Глава семнадцатая

      Их план был одновременно простым и пугающе сложным.       Они воспользуются Исчезательным шкафом в «Горбине и Берксе» и выйдут из его двойника в Выручай-комнате в Хогвартсе. Таким образом, они окажутся в школе, избежав встреч с Пожирателями Смерти — включая юную версию Драко — и проберутся к озеру. Откроют Гробницу Дамблдора — ни Грейнджер, ни Драко не смогли произнести эту часть вслух — и используют Бузинную палочку, чтобы изменить маховик, используя заклинание, разработанное Грейнджер. Затем вернут Бузинную палочку на место её упокоения и отправятся домой.       Дом. Он подумает об этом позже.       Сейчас он сосредоточился на том, чтобы доставить их к Исчезательному шкафу. Они вошли в «Горбин и Беркс» под мантией-невидимкой и пробрались по узким проходам с товарами, стараясь ничего не опрокинуть. В магазине было типично тихо, но Драко подозревал, что Горбин прячется где-то поблизости.       Шкаф стоял в задней части магазина, как и помнил Драко. Он провёл два ужасных семестра, восстанавливая связь между шкафами-близнецами, всё это время опасаясь за жизнь своей семьи, и за этим последовала ещё более ужасная ночь, когда Тёмная метка засветилась зелёным в небе над Хогвартсом. Дверь скрипит, — вспомнил он и заглушил звук, прежде чем придержать дверцу для Грейнджер.       Драко втиснулся за ней в узкое пространство. Всё, что требовалось, это закрыть дверь, и…       Они были в Хогвартсе. Драко почувствовал перемену, почти незаметный сдвиг в энергии вокруг них. Грейнджер улыбнулась.       Он осторожно снова открыл шкаф и выглянул наружу. В Выручай-комнате было так же темно и так же тихо, как и в лавке тёмных артефактов. Вместе они осторожно пробирались через бесконечные груды хлама к выходу. Забытые предметы всех размеров и видов были сложены невероятно высокими штабелями в огромном зале. Драко молча умолял комнату позволить им добраться до двери незамеченными.       Должно быть, это сработало, потому что ни один предмет не упал, когда они проходили мимо. Добравшись до двери, Драко остановил Грейнджер.       — Вот и всё. Не останавливайся, что бы ни увидела. Если мы разделимся, встретимся в лесу за хижиной Хагрида, — он хотел бы сказать больше, предупредить её об ужасах, которые Пожиратели Смерти творили в школе в тот год. Кэрроу, возможно, прямо сейчас пытают студентов в Большом зале. Кошмарные вещи могли происходить с её бывшими одноклассниками, её друзьями. Но она уже знала об этом.       Она кивнула, достала из сумки маховик и протянула ему.       — Делай всё, что потребуется, чтобы добраться до Бузинной палочки.       — Нам нужно выйти незамеченными. Если снаружи никого нет, выпусти нас, — Драко повернулся лицом к выходу и в последний раз попросил помощи у Комнаты забытых вещей.       Дверь распахнулась, и повисла тишина.       Они молча двинулись по коридору седьмого этажа. По мере приближения к общежитиям Рэйвенкло коридоры начали заполняться студентами, идущими группами по трое и четверо. Драко прижал Грейнджер к стене, чтобы избежать встречи с проходящим мимо второкурсником.       Он узнавал большинство лиц, проходивших мимо, многие из них были однокурсниками, с которыми он никогда не разговаривал, разве что кидался язвительными замечаниями. Теперь они казались такими юными. И испуганными. Ужин, должно быть, подходил к концу, и Драко понял, что студенты спешили обратно в безопасность своих гостиных. Некоторые из них бежали, держа за руки своих друзей, чтобы чувствовать себя спокойнее.       