День 5: Ты Мне Не Отец!! (Но Хотел Бы, Чтобы Был)

Когда Девид проснулся, было 3:50 ночи, и босая ступня шлепнула его по лицу, прежде чем крепко прижаться к щеке, и он со стоном оттолкнул её, удерживая лодыжку в воздухе и выискивая недавнего нарушителя спокойствия. Той ночью Кевин снова спал с ними в компании Нила и Эндрю, которые прошлой ночью даже не потрудились разойтись по своим комнатам, а вместо этого направились прямиком к Эбби и Девиду, и Кевин присоединился к ним, а у Девида не хватило духу сказать ему «нет» после вчерашнего скандала. Кевин не проснулся, когда Девид оттолкнул его, но глаза Нила широко распахнулись при этом движении. Это было не тоже самое доверие, как, когда он спокойно спал в продуктовом магазине накануне, но, тем не менее, отсутствие страха на его лице все равно радовало, и Девид перегнулся через Эндрю, чтобы положить ладонь парню на голову, прежде чем снова уснуть. Его будильник не зазвонит еще несколько часов.

***

В следующий раз Девид проснулся в более подходящее время; он перенес будильник с обычных 4:45 на 6, когда дети начали спать в одной постели с ним, и отказался от утренних прогулок ради приготовления завтрака, но в следующий раз, когда он проснулся, все равно было только 5:30. Очевидно, кому-то из детей приснился кошмар. Эбби уже встала с кровати и опустилась на колени на полу их спальни перед Аароном, который стоял перед ней и сжимал мистера Снежка так, словно от этого зависела его жизнь. Ники стоял позади него, положив руку ему на плечо и успокаивающе говоря каждый раз, когда Эбби делала паузу. «Всё хорошо, спасибо, что пришёл ко мне, Аарон. Теперь всё в порядке, ты в безопасности. Я с тобой», – прошептала Эбби, проводя рукой по его щеке. «Ага, теперь ты проснулся, так что плохие парни до тебя не доберутся», – сказал Ники сразу после нее, потирая его спину, а Аарон шмыгнул носом и кивнул. Девид бросил быстрый взгляд на парня позади себя и обнаружил, что Кевин всё ещё спит без задних ног, Нил не спит, а Эндрю вот-вот проснётся. Эндрю поднял руку, чтобы вытереть глаза, и сел, оглядываясь по сторонам, пока его взгляд не остановился на своем близнеце. Девид уже встал с кровати и опустился на колени рядом с двумя мальчиками. Неужели ему придется придумывать, как уложить в свою кровать еще двоих детей? Потому что он не был уверен, как у него это получится. «Эй, приятель, что случилось? Тебе приснился кошмар?» – спросил Девид, стараясь не думать о том, что добрая часть его утра начиналась именно так. «Да, сэр», – пробормотал Аарон, и Девид поморщился от такого почетного обращения. «Просто тренер – это нормально, Аарон», – сказал он, пытаясь заглянуть парню в глаза, но теперь он твердо смотрел в пол, пристыженно уставившись на свои ноги, даже когда кивнул в ответ, и отказываясь поднимать взгляд, даже когда Девид увидел, что по его щекам текут новые слезы. Он не был уверен, было ли это смущение от всех устремленных на него взглядов или просто от того, что он вообще плакал, но Ники, казалось, принял решение раньше, чем Девид. «Мне жаль», – сказал Аарон через минуту сдавленным от слез голосом. «Все в порядке!» – сказал Ники позади него и неуклюже обошел вокруг, пока не оказался единственным, кто опустился на колени перед своим кузеном и посмотрел на него снизу вверх. «Плакать – это нормально, особенно, потому что тебе приснился действительно страшный сон!» Казалось, Аарону стало легче, и слезы перестали литься. Ники снова встал и схватил кузена за руку. «Почему бы нам не пойти приготовить завтрак? Мисс Эбби, вы не против?» – спросил Ники, уже направляясь к двери. Когда Эбби встала, чтобы последовать за ним, он продолжил: «Как ты думаешь, мистер Снежок тоже захочет позавтракать? Какие у него любимые блюда; мы могли бы приготовить их...» Девид слушал, как Ники переключает внимание Аарона, и в конце концов их голоса стихли, когда они вошли в кухню. «Вы можете поспать еще немного, если хотите», – сказал Девид Эндрю и Нилу, говоря тихо, чтобы не разбудить Кевина. «Я приду разбудить вас, когда приготовлю завтрак, как насчет этого?» Не ответив, Нил закрыл глаза и задремал, и Эндрю повернулся, чтобы посмотреть на него, прежде чем тоже устроиться поудобнее. Никто из них ничего не сказал, но Девид на самом деле этого и не ожидал, поэтому он тихо закрыл за собой дверь и, оставив свет выключенным для троих мальчиков, направился на кухню, где Ники на цыпочках пытался достать упаковку муки. Аарон стоял рядом с ним несколько неуверенно, одной рукой вцепившись в рубашку кузена, а другой придерживая плюшевого медведя. Дэвид протянул руку за Ники, взял муку и передал ему. «Что мы будем печь?» – спросил он, когда Ники просиял, но ответил Аарон. «Блинчики, потому что их любит мистер Снежок». «Ммм, у мистера Снежка хороший вкус», – ответил Девид. «Он хочет помочь нам приготовить их, или вы двое хотели бы еще немного поспать?» Эбби беззвучно рассмеялась ему в ответ с другого конца кухни, и Девид постарался не смущаться. Он никогда не думал, что ему придется обращаться к мягкой игрушке как к полностью функционирующему существу со своим собственным мнением, но это, казалось, успокаивало Аарона, и Девид продолжал это делать. Аарон пожал плечами. «Хм... может, поспать...» – ответил Аарон, и тут подошла Эбби, держа в одной руке большой стеклянный мерный стакан. «Тогда давай вернемся в постель», – сказала она, беря его за руку свободной рукой и начиная вести обратно в спальню. Через мгновение она обернулась через плечо и обратилась к Ники. «Пойдешь с нами? Еще довольно рано». «Нет, я хочу помочь!» – сказал Ники. Его голос звучал бодро, как всегда, но Девид заметил намек на тусклость в его глазах, которая начала проявляться вчера и постепенно становилась все более заметной. Он выглядел усталым. Он всегда помогал с младшими детьми, помогал Аарону мыться и одеваться вечером и по утрам, успокаивал Кевина, когда ему становилось слишком одиноко, помогал Эбби и Девиду убираться и готовить. Девид не хотел подвергать это сомнению, потому что, честно говоря, Ники был молод, но он был хорошим помощником. Он знал, как пользоваться посудомоечной машиной, как начать загрузку белья, как достать веник из кладовки и подмести любой беспорядок на полу, не дожидаясь, пока его попросят. На самом деле ему даже не нужно было спрашивать, где находятся вещи; он