Вернутся к фанфику
25. Подпись врача.
4 января 2026, 12:01 Они сидели друг напротив друга в гостиной за низким, как в чайной, столиком, который Сенку приволок откуда-то из кладовой, вытянули ноги под этим столом, укрыв их одним на двоих теплым пледом. Сам Сенку сидел в пижаме — Ген ему подарил на Новый год, между прочим, и теперь у них были парные — а его муж дополнительно укутался в теплющий, длинный халат, потому что постоянно мёрзнет.
На их столе красовалась одна огромная, сочная порция рамена, от которой все ещё валил пар, а вокруг стояло ещё пару одноразовых тарелочек с небольшими закусками, которые можно было добавить в свои порции или съесть отдельно.
- Все, Сенку, я не могу, у меня сейчас слюна начнет по подбородку стекать!
- Мне не привыкать. Ты всегда, когда спишь на мне, пускаешь слюни на мою футболку, придурок.
- Не делаю я так! — Со смущением возмутился Ген и разделил палочки на две штучки в месте их склейки. — Все-все-все, приятного аппетита!
- Ха...ладно, приятного. Я тоже жрать хочу, мне это моти в чайной как слону дробина, ей-богу...
Ген тут же втянул губами немного лапши, едва не поперхнувшись от смешка, но с наслаждением выдохнул от идеального вкуса, попутно закусывая хрустящими грибочками в соусе с одной из маленьких тарелок.
- Жееесть, как же вкусно...а ты вообще не так уж и много ешь на дню, я бы не удивился, если бы ты и вправду наелся.
- Ну, тут смотря что съесть. Сладким ты априори не наешься, потому что оно из-за глюкозы дает быстрые, но при этом кратковременные всплески энергии, не обеспечивая сытости из-за низкого содержания белка, клетчатки и жиров, а это в свою очередь приводит к быстрому падению уровня сахара в крови и возобновлению чувства голода. Условно говоря, такой порцией рамена, даже на пополам с тобой, я бы действительно наелся на сутки вперёд.
- Да, это логично, я понимаю.
- Кстати, ещё насчёт сегодня, давай ты мне сразу скажешь, хочешь обсуждать их или все-таки нет.
- Я...не то что бы хочу, мне ещё завтра Сайонджи нужно всё это как хороший трукрайм пересказать, но если ты спросишь, я отвечу спокойно на любой вопрос.
- У тебя врождённая седина? Твои предки старые, мне кажется, старше Бьякуи, но у них всего по паре седых волос, явно пришедших с возрастом.
- А...ну, да? У меня с маленького возраста было несколько прядей на этой стороне, — Ген неопределенно взмахнул ладонью со стороны отросших волос. — но они так плешиво выглядели хаха...мне казалось, что все косо смотрят на седого ребенка, то есть, меня...я даже в какой-то мере рад, что оно поседело вот так, хоть выглядит нормально!
- Ага, я рад, что нравится. Просто с учётом врождённой, как я и предполагал, седины, я не замечал у тебя пятен на теле, характерных некоторым врождённым заболеваниям, которые возникают из-за отсутствия меланина, и мне было бы интересно... — Сенку осекся, поймав себя на мысли об эксперименте над близким. — Нет, ничего, так нельзя. Просто дай мне осмотреть твое тело по возможности.
- Для моего дорогого мужа когда угодно~ — Чуть припустив халат с одного плеча, Ген с кокетливой ухмылкой взял палочками яйцо в соевом соусе и надкусил.
- Это научный интерес. Я вообще буду удивлен, если наши посиделки не закончатся сексом, как было весь отпуск. Да, Ген? — В голосе Сенку мелькнул весьма нетонкий намек на их активно проведенные выходные, и Асагири игриво закатил глаза.
- А что «Гееен»?! Пытаешься меня упрекнуть за крепкую любовь к мужу? Нагло!
- Пытаюсь за то, что ты то похвастаешься, как хорошо скачешь в наезднице, то намекнешь на презервативы в дорожной аптечке, придурок.
- А это хоть раз оказалось неправдой?~ я по-твоему плох в позе наездницы?!
- Нет. Придурок... — Раздражённо бросил Сенку, помотав палочками в своей порции рамена и съев немного, невольно сводя ноги от воспоминаний о том, как Ген поиздевался над ним в тот вечер и в той позе, замедляясь и ускоряясь без устали, красиво прогибаясь в спине, двигая бедрами и целуя жилистую шею Ишигами...
