Глава 8

      — Отправимся купаться! — радостно объявила Элис.       Наступил практически торжественный день переезда, но Белла не была приглашена на праздник, так что в качестве моральной компенсации ей подыскивали доступные новорождённой развлечения. Конечно, она пыталась изменить планы до последнего. Как минимум ещё несколько раз пробовала ограниченно контактировать со смертными и даже достигла успеха на этом поприще, перестав бездумно бросаться к жертве. Теперь она застывала очень напряжённым истуканом, как перед тем несчастным оленем. Однако это не изменило решение семейного совета: ей предписывалось находиться подальше от главного дома и лесного убежища всё утро. Причём особенно упорствовала в её ограничении Элис. В последнее время она видела много тревожных видений с участием новой сестры, так что была на взводе.       Учитывая, что Белла успела лично считать несколько предсказаний ещё в момент появления, она прекрасно понимала, что стоит просто смириться с положением дел. В конце концов, она сама себе назначила крайние сроки, когда как у них ещё имелось время в запасе. Каких-нибудь полгода, и ей удастся преодолеть рубеж собственной психики, а пока для общения можно спокойно использовать человеческие технологии. Да и с чего она вообще решила, что личный контакт перепишет ей мозг и сделает если не прежней, то хотя бы более эмоциональной? Кажется, в самом стремлении использовать близких, как лекарство от психопатии, уже проскальзывал неблагоприятный прогноз. Ведь если она будет упорствовать и ошибётся, то станет виновницей жуткой трагедии, с которой едва ли сможет потом спокойно жить. Или даже просто жить. Наверное, Розали оторвёт ей голову незамедлительно без суда и следствия.       С Рози они, кстати, так до сих пор и не увиделись, так как та не отлипала от Джонатана и даже в Сиэтл за подарками ему отправляла кого-нибудь из близких. Естественно, Белла утратила для неё всякую ценность, как только разродилась. Но Рози хотя бы не кривила душой: её сына она поддерживала всеми доступными способами. И даже связала ему «милую кофточку», как говорила Рене. Зелёную, под цвет глаз малыша.       — Купаться? — непонимающе переспросила Белла, хотя уже держала в руках бикини.       Которое хорошо смотрелось бы на побережье Калифорнии, но никак не в сумрачном Форксе. Тут и летом едва ли носили что-то подобное, даже если отправлялись на пляж, а сейчас наступила лишь ранняя весна. Может, водоемы и не были покрыты толстой ледяной коркой, как севернее, но едва ли были намного теплее температуры замерзания.       — Вампиры просто созданы для плавания, — объявила Элис, пытаясь запихнуть её в гардеробную, чтобы переодеть.       В этом заявлении имелся смысл. Один факт, что дышать им было совершенно необязательно, уже решал половину сложностей. А с другой половиной справлялась превосходящая физическая сила. Никакие течения и бури не могли остановить ультимативного хищника.       — Забудь всему, чему тебя учили при жизни, — продолжила Элис, поправляя тонкие бретели, которые вроде как должны были фиксировать ткань на теле. — Это будет совершенно новый опыт.       Признаться честно, Белла не помнила даже сам факт, умело ли плавать её прошлое воплощение. Должно быть, да, так как, кажется, в Фениксе ей приходилось посещать бассейн. Да и они с Чарли проводили совместный отпуск всё в той же Калифорнии. В любом случае сейчас можно было просто положиться на энтузиазм сестры. Уж утонуть ей явно не грозило.       — Мы отправимся к океану?       Не на Первый пляж, конечно, а в обход оборотней.       — Я думала начать с небольшого озера, — Элис нахмурилась, пытаясь сопоставив данные. — Но если хочешь, могу простроить безопасный маршрут до большой воды.       Так она получала возможность увести её подальше от дома, но при этом возрастал шанс наткнуться на людей в пути, поэтому было сложно сказать, хорошая это идея или нет.       — Озеро меня более чем устраивает, — отмахнулась Белла.       Ей не претила сама идея, но и в восторге она не была. Эдвард оставался в доме, чтобы помочь семье, так как из вампиров лишь он мог напрямую контактировать с Джонатаном. Он даже предложил доставить сына сразу от дома Чарли до лесного убежища, чтобы не возить того по городу на машине. Но все посчитали, что это может быть опасно. Если в лесу, подальше от лишних глаз, они могли двигаться как угодно медленно и комфортно для дышащих пассажиров, то рядом с людьми пришлось бы в первую очередь руководствоваться маскарадом. А высокие скорости и резкие движения могли шокировать непривыкшего к ним Джонатана. Молния посреди города сама по себе была опасна, но если он поразит ею своё «такси», то все может обернуться травмами для него же.       Вообще Джонни производил впечатление смертного ребёнка. Его сердце билось, по венам текла кровь, он объективно не являлся вампиром. Но назвать его феей, халфлингом или тем более человеком ни у кого язык не повернулся бы. Он был силён и мог двигаться быстрее взрослых людей, будучи несколько недель от роду. А его покровы, пусть и способные краснеть от смущения, едва ли можно было пробить ножом, как и у полноценной нежити. Даже ту травму, в результате которой Карлайл смог заполучить его кровь, Джонатан получил нехарактерным для ребёнка способом. Он не упал и не ободрал коленки, а на эмоциях воздействовал электричеством на мобильный, который ему опрометчиво дали в руки, отчего батарея взорвалась. Будь он даже полнокровной феей, то, скорее всего, погиб бы на месте. Но на деле больше испугался, чем поранился. Спальня, в которой он находился, и то пострадала больше, а Чарли и вовсе не задело лишь чудом.       Именно из-за таких событий его спешили спрятать подальше и приучить к вампирской компании. Хотя, несмотря на риски, Чарли не желал расставаться с внуком, которого мог хотя бы видеть воочию, в отличие от дочери. И между ним, Эдвардом и Филом, который, наконец, благополучно покинул Сиэтл, даже развилось что-то вроде конкуренции. Они могли спокойно поделить роли отца и дедушек, однако Фил по возрасту и поведению больше походил на папу, а Эдвард, скорее, на прадедушку, так что у них возникла заминка, безумно веселящая Рене.       В общем, им было чем заняться вместо того, чтобы следить ещё и за её состоянием. А так как Эдвард был единственным, кого ей действительно хотелось увидеть в плавках, Белла не стала растягивать прощание. Лишь помахала оставшимся рукой, и сама потянула Элис в лес. Джаспер, естественно, последовал за ними. Ему тоже некомфортно было находиться рядом с Рене и Джонатаном. Ещё они собирались захватить Эсме. Но в боевом плане, если потребуется ловить обезумевшую невестку, толку от неё было мало. А отрывать её от презентации дома, над которым она так много работала, казалось чем-то неправильным.       По пути они перемахнули через несколько рек, однако все они были признанными Элис непригодными для купания — слишком мелкими и «скучными». Она и сама хотела вдоволь порезвиться, а не только нянчится с Беллой. Джаспер же собирался устроить ей курс бойскаутской подготовки по поведению в воде. Лекцию, как можно легко уйти от погони, нырнув в водоём, он зачитал ей ещё по пути. Хотя на самом деле полноценно учить её чему-то в боевом плане пока никто не собирался, чтобы не давать новорождённой больше шансов сбежать и устроить кровавый террор. Учитывая, что у неё и без того уже имелись в арсенале молнии, понять их опасения было несложно.       — Жаль, что нет солнца, — Элис посмотрела на серое небо и взмахнула руками, поднимая вокруг себя веер брызг.       