уже искал их и, похоже, не подумал спросить, где они, чтобы сэкономить время. Это была независимость, о которой Девиду следовало побеспокоиться гораздо раньше, если бы не то, каким ярким и игривым Ники казался все это время. Чувствуя легкое сожаление, Девид поклялся присматривать за ним сегодня, когда доставал сахар и ваниль из кладовки, передавая их малышу, прежде чем повернуться и взять последние несколько ингредиентов. «Ты уверен, что не хочешь еще немного поспать, Ники?» – спросила Эбби, вернувшись на кухню, но Ники только покачал головой, его кудрявые волосы подпрыгнули на затылке, а улыбка застыла на месте. Девид покачал головой поверх головы Ники, нахмурив брови, и Эбби быстро подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, как раз вовремя, чтобы увидеть резкий жест Девида, означающий, что она должна перестать волноваться. Чем больше они беспокоились о Ники, тем сильнее на него оказывалось давление притворяться, что с ним все в порядке. Лучше всего было позволить ему помогать без комментариев, пока он либо не перегорел, либо не устал настолько, чтобы сделать перерыв самостоятельно. Эбби еще пару секунд странно смотрела на Девида, но в целом ничего не прокомментировала, вместо этого улыбнулась в ответ Ники с мягким «хорошо» и вернулась к отмериванию муки. Ники секунду смотрел ей в спину, и Девид отметил, что его поза казалась почти... потерянной, прежде чем прошла эта миллисекунда, и Ники снова появился рядом с ней, пристально вглядываясь в то, что она делала. «Я могу начать отмерять сахар, мисс Эбби», – предложил он, и Девид пропустил ее ответ мимо ушей, повернувшись, чтобы начать взбивать яйца и оставить их на потом для блинчиков. Потребовалось около часа, чтобы приготовить еды на семь человек, и в 6:45 Девид вернулся в свою спальню и разбудил Кевина, Эндрю и Нила. Нил, как всегда, проснулся легко, и Эндрю последовал за ним, спящий не так чутко, как обычно, и не так буйно, но все равно довольно легко просыпающийся, но Кевин был другим зверем. Он со стоном перевернулся и зарылся лицом в подушки, глубоко вдохнув и облегченно вздохнув. Девид быстро терял терпение и в конце концов перекинул Кевина через плечо, который кричал и брыкался, прежде чем все это растворилось в игривом смехе, когда он немного пришел в себя, прежде чем его опустили на свое место за кухонным столом. «О-о, Хозяин никогда не разрешает нам есть блины!» – взволнованно воскликнул он, увидев их, и сразу же принялся за еду. Девид проигнорировал это маленькое заявление, не переусердствовать с эмоциями в отношении ребёнка, и вместо этого сосредоточился на том, чтобы устроить других детей. Он высматривал Аарона, предполагая, что Эбби пошла за ним, но она была на кухне и готовила последние тарелки. Девид понял, что это Ники зашел за ним, когда они вдвоем завернули за угол, где находились спальни, рука об руку, хотя Аарон выглядел немного раздраженным. Что ж, ночной кошмар в 5 утра и нарушенный сон доведут пятилетнего ребенка до этого состояния, прикинул Девид. Он был уверен, что утренний плач тоже не помог, и когда Аарон потянулся за стаканом яблочного сока, который Эбби приготовила для него, Девид демонстративно подтолкнул к нему стакан с водой, призывая его увлажниться после неудачного утра. Аарон послушно сделал следующий глоток уже из стакана с водой, и Дэвид немного расслабился. Завтрак пришел и ушел с небольшими проблемами. Как обычно, Ники и Кевин заполнили большую часть тишины, хотя на этот раз Нил заметно вмешивался всякий раз, когда разговор начинал смещаться в сторону экси, и Кевин взволнованно потакал ему. Довольно скоро они поклялись себе пойти еще потренироваться после завтрака, и они вдвоем посмотрели на Ники, ожидая, что он последует за ними. «Эм... конечно!» – ответил он, и хотя его голос был заметно неуверенным, никто, казалось, не обратил на это внимания. Девид решил, что все, чего хотел парень, – это, вероятно, вздремнуть вместо того, чтобы идти заниматься спортом в течение нескольких часов, пока одержимость Кевина и растущий фанатизм Нила не будут удовлетворены. «Если хочешь, можешь остаться дома и вздремнуть, Ники», – сказала Эбби, чувствуя то же самое, что и Девид, но Девид только сердито посмотрел на нее. Он все еще не думал, что давить на Ники, чтобы тот позаботился о себе, когда ему явно было некомфортно это делать, было правильным решением. Она подняла на него глаза, всего на секунду ставшие строгими, прежде чем снова посмотреть на Ники. Казалось, что у них было две разные идеи о том, как с этим справиться. «Нет, мэм! Прошлой ночью я рано уснул, так что все в порядке!» Девид не знал, правда это или нет, но Эбби оставила этот вопрос без внимания и прогнала его поиграть, когда он попытался начать помогать ей мыть посуду. Услышав отрицание, Ники на мгновение сдулся, но тут же пришел в себя прежде, чем кто-либо, кроме Девида, который уже так пристально следил за ним, смог это увидеть. Вскоре он, Кевин и Нил вернулись на улицу со своей единственной детской ракеткой на буксире. «Знаешь, нам надо купить им еще одну ракетку, чтобы они могли поиграть», – несколько рассеянно размышляла Эбби, протирая посуду. Близнецы улеглись на диван, чтобы попрактиковаться в чтении, а Девид остался помогать Эбби убираться, не спуская глаз с окна, за которым играли трое других мальчиков. «Не думаю, что это так просто с одной». «Уух», – Девид выглянул в окно, прищурившись. «Я не знаю. Кажется, они нашли клюшки приличного размера, чтобы заменить другие ракетки». Эбби проследила за его взглядом туда, где Кевин крест-накрест откалывал щепки от найденной им палки, а Нил присел на корточки рядом с ним. Ники отошел в сторону, по-видимому, ища еще одну палку, и Эбби усмехнулась. «Я должна пойти приглядеть за ними», – сказала она, снимая перчатки и расставляя тарелки, и Девид убрал их в ее отсутствие. Девид сам вымыл посуду под звуки голосов Аарона и Эндрю, тихо читавших из гостиной, пока вскоре не присоединился к ним. Аарон все еще вслух просматривал учебники Эбби для младших школьников, его лицо было сосредоточенным, пока Эндрю молча перечитывал «Маленького принца» самому себе. Время от времени он поворачивался к Эндрю, чтобы спросить, как произнести то или иное слово, и Эндрю отвечал, а потом они двигались дальше. Девид взял свой компьютер, чтобы начать свой рабочий