Запись 227. Пусть весь мир видит

***Васко***

      Васко вошёл вернулся в порт, закинув бушлат на плечо, с довольным лицом и изрядно опустевшим кошельком. Он приостановился и пробежал глазами по своему кораблю, над которым уже почти истаял свет. Палатки татуировщика рядом уже не было, по палубе сновала команда. Он улыбнулся, давая себе минутку полюбоваться, и направился в портовое управление, чтобы выбрать заказ для первого плавания на своём новом бриге. На своём собственном новом бриге.       Пока он болтался по магазинам, помимо прочего, он сменил простреленную рубашку на свежую, со шнуровкой на вороте, сделал несколько закупок, которые должны будут привезти к сегодняшнему вечеру или, в крайнем случае, завтрашнему утру. Поддавшись мыслям, занимавшим его по выходу из банка, зашёл к ювелиру.       Последней была лавка, в которой его старпом по договоренности должен был добрать недостающее снаряжение для плавания, в смысле канатов, лаков и прочего-прочего-прочего. Шустрый Калисто тут уже побывал, оставив на имя своего капитана внушительный счет, Васко пробежал его глазами и, не найдя к чему придраться, подписал.       Он вошёл в двери портового управления и воззрился на доску с заказами, которые мог выбрать любой капитан. На каждом листе был ряд значков, простым шифром сообщавший о требованиях к судну и примерном времени в пути. Можно было сначала сориентироваться на них, а потом уже вчитываться в текст. Рядом висела внушительных размеров карта, в которой были воткнуты булавки, обозначающие порта, в которые сейчас есть заказы.       — Капитан Васко? — окликнула его девушка за стойкой, навт повернул голову.       — Да?       — Для тебя есть распоряжения, — она отошла и достала из стенки со множеством ячеек заполненный бланк заказа на котором красным карандашом рукой Кабрал было выведено его имя.       Он прочитал заказ и поднял глаза на карту… твою-то мать.       Маленькой булавкой был отмечен остров в небольшом архипелаге на юго-востоке. К нему было два пути: безопасный, занимавший почти четыре месяца, и прямой, буквально три недели в один конец. Но прямой шёл через воды, в которых было отмечено максимальное количество нападения сирен. А сам этот архипелаг был окружен кольцом подводных вулканов, которые погубили уже не один корабль. Сирены.       Она запомнила и решила его проверить? У него был месяц на поставку груза и более чем приличное вознаграждение с надбавками за опасный маршрут и срочность. И то самое, о чем говорил Кай, когда ставил Гиллен перед фактом: у нее есть команда, которую можно гонять за сувенирами в ад, и она определённо собирается использовать это на полную.       Васко криво ухмыльнулся, вернулся к стойке и подписал бумаги, получив все накладные. У него уточнили, когда можно начать погрузку, и он указал на завтрашнее утро. Распрощавшись со служащей, он вышел с ещё одной пачкой бумаг, внезапно поймав себя на том, что ему бы хотелось, чтоб эта часть была как у торговцев Ноктиса, хранящих документы на переносном экране, который оставался того же размера, вне зависимости от того, сколько в него загружено, а документы в нём всегда оставались именно в том порядке, в котором ты установил.       На его настроение упала тень. Следующие несколько часов ему предстояла грёбаная бумажная работа, которую он просто не мог никому делегировать.

