Глава 24. Лечение

Рон очнулся утром.       — Сука, как всё болит, — прошептал он.       Всё тело ломило. Лежа на боку, он приложил руку к паху. Член ныл слабой болью изнутри.       Ринат давно встал, успел умыться и выглядел свежим и бодрым. Рон перевернулся с бока на спину и скорчился, каждая клеточка тела ныла. Его словно камазами переехало. Раз двадцать. В заднице тоже обжигало болью. И не первый раз. Но главное, член. Никогда ещё так не болел. Рон аккуратно погладил его рукой под одеялом. Дотрагиваться было больно.       — Грёбаный ты мудак, неси свои травы.       Ринат ухмыльнулся, глядя на больного и недовольного Рона. Подошёл и осмелился погладить по голове. Рука двигалась нежно, он с интересом всматривался в лицо Рона.       — Где. Твои. Травы, — озлобленно повторил Рон, его лицо исказило напряжение.       — Что-то болит? — невинно спросил Ринат, подняв брови.       — Сука, ты издеваешься. Конечно болит. Тварь.       — Расскажи мне, где болит? — Ринат говорил мягко и дружелюбно, этот сукин сын издевался.       — А-то ты не знаешь, — рявкнул Рон, но тут же прикрыл глаза и застонал от боли. Внутри члена адски обожгло.       — Малыш, если ты расскажешь, где именно у тебя болит и как, я смогу помочь лучше, — Ринат почти не скрывал, как наслаждался состоянием Рона и даже сейчас смаковал то, что он видел перед собой.       Рон знал, что доставит ему ещё больше удовольствия, если расскажет про свои ощущения. Но теперь в члене боль пульсировала так, что терпеть становилось сложно. Рон сжал зубы, снова проклиная про себя Рината.       Уёбок. Тварь.       Ринат мягко погладил Рона по щеке.       — Ну же, расскажи мне. Я сейчас принесу аптечку и помогу тебе.       А теперь он ещё и в благодетели заделался. Будто это не он вчера издевался над Роном. Сидел теперь весь такой добрый и нежный. Спаситель хренов. Боль снова саданула по нервам, Рон сжал свой бедный, пострадавший член и заговорил.       — В члене болит… Внутри… — голос звучал низко, дыхание сбилось.       Ринат понимающе кивал головой.       — Бедненький, — он тоже просунул руку под одеяло и приложил ладонь к члену Рона, мягко сжал и огладил большим пальцем головку. — Скоро я ему помогу. Что-то ещё?       — Задница болит, — Рон поёрзал на простыне. — И всё тело тоже болит. Ноет.       — Повернись на животик. Я осмотрю твою попку, чтобы понять масштаб и какие лекарства тебе лучше помогут.       Садист продолжал свою игру. Рон скинул одеяло и перевернулся на живот, подставляя задницу своему вчерашнему мучителю.       Ринат замер, увидев эту картину. На тонкой белой коже Рона красовались фиолетовые и жёлтые синяки, ссадины и кровоподтёки. Ринат в порыве так жёстко его хватал, что вся задница была усыпана следами. Ринат сглотнул слюну, наклонился и влажно припал губами к одной ягодице, потом к другой. Рон терпел. Ринат мягко погладил попу, в штанах уже напряглось. В висках забилось. Но он себя сдерживал.       — Восхитительная задница, — выдохнул он и перешёл на томный шёпот.       Он гладил ладонью попу, а Рон вздрагивал от его руки. Затем Ринат аккуратно, медленно развёл ягодицы в стороны. Очень медленно он растянул их, оголяя покрасневший анус. Тёмный кружочек чувствительной кожи был припухлым и поцарапанным. Ринат провёл пальцами. Рон продолжал вздрагивать, но молчал, ожидая помощи.       — Твоя сладкая дырочка нуждается в помощи. Не переживай, я её вылечу.       Он засунул насухую палец, и Рон вскрикнул.       — Малыш, — зашептал Ринат. — Потерпи, мне всего лишь нужно осмотреть тебя.       — Блядь, а можно как-нибудь побыстрее? — огрызнулся Рон.       