день, и предоставил им самим заниматься этим. Аарон все еще казался слегка раздраженным, и в следующий раз, когда ему понадобилась помощь в чтении слова, он отбросил книгу, вместо того чтобы попросить. Он фыркнул и скрестил руки на груди, свирепо глядя на книгу, и Девид удивленно посмотрел на него. Обычно парень был таким сдержанным, но, конечно, это был хороший знак, по крайней мере в каком-то отношении, что он чувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы немного выйти из себя? «Эй, приятель, что случилось?» – спросил Девид, наклоняясь, чтобы взять книгу, но когда он попытался вернуть ее Аарону, тот с сердитым звуком оттолкнул ее. «Эта книга глупая! Читать глупо!» Девид не знал, как с этим справиться. Когда его взрослые дети злились, они обычно наносили удары кулаками или выхватывали какое-нибудь оружие, поэтому он привык отражать их ярость криками и резкими словами, а иногда и физическим насилием. Он не был уверен, что делать перед лицом этого невинного, безобидного разочарования. Аарону было всего пять лет; он не знал, как управлять своими эмоциями, и в то же время у него никогда не было никого, кто мог бы показать ему, как это делается. Ни у кого из этих детей не было. «О, не знаю… Чтение иногда может быть утомительным. Ты кажешься расстроенным. Это так?» Сердитое выражение лица Аарона не исчезло, но он также не признался в своих эмоциях. «Я никак не могу прочитать эти слова! Всё время ошибаюсь. Я такой тупица». Черт возьми, книги глупые, чтение было глупым, он был глупым. Аарон, казалось, имел склонность называть вещи глупыми, и Девид кивнул ему, смутно не зная, что делать. «Похоже, ты знаешь много слов», – сказал он. «Я же только что слышал, как ты их прочитал. И Эндрю слышал. Но для того, чтобы научиться что-то делать, особенно до такой степени, чтобы не допускать ошибок, требуется время, и ничего страшного, если ты хочешь отдохнуть». Аарон фыркнул через нос. В последний раз Девид произносил речь, напоминающую что-либо подобное, в прошлом году, и обращалась она к Нилу, когда он пытался рассказать ему, как быстро он поправился, и что это нормально – пропустить игру, когда он весь в синяках, швах и десятках ран. Только это включало в себя значительно больше агрессии в стиле Девида и, вероятно, еще несколько ругательств. Он не привык разговаривать с детьми. «Почему бы нам не пойти посмотреть, что делает твой кузен?» – предложил Девид, кладя книгу Аарона на кофейный столик, и Аарон пожал плечами, все еще немного угрюмый. Девид воспринял это как полное согласие, которого он собирался добиться, и начал вставать. «Эндрю, с тобой здесь все будет в порядке?» Эндрю, которого до этого момента это зрелище совершенно не интересовало, молча взглянул на Девида. Он моргнул и вернулся к своей книге. Дэвид, у которого дёрнулся глаз, счёл это максимальным согласием, которое он получит и от Эндрю, и двинулся дальше. «Хорошо, мы снаружи, если понадобимся», – сказал он и начал выводить Аарона наружу. Эбби сидела на крыльце, наблюдая, как трое других детей по очереди упражняются с настоящей ракеткой, в то время как двое других держали в руках свои самодельные клюшки для экси. Она подняла глаза при их появлении и нахмурилась, увидев выражение лица Аарона. «Что случилось?» – спросила она. «Книги – это глупо», – ответил Аарон, и Девид легонько похлопал его по спине в мягком предостережении. «Эй, что мы об этом говорили?» Аарон надулся и отвернулся, хлопнувшись об пол и агрессивно скрестив ноги. «Это не глупо, просто нужно время», – пробормотал он, и выражение лица Девида прояснилось. Эбби посмотрела на Девида с одобрительным кивком, и Девид толкнул ее. «Тем не менее, я рада тебя видеть», – сказала Эбби, и уши Аарона слегка покраснели. «Не хочешь присоединиться к ним в игре?» Аарон как раз собирался покачать головой в знак «нет», когда Ники заметил его с расстояния в пару ярдов и подбежал. Он взял одну из палочек, лицо его было ярко-красным на прохладном осеннем воздухе, и дал ее Аарону. «Давай поиграем, Аарон! Это так весело, я могу показать тебе, что делать! Кевин показал мне, как это делается!» Аарон снова покачал головой, но Ники настаивал. «Дава-аа-ай!» – протянул он плаксивым голосом, но все еще улыбаясь. «Мы могли бы найти для тебя другую палку! Я могу сделать твою клюшку, я знаю как!» «Нет», – капризно протянул Аарон, хотя в его позе сквозила раздражительность, за которой Дэвид продолжал следить. Эбби тоже это заметила и сразу же вмешалась. «Ники, может, он придет поиграть с тобой попозже...» «Пожа-аа-алуйста-а!» «Нет!» – Аарон резко вскочил на ноги. «Я не хочу! Твоя палка дурацкая, и ты сам дурак! Оставь. Меня. в покое!» – Аарон развернулся и на цыпочках потянулся к двери, умудрившись открыть ее и исчезнуть внутри. Ветер позволил двери с грохотом закрыться за ним, и они втроем остались в тишине. «Я пойду поговорю с ним», – вздохнула Эбби, вставая, но, увидев выражение лица Ники, остановилась. Его глаза наполнились слезами, а палка для экси бесполезно висела рядом. «О, нет...» Прежде чем Эбби успела вымолвить хоть слово или прежде, чем Девид смог начать, Ники уже вытирал глаза рукой и снова улыбался. «Все в порядке, мисс Эбби! Мне не следовало давить на него. Я извинюсь позже, обещаю». «Это не то, о чем я беспокоюсь», – сказала она, потянувшись к нему, но он отступил от ее объятий с решительной улыбкой. Девид заметил, как его взгляд опустился на палку, которую он искал и срезал с неё веточки, и почувствовал укол в сердце от того, что Аарон оскорбил тяжелую работу мальчика и попытки завязать дружбу. «Нет, все в порядке!» – он настаивал. «Я собираюсь продолжить играть сейчас, и я найду хорошую клюшку на случай, если Аарон захочет поиграть позже, как ты и сказала». А затем он развернулся и снова побежал прочь. Ни Кевин, ни Нил не сообразили, чтобы спросить, что произошло, если вообще что-то заметили, и снова плавно приняли Ники в свою игру. Девид наблюдал еще пару минут, пока Ники не оживился и не указал куда-то пальцем, а затем отбежал от двух других мальчиков. Через мгновение Девид увидел то, что он нашёл: это была ещё одна палка, такого же размера, как две другие, и примерно с детскую ракетку. Следующие двадцать минут Ники сидел в одиночестве в углу, старательно вырезая из палки кусочки, чтобы избавить ее от недостатков для своего кузена.