***Кай***

      Кай проснулась от того, что хлопнула входная дверь в каюту.       Она зевнула, потерев глаза, и выглянула в кабинет. Васко вошёл, бросил на вешалку бушлат и прошагал к столу, водрузив на него ещё одну кипу бумаг с красными печатями. Он опустился в кресло и выдохнул, не замечая или игнорируя то, что за ним наблюдают.       Серая привалилась плечом к дверному косяку и смотрела, как её возлюбленный возится с расстановкой письменного набора, пять раз переставляет лампу, двигает кресло и ворчит в полголоса, устраивая своё рабочее место. Он заглянул в верхний ящик стола, хмыкнул обнаруженным там предметам и убрал чернильницу. В конце концов он достиг какого-то приемлемого результата с тем как и что разложено и протянул руку к первой стопке документов. Подтянул к себе, перебрал её пальцами, разделил на несколько поменьше.       Кай узнала стопку личных дел, которые она помогала формировать Гиллен. Навт открывал пока совсем тонкие папки, пробегал глазами текст и ставил подпись тонким спиртовым маркером, который предпочёл перу. Он открыл очередную папку и нахмурился, не узнав размашистый витиеватый почерк.       — Не знал, что она наняла секретаря.       — Ну, не то чтобы наняла, скорее просто попросила старого друга помочь разгрести бумажки, — Серая улыбнулась.       — Это твой? — он склонил голову на бок, изучая ровные строчки, — У тебя же был корявый.       — Корявый — это если я не стараюсь, — она отлепилась от дверного косяка, приближаясь. — Я могу тебе помочь?       — Не надо. Работа с личными делами экипажа — это обязанность капитана. И вообще, с документами… — он вздохнул, — Некоторые вещи может делать старпом, но только некоторые. Такие правила, и я думаю, что они верны.       Васко впервые поднял глаза на возлюбленную. Она буквально почувствовала, как его взгляд ощупывает её лицо. Губы Зубастого расплылись в улыбке, когда он вынырнул из-за стола и в два шага оказался перед Кай и осторожно коснулся кончиками пальцев лица.       — Ты такая красивая… о, Море, я даже представить себе не мог, что это будет так… — его глаза скользили по украшенной татуировками коже.       — Я похожа на настоящего навта?       — Ты похожа на благословение корабля, — он задохнулся от эмоций и мягко коснулся её губ своими, она ответила на поцелуй, обвив руками шею и запустив пальцы в волосы.       — Ты знал, что мне нарисуют это? — они разомкнули поцелуй, но остались в объятьях, Васко тронул губами завиток над бровью, и улыбнулся какой-то блаженной улыбкой, которую Кай видела у Зубастого когда он отдыхал после занятий любовью.       — Я не успел посмотреть дела, она только сказала, что вы составили список для татуировщика и всё, — он говорил почти шепотом, его губы коснулись линии, идущей от брови к скуле и проследили рисунок по левой половине лица.       — Мой Ветер… — она выдохнула, но любовник ее прервал.       — Ты — мой ветер, мой Шторм, это нарисовано на твоём лице, ты — моё благословение… — он шептал, скользя руками по её телу. — Пусть весь мир видит… — он поцеловал рисунок на подбородке, — Море подарило мне тебя, когда я достал тебя из воды… — их губы снова сомкнулись в глубоком жадном поцелуе.       Васко разорвал поцелуй и выпрямился, глядя на возлюбленную так, будто боялся отвести взгляд. Серая наблюдала с интересом, определенно не ожидая такой сильной реакции на татуировки, которые, как выяснилось, значили для Зубастого очень и очень много. И их нанесение произвело на него эффект разорвавшейся бомбы, но в хорошем смысле.       Самым важным было то, что они настоящие, а не часть маскировки. У Серой закралось подозрение, что адмирал что-то такое знала, когда в итоге настояла именно на этом варианте.       Краем сознания она почувствовала, что Васко зовет Эндрю ласковым именем, пока сам гладит её по подбородку, проводя вдоль линий узора, отмечающему Дарованного Морю.       Через несколько минут дверь открылась.       Мансер скользнул внутрь и прикрыл её за собой, щелкнув засовом.       — О Море, ты… — глаза Васко едва ли не светились восторгом, — Иди ко мне, — он просиял и потянулся к Эндрю, и тот охотно скользнул в объятия, — Ты… ты — самое прекрасное существо на свете… — он прижал его за затылок и поцеловал.       Он шептал слова любви и целовал лицо своей Искорки так истово, что это было похоже на поклонение.       — Я тоже люблю тебя, Золото…       Эндрю поймал его за пояс и увлёк в их новую спальню. Васко схватил Кай за руку, что бы она вдруг не отстала. И ещё одна за ними закрылась, щёлкнул засов.       Возлюбленные остались наедине, чтобы дать своему капитану выплеснуть всё, что он чувствовал, глядя на них сегодня. Но вместо того чтоб свалиться в объятьях друг друга, Зубастый усадил их на кровать перед собой и замер, остановившись напротив. На него внезапно накатил мандраж.       — Что такое, ма Ари? — Серая сильнее сжала его руку и он поднял на неё взгляд, она смотрела на него как на самое важное на свете, никто на него так не смотрел до их встречи и этого хватило, чтобы вся его нерешительность рассыпалась.       Навт высвободил руку, полез в карман и достал маленький бархатный мешочек, он встал перед любовниками на одно колено и вздохнул, собираясь.       — Я должен сделать одну вещь. Я думал об этом раньше, подбирал слова, готовился, а теперь вы… в общем… — он замолчал на пару секунд. — Я знаю, что для вас это, может быть, не имеет такого значения, может быть это вообще не принято и я знаю, что никто не сможет провести для нас обряд, но… для меня это важно. — Он подставил ладонь и высыпал на неё три простых золотых кольца, на каждом из которых был высечен маленький треугольник. — Вы будете моими супругами?       Кай ахнула и поднесла ладони ко рту, глядя то на Васко, то на Эндрю. Техномант расплылся в улыбке и положил ладонь на щеку своего капитана. Он сполз с кровати, вставая перед любовником на колени.       — Золото, я думал, ты не спросишь. Конечно, конечно да!       Серая опустилась рядом, всё ещё не веря в происходящее, на глаза навернулись слёзы. Она кивала, кусая губы и залившись краской до кончиков ушей.       — Да. Я так люблю тебя… я так люблю вас.       Он надел каждому из возлюбленных по кольцу, а Мансер надел ему.       — Вы — мои крылья, меня вами благословило море…       Они стояли друг перед другом на коленях, скрепляя союз поцелуями, постепенно все больше горячась, пока Зубастый не сгреб их обоих в объятия и не швырнул на простыни, тут же ныряя следом.

***Константин***

      К юнге подошли Юнксу и Мэй, полуприкрытые, демонстрирующие татуировки восточной гильдии, парень сидел верхом на перилах и всё никак не мог перестать потирать ноющий подбородок. Бывший принц был одет как обычный навт, голову украшала синяя бандана, такая же, как носили все эльфы, прикрывая острые уши.       — Не трогай, схватишь воспаление. — Мэй ударила его по руке. — Как ты с ними жил вообще, скажи мне?       Со стороны капитанской каюты доносились стоны удовольствия, пусть и приглушенные, но вполне слышимые.       — В основном, я это просто игнорировал, да и сплю я крепко, — он ухмыльнулся, стараясь держать фокус на лицах собеседниц, но взгляд то и дело спускался ниже. — Папа учит, что не нужно стесняться проявлений любви, какими бы они ни были, если это греет тебя изнутри, — ему живо вспомнились рассуждения по поводу синяков на шее и при каких обстоятельствах они не вызывают вопросов.       — Почему тебя усыновили в таком возрасте, ты же уже взрослый?       — У нас это не так работает, — он поймал себя на том, что говорит как метаморфы, — По меркам семьи — я совсем младенец, даже не смотря на то, что мне скоро двадцать.       — Всего двадцать? Ты выглядишь старше.       — У меня были некоторые события в жизни, которые добавили.       — Ты тоже дракон?       — Я? Нет, во всяком случае… — он вздохнул. — Во всяком случае, у меня точно одно единственное лицо, — он неловко улыбнулся, стараясь съехать с темы о природе семейства Йара.       