Глава шестнадцатая

      — Просыпайся!       Грейнджер склонилась над ним в тёмной комнате. Прядь её волос выбилась из-под платка и упала ему на лицо. Он сел слишком быстро и столкнулся с ней головой.       — Какого хрена, Грейнджер? — Драко потёр свой саднящий лоб, в то время как она вжалась в подушку, застонав от боли. Он чуть было не дотронулся до неё в попытке извиниться, но отпрянул, вспомнив предыдущий вечер. Было совершенно ясно, что больше никаких прикосновений быть не должно.       — Только что пришло письмо от Снейпа, — сказала она, всё ещё морщась, и протянула ему сложенный пергамент. — Я уже прочитала.       Она наблюдала, почти жужжа от предвкушения, как Драко зажёг свою палочку, чтобы прочитать текст.       Там была всего одна строчка.       Что я получу, если добавлю измельченный корень асфоделя в настой полыни?       Это был почерк Снейпа, знакомые крючковатые буквы, напоминающие о часах, проведённых за изучением классной доски в кабинете зельеварения. Он помнил этот вопрос из урока, но в данном контексте это не имело никакого смысла.       — Что это? Я думал, он собирается отправить нам маховик?       — Полагаю, слишком большой риск. Снейп всегда был очень осторожен. Видимо, он оставил его для нас в каком-то укромном месте, а это наша подсказка.       Драко плюхнулся обратно на подушку. Это было так похоже на Снейпа — всё усложнять.       — Ну? Что думаешь? — подтолкнула она.       — О чём? Это напиток живой смерти, так ведь?       — Ну да, естественно, но как ты думаешь, что это значит? — она не стала дожидаться ответа. — Я испробовала все возможные заклинания на пергаменте, но, похоже, там ничего не скрыто. Конечно, ты сам можешь попробовать. Скорее всего, это связано с каким-то нашим воспоминанием, с чем-то конкретным для одного из нас. Он наверняка хотел убедиться, что никто, кроме нас, не сможет его найти, если записка попадёт не в те руки.       Драко посмотрел на время. 4:51. Он вытащил себя из постели и направился на кухню, чтобы сварить кофе. Грейнджер шла позади него, понизив голос до шёпота.       — Сначала я подумала, что это как-то связано с профессором Слизнортом, помнишь, мы готовили зелье на его уроке? Гарри использовал экземпляр «Продвинутого зельеварения» Снейпа, чтобы сварить его. Я надеюсь, что маховик не спрятан в книге, потому что я понятия не имею, где она сейчас. А ещё был самый первый день на уроке зелий у Снейпа, когда он задал Гарри точно такой же вопрос, вероятно, просто чтобы смутить его, потому что Гарри не знал ничего о зельях в то время.       С кофе в руке Драко вернулся в их комнату и подождал, пока топающая за ним Грейнджер войдёт внутрь, после чего закрыл дверь. Он снова сел на кровать и заново просмотрел записку Снейпа, ожидая, пока гриффиндорка договорит.       — И тогда я подумала, что нам, возможно, придётся сварить зелье, но это кажется маловероятным, поскольку я не понимаю, как это приблизит нас к поиску маховика.       Драко сделал глоток, и она наконец обратила на него внимание.       — Ну, не сиди с самодовольным видом! Если ты знаешь, о чём речь, ты должен сказать! — она раздражённо скрестила руки на груди. Эффект несколько портила её пижама в сине-зеленую полоску.       — Но наблюдать за твоими размышлениями так весело.       Она чуть не топнула ногой.       Он позволил себе ещё немного самодовольства.       — Это экзаменационный вопрос, Грейнджер. Экзаменационный вопрос, на который ты не знаешь ответа.       — Малфой, клянусь, сейчас не время…       — Что делает Гермиона Грейнджер, когда не знает ответа на экзамене?       Она моргнула.       — Я… я полагаю, я… найду его.       — И, к счастью для нас обоих, у тебя есть свой экземпляр «Продвинутого зельеварения», любезно предоставленный Малфоями.       Она уже рылась в своей сумке в поисках книги. Перейдя к уроку о Зелье Живой смерти, она прочитала вслух:       — Напиток Живой смерти вызывает очень глубокий сон, который может длиться бесконечно долго, если не применить противоядие. При варке или употреблении необходимо соблюдать максимальную осторожность. Ну, это мы и так знали. Далее следуют ингредиенты и инструкции. Разрезать бобы — на самом деле, их лучше измельчить — затем посолить воду, так… Там довольно много очень специфических помешиваний, теперь припоминаю… добавьте корень валерианы…       Она подняла на него глаза.       — Это бессмысленно.       Драко пожал плечами. Он был уверен, что ответ был там, в книге.       — И это всё?       — Думаю да… Подожди, нет. Тут есть сноска о противоядии. Она скосила глаза на нижнюю часть страницы и прочла: — Зелье Виггенвельда (см. стр. 128) способно обратить вспять действие напитка.       Наиболее известна применением этого напитка была ведьма Летиция Сомноленс, которая в пятнадцатом веке попыталась добиться политической власти, намазав веретено зельем и обманом заставив свою соперницу прикоснуться к нему, что погрузило молодую ведьму в глубокий сон. Волшебник, который нанёс на свои губы зелье Виггенвельда, оживил жертву поцелуем.       Грейнджер выглядела потрясённой.       — Но… но это же Спящая красавица! Как я раньше этого не замечала?       — Повтори?       — Ты не слышал о Спящей красавице? Это маггловская сказка. Существует множество различных версий, но обычно они рассказывают историю о девушке, которую прокляла злая ведьма, заставив спать в течение ста лет, пока не появился принц и, э-э… не поцеловал её, — она покраснела.       Драко старательно держал лицо.       — Значит, нам просто нужно найти эту Спящую красавицу. Кажется, это подходящее место, чтобы спрятать маховик.       — Она не была реальным человеком! Мы не можем просто найти…       — Магглы думают, что все их истории выдуманы. Кроме того, мы узнали об этой ведьме, Летиции, как бы то ни было, на занятиях профессора Бинса. Она есть на карточке из шоколадных лягушек.       Грейнджер разинула рот.       — Правда?       — Ты серьёзно не помнишь? Вероятно, ты была слишком занята спасением школы от нашествия нюхлеров, или что-то в этом роде, — редко выпадала возможность почувствовать интеллектуальное превосходство над Грейнджер, и Драко не смог удержаться.       Грейнджер потёрла виски обеими руками, как будто пыталась заставить это знание всплыть на поверхность, но вскоре сдалась.       — Ты можешь, пожалуйста, просто рассказать мне? — вздохнула она.       — С удовольствием. Из того, что я помню — а я помню не всё, заметь, я не ходячая энциклопедия, как ты, — Летиция была родственницей, может быть, сестрой женщины, которую она отравила, — твоей Спящей красавицы. Сестра собиралась выйти замуж за младшего сына одного из маггловских королей (не помню, какой по счёту это был Генрих) и стать герцогиней. Это было до принятия Статута о секретности, так что она получила бы большую власть, будучи замужем за членом маггловской королевской семьи. Полагаю, Летиция приревновала и опоила её этим зельем незадолго до их свадьбы. Но один волшебник — не думаю, что он на самом деле был принцем — догадался о противоядии. Он выпил его, а потом поцеловал дамочку. Теперь, когда я это говорю, это звучит как полная хрень. Он мог просто влить зелье ей в глотку, — Драко на мгновение замолчал, размышляя. — Там было что-то такое в этой сестре… Думаю, она была Провидицей. Это всё, что я помню.       Грейнджер выглядела раздражённой.       — Это больше, чем помнишь ты! — указал Драко.       — Нет, дело не в этом. Я пытаюсь вспомнить, отсутствовала ли я когда-нибудь на занятиях Бинса. Уверена, что я бы знала эту историю, если бы была там. Это было на седьмом курсе?       — Ты серьёзно? — какой невероятной всезнайкой она иногда была. Но он был немного взволнован осознанием того, что знал что-либо недоступное ей, так что, возможно, лучше не выказывать такого превосходства.       — Нет-нет, ты прав. Прости. Так что, нам придётся искать могилу Летиции? Или Спящей красавицы? Ты знаешь, где они умерли?       Он медленно покачал головой.       — Понятия не имею, — здесь его интеллектуальное преимущество закончилось.       Она присела на кровать рядом с ним.       — В этом нет никакого смысла. Снейп знает, как опасно было бы для нас искать их склепы. Почему бы ему просто не облегчить нам задачу?       — Потому что он садист.       Грейнджер неохотно встала на защиту Снейпа.       — На самом деле это не так. Он не стал бы рисковать тем, что нас могут поймать, этим он разрушил бы свои собственные планы. Должно быть, каким-то образом он уверен, что у нас уже есть ответ… — она внезапно замолчала.       — Ну? — поторопил Драко, когда она не продолжила.       — Погоди, откуда он узнал, что у меня будет экземпляр книги?       — Он знает тебя, Грейнджер. В курсе, что ты повсюду таскаешь все свои старые учебники. И, между прочим, он не ошибся.       — Нет, он… — она повернулась, чтобы посмотреть на него широко раскрытыми от волнения глазами. — Может он что-то увидел? В твоих воспоминаниях?       Драко задумался о том, что он раскрыл под легилименцией Снейпа.       — Думаю… может быть. Да, я показал ему, как мы планировали использовать Бузинную палочку, чтобы ты придумала заклинание, изменяющее маховик. Он мог видеть книги, которые мы взяли.       — Ладно! — она вскочила на ноги. — Итак… что ещё ты ему показал? Ответ должен быть там!       Драко неловко поёрзал. У него не было особого выбора, кроме как позволить Снейпу покопаться в его голове, но он не был готов предоставить Грейнджер такой же уровень доступа.       — Эм… немного о нашем плане и… о тебе. Показал, что я аврор. Я подумал, что если он увидит, что Министерство доверяет мне, возможно, тоже доверится.       — Что-нибудь… более конкретное?       — Там было довольно много интересного о поместье. Ему было бы легко спрятать маховик там, но Снейп вряд ли захочет, чтобы мы вернулись? Если бы тебя поймали, Сама-Знаешь-Кто всё узнал бы.       — Нет, конечно, нет, — Грейнджер поёжилась.       — А потом просто кое-что о нашей совместной работе. Миссия с Поттером и Уизли… — Драко замолчал, вызвав в памяти то, что он показал Снейпу, тот самый июльский день, когда он на спор с Уизли менее чем за две минуты оглушил почти двадцать ведьм-сепаратистов.       — О. Это в замке Кенилворт.

~

      Как оказалось, Грейнджер уже знала о его миссии в замке Кенилворт.       — Гарри мне всё рассказал.       Значит, она обсуждала его дерзкие подвиги. Это было интересно.       Они собирались покинуть гостиницу затемно, до пробуждения Даннов. Грейнджер оставила на их столе оставшиеся у неё галеоны вместе с благодарственной запиской.       — Ты же не думаешь, что у них будут неприятности из-за нас? — спросила она Драко, когда они вместе нырнули под мантию-невидимку.       — Мы могли бы стереть им память, — предложил он, но тут же пожалел об этом, увидев печаль, мелькнувшую на лице Грейнджер. — Забудь. В этом нет необходимости.       Они молча оглядели номер. Он не обсуждал с Грейнджер возможность возвращения сюда, и без того понимая, что смотрит на эти стены в последний раз. Чем дольше они оставались, тем большей опасности подвергались хозяева. В ближайшем времени Малфой и Грейнджер проникнут в Хогвартс — вломятся в гробницу Дамблдора —, и риск привести Пожирателей Смерти к порогу гостиницы был слишком высок. Драко подумал, что они, вероятно, не смогут почувствовать себя в безопасности до тех пор, пока не вернутся в своё время.       — Ты можешь аппарировать нас туда? Не знаю точно, как далеко отсюда находится замок, — спросила Грейнджер.       Драко подумал, что сейчас мог бы аппарировать через пол-Европы, если бы захотел. Бесконечное ожидание и прятки оставили ему мало возможностей для использования магии. Она гудела под его кожей, страстно желая, чтобы её пустили в ход.       Вместо ответа он взял Грейнджер за руку и аппарировал.       Они добрались до вершины холма, за которым Драко прятался в засаде вместе с Поттером и Уизли. Замок вырисовывался перед ними на фоне пурпурного неба раннего утра.       — Он огромен! И ты смог пролететь весь этот замок за две минуты? — Грейнджер выглядела впечатлённой.       — Мгм. А ещё я пользовался только Оглушающим, — сказал он, надеясь на большую похвалу, но она уже сняла плащ и направилась к главному входу. Он последовал за ней.       — Ты случайно не видел никаких склепов, пока был там, нет?       — К сожалению, нет.       — Ладно. Давай посмотрим, есть ли у них карта, — они подошли к маленькому туристическому киоску. Тот был закрыт — в конце концов, был выходной, не говоря уже о том, что едва рассвело, — поэтому Грейнджер быстро отперла его и придержала дверь открытой для Драко.       