До него с неожиданной ясностью дошло, насколько абсурдным и жестоким было происходящее. Пожиратели Смерти в Хогвартсе. Война, которая началась и закончилась в школе. Учеников с одиннадцати лет заставляли сражаться, использовали как пешек Волдеморт и сам Дамблдор. — Мы были детьми! — сказал Поттер, когда Драко лежал на больничной койке в Святого Мунго. Только сейчас он понял, насколько верным было это замечание.       А Драко — был ли у него на самом деле выбор? Да, — автоматически ответил он. Конечно, был. Но, глядя на лица студентов вокруг — таких юных, слишком юных для всего этого, — он опешил.       — Еще четыре месяца, — мысленно пообещал он проходящим мимо студентам. Все это закончится через четыре месяца. Для некоторых из них это было непозволительно долго.       Они миновали гостиную Когтеврана и поспешили вниз по ряду движущихся лестниц, пока не достигли первого этажа. Так близко к Большому залу, студенты были повсюду. Грейнджер заметила кого-то у входа в замок и застыла от удивления.       Драко проследил за её взглядом и чуть не фыркнул. Младшая Уизли стояла, скрестив руки на груди, и свысока смотрела на директора Снейпа. Она была намного ниже его ростом, поэтому этот маневр требовал неудобного на вид наклона её подбородка. Каким то образом ей действительно удалось выглядеть устрашающе. Драко отложил это воспоминание, чтобы рассказать ей позже.       Толпа гриффиндорцев окружила их с Грейнджер, и в суматохе они чуть не разделились. Драко наконец удалось выбраться, но не раньше, чем он задел локтем книгу в руках пятикурсника. Она упала на пол, и студент в замешательстве огляделся.       — Что это было?       — Что было что? — спросила другая студентка.       — Думаю, что меня только что что-то задело.       — Наверное, просто Пивз.       Драко потащил Грейнджер подальше от входа в замок. Не было никакого способа пройти через массивные двери незамеченным, и в любом случае Пожиратели наверняка стояли с другой стороны. Пара двигалась так быстро, как только могла под слишком короткой мантией мимо пустых классов и кладовок, направляясь к боковому выходу.       Они прошли по увешанному гобеленами коридору, не заметив ни одного портрета, и выскользнули через маленькую дверь во внутренний двор. Каменная площадка представляла собой прямоугольное открытое пространство, по бокам шёл переход. В дальнем конце двора крытая галерея соединялась с виадуком — извилистой дорожкой из тысячи каменных ступеней, которая возвышалась над скалами внизу.       Когда они вошли в тёмный двор, Драко позволил себе вздохнуть с облегчением. Тёплая неделя растопила снег на территории, не оставив ничего, что могло бы скрипеть под ногами и сохранить их следы. Вместо этого от влажного камня поднимался туман и окутывал их колени, клубясь, когда они проходили сквозь него. Слева от них двое Пожирателей Смерти стояли на страже у огромных деревянных дверей.       Он двинулся вместе с Грейнджер в темноту крытой галереи.       Скоро между ними и могилой Дамблдора не останется ничего, кроме открытого пространства, и Драко боролся с отчаянным желанием сбросить мантию и помчаться наперегонки с Грейнджер вниз по ступеням. Он вытащил из кармана маховик и крепко сжал его в руке. Минуты… ещё несколько минут. Его бешено колотящееся сердце отсчитывало секунды.       Добравшись до дальнего конца двора, они замерли, прислушиваясь к безошибочно узнаваемому звуку шагов по каменной лестнице. Шаги стали громче, и он замер, напрягая всё тело как тетиву лука, пока, наконец, туман не расступился, явив студента Хогвартса, окруженного тремя Пожирателями. Это не Пожиратели Смерти, — понял Драко, вглядываясь сквозь туман и тусклый лунный свет. Егеря. Когда группа подошла ближе, Драко с ужасом узнал одного из них: Скабиор. Это он поймал Грейнджер и Поттера и притащил их в Малфой Мэнор, это он передал её Беллатрисе.       