Ниа [4]

— Вот, — Лиднер пододвинула к нему тарелку с теплыми крампетами, щедро смазанными маслом. — Приятного аппетита! — Благодарю, — сказал Ниа. Аппетита у него не было, впрочем как и всегда, но он взял за правило регулярно питаться три раза в день. С возрастом он начал осознавать, что здоровые привычки и их постоянство играют ключевую роль в оптимальном функционировании его интеллекта. Аналогичная зависимость прослеживалась и в вопросах сексуальной активности: она способствовала поддержанию гормонального баланса, снижению уровня стресса и общему улучшению состояния организма. — Ты не видела, спускался ли уже Мелло? — Нет, — Лиднер пожала плечами. Николас Хартман — так звали мужчину, который накануне пытался дозвониться до Мелло и с которым тот говорил по мобильному после еще какое-то время. Его приглушённый голос доносился через стену до Ниа, пока он сам сосредоточенно работал над карточным домиком в попытке отвлечься. У Ниа не было ни одного логического объяснения или оправдания, зачем ему понадобилось узнать личность этого человека, но он упорно продолжал просматривать базы данных, словно имел дело с каким-то преступником или подозреваемым, а не с одним из знакомых Мелло. Это было сродни головоломке, которую непременно нужно было разгадать. Николас Хартман оказался тренером по серфингу из Майами. Когда часы показали половину третьего ночи, а карточный домик достиг опасной высоты, Ниа окончательно определился с кандидатурой преемника на роль «Эл». В этот момент его пальцы дрогнули, и карты, кружась в воздухе, словно осенние листья, разлетелись по полу. — Черт, — тихо пробормотал Ниа и откинулся на спинку стула. Раньше их ссоры с Мелло напоминали интеллектуальное состязание — своего рода тренировку, которая поддерживала их в тонусе и каждый раз расширяла границы их взаимодействия. Но с недавних пор всё изменилось: каждая стычка, оставляя горький осадок, превращалась из игры в болезненное напоминание о том, как сложно им было оставаться рядом друг с другом, не разрушив всё до основания. Идея взять Мелло в эту поездку была ошибкой. Тем более за ней скрывалось больше эгоистичных мотивов, чем Ниа хотел бы себе признать. — Всем доброе утро, — Мелло появился как ни в чём не бывало. Казалось, ему даже удалось выспаться. — Что у нас на завтрак, Лиднер? — У «нас»? — Лиднер с убийственным хладнокровием вскинула брови. — У меня — овсянка и кофе. У Ниа — крампеты. А у тебя — то, что сам себе приготовишь. — Сколько Ниа тебе платит за подобного рода услуги? — это прозвучало настолько двусмысленно, что губы Лиднер сжались в одну тонкую недовольную линию. — А то я подумал, что ты могла бы готовить и мне, пока мы все тут застряли. С доставкой в здешних краях прямо беда. — Обсуди это с Ниа. Возможно, вы найдёте компромисс, чтобы избежать конфликта интересов. — Понял, — примирительно сказал Мелло и несколько раз стукнул пальцами по кухонному гарнитуру. — Тогда просто кофе. — Сев с дымящейся кружкой за стол, Мелло повернулся к Ниа. — Дай мне два часа на то, чтобы изучить все материалы по деткам, и я скажу тебе свое заключение. — Хорошо. В таком случае мы можем уже сегодня пойти в «Вэмми» и сообщить Роджеру и Элиоту о нашем решении. Лиднер, договорись о встрече с ними во второй половине дня. — Сделаю. Но сначала позволь мне доесть мою овсянку! — улыбнулась Лиднер. После двух чашек кофе Мелло, вопреки ожиданиям Ниа, не вернулся в свою комнату. Вместо этого он устроился за дубовым столом в смежной с кухней гостиной, надел большие наушники и погрузился в просмотр видеоматериалов, параллельно делая короткие заметки в блокноте. — Если ты не прекратишь пялиться на меня, мне понадобится не два, а три часа, — ровно сказал Мелло, не поднимая взгляд на Ниа. — Это отвлекает! — Прошу прощения, — Ниа сглотнул, осознав, что последние пятнадцать минут его внимание было сосредоточено исключительно на Мелло. Ниа отвернулся к окну и открыл ноутбук — вкладка с именем Николаса Хартмана смотрела на него с безмолвным укором. Бессонная ночь не принесла никакой ясности, а лишь ещё туже затянула узел его мыслей и чувств.