***

В конце концов, одному из них пришлось зайти внутрь, чтобы проверить Аарона, хотя какая-то часть Девида хотела оставить Эндрю заботиться о своем брате. Эндрю не позволил бы Аарону совершить ничего безумного, но в то же время, вероятно, было неэтично позволять пятилетнему ребёнку "присматривать" за другим пятилетним, когда рядом находятся двое дееспособных взрослых. Эбби настояла на том, чтобы пойти, и Девид был склонен позволить ей это. Очевидно, ему не очень-то удалось избавить Аарона от его настроения, поэтому он решил, что настала ее очередь попробовать свои силы. Она со вздохом вошла в дом, и Девид прислушался к приглушенному разговору. Эбби о чем-то спросила Эндрю, Эндрю ответил, и снова все стихло. В следующий раз, когда Девид увидел ее, Эбби возвращалась на улицу, выглядя еще более усталой, чем раньше. «Я думаю, у него просто плохой день», – объяснила она, снова садясь. «Я сказала ему, что неправильно вымещать гнев на его кузене, и он начал плакать. Вероятно, он просто повторяет поведение своей матери, когда она злится, поэтому я не виню его за то, что он не знал ничего лучшего. Он все еще очень расстроен. Он сказал мне уходить, и я решила, что, вероятно, будет лучше, если я так и сделаю. Можешь пойти проведать его в следующий раз. Может быть, тебе удастся вытянуть из него извинения». «Может быть», – предположил Девид. «Не похоже, что Ники нуждается в этом, но я думаю, что он, вероятно, нуждается, даже если он этого не осознает». С этими словами Девид встал рядом, хлопнув по коленям. Это была интересная динамика, когда дети объединялись в команды и справлялись с их истериками, как будто они занимались этим всю свою жизнь, и даже если это доставляло хлопоты, это было по-домашнему уютно. Тем не менее, Девид был бы не против, если бы его дети вернулись и им снова перевалило за двадцать, это точно. Девид наклонился, чтобы поцеловать Эбби в макушку, прежде чем повернуться к дому. Войдя внутрь, он задал Эндрю тот же вопрос, который, вероятно, задала Эбби. «Есть какие-нибудь идеи, где сейчас Аарон?» «В его спальне», – ответил Эндрю, не отрываясь от книги, и Девид кивнул. Он уже собирался направиться в ту сторону, когда кое-что пришло ему в голову, и он обернулся. Он был одержим привычкой Ники скрывать свои эмоции, тем, что Ники был так полон решимости быть полезным и угождать окружающим взрослым, но Эндрю сделал нечто подобное. Он оставался тихим, не путался под ногами, был безмятежным и в основном приятным. С ним было легко, совсем как с Ники. Что, если это тоже было вынужденно? «Привет, просто проверяю, приятель. У тебя всё в порядке? Тебе что-нибудь нужно, становится одиноко?» Эндрю посмотрел на него по-совиному, как будто был слегка оскорблен этим предложением, но Девид не пожалел об этом. До этого момента у Эндрю был Нил, который составлял ему компанию и был рядом с ним, но теперь Нил проявил интерес к чему-то другому. Эндрю, похоже, не возражал, но, должно быть, было немного обидно, что его бросили, и последнее, чего Девид хотел, это чтобы кто-то из его детей чувствовал то же самое. Молчание между ними затянулось так надолго, что Девид решил, что Аарон может подождать. Девид сел на диван и положил руку на спину Эндрю, который все еще смотрел на него так, словно у него выросла еще одна голова. «Мне нужно проведать Аарона, но после этого, как насчет того, чтобы посидеть немного вместе? Если ты хочешь отдохнуть от своей книги, мы можем поиграть еще в «Растения против зомби»? Звучит заманчиво?» «Хорошо», – согласился Эндрю, и то, что он вообще заговорил, показало Девиду, насколько было необходимо это предложение. Девид несколько раз похлопал его по спине и снова встал, затем направился в спальню Аарона, приготовившись всего на секунду, прежде чем открыть дверь. Он обнаружил Аарона свернувшимся калачиком на своей стороне кровати, прижимающим к груди своего плюшевого мишку и тихонько сопящим. Он не был укрыт одеялом, и Девид видел, как по его коже пробегают мурашки. Он стоял спиной к двери. «Я сказал тебе уходить», – сказал он приглушенным голосом, услышав, как открылась дверь. «Нет, ты сказал это Эбби. Что было не очень мило», – сказал Девид, и Аарон напрягся, хотя и не обернулся. «А тебе вообще какое дело?» «Мне не все равно, потому что ты расстроен, и что ты используешь это, чтобы расстраивать и других. Моя работа – поддерживать во всех нас чувство безопасности, хорошо? Так почему бы тебе не сказать мне, что я могу сделать, чтобы помочь тебе чувствовать себя в безопасности». Аарон ответил не сразу. Он свернулся калачиком и прижался губами к мистеру Снежку. Следующее, что он сказал, прозвучало неразборчиво, и Девид придвинулся ближе, сел рядом с ним на кровать, положил руку ему на спину и медленно погладил вверх-вниз, на мгновение уставившись на то, что его рука была такой большой, что почти охватывала всю ширину спины Аарона. «Что это было, малыш?» – спросил он, и Аарон агрессивно оттолкнул медведя от своего лица. Девид видел, как сморщилось его лицо, даже с того места, где он лежал на кровати. «Я сказал: «Ты не злишься на меня?» Я знаю, что был плохим, так что ты должен был кричать на меня и бить!» Девид вздохнул. «Я не собираюсь делать ничего из этого. Бить тебя и кричать на тебя – это не значит, что ты в безопасности или в порядке, не так ли?» «...Нет...» «А в чем, я тебе говорил, заключалась моя единственная работа?» «...