Ринат всё же облизал два пальца, грубо всунул их и пошевелил внутри, наслаждаясь болью и содроганием. Он сделал ещё несколько грубых поступательных толчков. Рон впился в подушку перед собой, закусил край ткани и мычал в него. Тем временем в штанах Рината уже стояло колом.       Ринат всунул третий палец, растягивая как можно больше дырку. Рон уже скулил, из глаз лились слёзы.       — Мне просто нужно определиться с подходящим размером лекарства для твоей сладкой попки. Вчера я ведь хорошо тебя растянул. Помнишь? — Ринат улыбался.       — Сука. Ты мне ещё доплачивать должен за эту ебучую игру в доктора. Неси уже травы, — Рон плакал, злился, ненавидел, всё лицо искривилось от напряжения и боли.       — Не волнуйся, дорогой. Скоро тебе будет хорошо. Очень хорошо. Я готов доплатить тебе. Но не галеонами, а чем-то куда более ценным.       Ринат внутри нащупал простату и помассировал. Рон стал выгибаться. Отчего Ринат ещё больше растянулся в улыбке, зрачки расширились. Но он всё же вынул пальцы.       — Полежи тут. Я скоро приду и принесу всё необходимое.       Первую пару они уже проспали. Рон про уроки даже и не вспомнил. Он остался лежать, смотреть в потолок и плакать, пока Рината не было. Его не было достаточно долго. Так, что Рон уже стал думать, может, он его бросил. Бросил тут одного страдать?       Но Ринат вернулся. С чемоданом.       — Начнём с твоего дружка. Ложись на спину и снимай трусы, если ты вдруг успел одеться без меня.       Рон и не думал одеваться и куда-то идти. Он, наверное, сейчас был не в состоянии даже спуститься с этой башни. Поэтому он просто скинул одеяло и ждал.       Ринат положил рядом на кровать таинственный чемодан и раскрыл его. Сразу запахло травами, сладкими цветами. Вся комната наполнилась ароматами лугов и лесов. Ринат достал странную штуковину, очень напоминающую вчерашнее орудие пыток. Рон нервно сглотнул. Он, конечно, знал, что Ринат мразь ещё та. Но даже не представлял, насколько.       — Нет, нет, — запротестовал Рон. — Совсем за идиота меня держишь?       Ринат мягко улыбнулся.       — Поверь, я знаю, как избавиться от этой боли быстро и надёжно. Другого выбора нет. Как же ещё туда доставить лекарство? Это специальный шприц.       Рон всё равно не соглашался. Он спрятался под одеяло и послал Рината на хуй.       — Ну дорогой, — Ринат сидел рядом и гладил по голове. — Будет немного неприятно, но это лишь временно, пока я буду выдавливать лекарство. Зато после боль пройдёт за минуту. Совсем. Ты же хочешь избавиться от боли? А это самый верный способ. Никаким иным способом этого сделать нельзя. Ты хочешь мучиться от боли, потом схватить воспаление и лечь в больницу с посиневшим хуем? Или хочешь, чтобы я прямо сейчас вылечил твоего дружка и чтобы через три минуты он был полностью здоров?       Рон ещё какое-то время матерился, скидывал ласкающие руки Рината. Но всё же смирился. Эта боль его извела.       — Ладно. Только сделай это быстро.       Рон раскрыл одеяло, подставляя свой больной член, и прикрыл глаза.       Ринат облизнулся, положил ладонь на мягкий член Рона и стал массировать. Рон открыл глаза.       — Что ты делаешь?       — Нам нужно поднять твоего дружка, чтобы правильно ввести лекарство.       Рон махнул рукой, прикусил губу и отдался в руки Рината. А тот продолжил надрачивать член, который никак не хотел вставать. Он сжимал яйца, ласкал головку большим пальцем. Но всё было впустую. Боль внутри сводила с ума, и Рон только всхлипывал. Его член лежал мягким комочком.       Тогда Ринат наклонился и взял в рот. Приятные влажные посасывания смогли только немного его поднять. Ринат смочил слюной пальцы и засунул в задний проход, там он быстро отыскал простату и стал помогать массажем этого бугорка. Рон жмурил глаза. Член по-прежнему стоял только наполовину.       — А так никак нельзя? — всхлипывал Рон, снова боль мешалась с удовольствием.       — Нет, так не выйдет. Расслабься и доверься мне.       Через пятнадцать минут усердных стараний член всё же поднялся. Он болел, но твёрдо торчал под умелыми руками Рината. Рону снова показалось, что он играет с ним как с игрушкой. Но теперь было важно лишь излечиться.       Ринат взял из чемодана тот длинный и тонюсенький шприц с закругленным концом, набрал в него голубую жидкость из ампулы. Она пахла медовыми цветами и влагой. Рон приготовился к вспышке боли, он ещё помнил, какой это ад, со вчерашнего вечера. Сжал зубы и смиренно дал себя в руки Рината.       Шприц надавил головкой и стал опускаться в уретру. Рон кричал. Никакая моральная подготовка не помогла. Боль била всё тело и разрывала. Член горел пожаром изнутри. Жгучая-жгучая боль.       Ринат медленно опустил его до конца. Замер. Посмотрел на измученное лицо Рона. Тот уже весь покрылся потом. И с улыбкой произнёс:       — Сейчас я буду выдавливать магическую сыворотку и медленно поднимать шприц, чтобы лекарство равномерно распределилось. Оно действует быстро, почти моментально. И залечивает полностью.       Рон тяжело дышал и слушал. Сердце колотилось в груди.       — Шприц буду тянуть медленно. Потерпи. Но когда вытащу, через две или три минуты боль пройдёт полностью.       Рон кивнул. А Ринат стал медленно тянуть вверх. И это было похоже на ад. Боль прорезала. Рон чуть не потерял сознание. Он задыхался. Кричал во всё горло и не мог лежать спокойно. Ринату приходилось прижимать его за живот к кровати, чтобы не дёргался.       Когда шприц был вынут, Рон сгибался и корчился, сминая под собой одеяло.       — Сука, сука, сука, блядь.       — Тише, тише, — голосом ласкал Ринат и гладил мокрые от пота волосы.       Боль и правда уходила. Спустя минуты она ушла полностью. Рон снова лежал обессиленный на кровати.       — А теперь мне нужно залечить твою попку, поворачивайся на живот.       Рон надеялся, что хоть здесь проблем не будет. В прошлый раз ему просто вставили свечку и травяную малюсенькую пробку, которая даже почти не ощущалась. Рон повернулся.       Тёплые ладони легли на ягодицы. Синяки отдавались болью. Но вполне терпимо. Ринат помассировал. Достал баночку с мазью из чемодана. Мазь была ярко-жёлтого цвета. Рон ощутил мягкие пальцы возле входа. Они стали массировать и втирать мазь. Потом внутри по краям. Было приятно.       — Рон, я надеюсь, ты понимаешь необходимость того, чтобы я засунул в тебя член?       — Что? — обалдел Рон.       — Пальцами я не могу глубоко достать. А мазь нужно тщательно втереть. Мне придётся снова засунуть в тебя свой член или кулак. Выбирай.       — А без этого точно никак? В прошлый раз меня так усердно не лечили.       — Мы, конечно, можем ограничиться пальцами или свечами. Но есть риск, что этого будет недостаточно. А я не хочу тебе навредить, — мягко проговорил Ринат, словно сочувствовал.       Рон ощущал, что его где-то наёбывают. Но в колдомедицине он был дубом, а тем более в такой интимной медицине.       — Если тебе больше понравился кулак… Я могу снова его в тебя засунуть. Вчера ты так сладко стонал от этого.       — Заткнись, — рявкнул Рон. — И сколько это нужно втирать?       — Совсем немного. Пару минут и всё. Это новейшая мазь. Она залечивает намного лучше, чем свечи. И работает быстро. Но её нужно хорошо втереть равномерно.       Рон подумал, что терять уже нечего. Не после вчерашнего. И согласился. Решил, что две минуты потерпит.       — Член, — коротко озвучил он вердикт.       