Невинность

– Этого я не знаю. Никто не знает. Есть только предположения и догадки, но информация о соулмейтах слишком хорошо охраняется, – Джунпей казался раздраженным. Что ж, ему придется потерпеть: Маки этот разговор бесил не меньше. Ее в принципе многое бесило в последнее время. С Джунпеем Ешино ее познакомил Панда, уставший от многочисленных вопросов. С ними же можно было пойти и к Мегуми, но Маки оттаивала к нему медленно: уже была не против провести время в компании с ним и Юджи, но все еще припоминала ему то, как он скрывал дружбу с Кугисаки, считая, будто через него Маки попытается воздействовать на нее и искать встречи. Девушка не знала, что и думать: то ли она производит впечатление человека, который будет кошмарить до самой смерти, как ящерица, которая бредет за укушенной жертвой в ожидании, когда подействует яд, то ли Мегуми совсем забыл, какой гордой была Маки – даже подумать о подобном было ниже ее достоинства. Раньше она объясняла себе нежелание контактировать с Кугисаки заботой о родственной душе: тот, кто любит, тот, кто нежен и добр, не пожелает причинить вред своей родственной душе. Но встреча с ней месяц назад ярко показала, что дело все же в непомерной гордости, которая с детских лет никуда не испарилась, а просто спала внутри, ожидая своего часа: Маки всегда любила побеждать и завоевывать и не прощала тех, кто заставлял ее отступиться. Зато это удивительным образом повлияло на ее фехтование: если бы Маки раньше знала, что для прекращения панических атак достаточно на кого-то наорать, давно бы это сделала. Тоджи, подумав, будто причиной стал его тренерский гений, даже вновь заговорил об Олимпиаде. Но Маки еще не настолько верила в себя и не особо горела желанием посвящать все свободное время тренировкам. Куда интереснее для нее был собственный проект по спасению Тоджи и выяснению, что, черт возьми, происходит. Собственно, именно Джунпея ей и посоветовали как человека, сведущего в подобных вопросах. Наверное, не стоило особо доверять словам Панды, ведь самого главного – конкретных доказательств того, что соулмейты подстроены – Маки так и не услышала. Все остальное она уже и так прочитала или услышала от друзей. – Спасибо, ты очень помог, – она даже не потрудилась скрыть разочарование в голосе. У этого Джунпея был такой вид, что его смутно хотелось забуллить, и Маки контролировала себя, чтобы это желание не стало осознанным. – Судя по фамилии, ты можешь помочь себе сама, – без обиняков заявил парень. – Родственники ничего не говорят? – Я работаю над этим, – с усмешкой пробормотала Маки, вспомнив о незаконченном разговоре. Она достала телефон Тоге: я засунул эту штуку в коробку от павербанка Тоге: никто ничего не заподозрит Тоге: мы потестили, нужно примерно минут 10, чтобы получить удаленный доступ Тоге: выдержишь 10 минут? Маки: придется Маки: найду способ Тоге: ну попробуй Тоге: раз в твой дом тебя больше не пускают лол Девушка слегка нахмурилась: над этой частью плана стоило еще подумать. Первоначально она хотела зайти в дом, пока родителей не будет дома, и залезть в отцовский ноутбук, но попытка оказалась провальной: они успели сменить замки и пароль от сигнализации, о чем дочерям, конечно же, не сообщили. Задача усложнилась, но в ее распоряжении все еще был компьютерный гений Инумаки – не сильно удивившись заказу, он почти за месяц смог создать устройство, которое при подключении к телефону давало удаленный доступ к файлам на нем. Учитывая, что большинство людей связывало все устройства через облако, доступ к телефону отца мог открыть дорогу к его рабочим файлам. Даже не придется тревожно прислушиваться к шагам на улице, пока Маки будет обшаривать чужой ноутбук. Осталось только понять, как ей подобраться к отцу и его телефону и уйти без морального и физического урона – вот тут план давал серьезный