Сучка.
- Хахаха! Если не хочешь, ничего не будет! Ты же можешь сказать...
- Могу, но сейчас я не не хочу.
- Учтууу~ но...так, подожди! Это все что тебе было интересно? Седина?!
- Ну...да? А что ещё спрашивать? Твое к ним отношение, как и их к тебе, я уже увидел сам, вопросов нет. А тут интересная генетическая задачка! Всё-таки у тебя и естественная седина, приобретённая на почве стресса, помимо врождённой есть, я понял...
- Ха, ты такой...я люблю тебя, Сенку-чан...
- И причём тут это?..
- Да так...
- Ладно, ешь, и не отвлекайся, пока не остыло.
- Приятного аппетита, дорогой муж~
А ведь он даже не понял, что его простое отношение — это и есть то, из-за чего с пол года назад Асагири смог расслабиться и довериться, наконец открыться по новой и вдохнуть полной грудью после стольких лет вечных мук, заткнутого рта и перекрытого кислорода. И пока все бегали вокруг да около, Сенку молча был рядом и давал опереться на себя, а Гену только это и нужно было, чтобы сначала целиком выдохнуть и отпустить, а потом сделать глубокий вдох, ведь забота Сенку не была пропорциональна чему-либо. Да, он требовал от Асагири лечиться и пихал в него таблетки, но независимо от его изменчивого настроения, состояния или побочных эффектов от этих самых таблеток был рядом.
Стоило только вспомнить, как они вместе сидели около унитаза, где Асагири выворачивало наизнанку не по разу за час, а его нынешний муж сидел рядом, гладил его по спине, держал волосы, подавал воду, и как-то все сомнения насчёт верности Ишигами улетучивались, ведь это самый стабильный человек на Земле.
***
- Вот...а в последний день мы были на озере в Санкт-Морице, я специально повел его туда и был готов сделать ему предложение — вёз кольцо с Японии! Достаю коробку, поворачиваюсь, а он уже на одном колене! Тоже с кольцом! Тогда я просто...хаха я понял, что никуда мы друг от друга не денемся до самого гроба. В общем, поездка выдалась что надо, это было волшебно! В Швейцарии и красиво, и теперь с ней связаны такие воспоминания, которые ничем из мозга не выбьешь. Но расписываться и играть свадьбу решили, конечно, дома, в Японии, поэтому вот — я здесь, с вами! - Я рад за ваши успехи в отношениях, Ген. — Добрая улыбка вновь озаряла лицо психиатра напротив Асагири: морщинок от усталости стало на порядок меньше, эмоции стали более искренними, а синяки под его глазами после отпуска растворились под слоем здоровой, плотной и светлой кожи. — Ситуация невообразимая, но я представляю, как вы были счастливы в тот момент, по языку тела это даже сейчас видно. - Это точно, да! И скрывать незачем, ужасно рад... — Парень вновь полюбовался колечком на руке, покрутив ладонь перед собой и влюбленно вздохнув. - А можете ли поделиться какими-то личными успехами? Может, что-то вынесли для себя из этого отпуска или даже записали в дневник? - Даа, не пришлось и писать об этом, я...вот прямо чувствую, как полноценно стал жить. Мы с мужем теперь о многом говорим, и ему со мной интересно, а мне наконец интересен окружающий мир: книги, фильмы, различные места, даже некоторые люди и...то, сколько теперь возможностей!..мы с ним путешествуем, и ему не скучно со мной даже там, где я ни черта не смыслю, зато я чувствую, что меня любят, когда ведут в неизведанное и готовы объяснить там всё. Мы часто ходим на свидания, много и хорошо занимаемся сексом без каких-либо психологических препятствий, потому что я научился доверять и расслабляться...я хожу на работу, в конце концов, и могу, пусть и не без помощи, существовать на это! А ещё, оказывается, могу постоять за себя! Я такой...хаха функциональный! - Ха, верно сказано: вы выросли над самим собой и многому научились, трудно это не заметить. — Оглядывая такого уверенного и окрепшего парня, Укио невольно вспоминал его зажатым и замкнутым на первых сессиях, где он банально отказывался говорить и предпочитал молча переждать отведенное время, и все эти воспоминания не вязались с тем образом мысли, с теми чувствами и словами, которые доктор Сайонджи наблюдал сейчас. — Извините за вопрос, а почему вы назвали жениха мужем? - А...