Чтобы я был в безопасности и в порядке..» «Молодец», – сказал он, и Аарон покраснел. Он, наконец, повернулся лицом к Девиду, выглядя немного довольным одобрением Девида, хотя и пытался скрыть это на лице. «Что происходит, приятель? Ты расстроен из-за кошмара, который тебе приснился, или это все еще из-за книги?» Аарон немного протрезвел. Он снова отпрянул, и Девид фыркнул, заставляя его сесть на кровати лицом к нему, пока он не оказался сидящим, поджав под себя ноги и положив медведя к себе на колени. Он снова проделывал то же самое, теребя лапы медведя и заставляя их хлопать друг о друга. Казалось, это успокаивало его, поэтому Девид оставил все как есть и стал ждать ответа. «Я не... Все это. Я плохо спал, и Ники заставил меня прийти к тебе, но это был не ты, а Эб-мисс Эбби, и Ники сказал, что это будешь ты, но это был не ты, поэтому он солгал, а потом он снова разбудил меня, когда я уже снова засыпал, и потом моя книга была дурацкой – или, извините, это, это отнимает слишком много времени, и потом вы разозлились на меня за то, что я выбросил книгу, и потом я не хотел играть с Ники, но потом я был груб с ним, и потом м-мисс Эбби разозлилась на меня, и теперь ты тоже здесь, чтобы злиться на меня, и, и, и...» – Аарон снова разрыдался, и Девид притянул его ближе, еще немного поглаживая по спине. «Прости, приятель, я спал. Если бы я знал, что я тебе нужен, я бы проснулся раньше. И мне жаль, что ты не выспался, и что твоя книга расстраивает тебя. Но я не злился на тебя, хорошо? Посмотри на меня на секунду». Аарон поднял глаза, все еще полные слез, хотя смотрел настороженно, как будто не совсем верил в то, что говорил Девид. «Я не злился, приятель. Я просто хотел, чтобы тебе стало лучше, ладно? И Эбби хочет того же; она тоже на тебя не злилась. Наверное, просто волновалась, как и я. И, конечно, я не сержусь на тебя сейчас». Девид сделал паузу. «Я похож на сумасшедшего?» Аарон кротко покачал головой. «Хорошо. Тогда почему бы нам не вздремнуть хорошенько, а потом ты сможешь пойти извиниться перед Ники и Эбби. Звучит как план?» Аарон потер глаза тыльной стороной запястья и кивнул, и Девид подумал о том, чтобы уложить его в его собственную кровать, но не хотел оставлять его одного продолжать размышлять о своих расстроенных чувствах, поэтому вместо этого Девид подхватил его на руки и отнес в гостиную вместе с Эндрю, где усадил Аарона на стул рядом с диваном и укрыл одеялом. «Хорошо?» – спросил Девид, и Аарон кивнул в ответ, зевая, свернулся калачиком, обняв своего медведя, и Девид наблюдал, как его глаза опустились и медленно закрылись. На мгновение Девид забеспокоился, что Эндрю может подумать, что его предали, зная, что Девид обещал провести с ним время, а затем позвал Аарона, чтобы немного помешать этому, но Эндрю выглядел только более расслабленным из-за присутствия в комнате другого человека. Девид достал свой телефон и сел рядом с Эндрю. «А теперь как насчет той игры, в которую мы собирались поиграть?» – спросил он, и Эндрю отложил книгу в сторону, подползая ближе, чтобы прильнуть к коленям Девида, совсем как в тот первый день, когда они встретились. Они вдвоем немного поиграли, пока, в конце концов, Эндрю не направил его в app Store и не показал ему другую детскую игру, на этот раз с набором геометрических фигур, через которые нужно было перепрыгнуть квадрату. В гостиной играла негромкая музыка, и хотя это ни в коем случае не было успокаивающей музыкой, она вовсе не была обезоруживающей, и Девид обнаружил, что чувствует себя довольным, когда Эндрю рассказывал ему, как играть на парных уровнях для начинающих. Спустя какое-то неопределенное количество времени Эндрю начал тухнуть. Давным-давно он привык прижиматься щекой к руке Девида, а теперь с каждой минутой медленно обмякал. На секунду его взгляд метнулся туда, где, свернувшись калачиком, спал его брат, выглядевший уютно, и Девид повернулся к Эндрю, забыв о телефоне, лежавшем у него на коленях. «Ты хочешь спать?» – спросил он, осторожно, чтобы не потревожить Эндрю, который опирался на руку Девида, и Девид почувствовал прикосновение его волос, когда тот кивнул головой. Девид, посмотрев на время, отметил, что было около обеда, и поморщился при мысли о том, что ребенок заснет голодным, но Аарона уже спал, и он пробудет таким еще некоторое время, поэтому Девид решил, что в любом случае сможет разбудить их через пару часов для позднего обеда. «Остальные дети скоро придут, так почему бы нам не перенести тебя в твою спальню?» «А что насчет Аарона?» – спросил Эндрю. «Ты хочешь, чтобы он пошел с тобой?» Эндрю кивнул. Девид встал с дивана и протянул руку Эндрю, который позволил пожилому мужчине поднять его без малейших колебаний, которые он проявлял несколькими днями ранее, и следующим Девид наклонился к Аарону. Он просунул руку Аарону под спину и медленно поднял его, слушая, как ребенок немного поскуливает, когда его перемещают, хотя его глаза так и не открылись, и в конце концов Девид умостил их обоих и отнес в комнату Аарона и Ники, чтобы уложить их там, где они могли спать, не будучи потревоженными остальной частью дома. Он уложил Аарона в его собственную постель, а Эндрю уложил в постель Ники. Он почти решил что-то сказать, но глаза Эндрю закрылись, лицо расслабилось, и вместо этого Девид просто попятился из комнаты так тихо, как только мог, и по пути выключил свет. Это тоже было вовремя, потому что, когда он выходил из спальни, в комнату вошли Эбби и трое других мальчиков. «Где близнецы?» – спросила его Эбби. «Спят», – ответил он. «Так что давайте дадим им немного отдохнуть, хорошо звучит?» Нил, Кевин и Ники кивнули в унисон, и Эбби повернулась к ним. «Отлично! Итак, кто хочет помочь мне приготовить обед?» «Я буду!» – прощебетал Ники, и Эбби тут же шикнула на него, улыбаясь, но с беспокойством поглядывая туда, где спали близнецы. «О, извините», – сказал Ники уже тише, немного сдуваясь и выглядя смущенным. Эбби просто улыбнулась и повела его на кухню. Девид оставил их в покое и повернулся к Кевину и Нилу. «Вам двоим нужно прибраться, пока мы ждем. Кевин, прими душ в нашей с Эбби комнате, Нил, ты со мной», – сказал он, и Нил застонал. Девид закатил глаза, взял свежую стопку одежды Нила из стиральной машины и последовал за ним в ванную, чтобы привести его в порядок. Парень и сам неплохо с этим справлялся, так что все, что Девиду действительно нужно было сделать, это сидеть к нему спиной и ждать, когда он закончит. Он был еще слишком мал, чтобы оставлять его в ванне без присмотра, а Девиду не очень хотелось выяснять, умеет ли он сам принимать душ, так что это был лучший компромисс. Девид и Нил вышли из ванной примерно в то