Вернутся к фанфику

Глава 13

26 мая 2026, 12:12
Когда Гарри пришёл, Ремус уже был в своей квартире. Оборотень быстро расхаживал взад и вперёд из гостиной на кухню. Сначала он не заметил присутствия Гарри, так как тот вошёл через входную дверь, как это обычно делают магглы. Тихо закрыв дверь, Гарри прислонился к ней, чтобы рассмотреть Ремуса. В нём было что-то необычное. Гарри не мог точно сказать, что именно, кроме того, что Ремус был чем-то взволнован. Хорошо это или плохо — ещё предстояло выяснить. Лицо Ремуса ничего не выдавало. Он выглядел более неряшливо, чем обычно, но это могло быть связано с тем, что полнолуние было всего несколько дней назад, но в то же время он выглядел отдохнувшим, а это было необычно после полнолуния. Прежде чем Гарри успел что-либо сказать, Ремус остановился как вкопанный, раздув нос и резко повернув голову к двери. Гарри улыбнулся и слегка помахал рукой. — Удивительно, что тебе понадобилось столько времени, чтобы уловить мой запах. — Я отвлёкся. — Я понимаю. Хочешь, я заварю чай? — Я уже это сделал, — ответил Ремус, махнув рукой в ​​сторону плиты, где стоял чайник, накрытый чехлом. — Всего несколько минут назад. — Ты в порядке, Ремус? — спросил Гарри, пока игнорируя чай и садясь на диван. — Я чувствую себя хорошо, несмотря ни на что. Гарри кивнул и подождал, пока Ремус продолжит. Ремус сел рядом с ним и продолжил: — Фенрир забрал у меня волчье зелье. Сова прилетела с пустым флаконом и запиской от него… Он выследил меня там, где я обычно превращаюсь. Он привёл с собой свою стаю. Возможно, мне следует быть благодарным за это вмешательство. Его присутствие отвлекло меня от превращения. Без зелья всё было не так плохо, как обычно. Гарри откинулся на спинку и слушал, решив не перебивать. Голос Ремуса звучал скорее растерянно, чем как-либо ещё. — Фенрир вытолкнул меня из хижины туда, где меня ждала его стая… это было моё первое знакомство со стаей оборотней. Они не напали на меня, — сказал он, слегка поражённый. — Хотя некоторые явно защищались от моего присутствия. Двое проявляли враждебность, потому что Фенрир… Фенрир защищал меня. Он ясно дал понять остальным, что меня нельзя трогать. Думаю, остальные члены его стаи завидовали. — Что же произошло потом? — Мы пошли на охоту, — ответил он шёпотом, снова с недоумением и благоговением. — По крайней мере, они пошли, а я с ними. — На кого охотились? — Не на людей, — ответил Ремус, услышав обеспокоенный тон Гарри. — В основном лесные животные. Олени и кролики. Что-то вроде этого, — Гарри невольно слегка сглотнул, услышав про кроликов, вспоминая Тома. — Мы бегали полночи. И играли тоже. Лунатик был в восторге. Он любит стаю. Гарри усмехнулся. — Тебе тоже понравилось. Ремус выглядел раздражённым. — Это был Фенрир, — пробормотал он. — Лунатик позволил ему подчинить меня себе. Это бесило. Фенрир — ублюдок. — Вообще-то, он не такой уж… — резко захлопнув рот, Гарри вскочил со своего места и убежал на кухню. — Думаю, я выпью чаю. Ремус медленно поднялся, пристально глядя на него. — Что ты хотел сказать, Гарри? — Хм? О, ничего, — пробормотал Гарри, доставая кружку. — Хочешь чаю? — Да, спасибо. Ты собирался сказать, что Фенрир не такой уж и… какой? Гарри прикусил губу, проклиная свой болтливый язык. Что подумает Ремус, если узнает, что Гарри часто видится со старшим оборотнем в поместье Малфоев? — Я просто… Лунатик. Он не человек. Ему, должно быть, нравится, когда рядом альфа…— Гарри поморщился. Для него самого эта попытка скрыть правду звучала очень нелепо и оскорбительно. — Фенрир не такой уж и мерзавец для Лунатика. Вот что я хотел сказать. Гарри улыбнулся и повернулся, чтобы подать Ремусу чашку чая. Ремус подозрительно смотрел на него, но Гарри сделал вид, что не замечает. — Насколько сильно ты нейтрален, Гарри? — Очень. Я делаю то, что приносит мне счастье. Я делаю то, что идёт мне на пользу. Например… я женился! — воскликнул он, размахивая кольцом перед задумчивым лицом Ремуса. Ремус поспешно отступил на шаг назад. — Уже? — в его голосе совсем не было радости, и улыбка Гарри исчезла. — Да, мы как бы сбежали и поженились тайно. В некотором роде. Ремус был одновременно зол и неуверен. — Я хочу с ним познакомиться, Гарри. Гарри глубоко вздохнул. Он понимал, о чём думает оборотень, и отчасти разделял точку зрения Ремуса. — Ремус, я обещаю, он не пытается меня контролировать или что-то в этом роде. Он не заставляет меня делать то, чего я не хочу. — Мне было бы гораздо спокойнее, если бы я мог поговорить с ним. Ремус беспокоился, поэтому Гарри не рассердился, как это могло бы случиться с кем-то другим, кто сказал бы что-то подобное. Например, с Молли Уизли. Если бы она это сказала, Гарри бы вышел из себя. И он очень хотел бы, чтобы Ремус познакомился с его мужем, более того, он желал, чтобы они встретились. Гарри хотел, чтобы Ремус увидел настоящего Тома. Тома, в которого он влюбился, но он знал, что это невозможно, и сказал об этом Ремусу. Конечно, это нисколько не развеяло опасения и подозрения Ремуса. — Он спас мне жизнь, Ремус. Без него я бы погиб. Он спас мне жизнь, он сохранил меня в безопасности, сделал счастливым и уберёг от войны. Ты встретишься с ним… когда-нибудь. Просто не сейчас. Это невозможно. — Почему? — тихо спросил Ремус, ставя кружку на столешницу. — Почему это невозможно сейчас? Гарри прикусил нижнюю губу. — Он очень занят. — Как его зовут, Гарри? — Ремус, пожалуйста. Может, прекратим и поговорим о чём-нибудь другом? — Гарри оживился, придумав прекрасную смену темы. — Дрейк и близнецы собираются пожениться! Ремус покачал головой, на его лице появилась лёгкая улыбка. — На этот раз я оставлю это без внимания, но будь уверен, Гарри, мы ещё поговорим об этом. — Я знаю, Ремус. Ремус кивнул, затем повернулся и сел обратно на диван в гостиной. — Так расскажи мне о Малфое и близнецах.