точно, мы расписались. Теперь я, кстати, Асагири-Ишигами Ген! - Ого, двойная? Это необычный выбор... - Я посчитал, что так будет правильнее и...целостнее. Решил, что отрекаться от себя совсем — неправильно, лучше оставить ту фамилию, с которой я вырос, и добавить ту, что мне...ближе? - Мгм...а почему вы упустили такую важную деталь, как роспись? -...она почему-то померкла на фоне того важного события, что я хотел вам рассказать. Я упоминал об этом в переписке, но не мог начать сразу с этого, извините, нужен был контекст. - Ничего, важно рассказать обо всех успехах. Но интересно, что может оказаться важнее такого события для вас — точно помню, что вы ждали вступления в брак с Сенку! - В ЗАГСе я встретил своих родителей. И мне не показалось, ничего такого, нет — мать сама меня узнала, подошла и... — Асагири будто задохнулся. Будто язык стал тяжёлым, будто в горле теснился шершавый ком, будто живот крутило от страха, как вчера...неужели ещё не отошёл от этого? Укио еле держал свой профессионализм вместе с мимикой и яйцами в кулаке, лишь бы не охуеть вслух слишком явно, и постарался тактично вывести Асагири на разговор, когда он запнулся. - Ага...так, и? Какими были ваши первые чувства? Все в порядке, мы можем останавливаться время от времени, чтобы вы пришли в себя. - Спасибо...кхм, тогда все вокруг... остановилось. Типа, я помню как у меня перед глазами размылись остальные лица, тело онемело, а потом будто мелькнули какие-то моменты из детства. Я помнил ее молодой, а она так постарела, и я за секунду понял, сколько времени прошло, и что всё это время я был им не нужен. Она же явно не искала меня, но извинялась так сильно, будто это не они с, прости Господи, отцом, отдали меня туда на добровольной основе. Мне захотелось скрутить им шеи, если честно, я еле сдержался! Вот...так как-то. - Мгм...помните ту ситуацию с Хёгой? Вы встретились, и ваша реакция на внезапный стресс была очень острой, я бы даже сказал — продолжительной. - Такое трудно забыть... - В тот раз ваша реакция была «замри». Можете ли сказать, что теперь это ближе к «бей»? - Думаю, да?.. только не буквально! - Хорошо. Мне просто интересно, как изменилось ваше поведение в стрессовой ситуации с течением времени. Как вы сами считаете, изменилось ли оно? - Ну, однозначно, сильно изменилось. Я смог им ответить без единой запинки! Я был так уверен и...крут, наверное, хаха! Сенку был рядом, он держал меня за плечи и успокаивал, а потом сказал, что меня сильно трясло, хотя держался я хорошо...но мне на самом деле было страшно. Что скрывать — я бы с удовольствием просто спрятался за Сенку и позволил всё решить ему, как всегда происходило! Но помимо стресса я просто ужасно злился на них за всё моё детство, злился за эту наигранную жалость, и я всегда хотел ответить, хотел вмазать по их лицам, и я знал, что сейчас они ничего не сделают мне, что бы я ни сказал, ведь я не завишу от них. Наверное, накопившаяся злость и стала причиной моего «активного переживания стресса». - А как вы конкретно им ответили? Если можете вспомнить. - Просто...высказал всё, что думал столько лет. Что они меня бросили, что я не виноват в их решении, не обязан прощать, что не хочу их видеть и что они мне больше не родители, оба. Мать, конечно, пыталась возмущаться, доказать, как они не виноваты и какие они бедные-несчастные, но ничего внятного из аргументов я не услышал. Может, когда-то мне и хотелось ударить кого-то из них в ответ, но это было в детстве, когда чувство несправедливости обострено...сейчас просто хотелось «добить» их словами, чтобы отбить желание общаться со мной. - Это верно расставленные границы...прямо в яблочко! И к насилию вы не прибегли, а это важно, ведь если допускаете мысль о насилии — уже на полпути к нему, а мы против деструктивных установок, которые вредят вам или окружающим. - Да, я помню! Где-то внутри я на все десять миллиардов процентов понимал, что не трону их, как бы сильно не ненавидел. И даже когда мать подошла обнять меня, я просто не отвечал, но не отталкивал и не был груб. Мне это просто незачем. - Что ж, это успех...