сбой. – Чего такая напряженная, давно секса не было? – то ли Джунпей оскорбился невниманием к своей персоне, то ли верил в собственное бессмертие, раз осмелился заявить такое Маки. – Тебя в школе не буллили? – на всякий случай уточнила она. Сочетание такого характера с такой внешностью явно делало Джунпея желанной мишенью для хулиганов. – Было дело, – пожал плечами он, будто не особо встревоженный вопросом, но заерзал на месте, увидев, как на него смотрит Маки. – Ладно, не обижайся, со мной вечно так: стоит немного расслабиться, как тут же несу какую-то херню. Мне Кугисаки столько раз за это по шее надавала, что… Что? Маки поспешно отвела глаза – если, к примеру, у Джунпея были явные проблемы со словесным фильтром, то она в свой адрес часто слышала про тяжелый взгляд. Но на этот раз причина хотя бы уважительная – такое ощущение, что все в этом городе были знакомы с Нобарой, кроме нее. Нужно срочно сменить тему, пока не последовали лишние вопросы. – Так что, с какой целью интересуешься о сексе? Хочешь предложить руку помощи? – в ее голове это звучало не настолько презрительно, но отчасти парень сам виноват – нечего было упоминать Кугисаки не к месту. – Почти. Я знаю пару клубов, где ты легко найдешь партнера на одну ночь. Во-от, видишь, не так уж я и бесполезен, как ты думала, – заметив перемену в настроении девушки, улыбнулся Джунпей. Только он ошибся: это было не воодушевление, а больше удивление. – Разве это законно? – скептически уточнила Маки. – Разумеется нет, – немедля ответил он. – Но в этой стране много чего хорошего незаконно, что теперь, обосраться и не жить? – Заметив, что девушка уже собралась отказываться, он усилил напор: – Всего разочек сходи, ладно? Понравится – круто, не понравится – ты вольна уйти, когда захочешь, а я бесплатный коктейль за тебя получу, м? Маки почти рассмеялась в голос: сперва ее насторожило рвение парня, но оказалось, что это самое обычное студенческое стремление экономить на всем и при этом не трезветь. – Договорились. Какая-то часть Маки едва ли не орала от ужаса, наблюдая за тем, что она делает. Идти с первым встречным в какой-то клуб с музыкой и пьяными людьми, чтобы травить себя алкоголем и, возможно, найти какую-то интрижку – это полная противоположность того, что он делала обычно или хотела бы сделать. Другой же части, той, которая зачем-то согласилась, было просто интересно, как далеко это ее заведет. Маки слишком долго была вынуждена жить по чьей-то указке и даже не заметила, как со временем стала надзирательницей для самой себя. Не единожды она замечала за собой, что запрещает себе какие-то вещи просто по инерции, хотя над ней уже никто не нависал с разными по степени абсурдности требованиями. Начав жить одна, девушка лишь сильнее растерялась, не зная, куда себя приткнуть, и не понимая, что нравится и хочется лично ей. На эту глупость Маки согласилась просто чтобы не отказываться на автомате: кто знает, может, это именно то, что ей нужно. Вдруг на самом деле она заядлая тусовщица, ранее сдерживаемая старомодными представлениями о морали своих родителей. Едва переступив порог клуба, Маки невольно поморщилась, а руки сами собой потянулись к ушам, но для музыки это не было преградой – каждый бит и каждый бас проходил по ее телу, отдаваясь в грудной клетке. Джунпей, заметив ее реакцию, что-то со смехом прокричал и потащил ее к барной стойке. Барвумен за стойкой была заметно более опытной в распознавании криков сквозь грохот музыки: она кивнула парню, внимательно посмотрела на Маки и жестом попросила показать удостоверение личности. На карточку она взглянула так же внимательно, мельком сравнив фото с реальностью, и, удовлетворившись увиденным, отвернулась к ряду бутылок позади нее. Спустя пару минут перед Маки и Ешино возникли два простых стакана. – Ром с колой, – прокричал