Часть 19 Эдем, построенный на краю пропасти

Эдем, построенный на краю пропасти «Иногда человек строит рай для других, стоя при этом на самом краю собственного ада. И улыбка на его лице —это не счастье. Это последняя броня сердца». ⸻ Пляж Чеджу в то утро был похож на сон. Не на простой. На тот, который создают художники, когда пытаются доказать миру, что красота всё ещё существует. Море дышало медленно и глубоко. Волны мягко перекатывались по белому песку, словно шептали древние тайны. А прямо над водой поднималась платформа. Платиновая. Зеркально гладкая. Тэхён спроектировал её так, чтобы она уходила в море длинной узкой линией — словно дорога, ведущая прямо в горизонт. С далёкого расстояния казалось, будто алтарь парит над волнами. Белоснежные лилии украшали дорожку. Их лепестки дрожали на ветру. Лазурные ленты, закреплённые на арке, развевались мягкими волнами, повторяя движение моря. Каждый элемент был продуман. Каждый цвет. Каждый луч света. Каждая тень. Тэхён стоял на платформе с планшетом в руках и внимательно смотрел на конструкцию. Чёрный костюм сидел безупречно. Волосы мягко касались лба. Наушник в ухе. Голос — спокойный. — Арку чуть левее. Ассистент замер. — Но… там же идеально! Тэхён спокойно поднял бровь. — Идеально — это когда я молчу. Парень сглотнул. — Понял… двигаем. Намджун стоял рядом, наблюдая за этим почти театральным процессом. Он давно привык к одному простому факту. Когда Тэхён работает — весь мир превращается в оркестр. И только он знает, где должна звучать каждая нота. Тэхён вдруг наклонился, проверяя устойчивость арки. Ветер трепал его волосы. Он тихо усмехнулся. — Ты представляешь, Джун… Намджун поднял бровь. — Это всегда начинается плохо. Тэхён рассмеялся. — На прошлой свадьбе жених так разволновался… Он изобразил трагическое выражение лица. — что вместо «да» громко чихнул. Намджун уже начал смеяться. — Нет. — Да! Тэхён поднял палец. — И не просто чихнул. Он наклонился ближе и заговорщически прошептал: — Он выронил кольцо. Пауза. — Прямо в декольте свидетельницы. Намджун согнулся пополам от смеха. — Ты врёшь! — Клянусь! Тэхён развёл руками. — Мы искали его десять минут. Он сделал серьёзное лицо. — Пока невеста не начала подозревать, что это заговор. Намджун вытер слезу смеха. — И что было дальше? Тэхён задумчиво посмотрел в море. — Ну… Он невозмутимо пожал плечами. — свидетельница потом сказала, что это был самый удобный карман в её жизни. Они оба рассмеялись. Море мягко ударяло о платформу. Солнце играло в волосах Тэхёна. Намджун смотрел на него и думал о том, как странно устроена жизнь. Этот человек когда-то мыл полы. А теперь создавал свадьбы, о которых писали журналы. Но смех вдруг оборвался. Тэхён заметил, как несколько людей идут по пляжу. Все — в чёрном. Шаги тяжёлые. Спокойные. Уверенные. И в следующую секунду мир треснул. Чон Чонгук. Он шёл впереди. Высокий. Холодный. Безупречно одетый. Но его глаза… Его взгляд был как электрический разряд. Холодный. Жёсткий. Полный той ярости, которая не кричит — она молчит. Пальцы Тэхёна внезапно онемели. Воздух стал слишком густым. Слишком тяжёлым. Рядом с Чонгуком стоял Гон У. Омега был красив. Но это была холодная красота . Острая. Опасная. Его губы изогнулись в едва заметной улыбке. — Господин Чон, — говорил Намджун, протягивая руку, — для нас честь работать с вами. Но слова звучали будто через воду. Потому что Тэхён уже не слышал ничего. Он смотрел только на одного человека. Гук. Сердце в груди резко сжалось. И на секунду мир исчез. Перед глазами вспыхнули воспоминания. Руки. Смех. Поцелуи. Шёпот. — Ti ricordi…? — тихо выдохнул Тэхён почти беззвучно. (Ты помнишь…?) Но Чонгук смотрел на него так, будто перед ним стоял незнакомец. — Ви, — продолжал Намджун, — наш лучший сотрудник… Тэхён не мог дышать. Он видел в глазах Чонгука приговор. Холодный. Окончательный. Он хотел закричать. Сказать правду. Сказать, что если он поставит метку другой омеге… То это станет концом для Тэхена и их дочь останется сиротой. Но не успел, потому что в этот момент телефон в его кармане завибрировал. Резко. Как удар. Тэхён машинально достал его. Экран загорелся. И мир исчез. На фотографии была Эйрин. Его маленькая стрекоза. Связанная. В темной комнате. Личико опухшее от слёз. Глаза красные. Под снимком было сообщение. «Попробуй дернуться… и я убью её, не моргнув. Ты проведешь эту свадьбу до самого конца процесса бракосочетания ». Кровь в венах стала ледяной. Тэхён медленно поднял взгляд. Чонгук стоял напротив. Ничего не зная. Ничего не подозревая. Он должен провести эту свадьбу. Стоять. Смотреть. Как человек, которого он любил больше жизни… говорит «да» другому. Пока его дочь находится в руках безумца . Пальцы дрожали. Но Тэхён медленно выпрямился. Он вдохнул. Один раз. Глубоко. И тихо прошептал почти беззвучно: — Per te… piccola mia… (Ради тебя… моя маленькая.) Он поднял голову. И снова стал тем самым организатором, которого все знали. Спокойным. Идеальным. Непробиваемым. И никто не услышал, как оно ломается. ⸻ «Самая страшная жертва —это не когда человек умирает ради любви. Самая страшная жертва —когда он продолжает жить,наблюдая, как его любовь принадлежит другому».