8. Песнь Темного леса

— Их все еще нет? — спросил Нил утром вместо приветствия. Эндрю сидел за столом под лестницей, снова погруженный в чтение своей книги. Его поза была достаточно расслабленной, но внимание сосредоточено на страницах. Мягкий свет от свечей освещал его лицо, добавляя теней. Когда Нил появился на лестнице, шаги юноши привлекли внимание Хранителя. Эндрю медленно отложил книгу в сторону, не отрывая взгляда от последних строчек, а затем повернул голову, чтобы встретить его взгляд. Его лицо, как обычно, оставалось спокойным, но в глазах мелькнула едва уловимая усталость. — Нет, — спустя пару секунд ответил Эндрю, осматриваясь вокруг с подозрительной медлительностью. Его движения были настолько плавными и нехарактерными, что Нил невольно прищурился, пытаясь разглядеть что-то на его лице. — Ты не спал? — выдвинул свою теорию Нил, спускаясь с лестницы. Юноша подошел ближе и, наклонившись, вгляделся в глаза Хранителя. Эндрю смотрел на него молча, будто тщательно обдумывая его действия, и только спустя несколько долгих секунд отстранился, нахмурившись и быстро моргнув несколько раз. — И не лги мне, я уже вижу. — Я — не ты, — буркнул ему в ответ Хранитель, пытаясь скрыть зевок. — Ну да, конечно, — закатил глаза Нил. — Ты просто молчишь, если не хочешь говорить правду. Прости, забыл. — Тебе вообще какое дело? — огрызнулся Хранитель, нахмурившись. — Не хочется, чтобы ты уснул ночью на пути к границе, — ответил ему Нил, отстраняясь. Он на ходу придумал причину, ведь если бы он сказал "я волнуюсь", то Эндрю бы просто посмеялся ему в лицо. — Уже сегодня? — быстро заморгав глазами, еще сильнее нахмурился Хранитель. Он как будто сам сбился со счета и забыл, что сегодня последний день Нила в этом месте. — Что, уже скучаешь? — усмехнулся Нил. Он забавлялся с реакции Хранителя, но в то же время ему было не до шуток. Его план не предусматривал сонного Эндрю. — Налей мне кофе, — вдруг перескакивая на другую тему, сказал Хранитель. Юноша сначала застыл от его резкой смены настроения, а потом уже от странной просьбы. Кофе? Он первый раз в жизни слышал об этом. — Бегу и спотыкаюсь, — ответил Нил, скорчившись. Он так пытался скрыть улыбку, что так и наровила выскочить у него на лице. Сонный Эндрю так смешно вел себя, что хотелось просто залиться громким смехом. — Желательно в дерево, ты ведь так их любишь, — сонно огрызнулся Хранитель. Ну, хоть грубить он пока был в состоянии. — Заткнись, — сдерживая смех, ответил Нил. Он пытался сделать грозное лицо, но получалось с трудом. правда Эндрю бы все равно не обратил на это внимания. — И иди спать. — Чтобы ты тут все к чертям разнес? — поинтересовался Эндрю, зевая раз пятый за последние минуты. — Не разнесу я ничего, — закатил глаза Нил. Он и так, и сяк пытался уговорить Эндрю, словно разговаривал с маленьким ребенком. — Лучше сделаю себе кофе, — тихо буркнул себе под нос Хранитель, но Нил его прекрасно услышал. Когда Эндрю уже собрался подниматься на ноги, тот надавил ему на плечи, вынуждая остаться на месте. Хранитель непонимающе поднял голову, чтобы через секунду встретиться с Нилом глазами. Юноша стоял прямо над ним, по