Джунпей, наклонившись к уху Маки. – Это приветствие, выпей. Это не совсем то, что она планировала. Впрочем, ранее она не планировала особо наряжаться, но в итоге сидела в блузке с открытыми плечами и в короткой юбке. Так что, даже если она изначально не планировала пить с самых первых минут, сегодня просто такой день, когда все не идет так, как задумывалось. То же самое, однако, можно было сказать и о последней паре лет ее жизни. Маки сделала небольшой глоток, чтобы распробовать. В сравнении с тем, что они пили с Такадой, это был детский лепет – быстро рассчитав, что из-за льда и без того небольшой процент алкоголя разбавится еще сильнее, девушка быстро осушила стакан. Джунпей что-то восторженно прокричал ей, но Маки не разобрала: вместо этого она, изо всех сил артикулируя, попросила чистый ром – барвумен продемонстрировала аплодисменты с уважением на лице и, кивнув, отвернулась к своему рабочему столу. Ешино, поерзав на месте, повернулся к ней с извиняющимся лицом человека, который ищет приличный предлог, чтобы свалить – Маки просто махнула рукой, отпуская. В такой обстановке общение все равно невозможно, поэтому все, что ей нужно, она исследует сама. Барная стойка как раз находилась на удобном возвышении, откуда открывался вид на танцпол, а за ним – столики и диванчики. Такие же были на втором уровне, к которому вела лестница (Маки мысленно прикинула, насколько удачная идея – ставить такую длинную винтовую лестницу в месте, где не каждый способен контролировать свою координацию). Второй уровень слегка нависал над первым и из-за слабого освещения, которое иногда разрезалось разноцветными вспышками софитов, Маки не сразу заметила, что там находятся не только посадочные места, но и двери, которые, по всей видимости, вели в приватные кабинки. Улыбкой поблагодарив за напиток, она чуть отпила из стакана и сдержала гримасу – вот теперь это похоже на алкоголь, можно спокойно дать льду растаять и не торопиться. Напиваться, как в прошлый раз, Маки не собиралась, а для храбрости того разбавленного стакана ей точно не хватило. Она вновь окинула взглядом зал, на всякий случай запоминая, где тут туалет, а где выход, где люди толпятся больше, а где можно спокойно пройти. Сканирование помещения в ней включилось автоматически – когда-то Юта посоветовал ей попробовать так делать чисто для внутреннего успокоения, но пару раз случалось и так, что полученная информация пригодилась на практике. Когда Маки начала рассматривать второй уровень, ей внезапно стало все равно на то, есть ли там запасные выходы: мозг, обычно пребывавший в состоянии спазмированной мышцы, резко расслабился, а музыка перестала бить по ушам – напротив, захотелось немного подвигаться в ритм. Если бы девушка была в состоянии трезво оценивать изменения, то быстро бы поняла, что дело в высоком градусе в ее руках, но в моменте она просто внутренне улыбнулась тому, что все еще умеет расслабляться и отпускать контроль. – Любишь покрепче? – голос был негромким, но глубоким настолько, что Маки прекрасно услышала его, будто находилась в полной тишине. Она резко отстранилась, выставив перед собой руку с бокалом, чтобы создать расстояние между собой и незнакомкой, которая умудрилась подкрасться к самому ее уху. Незнакомая блондинка, на вид заметно старше Маки, приподняла брови и слегка улыбнулась, будто бы извиняясь. Но девушка прекрасно видела: вины за собой незнакомка не замечала. Она слегка помахала ладонью, привлекая внимание барвумен, а той было достаточно одного взгляда, чтобы через пять минут вернуться с бокалом рома для Маки и каким-то коктейлем в высоком бокале. Женщина молча указала Маки на новый бокал, но та не спешила допивать прежний. Тогда незнакомка медленно приблизилась к ней, будто проверяя, насколько девушка ей это позволит, и, подобравшись на достаточное