Белла даже не попробовала уклониться, лишь залюбовалась световыми эффектами, которые они породили. Их она рассмотрела бы и в темноте. Если водопроводная вода не интересовала её, то природная больше нравилась на каком-то примитивном уровне. Видимо, как антипод огненной трансформации, через которую она прошла. И просто как безопасная среда для вампира — поймать и сжечь их в естественном водоеме было затруднительно.       — Кто первый до того берега? — Элис захихикала, словно шаловливый ребёнок.       Расстояние было невелико, так как они находились в самой узкой части вытянутого озера. Впрочем, оно в принципе было довольно маленьким. К крупным Элис её не повела по той же причине, почему опасалась приближаться к океану. Там чаще встречалось жилье и рыбаки. Сюда пробираться через лесной массив желающих не нашлось. Живности, на которую можно было так или иначе поохотиться, тут водилось совсем немного, насколько она могла оценить. А пейзаж не выделялся особыми красотами. Ближе к воде сосны сменялись лиственными растениями, которые в это время года выглядели совершенно мёртвыми, пусть на самом деле это было вовсе не так. Чем-то напоминало вампиров. Наверное, поэтому им в таком окружении было вполне комфортно.       — Я же ещё даже на глубину не зашла, — возмутилась Белла.       Хотя чувствовала, что с лёгкостью проплывет какое угодно расстояние. Ей не составило труда перейти на новые скорости на суше, так что должно было изменится в воде?       — Тогда ныряем на счёт три! — скомандовала Элис. — Ра-аз…       Джаспер опередил их и бесшумно скрылся под поверхностью, как аллигатор.       — За ним! — тут же возопила Элис.       И они действительно бросились в погоню. Джаз, руководствуясь практическими соображениями, хотел проверить самоконтроль Беллы на стадии охоты в безопасных условиях, но это всё равно было весело. В новой среде она чувствовала себя акулой. Или, если учесть пресноводность озера, каким-нибудь лох-несским чудовищем. Сложностью стала только сниженная видимость в толще воды и отсутствие там запахов как таковых. Но ориентироваться можно было и на слух, и на вкус, и просто ощущая движение водных масс. Джаспер не выныривал на поверхность, запутывая их, поднимая ил со дна, так что пришлось быстро адаптироваться. Элис же подыгрывала ему, точнее, совершенно не старалась и больше дурачилась, переложив всю ответственность на Беллу.       «Поймала!» — едва не выкрикнула она вслух, хотя говорить, находясь на глубине, было дурной идей. Потом пришлось бы избавляться от жидкости, попавшей в тело. К тому же не успела Белла обрадоваться, как Джаспер уже вывернулся из захвата и скрылся в мутной воде. Не сбегая, так как фактически он уже проиграл, а спеша на помощь Элис, застывшей под впечатлением от очередного видения. Хоть её жизни также ничего не угрожало, он помог ей выплыть на поверхность и прийти в себя. Белла вынырнула вслед за ними. Сестра вновь увидела её, убитую горем, на грани отчаяния. И это будущее было очень ярким, даже окружение можно было без труда разобрать: типичная картина местного вечнозелёного леса. А ещё в глаза бросался наряд — легкий сарафан с цветочным принтом. Как раз тот, который она накинула поверх бикини, чтобы иметь более приличествующий вид в пути до озера.       — Почему? — бормотала Элис, её блуждающий взгляд был направлен в пустоту. — Я же всё предусмотрела. Почему?       Джаз принялся успокаивать супругу своей способностью. Вероятно, это должно было распространяться и на Беллу, но, став вампиром, фейский иммунитет к подобным трюкам она не утратила. Наоборот, теперь, когда она читала мысли, его действия вызывали одно сплошное раздражение. Да и усмирять её не имелось необходимости. Она в принципе не была особенно взволнована. Да, её тревожили видения Элис, но, казалось, что она просто не способна на те гипертрофированные эмоции, которые демонстрировала в призрачном будущем.       — Думаю, нам стоит проверить, как там дела у остальных, — Белла выжала мокрые волосы и надела тот самый сарафан.       