Он почувствовал, как Грейнджер ощутимо напряглась, и у него мелькнула дикая мысль убить этого человека прямо сейчас, чтобы с ней никогда ничего не случилось. В конце концов, её младшее «я» успешно скрывалось несколько месяцев. Он мог спасти её…       — Как думаешь, мы получим награду за то, что поймали этого после комендантского часа? — спросил один из егерей, когда голоса стали слышны.       — Сомневаюсь, что он дорогого стоит, — ответил Скабиор, целясь ногой в голень их пленника. Это был гриффиндорец, судя по мантии, но его голова была опущена. Кем бы он ни был, он даже не вздрогнул от боли.       — Думаешь, стоит вести к Снейпу? Или сразу к Кэрроу?       Студент поднял глаза, и Грейнджер втянула воздух, когда лунный свет упал на его лицо. Это был Невилл Лонгботтом, из рассечённой губы которого текла кровь. В его руках не было палочки, но он не выглядел испуганным, когда яростно уставился на егерей. Один из них толкнул его сзади, заставив споткнуться, но Невилл только повернул голову и сплюнул кровь под ноги мужчине.       Драко потянул Грейнджер за собой, огибая группу, чтобы обойти их у начала лестницы.       Когда они проходили рядом с Лонгботтомом, он почувствовал, как все её тело напряглось, почти вибрируя от желания помочь.       Он выживет, — яростно подумал Драко, глядя на неё, как будто она могла услышать его мысли. — Ему не нужна наша помощь.       — Студент не в постели и нарушает комендантский час? Думаю, директор поймёт, если мы возьмём дело в свои руки. Преподадим ему урок сами, — Скабиор двинулся на Лонгботтома, его жестокая ухмылка обнажила гнилые зубы.       Гриффиндорец ничего не сказал, просто подождал, пока егерь окажется в пределах досягаемости, затем схватил мужчину и сильно ударил его головой. Скабиор отшатнулся, и Невилл выхватил палочку из его руки.       Драко и Гермиона почти отошли от группы, когда прозвучало первое проклятие. Один из егерей бросил в студента Круцио — Драко поморщился — но Лонгботтом ловко отразил его. Он ответил криком: «Экспеллиармус!» — и красная вспышка метнулась в сторону Скабиора. Он заблокировал его как раз вовремя, и оно отскочило.       Драко предвидел это. Он взмахнул палочкой, чтобы наложить бессловесное блокирующее заклинание, но отражённое заклинание Лонгботтома скользнуло под его рукой прежде, чем щит успел материализоваться. Оно ударило его прямо в грудь.       Драко ничего не мог поделать, кроме как в ужасе наблюдать, как волшебная палочка вылетела из его руки по изящной дуге. Все повернулись, чтобы посмотреть, как она упала и покатилась, останавливаясь на каменной плите в десяти метрах от них.       Лонгботтом пришёл в себя первым. Он посмотрел на то место, где под мантией всё ещё стояли Драко и Грейнджер, и в каждой чёрточке его лица читалась надежда.       — Гарри? — его голос дрогнул.       До егерей дошло.       — СТУПЕФАЙ! — взревел один из них, вслепую указывая палочкой на пустой участок воздуха рядом с головой Грейнджер. Она вскинула щит, когда за ним последовали петрификусы.       Это был бесконечный залп заклинаний, обрушивающийся на них со стороны трёх егерей. Двор был освещён искрами, когда они рикошетили от камней и Протего Грейнджер. Лонгботтом, который стоял между ними и мужчинами, упал на землю. Драко услышал как взорвались несколько Бомбард, но, по крайней мере, егеря знали, что лучше не стрелять Убивающим.       Щит Грейнджер таял. Она в отчаянии посмотрела на него.       — Я не могу — он не выдержит! — пока она говорила, барьер пробил Петрификус, и они оба дёрнулись, чтобы избежать его.       — Дай мне свою палочку! — настойчиво сказал он. Не дожидаясь ответа, он накрыл своей рукой её руку, и она отпустила оружие. Он наколдовал Протего Максима её палочкой и стянул мантию с их плеч. Она приземлилась на землю с мягким шелестом.       — Стой! — властно скомандовал Драко. Грейнджер вздрогнула, когда последний Круциатус безвредно соскользнул с гаснущего щита перед ними. Егеря замолчали, когда, наконец, осознали, что перед ними материализовался Драко Малфой, а не Гарри Поттер.       Драко притянул Грейнджер к себе и обхватил одной рукой её грудь, удерживая как заложницу. Прости меня, — подумал он и приставил её собственную палочку к её горлу. Она замерла.       — Это пацан Малфоя, — удивленно сказал один из них. — Кто там у тебя? И откуда ты взялся? — все трое, прищурившись, смотрели на них сквозь туман и темноту.       — Я поймал грязнокровку Поттера. Немедленно опустите палочки, — Грейнджер издала тихий протестующий звук, и он ткнул её палочкой в мягкое место под челюстью. Выгляди испуганной, ты, идиотка. Сможешь наорать на меня позже. Она слегка заскулила от боли.       На земле между ними Лонгботтом застонал от ужаса. Он снова потерял палочку и, казалось, не мог стоять.       Егеря палочки не опустили. Скабиор шагнул ближе, и Драко попятился. Тёмный вечер и густой туман не смогли бы скрыть изменений, произошедших за двенадцать лет, если бы они подошли слишком близко.       — Похожа на неё, — сказал Скабиор. — Но что ты здесь делаешь? Минуту назад ты был невидим.       — Не твоё дело, — выплюнул Драко. — Возвращайтесь в лес. Ты же не хочешь быть здесь, когда прибудет Тёмный Лорд. Или, возможно, мне следует рассказать ему, как из-за тебя её чуть не убили? — Грейнджер теперь трясло не на шутку. Он сжал её крепче, вдавливая слова ободрения ей в кожу.       Ближайший из егерей теперь хорошо разглядел Грейнджер. Он непристойно ухмыльнулся ей сквозь жёлтые зубы.       — Грязнокровка выглядит даже лучше, чем на фотографии. Стоит ли нам попробовать её, прежде чем сюда доберётся Тёмный Лорд?       Драко сжал челюсти.       Жадность Скабиора взяла верх. Он держал свою палочку направленной на Грейнджер.       — Вызови его. Вызывай Тёмного Лорда, — он кивком указал на левую руку Драко. — Она была на территории. Кто скажет, что мы не помогли? Того, кто её сдаст, ждёт здоровый мешок галеонов. Не похоже, что тебе он нужен.       Драко скорее умер бы, чем позволил этому случиться.       Он посмотрел на ухмыляющегося ублюдка.       — Насчет попробовать… — он схватил Грейнджер за волосы — совсем не так, как он себе представлял, — и сильно дернул её голову в сторону. Он опустил голову к её обнаженному горлу и медленно провел языком по шее к уху. — Я вызову его, когда закончу с ней, — она издала тихий звук и задрожала в его объятиях.       Один из егерей издал одобрительный звук и, наконец, опустил палочку. Он посмотрел на своих товарищей.       — Часок не навредит, не так ли? Она никуда не денется.       При этих словах Лонгботтом, который пытался подползти по брусчатке к своей оброненной палочке, издал тихое «нет!».       Все трое мужчин повернулись на звук, и Драко нанес удар.       Он с силой толкнул Грейнджер на землю и быстро оглушил их. Они попадали как камни, рухнув там же, где стояли секунду назад. Он поднял Грейнджер на ноги и обнял за плечи, пробегая глазами по её лицу и телу, проверяя, нет ли травм. Она вырвалась из его хватки, смотря на него широко раскрытыми глазами.       — Мы должны поторопиться, кто-нибудь мог услышать, — он убрал от неё руки, мгновенно ощутив ужасное раскаяние. — Ты можешь ударить меня позже, клянусь; я даже покажу тебе, как сделать так, чтобы было больно. Но сейчас мы должны стереть им память. Если только ты не позволишь мне убить их?       Это вывело её из оцепенения.       Она взяла свою палочку, и Драко подошёл к тому месту, куда упала его собственная. Его пальцы как раз сомкнулись на ней, когда он услышал:       — Нет, Невилл!       Второе обезоруживающее заклинание прилетело в спину, и палочка снова отлетела в сторону. Он раздражённо повернулся.       — Серьёзно, Лонгботтом?       Грейнджер встала между ними, подняв руки, как щит. Она начала очень быстро говорить с Лонгботтомом, который явно не понимал ничего из её слов.       Драко добрался до повторно утерянной палочки, после чего направился к ним.       — Отойди от него, Гермиона! — голос Лонгботтома дрожал, — Отойди нахрен! — он посмотрел на Драко с ужасом и отвращением. — Больной ублюдок! Я тебя убью!       — Всё не так! Он всего лишь пытался помочь…       — О чем ты говоришь? — в глазах Лонгботтома заблестели слёзы, когда он посмотрел на Грейнджер. — Это же Малфой! Он сказал, что собирается…       — Всё в порядке. Ему не нужно объяснять, — Драко подошел к Грейнджер и легонько коснулся её руки.       — Нет! — яростно сказала она. — Не в порядке! Ты бы никогда…       — Обливиэйт, — Лонгботтом замер, когда заклинание Драко угодило в него. Он забрал его воспоминания, позволяя им уплыть прочь. Он никогда не видел их. Он дрался с егерями, и они оглушили его. Скоро он очнётся на лужайке и вернётся в замок.       Грейнджер работала над остальными, когда он закончил. Слёзы текли из её глаз, когда она отправила Обливиэйт в последнего волшебника.       — Ты должен был дать мне объяснить, — с горечью сказала она.       — Ты не смогла бы переубедить его. Неважно, что он думает обо мне — мы в любом случае стёрли бы ему память.       — Важно, — прошептала она, и еще одна слезинка скатилась по её щеке.       Драко с трудом сглотнул и подошёл к тому месту, где бросил мантию. Он поднял её и осмотрел, с облегчением обнаружив, что никаких повреждений нет. Но маховик — где он? Должно быть, он уронил его во время драки.       Рядом с ним появилась Грейнджер, вытирая щеки. Она заметила что-то на земле у ступеней и подошла, чтобы поднять это.       — О, нет.       Золотые песочные часы теперь представляли собой просто искорёженный кусок металла и разбитое стекло.       Она что-то говорила, но он не мог расслышать ни слова из-за шума в ушах. Что теперь? Это был их единственный вариант вернуться, их единственный шанс, а он его просрал. Что-то, вероятно бомбарда, уничтожило маховик, когда он лежал на камнях у его ног.       — Малфой! — она потрясла его за руку. — Кто-то идёт! — Грейнджер смотрела на выход во внутренний двор.       Он позволил ей увлечь себя по каменным плитам вниз. Они мчались по лестнице, пока не достигли лесной местности. Грейнджер вывела его из замка.       — Не думаю, что кто-то последовал за нами. Могила прямо там, смотри! — она указала за деревья.       — Грейнджер, он сломан. В этом нет смысла.       — Бузинная палочка может это исправить.       — Никакая палочка не справится. Заклинание разрушено, — это было правдой. Теперь маховик был просто куском золота и битым стеклом, вся магия исчезла.       — Я видела, как это происходит. Гарри использовал её, чтобы починить свою палочку сразу после битвы за Хогвартс. Просто используй Репаро, всё будет хорошо, — в её голосе звучала решимость, и Драко задался вопросом, действительно ли она в это верила или просто не могла смириться с произошедшим.       