под свист и аплодисменты Эмметта.       — Если продолжишь, я снова тебе вломлю, — прошептала она себе под нос, но услышали, естественно, все.       А ведь ещё пару секунд назад она собиралась попросить у него прощения за те удары.       — Я только за, сис, — даже не подумал сдать назад он. — Жду этого больше, чем Рождество.       Было бы странно, если бы он отреагировал иначе. Да и выходило, что Рождество она же у всех и украла со своими торжествами, так что это должно было вновь настроить её на извинения. Но Белла лишь предостерегающе рыкнула и тут же разулыбалась, чтобы не нервировать уже Джаспера.       — Как прошёл первый приём заменителя? — поинтересовался Карлайл, когда она приземлилась на диван рядом с Эдвардом.       Он помог ей сесть так, чтобы мебель не пострадала.       — Отлично, — она покивала. — Очень вкусно. И по крайней мере в данный момент я чувствую себя разумным существом.       Эмметт вновь прыснул. Всё же они с Розали прекрасно друг друга уравновешивали. Она тоже была той ещё раздражающей язвой, но сдерживала веселье мужа также эффективно, как он отвлекал её от ёрничанья.       — Даже завидую, — выпалила Элис. — Мне было так тяжело в первое время. Кровь животных казалась просто ужасной.       — Как и всем нам, — поддержал Джаспер. — Заменитель куда приятнее.       — Только скучнее, — оспорил Эмметт. — Никакого развлечения!       — Будешь болтать с новорожденной об охоте? — осадил Джаспер.       Эдвард сжал её руку, но она уже сосредоточилась на привкусе эликсира, всё ещё стоящем во рту.       — Жду не дождусь, когда смогу попробовать эту штуку, — загорелась Элис, как всегда, думая о чём-то своём.       — Эксперимент продолжается? — спросила Белла.       И опять мгновенно получила ментальный ответ. Пока что удавалось изготавливать заменитель в слишком малых объемах, так что прокормить весь клан не выходило. Эмметту и Джасперу было бы неразумно переходить обратно на привычное питание. Её планировали держать на эликсире с «рождения» в рамках полноценного эксперимента. А Эдвард присоединился к ней за компанию, чтобы не искушать лишний раз. Он был ближе всех к ней и собирался постоянно находиться рядом, так что отлучки и исходящий от него по возвращению запах крови могли сбить её с толку. А вот Карлайлу, Эсме, Розали и Элис пришлось остаться в контрольной группе. К тому же они планировали присматривать за Джонатаном, так что питаться чем-то, что пахнет Рене, им также было неудобно. Привычка не могла развиться вот так сразу.       — К сожалению, увеличить выработку мы сможем только ближе к лету, — повинился Карлайл. — Мои японские партнёры слегка запаздывают с переносом технологии на хоть сколько-нибудь крупное производство.       Учитывая, что теперь хотя бы она не находилась в опасности относительно Вольтури, излишней осторожностью в этом вопросе, на которой настаивал ранее Эдвард, можно было пренебречь. Наверное.       — Мы так много едим, — практически возмутилась Элис. — Кошмар!       Люди в сравнении ели куда больше. Вампиры же просто питались достаточно редко, но за раз выпивали приличный объём крови. К тому же выходило, что оставшиеся после них туши животных (и трупы людей) приходилось впустую утилизировать. Вот и выглядело это как избыточное потребление. Но, учитывая некоторый экоактивизм Элис, который прекрасно сочетался в её голове с крайне легкомысленным отношением к одежде, которую она считала фактически одноразовой, Белла подыграла ей.       — Уж я точно, — она вздохнула для пущего эмоционального эффекта.       В остальном дышать приходилось только ради того, чтобы говорить. И в стремлении следить за окружением, используя обоняние, но этой возможностью она предусмотрительно старалась пользоваться по минимуму. В общем-то, остальные тоже дышали редко и вообще практически не двигались, словно лежащие на солнце и сохраняющие энергию рептилии. Им и сидеть-то было совершенно не обязательно, можно было бы с равным комфортом изображать статуи стоя, так что это была уже, скорее, привычка. Судя по тому, что раньше она не замечала такого явного проявления их инаковости, Каллены никогда по-настоящему не расслаблялись в её компании, стараясь поддерживать человеческие образы, даже понимая, что она тоже другая.       