же время, что и Кевин, и в то же время, когда Эбби и Ники закончили с обедом, который состоял из сэндвичей с индейкой и жареных овощей, разогретых со вчерашнего вечера, хотя Нилу его порцию заменили на половину банана и пару клубничек. «Я оставила порции Эндрю и Аарона в холодильнике», – объяснила Эбби, когда они все сели, и Девид благодарно улыбнулся ей. «Я уверен, что они совсем скоро проснутся и проголодаются», – сказал он, и остаток ужина растворился в шутливых пересказах мальчишеских игр на улице, о том, как в конце концов они полностью отказались от экси и перешли к фехтованию на мечах с помощью палок, которые они нашли... По-видимому, произошел инцидент, в ходе которого Кевин случайно наступил на палку, которую Ники готовил для Аарона, и сломал ее пополам, но история была встречена добродушным смехом Ники, которому Девид совсем не поверил. Кроме того, был еще один инцидент, когда Нила чуть не обезглавила его собственная палка, и, по словам Эбби, это окончательно положило конец фехтованию на мечах. «Примерно в это же время мы решили зайти внутрь», – сказала ему Эбби с несколько суровым видом. Нил совсем не выглядел расстроенным происходящим, вместо этого тихо сказав в свой банан: «Это было весело». Его голос был по-прежнему тих, но в нем слышалось определенное удивление, которое Девид не мог игнорировать. Он не был уверен, что Нил когда-либо мог сказать, что ему было весело раньше, не говоря уже о том, чтобы играть на улице, и тем более с друзьями. «Веселье и опасность, как правило, синонимичны для вас, безрассудных ребят», – сказал Девид, и Кевин рассмеялся, дрыгая ногами. Эти слова вызвали у Нила тихий смешок и крошечную улыбку. Девид захотелось порадоваться победе. «Я рад, что вам всем было весело». «Кстати, о развлечениях...» – неуверенно начал Кевин, и Девид повернулся к нему. «Ничего, если старшеклассники смогут прийти снова в ближайшее время? Я скучаю по ним...» «Может, не сегодня, приятель, раз уж ты принял душ. Но я позвоню им и спрошу насчет завтрашнего дня, как насчет этого?» Кевин победно закричал, размахивая кулаками, и Девид рассмеялся, когда Эбби шикнула на него, хотя было уже слишком поздно, и на шум скрипнула дверь, и в комнату вошло маленькое тело, протирая глаз и почти настороженно оглядываясь в поисках источника шума. К счастью, это был Эндрю, который не так сильно, как Аарон, расстроился бы из-за того, что его разбудили, и при его появлении Эбби принесла ему тарелку из холодильника. «Извини, Дрю», – сказал Кевин, когда Эндрю сел. «Я тебя разбудил?» «Все хорошо», – пробормотал он, приступая к еде, и Нил придвинул свой стул поближе к нему, доедая свою клубнику. Остальные уже практически закончили, поэтому Кевин пошёл на диван смотреть телевизор, пока Эбби и Девид, как обычно, готовили посуду. Это была обычная домашняя рутина, и в конце концов Нил и Эндрю тоже отнесли свои тарелки в раковину, прежде чем присоединиться к Кевину на диване. Не обнаружив под ногами кудрявого брюнета, который обычно путался у него под ногами, Девид огляделся в поисках Ники, но нигде в комнате его не нашел. «Эй, Эбс? Ты видела, куда пошел Ники?» – рассеянно спросил Девид, пытаясь выглянуть из-за нее, чтобы посмотреть за окно на случай, если Ники снова вышел на улицу. «Э-э, нет. Может быть, он пошел принять душ», – предположила она, и Девид поставил свои тарелки, проводя рукой по головам Нила и Эндрю, направляясь в ванную. Он постучал в дверь, подергал ручку и обнаружил, что она не заперта. Девид медленно открыл дверь. «Ники?» – позвал он, ответа не последовало, и еще одно движение двери подтвердило, что нет, Ники в ванной нет. Затем он попробовал зайти в спальню ребенка, тихо открыл дверь и обнаружил, что в комнате все еще темно. Простыни Ники были смяты там, где на них спал Эндрю, но Аарон все еще был без сознания, и в комнате царила тишина. «Уже нашел его?» – спросила Эбби из кухни, и озадаченный Девид вернулся к ней. «Нет». «Что случилось?» – спросил Кевин, поворачиваясь, чтобы посмотреть на них через плечо. Через секунду он поднялся на колени и перегнулся через спинку дивана, ожидая ответа. «Мы не можем найти Ники», – объяснила Эбби. «Я проверю нашу спальню. Мальчики, проверите тоже свои комнаты?» «Ладно», – немного сомнительно согласился Кевин и вскочил с дивана, чтобы выполнить поручение; за ним потянулись Эндрю и Нил. Девид подождал Эбби на кухне, на кухне, зачем-то проверяя кладовку, а когда она вернулась, то лишь пожала плечами. Теперь её брови были нахмурены от беспокойства, и Дэвид закрыл лицо руками. «Ты видела, как открылась входная дверь, выходил ли он из дома?» – спросил Девид, когда Кевин, Нил и Эндрю вернулись, не обнаружив Ники. «Я ничего не видела», – ответила Эбби, и Девид протиснулся мимо нее, чтобы сам проверить их спальню. Позади себя он слышал, как Эбби расспрашивала мальчиков, проверяли ли они под своими кроватями, в шкафах и так далее. «Я собираюсь проверить задний двор, ты не мог бы взглянуть на крыльцо?» – спросил Девид, снова выходя из спальни и становясь все более взволнованным. Откуда-то из глубины дома Кевин шепотом позвал: «Ники-ии-и!» «Конечно. Эндрю, пригляди за Нилом», – позвала Эбби, и Эндрю показал большой палец с того места, где он стоял на коленях на полу, заглядывая под диван. Однако как раз перед тем, как кто-либо из них смог на самом деле уйти, весь этот шум, казалось, разбудил Аарона, и он вышел из своей спальни с несколько обиженным видом, пока не понял, кого все ищут. «Что... что случилось?» – тихо спросил он, подходя к Девиду, чтобы схватить его за штанину, выглядя несколько испуганным. Девид поджал губы и опустился на колени. «Мы не можем найти Ники. Ты видел его, когда уходил?» Аарон покачал головой. «Это из-за того, что я сказал?» – спросил он, и Девид вздохнул. «Я уверена, что дело не в этом, милый», – сказала Эбби, подходя сзади. Аарон вздрогнул от ее голоса, но расслабился, как только она тоже опустилась рядом с ним на колени. «Возможно, ты немного задел его чувства, но не настолько, чтобы быть