***

— Все прошло намного быстрее, чем я предполагал, — объявил Роджер и надсадно закашлялся. Элиот сходу пододвинул ему стакан воды. Они снова сидели в директорском кабинете как несколько дней назад. И в руках у Ниа снова была колода карт, но в тот раз он не раскладывал их, а просто механически перетасовал. — Мы уже обменялись нашими мыслями с Мелло, и, к сожалению, не пришли к общему знаменателю. Поэтому я хотел бы вынести этот вопрос на всеобщее обсуждение и голосование. Лично я считаю, что Артур должен стать наследником титула «Эл». — А я считаю, что Эрик, — ввернул Мелло и вздернул подбородок. — Во-первых, он обладает редкой комбинацией решительности и гибкости мышления. Это качество не так легко найти, особенно в детях. А во-вторых, у него есть внутренний огонь, который им движет. По крайней мере, мне так показалось. Наступила пауза. Все по очереди смотрели друг на друга. За исключением Ниа — он, как обычно, избегал зрительного контакта. — Я согласен с назначением Артура, — спокойно произнес Элиот. — Похоже, кандидатуру Мии никто всерьёз не рассматривал? — спросил Роджер, который только что восстановил дыхание после кашля. Ниа сжал колоду карт между пальцев, и та, готовая сложиться пополам, неестественно изогнулась. По искреннему недоумению Роджера стало очевидно, что он действительно верил в потенциал Мии как наследницы. Если бы Ниа не взял на себя контроль над процессом отбора, вполне вероятно, что Роджер выбрал бы её. Тот факт, что Ниа смог предотвратить такой исход, уже сам по себе оправдывал его поездку в Винчестер. — Мия — хорошая кандидатка, но, учитывая причины, о которых ты сам говорил на первой встрече, доверить ей титул «Эл» было бы ошибкой. Её влюбленность в Эрика — это её ахиллесова пята, и использовать это слабое место не составит труда. Представь, что кто-то захочет манипулировать Эл или шантажировать его. Мию можно будет сломить без особых усилий, угрожая жизни Эрика. Это недопустимо. — С каких пор мы говорим о влюбленности? — Роджер протер слезящиеся глаза. — Признаюсь, я не тот человек, который может безошибочно определить и отделить одно чувство от другого, но мой психоэмоциональный анализ Мии ясно показывает, что её привязанность к Эрику гораздо глубже обычной дружбы. — И ты не допускаешь того, что она сможет перерасти это со временем? — продолжал настаивать Роджер. — Я не собираюсь ждать несколько лет, чтобы проверить твою гипотезу, — отрезал Ниа и, чувствуя острую необходимость поставить точку здесь и сейчас, добавил: — Я высоко ценю ваши усилия и время, вложенные в процесс отбора, и благодарен за ваше внимание к будущему титула. Однако, как человек, который сейчас представляет «Эл», я считаю своё мнение решающим: Артур займёт моё место. — Что ж, осталось только узнать, что сам Артур думает о нашем предложении, — сказал Элиот, хлопнув себя по бедрам. Они пробыли в кабинете ещё около часа, обсуждая детали передачи наследства «Эл» Артуру в будущем и насущные бюрократические вопросы, связанные с официальной отставкой Роджера. Мелло почти не участвовал в разговоре, лишь задумчиво смотрел в окно, за которым быстро сгущались сумерки. В ситуации с Мелло тоже нужно было поставить точку как можно скорее, чтобы избежать дальнейших осложнений.