расстояние, произнесла чуть громче, чем в предыдущий раз: – Я угощаю. Неожиданно видеть у такого очаровательного ребенка такой жесткий напиток, но дело твое. – А вдруг ты клофелинщица, – не раздумывая, ляпнула Маки. Облизнув накрашенные алой помадой губы, женщина расхохоталась, откинув голову назад. – При любом исходе ты получишь незабываемую ночь. Вопрос лишь в том, готова ли ты рискнуть, – она слегка подмигнула с хитрой усмешкой. Незнакомка, очевидно, просто ее дразнила, но и Маки слишком уж не любила проигрывать. Она демонстративно осушила свой бокал и наполовину выпила новый, изо всех сил контролируя лицо, хотя мышцы подергивались в желании сморщиться. Женщина, наблюдавшая за ее губами с вниманием настоящей клофелинщицы, с улыбкой изобразила аплодисменты: – Добро пожаловать. Маки потребовалось пару раз моргнуть, чтобы попытаться остановить карусель в голове. – Откуда ты знаешь, что я здесь впервые? – Ты красивая. И потерянная. Как ребенок, который отстал от экскурсии, – с той же усмешкой проговорила ей на ухо незнакомка. Маки в итоге упустила момент, когда та вновь оказалась ближе, но уже не так сильно возражала – дело то ли в сомнительных комплиментах, то ли в скачке уровня спирта в крови. – А ты, видимо, из тех, кто говорит “мне как обычно”? – Даже говорить не приходится. Как насчет того, чтобы пообщаться там, где потише? – Я только пришла, – запротестовала Маки. Допустим, это ее первый опыт неуклюжего флирта, но она легко могла им пожертвовать, а вот в подобного рода заведениях, скорее всего, никогда уже не окажется. Хотелось исследовать место полностью, чтобы потом уверенно и без сожалений отвечать: была, не понравилось. – А нам и не придется никуда уходить, – блондинка изящно стекла со стула и протянула руку Маки. Немного посомневавшись, она решила попробовать довериться незнакомке еще раз и принять приглашение. Та повела ее по лестнице вверх, мимо столиков, прямо к дверям. Вспышки софитов еще больше дезориентировали и Маки приходилось прикладывать усилия, чтобы рассмотреть очертания ступеней под ногами. Женщина же шла с уверенностью завсегдатая – тут она точно не соврала. Пройдя вплоть до одной из дверей, непонятно откуда она выудила карту и приложила ее к магнитному замку. За дверью оказалась полноценная комната, похожая на гостиничный номер: большая кровать, кожаный диван с журнальным столиком, мини-холодильник с настолько же мини баром, за стеклянной (по какой-то причине) дверью явно скрывалась душевая и туалет. После того, как дверь за ними закрылась, Маки смогла оценить и шумоизоляцию: стены все еще вибрировали от музыки, но хотя бы можно было говорить, не повышая особо голос. Уставившись на кровать, застеленную розовыми простынями, Маки начала постепенно осознавать, к чему все идет. Нет, она видела подобное в зарубежных фильмах, но не думала, что в первый же поход в клуб станет главной героиней такого кино. – Ты решила провести мне экскурсию? – девушка постаралась, чтобы в ее голосе звучал сарказм, а не напряжение. Женщина оценила шутку: хмыкнув, она продолжила вести Маки по комнате, пока не усадила ее на диван. Сама она расположилась рядом, закинув ногу на ногу и устроившись так, чтобы видеть лицо девушки. – Надеюсь, тебе не требуется хорошенько выпить для храбрости. Предпочитаю красоток в сознании, – склонив голову к плечу, промурлыкала она. Женщина все еще держала Маки за руку, но предусмотрительно не делала дальнейших шагов. – Стоило это сказать еще на этапе обсуждения клофелинщиц, – заметила Маки, размышляя, отнимать ей руку или нет. С одной стороны, она никогда ничего подобного не делала. Более того, подобные поступки полностью противоречили представлению Маки о себе. Она даже ничего не испытывала к этой женщине, а ведь всю юность воображала, что ее первый раз будет по большой любви. С другой стороны, она