***

Драко провёл рукой по волосам, стоя у подножия деревянной лестницы и глядя на дверь на площадке. Лестница примыкала к стене здания WWW. Он стоял там, глядя на неё, пытаясь подавить волнение и размышляя, хорошая ли это идея. Он пытался, по причинам известным, но никогда не обсуждавшимся, на время удержать их троих от половых отношений. Он снова посмотрел на себя, разглядывая джинсы, которые одолжил у Гарри, вернее, Гарри насильно надел их на него. Они были немного свободны, за исключением области ягодиц, и низко сидели на бедрах. Ни он, ни близнецы не привыкли так долго воздерживаться от секса, и одежда, которую он носил сейчас, определенно не способствовала сохранению самоконтроля. Люциус предложил Драко самому рассказать этим мерзавцам об окончательном решении насчёт союза и дал ему контракты, чтобы близнецы их подписали. Драко глубоко вздохнул и поднялся по лестнице, его сердце билось всё быстрее с каждым шагом, пока он не оказался перед дверью. Драко готов был поклясться, что его сердце вот-вот выскочит из груди, а желудок уже подступил к горлу. Представьте себе. Так сильно переживать из-за пары Уизли. Год назад он бы проклял кого угодно насмерть за то, что тот даже предложил бы такое. Это была вина Гарри! Как обычно. Блондин на мгновение сглотнул, провёл рукой по волосам и постучал. Дверь открыл Фред. На нём была обтягивающая белая футболка и мешковатые пижамные штаны, едва державшиеся на бедрах. Драко узнал Фреда по ожерелью с зелёным перевёрнутым треугольником, свисающему с воротника футболки. Взгляд Драко задержался на футболке, а точнее, на груди, на которую она была натянута, а также на участках кожи у тазобедренных костей Фреда. — Драко. Хриплый голос Фреда снова привлёк его внимание к лицу рыжеволосого. Фред смотрел на него точно так же, как и он сам на Фреда, и Драко захотелось покрасоваться. — Можно войти? Фред отошёл в сторону. — Если бы ты этого не сделал, я бы, наверное, расплакался. Драко широко улыбнулся и вошёл внутрь, стараясь не дрожать от холода. В глазах Фреда горел невыносимый жар, и он смотрел на него с такой серьёзностью, что Драко подумал, что тот не выйдет из квартиры до утра… если, конечно, уступит. А он не уступит. Он был в этом почти уверен. — Я пришёл поговорить с вами, — пробормотал он, входя. Он не удивился, когда после закрытия двери Фред прижался к нему сзади, крепко обняв за грудь и талию. Хотя он и ахнул от неожиданности, когда влажный горячий язык ласкал его шею. — Ты хоть представляешь, как сексуально ты сейчас выглядишь? В этих маггловских джинсах… такой дразнитель, Драко. Решил поддаться? Глаза Драко уже почти закрылись, когда тихий голос спросил: — Что ты, чёрт возьми, делаешь, братец? — всего в трёх дюймах от его губ. Блондин с трудом открыл глаза. Перед ним стоял Джордж в точно таких же пижамных штанах, хотя на нём не было футболки, а волосы были мокрые, с них капали вода на плечи и шею. Его взгляд скользил по телу Драко. Блондин почувствовал, как губы Фреда изогнулись в улыбке у него на шее. — Я просто… Джордж протянул руку и отдёрнул ладонь, скользившую под рубашкой Драко. — Ты не можешь начать соблазнение без меня, придурок! Драко почувствовал, что Джордж произнёс слово «Соблазнение» с большой буквы. Словно весь процесс был тщательно спланирован и записан несмываемыми чернилами. От этого он ужасно покраснел. Он знал, какие вещи они детально продумывают на пергаменте. — Прости. Но только посмотри на него… ничего не мог поделать. — Да, я смотрю… Драко глубоко вздохнул. Он быстро терял контроль над собой. — Эм… я пришёл поговорить с вами, — прошептал он, протянув руку и положив ладонь на грудь Джорджа. Он не мог сдержаться. Впервые он видел кого-либо из близнецов без футболки, и это была очень красивая грудь. Ему нравилось то, что он видел и чувствовал. Не слишком накачанная, как раз нужное количество мышц, совершенно соблазнительная… — Когда вы в последний раз разговаривали с моим отцом? — Ты думаешь, я смогу связно мыслить, когда ты меня трогаешь, красавчик? — спросил Джордж. Драко ухмыльнулся, отталкиваясь от члена, прижимавшегося к его ягодицам, и одновременно двигая рукой, легко проводя пальцами по напряжённому соску. Близнецы тут же затаили дыхание. — Попробуй, — прошипел он. Джордж крепко зажмурил глаза, явно пытаясь что-то сообразить. — Прошло уже несколько дней, — наконец сказал Фред. — А что? — Сегодня отец сообщил мне, что я должен жениться ради фамилии. Он уже принял решение о браке. Глаза Джорджа широко распахнулись, и он в панике посмотрел за спину Драко на своего брата. — Что?.. — Нет, — прорычал Фред и крепко обнял его. — Ни за что. Он сказал, что мы можем забрать тебя. Он дал нам слово, что ты будешь нашим. Он поклялся! — Как будто я домашний питомец, — раздражённо, но очень довольный их реакцией сказал Драко. Он отстранился от Фреда, сунул руку в задний карман, достал крошечный конверт и отошёл, чтобы сесть на один из диванов. Близнецы сбились в кучу и начали шипеть что-то между собой. Без сомнения, они строили планы штурмовать поместье Малфоев и потребовать от отца передумать. Они бы действительно так поступили. Драко широко улыбнулся при этой мысли, осторожно садясь на уродливое сиденье и отмечая, что им придётся переехать. Он ни за что не будет там жить. Драко положил уменьшенный конверт на кофейный столик и с помощью своей палочки вернул ему прежний размер. — Придурки, садитесь. Они выглядели явно разъярёнными, каждый из них занял место рядом с ним. — Что у тебя есть? — пробормотал Джордж. — Если твой отец думает, что сможет заставить нас выполнить для него ещё одну работу… — Пусть катится к чёрту! — рявкнул Фред. — Мне плевать, сколько он обещает заплатить на этот раз! Губы Драко изогнулись в усмешке, когда он распечатал конверт и вытащил несколько документов из плотной бумаги, положив их на коричневый конверт, после чего скрестил руки на груди и откинулся назад. Близнецы некоторое время изучали его, глядя на беззаботное выражение лица, затем переглядывались, а потом потянулись вперёд, чтобы посмотреть на документы. — Просто должен сказать, — начал он спокойно, когда их глаза расширились от удивления при виде брачных контрактов, и они начали лихорадочно искать перо, словно от этого зависела их жизнь, — как вы смели обращаться к моему отцу насчёт союза! Мне никто ничего об этом не говорил. — Тебя нужно было ещё немного уговорить, Драко, дорогой, — пробормотал Фред, прежде чем выбежать из гостиной в спальню. Джордж что-то бормотал себе под нос, стоя на кухне и роясь в ящиках в поисках пера. — Мы собирались тебе рассказать... нашёл! Когда они снова сели рядом с ним, Драко прикусил губу, когда Джордж сделал паузу перед тем, как подписать своё имя. Он и Фред обменялись серьёзными взглядами, а затем Джордж бросил перо на документы, не подписав их. — Ч-что? — прохрипел Драко, почувствовав первые признаки паники. Может, они не так серьёзны, как говорили. Может, всё это было игрой. Может, всё, чего они хотели, — это переспать с ним, а потом, смеясь, уйти и больше никогда не появляться. Именно поэтому Драко сдерживался в этом вопросе. Прежде чем он успел полностью задохнуться и убежать, как он всерьёз собирался сделать, Джордж обнял его за плечи и наклонился, чтобы прижать губы к шее бледного