единственной причиной, по которой он сбежал», – она колебалась, «если это то, что происходит». «Почему бы тебе не пойти с Эбби и не помочь ей осмотреться во дворе?» – предложил Девид, и Аарон кивнул. Эбби взяла его за руку и встала, выводя на улицу и оставляя Девида проверять задний двор. «Ники?» – позвал он, закрывая за собой дверь. «Ники, приятель, ты здесь? Мы все...» – Девид сделал паузу, замолчав на секунду. Это был, плачь? «... беспокоились... о тебе», – неуверенно закончил он. Девид попытался прислушаться, откуда доносится звук, но он все еще стоял довольно близко к двери, и казалось, что он доносится... из-под него? Ох. Настил. Он стоял на настиле. Девид спрыгнул на землю и опустился на колени у настила, изо всех сил пытаясь заглянуть под него. И действительно, скулящий звук стал отчетливее. «Ники, ты здесь?» Настил был достаточно высоко над землей, чтобы там было много места для ребёнка, который мог сидеть под ним, выпрямившись, а солнечного света проникало достаточно, чтобы место было едва освещено настолько, чтобы Девид мог видеть, где Ники сидел, прижавшись к фундаменту дома, скрестив ноги и держа на коленях сломанную палку, которую он взял ранее. Казалось, он бесполезно пытался соединить её, как было раньше, но она так сильно раскололась, что он не мог найти края, которые подходили бы друг к другу. «О, приятель», – сказал Девид, и Ники застонал. «Я так долго готовил это для Аарона, потому что я хотел, чтобы он поиграл с нами и почувствовал себя лучше», – сказал Ники, и печаль сжала сердце Девида, как тиски. Казалось, парню наконец надоело притворяться, и его последней отчаянной попыткой скрыть свои чувства было спрятаться там, где, как он надеялся, его никто не сможет найти. «Эй, может быть, мы сможем это исправить», – попытался Девид. «Почему бы тебе не вылезти оттуда, и мы не могли бы поговорить об этом?» Ники покачал головой и отложил палку в сторону, чтобы подтянуть колени к груди и уткнуться в них лицом. Он крепко обхватил себя руками. «Нет? Почему?» «Потому что я плачу», – сказал Ники через мгновение высоким и напряженным голосом. Девид моргнул. «Так это нормально». Ники снова просто покачал головой, не отрывая лица от колен, и сильнее обхватил себя руками. «То есть, ненормально?» Ники кивнул. Теперь они кое-чего достигли. «И почему же?» Там была пара секунд тишины, в течение которых было слышно только сопение Ники. Откуда-то с другого конца дома до Девида доносились отдаленные голоса Эбби, зовущей Ники, и он подумал о том, как ему следует сообщить ей, что он нашел его, но он не хотел отвлекать свое внимание от того, что парень перед ним наконец-то собирался открыться. «Просто... мой папа говорит, что мальчикам нельзя плакать», – наконец сказал Ники. «А мама говорит, что важнее помогать другим, и мы не должны думать о себе. И я не хочу быть злым или эгоистичным, или заставлять кого-то заботиться обо мне, потому что я…» – Ники издал влажный всхлип. «я непроблемный. Я должен помогать и быть хорошим, но я не могу этого делать, если я, если другие люди должны мне помогать, и...» – Ники оборвал себя, или, скорее, это сделало его тело. Казалось, он не мог говорить из-за стеснения в груди, из-за того, что он не хотел выпускать это наружу, что он все еще пытался держать все это в себе, как только мог. «Ты же сегодня утром сказал Аарону, что плакать можно, а он мальчик», – заметил Девид, устраиваясь поудобнее на траве. Он собирался провести здесь много времени. «Похоже, тебе нужно прислушаться к своему собственному совету». «Но у него была на то причина», – со слезами на глазах запротестовал Ники. «Я знаю, что у него была причина. С ним действительно что-то случилось, но я просто...» – у него вырвался сухой, болезненно звучащий всхлип. «Я просто плакса». То, как он произнес эти слова, прозвучало так, словно он повторял их от кого-то другого, как будто он слышал их слишком много раз раньше, и Девид почувствовал, что его сердце разбилось еще немного сильнее, если это вообще было возможно. «Нет, приятель, нет, ты не плакса. Плакать можно, даже если у тебя нет причины. Но мне кажется, что у тебя она есть. Ты можешь выбраться оттуда, чтобы мы могли поговорить об этом?» – предложил Девид и, насколько мог, просунул руку под настил, чтобы протянуть руку Ники. Это заняло мгновение, но в конце концов ребенок выпрямился и секунду настороженно смотрел на руку Девида, прежде чем взять ее и позволить взрослому вывести его из укрытия. Как только Девид взял Ники на руки, плотина прорвалась, и мальчик разрыдался. Всё сразу: слёзы хлынули из глаз Ники, он громко зарыдал, всё его тело содрогалось от силы плача, и Девид подхватил его на руки, крепко прижал к себе и начал успокаивать. Через мгновение Девид почувствовал, что колени начинают сводить судорогой, и встал, всё ещё держа Ники в руках. Мальчик уже был немного великоват, чтобы его носили, но Девид крепко его держал: длинные ноги Ники болтались, а его руки обхватили шею Девида. «Тише, тише, всё хорошо, ты в порядке. Расскажи мне всё, все в порядке». Ники тяжело вздохнул, и внезапно слова вырвались из него. «Аарон был груб со мной раньше!» – он плакал. «Я хотел помочь, но он накричал на меня, и я очень усердно работал над тем, чтобы сделать ему палку, чтобы он с нами поиграл, а он назвал её глу... глупой, и, и потом, Кевин сломал мою палку, и ты разрешил Эндрю спать в моей кровати, и я плохо спал прошлой ночью, поэтому очень устал, а Эбби всё говорила, что мне надо вздремнуть, и я хотел, но не мог, потому что я должен был, должен был помочь, а это значит, что я не хотел помогать, а это делает меня плохим человеком, и я попаду в ад, и...» «Воу, воу, приятель. Полегче» – Девид почувствовал приступ гнева на родителей Ники за то, что они заставили буквально восьмилетнего ребёнка так сильно бояться ада просто за то, что он слишком устал, чтобы помочь с посудой. «Ты не попадешь в ад, приятель. Все в порядке. Это нормально, что ты устал. Ты никогда ни в чем не должен помогать мне и Эбби, хорошо? Тебе никогда