Так или иначе, он оцепенело последовал за ней к белой могиле.       Гробница была на краю озера, в уединённом кругу деревьев. Они шли тихо, мрачно склонив головы. Драко никогда не видел места последнего упокоения Дамблдора. Он вообще избегал озера в течение своего последнего года в Хогвартсе и с тех пор туда не возвращался.       Вместе они преклонили колени перед белым камнем. Грейнджер благоговейно положила руку на гранитную поверхность, затем посмотрела на него.       — Думаю, ты должен это сделать.       — Ты уверена? — когда она кивнула, он продолжил: — Ладно. Возьми мантию.       — Нет. Я спрячусь в лесу и буду наблюдать. Ты наденешь её.       Драко не стал спорить. Он проследил, как она скользнула в лес, растворяясь среди деревьев, затем повернулся обратно к могиле перед ним. Он крепко сжал палочку, глубоко вздохнул и левитировал каменную крышку.       Его второе разорение могилы за неделю. Как и в прошлый раз, камень заскрипел и заскрежетал, отодвигаясь в сторону, открывая содержимое гробницы. Только сейчас внутри не было никаких пыльных останков. Вместо этого он посмотрел на волшебным образом сохранившееся лицо Альбуса Дамблдора.       Он выглядел точно так же, как в ту ночь, когда умер. Той ночью, когда он отдал свою жизнь, чтобы Драко не пришлось её забирать.       Драко подумал, что он выглядит не совсем умиротворенным. Его морщинистое лицо было суровым, глаза закрыты, скрывая огонёк, который он приберегал для студентов, не похожих на Драко. Даже после смерти Дамблдор выглядел разочарованным в нём.       Он обнаружил, что не может взять палочку, не предложив что-то взамен.       — Мне жаль, профессор, — прошептал он. — Я бы всё отдал, чтобы отмотать время обратно. Знаю, что не заслужил вашего милосердия.       Холодное, неподвижное тело никак не отреагировало, и он горько рассмеялся.       — Вы спасли мою жизнь — мою душу, и ради чего? Чтобы я в конечном итоге всё равно вернулся сюда? Неудивительно, что вы разочарованы.       Ледяной бриз затих вдоль берега озера, и Драко на мгновение почувствовал, что стало теплее. Он проглотил комок в горле.       — Я пытаюсь всё исправить. Вы должны знать. Я ничего не могу изменить, но я знаю, что ещё не слишком поздно попытаться стать лучше. Если не для себя, то для неё, — он выдохнул, напряжение спало с плеч, когда он посмотрел сверху вниз на своего бывшего директора. — Я сказал ей, что не хочу искупления, но… может быть, хочу, и вот как я это понимаю. Если я смогу сделать хотя бы одно хорошее дело, которое перевесит плохое, — если я просто смогу вернуть её домой, тогда всё это в какой-то мере будет стоить того. Может, она простит меня. И я смогу простить себя.       На задворках его сознания промелькнула мысль — Гермиона в лесу и ждёт его. Они и так пробыли здесь слишком долго.       — Я прошу прощения за это, но мне нужно одолжить вашу палочку.       Он колебался, почти надеясь, что ему каким-то образом дадут разрешение, но тело Дамблдора оставалось неизменным, поскольку лежало в своей белой гробнице совершенно мёртвое. Драко сунул руку в могилу и осторожно высвободил Бузинную палочку из сложенных рук Дамблдора.       В тот момент, когда он прикоснулся к ней, он понял, что это не сработает.       Бузинная палочка ощущалась прохладной в его руках. С кончика не сорвалось ни искры. Ответный трепет магии не пробежал по его руке в знак узнавания. Это было всё равно, что держать в руках чужую палочку. Она ему не принадлежала.       Он всё равно попробовал.       — Репаро! — маховик слегка дёрнулся и замер. — Репаро! — он выкатился из его руки и приземлился на землю, сломанный и бесполезный.       