мужчины. Фред схватил его за подбородок и заставил Драко посмотреть на него, прижимая их губы друг к другу. Это было успокаивающее прикосновение губ, мягкое, тёплое и нежное. — Это то, чего ты хочешь? — прошептал Фред, прижимаясь губами к губам Драко, когда тот слегка отстранился. — Ага, теперь вы хотите узнать моё мнение? — Что ж… мы просто хотим знать, нужно ли тебе ещё какое-либо убеждение. Мы не хотим, чтобы ты чувствовал себя в ловушке. Драко фыркнул и встал. — Вы и так загнали меня в ловушку! Вы следили за мной, посылали ужасные, но восхитительные письма и делали маленькие, но просто чудесные вещи… просто подпишите уже! Если бы я не был доволен, я бы никогда сюда не пришёл! И прежде чем подписать, вы должны быть готовы к переезду. Я никогда не буду здесь жить. Нам придётся жить между поместьем и ещё каким-нибудь местом, — приказал он. — Где-нибудь менее… плебейском. Близнецы засмеялись, когда Джордж снова взял перо, а Фред потянул Драко обратно на место. — Твоя надменность так мила, Драко. — Я серьёзно! — Да, мы знаем, — усмехнулся Фред, когда Джордж расписался и передал ему перо. — Я серьёзно! — заныл Драко. — Вам придётся вкалывать как проклятым! Я не собираюсь замуж за нищих! — Мы это тоже знаем… Драко, ты думал, мы выбрали тебя спонтанно? Мы знаем тебя так же хорошо, как ты знаешь нас. Перестань волноваться. Мы прекрасно позаботимся о твоей избалованной ноющей заднице. Фред схватил его за талию и, опустившись вниз, натянул на себя тело Драко, в то время как Джордж забрался сверху на расслабившегося блондина. — Подписано. Теперь ты точно наш. Драко позволил Джорджу целовать его до изнеможения, пока язык Фреда продолжал ласкать его шею, а руки были повсюду, куда только могли дотянуться. — У тебя когда-нибудь был секс втроём, Драко? — прошептал Фред. —…нет. — Поэтому ты и сопротивляешься? Ты нас боишься? — Я не боюсь! Просто… просто нервничаю, наверное. И есть ещё одна причина. Моя мама. Джордж отшатнулся, словно одно лишь упоминание о ней могло бы призвать в комнату Нарциссу Малфой. Драко усмехнулся, глядя на его испуганное выражение лица. — Она страшная, — прошептал Фред ему в шею. — Да. И ей нужно всё рассказать, прежде чем я позволю вам двоим делать со мной всё, что вы захотите, — ответил Драко с ухмылкой. Джордж быстро качал головой из стороны в сторону. — Ты всё ещё тянешь время, — пробормотал Фред и каким-то образом усадил Драко так, что их животы соприкоснулись. — Но ничего страшного, — пробормотал он, прежде чем приподняться и прикусить надутую нижнюю губу Драко. — Ты всё ещё останешься с нами. Всё хорошо. В конце концов, твоя мама тоже нас полюбит. Драко застонал ему в рот, думая, конечно же, что всё хорошо. Умелый язык был у него во рту, очень большой горячий член прижимался к его собственному, а четыре руки с благоговением скользили по его ягодицам. Возможно, секса пока нет, но никто не запрещал целоваться часами напролёт. Его заботы о матери отошли на второй план. У него было два любовника, которые большую часть времени старались дать ему понять, как они преданы ему и как сильно его любят. Со всеми этими раздражающими чистокровными чертами характера.

***

— Ремус требует встречи с тобой. Том поднял голову с подушки, на которой он развалился на кровати, подняв руки и сложив ладони за головой. Он смотрел на обнажённого юношу, удобно расположившегося поверх него. Том поднял бровь, когда поразительные зелёные глаза Гарри открылись, чтобы посмотреть на него. Было раннее утро, и Гарри ещё не полностью проснулся, поэтому его глаза были опущены и затуманены сном. Он выглядел очаровательно. — Не с тобой именно, разумеется, — продолжил Гарри. — Если бы он знал, что это ты, он бы не захотел тебя видеть и, вероятно, никогда больше не захотел бы видеть меня, — закончил он шёпотом, откидывая голову на грудь Тома. Том вытащил руку из-за головы и провёл ею по волосам Гарри. — Зачем ты послал к нему Фенрира? Зачем ты пытаешься переманить Ремуса на свою сторону? Не потому же, что думаешь, что он пригодится в твоих планах. Или что он окажет какое-то существенное влияние. — Ты прав. Он отдалился от остального общества оборотней. Мне от него мало что нужно, кроме ещё одного голоса в поддержку. — Тогда почему? Том нахмурился и уставился на зеркало, которое Гарри решил установить в комнате для извращений над кроватью. Он действительно не хотел в этом признаваться. Он понимал, что становится слишком сентиментальным, когда дело касается его мужа. Его приспешники начнут над ним смеяться, и тогда ему придётся начать убивать вполне достойных приспешников. — Если он добровольно перейдёт на мою сторону, вряд ли он отвернётся от тебя… Полагаю, если хочешь, я могу встретиться с ним под гламуром. Гарри нахмурился при этой мысли. Том улыбнулся, зная, что Гарри постоянно раздражает необходимость демонстрировать публике замаскированного мужа. Тома поражало, что Гарри действительно хотел демонстрировать, что он женат на Тёмном Лорде. Гарри никак этого не показывал, но Том знал, что Гарри нравилась власть, которую давало ему каждое из его положений. Быть нейтральным, быть женатым на Тёмном Лорде, быть свободным, могущественным и богатым. Гарри любил всё это и гордился всем этим. — Ты знал, что Ремус никогда раньше не бегал с волчьей стаей до последнего полнолуния? Фенрир появился в его убежище с другими оборотнями и уговорил его присоединиться. Думаю, Лунатику это очень понравилось. Ты послал Фенрира в прошлый раз? Ты заставил его забрать волчье зелье? — Нет. Я сказал ему немного сильнее надавить. Я не знал, как он планирует это сделать. Они погрузились в очередное довольное молчание, и Том удивлялся тому, как он действительно чувствует себя довольным, лежа здесь, в постели с Гарри, ничего не делая. Он удивлялся тому, как чудесно ему было чувствовать, как руки Гарри неторопливо скользят по его бокам. Взгляд Тома вернулся к зеркалу, наблюдая за движением мышц на спине Гарри, когда юный волшебник наконец переместился вниз по его телу. Том наблюдал, как ягодицы слегка приподнялись, а язык скользнул по его пупку, касаясь груди Тома. Гарри снова разрушал его контроль над собой, и Том подумал, что было бы лучше, если бы они добавили зеркала и на стены вдоль кровати. Как раз когда Том почувствовал, что разрядка неизбежна, Гарри с непристойным чавканьем и «хлопком» отстранился. А затем он начал сползать с кровати. — Куда ты собрался? — прошипел Том, отчаянно пытаясь скрыть желание в голосе и не пялясь с жалостью на свою болезненную эрекцию, которая, как всегда, тянулась к Гарри. — Помнишь те эссе, из-за которых я умолял тебя заставить Снейпа перестать меня мучить, а ты отказался? Вот куда я иду. Сегодня нужно сдать эссе. Надо над ним поработать, — весело объявил Гарри, сползая с кровати и хватаясь за одну из мантий, висящих на спинке кровати. Том тупо уставился на него на секунду, думая, что Гарри просто играет с ним. Неужели Гарри будет таким жестоким? Он ведь должен был быть единственным жестоким в этих отношениях. — Ты не посмеешь… Улыбка Гарри стала шире, когда он застегнул мантию на поясе. — Это ужасное эссе, дорогой, — сказал он, и как раз когда Том подумал, что хуже уже быть не может, Гарри открыл рот, чтобы запеть. — Это мир смеха, мир слёз. Это мир надежды, мир страха…— и открыл