Внутри они обнаружили глянцевые печатные брошюры, аккуратно сложенные рядом с кассой. Драко подбросил шар света к потолку, пока Грейнджер листала одну из них.       — Я не вижу здесь гробниц! Может, её уничтожили?       Драко заглянул ей через плечо, чтобы прочитать написанное.       — Скорее всего, она под землей, так что нет. Думаю, нам просто придется поискать.       Позади них открылась дверь.       Драко и Грейнджер развернулись, выставив палочки перед собой. В открытом дверном проёме стоял мужчина-маггл примерно их возраста. Он явно торопился, судя по накинутому поверх пижамы плотному пальто. Какое-то мгновение они все просто смотрели друг на друга.       — Вам нельзя здесь находиться! — наконец сказал мужчина, в замешательстве глядя на их палочки. — Кто вы такие? — он замер, заметив светящийся шар.       — Мне жаль, Грейнджер. Если хочешь, это сделаю я, — Драко отвернулся от мужчины, чтобы посмотреть на неё.       — Но…       — Нет, мы должны. Он видел наши лица.       Сказанное отвлекло внимание мужчины от парящего света.       — Нет! Нет, пожалуйста… — он в панике попятился. — Я никому ничего не скажу.       — Петрификус тоталус! Ты пугаешь его, — укоризненно сказала Грейнджер, обездвиживая мужчину. — Он подумал, что ты собираешься его убить, — добавила она и обратилась к магглу. — Мы не причиним вам вреда.       — И ты думаешь, что обездвижив ты его не напугала? — Драко поднёс палочку ко лбу мужчины, не обращая внимания на ужас в его глазах. — Я сожалею, простите, — затем он сделал паузу и опустил древко. — Погоди-ка.       — Что ты делаешь? — спросила Грейнджер, заламывая руки. Явный страх этого человека очевидно оказывал на неё сильное воздействие.       — Тебе не кажется, что он выглядит... как книжный червь?       — Прости?       — У меня есть вопрос, — заговорил Драко, обращаясь к магглу. — Я собираюсь разморозить тебя, чтобы ты мог ответить, но ты не должен кричать. Моргни, если согласен.       Мужчина усиленно заморгал за толстыми стёклами своих очков.       — Превосходно, — Драко снял чары с верхней части тела мужчины. Тот нервно облизал губы, но не стал звать на помощь. Драко предположил, что причиной этого было отсутствие других людей в округе.       — Ты здесь работаешь?       — Д-да. Я управляющий, — хрипло ответил маггл.       — А чем занимается управляющий? — Драко старался, чтобы его голос звучал доброжелательно. Это была не та тактика, которой он обычно придерживался в допросах, и он подумал, что, возможно, промахнулся. Лицо мужчины выражало ещё больше страха, чем раньше.       — Реставрационные работы. Я… иногда провожу экскурсии. Пожалуйста, не делай мне больно!       — Прекрасно! Видишь, Грейнджер, я же говорил тебе, что он выглядит умным, — она бросила на него раздражённый взгляд, но поняла намёк.       — Как вас зовут? — мягко спросила она.       — Р-Роберт. Роберт Дейли.       — Приятно познакомиться. Я Гермиона Грейнджер, а это Драко Малфой, — Драко издал стон. — Вы знаете, где находятся склепы, Роберт? — продолжала она, игнорируя звуки.       — Ну… — Роберт сдвинул очки ещё выше на нос. — На самом деле, это занятный вопрос, потому что среди историков ведутся некоторые дебаты…       Драко оборвал его:       — Нет времени на урок истории. Мы ищем женщину, которая была похоронена здесь в пятнадцатом веке.       Грейнджер высказала предположение, что ведьма, которая пыталась кого-то убить, скорее всего не заслужила бы упокоения в замковом склепе, поэтому они решили сосредоточить свои поиски на сестре.       — Она была помолвлена с герцогом. Возможно, была немного… странной.       — В каком смысле странной? — спросил Роберт, почти забыв о своем страхе перед лицом исторической загадки.       — Странной в таком роде, — он нетерпеливо указал на всё ещё обездвиженные ноги мужчины. — Вероятно, она могла делать то, чего не могли другие. Возможно, видела будущее.       — Вы имеете в виду Элеонору Кобэм? Она погрузилась в глубокий сон, который длился несколько дней. Когда она проснулась, то заявила, что у неё было видение о будущей смерти короля. Тот чуть не убил её за это.       