хм, добавите ещё что-то? - О-да! По-моему их в тот день задержали по подозрению в правонарушении, и знаете, я очень рад, что на них заведут уголовное дело и посадят. Или, хотя бы, оштрафуют и лишат родительских прав, ведь, как бы я не был зол на них, их новый ребенок не заслужил ни такой же, ни похожей на мою участь, он ни в чем не виноват. Не мне решать, но лучше уж оказаться в детском доме, чем там, где я. - Вы знаете, это очень здоровая позиция. Мне даже нечего «скорректировать» в вашем поведении, правда. Это не лесть и не комплимент — вы в курсе, что это против этики моей работы, я должен быть честен с клиентом. Асагири с теплом улыбнулся и опустил глаза, заправив прядь длинных белых волос за ухо. - И все же, мне радостно слышать это. Подтверждение от врача тому, что я справляюсь, важно для меня! В целом, знаете, я будто за этим и прихожу в последние сессии, что до вашего новогоднего отпуска, что после — то есть, хах, сейчас. Мне все меньше нужна помощь. - Так, и к чему вы клоните? Мы действительно стали встречаться реже после того, как вы снова вышли в ремиссию, но мне бы хотелось услышать четкий ответ. - Да к этому и клоню. — Ген потянулся к своей сумке и внезапно поставил перед Укио бутылку дорогого шампанского, упаковку конфет и небольшой сувенир из Швейцарии, с какой-то грустной улыбкой подняв взгляд на доктора. — Я думаю, что готов перейти от посещения психиатра к посещению психолога раз в пару недель, и больше не нуждаюсь именно в вашей помощи — такой серьезной и клинической. Мне нужны лекарства и лёгкая поддержка терапии, а в остальном я...стал справляться сам. А это просто подарки в качестве благодарности за труд! - Вы знаете...доктор не должен привязываться к пациенту, но...хах, с вами было очень интересно работать. Я всегда буду рад видеть вас, если вам понадобится моя помощь, но мне невероятно радостно, что вы так выросли над собой и стали настолько уверены в себе и...а...э-это всё было необязательно, к слову... — Неловко стал говорить Укио под конец, сложив ладони в замок, когда осматривал подарки Гена, не решаясь дотронуться до них. - Нет-нет, отказа я не принимаю! Это моя благодарность человеку, который за обе руки вытаскивал меня с самого днища! - А как же Сенку? Он тоже вытаскивал вас. Может, не за руки, но за шкирку точно — брал и ставил на ноги хаха! - От меня он получает чуть ли не еженедельную исчерпывающую благодарность! В виде превосходного минета, если быть точным. А ещё ежедневную в виде моей любви, а также по настроению словесную в виде прямой благодарности! Я стал считать слова важными после стольких сессий... - Пф...хах, ладно убедили. Спасибо большое, Ген, я дам вам номер хорошего специалиста из клиники — мы как-то вместе проходили переквалификации, так что этот человек имеет хорошую базу знаний для психолога. - Хорошо! А можно на этой сессии, так сказать, исполнить последнюю волю?.. Чиркая на бумажке иероглифы с номером, Сайонджи усмехнулся и отдал Гену записку, мотнув головой в вопросительном, ожидающем жесте. - А можно вас...обнять на прощание? Или этика запрещает это? — С неловкой, но счастливой улыбкой Ген ждал ответа от Сайонджи, который довольно быстро переменился в лице с задумчивости на спокойную уверенность, встал, и слегка развёл руки в стороны. - Насколько мне известно — не запрещает в тех редких случаях, если это осознанная инициатива клиента. Асагири тихо прыснул в кулак, а после подшагнул вплотную к Укио и с теплой улыбкой крепко обхватил его в области рёбер, избегая чрезмерной интимности в прикосновениях. Сайонджи в ответ скромно похлопал парня по спине с такой же грустной улыбкой на лице, прикрыв глаза. В его нос ударил яркий ягодный аромат с различными сладкими нотками, а Ген почувствовал какой-то древесный, смешанный с ванилью терпкий запах, но, что главное, просто приятный, а не сексуально притягательный. Повезло им с совпавшим вторичным полом... - Надеюсь, вы будете в порядке и причиной