дверь. — Нас так много объединяет, что пора осознать… Том яростно зарычал, резко повернулся, чтобы выхватить палочку из-под подушки, и направил её на мужа, прошипев заклинание, которое попало темноволосому в ягодицу прямо перед тем, как дверь захлопнулась за ним. Гарри не заметил заклинания и не заметит, по крайней мере, сразу, а когда заметит, Том обязательно позаботится, чтобы у этого была публика. *** — Это ваш план? — воскликнул Драко, переводя взгляд с отца на Северуса и обратно. — Вы хотите напоить мать, прежде чем рассказать ей. А потом что? Мы должны надеяться на лучшее? Они кивнули, и Драко застонал, уткнувшись головой в руки. Близнецы стояли позади него, положив руки ему на плечи и утешительно похлопывая. — Почему бы нам просто не сказать ей, что Драко забеременел? — предложил Фред. — Да! — воскликнул Джордж, втягиваясь в разговор, — и мы можем сказать, что Драко тоже кого-то из нас оплодотворил. Тогда у неё не останется выбора, кроме как согласиться… хотя Драко, по сути, не доминирует, но ей не обязательно об этом знать. Люциус выглядел немного больным. Северус безучастно смотрел на них. Драко медленно повернулся к близнецам. — Это на самом деле… блестящая идея! — Какая ещё блестящая идея? Фред и Джордж быстро отдёрнули руки от плеч Драко, и пятеро волшебников напряглись, когда Нарцисса вошла в библиотеку, а за ней Гарри и Тёмный Лорд. — Званый ужин, — спокойно вставил Северус, мысленно покачав головой, глядя на испуганные лица остальных. — Частный, неформальный званый ужин. — По какому поводу? — Драко повышен до члена Внутреннего Круга, — сообщил Том. Он не был уверен, поверит ли этому Нарцисса, поскольку обычно при посвящении не устраивалось никаких торжеств. Как правило, для обеспечения непоколебимой преданности применялись пытки. — О, прелесть! — улыбнулась Нарцисса и ущипнула Драко за щёку. — Я так горжусь тобой, дорогой. Близнецы захихикали, когда Драко заныл из-за того, что она ущипнула его за щёку, пока она не посмотрела на них и не ущипнула сильнее, отчего Драко вздрогнул. Она странно посмотрела на близнецов, а затем посмотрела Драко в глаза. — Мой дорогой невинный малыш, — ласково закончила она. — Отец, — тихонько проныл Драко, пытаясь отстраниться от матери, но не слишком усердно, потому что хотел сохранить щёку на месте. — Нарцисса, не хочешь чего-нибудь выпить? — спросил Люциус, взяв её за руку и осторожно отводя в сторону. Драко, потирая ушибленную щёку, поспешил в другую часть комнаты к близнецам и Гарри, чтобы поговорить о том, о чём они обычно и говорили. Тому показалось, что он услышал упоминание квиддича и секса. А они вообще о чём-нибудь другом говорили? Через несколько минут Том прислонился к камину и незаметно направил свою палочку на Гарри, прошептав: — Эвигило. Активировав спящее заклинание. Гарри ахнул и на мгновение сильно вздрогнул, а затем всё вернулось в норму. Том нахмурился. Превращение должно было произойти мгновенно. Гарри стоял, нахмурившись и уставившись на свои руки, недоумевая, что только что произошло. Он растерянно оглядел комнату, прежде чем вернуться к разговору с Драко и близнецами. Том заставил себя расслабиться и внимательно следил за каждым движением своего молодого мужа. Он чуть не рассмеялся, когда Гарри внезапно прервал разговор, чтобы лизнуть тыльную сторону ладони, а затем поднял её к макушке и провёл мокрой рукой по волосам. Драко уставился на него, а близнецы выглядели одновременно обеспокоенными и забавляющимися. Но Гарри продолжал говорить, как ни в чём не бывало. А потом повторил это снова, ни на секунду не сбившись с ритма. Словно это было самым естественным делом на свете. — Э-э... Гарри? — Ты в порядке, приятель? — осторожно спросили близнецы. — Конечно. А почему и нет? Драко нахмурился. — Ты себя облизал. Дважды. Только что. — Нет, я этого не делал. Зачем мне было себя лизать? — Да, Гарри. Ты лизнул тыльную сторону ладони, а затем прижал её к волосам… как кошка, моющая свою шерсть. Гарри раздражённо нахмурился. — Очень смешно, ребята. Прекратите, — затем он повторил это снова. Драко указал на него пальцем. Гарри замер на полпути, заметив жест Драко, а затем очень медленно опустил руку от волос, выглядя крайне озадаченным. Тому пришлось опустить взгляд, и на его лице без разрешения мелькнула ухмылка. Люциус, Северус и Нарцисса, наблюдавшие за всем этим, повернулись к нему. Том быстро принял невозмутимое выражение лица. — Э-э, — прошептал Гарри, почесывая голову, — это странно, — затем он быстро отдёрнул руку и уставился на пальцы. — Это тоже странно. У меня ногти, — они были не очень длинными, но обычно он грыз ногти до тех пор, пока от них ничего не оставалось. Но сейчас у него были очень красивые ногти, которые казались довольно острыми. Но он… он давно не грыз ногти, верно? Гарри, честно говоря, не помнил. Поэтому он отмахнулся от этой мысли. — Почему это странно? — хотел узнать Люциус. — У меня, э-э… нет ногтей. Я их грызу. — Отвратительная привычка, — протянул Том. Гарри снова пожал плечами. По его мнению, они уже слишком часто обсуждали это. Это была привычка, от которой он, вероятно, никогда не избавится. — Ничего не поделаешь… В общем, — он повернулся к друзьям, натянуто смеясь, — о чём мы говорили? На мгновение воцарилась тишина. Все только и делали, что смотрели на Гарри. Но когда ничего странного не произошло, четверо мальчиков вернулись к разговору. Драко и близнецы расслабились, но тут же снова забеспокоились, когда Гарри заговорил. Беспокойство было вызвано тем, что после каждых нескольких произнесённых им слов в разговор вмешивалось мяуканье. Все снова уставились на него. Гарри, казалось, по-прежнему не замечал, что делает. Джордж положил руку ему на плечо. — Гарри, ты издеваешься? Если да, то браво. — Нет! Мяу! Клянусь, новая команда просто великолепна. В следующем сезоне они точно добьются больших успехов в лиге. Драко глубоко вздохнул, обменялся взглядами со своими парнями, а затем взял Гарри за локоть. — Давай сядем, хорошо? К этому времени Северус уже понял, что происходит, и ухмыльнулся Тёмному Лорду. Тому с трудом удавалось сдерживать веселье. Это было слишком хорошо! Лучше, чем ожидалось! Парни подошли и сели, и как только задница Гарри коснулась дивана, он заскулил и резко поднялся, вытянув шею, чтобы с недоверием посмотреть на свою попу. — Гарри? — осторожно спросил Драко. — Что… Гарри крепко зажмурил глаза и зашипел, словно от боли. Он начал переминаться с ноги на ногу. Через мгновение его глаза широко распахнулись, и он убежал в дальний угол комнаты, скрывшись за книжными полками. В комнате воцарилась полная тишина, пока они не услышали звук рвущейся ткани, а затем: — ...ЧТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ? МЯУ! Том закрыл лицо руками, не в силах больше сдерживать смех. Драко и близнецы на мгновение уставились на него, а затем бросились искать Гарри. — Вот это да, Гарри! — Это что, хвост? — У МЕНЯ, БЛЯТЬ, ХВОСТ! О, Мерлин, он никак не перестанет расти! Стоп! СТОП! МЯУ! Они услышали, как Драко ахнул, а близнецы захихикали. — Посмотри на свои уши! Они исчезают! — У тебя что-то растёт из волос, приятель... — У тебя волосы становятся длиннее! — Более лохматыми, — поправил Драко, и Гарри в ужасе закричал. По мнению Тома, всё это было очень смешно. Нарцисса повернулась к нему. — Мой господин… это вы сделали? Том радостно улыбнулся. Он был в восторге. Гарри мяукал! — Это работает не так, как должно. Хотя должен сказать, так лучше… немного мести, Нарцисса. — Том! Том, со мной что-то не так! — закричал Гарри. Паника в его голосе заставила Тома броситься к нему, хотя он всё ещё был немного удивлён. Он не будет чувствовать себя виноватым. Этот маленький проказник заслужил это. К тому времени, как Том и остальные нашли его, из волос Гарри, которые стали более растрёпанными и теперь обрамляли его лицо, как маленькая чёрная грива, торчали две штуки, а ушей совсем не было… по крайней мере, человеческих. Этими штуками оказались два треугольных чёрных уха. Кошачьи уши. Гарри, похоже, этого не заметил. Всё его внимание было приковано к шевелящемуся предмету в его руке. Длинный, гладкий чёрный хвост. Том подошёл, взял Гарри за плечи и повернул его так, чтобы тот смотрел на его заднюю часть. Хвост вырос прямо из копчика. — Мяу! — прошипел Гарри, отдергиваясь от Тома, когда Тёмный Лорд наклонился, чтобы дотронуться до основания его хвоста. Том прислонился к ближайшему книжному шкафу, запрокинул голову и рассмеялся. — Перестань смеяться! Сделай что-нибудь, извращенец! — А зачем мне это? Вот что бывает, когда плохо себя ведёшь, — протянул Том, наконец перестав смеяться. Губы Гарри приоткрылись от удивления. Драко наклонился вперёд, чтобы лучше рассмотреть. У Гарри было два маленьких острых кошачьих зуба. Не очень длинные, но они были. — Ты это сделал со мяу? — спросил он тихим голосом, широко раскрыв глаза, полные печали, как у несчастного котёнка. Он сжимал в руке хвост, который теперь безвольно свисал. Том сжал губы в тонкую линию. Он отказывался поддаваться жалости. Гарри это заслужил. Честное слово. — Ты это заслужил. Ты оставил меня в неприемлемом состоянии. Эти большие зелёные глаза наполнились слезами, а кошачьи уши опустились по бокам. Том мысленно выругался. Даже он не мог остаться равнодушным! — Это не навсегда, — пробормотал он. В ответ он услышал лишь тихое, жалобное мяуканье, крошечное и душераздирающее. — Ах, бедняжка! — воскликнула Нарцисса, оттолкнув группу волшебников, чтобы схватить Гарри за плечи и притянуть его к себе, прижав лицо к изгибу своей шеи. — Как не стыдно! — дерзко рявкнула она на Тома, прежде чем отвести Гарри в сторону и погладить его кошачьи ушки. — Как насчёт сливок? Хочешь? Волшебники позади услышали, как Гарри пробормотал «да», а затем увидели, как кошачьи ушки оживились, и Гарри ответил с большей энергией: — Мяу, звучит очень-очень вкусно! Сливки! — У тебя чудесный хвост, Гарри. — Спасибо! Затем они вышли из комнаты, оставив Тома, Люциуса, Северуса, близнецов и Драко смотреть друг на друга. Люциус нарушил молчание фырканьем. Близнецы выглядели так, будто хотели рассмеяться, но сделать это означало бы каким-то образом предать Гарри. По крайней мере, так они выглядели в глазах Тома. Драко стоял, кусая губу. У Северуса было довольное выражение лица. Он выглядел крайне довольным. Том чувствовал себя полным идиотом. — Он должен был превратиться в настоящего кота, — сказал он. Один из близнецов больше не мог этого выносить. Он рассмеялся и выпалил: — Это было намного лучше! Замечательно! Можете дать мне заклинание? Драко и другой близнец ударили его по голове.

***

Заклинание не сработало так, как должно было. Гарри всё ещё был человеком, но с некоторыми кошачьими чертами. Его зрелость, казалось, немного откатилась назад, но не сильно. Достаточно, чтобы он выглядел невероятно молодым. Котёнок в теле молодого человека. Тому, в общем-то, нравился результат. В небольших дозах. Гарри реагировал как кот, когда его эмоции зашкаливали: он рычал, шипел, мяукал и мурлыкал. По крайней мере, так Тому рассказала Нарцисса. Гарри шипел только тогда, когда Том пытался приблизиться к нему в течение дня. Он шипел, рычал и убегал. Как ребёнок. Возможно, это произошло потому, что заклинание Тома не было таким уж временным. Оно не было постоянным, но поскольку заклинание не сработало так, как должно было, Том не был уверен, когда оно рассеется. Он, вероятно, мог бы найти заклинание, которое немедленно вернуло бы Гарри в нормальное состояние, но Том думал, что даже если он сделает заклинание спящим, оно не покинет Гарри полностью. Это был ещё один недостаток его вспыльчивости. Он не особо задумывался над тем, что делает, когда направил это заклинание на Гарри. Он знал только, что это не причинит вреда его мужу и лишь преподаст ему урок, каким бы этот урок ни был. Тому, в общем-то, нравился такой исход, и, вероятно, поэтому он не спешил искать контрзаклинание. Вероятно, это было что-то очень простое. Что-то, что даже Грейнджер смогла бы найти. Том понимал, что не стоит выбалтывать это в присутствии Гарри, если только его молодой муж не признается, что ему нравится быть наполовину котом. И опять же, у Тома было ощущение, что Гарри действительно наслаждался этим чарами. Гарри и так был очень по-детски непосредственным, а быть наполовину котом давало ему ещё больше поводов вести себя именно так, не беспокоясь о последствиях. Гарри наконец вернулся домой и сейчас лежал, развалившись на кожаной скамье в своём личном кабинете, под окном, сквозь которое проникали солнечные лучи, словно одеяло. Он лежал там в блаженном довольстве под солнцем. Его хвост лениво покачивался взад-вперёд по ковру под скамьёй, пока его разум дремал. Он прятался в своём кабинете с тех пор, как покинул поместье Малфоев, и отказывался даже думать о разговоре или встрече с Томом. Все двери были заперты, и Том не мог пройти, пока Гарри этого не захочет. По крайней мере, так он думал, пока огонь в камине не загорелся зелёным, и Том не вышел. Гарри раздражённо зашипел. Он забыл, что его камин подключён к каминной сети замка. — Гарри. Уши Гарри прижались к его лохматой голове. — Ты сделал из меня кота, — прошипел Гарри. — Я женат на тебе всего две недели, а ты уже сделал из меня кота. — Не совсем кота, — пробормотал Том, подойдя ближе и сев на край скамейки. — Я мяукаю и обожаю пить сливки из миски, чёрт возьми! Том усмехнулся и потянулся, чтобы схватить его за хвост, пропуская его между пальцами. Гарри замер, а затем вздрогнул, когда Том продолжил гладить. Он наблюдал, как пальцы Гарри сжались вокруг края скамейки, а его ягодицы слегка приподнялись. — У меня есть сливки. Хотя они будут не из миски. Гарри медленно повернулся, чтобы посмотреть на него, его глаза были полуприкрыты. Том опустил хвост и наклонился, чтобы почесать Гарри за ухом. Гарри оттолкнул его руку. — Не делай этого! Но Том снова сделал это, почесывая и поглаживая ухо, и снова почесывая, пока веки Гарри не начали опускаться, и он практически растаял на скамейке. Он начал мурлыкать, и внезапно Тома охватило непреодолимое желание узнать, сколько удовольствия он сможет доставить своему преображённому мужу в этом состоянии. Узнать, сколько удовольствия он сможет получить, доставляя удовольствие Гарри. Том опустился на колени рядом со скамейкой, продолжил чесать очаровательные ушки Гарри, и снова переключил своё внимание на хвост, который то был вялым, то подёргивался всякий раз, когда Том касался нужного места. Он погладил хвост от основания до кончика, и Гарри застонал от удовольствия, выгибая