Ткань тут же промокла насквозь, так как взять с собой полотенца они не удосужились. Учитывая количество осадков в Форксе, это было вдвойне бесполезно — судя по небу, дождь мог начаться в любой момент. Проще было добраться до дома и привести себя в порядок там, чем тратить время на месте.       — Связь тут не ловит, — поразмышляв с секунду ответил Джаспер.       Всё же Калленам не удалось установить персональные вышки по всей округе, как она когда-то фантазировала.       — Я могу сбегать к дому, — неуверенно ответила всё ещё сбитая с толку Элис.       — А если это действие и запустит именно этот сценарий будущего? — обеспокоилась Белла.       — Но я увидела его ещё до того, как захотела изменить решение и покинуть это место.       — Тогда иди, а мы будем держаться позади, — решился Джаспер.       Белла кивнула ему и подождала, чтобы последовать с братом на некотором расстоянии от сестры. Узнать, не произошло ли что-то, было куда безопаснее через призму восприятия Элис, чья выдержка была сильнее, чем у них обоих вместе взятых. А в дополнение, чтобы отвлечься, Белла ещё и сосредоточила всё внимание на собственных высыхающих на бегу волосах и коже. Было забавно ощущать себя живым феном.       — Стойте, тут Чарли, — крикнула Элис, когда подошла к дому достаточно близко.       Джаспер поднял руку, останавливая Беллу, пусть даже она считывала всю информацию от сестры куда быстрее его. Инстинкт мог подставить её в любой момент, так что никакие меры безопасности не были лишними.       — Элис? — Карлайл, стоящий на крыльце, заметил приближающуюся дочь.       Эдварда, судя по всему, не было в доме. Как и Розали с Эмметтом, которые должны были сопроводить машину Чарли до места назначения.       — Я видела… — Элис сбивчиво заговорила.       Отец перебил её, но говорить начал в своей характерной успокаивающей манере:       — Джонатан в последний момент раскапризничался, и Рене решила изменить план. Она открыла портал, чтобы перенестись из Форкса сюда. Розали наблюдала за ними на расстоянии из-за запаха. Рене, Джонатан и Фил исчезли, — он коротко вздохнул, — но здесь не появились.       Элис замерла, уставившись на него во все глаза, но Белла уже практически отключилась от её ментальной волны. Едва Карлайл открыл рот и произнёс первое предложение, как она уже всё поняла. В душе начала подниматься волна чистой ярости. Без капли примеси страха или расстройства, один сплошной гнев. Рене опять всё решила сама, как последняя эгоистка.       Белла без тени сожалений ударила Джаспера в спину. Это не заставило его отправиться в полёт до самой крепкой сосны, он лишь упал, едва не зарывшись в землю лицом. Впрочем, подробности она уже не увидела лично, так как тут же подпрыгнула и понеслась прочь. Не к главному дому, ей нечего было там делать, а в город. Она не могла объяснить свои действия логически, но ощущала потребность побывать там, почувствовать магию матери, возможно, даже взаимодействовать с ней. Сейчас у неё было столько света, что это должно было получится с лёгкостью.       — Белла, стой, — крикнул Джаспер.       Элис и Карлайл тоже всполошились. Эсме не дернулась, но она стояла рядом с Чарли, очевидно, собираясь защищать его, если это потребуется. Быстрый стук сердца папы раздался набатом в голове Беллы, запульсировал, заставляя рот наполняться ядом. Но это продлилось лишь пару мгновений, потому что она уже пронеслась мимо, прямо к шоссе, где как раз проезжало аж несколько машин. Джаспер преследовал её, несясь на всех парах, но сократить дистанцию ему не удавалось. Да и рядом с людьми ему приходилось действовать аккуратнее, чтобы не выскочить прямо на них.       