***

— Мелло, стой! Мелло пулей вылетел из кабинета, едва все они успели пожать друг другу руки и попрощаться. Окрик Ниа лишь заставил его немного сбавить шаг, но он не остановился. — Идиот, — выругался Ниа себе под нос. Следовать за Мелло по коридорам приюта, полным детских воспоминаний, было словно пытаться догнать призрак прошлого в запутанном лабиринте ночного кошмара. Ниа шагал за ним, но всё, что он видел, — это спину Мелло, стремительно скрывающуюся за очередным поворотом. — Мелло, — снова позвал он, когда они уже почти вышли за ворота. Мелло резко остановился в круге желтого света уличного фонаря, так что Ниа, запыхавшись от быстрой ходьбы, чуть не врезался в его спину. — Почему т-?.. — возмущенно начал он, но Мелло его перебил: — Пойдём прогуляемся вдоль Харесток-роуд. — Это ещё зачем? — Хочу предаться ностальгии. Мы с Мэттом часто бродили там. Тогда это место было таким безлюдным, что некому было жаловаться на беспризорников, шатающихся там по ночам. — Только при условии, что ты будешь идти медленнее. — А я-то думал, что сегодня ты сделаешь не четыре, а пять тысяч шагов. Лиднер бы стала тобой гордиться. Когда они добрались до автобусной остановки на Буритон-роуд, уже окончательно стемнело. По мере того, как они отдалялись от центра, жилые дома встречались всё реже, а уличные фонари светили через один. С одной стороны Харесток-роуд тянулась лесополоса, отгороженная от дороги сварным металлическим забором, а с другой — покосившиеся коттеджи, некоторые из которых были заколочены деревянными досками. — Я хотел с тобой поговорить, — сказал Ниа. — Я тоже. Собственно, хотел предупредить, что улетаю завтра утром. — Куда? — Пока не решил. Придумаю по дороге в аэропорт. — Не понимаю, к чему такая спешка… — Ниа нахмурился. Либо Мелло что-то замышлял, либо снова действовал по давно отработанному сценарию, собираясь исчезнуть с радаров, и это являлось тем, что лежало за пределами зоны его контроля. — Мы могли бы улететь все вместе через два дня в Штаты. — Возможно, я побуду еще какое-то время в Европе. Не хочешь поехать со мной? Скажем, в Барселону или в Лиссабон?.. Как тебе идея? — Исключено, — сказал Ниа раньше, чем вообще успел подумать. — Эл не может позволить себе путешествовать по миру без четкого плана. Чем скорее я вернусь в свою штаб-квартиру, тем лучше. — Я спросил, хочешь ли ты себе это позволить, а не может ли это Эл. — Не вижу разницы. Тихий злой смех Мелло унес ветер, но от Ниа не укрылась железная решительность в его глазах. Что-то надвигалось. — Чего ты боишься? — спросил Мелло. — Того, что если хоть раз ослабишь хватку, то придётся признать свои собственные желания? Что ты способен хотеть чего-то большего, чем просто выполнять свои обязанности? — Нет смысла копаться в моих мотивах и давать оценку моим действиям, — Ниа ощутил прилив несвойственного для него чувства — бессилия. Они с Мелло в очередной раз ходили по кругу, требуя от другого того, что он не мог дать. — В твоем лице мне точно не нужен психотерапевт. — Кто же тебе нужен? Он мог бы сказать «никто» и этим поставить точку в этом разговоре, а возможно, и во всём, что связывало их последние годы. Но это было бы ложью. А с Мелло Ниа всегда старался быть предельно честным даже в ущерб самому себе. Они стояли одни на обочине дороги и, казалось, все вокруг замерло в ожидании его ответа. Где-то совсем рядом послышался шорох листвы и шуршание гравия — вероятно, лиса. — Главный вопрос в том, кто нужен тебе, Мелло. Пожалуйста, конкретизируй, какие цели ты преследуешь в контексте наших встреч? Тебе, как никому другому, должно быть понятно, что я никогда не рассматривал возможность вступления в долгосрочные романтические или сексуальные отношения с перспективой на совместное будущее. — А ты мастак передергивать. — Я не знаю, что ты имеешь в виду. — Конечно, Ниа знал, что