Юнксу открыла рот, чтобы что-то сказать, но разговор прервал короткий свист и выкрик. Женщин позвали по именам, и они развернулись, припустив по палубе, и скрылись за дверью на нижний этаж, провожаемые голодным взглядом голубых глаз.       Скоро звуки из капитанской каюты окончательно стихли. Через некоторое время оттуда вышел взъерошенный Эндрю и окликнул парня, подзывая к себе, и снова ушёл внутрь, оставив дверь открытой.       Константин взбежал по ступенькам и зашёл. Его ждали все трое.       — Ты устроился?       Константину выделили отдельную каюту на нижней палубе, а не поселили в общий со всеми матросами кубрик, что действительно его очень обрадовало. Он перетащил туда абсолютно всё содержимое своей комнаты в хижине, включая связки амулетов, которые его учила делать Сальви, теперь развешанные по стенам.       — Да, все отлично, — он покачался из стороны в сторону, краснея, всё же то, что он прекрасно понимал, что эти трое делали друг с другом только что, смущало.       — Хорошо. Есть пара вещей, которые мы хотели тебе сказать и сделать, — Васко достал синюю расписную коробочку, которую парень видел дома над зеркалом, он знал что там лежат серьги и иглы. — Тебе нужно пробить уши. Это не просто украшение, серебро защищает от чар морских тварей, поэтому все навты их носят.       — А язык пробивать не будете?       — Нет, язык пробит не за этим. — Полосатый хихикнул и прижал зелёный шарик зубами. — Если ты захочешь ещё какой-то пирсинг, то потом попросишь сам.       — Хорошо. А второе?       — Сначала это, — Кай указала на стул, он послушно сел, ожидая. — Это не особенно больно, самое неприятное это звук, — она хмыкнула, протирая ему мочку уха.       Она достала и протерла иглы, а потом протянула ладонь к навту, который передал ей бархатный мешочек, она взяла принца за руку и вытряхнула ему на ладонь пару плоских серебряных колечек на которых тонкими насечками была изображена роза ветров.       — Пусть, помимо прочего, это будет твой талисман, так же как мои, — она начала объяснять. — Один и один, или два. Это — не просто цифра. Это — начало пути, это — полная открытость и дисбаланс, ты должен будешь найти свой путь. Это — напряжение между полюсами. Двойка привлекательна, открыта, напряжена и неполна. Она даст тебе пинка к развитию. В дальнейшем… — она провела по его уху. — Ты будешь расти и добавишь столько, сколько потребуется, чтобы они помогали тебе двигаться туда, куда ты захочешь.       Серая взяла одну серьгу, оставив вторую на ладони, чтобы их сын мог её как следует рассмотреть. Она обработала украшение, потом быстрыми отработанными движениями пробила парню ухо и вставила сережку. Он успел только скривиться от слишком громкого хруста, который появился, когда игла проходила сквозь плоть. Со второй серьгой всё было так же быстро. Кай улыбнулась, потрепав его по макушке, и отошла, чтобы протереть и положить обратно инструмент. Теперь над ним склонился Полосатый. Он положил парню руки на плечи и прижался губами ко лбу. Резко вдохнул. Саднящая боль в подбородке и ушах резко пропала. Второе прикосновение было обычным поцелуем.       — Спасибо…       — Не за что, Малой, ты же наш, — Эндрю поймал взгляд ярких голубых глаз и улыбнулся.       — И всё-таки, что второе?       Морфы переглянулись и одновременно показали левые руки с кольцами.       — Серьёзно?! — он вскочил. — Я думал…хотя…не важно. Кто это сделал? Кто решился?       — Я, — капитан криво ухмыльнулся.       — Я так рад за вас! — он бросился и сгрёб в объятия всех троих и поцеловал каждого в щеку. — Когда свадьба? Я обожаю свадьбы!!!       — Малой, нас никто не поженит, — попытался его успокоить Мансер.       — Да какая, нахуй, разница? — он воздел руки и отступил на шаг. — Просто собрать друзей и устроить праздник! Вы заслужили!       — Может быть… — Кай склонила голову на бок. — Но давай мы это обсудим, когда вернемся домой из плавания, хорошо?       — И не говори пока никому. — добавил капитан. — Пока это только для нас.