Ринат улыбнулся и наконец-то вытащил свой член, который так долго томился в штанах. И всё лечение проходило с оттопыренной ширинкой. Ринат обильно намазал член толстым слоем жирной мази. Ещё зачерпнул горстку и протолкнул в анус Рона. А потом стал входить.       — Если захочешь стонать, не стесняйся. Ты же любишь член в заднице.       — Иди на хуй, — Рон зарылся лицом в подушку.       Ринат стал толкаться внутри. И по телу сразу пошли волны тепла, мурашек и удовольствия. Низ живота стал тяжёлым и горячим. Рон прикусывал подушку. А Ринат трахал его с мазью. Останавливался, вынимал член, ещё раз обильно наносил мазь и снова трахал. Рон сильнее кусал подушку, чтобы не застонать. Всё тело хотело отдаться ласкам и этому члену, что толкался внутри. Хотелось насадиться поглубже и покрепче.       Боль уходила, а напряжение и возбуждение нарастало. Внутри было так много мази, что член гладко скользил и приносил немыслимые удовольствия. Тёрся о стенки так, что хотелось скулить. Рон не вытерпел и дёрнулся задницей навстречу Ринату.       Тот одобряюще похлопал по заднице в синяках и прибавил темп.       — Я правильно понял тебя, малыш? Ты хочешь так?       Рон не ответил. Тело его предавало.       — Хочешь как можно качественнее полечить свою попу? Хочешь ещё глубже? Я очень рад, что ты так ответственно относишься к своему здоровью.       Ринат ухмыльнулся и ускорил движения. Он стал сильнее вдалбливаться в задницу и задевать простату. Член тёрся внутри. Мазь втиралась в стенки, попадала на слизистую и в кровь. Всё было в тёплой мази. Она согревала. И член внутри бился, заставляя дёргаться и толкаться навстречу. Всё тело накрывало сладким теплом.       Когда Ринат сменил угол, стало совсем невыносимо, и Рон застонал.       — Так ты благодарен мне за помощь? — Ринат насмехался и долбил всё жёстче. — Стони, как блядь, на моём члене. Покажи, как ты благодарен.       Рон не понимал, что с ним. Всё тело окатило горячей лавой, всё стало таким чувствительным, и нестерпимо хотелось скакать на члене. Сдерживать стон не было никаких сил. Как в тумане. Он содрогался от возбуждения, и тело само льнуло к рукам Рината, чтобы отдаться полностью. Внутри всё пекло, но это было похоже на экстаз. Желание становилось таким сильным, что он терял контроль над собой.       — Выеби меня, пожалуйста, умоляю. Да, так. Ещё, ещё.       Рон выгибался и сам не верил, что охрипшим голосом из него сквозь стон рвутся эти слова.       Ринат добавлял мази. Этой мазью он также массировал яйца в руке. И Рону казалось, что ничего слаще быть не может. Тёплая мазь разогревала кожу, и все ощущения усиливались стократно. Каждое прикосновение разносилось горячим током по всему телу.       — Блядь, да, — стонал Рон. — Возьми меня так.       Ринат ухмылялся, видя, как его пациент уже совсем не против лечения, а очень даже за.       — Я вижу, ты осознал всю важность лечения. М-м-м. Ты уверен, что я справляюсь?       — Да, блядь, да, — Рон задыхался от ласк и жёсткого траха. Ринат ебал его и одновременно катал в руке яйца и оттягивал их. Гладил живот.       — Помнишь вчерашнего когтевранца в окне, который дрочил на твою разъёбанную задницу? Он может помочь с лечением. Один я, конечно, справлюсь. Но вдвоём будет ещё лучше.       Рон не понимал. Что за лечение вдвоём? А Ринат продолжал объяснять.       — Боюсь, что вчера я был не очень осторожен и мог случайно повредить твоё горло. Ты сейчас хрипишь. У меня есть мазь и для горла. Но, сам понимаешь, нужен ещё один член. Когтевранец заплатит тебе пять золотых, если ты сейчас попросишь его помочь и примешь своим горлом его лекарство. Тебе ведь совсем не трудно? Стонешь на всю комнату, ты и так раскрываешь ротик. Постонешь и на его члене. Он будет рад помочь и тоже заплатит. Что скажешь?       