птичьи наклонив голову, и смотрел прямо в глаза. Его губы замерли буквально в миллиметре от лба Хранителя, так близко, что тот мог ощутить тепло, исходящее от них. Эндрю застыл на месте, боясь даже пошевелиться, не понимая, что происходит, но в этот момент все его мысли словно остановились, и он просто ждал, затаив дыхание. — Давай-ка лучше ты пойдешь спать, — сказал Нил, пристально смотря ему в глаза. Взгляд Эндрю непроизвольно поднялся на губы Нила. Словно пытаясь подавить порыв, он резко поднял руку вверх и закрыл юноше рот. Нил уставился на него широко раскрытыми глазами, моргая от неожиданности. Его дыхание стало чуть сбивчивым, и он замер, не понимая, что произошло. Эндрю же как будто моментально проснулся, его пальцы едва дрожали, но он держал их твердо, не давая себе сорваться. — Пожалуй, ты прав, — резко убирая руку и вставая на ноги, сказал Хранитель. Эндрю и Нил чуть не ударились лбами от такого быстрого телодвижения, но юноша успел вовремя убрать свою голову, схватившись за спинку стула и тихо выругнувшись под нос. — Разбуди меня, если кто-то из них вернется. Эндрю, быстро проговорив эти слова, чуть ли не помчался к лестнице, преодолевая по две ступеньки за раз. Нил, едва отошедший от шока, просто смотрел ему вслед с широко раскрытыми глазами. — Так вот почему ты не спал, — буркнул себе под нос юноша, до сих пор держась за спинку стула. Эндрю, оказавшись на втором этаже, быстрым шагом направился в свою комнату. Где-то внизу все еще бурчал Нил, и его голос эхом доходил до Хранителя. Оказавшись за дверьми своей комнаты, он лбом прислонился к ней, пытаясь отдышаться. Его сердце бешено стучало, отдавая в виски, а руки начало потряхивать еще сильнее. Когда нервы Эндрю окончательно лопнули от непонимания того, что с ним происходит, он ударил по стене рядом с дверью с такой силой, что на ней осталась вмятина. — Черт тебя побери, — прошипел Эндрю, скатываясь спиной по двери. С его руки медленно капала кровь, стекая по пальцам к полу, но Эндрю даже не пытался остановить это. Ему отчаянно нужно было выпить кофе — специального отвара, который готовила Рене из зерен, произрастающих в самой отдаленной части леса. Он хранился на кухне, защищенный магией от порчи, и все, что требовалось от него — это спуститься вниз по лестнице, открыть дверцу шкафа и налить отвар в кружку. Но Эндрю не мог. Его тело будто отказывалось двигаться, он лишь сидел, прижимая колени раненной рукой, чувствуя, как кровь согревает его холодные пальцы. Второй рукой он держался за голову, пытаясь отдышаться, но в голове царил хаос, который не отпускал его уже несколько часов. Кевин, Ники и Аарон, вместе с Рене, до сих пор не вернулись с границ леса, и это давило на него невыносимой тяжестью. Каждый час их отсутствия усиливал тревогу, лишая Эндрю спокойствия. За столько долгих веков он настолько привык к их постоянному присутствию, что уже попросту не мог заснуть без них. Эндрю ждал их внизу целую ночь, но они так и не пришли, не отругали его за то, что он ждал их, жертвуя своим драгоценным сном. Однако их не было рядом, а лес был тише обычного, пока неизвестность разрывала его изнутри.