спину в ответ на движение. — У тебя кошачий фетиш, Том? — спросил Гарри низким тоном, в котором слышалось урчащее мурлыканье, от которого Том усмехнулся. — Кошки — злые маленькие создания, — ответил он. Гарри рассмеялся. — Это значит, да. — Нет, я не люблю кошек. Однако я обожаю своего маленького проказника. Ослепительное наслаждение вспыхнуло в изумрудных глазах. — Знаешь, это слово произошло от мэнской породы, а у мэнских кошек на самом деле нет хвостов. У них короткие обрубки. Ты это знал? — Да, но у слова «проказник» есть и другое значение. Оно означает бойкого, кокетливого или дерзкого молодого человека. Другими словами — тебя. А теперь перевернись, — приказал Том. Гарри, похоже, не возражал против приказа. Он выполнил его без жалоб. Сначала он поднялся на руки и лениво потянулся, как кот, приподнимая свою упругую попку, он вытянул руки, а ногти впились в кожу скамейки. Том игнорировал следы от ногтей, предпочитая смотреть на попу Гарри, которая была очень близко к его лицу, настолько близко, что её можно было укусить. Но Гарри закончил растягиваться и легко перевернулся на спину. Гарри оставался неподвижным и самодовольным, пока Том расстёгивал рубашку, наблюдая за ним сонными зелёными глазами и своей фирменной кривой улыбкой. Когда он приподнял Гарри, чтобы снять рубашку с его плеч, Том прикрыл эту полуулыбку губами и наслаждался ощущением руки Гарри, обнимающей его за шею. Всё это означало, что Гарри больше не злился на него. Том действительно ненавидел, когда Гарри обижался на него. Руки Тома, блуждавшие по спине Гарри, остановились, когда он почувствовал, как что-то коснулось его паха. Поскольку руки Гарри обнимали его за шею, Том заметил это и отстранился. Гарри теперь ухмылялся, и Том посмотрел вниз, увидев, как хвост Гарри ласкает его. По-видимому, Гарри научился контролировать свой хвост. Тома не особо удивило, что это его возбуждало, а не вызывало отвращение. Гарри переместил руки, провёл ладонями по широким плечам, а затем по груди, чтобы сбросить с плеч мантию Тома, и, жадно придвинувшись ближе, высунул розовый язык из уголка рта, сосредоточившись. Том застонал и постучал Гарри по бедру палочкой, оставив своего мужа голым. Гарри, похоже, не возражал. Он придвинулся ещё ближе, пока не устроился довольно удобно на бёдрах Тома, тихонько мяукнул, прежде чем Том начал целовать его в течение долгих минут. Спустя некоторое время Гарри с нетерпеливым мяуканьем сполз с колен Тома и отполз назад, пока не смог опуститься на скамейку, прижимаясь животом к коже и удерживая туловище локтями. Хвост Гарри весело покачивался взад-вперёд, уши подрагивали, а розовый язык снова выглядывал из уголка его распухших, аппетитных губ. Его поразительные зелёные глаза были прикованы к промежности Тома. — Сливки? — с нетерпением спросил он, не поднимая глаз. В этот момент Тома никто даже не касался, а его охватило такое жаркое чувство, что ему казалось, он вот-вот сгорит. — Я обязательно снова применю это заклинание на тебе в будущем, — выдохнул он, опустив пальцы на штаны и расстегивая застежку, проклиная себя за то, что пальцы слишком дрожали. Гарри замурлыкал, и его руки внезапно оказались на бёдрах Тома, маленькие острые ногти слегка впивались в ткань и в его плоть, мягко разминая. — Не кусай меня своими кошачьими зубами, Гарри, — приказал он, когда его член освободился. Гарри наконец посмотрел ему в лицо и ухмыльнулся. Ухмылка, которая не имела ничего общего с кошачьей натурой, а была целиком и полностью Гарри. Коварная, блестящая и дразнящая. А потом его внимание переключилось на что-то другое. Том затаил дыхание, когда Гарри начал, и сдержал стон, когда Гарри неторопливо вылизывал его сверху вниз. Том не был уверен, но ему казалось, что язык Гарри был шершавее обычного, и это, наряду с мастерством Гарри в обращении языком, заставляло его дрожать и думать, что он может не продержаться достаточно долго, чтобы перевернуть Гарри и трахнуть тугую задницу своего мужа прямо на скамейке. Но с другой стороны, Гарри хотел сливок, так что, полагаю, он мог рассчитывать на то, что они запрутся в кабинете на довольно долгое время. Ему даже в голову не приходило, что гости прибудут на следующий день, и Гарри, вероятно, всё ещё будет котом, и именно таким они его и увидят. Том не собирался прятать своего мужа… почему его планы относительно Гарри постоянно оборачивались против него?

***

Гермиона вернулась домой через портключ, вздохнув по прибытии, обрадовавшись, что её родители в безопасности, подальше от Ордена и Министерства. Теперь ей хотелось принять долгую расслабляющую ванну, прежде чем отправиться к Волан-де-Морту, чтобы узнать о своём следующем задании, надеясь, что оно будет связано с необходимостью ещё одного телохранителя. Одного конкретного телохранителя, с кем она не могла поговорить с тех пор, как он пригласил её на свидание. — Гарри! Спускайся! Будь хорошим мальчиком и спускайся! — раздался голос из коридора. Гермиона нахмурилась. Это был голос Драко. — Может, я и немного кот мяу, но это не делает меня мяу глупым, Дрейк! Не разговаривай со мной так, будто мне пять лет! — Тогда спускайся, Поттер! Нам нужно подготовиться к встрече с вейлами! Нельзя же бегать в маггловских джинсах и старой футболке, если вейлы тебя увидят. Это чудо, что они вообще согласились сюда прийти! Ты должен произвести хорошее впечатление! Спускайся! — Мяу! Здесь так весело! С этим хвостом я гораздо лучше держу равновесие! Тебе тоже стоит попробовать! Гермиона склонила голову, подходя к открытому коридору, ведущему к лестнице. Кот? Хвост? Вейлы? Что, чёрт возьми, происходит? И что это за мяуканье? Может, Гарри пьян? Гермиона вышла из коридора в огромный зал и увидела Драко, Джорджа и Фреда, стоящих немного в стороне от центра и смотрящих на огромную люстру, освещающую зал. Гермиона замерла, и её взгляд скользнул вверх. Она ахнула, увидев Гарри, присевшего на корточки на вершине люстры. Он держал руки на краю, подперев подбородок кулаками, и ухмылялся, глядя на своих друзей. — Гарри! — Гермиона! Ты вернулась! Я скучал по тебе! И тут она увидела, как у него выскочил хвост и начал вилять позади. После этого она заметила уши и словно потеряла дар речи. У неё не было времени комментировать это, так как послышались шаги с лестницы. Длинные, целеустремлённые шаги. Уши Гарри дёрнулись, и озорная ухмылка расплылась по его лицу, когда он нырнул в люстру, так что она не могла видеть его совсем, кроме тени, которую он отбрасывал на хрусталь. Гермиона направилась к Малфою и близнецам как раз в тот момент, когда Волан-де-Морт появился наверху лестницы, сверля их взглядом и спускаясь вниз. — Где он? — спросил он. Все указали на люстру. Даже Гермиона, поскольку она точно знала, что он ищет Гарри. Тёмный Лорд замер на месте, его взгляд остановился на слегка покачивающейся хрустальной люстре. Гермиона наблюдала, как на лице Тёмного Лорда появилась лёгкая, забавная улыбка, прежде чем он её стер. — Гарри, покажись. Гермиона нахмурилась, не дождавшись ответа Гарри, и недоумевала, почему её друг выглядит как человекокот. — Гарри, вейлы будут здесь через час. Ты должен прекратить играть и подготовиться. Ты можешь продолжить играть после их прибытия, когда мы их как следует поприветствуем. Но ты должен быть