Они принялись в подробностях обсуждать всю схему поставок ингредиентов для «коктейля» Карлайла. Поэтому ничего толком не знающая об этом Белла тихонько спросила у Эдварда, как же ему удавалось выглядеть таким смертным, хотя он всегда находился у неё на виду. Оказалось, что на самом деле он дышал куда реже, чем ей казалось, зачастую лишь приподнимая плечи и выпячивая грудь. Она похихикала над этой театральщиной, но постаралась повторить. Когда-нибудь это должно было ей пригодится.       Важный, но довольно лёгкий разговор продолжался до тех пор, пока на телефон Эдварда не поступил звонок. Она поняла это до того, как раздалась сама мелодия. Оказалось, это было очень легко: соединение с вышкой устанавливалось немного раньше, чем срабатывала программа, запускающая аудиовизуальные эффекты, и что-то внутри мобильного издавало приглушенный щелчок.       — Это тебя, — пояснил Эдвард, хотя уточнения не требовалось, она и так услышала голос в трубке. — Думаю, в спальне говорить будет спокойнее.       Прятаться, конечно, было бесполезно. Всё, что она скажет, в любом случае станет известно всем присутствующим просто из-за наличия чуткого слуха. Но отказываться Белла не стала.       — Хорошо, — она взяла у него телефон.       И, прежде чем медленно и легко нажать на кнопку приёма, взлетела на второй этаж, скрывшись в комнате Эдварда. В их общей комнате. Не сохранилось никаких признаков того, что ещё день назад тут жил смертный. Даже кровать убрали. Задумавшись об этом на секунду, Белла нахмурилась.       — Да, — проговорила она, чуть ли ни делая паузу между буквами.       Эдвард предупредил её, что говорить тоже стоит не торопясь, растягивая слова.       — Солнце, это ты? — из динамиков сразу же раздался патетичный выкрик Рене. Судя по всхлипам, она уже рыдала.       Только услышав голос мамы, Белла утвердилась в её реальном существовании. Их общее прошлое не было просто сном.       — Сложный вопрос, мам, — она горько усмехнулась. — Теперь всё иначе.       — Как и должно было быть, детка.       Опять они вернулись к формату удаленного общения, при котором ей приходилось фильтровать каждое слово. Естественно, сообщая маме детали превращения и своего поведения после, Белла не стала акцентировать внимание на негативных моментах. Зато дважды подчеркнула, как хорошо чувствует свет в новом теле.       — А мы тут с Джонатаном как раз тренировались, — с восторгом, схожим с тем, который проскочил в интонациях Эдварда, выдала Рене. — Он уже разговаривает со мной, представляешь? Пока только в мыслях, а не вслух, но используя не только образы, но и несколько слов.       — Это здорово, — подхватила Белла.       — А то! Я вас, конечно, не сравниваю, но, знаешь, когда ты родилась, я надеялась, что ты именно так быстро и будешь развиваться, — на заднем фоне раздалась какая-то возня и шорох ткани. — Джонни, детка, пообщайся с мамой. Ну же, скажи что-нибудь, она тебя слышит. И ты тоже не молчи, Белла!       — Привет, — выдохнула она. — Это я, твоя мама.       Никакой матерью она себя, конечно, не чувствовала. Поэтому принялась разглядывать своё белое лицо, едва заметно отражающееся в окне. На нём застыло странное искажённое выражение, похожее на страдальческое.       — Не мучай его, видишь же, что он хочет спать. Уже поздно, созвонитесь утром, — забрюзжал Чарли, а потом, очевидно, отобрал трубку у Рене: — Привет, дочь.       — Привет, пап.       Детали мозаики вставали на место. Его фигура в её памяти тоже приобрела некий объём.       — Говорят, ты сейчас самая сильная в этой вашей стае, — неловко продолжил он.       Чарли наверняка был очень рад, что всё закончилось хорошо. Просто не мог это выразить в общепринятой форме.       — В клане, — на автомате поправила Белла. — Или в семье. Но да, это так. Какое-то время после перерождения вампиры особенно мощны.       — Так теперь мужу нужно тебя бояться?       — Именно, — фыркнула она. — Вообще-то я его уже разок ударила.       — Ничего, ему полезно пострадать после всего…       — Чарли, не лезь в их отношения, — возмутилась Рене. — У нашей девочки только-только всё наладилось.       Белла с сомнением хмыкнула.       — А как вы? Справляетесь? А то мы ведь, выходит, спихнули на вас внука.       Судя по шуму, родители пытались использовать мобильный одновременно, вместо того чтобы включить громкую связь.       — Джонатан — хороший мальчик, — прокомментировал Чарли, но всё же добавил с озабоченностью: — Если бы он только не пытался кусаться.       — Да и какой у нас выбор, — фыркнула Рене. — Благо опыт уже есть, — она хихикнула.       Закончив разговор и отключившись от сети, Белла ещё какое-то время смотрела в черноту леса за стеклом. Темнота действительно никак ей не мешала. Только красок стало меньше.       — Я в порядке, — выпалила она ещё до того, как Эдвард зашёл в комнату.       — Тогда отпусти несчастный телефон.       Белла обратила внимание на зажатый в ладони аппарат. Точнее, уже на его скорбные остатки. Корпус треснул, экран тоже теперь состоял из осколков, едва держащихся вместе. Она втянула воздух сквозь зубы, из груди раздалось низкое гудение. Не рык, а что-то более утробное.       — Ничего страшного. Можешь спокойно продолжать череду истребления техники, раз уж наш сын сдал позиции, — Эдвард усмехнулся и подошёл к ней. Мгновенно, но при этом парадоксально медленно. — В остальном ты прекрасно справляешься.       — Если бы не забота Элис, я сейчас была бы похожа на лесное чудовище. А пару часов назад я чуть не сожгла тебя молнией, — напомнила она, практически ощущая, как мстительно радуется Чарли на другом конце города.       — Хорошо, конечно, что ты никогда не видела других новорожденных, но, если бы так случилось, ты поняла бы, насколько отличаешься от них. В первые месяцы большинство вампиров представляют из себя весьма жалкое зрелище, несмотря на превосходящую силу и вне зависимости от диеты и наличия наставника. Джаспер может подтвердить. Так что то, что ты быстро адаптируешься, само по себе хороший знак.       — А мне кажется, что я только и делаю, что притворяюсь.       С одной стороны, этот паттерн поведения она, видимо, напрямую перенесла из прошлой жизни в нынешнюю. Иронично, конечно, что именно его, но, наверное, это действительно был столп её личности. Белла всегда стремилась «уладить» всё вокруг, зачастую в ущерб себе же. Не то чтобы привыкла быть удобной, но что-то около того. С другой стороны, под конец того существования от этих установок ей удалось отойти, так что сейчас это был больше сознательный выбор линии поведения. Да и что ей было делать? Грубить близким и портить с ними отношения из принципа? Даже если Каллены поймут и примут её такой, какой она стала, идти вразнос было чревато, учитывая вампирскую нестабильность. Нужно было как-то дозировать и чередовать самоподавление и упоение от единения с новой природой.       — Совсем не подстраиваться не выйдет, всё же придётся соответствовать некоторым требованиям, — он озвучил очевидное, однако тут же перешёл на мягкий, заботливый тон: — Но не заставляй себя чувствовать то, что не хочешь.       — А чувствовать то, что хочу? — фыркнула она.       — В разумных пределах, — Эдвард усмехнулся. — Иначе заменителя мы и вправду не напасёмся.       Он даже засомневался в эффективности эликсира, решив, что тот кажется ему таким действенным только на контрасте с десятилетиями вампирского воздержания. Но отбросил эту мысль, так как видел его очевидное положительное влияние.       — Я не жажду имею в виду. Честно говоря, куда больше я сейчас хочу бегать, разглядывать и нюхать всё вокруг. Как какая-то ищейка, — она свела всё к шутке. — Кстати, как там волки?       Они волновали её уж никак не больше родственников. Но это был вопрос безопасности, так что что-то первобытное в ней тут же отозвалось, как только Белла подумала об естественных врагах.       — Уже высказали нам за нарушение договора. Но атаковать не спешат. Мало того, что Джейкоб Блэк устроил им внутреннюю проблему, Карлайл ещё и доступно объяснил опасность конфликта с новорождённым. Не только для них, но и для всех вокруг. Пока что всё держится на обещании сдерживать тебя.       — Но если они узнают про Джонатана… — она озвучила его мысли, которые Эдвард вроде как попытался скрыть от неё.       Тогда ни Чарли, ни Джейк, ни даже здравый смысл не остановят Сэма. Как и её. На секунду она ощутила жгучее желание устроить драку и решить всё раз и навсегда. Видимо, нахваталась от Эмметта. Так как за этим стремлением стояла чистая ярость, а вовсе не попытка кого-либо защитить. Интересно, смогла бы она убить Джейка, как ни в чем не бывало? Сэм и Пола, к примеру, легко.       — В город они не суются. Да и то, что Рене живет сейчас у Чарли, их не удивит, и следить за ней они вряд ли станут. Так что, если мы продержимся до того, момента, когда Джонатан подрастет, мы будем в более стабильном положении.       По крайней мере, в создании бессмертного дитя их уже никто не сможет обвинить. А если он так и не станет вампиром, то, возможно, волки примут его проще. В обратном же случае они смогут попросту уехать подальше от оборотней. Правда, в этом плане мешалась уже она. Гордиев узел.       — Я злюсь на оборотней, но не до такой степени, чтобы идти и истреблять их прямо сейчас, — озвучила она для Джаспера.       — Не то чтобы кто-то из нас был так уж против этого, — прыснул Эдвард.       — Не потакай моим деструктивным желаниям, — делано серьёзно осадила она его.       — В отличие от Эмметта, повторять опыт близкого контакта с молнией я не хотел бы, так что предпочту подыгрывать и восхвалять тебя, — усмехнулся он. — Эмметт, серьёзно, просто замолчи.       — Я же даже ничего не сказал! — возмутился Эм откуда-то с улицы.       — Этого и не требовалось, — припечатала Белла.       — Мало нам было одного телепата… — забурчал он, рысцой обегая поляну на заднем дворе.       Эмметт вышел проветриться, но от дома не отходил, якобы незаметно карауля её. Джаспер помогал Карлайлу ремонтировал сломанное окно. Элис задумчиво расхаживала по гардеробной.       — Привыкай, теперь я тут надолго. Действительно надолго, — гиперболизировано высокомерно выдала она. Получилось похуже, чем у Розали.       Однако её слова обрадовали Эдварда, так что возымели некий эффект.       — А раз так, то у нас полно свободного времени. Так, может, прямо сейчас побегаем, посмотрим и понюхаем? Рядом с домом, — отметил он опять же в первую очередь для брата, который слишком вошёл в привычную роль надсмотрщика над новорождёнными.       — У меня есть идея! — вмешалась Элис. — Минуточку.       И пяти секунд не прошло, как она зашла в комнату, держа на ладони тяжелый металлический ключ, перевязанный пышной розовой лентой. Он будто был специально сделан для вампирских рук, ещё не умеющих толком рассчитывать силы. Так что Белла хоть уже и выяснила из голов окружающих многое, что было с ним связано, всё равно уставилась на него с интересом.       — Ты всяко узнала бы, где это, так что скрываться бесполезно. Да и хоть так сложились обстоятельства, что теперь там будут жить Рене, Фил и Джонатан, это в первую очередь ваш подарок.       — Это уже не рядом с домом, — обеспокоился Эдвард.       — Конечно, безопаснее держаться вместе. Но Белла сыта, а я не вижу ни единого признака, что рядом с тем местом будет проходить человек или даже крупное животное, — продолжила щебетать Элис. — В этом, в общем-то, и есть основная задумка уединенного жилья, — она хихикнула.       — Это лишний риск, — она и сама больше склонялась к позиции Эдварда. И Джаспера.       — Но сегодня твой новый день рождения, Белла, — Элис невинно захлопала ресницами.       