☾༓⋆*･ﾟ⋆*˚*･༓☾

Усталость все же взяла свое, и Эндрю тихо заснул на полу, слушая как его кровь стекает с руки и падает на пол. Когда он проснулся, то резко поднял голову, пытаясь понять сколько сейчас времени. За окном было уже темно, а ветер начал петь свои ночные колыбельные, неумолимо приближая следующий день. Эндрю быстро вскочил на ноги и зашипел от боли, что пронзила его руку. Он быстро взглянул на нее и слегка исправил положение магией, которой уже оставалось ничтожные крохи. Плохо, плохо, плохо… Хранитель резким движением отворил дверь и снова помчался с лестницы, уже спускаясь с нее. Он застал Нила за столом на кухне. Юноша уставился в окно, слушая завывания ветра, тихо напевая себе под нос какую-то песню. Однако, как только послышался скрип дерева за спиной, Нил прекратил петь и развернулся лицом к Эндрю. — Хорошо спалось? — спросил юноша, мягким голосом, совершенно ему не свойственным. — Не пришли? — вместо ответа, судорожно задал вопрос Эндрю. Нил в ответ лишь покачал головой и поджал губы, метнув быстрый взгляд на дверь. — Черт. — Нам пора выдвигаться, не так ли? — посмотрев Хранителю в глаза, сказал Нил. — Я это почувствовал. — Ты прав, — спустя долгую паузу и пару нервных вдохов и выдохов, кивнул Эндрю. — Нам пора. Грустно обведя кухню взглядом, Нил кивнул и встал со стула, направившись к двери. Хранитель, щелкнув пальцами и тихо прошептав что-то дому, поспешил за ним, и свет в доме стал гаснуть. Когда он подошел к двери, дом окончательно погрузился во тьму. Только маленькие фонарики на пороге легко заискрились, словно провожая их в добрый путь. Нил последний раз обернулся на дом и обвел зеленый лес долгим взглядом, едва сдерживая эмоции, что уже рвались наружу. Однако кое-что он знал наверняка — он обязательно вернется сюда и выпьет этого странного кофе вместе с Эндрю. Хранитель терпеливо ждал его около входа в Темный лес, сам обводя долину тяжелым взглядом. Он любил здесь все: от немой ромашки, днем раскачивающейся на ветру, до стражей и животных, что дарили ему тепло каждый день. Любил всей душой и не был готов со всем этим расстаться, только не сейчас. — Светлый избранник, — завывали ветра в Темном лесу, когда Нил подходил к Эндрю все ближе и ближе. — Мы тебя ждали. Он слышал эти голоса каждый раз, когда подходил к границе Темного леса, но до этого момента, по наставлению Рене, он пытался игнорировать их. Сейчас же Нил понимал, что они все это время подсказывали ему верный путь, верное решение. Он, глупец, боялся их, поддавшись страху неизвестности. Однако сейчас Нил без раздумий ступил на зов голосов, повторяя свой план в голове снова и снова.

☾༓⋆*･ﾟ⋆*˚*･༓☾

— Нил, — тихо шикнул чей-то голос сверху. Нил развернулся на него, к своему удивлению замечая там Ники. Парень парил в воздухе на уровне крон низких деревьев. Выглядел он уставшим, но это не мудрено. Ники, вместе с остальными, провел здесь чуть ли не три полных дня в призрачном обличии. — Ники, — облегченно улыбнулся ему Нил. — Где все? — Они у границы, — показывая пальцем вперед, прямо куда направлялись Эндрю и Нил, сказал Ники. — Я отправился за вами. — Что-то случилось? — тут же спросил Хранитель, повторно осматривая Ники снизу вверх. Хоть стражи в призрачном обличии не могли получить никаких увечий, но что-то явно изменилось. Ники парил уже намного ниже обычного и его движения были медлительны, словно ему с каждой секундой было все труднее пошевелиться. — Там…они пришли за тобой, Нил, — оглянувшись в том направлении, тихо пролепетал Ники в ответ. — Что? — спросил удивленно юноша, словно плохо расслышал. Но это было правдой. Они пришли за ним. — Нам нужно в другую сторону, — тут же