в целом много чего себе навоображала когда-то и ни одна из этих фантазий не воплотилась в реальность. Может, тогда стоит окунуться в реальную жизнь? В конце концов ей стоит пробовать что-то новое, да и эта женщина объективно очень красивая и явно опытная. Это будет не идеальный первый раз, но и не самый отстойный. В конце концов, она хотя бы не парень… На улицу Маки вышла с рассветом. В голове и теле ощущалось что-то странное, как будто одновременно была и пустота, и полная мешанина непонятных, неисследованных чувств. Утренний воздух холодил щеки, а периодическая вибрация в районе бедра раздражала. Маки достала из кармана телефон, вполуха слушая, что ей говорит светловолосая женщина. Тоге: чего молчишь Тоге: ладно, спи, зайду к тебе примерно в полдень Джунпей Ешино: МАКИ МАТЬ ТВОЮ ВОЗЬМИ ТРУБКУ Джунпей Ешино: ты вообще жива хоть нет? Джунпей Ешино: панда меня убьет Джунпей Ешино: если я тебя потеряю посреди ночи Девушка раздраженно вздохнула: ответит потом, ему следовало беспокоиться раньше. Этот парень сам ее оставил в незнакомом месте, пусть теперь поморозится. – …до дома не подвезу, благотворительностью не занимаюсь. Слышишь? – М-м? – Маки как раз вернулась в чат с Инумаки, чтобы ответить ему, и отвлеклась посреди набора сообщения, только услышав, что ее о чем-то спрашивают. Женщина слегка нахмурилась, но тут же улыбнулась: – Я говорю, что ты должна понимать: второго раза не будет. С тобой было весело, но ни на что серьезное не рассчитывай. Маки едва удержалась от смеха: надо же, ее отшивают уже во второй раз за несколько месяцев. Может, у нее лицо такое – человека, которого хочется бросить. – Отлично? Не пойми неправильно, ты немного не в моем вкусе. – О, я это заметила, – на секунду замешкавшись, нашлась с ответом незнакомка. Склонившись чуть ближе, она шепнула Маки: – Особенно по тому, как ты стонала. Против воли самой Маки ее щеки загорелись. Почему-то эта фраза звучала слишком уж пошло, несмотря на то что они провели вместе ночь и делали много чего более неприличного. Возможно, дело было в атмосфере: в темноте клуба музыка заглушала мысли, а прожекторы и приглушенный свет комнаты не давали разглядеть чужих глаз. При честном свете приближающегося солнца странность, которая чувствовалась чужой и даже немного неправильной, бросалась в глаза более явно. Девушка пробурчала что-то, защищаясь, чем вызвала смех женщины, и поспешила с ней распрощаться: у нее самой тоже не было особо много желания продолжать знакомство. Она ведь даже не узнала ее имени и, если честно, не испытывала желания узнавать. Все, чего ей хотелось, – поскорее добраться домой и отрубиться. После многих лет четкого режима Маки элементарно не привыкла бодрствовать до утра. Все же тусовщица из нее действительно никакая. – Маки, стоять! Куда пошла, игнорщица? Она поморщилась: видимо, мечты о собственной кровати немного откладываются. Джунпей же не особо смутился, увидев, с каким выражением лица девушка к нему повернулась: – Телефон тебе для красоты?.. Так он еще и у тебя в руках, ты намеренно меня игнорила! – картинно ахнул он. – Да-да, и твое сердце теперь разбито. Топай к своим друзьям, я жива и я иду домой, – быстро проговорила Маки, надеясь так же быстро отделаться от навязчивого парня. – Какие еще друзья, – отмахнулся тот. – Нет уж, теперь я обязан тебя проводить до дома. Ты уже вызвала такси, да? Куда поедем? Ты все-таки обиделась, что я тебя оставил? Маки прикрыла глаза, словно надеясь, что, если перестанет видеть Джунпея, он замолкнет тоже. Но почему-то это вызвало обратный эффект: с каждой секундой вопросов у него становилось больше и уровень обеспокоенности тона рос, как будто он и вправду устыдился, что оставил новую знакомую одну в совершенно незнакомом для нее месте. – Какой еще “проводить до дома”? Если кому-то и угрожает опасность, то явно