Он оглушил Лонгботтома. Она должна была стать его обратно. Отчаявшись, Драко попробовал заклинание, которое Грейнджер показала ему. Он вызвал уравнение на передний план своего сознания и постучал по маленькому кусочку витого золота Старшей палочкой. Он подавил нарастающую панику окклюменцией, и сосредоточился. Работай, блять.       Ничего не произошло.       Им нужен новый план.       Он вывезет их из Британии. Они отправились бы во Францию, Бельгию, Испанию, куда угодно. Через четыре месяца Волдеморт был бы мёртв, и они могли бы… могли бы — что? Он не знал.       Он вложил Бузинную палочку обратно в холодные руки Дамблдора, а затем левитировал крышку на место.       — Это… сработало?       Он повернулся и увидел Грейнджер, выходящую из-за деревьев. Надежда на её лице просто уничтожила его. Как он мог сказать ей, что всё кончено? Он откинул капюшон мантии и шагнул к ней.       — Что… — она увидела его и замолчала.       Фиолетовая вспышка ударила её меж лопаток, и она рухнула.       Второе проклятие полетело ему в лицо, и он отразил его резким взмахом древка. Кто-то был в лесу, нёсся к нему сквозь подлесок, но он не мог видеть ничего, кроме тела Грейнджер, неподвижно лежащего на сосновых иголках. Не задумываясь, он послал зеленый луч через деревья и услышал глухой удар тела, тяжело приземлившегося на лесную подстилку.       Драко подбежал к ней, упав на колени. Она была без сознания. Он попробовал Оживляющее, но безрезультатно.       — У нас нет на это времени, Грейнджер! Ты должна очнуться.       Это не Оглушающее. Он проигнорировал голос в своей голове и снова попытался привести её в чувство. Когда её глаза не открывались, он прощупал пульс. Он был, но едва заметный. Его собственная кровь оглушительно била по барабанным перепонкам.       Он перевернул Грейнджер и взмахом палочки разрезал одежду. Он увидел мурашки, когда холодный зимний воздух коснулся её кожи. В центре спины виднелась отвратительная рана, похожая на обугленную плоть. Расходясь в стороны от места удара, появились тёмные завитки, похожие на чёрные вены. Пока он наблюдал, они растекались волнами по её спине. Он никогда не видел ничего подобного.       Он нашел её сумку и — роясь в ней до тех пор, пока не выругался — обнаружил маленький флакончик с надписью «Экстракт Бадьяна». Он отвинтил пипетку и вылил содержимое флакона на рану, растирая его по коже трясущимися руками. Чернила продолжали распространяться по её коже.       Он почувствовал, как расширились её ребра, когда она сделала вдох. Он подождал, но второго не последовало.       — Пожалуйста, Грейнджер. Проснись. Пожалуйста, пожалуйста, — Драко не осознавал, что говорит вслух, пока не повторил мольбу во второй или третий раз. — Акцио, Молния! — его метла вылетела из кармана мантии, и он поймал её, в спешке чуть не уронив Грейнджер. Он крепко прижал её к груди, когда метла оторвалась от земли.       Драко потратил одну секунду на то, чтобы левитировать тело из леса и скинул в озеро, куда оно приземлилось с тихим всплеском. Это был оборотень, кто-то, кого он, возможно, видел с Сивым пару раз; никого важного. Не то чтобы его это вообще волновало.       Драко полетел обратно в замок быстрее, чем когда-либо в своей жизни. Это заняло меньше минуты, но Драко считал вдохи. Десять, которые она должна была сделать, но не сделала. Он заметил окно на втором этаже и направился к нему, прижимая Грейнджер к груди и ускоряя полёт метлы.       Хогвартс вырос перед ними, но Драко не замедлился. Он просто на полной скорости влетел прямо в окно больничного крыла.