Глава 3. И с легким сердцем по Дороге Сна!

      

И чтоб забыть, что кровь моя здесь холоднее льда,       Прошу тебя, налей еще вина.       Смотри, на дне мерцает прощальная звезда...       Я осушу бокал до дна...       И с легким сердцем по Дороге Сна!       Мельница — Дорога Сна

      Сон Ки Хун так и не мог успокоиться. Все те люди... Он тряхнул волосами, но осознать реальность, для которой ровным счётом ничего не изменилось, не мог. Сотни людей уже никогда не вернутся домой, а полицейским... Ки Хун горько укусил щёку. Плевать им. Вот, смеются, отправляют его домой проспаться. Считают его слова пьяным бредом.       Что ж, Ки Хун и сам бы себе не поверил, но! Он там чуть не погиб! И погиб бы, если б не Сан Ву и не тот парень-мигрант. Такой сильный и добрый. Спас его там, где всем плевать на других. А сколько людей там просто перенервничали и побежали? Следовать правилам игры... Но никто не говорил, что выбывание из игры равно выбыванию из жизни.       Сон мрачно посмотрел на откровенно насмехающегося над ним дежурного и его напарника. Нет, правда — нельзя же не заметить одномоментное исчезновение стольких людей? Или бедняков за людей не держат? Может, будь у Ки Хуна костюм поприличнее, к его словам бы прислушались?       Скорее всего, так и есть. Звонок по визитке привёл в тупик. Либо у этих мразей из игр всё продумано и на звонок от полиции отвечает специальная якобы сонная дамочка, либо дежурный набрал не ту цифру. Или же сам номер перенаправили, либо... Ну, всё это, конечно, заговор. У таких и в полиции свои должны быть, да?       Только Ки Хун хотел взорваться и, скорее всего, нарваться на арест, как во всей этой отвратительной сцене появилось новое действующее лицо и... Оно восприняло Сона всерьёз. Это было видно по лицу детектива Хвана.       Неудивительно, что Ки Хун не поверил в свою удачу. После такого-то приёма, чтобы хоть кто-то поверил... Но всё встало на свои места, стоило детективу упомянуть брата. Что ж, дерьмо случается и с такими, лучшими во всём, как Сан Ву, что удивляться, что и этого брата явно неплохого полицейского занесло на игры?       Порадовать, правда, того Сону было нечем. Ки Хун и правда не опознал никого по фото. Но и как прикажете? Ему хорошо запомнились лишь с десяток игроков: силач-мигрант, дедушка 001, благодаря которому и вернулись домой, оказавшийся в одной с ним навозной куче умник Сан Ву, девочка-ворюга, бандюган и крикливая дамочка, что не назвала новорожденного, ну якобы, да. Но вот то, что братец у полицейского так и не вышел на связь, было паршиво. По-человечески Ки Хун ему сочувствовал, но в остальном...       — Вы можете что-то сделать? — спросил он с надеждой, рассказав детективу всё, что видел, пока тот вёл машину к себе домой. Сказал, что хочет показать визитку и сличить номера.       Даже если Хван Чун Хо на самом деле оказался бы маньяком, почище тех розовых на играх, и на исходной точке расчленил Ки Хуна по пакетикам, он бы... Всё равно поехал с ним. Потому что это была хоть какая-то ниточка. Нельзя просто сделать вид, что ничего не было. Да, у него и своих проблем навалом, но... Ки Хун поморщился. А как же все те люди? А его бы кто хватился? Или мама просто решила бы, что он запил, попал в неприятности и сгинул? Так и умерла бы старушка, думая, что он её кинул. Ки Хун, конечно, плохой сын, но не настолько! А Ка Ён? Решила бы, что он её бросил? Сону стало почти физически плохо.       — Господин Сон, — детектив тяжело вздохнул. Не к добру это. — Я из уголовной полиции — это верно, и я вам верю. Но... Вы поймите: того, что у нас есть, недостаточно, чтобы начать искать остров, где вы играли. Он может быть где угодно. У полиции нет столько ресурсов без веских улик. А у меня нет полномочий, — совсем тихо добавил Хван.       — А ваш брат? — надавил на несомненно больное Ки Хун.       — Может, ещё объявится, — будто самого себя пытаясь убедить, заявил Чун Хо. — Но я обещаю вам: я сделаю всё от меня зависящее, чтоб найти ваш остров. Но вы должны понимать — могу я немного.       — Больше, чем я, — опустил голову Ки Хун.       — На самом деле — нет, — неожиданно отозвался детектив. — Вы сказали, что организаторы пообещали связаться с игроками, чтобы предложить возобновить игры, если те захотят.       — Я нажал на «крест», — угрюмо ответил Сон. — Вряд ли они мне позвонят. Особенно после того, как я пошёл в полицию.       — А вы хотели бы вернуться? Рискнуть жизнью ради призрачного шанса? — Хван посмотрел на него с жалостью — это резануло. Да у самого ведь проблемы, почему он так на него смотрит?       — Я не знаю, — вырвалось у Сона вместо возмущения. Он и правда уже не знал. В игре было страшно, но и тут тоже, где его, того и гляди, поймают и пустят на органы, где Ка Ён вот-вот уедет в Америку и он никогда, скорее всего, её не увидит!       — Не надо туда возвращаться, — тихо проговорил Чун Хо. — Я понимаю... У вас наверняка очень сложная ситуация, но с вашей смертью легче она для ваших близких не станет.       — Ну не скажите, — Ки Хун мрачно посмотрел в окно. — Бывшая и её нынешний точно почувствуют облегчение. Они не в восторге, что я общаюсь с дочкой. Считают, плохо влияю... Может, правильно считают. Только мама. Но для неё я тоже неудачник, бездельник и тяну её вниз, — он вздохнул. — Может, с вашим братом иначе, но у меня именно так.       — Вы не похожи на плохого человека. Дочь вас наверняка ждёт. И мать... Они, бывают, бранят, но всё равно любят, — посмотрел на него каким-то совершенно больным взглядом детектив. Неизвестно, чем именно, но Ки Хун его задел. Он почувствовал стыд — он правда не хотел причинить тому дополнительные страдания.       Сон не знал, что и сказать. Всё, что лезло в голову, было не тем. К счастью, они уже приехали. Район не то что богатый, но поприличнее Ссанмундона. Квартира — довольно большая, видимо, сохранили. Да и машина у полицейского, может, и служебная, но была неплохой. Интересно, почему его брат пошёл на игры?       В квартире, однако, обнаружилась пожилая женщина. Её вид живо напомнил Ки Хуну о собственной маме... Да, он виноват. Может, тоже его сейчас ищет, переживает. Какой же он дрянной сын!       — Это по службе, — ответил детектив матери на немой вопрос.       — Ин Хо не звонил? — спросила та, прежде чем они с Чун Хо скрылись в другой комнате.       — Нет, — не оборачиваясь, но при этом болезненно замирая, ответил тот, а после этого быстрее двинулся в комнату, где обнаружилась маленькая, меньше Ка Ён, девочка со смешными косичками, что-то довольно мурлыкающая себе под нос и рисующая какую-то неведомую зверюшку.       — Дядя! — улыбнулась она детективу полубеззубо. — Ты рано!       — А ты не рада мне, мышонок? — спросил Чун Хо, внезапно замирая и как-то подозрительно её оглядывая. Пока девочка, заметив застывшего в дверях Ки Хуна, ничуть не смутившись, помахала ему. Смешная. И правда, мышонок — вон у неё на столе сидит потрёпанный, сразу видно, что любимый, плюшевый Мышь. А ещё к столику прислонены костыли. Гипса Сон не заметил, а это значит... Он понимал, почему.       — Рада, — девочка отчего-то опасливо покосилась на окно, и тогда глаза у детектива торжествующе блеснули:       — Джу Хи, он был тут, да? Только что? И просил не говорить о себе, да?       — Я тебе ничего не скажу, дядя Чун Хо, — девочка принялась вырисовывать хвост зверю чересчур рьяно. Даже бумагу тонкую порвала.       Детектив тихо выругался себе под нос (при ребёнке — вот придурок!) и высунулся в окно по пояс, но, видимо, не заметил, что хотел. Закрыл окно и внимательно уставился на племянницу:       — Джу Хи, ну я же знаю... Тебя бабуля так не заплетает! — легонько ткнул он в косички.       — Это я сама! — не сдавалась девочка. — Правда-правда!       — Не ври любимому дяде! — почти взмолился Чун Хо. — Я понимаю, отец тебя попросил, но мне правда нужно знать...       — Джу Хи, — Ки Хун решил неожиданно для себя вмешаться. Он сел рядом с ней на корточки. — Как красиво ты рисуешь. У меня дочка постарше тебя, но рисовать не очень любит. А у тебя здорово получается.       — Спасибо, — девочка зарделась. — А сколько ей лет?       — Во... Девять, — к своей чести, Ки Хун почти не задумался. Да, последний день рождения вышел провальным для него как для отца. И, видимо, последним. — Скажи, пожалуйста, ты видела сегодня своего папу? Просто я его знаю и переживаю. Он же не просил не говорить мне. Только маме и бабушке, да?       — Да, — подтвердила Джу Хи. Рядом с облегчением выдохнул Чун Хо.       — Спасибо, — искренне улыбнулся Ки Хун. Увидеть Ка Ён захотелось со страшной силой. — Думаю, он скоро к тебе совсем вернётся. А пока нарисуй побольше, чтоб его поразить.       — Папа так же сказал, — серьёзно покивала та. — Попросил нарисовать каждую зверюшку, какая придёт в голову. Их не встретишь в зоопарке, но они есть у меня тут, — Джу Хи дотронулась пальчиком до лба. — Правда, здорово?       — Да, — Ки Хун снова печально улыбнулся. Да, Ка Ён в возрасте этой малышки тоже проще было и удивить, и понять, а теперь... У него и шансов-то почти не было.       — Нам с господином Соном пора, мышонок, — потянул его за собой Чун Хо, который что-то взял с верхней полки. — Вечером расскажу тебе, как я ловил плохих людей и помогал хорошим.       — Пока! — помахала им Джу Хи.       Отбившись от приглашения матери полицейского выпить чаю, они снова оказались в машине. Чун Хо вложил ему в руку знакомую визитку. Только весьма потрёпанную.       — Она у Ин Хо уже пять лет. И тогда он первого ноября в полночь вышел из дома, точно так же прощался на плюс-минус неделю, но опоздал навстречу. Его уже тогда приглашали на те игры... — детектив скривился, как от зубной боли. — А теперь он выжил, но не идёт домой. Значит, решил вернуться. Идиот! — ударил тот ладонью по рулю, отчего тот жалобно пикнул. Но это, кажется, помогло этому, совсем молодому детективу прийти в себя хоть немного.       — Есть варианты, где тот может скрываться? Друзья, знакомые... Кошивоны? — Ки Хуну не хотелось думать, что эта милая девочка так и не дождётся отца. Судя по увиденному, матери у неё не было. У Ка Ён же, как ни горько признавать, полная семья.       — Я... буду искать. Как полицейский. Плевать, что не положено, — тихо пробормотал тот. — Господин Сон, куда вас подвезти? — будто очнувшись, качнул тот головой.       Ки Хун, вздохнув, продиктовал адрес своего дома. Сначала к маме, потом к Ка Ён. Пока ехали, попробовали позвонить по номеру со старой визитки — без толку. По новой — тоже. Правда, и женщины на том конце не было. Номер не обслуживался. Быстро, однако.       Распрощавшись и пожелав удачи детективу (на всякий случай они обменялись номерами), Ки Хун потопал домой. Мамы не было. Пришлось переодеться и идти на рынок... Но и там — мама Сан Ву его не обрадовала.       Дальнейшее сплелось в одну большую вереницу боли: у мамы запущенный диабет и нет страховки, занять у бывшей не получилось, зато вышло опозориться перед Ка Ён. Нет, подумать только! Этот мерзавец предлагал ему деньги... Деньги за дочь! Чтоб не беспокоил! Каков ублюдок.       Он ударил его, не сдержался. Ка Ён это видела.       Чон Бэ тоже ему не занял. Жена не дала. Да и вряд ли у них было. Дела у них тоже шли не очень. Сон вздохнул.       День стать хуже уже не мог. У этого придурочного Хвана Ин Хо был золотой брат, милая мать и явно нуждающаяся в нём дочка. Ну почему этот идиот хочет вернуться в игру, где его, скорее всего, убьют? Неужели Джу Хи хуже по здоровью, чем показалась Ки Хуну? А... могло бы, да. Ки Хун выругался, вспоминая маму, которая молча слегла, а сейчас снова собиралась вернуться гнуть спину на рынок? Ну вот как так? И что ему делать? Какой прок в такой жизни? Или его и не позовут?       Ноги сами привели к столику с дешёвым соджу. На бутылку хватило, на ед — нет. А потом случилось совсем уж странное. Перед ним возник высушенный силуэт игрока 001. Вот это встреча! Сеул внезапно показался Ки Хуну очень тесным.       Сегодняшние встречи, бессилие, боль и разочарование — всё это окончательно укрепило его в решении, когда, вернувшись домой, в двери он нашёл новую визитку... Машина приехала быстро. Газ тоже подействовал почти мгновенно. Ки Хун вступил на свою дорогу без возврата.       И не он один — очнувшись, Сон отметил: людей в общежитии по-прежнему было очень много. Вот старик, вот Сан Ву, вот девочка-ворюга, силач-спаситель и даже женщина, что оставила новорождённого ребёнка, если не лгала, конечно, чтобы разжалобить. Но теперь Ки Хун невольно искал и ещё одно лицо. И нашёл. Игрок 404, Хван Ин Хо располагался через четыре ряда от него, но смотрел он цепко и нечитаемо отчего-то на старика первого. Вот ведь придурок! Сон вздохнул. Сам он, впрочем, не умнее.