Ринат натянул яйца назад в масляных кремовых руках. А потом жёстко ударился пахом о ягодицы, загоняя член ещё глубже.       Рон утопал, тонул. Задыхался от удовольствия, от нестерпимого желания, и терял контроль над всем. Хотелось только одного — чтобы его выебали.       — Он ведь и так уже видел тебя. Видел, как я трахаю тебя членом, как ебу тебя кулаком в жопу, а ты стонешь и кончаешь. Видел твою раскрытую дырку, залитую спермой, которая открывалась и манила в себя. Видел тебя на коленях, как ты голый перед ним кончал, как хорошая прилежная шлюха. Так что, что ты теряешь? Мы залечим тебя на сто процентов, будешь как новенький. Ещё и доплату получишь.       Рон подумал об ещё одном члене.       — Да.       Ринат вытащил палочку из-под матраса, запустил в дверь каким-то заклинанием. И вскоре в комнату вошёл когтевранец. Тот самый, который вчера провожал его сюда. С тёмными волосами и голубыми глазами. Все ощущения в теле к тому моменту стали уже такими острыми, что было всё равно, кто он такой. Лишь бы вставил свой член и поласкал его.       — Это Даймон, — вежливо представил его Ринат, даже не вынимая члена из Рона. — А это наш пациент, — он кивнул на Рона. — Посмотри, как он пострадал, — Ринат огладил задницу в синяках и кровоподтёках. — Нам нужно ему помочь, видишь, как он мучается. Бедный.       Даймон усмехнулся. Он уже стоял рядом и раздевался догола.       — Конечно, я всегда рад помочь, — улыбнулся Даймон. — Особенно когда человек так страдает.       Рон в это время извивался, изгибался и дрожал, всем телом моля о большем.       — У него что-то не так с горлом, возьми вот эту мазь. Нужно хорошо втереть, чтобы наш пациент выздоровел.       Ещё одна мазь. Эта была розового цвета. Тоже тёплая, но не такая. Даймон побольше нанёс её на свой стройный и уже стоячий член. Его глаза темнели, так же как когда-то у Драко. Рон вдруг вспомнил о слизеринцах, но их сейчас рядом не было. Был пуффендуец и когтевранец.       Даймон уселся на подушку, и Рон сам взял в рот его член, обхватывая за поясницу руками. Хотелось прижаться к нему. Вжаться лицом и ощутить наполненность. Во рту появился клубничный вкус, стало сладко. Член хотелось сосать и вылизывать языком. Эта сладость словно проникала внутрь и всё больше усиливала ощущения экстаза.       — Эй, я, конечно, понимаю, что мой член сладкий, — посмеялся Даймон, когда увидел, как Рон лижет его языком и сосёт. — Но у тебя болит горлышко, малыш. Поэтому давай я сейчас ещё раз нанесу волшебную мазь, а ты расслабишь горло и примешь лекарство. Я потрусь немного о твоё горло. Это нужно для твоего здоровья.       Рон был даже не в состоянии отвечать да или нет. Он просто хотел. Хотел все эти члены и руки. Их кожу. Их трения. Хотел слиться. Отдаться.       Даймон нанёс ещё больше мази. И Рон на этот раз взял его член горлом. Дышать было нечем. Но это отсутствие воздуха окончательно заставило потонуть в удовольствии. Даймон немного потёрся. Вытащил. Дал подышать. И снова вошёл в горло. Так несколько раз. Каждый раз Рона словно уносило из реальности в мир ощущений и неземного удовольствия. Клубничная мазь осталась во рту и на языке. От её сладости накрывало. В моменты, когда Даймон вынимал член, Рон начинал стонать и сам прилипал, лаская клубничным языком его член.       — Ты был прав, Ринат. Случай очень запущен. Хорошо, что меня позвал. Посмотри, как он тянется к лекарству.       Ринат тоже не давал скучать. Он останавливался, чтобы добавить мази. Хлопал по заднице и снова начинал долбить. От его толчков Рон не мог сдерживать стоны.       