Естественно, очень навряд ли это было простое предложение. Обычно подобным образом Элис пыталась принудить окружение действовать согласно её предсказаниям. Особенно, когда видела она что-то спорное. Учитывая, что даже думала она о какой-то отвлеченной ерунде, это точно была ловушка. Но не то чтобы Белла была против в неё попасть. Ей было любопытно.       — Всегда восемнадцать, — пробормотала она и аккуратно взяла ключ, всё равно опасаясь его ненароком погнуть. — Хороший повод.       — Не бойтесь, я вас провожу, — пропела Элис и незамедлительно спустилась на первый этаж.       Белла вопросительно посмотрела на Эдварда. Он вздохнул.       — На самом деле я сам там ещё ни разу не был, и участвовал в подготовке лишь номинально. Так что для меня это тоже сюрприз.       — Вы идёте или нет? — крикнула Элис.       Эдвард решился, взял Беллу за руку, и они все вместе вышли на улицу. Она уже примерно знала, в какую сторону идти, но всё же послушно держалась позади бегущей вприпрыжку Элис. Другие с ними не пошли. Джаспера супруга урезонила, подав ему какие-то понятные только им сигналы, Карлайл собирался починить ещё и повреждённую входную дверь, а Эммет на них чуть ли не обиделся. Хотя его шуточки Белла слышала половину дороги. Телепатическое радио просто не могло поменять частоту, как бы она ни бесилась.       Перемахнув через пару мелких рек — сделать высокий прыжок у Беллы вышло так же легко, как и в период одержимости из-за жажды -, они ушли даже дальше, чем она за время побега. Но держались севернее и, насколько она поняла, так, чтобы находиться максимально далеко от всех даже потенциально людных мест. И при этом иметь возможность ментально отключиться от членов семьи, находящихся в главном доме. Но в принципе расстояние было довольно небольшим. Для вампиров.       Уголки её губ непроизвольно поднялись, когда она почувствовала «рукотворный» запах. Свежая земля, которая вряд ли могла появиться сама по себе в такой глуши зимой, обработанное дерево, терпкий металл, которому лишь недавно придали нужную форму. Едва заметный аромат цветов, не срезанных, а живых. Их от неё отделяли крепкие каменные стены и дубовая дверь, так что разобрать, что именно это были за растения, Белла затруднялась.       — Та-дам! — воскликнула Элис, когда тьма леса, кажущаяся Белле насыщенно синей, немного рассеялась, и они вышли на опушку.       Посреди неё расположился пасторальный, почти сказочный, деревенский домик. Хотя, наверное, его стоило назвать охотничьим, учитывая месторасположение и владельцев. Он выглядел так, будто стоял тут всегда, а не был достроен едва ли неделю назад. Не хватало только зелени, окружающей стены, но Эсме наверняка собиралась исправить это упущение весной. Да начинающаяся со случайного пустого места мощёная дорожка, ведущая к входной двери, всё же выдавала то, что поблизости находился лишь сплошной бурелом.       Спрашивать, как им это удалось, было лишним. Белла уже имела удовольствие наблюдать их способности, когда шла к алтарю, возведенному в ещё более короткие сроки.       — Фундамент был заложен давно, — всё равно пояснила Элис, то ли скромничая, то ли завуалированно хвастаясь. — Мы только обновили всё остальное. Эм, конечно, хотел добавить размаха, но мама посчитала, что это будет безвкусицей.       — Она была права. Так куда милее.       — Рада, что тебе понравилось, — Элис воссияла. — Эсме так переживала…       Белла не могла понять, из-за чего тут вообще можно было волноваться. Её, конечно, разбаловали подарками, но даже арендованная квартира в высотке в крупном городе меркла перед собственным домом.       — Вот только он крохотный, — скептично добавил Эдвард.       Она толкнула его локтем, и он был вынужден сделать шаг назад, так как потерял равновесие.       — Я-то справлюсь, а вот удастся ли тебе не сносить стены, просто переходя из комнаты в комнату… — не унялся он.       Белла возмущенно шикнула, хотя хотелось продолжить распускать руки. Кажется, она превратилась не в вампира, а в домашнего тирана.       — Ладно, экскурсию внутри проведёте себе сами, — влезла в перебранку Элис. Она отскочила от них на несколько ярдов, но добавила с усмешкой: — Будем ждать вашего возвращения. Надеюсь, никто не пострадает. А за платье можешь не переживать.       — Что? Я бежала аккуратно, — Белла возмутилась такому несправедливому обвинению.       Но Элис уже скрылась среди стволов сосен.       — Пока-пока.       Она подозревала, что родня всё равно мониторила ситуацию на всякий случай, периодически обходя округу. И уважала их деликатную страховку. Но считала, что отделить их с Эдвардом от группы было действительно хорошим решением. Если он не сможет удержать её от охоты даже с учетом, что сейчас она была сыта и спокойна, то будет лучше, если никто больше не успеет встать у неё на пути до желанной жертвы.       — Пока, — крикнула Белла, пусть повышать голос и не требовалось, и повернулась к Эдварду: — Так и что теперь?       — Представим, что у нас всё же начался медовый месяц? — он ухмыльнулся.       — Кажется, я догадываюсь, что ты собираешься сделать, — она прищурилась.       Он незамедлительно подхватил её на руки, даже слегка подкинув вверх, дразня.       — В своём репертуаре, — Белла заливисто рассмеялась, пытаясь найти замочную скважину наощупь.       — Пользуюсь случаем. Боюсь, что теперь ты лишишь меня этой привилегии.       — А может, начну носить тебя сама.       От переизбытка чувств, стоило им ступить на порог, он нетерпеливо поцеловал её. И пусть Эдвард просто прижался губами к уголку рта, вся её суть вскипела за неправдоподобно короткий отрезок времени, и Белла застыла каменной скульптурой, неспособная справиться с собой. Очередное новое, но при этом знакомое ощущение пронзило её. Она не понимала, что происходит, отмечала только то, что разум гаснет, как и тогда, когда она чуяла запах человеческой крови.       — Прости, — Эдвард заметил возникшее напряжение и опустил её на пол. — Говорил тебе не спешить, а сам тут же начал давить.       Его расстроила её реакция, хоть он и старался не подавать виду. Как бы он ни одергивал себя, желание прикасаться к ней было сильнее. Умом он понимал, что вампиры в принципе не могли похвастаться широтой интересов, а уж в начале жизни и подавно не отличались разнообразием стремлений. Поэтому требовать от неё отзывчивости в первый же день было неуместно. Но сейчас Белла не сходила с ума от жажды и вела себя вполне адекватно с родственниками, так что её холодность в личном плане воспринималось Эдвардом особенно мучительно. А то, что теперь он мог проявлять к ней внимание без риска для её жизни, дополнительно подливало масло в огонь.       — Нет, ничего, — она тоже всеми силами старалась очистить мысли от лишнего. — Мне просто непривычно.       Так Элис затащила их сюда, чтобы они обсудили отношения и сблизились? Кажется, она была настоящей фанаткой их любовной истории. А сейчас фееричного воссоединения не случилось, и сюжет провис, так что ей пришлось взять сценарий в свои руки.       — В этом плане тебе уж точно не стоит принуждать себя и притворятся, — серьёзно продолжил Эдвард. — Я умею ждать, помнишь? Но даже это не должно быть для тебя ориентиром. Как и семья.       — О чём ты?       Белла запуталась, хотя слышала практически всё, о чём он думал.       — С нашей стороны было бы большой безответственностью выпускать новорождённого в мир без подготовки. Так что со многими вещами, как я уже говорил, придётся всё же стерпеться и немного погодить. Но если тебе всё это будет в тягость, конечно, мы не будем насильно удерживать тебя рядом. Думаю, Рене тоже это поймёт. Мы же не Вольтури, — он улыбнулся одними губами.       Эдвард с чего-то решил, что она захочет свободы. Хотя в принципе сделать такие выводы было несложно. Пускай на какое-то время, но она забыла его, как и всех остальных близких. Да и, вспомнив, не бросилась к ним в объятия в слезах радости. А теперь и вовсе вроде как тяготилась близостью, которую он навязывал ей, по крайней мере, не проявляла никакой активности со своей стороны. Учитывая его собственный опыт побега от отцовских ограничений, такое развитие событий виделось ему вполне логичным.       Белла потеряла дар речи.