тебе. – Может, я рассчитываю на твою охрану, – показал язык парень. – Ты из моего района будешь добираться вечность. – Отлично, я как раз ищу красивые днищенские районы для съемок. Я учусь на режиссера, – уточнил он, заметив непонимание Маки. – Я впечатлена, – ответила девушка совершенно не впечатленным тоном, но мысленно уже сдалась: у нее не было моральных сил, чтобы отогнать Джунпея как следует. К тому же, кто знает, может, он окажется полезным? Маки еще не была уверена, что не хочет повторять сегодняшний опыт и вновь идти в какое-то шумное заведение для поиска партнера на одну ночь. Она не испытала ничего такого, что обычно описывается во всяких мангах откровенного содержания, но и не чувствовала отвращения. Растущее любопытство и огромный азарт – вот эти чувства Маки скорее бы назвала, если бы ее попросили описать ощущения. Но все же засевшее в подкорке родительское “не бывает бесполезных связей” заставляло ее не рубить с плеча и хотя бы не пытаться послать Ешино в более грубой форме. Дорогу они проделали в тишине. Точнее, Маки молчала, а Джунпей развлекал водителя разговором, вытягивая из того всякие истории о профессиональных буднях – возможно, он был единственным в мире человеком, который сам заставлял таксиста делиться мнением обо всем подряд. Маки же старалась абстрагироваться от происходящего в надежде, что Джунпей наговорится и наконец от нее отстанет. – Здесь, пожалуйста, – подала она голос, когда они подъезжали к высотке. Водитель остановился в метрах десяти от вечной лужи, которая, несмотря на любую погоду, почему-то только увеличивалась в размерах. Маки даже по просьбе соседей подписывала какое-то обращение, но лужа как будто питалась жалобами жильцов, с каждой новой становясь все крупнее. Сделав пару шагов от машины, Маки споткнулась на ровном месте от неожиданности. То, как часто и неожиданно они пересекаются в таком большом городе, уже походило на какую-то шутку судьбы.

***

– Что именно мне нужно сфоткать? – спросил Юджи, без особого интереса оглядываясь по сторонам. Нобара могла его понять: район не был усладой для глаз, но именно это и было важно. – А ты не видишь? Помнишь предыдущий район, в котором мы были? – Тот красивый, откуда нас хотели выгнать? – Ага. Тоже высотка, но двор огромный, спортивная площадка, детская площадка, огромный ТЦ рядом… И тут что? – А, я даже не сразу заметил. Мы с Мегуми, кстати, будем жить вон там, – Юджи ткнул пальцем в человейник напротив того, куда Нобара заходила с Маки. – Чего? – опешила Нобара. Она не ожидала такого поворота: безучастность друга она связала с тем, что в этом районе действительно было не на что посмотреть, но оказалось, что он просто знаком с округой куда лучше. – Ага, ну пока мы вместе с его отцом ремонт делаем, но через полгода где-то закончить должны. Пытаемся вот сэкономить, поэтому работаем сами, когда время есть, – Итадори неловко почесал затылок: все же такие скучные вещи, как ремонт, выбор мебели и чашек, не входили в их привычный круг тем для разговора. До этого момента Нобара даже не додумалась спросить, где они будут жить. – Поздравляю, что ли, – пробормотала она. – Тогда мог бы сам фоток своего гетто наделать, чтобы нам не пришлось сюда тащиться перед парами. – Так я ж не знал, что это гетто, про которое ты говорила. И вовсе не выглядит как гетто, – Юджи будто обиделся за этот район и готовился его защищать. – Ага, не гетто. Только в красивой высотке все сделано как у людей и живут там одни гетеро, а тут… вот это что такое вообще? Я эту лужу помню с прошлого раза, а была я тут несколько месяцев назад. – Да ладно, решат когда-нибудь. Вон, видишь, кирпичей тут накидали, перескочить можно, – в подтверждение своих слов Юджи тут же рванул вперед горным козликом, в несколько прыжков пересекая водного гиганта. Нобара же сперва пошла к