Они вдвоём стали ебать Рона. Когда Даймон убедился, что лекарство уже достаточно и равномерно втёрлось, он стал просто трахать Рона в горло. Вцепился в рыжие волосы, натянул пряди на пальцы, удерживая, а тазом толкался, загоняя свой член в горло до основания. Рон тёрся подбородком о его яйца. И никак не сопротивлялся. Ему этого хотелось. Больше всего на свете сейчас ему хотелось, чтобы эти два члена трахали его.       И Ринат, и Даймон кончили уже оба по два раза. И хотели приступить к третьему заходу. Каждый раз они смазывали себя волшебными мазями. Рон не знал, сколько раз кончил он сам. Но возбуждение не спадало. Под ним всё было мокро от спермы. Но он продолжал скулить, стонать, тереться об них и просить ещё члены.       Ринат посмеялся, глядя на бедного Рона, который так отчаянно тянулся к его члену с мольбой в глазах. Словно это смысл его жизни и всего существования. Словно без их членов он умрёт и они нужны ему, как воздух. Рон льстился, ласкался, тёрся задницей о пах и живот. Искал губами, целовал член Даймона.       Даймон тоже смотрел с наслаждением и гладил по голове.       — Бедненький, ему так нужна помощь. Ну, ещё разок поможем? А потом придётся звать подмогу, если он не успокоится.       Рон дрогнул от слов про подмогу. Мозг сейчас смутно понимал, о чём речь. Но сердце забилось сильнее.       — К сожалению, да. Он всё ещё такой нуждающийся. На Когтевране ведь найдутся добровольцы?       — Само собой. Мои друзья не оставят в беде.       Дальше Рон помнил уже смутно. Желание не спадало, а только нарастало. Он весь дрожал и прилипал к их телам. И хотел ещё и ещё. Его трахали в два члена. Долго. Но ощущения, острые, как иголки, пронзали такой невероятной похотью, возбуждением и жаром. Сладость с языка расползалась по всему телу. Горло было горячим. Даймон всё тёрся о стенки горла, но этого было мало, хотелось ещё. И каждое его движение приносило сладкие ощущения. Райские.       Потом в комнате появились другие. Когтевранцы. Рон даже не помнил, сколько их было. Они все его ебали в жопу и в рот. Потом в его заднице оказалось сразу два члена. А он стонал и хотел насадиться сам, сильнее, больше. Из его члена брызгала сперма. И когтевранцы кончали, и он сам. Все простыни залило спермой. Но его продолжали ебать. А он никак не мог успокоиться и получить удовлетворение.       Их было, может, человек десять. Рон не мог точно сосчитать. Ринат стоял в стороне и смотрел на всё это.       Когтевранцы по очереди совали свои члены ему в горло, а он с огромным удовольствием принимал их всех. Мазь была повсюду. Сладкая и тёплая. Он весь внутри пропитался этими мазями с обеих сторон.       Когтевранцы пускали его по кругу. Несколько раз. Он был в сознании. Но всё помнил смутно и как в тумане. Больше запомнились ощущения. Нестерпимое жгучее желание отдаться им всем. Помнил прикосновения, как каждое из них возносило куда-то на небеса. Как хорошо было на члене. Когда его долбили по очереди. Или сразу несколько человек. Как нестерпимо было хорошо.       Потом ему дали воды. Она почему-то была голубой. И заставили выпить весь стакан. Сердце стало биться медленней. Его напоили ещё какой-то жижей. Рон плохо соображал. Когтевранцы сами открывали ему рот и заливали. Потом его положили снова на кровать. Но постельное белье кто-то успел сменить. Простыни пахли свежестью. Его уложили на живот и долго гладили ягодицы. Тоже с мазью.       Кто-то сказал, что все его синяки исчезли и что теперь Рон окончательно здоров. В него влили ещё один стакан голубой воды. Вставили в жопу что-то мокрое и тёплое, пахло травой. Рон сквозь остатки сознания ощущал, как это что-то раскрывается внутри и заполняет его зад целиком. И от этого так мокро и тепло. И он заснул.