Они, другие, произвели на неё ещё меньше впечатления. Разум был охвачен огнём, на фоне которого меркла даже жажда. Тёплые тела казались отвлекающим манёвром на пути к цели, будто они специально мешали ей. Это злило Беллу ещё больше, так что она лишь дополнительно ускорялась, пролетая мимо них. Наверное, на такой скорости её не смогла бы зафиксировать даже высокочувствительная камера, не то что человеческий глаз. Впрочем, несмотря на то что она совершенно слетела с катушек, ей не пришло в голову бежать прямо по улицам. Не из-за вбитой в подкорку предусмотрительности, а просто потому, что двигаться среди деревьев было привычнее и проще.       — Белла! — Эдвард присоединился к погоне, появившись будто неоткуда.       Он, должно быть, рыскал рядом, ища следы Рене. Но уловил тревогу близких и вернулся к дому, где с ужасом понял, что происходит. Из его быстрых мыслей Белла узнала, что Розали и Эмметта можно было не ждать. Они отправились в Сиэтл, надеясь найти живую родню там. К сожалению, распределение сил это едва ли серьёзно меняло. А ноги Эдварда всё ещё были не медленнее разума.       — Пусти, — прорычала она, когда оказалась прижата к земле.       Белла тут же скинула его и вскочила, но он перехватил её снова, притянув к себе. Она забрыкалась, но, скорее, как капризное дитя, чем боец. Ей не хотелось драться, это тоже воспринималось, как дурацкая задержка. Да и сам Эдвард сейчас не находился в фокусе её внимания.       — Что ты собираешься делать в том доме? — он попытался достучаться до неё вербально.       — Осмотрюсь, — огрызнулась она, продолжая двигаться в нужном направлении.       — Хорошо. Пойдём вместе.       Разум Джаспера полыхнул возмущением от этой идеи. Но Белла уже тащила Эдварда за собой, так что ему и всем остальным ничего не оставалось, как постараться окружить её, отделяя от возможных жертв. Она лишь раздражённо отмахнулась от их беспокойных мыслей, видя только одну цель. Она уже чуяла фейский аромат.       По сравнению с насыщенным запахом эликсира он ощущался сильно приглушённым и загрязнённым различными примесями. Неудивительно, ведь с исчезновения её семьи прошло время, и ветер сделал своё дело. Белла покружилась по заднему двору, и вправду как вынюхивающая ищейка, и даже смогла определить, на каком именно клочке земли стояла Рене, прежде чем исчезнуть. Где-то на краю сознания трепыхалась идея, что ей удастся создать тоннель, чтобы последовать за предательницей. Однако это не звучало реалистично. Она в любом случае не знала, как это сделать и, главное, куда именно сбежала мама.       След уходил в дом, и хоть Белла понимала, что движется в обратном направлении, всё же вырвала руку из хватки Эдварда и зашла внутрь. Просто вышибив дверь одни небрежным ударом ноги. И тут же глубоко вдохнув. Здесь запах был насыщеннее. Он впитался в стены и вещи и настоялся за то время, что Рене и Джонатан провели тут. Белла даже различала два разных аромата, несмотря на то что они сильно перемешались. В первую очередь потому, что полувампира выдавал слишком узнаваемый сладковатый оттенок, видимо, характерный для всей нежити.       Горло словно ошпарило кипятком. Она сглотнула яд и скривилась, прикусив язык в прямом смысле. Несмотря на все опасения семьи, убивать сына она не стала бы, пожалуй, даже в самом кроваво-возбуждённом состоянии. Он не пах, как еда, хоть и влёк её куда больше оленей. А вот Рене она точно прикончила бы мгновенно. Впрочем, вероятно, сейчас в ней говорила злость. Будь всё в норме, Белла ещё поразмышляла бы над её судьбой и своими действиями с секунду, что дало бы маме хорошие шансы на выживание.       Запахи Чарли и Фила показались ей даже комфортными на фоне фейского. Слишком блеклые и скучные, чтобы ради них нарушать запреты Карлайла и, возможно, терять доступ к эликсиру. Даже если она вела себя не лучше дикого животного, свои выгоды Белла осознавала чётко. А вот что она искала в этом месте оставалось не ясным. Ни один из органов чувств не мог дать подсказку, а глаза и вовсе хотелось прикрыть, чтобы дать им отдых. На кухне было слишком много жёлтого. Шкафы, которые раньше казались ей канареечными, теперь переливались всем спектром от светло-лимонного до почти оранжевого из-за того, что были неравномерно окрашены. Местами сквозь верхний слой даже проглядывал, видимо, оригинальный невзрачный коричневый.       