забору, надеясь попасть тем же способом, что и в предыдущий раз, но за минувшие месяцы лужа уже заметно подтопила забор и превратила в грязь любые подступы к нему. – Эй, как ты… Юджи! Эй! Девушка огромными глазами смотрела на то, как ее друг удаляется, по пути размахивая руками – определенно разговаривал сам с собой, думая, будто Нобара уже идет рядом. – Засранец, – прошипела она, окидывая взглядом видневшиеся на поверхности воды кирпичи и деревяшки. Кугисаки бы проскочила как попало, если бы на ней не были новые босоножки, купленные с первой зарплаты. Новое хотелось поберечь хотя бы чуть-чуть. Ну и не сломать лодыжку, конечно. Но в первую очередь – сберечь обувь. – Помочь? Сердце Нобары дрогнуло – от неожиданности и испуга. Во-первых, она не ожидала, что на восходе солнца тут будет кто-то, кроме них с Юджи: может, максимум какие-нибудь ранние пташки, которым нужно тащиться на работу в другом конце города. Во-вторых, уж точно не ожидала, что этим единственным попавшимся с утра человеком будет Маки. Кугисаки обернулась – и мгновенно почувствовала себя маленькой: она помнила, что Зенин выше нее ростом, но сейчас она была еще и на каблуках, причем, что неожиданно было обнаружить, стояла на них уверенно и от этого казалась еще более внушительной, чем обычно. Кроме того, Маки очень плохо скрывала раздражение, хоть и взирала на нее с ироничной улыбкой, а Нобара все еще помнила, чем закончилась их последняя встреча. – Привет? – неловко пискнула она, сама не понимая, откуда взялась вопросительная интонация. – А… эй, а ты какого черта тут делаешь? Нобара перевела недоуменный взгляд с Джунпея на Маки, гадая, что свело этих двоих вместе. Они были слишком из разных миров, чтобы оказаться знакомыми, но, судя по их поведению, так оно и было. – Зависаю со своей подругой, – Кугисаки заметила, как Зенин на миг закатила глаза: Джунпей явно соврал. – А там вдалеке Юджи? – Ага, кинул меня посреди этого моря, – не упустила возможности нажаловаться девушка. Маки вздохнула, сама не веря тому, что собирается сделать. У нее либо атрофировалось волнение от недосыпа, либо все еще была повышенная концентрация градуса храбрости в крови. – Держись за мои плечи, – скомандовала она, приблизившись вплотную к Нобаре. От растерянности она тут же послушалась, удивленно взвизгнув, когда Маки одной рукой перехватила ее за ноги под коленями. Кугисаки не дышала, когда девушка в несколько легких прыжков преодолела лужу и аккуратно вернула ее в вертикальное положение, и не сразу поняла, что можно уже так сильно не цепляться за Маки. А еще можно вдохнуть – и понять, что от Маки тянет каким-то странным парфюмом: слишком взрослым, тяжелым, неподходящим ей. – Спа… кхм, спасибо, – голос в неподходящий момент захрипел, и Нобара просто была благодарна слою макияжа на лице, который должен был если не скрыть, то хотя бы смягчить красноту щек. Она поспешно разжала пальцы и отвела взгляд. Само присутствие Маки почему-то было смущающим. С секунду подумав, Нобара объяснила это себе чувством вины: хоть она сама смогла себя убедить, что иного выхода не было, все равно ей должно быть стыдно за то, какой она была резкой с Зенин. – Обращайся, – коротко бросила она, проходя мимо Нобары. – Эй, а меня так сможешь перенести? Ничего себе, какая ты сильная, выходи за меня, – Джунпей с преувеличенной веселостью пошел ее догонять. Приглядевшись, девушка заметила причину его показного оптимизма: Итадори наконец заметил, что рядом с ним никого нет, и уже шел обратно. – Привет, Итадори. Я так понимаю, это твой друг? Отправь его его домой, я ужасно хочу спать, нет, Джунпей, ты хотел проводить – ты проводил, иди отсюда, пока я не придала тебе ускорения. Нобара поневоле отметила, что с Юджи Маки разговаривает самую малость мягче: конечно, ее слова все еще звучали как распоряжения, а не просьба, но