среагировал Эндрю. — Нет, — покачал головой Нил. В его голове резко зазвенела пустота, план рушился на глазах. — Ты умрешь! — огрызнулся на него Хранитель. — Ты хоть это способен понять?! — Я умру в любом случае, — огрызнулся в ответ Нил. — Если я выйду туда — стража убьет меня! Если я пойду по другому пути — я умру еще даже не дойдя до середины! Эндрю замер, словно на мгновение утратил способность дышать. Слова Нила, словно нож, глубоко врезались в его сознание. Он не хотел верить в это, но разум подсказывал ему, что это правда. Ошарашенный, он смотрел на юношу, не в силах произнести ни слова. Нил не выживет. Эндрю сжал кулаки так сильно, что ногти больно впились в кожу. Холодный, но беспощадный страх сковал его тело. Вся ситуация казалась безвыходной: если Нил останется в лесу, то силы, что когда-то его защитили, обратятся против него и убьют. Если они попробуют идти другой дорогой, то опасности на пути не оставят шансов. И если они выйдут на дорогу, их там встретит королевская стража — приговор, который нельзя отменить. — У меня нет выхода, — тихо сказал Нил, словно пытался успокоить Эндрю. — Но возможно стража пришла без моего отца. Тогда они не имеют права просто так убить меня, сперва они покажут меня отцу. — Твой отец? — переспросил Ники. — Кто он? — А если страже как всегда плевать на правила, и они убьют тебя сразу? — не унимался Эндрю, игнорируя Ники, что пытался задать новые вопросы. — Тогда стража сдохнет сразу за мной, — усмехнулся Нил. — Ты не знаешь моего отца. Он ненавидит, когда его приказы остаются невыполненными. — Откуда твой отец вообще узнал, что ты не умер здесь, — спросил Эндрю. — Полагаю, у него свои способы это узнать, — перебирая все доступные ему варианты, ответил ему Нил. — Что же ты натворил, что королевская стража пришла за тобой? — спросил Ники, когда от Эндрю больше вопросов не последовало, словно Хранитель уже смирился. — Родился, — хмуро кинул ему Нил и двинулся к выходу из Темного леса. Эндрю тихо выругнулся у него за спиной, но отставать не стал. Последним присоединился Ники, жалея о том, что вообще задал вопрос. Эндрю шагал рядом с Нилом, стиснув зубы и кулаки, его мысли были переполнены яростью и безысходностью. Каждый шаг юноши казался ему последним, каждый вдох — мучительным отсчетом времени до конца. Лес, его вечный дом, который всегда казался ему защитником, теперь предательски отпевал Нила, словно смирился с его судьбой, заранее оплакивая его гибель. С каждым шагом к границе леса Эндрю ощущал, как внутри него нарастает чувство утраты. Грустная песнь леса только усиливала это ощущение. Она была полна тоски, но в ней не было яростного протеста, который он сам ощущал внутри. Лес словно принял, что Нил уйдет, а он — нет. Эндрю не мог это принять. В голове пронеслись моменты их короткого, но насыщенного времени вместе. Его мелкие подшучивания, отчуждение, которое постепенно сменилось привязанностью, непонимание, которое теперь превратилось в безоговорочную связь. Эндрю видел, как Нил идет на верную смерть, но не мог остановить его. Эмоции душили его — гнев на мир, на себя, на несправедливость всего происходящего. Хранитель, который всегда контролировал свою судьбу и окружение, оказался бессилен. Каждый шаг Нила вперед отдавался в сердце Эндрю как удар. Он хотел броситься вперед, остановить его, увезти обратно в лес, защитить любой ценой, но не мог. Нил уже сделал свой выбор. Эндрю чувствовал, что теряет его, что Нил уходит туда, откуда ему не вернуться. И это чувство грызло его изнутри, разрывая на части. В то же время, голоса рядом с Нилом не умолкали, казалось, их становилось все больше с каждым шагом. Они звучали отовсюду — из