утрирует. — Мне, черт возьми, будет достаточно уже того, что ты перестанешь упоминать Эл в каждом втором предложении, потому что это тюрьма, которую ты сам для себя построил! — А ты — мой освободитель? — уже с откровенной издевкой спросил Ниа. — Ты, вероятно, полагаешь, что станешь исключением из всех моих правил и принципов, но… Все началось очень быстро. Совсем рядом, в нескольких футах от места, где они стояли, послышался хруст ломаемых веток, а затем от черного контура леса отделилась чья-то высокая фигура. Сердце пропустило удар. Человек держал что-то в вытянутых руках. — Мелл-… — шок, застывший маской на лице Ниа, заставил Мелло стремглав обернуться. На звук выстрела, который прозвучал как негромкий хлопок двери, пришелся удар в грудь. На мгновение показалось, что подстрелили их обоих, но нет — с быстротой, о которой Ниа мог только мечтать, Мелло толкнул его в сторону. Потеряв равновесие, он упал на асфальт. Фигура приближалась к ним с явным намерением закончить начатое — Ниа неверяще смотрел на Райнера, целящегося в них из «Глока 17». Все продолжалось еще быстрее. Ниа не заметил, как подъехала машина, но в тот момент, когда Райнер положил палец на курок, их ослепил яркий свет фар, как актеров спектакля на сцене — софитами. Навеное, водитель не осознал, что происходит, или испугался — машина не остановилась, продолжив свой путь. Но это отвлекло Райнера и дало Мелло шанс. Камень среднего размера метко попал ему в запястье, заставив того от неожиданности выронить пистолет в траву. Затем наступила секунда, которая решила исход всего: Райнер наклонился и начал лихорадочно шарить руками по земле, ища пистолет. Мелло сделал шаг вперёд, но тут его повело, словно силы разом оставили его — и вместо прямой атаки он попытался сбить Райнера подножкой. Тот, рыча от ярости, сумел удержаться на ногах, а вот Ниа, действуя на инстинктах самосохранения, бросился вперёд. Вот он! Мелло выхватил пистолет у Ниа из рук, когда Райнер уже успел отступить. Сначала он пятился спиной вперед — из-под капюшона на них смотрел ожесточенный взгляд человека, которому нечего терять, — а затем развернулся и бросился бежать. — Не стреляй! — громко сказал Ниа, когда Мелло прицелился. — Что? Почему?.. — Райнер тем временем снова почти слился с темнотой. — Он нужен нам живой! — Блядь… Не уверен, что догоню его, — Мелло опустил пистолет, и Ниа, проследив за его взглядом, похолодел. — Ты ранен! — он забрал у Мелло пистолет и повернул его к слабому свету фонаря. — Больно? — Нет, — Мелло облизал губы. Ниа внимательно осмотрел место ранения на правом бицепсе, от которого медленно расходились узоры крови, как лепестки от сердцевины цветка. — Тебе повезло. Кажется, рана поверхностная. — Надо уходить отсюда. Райнер может вернуться и, возможно, не один. — Сцепив зубы, Мелло достал телефон из кармана и начал что-то искать. Ниа нажал на кнопку, и из пистолета мягко выскользнул магазин. — Всего две пули, — констатировал он. — Должно быть, он был в себе уверен. — Идем. Машина находится в ста метрах отсюда. — Машина? — Мы не можем разгуливать по улицам, как ходячие мишени, — пояснил Мелло. — Что делать дальше — решать тебе. — Возвращаться в дом нельзя. Уверен, он знает, где мы остановились. Нужно отправить Лиднер сигнал. Когда они подошли к машине — непримечательному черному BMW без маркировки, — замок тихо щелкнул, разблокировав двери. — Ниа?.. — Да? — спросил он, уже схватившись за дверь пассажирского сиденья. — Тебе придется повести машину. Целое мгновение они смотрели друг на друга, после чего Ниа покорно кивнул и обошел машину. Он не был уверен, что справится. Тем более что в Великобритании было левостороннее движение, а он сдавал на права в Штатах. После этого он садился за руль от силы три раза. — Готов? — спросил Мелло, пристегивая ремень и морщась от боли. Ниа лишь