парень удостоился немного более дружелюбного тона. Мысленно она отложила это наблюдение на отдельную полку: если окажется, что Итадори за ее спиной сдружился с Маки, его ждет серьезный разговор. Она думала, что появление соулмейта постепенно отдалит его от друзей, сделает эти связи более тонкими и хрупкими, а он вместо этого пошел заводить новые знакомства. Да еще какие: как будто ему прошлого опыта общения с компанией Маки не хватило. И это все притом, что Нобара целый месяц безуспешно обрабатывала Мегуми, пытаясь вытянуть из него номер своей родственной души, чтобы покончить уже со всей этой соулмейтской бюрократией. Впрочем, сейчас у нее появился шанс, который нельзя упускать – Нобара ускорилась и догнала Маки почти у самого подъезда: – Мне нужен твой номер. Девушка окатила ее таким холодным взглядом, что натурально мурашки пробежали по телу: – Это еще зачем? – Нам надо зарегистрироваться. Получить браслеты, – по лицу Маки Нобара поняла, что та тоже до сих пор не вспоминала о такой формальности. – Времени осталось мало, давай спишемся, подадим заявку и покончим с этим. После секундной заминки девушка протянула телефон. Кугисаки чувствовала себя почти оскорбленной: эта Зенин некоторое время назад старательно стремилась стать ближе к ней, чтобы теперь вести себя так, будто Нобара не назначенная ей родственная душа, а какой-то навязчивый парень. Но она благоразумно проглотила рвавшееся наружу язвительное недовольство и, вбив свой номер, сделала звонок. С досадой она подметила, что на заставке у Маки стоял стандартный темный экран – совсем не разберешь, что это за человек. У самой Нобары заставки менялись каждую неделю – она старательно выбирала на пинтересте красивые коллажи и методично устанавливала их в зависимости от времен года, целей и настроения. Возвращалась к Юджи она под хитрым взглядом Джунпея: – Стоит тебя поздравить? Решила сдвинуться со своей безнадежной влюбленности? Маки не самый плохой выбор: чуть зажатая, конечно, но характер огненный. Тебе подходит. “Не самый плохой, – мысленно проворчала Нобара. – Будто сам что-то понимаешь в девушках”. Вслух она выразилась иначе: – У нас деловые отношения, – не сказать, что она не доверяла Джунпею, просто он ее почему-то раздражал, хотя, казалось бы, собрат по несчастью должен вызывать другие чувства. Парень смерил ее любопытным взглядом, но больше вопросов, по счастью, решил не задавать. – Мне здесь нравится, – отвернувшись от девушки, огляделся он. – Так уныло. Можно будет что-то тут поснимать, как думаешь, Юджи? – Вон в той стороне есть котлован, там Нобара себя чуть заживо не похоронила, – с задорной готовностью откликнулся друг. А на ее просьбу согласился с явной неохотой – еще один пункт в списке того, что нужно припомнить. – Да ладно? – Джунпей от восторга аж подскочил, прижимаясь вплотную к Кугисаки. Та сморщилась: в нос ударил запах разных видов алкоголя. Понятно, почему он более раздражающий, чем обычно. Так, они что, пили вместе с Маки? Бред какой-то. – Это из-за Маки? Умоляю, скажи, что из-за нее, я умираю по какому-нибудь хорошему сюжету. – Может, вместо того чтобы цепляться ко мне, сам попробуешь сдвинуться со своей влюбленности, – тихо, чтобы слышал только он, прошипела девушка, больно ущипнув Джунпея за руку. – Я работаю над этим, – парень произнес это неожиданно спокойно и серьезно, алкоголь из него будто на миг испарился. – А если ты желаешь и дальше гоняться за воздухом, дело твое. Глядя в спину Джунпею, который чуть ли не вприпрыжку отправился к Юджи, вновь притворяясь, что он навеселе, она ощущала бессильную злость. Даже Ешино, находившийся в том же положении, что и Кугисаки, Ешино, славившийся полным неумением взаимодействовать с людьми и своим поведением будто приманивавший опасность, почему-то заставил ее почувствовать себя маленькой и незрелой.