одет, — в ответ раздалось протяжное шипение. Как ни странно, Волан-де-Морту это показалось забавным, и он усмехнулся. — У меня есть сливки. Гарри мгновенно поднял голову. — Твои сливки? — спросил он, облизывая губы. Гермиона увидела, как глаза Тёмного Лорда потемнели. В них явно читалось желание, и Гермионе показалось, что она услышала всё, что хотела услышать. Поэтому она повернулась к троим рядом с ней. —Что происходит? — прошептала она. — Почему Гарри превратился в кота? И почему все разговаривают с ним, как с ребёнком? — Он на самом деле не кот… — начал Драко, сердито глядя на смех близнецов. — У него есть лишь некоторые черты кота. И он слегка... Откатился назад в развитии. — Он такой же сумасшедший, как котёнок, — вставил один из близнецов. — Но почему он такой? — Тёмный Лорд наложил заклинание, — пробормотал Фред. — Оно должно было быть лишь временным, но почему-то Тёмный Лорд и Гарри, кажется, забыли об этом. Несмотря на его слова, я думаю, Гарри нравится быть таким. Тёмному Лорду тоже. Гарри говорит, что у Тёмного Лорда есть слабость к милым пушистым зверькам. Драко сердито посмотрел на него. — Кроме того, что касается нынешнего состояния Гарри, не помогло ещё и то, что вы двое выпустили по дому пару дюжин фальшивых мышей, — огрызнулся он. — Каждый раз, когда мне удаётся успокоить Гарри, появляется ещё одна из этих проклятых мышей, мчится по полу, а потом он исчезает, бежит за ней в погоню. — Гарри, сейчас же! Трое обернулись и увидели, что Волан-де-Морт выглядит уже не таким довольным, а Гарри снова спрятался в люстре. Низкое рычание предшествовало приказам Тёмного Лорда. Один из близнецов хихикнул: — Гарри всё ещё притворяется, что злится из-за того, что его превратили в кота. — Я думаю, это определённо всего лишь игра, — сказал Драко. — Мисс Грейнджер. Возможно, вы можете спустить его вниз и соответствующим образом одеть, — это было приказом, замаскированным под предложение. Волан-де-Морт резко развернулся и исчез, поднявшись обратно по лестнице. Гермиона быстро поднялась по лестнице и оказалась почти на одном уровне с люстрой. — Гарри, как ты туда забрался? Гарри снова выскочил и ухмыльнулся. — Я подпрыгнул! С перил, где ты находишься. Смотри, Гермиона! У меня мяу хвост! — Гарри, тебе действительно нужно спуститься вниз и одеться. Тебе нужно одеться подобающе, чтобы быть готовым поддержать своего мужа, когда придёт время. Разве ты не хочешь показать ему свою поддержку? В конце концов… это же вейлы! — Мяу. Гермиона отступила назад, когда Гарри пошевелился, наклонившись над краем люстры. Она увидела, как мальчики внизу направляют свои палочки на светильник. Вероятно, чтобы удержать его и убедиться, что Гарри не упадёт насмерть. Гарри ловко спрыгнул с люстры на перила лестницы и приземлился на ноги прямо перед ней. Гермиона широко раскрыла глаза и наблюдала, как её друг лизнул тыльную сторону ладони и поднёс её, чтобы помыть одно из его ушей. — Гарри, ты просто… — Мяу! Ничего не могу поделать! — По крайней мере, у тебя нет усов… как ему удалось уговорить вейл прийти сюда? — Это было его последнее задание, — ответил Гарри. — По-видимому, он произвёл на них впечатление. Каким-то образом. Они решат, присягнут ли они на верность после сегодняшнего вечера. Верность или обещание мяу вообще отказаться от участия в битве. — Откуда ты это знаешь? — спросила Гермиона, стараясь не показывать, как её забавляет это неожиданное мяуканье. — Он рассказывает мяу мне всякие мелочи, — пробормотал Гарри и снова лизнул руку. — Это помогает ему лучше соображать мяу… когда он может говорить вслух с тем, кто его слушает, — Гарри ослепительно улыбнулся: — И я единственный, с кем он чувствует себя достаточно комфортно, чтобы так разговаривать. Ну… я и Нагини. Кстати, она обещала поиграть со мяу, — пробормотал он, а затем быстро поднял взгляд на лестничную площадку, и его уши насторожились. — Мышка! — воскликнул он и исчез. — Гарри! Драко повернулся к своим парням, сверля их взглядом, но они были слишком заняты тем, что обнимались и смеялись.

***

Вейлы прибыли с помощью неотслеживаемого портключа, предоставленного Томом, в большой вестибюль, чтобы гарантировать, что вейлы не смогут никому раскрыть местоположение замка. Тому удалось успокоить Гарри, чтобы тот смог одеться, а затем он встал рядом с ним и поприветствовал вейл, пообещав, что ему не нужно будет оставаться после первых приветствий. Вейлы уже знали о Гарри. Каким-то образом до них дошли слухи о том, что Тёмный Лорд женат, и, дав обет хранить тайну, узнали правду. Том пришёл к выводу, что это принесёт ему только пользу, а не вред, если они узнают правду о том, на ком он женат. Гарри знал, что Том собирается рассказать правду и использовать свой брак с Мальчиком-Который-Выжил, в своих интересах. Гарри сказал Тому, что его это не особо волнует. — Лорд Риддл… могу я узнать, почему ваш муж кажется наполовину котом? — спросила леди-вейла. Её звали Изёт, странное, но красивое имя, и она мягко улыбнулась Гарри, который ответил ей той же улыбкой. — Я прекрасно знаю, что Гарри Поттер родился не таким. Гарри хихикнул, прижавшись к боку мужа. — Она назвала тебя Лордом Риддлом. Мяу, — усмехнулся он, прежде чем облизать руку. — Значит, мяу тоже Лорд Риддл? — Да, — ответил Том Гарри, быстро схватив руку в воздухе, как раз перед тем, как Гарри успел бы провести ею по уху. Мысленно он закатил глаза. Это была его вина, поэтому он не мог винить Гарри за неподобающее поведение. Гарри не был виноват в том, что всё ещё находился под заклятием. К счастью, два посла-вейлы, похоже, ничуть не обиделись. Кажется, их очаровали выходки его мужа. Это неудивительно. Если Гарри мог очаровать вампиров, оставаясь самим собой, то он мог очаровать кого угодно, будучи таким. — Честно говоря… Гарри подшутил надо мной, и я отплатил ему тем же. Он скоро должен прийти в себя. Надеюсь. Улыбка Гарри сменилась озорством. — Но я думал, тебе нравится, когда я такой, — промурлыкал он, поднимая хвост и лаская промежность Тома прямо на глазах у гостей. Изёт подняла руку и тихонько рассмеялся. Вейла-мужчина, Диандре, лишь усмехнулся, одобрительно кивнув Гарри. Том бросил на Гарри многозначительный взгляд. Гарри, конечно же, проигнорировал его. — Можете рассказать мяу, зачем вы сюда пришли? — спросил он вместо этого у вейл. Они были очень красивы. У обоих были поразительно светлые волосы. Светлее, чем у Драко. Их лица казались нестареющими, застывшими во времени, но их глаза были бурными вихрями морской зелени и арктической синевы и очень выразительными. Внешность может быть обманчива. Он понял это за эти годы. — Гарри, — предупредили его, но он снова проигнорировал это и выжидающе уставился на вейлу. — Мне просто любопытно, Том. Они пришли одни, мяу… и мне стало интересно, почему. Вы не боитесь? — Ваш муж протянул руку мира, когда посетил нашу страну, — ответил Диандре. Гарри склонил голову, глядя на Тома. — По сути, это мирный договор между мной и вейлами до окончания переговоров. Я не буду нападать на них здесь. Это вызовет осложнения, на которые я не готов, и они это знают. — Мы пришли сюда, потому что, как и вы, — закончила Изёт, всё ещё улыбаясь Гарри, — мы любопытны. Ваш муж уже не тот, что был раньше. — Нет, конечно, нет! Если бы он был таким, я бы за него