неопределенно мотнул головой, что в его интерпретации означало «нет». — Нам нужно всего лишь уехать отсюда и выиграть время. Первым импульсом Ниа за рулём было не отрегулировать сиденье или завести машину, а притянуть ногу к себе, чтобы сесть в привычную позу. Руки всё ещё слегка дрожали, но разум оставался ясным. Он медленно взял ключ из специального отсека, вставил его в замок зажигания и повернул. Двигатель завёлся с ровным урчанием. — Не понимаю, что произошло, — признался Мелло. — Кем был этот Райнер? Наемником? Да не похоже — слишком неуклюжий. Кто-то, кто давно точит зуб на Эл? Думаешь, он действует в одиночку или с кем-то заодно?.. Пока Мелло задавал эти вопросы в воздух, Ниа выудил из кармана старенькую «Нокию». — Какой динозавр, — удостоилась она комментария Мелло. Где бы они ни находились порознь — в пределах одной улицы в Нью-Йорке, в разных штатах или даже странах — у Ниа и его команды всегда был четко оговоренный план эвакуации и безопасного места встречи. Зашифрованное сообщение, обрисовывающее ситуацию, гласило: «крслн пн. лкц омг. змй рнн, нжн цлтль.» Ниа засунул телефон обратно в карман и, нажав на газ, выехал на дорогу. — Нужно предупредить Роджера, — снова сказал Мелло. — Впрочем, если Райнер находится в приюте уже так давно, то Роджер явно не его главная мишень. Куда мы едем?.. — Сделаем пару кругов по городу, а потом отправимся в условленное место. — Сказать это было намного проще, чем сделать. — Вижу, у тебя уже все схвачено. — Мелло откинулся на спинку сиденья и крепче сжал место ранения. Было заметно, как он старается дышать ровно и медленно. Дорога требовала гораздо больше усилий и внимания, чем Ниа ожидал: из-за левостороннего движения он непроизвольно смещался к обочине, пытаясь «вернуться» на правую сторону дороги. Так после поворота на Андовер-роуд он чуть не оказался на встречной полосе. Машин было мало, и вряд ли хоть один из водителей, проезжавших мимо, мог представить, что они только что чудом избежали вооруженного нападения и теперь, с одним раненым на пассажирском сиденье, заметали следы. — Что мы будем делать? — снова подал голос Мелло. — У нас лишь пистолет с несколькими пулями. Тут запрещены пушки, так что мне понадобится время, чтобы раздобыть что-то еще. Райнер определенно не вернётся в приют. Скорее всего, притаится где-то и, дождавшись подходящего момента, снова начнёт охоту на тебя. То, что его цель Эл — очевидно. Но как он узнал, что Эл — именно ты… — Мелло притих, надеясь получить ответы или хотя бы ожидая, что его монолог поддержат. Когда этого не случилось, он, чуть громче, чем следовало, воскликнул: — Ниа?!.. — Мелло, я не могу вести и разговаривать одновременно, — ответил Ниа, не отрывая глаз от дороги. — Все настолько плохо?.. Я знал, что ты не заядлый водитель, но… — … можешь, пожалуйста, помолчать? — прямо попросил Ниа, чувствуя, как болтовня Мелло начинает его раздражать. Любая ошибка на дороге могла стоить им той жизни, которую они только что спасли от Райнера. Мелло выдержал недолгую паузу, но потом все же с лёгкой усмешкой заметил: — Да, конечно. Но просто, чтобы ты знал: за рулём ты выглядишь невероятно сексуально. — Рад, что даже сейчас ты всё ещё находишь время для комплиментов, — саркастично отозвался Ниа. — Когда вернемся в Нью-Йорк, я дам тебе пару уроков по вождению. Сделав несколько кругов по переферии города, и, убедившись, что за ними никто не следит, Ниа припарковал машину у главного вокзала. Здесь всё ещё было достаточно людей, чтобы они могли затеряться в толпе. — Нам нельзя показываться вместе, — сказал Ниа, ощущая неимоверное облегчение от того, что их рейд закончился. — Я приду спустя четверть часа. — Куда? — Сейнт Полс Хилл, дом сорок два, третья квартира на втором этаже. Мы сняли ее заранее на случай непредвиденных обстоятельств, как сейчас. Но, прошу, убедись, что