Звучало знакомо.       — Да, возможно.       — О… — мужчина задумался. — Ну, она была заключена в тюрьму на некоторое время после того, как её признали виновной в колдовстве, — он побледнел, осознав о чём говорит. — Вы же не хотите сказать, что… она могла быть…?       — Её могила, Роберт. Где она?       — Я… я не знаю! Здесь множество безымянных могил, возможно, она одна из них.       — Отведи нас к ним, — Драко освободил ноги мужчины, но продолжал угрожающе целиться палочкой ему в голову. — И не утруждай себя какими-либо попытками сбежать.       Роберт повёл их в разрушенную часть замка. Шар света покачивался над головой, отбрасывая тени, которые сопровождали их спуск под землю. Мужчина-маггл дважды чуть не споткнулся, вытягивая шею, чтобы поглазеть на свет.       Он провёл их через огороженную верёвкой секцию в узкий проход. Под землей было очень холодно, и Драко слегка поёжился в своем маггловском пальто. Наконец, они добрались до небольшого зала. Колонны поддерживали высокий сводчатый потолок. Вокруг стен небольшие выступы отмечали остатки древних гробниц. Лишь немногие из них сохранились нетронутыми.       Грейнджер поспешила к ближайшей могиле. Небольшой склеп без опознавательных знаков, вырезанный в камне. Она постучала палочкой по его поверхности, но ничего не произошло.       — Может, нам стоит взглянуть? — спросил её Драко.       — Вы… вы же не собираетесь их вскрыть? — в ужасе воскликнул Роберт. Они проигнорировали его.       — Я бы предпочла не беспокоить их, но, возможно, это наш единственный выход, — она подошла к следующей могиле.       На поверхности было что-то вырезано.       — Что это? — спросила она Роберта.       Он подошел к ним поближе, чтобы посмотреть.       — Мы считаем, что это лилия. Там были слова, но их уже не разобрать.       Грейнджер ахнула.       — Лилия! Измельчённый в порошок корень асфоделя, который относится к семейству лилейных. И… и Лили Поттер, Патронус Снейпа. Должно быть, это она.       Драко постучал палочкой по камню, и стёртые буквы взлетели с надгробия в воздух, где замерцали, прежде чем перестроиться в современный английский. Роберт в шоке отскочил назад.       Здесь покоится Элеонора, самая могущественная ведьма и провидица. Теперь её сон вечен. Её смерть не останется безнаказанной.       — Не хотел бы я быть на месте Летиции после пробуждения Элеоноры, — пробормотал Драко. — Открывай. Я подстрахую на случай, если всплывёт что-нибудь неприятное.       Несмотря на протесты Роберта, Грейнджер пробормотала: «Вингардиум Левиоса». Со скрежещущим звуком тяжёлая каменная крышка поднялась в воздух.       Ничего, кроме пыли, не появилось, и Драко заглянул внутрь. Ещё больше пыли и тёмных фрагментов костей — вот и всё, что осталось от Элеоноры Кобэм. Но что-то блестело золотом среди останков. Драко левитировал маховик из гробницы. Тот отличался от тех, которые он видел раньше, будучи более изысканным. Круглый, с искусно выгравированными десятками крошечных звездочек, он свисал с длинной золотой цепочки, которую Драко изящно подхватил в воздухе.       Грейнджер, казалось, чуть не упала в обморок от облегчения, когда запечатала гробницу.       — Ладно. Куда теперь? Мне нужно какое-нибудь тихое место, чтобы поработать несколько дней.       — На территории замка есть коттедж? Может быть, сторожка? Что-нибудь не полностью разрушенное? — спросил Драко у маггловского историка.       При виде их вопиющего ограбления могилы страх Роберта начал пересиливать его профессиональное любопытство. Он ничего не сказал, поэтому Драко снова направил свою палочку на мужчину, чтобы подбодрить его.       — Да! Да, там есть сторожка.       — Ведите, пожалуйста.       — Ты хочешь остаться здесь? — запротестовала Грейнджер, когда они выходили из склепа. — Мы не можем просто жить в замке…       — Почему нет? В том, чтобы остановиться здесь, есть свои преимущества. Во-первых, его легко защищать. В этом весь смысл замка. Мы просто будем придерживаться огороженных участков.       — Очевидно, тебя это не остановило.       