Поэтому обычный стикер на дверце холодильника она заметила не сразу. И потратила ещё какое-то время, чтобы за ворсистой текстурой дешёвой бумаги и пятнами чернил разглядеть слова, а из них сложить предложения. Написано было мелко, небрежно, явно в спешке и на том, что первым подвернулось под руку. «Детка, у Джонни проявилась связь с древом Ард. Нам нужно разделиться, пока я не разберусь с этим».       Эдвард скользнул тенью за спину, чтобы тоже прочитать содержимое записки. Но трогать её не стал, даже когда Белла смяла бумагу, вымещая на ней ярость. Конечно, он подозревал, что происходит. Как и она. У всех них имелось множество опасений, как актуальных, так и связанных с будущим. С «бессмертным ребёнком» на руках им нельзя было показываться на глаза другим вампирам. Но при этом уже из-за Беллы они подставляли сами себя ускорившейся разработкой эликсира, что просто обязано было привлечь внимание Вольтури. И тем самым подводили под удар всё окружение, включая людей, полукровок и даже оборотней, контакты с которыми вампирской властью тоже не поощрялись. Если одного Чарли ещё можно было выставить несведущим хотя бы на первый взгляд, то вывести такую толпу на чистую воду было легче лёгкого для любого более-менее внимательного соглядатая.       Разделиться было действительно разумно. Белла и Рене не могли контактировать напрямую. Джонатан не выносил мысли вампиров. По сути, никто из Калленов не был способен нормально воспитывать его. Включая Эдварда, которому пришлось бы разорваться, чтобы присматривать одновременно и за сыном, и за женой. Всё происходящее выглядело запутанным и некомфортным, даже если они пытались сохранять оптимизм. Мало того, то, что она как-то высказывала Розали про сына, до сих было актуально во всех аспектах. Если в себе Белла была уверена хотя бы частично, то его стабильность не гарантировало ничего. Обстоятельства могли стать хуже в любой момент. Он мог уничтожить их всех. Или поставить перед очень сложным выбором. Ведь даже гармонично сохраняя дуальную натуру, Джонатан усложнял всё до крайности. Если уж говорить начистоту, он был одной сплошной головной болью.       А теперь к этому взрывоопасному коктейлю присоединились ещё и феи. Рене сокрушалась, что Белла родилась куда более человечной, чем ей хотелось бы, но, видимо, это было удачей. Должно быть, глубинная связь с предками всё же могла выдать их родне, несмотря на уверения мамы, что у неё всё под контролем. Точнее, за себя она не переживала, так как её наверняка научила скрываться полнокровная бабушка. Белла не давала повода для беспокойства — она едва владела светом. Но Джонатан разрушил эту идиллию. За ним, ещё неспособным контролировать себя, могли прийти.       Они завязали гордиев узел, а Рене его разрубила. Имели ли они вообще право злиться на неё? Да, Рене решила всё в одиночку и ушла, не попрощавшись. Но от муторных разговоров едва ли кому-то стало бы лучше. Они наверняка попытались бы остановить её, отговорить, как в прошлом. Но если дочери в свободе выбора она не отказала, то в этом случае, вероятно, не могла поступить иначе. Конечно, её самоуправство выводило из себя. И в способности Рене решать проблемы сложно было не сомневаться. Однако она не сбежала просто по прихоти и не сняла с себя ответственность, наоборот, взвалила неподъемную ношу. Ей предстояло защищать внука от фей, растить его в новой обстановке и ещё как-то справляться с вампирскими наклонностями, которые могли взять верх в любой момент.       