никто за тобой не идёт. — Понял, — коротко сказал Мелло и вышел из машины. Он не держался за раненную руку и выглядел очень естественно. После того, как в стычке с Райнером всё происходило с бешеной скоростью, теперь минуты тянулись мучительно медленно. Ниа похлопал себя по карману — убедился, что магазин с пулями на месте. Затем засунул «Глок 17» за пояс джинсов, под куртку. Однокомнатная квартира на Сейнт Полс Хилл оказалась чистой, но сильно потрёпанной временем: тёмный, изношенный ламинат, выцветшие белые стены, одна единственная лампочка под потолком и минималистичная обстановка — несколько стульев и просиженная софа. От кухни остались только провода, облупившийся то тут, то там кафель и след от когда-то стоявшей там плиты. Мелло, обнаженный по пояс, сидел на одном из стульев. Не говоря ни слова, Ниа подошел к нему и осмотрел рану. Пуля прошла по касательной и, повредив капилляры в мягких тканях, оставила длинный, но неглубокий разрез. Края были неровными, покрасневшими и кровоточили. — Здесь есть вода? — вопрос был скорее констатацией факта, учитывая, что Мелло смог как-то промыть рану. — Да. В ванной. Ниа быстро вымыл руки, используя старое потрескавшееся мыло, которое нашёл на раковине. Это было лучше, чем ничего. — Подними руку, — тихо сказал он, когда вернулся к Мелло. — Боже, это всего лишь царапина. — Используем вот это, — добавил Ниа и, наклонившись, стал расстегивать ремень Мелло. Мелло прищурился, наблюдая за ним, и с вялой усмешкой произнёс: — Знаешь, обычно я не против, когда ты так делаешь, но тебе не кажется, что сейчас не самое подходящее время для секса? — Почему нет? Снимем напряжение и поднимем уровень эндорфинов, — спокойно ответил Ниа. — Я возьму твою майку? — Не дожидаясь ответа, он поднял с пола чёрную майку Мелло и аккуратно сложил её. В тот же миг нос уловил знакомый аромат — смесь дезодоранта, сладковатого парфюма и запаха пота. Ниа обернул майку вокруг бицепса Мелло чуть выше раны, собираясь использовать её как импровизированный бинт, а затем взял ремень, плотно оборачивая его вокруг ткани. Нужно было найти точный баланс — затянуть достаточно туго, чтобы остановить кровотечение, но не настолько, чтобы полностью перекрыть кровоток. С каждым оборотом ремень всё надёжнее фиксировал ткань на месте. — Не знал, что ты умеешь в перевязки, — пробормотал Мелло и закрыл глаза. Ниа не представлял, насколько болезненно ощущалось поверхностное ранение, но прекрасно отдавал себе отчет в том, что, будь он на месте Мелло, то вряд ли смог бы похвастаться такими же мужеством и выдержкой. — Когда-то я прошёл курс начальной медицинской подготовки при ФБР. Но применять знания на практике мне ещё не приходилось. Его рука задержалась на плече Мелло, затем скользнула ближе к основанию шеи, и непроизвольно сделала несколько успокаивающих поглаживаний. Под пальцами, там, где находилась сонная артерия, сильно бился пульс, как птица в клетке. — Спасибо, — произнес Мелло, все еще не открывая глаз. — Полагаю, это я должен тебя благодарить, — тихо сказал Ниа. От одного вида раненого Мелло, сидевшего, слегка сгорбившись на стуле, посреди этой полупустой квартиры, в груди что-то болезненно щемило. Это было чуждое ему ощущение. По обыкновению он попытался классифицировать его: дискомфорт? Сочувствие? Или, возможно, что-то другое — то, что раньше он никогда не считал частью своего эмоционального диапазона? — Когда придет Лиднер? — В течение часа, — Ниа отошел к окну, оценивая насколько высоко от земли они находятся. Потом сел на софу, которая протяжно скрипнула, подтянул ногу к себе, положил подбородок на колено и с видимым удовлетворением запустил руку в волосы. Осознанная тактильная привычка, позволяющая справляться с перегрузкой нервной системы. Такая же, как и ходить без обуви. В следующую же секунду кроссовки оказались на