глубины леса, с верхушек деревьев, с каждой тропинки, по которой они шли. Нил пытался вслушаться, но их было слишком много, и ни одно слово не удавалось разобрать. Он хмуро оглядывался по сторонам, его сердце билось чаще от напряжения. Однако что-то начало меняться. Голоса, что раньше были хаотичными и беспокойными, теперь сливались в единое целое, их тон становился более мелодичным, словно кто-то медленно превращал их в странную, печальную песнь без слов. Это звучало как прощание — мрачное, холодное, но в то же время пронизанное тоской. Когда Нил дошел до границы леса, песнь достигла своего пика, её мягкие волны окутали его со всех сторон, провожая в неведомое. В каждом переливе звучала не угроза, а глубокая печаль, словно лес скорбел о нем, о его судьбе. Эти голоса, некогда тревожные, теперь звучали как что-то древнее и неизбежное, словно они знали конец, к которому он шел. Но Нил не чувствовал угрозы. Напротив, в этой песне было что-то успокаивающее. Будто лес, прощаясь с ним, пытался сказать, что всё идет своим чередом, что его путь — это не просто гибель, а часть чего-то большего. Когда до выхода из леса оставалось не больше десяти шагов, Нил остановился, оборачиваясь на стражей. За то время, как он шел впереди, погрузившись в свои мысли, к этому шествию успели присоединиться остальные. Рене выглядела самой уставшей из всех. Девушка была единственная в человеческом обличии. Ее сбоку поддерживал Кевин, спустившись чуть ли не на землю. Похоже, он стремительно терял свою силу. Аарону было не лучше, парень еле держался в воздухе, схватившись за плечи Кевина. Ники был единственный, кто более-менее был в порядке. — Не идите дальше, — прошептал Нил, окидывая их всех напряженным взглядом. — Там опасно. — Уж ты то точно знаешь, — слабо огрызнулся Аарон. — Рад, что у тебя еще есть силы огрызаться, — усмехнувшись, сказал юноша. Он взглянул на Рене, и его сердце тут же упало. Ей было настолько плохо, что она уже не могла ровно стоять. Элисон сидела у ее ног, хмуро смотря вперед, словно видела через деревья что было за границей леса. Юноша, не выдержав, сделал пару шагов в направлении Старейшины и обнял ее, прощаясь. — Спасибо, — прошептал Нил ей в волосы, легко улыбаясь. — Мы еще встретимся. Рене выкрутилась из рук Кевина и обняла его в ответ, слегка качая головой. Ничто не могло изменить ее прекрасной светлой улыбки, которой она одарила Нила, отстранившись. Даже если она знала, что они больше никогда не встретятся. Никто больше не произнес ни слова, поэтому отойдя на пару шагов к границе, Нил развернулся ко всем и слегка склонил голову. Это была его благодарность за то, что они помогли ему. Теперь была его очередь помогать. Эндрю, стоявший все это время ближе всего к юноше вдруг спустился вниз и сбросил призрачный облик. Он быстрым шагом направился к Нилу и обнял его со всей силы, уткнувшись ему в плечо носом. — Если ты умрешь, я убью тебя, — прошептал Хранитель, еще крепче прижимаясь к Нилу. — Обязательно, — слегка рассмеялся юноша, обнимая Эндрю в ответ. Нил позволил себе ненадолго расслабиться и совершенно не обращать внимания на взгляды, что на них кидали стражи. Когда Эндрю наконец отстранился, прошла как будто вечность и никто не хотел из них, чтобы она заканчивалась. Однако юноше уже нужно было идти, они оба это чувствовали. Только вот Нил оставил еще один подарок Эндрю на прощание. Как только Хранитель отстранился, выпуская юношу из объятий, Нил быстрым движением поцеловал его в губы и тут же отвернулся, не дожидаясь реакции Эндрю. Тот просто не мог пошевелится, а юноша не останавливаясь направился к выходу из Темного леса, полностью готовый встретить свою судьбу.