О, хорошо. Они вернулись к восхвалению его одиночного штурма замка.       — Что ж, это правда, но большинство обитателей не такие могущественные, как я, не говоря уже об их сообразительности…       Она демонстративно пошла впереди него.       Роберт отвел их в большую сторожку у ворот непосредственно за пределами замка. Нервничая, он вернулся к своей роли экскурсовода, указывая на фрагменты архитектуры, мимо которых они проходили. Грейнджер, естественно, слушала с неподдельным интересом.       Небольшая лестничная площадка наверху вела в две одинаковые комнаты с оригинальной мебелью и плакатами на стенах, подробно рассказывающими об истории этого места. Помещение явно было частью выставки и, конечно же, не предназначалось для того, чтобы там кто-то останавливался, но Драко не был слишком разборчив.       — Это прекрасно подойдет, спасибо, Роберт, — он повернулся к Грейнджер. — Это сделать мне или ты сама?       — Лучше я, — вздохнула она. — У меня получается лучше, — быстро, прежде чем Роберт успел запротестовать, она бросила в него Обливиэйт.       Когда она была уверена, что стёрла все воспоминания об этом утре, Драко применил к мужчине Империус и отправил его обратно в постель. Теперь он даже не заметит, что выходил из своего дома.       Когда они остались одни, Грейнджер сразу же заняла одну из спален.       — Теперь мне нужно поработать. Пожалуйста, не мешай, — она захлопнула дверь у него перед носом.       Драко принялся накладывать защитные чары. Час спустя, окончив свою работу, он создал непроницаемую преграду вокруг их жилища.       Магглы и работники замка увидели бы вывеску «на реконструкции» перед воротами и внезапно потеряли бы интерес к экспозиции.       Он направился во вторую спальню и плюхнулся на неудобный матрас шестнадцатого века. Теперь всё, что ему нужно было сделать, это обеспечить Грейнджер питанием и безопасностью, пока она работала над заклинанием, которое заставило бы маховик отправить их в будущее.       А потом, вспомнил он, им придется вскрыть ещё одну могилу. Дамблдора.

~

      Грейнджер сидела в своей комнате, выходя только для того, чтобы воспользоваться туалетом на первом этаже и съесть еду, которую Драко украл в соседнем пабе.       Поскольку Драко ничего не оставалось делать, кроме как ждать, он обнаружил, что впадает в анабиоз. Он мог часами думать о Грейнджер и скучать по её обществу, а потом удивляться, почему не может прекратить это, и в этот момент его разум предлагал ему некоторые очень неудобные выводы, которые он не был готов проверить. Затем он закрывался окклюменцией до тех пор, пока мысли о ней не прорывались наружу, и цикл начинался заново.       Через несколько дней их пребывания замок вновь открылся для посетителей, так как каникулы закончились. Повсюду слонялись магглы, и Драко больше не чувствовал себя в безопасности, достаточной для полётов на метле по территории замка, даже под Дезиллюминационным. Поэтому он чуть не застонал от облегчения, когда Грейнджер постучала в его дверь вскоре после полуночи восьмого января.       На ней была пижама, которую она купила в Эксетере, а волосы были собраны в пучок.       Это напомнило ему, как она заснула на своем столе в Комнате времени из-за полного изнеможения.       — Можно мне войти? — неуверенно спросила она, и он понял, что пялится. Дождавшись разрешения Грейнджер прошла и села в углу.       — Я очень устала.       — Это… неудивительно. Когда ты в последний раз спала?       — Не имеет значения, — она потёрла глаза. — Я разобралась.       — Серьёзно?       — Да. Я сняла защитные заклинания, ограничивающие шаг маховика. Прямо сейчас, думаю, я могла бы вернуть нас на годы назад, если бы мы захотели. А что касается заклинания, позволяющего перенести нас в будущее… на самом деле это довольно просто, — ему было трудно в это поверить, учитывая, что она провела бессонную неделю, работая над этим. — Это не столько заклинание сколько… уравнение. Мне придётся научить тебя, но это будет нетрудно. Ты просто как бы… держишь его в голове и стучишь по маховику Бузинной палочкой.       — Уравнение?       — Когда я создавала оригинальный маховик, помнишь, как я сказала, что это просто арифмантика? Он понимает, что такое время, тебе просто нужно дать ему формулу, которая приведёт к определенной точке. Этот маховик был создан так, чтобы возвращать на час назад при каждом вращении. Я просто задам ему новую формулу, которой нужно следовать.       Драко решил, что он понял.       — Итак, когда мы должны провести этот урок математики? Ты хочешь начать прямо сейчас? Мы можем отправиться в Хогвартс сегодня вечером.       — Сначала мне нужно поспать. Я занималась этим несколько дней, и теперь просто не могу… Мой разум, он просто не останавливается. Я подумала, может… — она замолчала, выглядя смущённой.       — Что? — тихо спросил он.       — Хотела спросить, если… если ты не возражаешь, могу я остаться здесь на ночь? — брови Драко взлетели вверх, и она в спешке продолжила: — Только потому, что я не могу заснуть и… и я надеялась, что ты, возможно, захочешь… научить меня окклюменции, — она выглядела ужасно смущённой.       Ох. Он не смог сдержать лёгкой улыбки.       — Мне кое-кто говорил, что это не самый здоровый способ успокоить мысли.       — Ладно, неважно, я… — она покраснела и поднялась, чтобы уйти.       — Конечно, я помогу. Залезай, — он откинул одеяло, и она забралась в кровать, всё ещё смущённая. Он присоединился к ней и взмахнул палочкой, чтобы погасить свет. Они лежали очень тихо рядом друг с другом, и Драко понял, что у него нет лишней подушки, которую можно было бы втиснуть между ними на маленькой кровати. Это было прекрасно: он всё контролировал.       — Хорошо, — сказал он в наступившей тишине. — Что сейчас испытывает твой разум?       — На что это похоже? Я не…       — Просто опиши. Здесь нет правильного ответа.       Она молчала, и он практически слышал, как крутятся шестерёнки в её голове.       — Он ощущается… перегруженным. Переполненным. В моей голове столько мыслей, что я даже не успеваю осознать одну, как уже появляется новая.       — Ты можешь это визуализировать?       — Да.       — Отлично. Теперь я хочу, чтобы ты представила коробку. Она может выглядеть так, как тебе захочется. Моя… сделана из стали. Она большая с тяжёлой крышкой, — это было удивительно интимно — делиться с ней такими подробностями.       — Ладно.       — Ты можешь открыть крышку, но не сможешь заглянуть внутрь. Как только что-то исчезает в коробке, оно исчезает до тех пор, пока ты сама не захочешь это достать.       — Ладно, — повторила она.       — Ухватись за мысль. Самую яркую. Что это?       Когда она промолчала, он продолжил:       — Всё в порядке, ты не обязана мне говорить. Я хочу, чтобы ты положила её в коробку.       — Как?       — Сосредоточься на моём голосе. Представь свой ящик и слушай мой голос. Тебе это больше не нужно. Выброси эту мысль из головы.       Некоторое время она молчала.       — Получилось.       — Отлично. Теперь продолжай пока твоя голова не опустеет и не останется только коробка. По одной за раз. Держи крышку закрытой.       Он прислушивался к её тихому дыханию минуту, потом две. Когда она заговорила снова, в её голосе уже не было напряжения.       — Ты сам этому научился?       — Нет. Меня научила Беллатриса, — она пошевелилась, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него в темноте, но он остановил её.       — Положи её в коробку.       — Я не могу…       — Сделай это, Грейнджер. Заставь её, — он сказал это твердо, тоном призывая подчиниться. Если бы она задержалась, чтобы обдумать это, её мысли начали бы подниматься обратно.       Она сглотнула, но вскоре дыхание нормализовалось.       — Как ты себя сейчас чувствуешь? — спросил он, убедившись, что у неё получилось.       — Я чувствую себя… пустой, — голос звучал потерянно.       Он считал её медленные вдохи, ожидая, когда она снова заговорит. Когда он досчитал до двадцати, то посмотрел на неё. Она спала.

~

      Грейнджер оказалась права. Заклинание — уравнение — было простым. Просто задачка по арифмантике. Она с тревогой наблюдала, как он запоминает, затем заставила его написать формулу сорок раз, пока не убедилась, что он не забудет.       Остаток дня они отдыхали, ели и почти не разговаривали. С наступлением ночи они аппарировали в Лютный переулок.