не придется заставлять себя, и даже если ты захочешь, тебе это не нужно. Наша работа – заботиться о вас, особенно когда у вас плохой день. Понимаешь?» Ники шмыгнул носом. «Но...» «Никаких «но». Скажи мне, что ты понял, или я повторю это». Ники замолчал, снова уткнувшись головой в шею Девида, и тогда Девид снова сказал: «Тебе не нужно заставлять себя помогать Эбби и мне. Мы собираемся позаботиться о тебе, и в этом нет ничего плохого. Нет ничего плохого в желании или потребности в том, чтобы о тебе заботились. Ты все еще всего лишь ребенок. Это нормально, когда тебе помогают. Все в порядке.» Следующие двадцать минут прошли примерно так же. Девид повторял свои слова и их вариации снова и снова, и в какой-то момент он встретился глазами с Эбби через окно: Ники был неподвижен и измождён в его руках, и Эбби с облегчением выдохнула. Он увидел, как она повернулась, чтобы что-то сказать остальным детям, отгоняя их от окон, и Девид снова обратил внимание на Ники. «Нет нужды стыдиться. Всё в порядке. Плакать можно, просить о помощи можно. Ш-ш-ш. Спустя еще некоторое время плач Ники начал стихать, пока он не стал просто хныкать и шмыгать носом в изгиб шеи Девида, и Девид немного отстранил его, чтобы получше рассмотреть. Он поставил Ники на пол и встал перед ним на колени, положив руки на щеки Ники и вытирая слезы. Теперь Ники смотрел на него, хотя все еще выглядел слегка смущенным. «Ты такой добрый», – сказал Ники, когда Девид больше ничего не добавил. «Ты взял меня за лицо, а мой папа просто ударил бы меня по нему». Девид в ужасе моргнул, открывая рот, чтобы начать что-то отвечать, но прежде чем он успел, Ники продолжил. «Знаешь, это нечестно... Я всегда думал, что все взрослые такие. Но теперь я здесь, и я вижу, что... что это не так, и что есть хорошие взрослые, которые заботятся о детях, но Бог просто не дал мне этого, и я не...», – он икнул, и слёзы снова потекли, «...знаю почему. Я мог бы получить любых других взрослых в родители, но Бог дал мне тех, кто меня не любит, и это нечестно. Что я сделал не так? Почему я не нравлюсь Богу? Почему…» Девид снова прижал ребёнка к себе, заглушая его слова своим плечом и почти крепко поглаживая по спине. Он хотел сказать что-нибудь утешительное, но ничто не могло заглушить следующие слова Ники, его последнюю, разбитую мольбу к небесам и к его несчастному Богу. «Почему ты не мог быть моим папой?» И, о, как же Девид весь содрогнулся от боли. Он крепче обнял Ники, и хотя сам Девид никогда не был религиозным, даже не думал обращаться к какой-то вымышленной сущности, в этот момент он поймал себя на том, что проклинает Бога и Иисуса, посылая их к черту за то, что они остаются в стороне, пока столько детей страдают от нерадивых и жестоких родителей. «Я не знаю, приятель», – выдавил Девид через мгновение, пытаясь сохранить самообладание. «Я просто не знаю. Хотел бы я быть им. Я бы сделал всё, чтобы это было так». Но Ники только покачал головой, уткнувшись Девиду в плечо. «Это так ужасно с моей стороны – говорить такие вещи», – виновато прошептал он. «Я люблю своих маму и папу». «Ты можешь любить их и желать, чтобы они были лучше. Это не ужасно. Иногда это естественно – чувствовать себя так; Я обещаю», – сказал Девид, отстраняясь и вытирая последние слезы с глаз своего ребенка. «Не чувствуй себя виноватым. Все в порядке, ты делаешь все, что в твоих силах». Ники кивнул, позволяя Девиду привести его лицо в порядок, и не сопротивлялся, когда Девид поднялся, всё ещё держа его на руках. «Ну, как насчёт того сна, который ты так хотел?» – спросил Девид, и Ники влажно хихикнул.

***

Возвращение Ники в дом было встречено сдержанным беспокойством. Кевин подошёл и положил руку на ногу Ники, пока тот всё ещё находился в объятиях Девида. «Ты в порядке, Ники? – мягко спросил он, в глазах было беспокойство. Ники устало улыбнулся ему, положив щеку на плечо Девида. «Просто хочу спать», – сказал он, и Девид внутренне обрадовался этому признанию. Это была не вся правда, и Ники, вероятно, чувствовал нечто большее, чем просто сонливость, но он не лгал, что с ним все в порядке, просто чтобы угодить окружающим, и это был прогресс. Следующим подошел Аарон, и Девид изо всех сил старался смотреть мимо Ники на руках, чтобы взглянуть на ребенка. «Ники?» – тихо позвал Аарон, и Ники дернулся при звуке голоса своего кузена, прося опустить его, на что Девид подчинился. Получив лучший доступ к кузену, Аарон бросился к Ники, обхватил его шею руками и крепко сжал. «Прости, что назвал твою палку глупой! Я поиграю с тобой завтра, обещаю!» Ники негромко рассмеялся и отстранился. «Все в порядке, Аарон. Я прощаю тебя». «Мы с Кевином найдем для тебя другую палку», – предложил Нил, и Кевин с готовностью кивнул. «Еще одну?» – спросил Аарон, когда Нил и Кевин выскочили за дверь, чтобы начать поиски, в сопровождении Эбби, которая крикнула им, чтобы они оставались чистыми, поскольку они оба уже приняли душ. Ники вздохнул, поджав губы. «Это долгая история», – согласился он, и Девид усмехнулся. «Время спать?» – спросил он, и Ники мудро кивнул. «Время спать», – согласился он, и Девид повел его в его комнату. Пока он укладывал Ники, плотно заворачивая его в одеяло и задерживаясь там, возможно, немного дольше, чем было нужно, Ники спросил: «Это правда нормально, что я так себя вел?» Девид провёл рукой по кудряшкам Ники, приглаживая их к голове, а затем наблюдая, как они отскакивают обратно. Он чувствовал на себе широко открытые глаза Ники, наблюдающие, ждущие ответа, ищущие успокоения, и Девид задержал руку на щеке Ники, как и прежде. «Конечно, это так. И я всегда буду здесь, чтобы помочь тебе почувствовать себя лучше». Слово "всегда" оставило горький привкус во рту Девида, напоминая ему, что нет, он не будет здесь всегда, но он не позволил себе долго об этом думать, и Ники, похоже, тоже не собирался. Он медленно погрузился в сон с улыбкой на лице, пока его черты не расслабились во сне, а дыхание не стало ровным. «Спокойной ночи, приятель», – прошептал Девид и выключил свет.