☾༓⋆*･ﾟ⋆*˚*･༓☾

Нил шел вперед с опущенной головой, не желая встречаться взглядом с королевской стражей. Он чувствовал их присутствие за барьером леса так отчетливо, как и поцелуй, который до сих пор слегка щекотал его губы. Нил даже слегка улыбнулся, вспоминая мимолетное выражение лица Эндрю после этого. — Почему…король..? — вдруг послышался сзади встревоженный голос Ники. Нил, только услышав эти слова, резко поднял голову, встречаясь глазами с грозным взглядом своего отца. Король сидел верхом на своем любимом коне, победно улыбаясь. В его внешности ничего не изменилось с тех пор, как юноша последний раз видел его в день своего восемнадцатилетия. Та же тяжелая корона, украшенная многочисленными драгоценными камнями и вставками из серебра и золота; та же парадная одежда, на которой были вышиты различные узоры золотой нитью; и та же несгибаемая уверенность в своей победе, даже если соревноваться не с кем. Нил ненавидел этого человека всей душой, желая ему гореть в огне. — Бесполезный кусок дерьма, — с отвращением произнес король, смотря Нилу в глаза. — Даже сдохнуть нормально не можешь. Юноша остановился в одном шаге от барьера, кладя на него руку. Он чувствовал, что тот его пропускает, но выходить совсем не хотелось. Только не к своему отцу. Нил просто смотрел королю в глаза, пытаясь скрыть свои чувства. Но это был не страх, нет, юноша не боялся его. Он мечтал убить его на месте, чтобы даже косточки не осталось в его память. Его старому плану не было суждено случиться, но у него всегда есть запасной. Сжав руки в кулаки, призывая всю свою силу где-то из глубин сознания, Нил вышел из леса, и внезапная боль пронзила его от макушки до самых кончиков пальцев. Юноша нахмурился и схватился за голову, облизывая губы, на которых все еще оставалась частичка магии Эндрю. С ее помощью он ничего не забудет, осталось только сыграть свою роль. Нил снял с себя все барьеры. Те, что поставил специально, скрывающие его сознание от магии леса; и те, что поставил подсознательно. Они скрывали его внешность, чтобы никто ни за что не догадался о том, кто он на самом деле. Юноша сделал шаг вперед и его волосы всего за мгновенье окрасились в натуральный, рыжий цвет — признак королевской крови. Принц даже готов был поклясться, что услышал тихий шепот у себя за спиной. Однако он не мог разобрать кто это говорил, даже не пытался. Он сосредоточил все силы на своей злости, что в считанные секунды грозилась сжечь его изнутри. Стража тут же окружила его, подставляя свои меч к шее принца. Никто из них даже на секунду не сомневался в своих действиях, подчиняясь одному только королю, что успел запудрить им мозги за все эти шестнадцать лет. Сам виновник сего, великий король, Натан Веснински, медленно слез со своего коня, словно с трона, и медленно начал приближаться к принцу. Его походка выражала полную надменность и уверенность в своих силах. Натан считал себя победителем, освободителем королевства от древнего проклятия. — Как ты узнал? — наконец подал голос принц. — Как ты узнал, что я жив? — Ты — проклятье, — оскалившись, произнес король, высоко поднимая подбородок. — Если ты жив, то и проклятье все еще действует. Принц не нашелся что ответить. Значит, его отец все же узнал про проклятье и отправил своего собственного сына на смерть. В этом ему помог стражник. Однако принц не был на него зол, тот все равно умер, как только сообщил о выполненном задании королю. — Рожденный под несчастливой звездой и умерший под ней же, — еще шире ухмыльнувшись, произнес Натан, поднимая голову к небу. — Как же любит судьба насмехаться над тобой. — Не может быть, — послышался сзади голос Рене, пробивая барьеры леса своим встревоженным шепотом. Старейшина догадалась, что он собрался делать. — Но я тот, кто будет смеяться последним, — после долгой паузы сказал принц, привлекая всеобщее внимание. Лицо короля в этот момент выражало самое дикое презрение и он расхохотался, вытирая воображаемые слезы, словно издеваясь над ним. Однако улыбка