Наверное, так реально было лучше. Действия Рене существенно снижали их общие риски. Уж для Калленов точно. Да и ей с Джонатаном было проще самим по себе, чем в окружении вампиров. В другом мире Вольтури их выследить не могли. А если это удастся феям, у них будет шанс разобраться без кровопролития. То, что она увела Джонатана и Фила в иную реальность сомневаться не приходилось. У Рене и так имелись подобные планы, и вряд ли она надеялась скрыться не только от врагов, но и от семьи на этой же планете. И при этом она вроде как планировала вернуться. Оставался вопрос: когда? И получится ли у неё это в принципе? Если нет, то они даже не узнают, что именно случилось.       Все эти умозаключения были простроены на практически автоматическом анализе молниеносных размышлений Эдварда. Который стремился к конструктиву, несмотря на то что из-за исчезновения Джонатана у него в душе образовалась огромная дыра. У Беллы же не было никакого желания рационализировать происходящее. Да, она так и не увидела маму и сына, не вписала их в свой мир до конца, так что расстаться с ними должно было быть легко. И как бы ей ни нравился Фил, они всё же не были так уж близки даже в лучшие времена. Да и совсем одна она не осталась, помимо Калленов у неё был Чарли. Который сейчас наверняка испытывал то же чувство несправедливости, ведь его обвели вокруг пальца, соврав в лицо. Рене не имела права так с ними поступать. Не имела права.       Она выбежала обратно на улицу и так громко закричала, что соседка, миссис Стивенс, вздрогнула и уронила чашку. Но не успел какой-то дурно пахнущий приторно сладкий напиток омыть белесые осколки, как Белла уже бросилась прочь. С той же силой, как её тянуло сюда, теперь это место отвращало. Никто не стал преграждать ей путь, учитывая, что она увеличивала расстояние между собой и людьми. Её же эти кровяные мешки перестали интересовать в принципе. Наверное, стоило искать утешения в объятиях близких, у Эдварда, который бежал за ней по пятам. Обсудить произошедшее, стрясти подробности с Элис, которая уже могла увидеть что-то новое. Но сейчас Белла и в них видела врагов.       Элис не пускала её к сыну и Рене. И она была права, поступая так. Белла даже не могла обвинить сестру в мнительности, ведь тоже имела неудовольствие лицезреть те картины, которые пугали её. Всё та же кухня дома Чарли, только разгромленная и окровавленная. Воющая от ужаса и отвращения к себя она же. Но теперь всё это было чем-то далёким и эфемерным. А ужасная реальность окружала со всех сторон, заставляя её задыхаться при всей независимости от кислорода. Сама вампирская природа душила Беллу. Если бы она не стала чудовищем… Если бы… От магии не было никакого толку. Телепатия лишь заставляла её думать о том, о чём она не хотела. Вся её сила только мешала.       Покинув город, она углубилась в лес, неосознанно придерживаясь знакомого маршрута. Начался холодный, как её тело, ливень. Драматического нагнетания это, правда, не добавило, так как для Форкса это было слишком обычное дело. Даже, наоборот, казалось, что лишь природа её и не подвела, разродившись дождем, как и ожидалось. Волосы и сарафан, и так не успевшие толком высохнуть, снова вымокли и прилипли к коже. Белла замедлила бег. Вода словно смыла с неё злость, и яростная энергия, на которой она двигалась до сих пор, истаяла.       Эдвард держался к ней ближе всех, но и других она тоже чуяла. Видела собственное печальное лицо в их разумах, как отражения в кривых зеркалах. Оно переплеталось с тем самым видением Элис и превращалось в тошнотворную маску. Теперь Белла чувствовала себя сдавшейся, бессильной, но на диалог до сих пор была не настроена. Так что, как учил Джаспер, просто прыгнула в реку. Конечно, таким образом она не могла оторваться от погони, ведь выбранное ею направление было очевидно. Но родственники поняли намек и хотя бы поотстали.       — Всё будет нормально, — объявила Элис на грани слышимости, находясь уже где-то далеко позади.