полу. — Надеюсь, ты не поручил им сжечь дом в Фулфлуде, уничтожая улики? — Это было бы нецелесообразно. Но прежде, чем прийти, Лиднер должна будет кое-что уладить. Джованни получил от меня другое распоряжение. Некоторое время они молчали, пока Ниа наконец не озвучил то, что мучило его с момента, как они столкнулись с Райнером на Харесток-роуд. — Я недооценил опасность, приехав сюда. Какие бы меры ни принимали Роджер и Ватари, тот, кто однажды вышел на след приюта, уже почти сложил весь пазл. Ему остаётся лишь подослать кого-то, кто дождётся, когда Эл даст о себе знать. А если этого не произойдёт, всегда можно найти того, кто рано или поздно займёт его место. — Если бы Райнер хотел уничтожить сам феномен «Эл», разве не проще было бы устроить что-то вроде скулшутинга? — Это привлекло бы слишком много внимания. — Тогда, пожалуй, у Райнера или тех, кто за ним стоит, есть претензии конкретно к тебе. — Вынужден согласиться. Райнер видел нас вместе несколько раз до сегодняшнего вечера. Но он был достаточно терпелив и наблюдателен, чтобы не спешить с выводами и точно определить, кто из нас может быть Эл. Нам не следовало появляться в приюте лично. — Считаешь, что Роджер и дети теперь в опасности? — Считаю. Джованни займётся этим, как только убедится, что за ним нет слежки. Я жду его звонка, — Ниа вытащил телефон из кармана, а заодно и пистолет — из-за пояса джинсов. — Кто конкретно мог бы хотеть твоей смерти? — За последние пять лет мне угрожали около трехсот раз, так что бессмысленно пытаться выделить кого-то одного, — с ноткой скуки ответил Ниа и состроил недовольную гримасу. — Но если мы узнаем больше о Райнере, сможем сузить круг подозреваемых. Ещё лучше, если удастся что-то выяснить от самого Райнера. В квартире повисла тишина. Ниа как никогда в жизни хотел чем-то занять руки, но все, что у него было — это три пальчиковые куклы, которые он в итоге расставил на софе рядом с собой. Для таких экстремальных случаев лучше всего подошли бы спички или карты Таро — когда он сооружал из них домики, лишние мысли быстро затихали в голове. Та колода, которую он крутил в руках в кабинете Роджера, скорее всего, там и осталась. Ниа слишком спешил догнать Мелло, чтобы проверить, взял ли её с собой. Когда Мелло достал свой телефон, Ниа тут же бросил на него быстрый взгляд. — На твоем месте я бы выключил его! — И без тебя знаю. Почему-то он вспомнил о Николасе Хартмане. Пожалуй, первым делом Мелло сообщит именно ему о том, что попал в передрягу, но все закончилось благополучно. «Даже в Винчестере нет покоя. Похоже, тебе придется поухаживать за мной какое-то время. Обещаю быть хорошим пациентом.» — Мелло бы точно написал что-то в таком духе. — Сколько нам еще ждать? — произнес Мелло и принялся изучать свою руку. — Кровотечение уже остановилось. — Это хорошо, — кивнул Ниа. — Судя по моим подсчетам, Лиднер должна была уже быть здесь. От одной мысли, что что-то пошло не по плану, ему становилось не по себе. — Мы не можем сидеть и ничего не делать. Тем более когда существует угроза безопасности «Вэмми». — И что ты предлагаешь? — Отправиться туда. — Это может быть ловушкой. Мы не можем так рисковать, потому чт-... На лестнице послышались шаги — легкие и быстрые. Это был один человек. И, скорее всего, женщина. Раздался условный стук: три коротких удара кулаком, пауза, и два едва слышных — костяшкой пальца. Ниа быстро встал и пересек комнату. На пороге стояла Лиднер. Он сделал шаг вбок, впуская ее внутрь. В руке у нее был небольшой чемодан. Первым делом она подошла к Мелло и с присущей ей строгой сосредоточенностью принялась осматривать его. В ту же секунду телефон, лежащий на софе рядом с пальчиковыми куклами, разразился монофоническим рингтоном. — Я тебя слушаю, Джованни, — ответил Ниа в трубку. — Я хочу, чтобы ты-… Повтори, что ты сказал. В какой он больнице?