приходить сюда станет лишь смена рецепта на таблетки, пока окончательно не слезете и с них, но... если что, помните — эти двери для вас открыты. Ген кивнул. - Всего доброго, доктор Сайонджи. И спасибо. Дверь захлопнулась. Когда-то Укио метафорично сказал, что подаст Гену оружие, если тот решит продолжить свое сражение с болезнью, и сейчас Асагири ощущал себя так, будто то самое оружие, которое ему сунули в руку в самый тяжёлый момент, отслужило своё. Только что в кабинете он оглядел его в последний раз на ближайшее время, как солдат, вернувшийся домой с войны, и повесил это оружие на воображаемую стену, как трофей. И вот перед ним табличка, как полгода назад:Кабинет 238
Психиатр
Укио Сайонджи
Когда-то он входил сюда с ненавистью, закрывая руки одеждой до последней фаланги пальца, сжимаясь в углу кресла и смотря на часы чаще, чем на доктора. Когда-то он только начинал открываться, совсем без интереса рассказывая какие-то мелочи своей жизни для галочки, чтобы скоротать время, и даже не ожидал получить поддержки и переосмысления его жизни через врачебную призму. Когда-то, именно в этом кабинете, он впервые заплакал без укора совести. Когда-то он даже хотел отказаться от психотерапии, находясь в рецидиве, на грани тяжёлой депрессии и обострения ПТСР... И Асагири был невозможно рад оставить здесь всё к чертям собачьим. Где было — там пусть и остаётся, а он рад шагнуть в новый этап жизни, оставив в качестве принятия своего прошлого первую часть своей фамилии до дефиса.***
Пациент: Асагири (изм. на Асагири-Ишигами) Ген Дата последнего приёма: 30.01.20ХХ Заключительная запись. Анамнез: Поступление в состоянии острого кризиса на фоне хронического, тяжелого ПТСР, вызванного сексуальным насилием, коморбидного с депрессивным расстройством и расстройством пищевого поведения. Наблюдались отказ от пищи, незавершённая попытка суицида, социальная изоляция, диссоциативные эпизоды. Динамика и лечение: Назначена комплексная терапия: СИОЗС (Сертралин — 50 мг/сут, per os, утром во время еды), когнитивно-поведенческая терапия, ориентированная на травму. Пациент проявил высокую, хотя и неравномерную, мотивацию к лечению. Ключевым фактором прогресса, вне медицинского протокола, стало обретение стабильных романтических отношений, закрывших базовую потребность в безопасности, на фоне которой стала возможна психотерапевтическая работа. Достигнутые результаты (на момент выписки из активной терапии): 1. Клиническая ремиссия депрессивной и тревожной симптоматики. Суицидальный риск отсутствует. 2. Стабилизация соматического состояния. Вес восстановлен до нормы, пищевое поведение нормализовано. Приступы паники единичны, купируются самостоятельно. 3. Значительное улучшение социального функционирования. Пациент трудоустроен, поддерживает стабильные отношения на работе и в окружении, состоит в браке. Способен устанавливать и защищать здоровые личные границы (что продемонстрировал в недавней стрессовой конфронтации с источником первичной травмы). Рекомендации: 1. Поддерживающая фармакотерапия: продолжить приём психотропных веществ (Сертралин — 50 мг/сут, per os, утром во время еды) с плавным снижением дозы под наблюдением психиатра через 6 месяцев стабильной ремиссии. 2. Поддерживающая психотерапия: рекомендован переход на режим поддерживающих сессий с психологом 2-3 раза в месяц для профилактики рецидивов и работы с текущими жизненными задачами. 3. Контроль: явка к психиатру для контроля состояния и коррекции фармакотерапии — 1 раз в 2 месяца. Заключительный диагноз: Посттравматическое стрессовое расстройство, хроническое, в состоянии стойкой клинической ремиссии. Расстройство пищевого поведения (в ремиссии). Эпизод тяжелого депрессивного расстройства (в ремиссии). Прогноз: Благоприятный. Пациент продемонстрировал выдающуюся резильентность, сформировал систему внешней и внутренней поддержки. Риск рецидива существует, но при соблюдении рекомендаций минимален. Подпись врача: _______ Dr. U. Saionji (врач-психиатр).Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!