Натана быстро упала, как только он взглянул на своего сына. Глаза принца в миг засветились, когда он не выдержал звука смеха короля. Принцу хотелось рвать и метать, превращая всех людей вокруг в пепел. Он хотел мести, но не за себя, а за тех, кто умер по вине королевской крови. С этими мыслями принц позволил своим эмоциям взять верх и полностью отдался магии. Вокруг него тут же разгорелся огонь, сметая все на своем пути. Но он был не обычным, это был адский, синий огонь. Он брал начало из голубых, словно бескрайний океан и чистое небо, глазах принца. Туда, куда он смотрел, тут же возгоралась трава, дерево, одежда. Стража тут же поспешила отступить и выйти на защиту короля, закрывая его своими телами. Принц на это громко усмехнулся, что его голос эхом пролетел по всему простору леса, словно гром на небе. Только легкое потрескивание огня прерывало эту гробовую тишину, что тотчас воцарилась в лесу. — Кто…ты? — послышался голос короля из-за спин стражников. Он слегка подрагивал, и принц всем своим существом ощущал страх, что пронзает каждую косточку Натана. Он ждал этого момента чуть ли не всю жизнь. — Я — твое проклятие, — не своим голосом сказал ему принц, словно что-то древнее пробудилось у него внутри. Принц просто отдал этому весь контроль, зная, что конец этого проклятья близок. Внезапно весь лес вокруг стражи загорелся, и кто-то из них вскрикнул, когда огонь попал на их кожу. Те несчастные сгорели на месте, оставляя за собой только горстку черного пепла, что тут же развеялся на ветру. Однако просто так принц не смог убить короля, ведь стражники обступили его со всех сторон, жертвуя собой. Тогда у принца не оставалось другого, выхода. Он собрал всю свою силу в правой руке и создал в ней что-то на подобие ножа. Острое лезвие тут же ринулось в сторону короля, насквозь протыкая стражников, что стояли у него на пути. Но просто так умирать королю никто не позволит. Когда нож из чистого пламени поразил Натана прямо в сердце, король тут же осел на землю, часто хватая ртом воздух. Его ждала медленная, полная мучений, смерть. Принц с победной улыбкой рассмеялся, и голос вновь пронесся эхом по лесу, заставляя даже стражей за его спиной поежиться от страха. Однако смеялся он не долго, один, самый бестолковый, стражник кинул в него свое копье. Принц, прекрасно заметивший это, лишь позволил копью пройти его насквозь и только потом убил всех стражников одним щелчком пальцев, за ними же и сгорело копье. Когда король присоединился к своим защитникам, принц позволил себе осесть на землю, держась за место, где его проткнуло копье. Из него густо капала кровь, однако он дал ей течь, заливая каждый сантиметр земли рядом с ним. Постепенно пламя стало гаснуть, оставляя за собой небольшие огоньки, что тотчас окружили принца. Он сидел, прислонившись спиной к непробиваемому барьеру Темного леса. Его дыхание было ровным, хотя он знал, что каждая секунда приближала его к концу. Он смотрел на ночное небо, на звезды, которые, казалось, наблюдали за его последними мгновениями. Принц улыбнулся последний раз, когда синие огоньки, тихо мерцая, медленно опустились на его плечи. Он последний раз глубоко вздохнул, чувствуя, как силы покидают его тело. В последний раз принц мысленно прося у всех, кто сейчас стоял за его спиной и бил в барьер, прощения. Он просил прощения за все — за ложь, несправедливость и боль, которые его предки принесли этим землям. Теперь лес и его обитатели будут свободны, он выполнил свою часть предсказания. Но принц знал, что будет скучать. Очень скучать. Он привык к этому месту, к лесу, к людям, которых там встретил, к Эндрю. И в последнюю минуту его жизни эта тоска сжала его сердце, но он не сопротивлялся. Он погрузился в вечный сон, со светлой улыбкой на лице, зная, что хотя бы сделал то, что должен был. Принц будет скучать, Нил будет скучать еще сильнее… — Нет… — последнее что он услышал, закрывая свои глаза навсегда, пока на его плече все еще покоилась бабочка, мирно помахивая крылышками.