не вышел. Вейлы кивнули. — Мы также хотели поговорить за пределами нашей страны. Там, где он правит, чтобы увидеть своими глазами. У нас были определённые контакты с Лордом Риддлом на протяжении многих лет. Наши провидцы посчитали, что нам следует приехать сюда. Одно чёрное ухо неуверенно дёрнулось, и Гарри вдруг подозрительно посмотрел на них. Стало совершенно очевидно, когда он стал очень серьёзным, перестав играть. Враждебным — вот подходящее слово. И к полному изумлению Тома, Гарри обошёл его и встал перед ним, словно щит. — Разве вы не существа Света? Что вы здесь делаете? — потребовал он. Подозрение и предупреждение были ясно слышны в его тихом голосе. Оба уха были прижаты к голове, шерсть на хвосте встала дыбом, взъерошенная от угрозы. Внезапно он схватил палочку, и Том почувствовал, как тот собирает свою силу, словно готовясь к битве. — Я не позволю вам причинить вред моему Тому! Мой партнёр. Мой маленький проказник, подумал он с гордой нежностью, крепко положив руку на плечо Гарри. — Мы не хотим допустить, чтобы война волшебников проникла в нашу страну, — ответил Диандре. — Тогда зачем вы, чёрт мяу возьми, здесь? Том усилил хватку. — Гарри, мы можем поговорить об этом позже. — Мяу! Они могли мяу прийти, чтобы попытаться причинить тебе вред! Я им этого не позволю! — Гарри, успокойся и убери свою палочку. — Рука вашего мужа протянута далеко, далеко за пределы Британии, — начала Изёт. Улыбка всё ещё не сходила с её лица. Том подумал, что она так же очарована защитническим отношением Гарри, как и он сам. — Даже на континенте его влияние велико. Если мы решим помочь, он пообещал держаться подальше от нашей страны. Вот почему мы здесь. Чтобы решить, будем ли мы помогать. Чтобы оказать помощь, если она ему понадобится. Мы не совсем Светлые. Мы делаем то, что лучше для нашего народа, а вейлы любят политику во всех её проявлениях. Мы также знаем, чего хочет Лорд Риддл в отношении магических существ и созданий. Знаете ли вы, Гарри, что молодых вейл похищают и продают в сексуальное рабство? Это безобразие, которое происходит каждый день. Гарри слегка поник, а глаза его расширились от ужаса. — Нет, — прошептал он, — я этого не знал. — Ваш муж клянётся помочь остановить этот ужас. Гарри повернулся и одарил Тома одной из своих запретных улыбок. Вейлы не пропустили этого, как и реакцию Тёмного Лорда. Они не пропустили искренней привязанности и любви, которые промелькнули между ними, прежде чем Гарри и Том снова повернулись к ним. — О... ну, это хорошо. Можно мне пойти поиграть, мяу? — обратился Гарри к мужу. Том кивнул, а затем стиснул зубы, когда Гарри, не оглянувшись на вейл, резко развернулся и убежал. Том посмотрел на послов, чувствуя, что должен извиниться за невежливость Гарри, но он не собирался этого делать, поскольку никогда не извинялся ни перед кем, кроме Гарри. Однако, как и прежде, вейлы, похоже, не возражали против грубого ухода Гарри. — Простите! — крикнул Гарри откуда-то сзади. Том обернулся и увидел, как его муж спешит обратно, и с облегчением вздохнул, что Гарри хотя бы на этот раз не бежит. — Простите, это было невежливо, не так ли? — улыбнулся он и протянул руку Изёт. — Было приятно познакомиться. Она улыбнулась в ответ и протянула ему руку. Улыбка Гарри стала шире, и он поцеловал тыльную сторону её ладони. Ей это очень понравилось. Когда он отпустил её руку, он повернулся к Диандре, который, как с большим раздражением заметил Том, уже протянул руку. Неважно, что послы были парой. Том готовил заклинание на случай, если Гарри или Диандре попытаются поцеловать друг другу руки, но этого не произошло. Они крепко пожали руки, Гарри снова попрощался с ними как следует, повернулся и невинно поцеловал Тома, прежде чем тот успел его остановить, а затем снова убежал, возбуждённо крича: — Мышка! Том пощипал переносицу и отказался обернуться. Хотя он и поклялся, что после этой встречи найдёт Фреда и Джорджа Уизли и повесит их в темнице, возможно, заодно обрушит на них несколько болезненных заклятий. — Прошу? — спросил он вейл сквозь стиснутые зубы, повернувшись и жестом пригласив их в парадную гостиную, расположенную рядом с вестибюлем. — Он совсем не такой, каким я его представляла, Лорд Риддл, — пробормотала девушка, следуя за ним внутрь вместе со своим спутником. Обычно любого, кто обращался к нему таким образом, тут же убивали, но вейла всегда называла его Лордом Риддлом, и он ничего не мог с этим поделать. Не сейчас. Не тогда, когда ему нужно было их сотрудничество, не превращая переговоры в кровавую бойню. Том улыбнулся без всякого юмора. — А чего вы ожидали? — спросил он, уже зная ответ. — Когда мы узнали, что вы замужем за Гарри Поттером, мы, естественно, ожидали, что мальчик находится под чарами. Вы много лет пытались его убить. — Вы пришли сюда, чтобы спасти его? — Нет, — пробормотала Изёт, садясь на кроваво-красный диван, на который указал ей Том. — Но мы бы нашли способ обойти клятву, которую вы заставили нас дать. Мы бы нашли способ помочь ему. Но теперь… кажется, мы зря боялись. — Это единственная причина, по которой вы сюда приехали? — прошипел Том. — Мы здесь также по причинам, изложенным вашему мужу, Лорд Риддл. Давайте обсудим это сейчас?

***

Ремус, пошатываясь, ввалился в свою маленькую квартирку, пытаясь игнорировать боль в правом боку, левой ноге (на которую он хромал) и руке, которые, как он боялся, были настолько сильно повреждены, что ему понадобится целитель. Он дополз до стула на кухне и осторожно сел, но тут же, напрягаясь и тихо выругавшись, услышал стук в дверь. Ремус сидел неподвижно и напряжённо, не зная, что делать. В этот момент он был практически бесполезен. Неужели кто-то из Ордена последовал за ним сюда? Не может быть. Он был очень осторожен, когда возвращался домой, и никто не знал, что это был он, так как сейчас находился под действием оборотного зелья… ещё один стук. На этот раз громче. Ремус поднял палочку, его костяшки пальцев побелели, отчего синяки и окровавленные порезы резко выделялись. Когда кто-то окликнул его по имени за дверью, он неосознанно выдохнул, а также ослабил мёртвую хватку на палочке, хотя и не полностью отпустил её. Опасность всё ещё оставалась. Ремус поднялся со стула и, хромая, направился к двери. Когда ему открыли дверь, Фенрир широко улыбнулся, но улыбка тут же исчезла, когда он вгляделся в Ремуса. В его глазах появилась враждебность, а ноздри раздулись. — Это я, — сказал Ремус, его голос охрип от бесконечных выкрикиваний заклинаний и проклятий. — Я всего лишь под оборотным зельем. Фенрир снова принюхался, и враждебность в основном исчезла, хотя он всё ещё выглядел сердитым. — Да, и ты ранен, — прошипел он. Старший оборотень схватил Ремуса за здоровую руку и ворвался в квартиру, увлекая за собой относительно дружелюбного младшего оборотня. Ремус мысленно зарычал. Лунатик был чертовски рад видеть Фенрира. Предатель, подумал он почти раздражённо. — По крайней мере, у тебя хватило вежливости сначала постучать в дверь, прежде чем войти, — пробормотал он, и только когда его швырнули на потёртый диван, Ремус понял, что Фенрир на этот раз пришёл не один. — Экспеллиармус! Сиди! — рявкнул Фенрир, когда Ремус попытался сползти с дивана, игнорируя свою обмякшую руку и травмированную ногу. Несмотря на то, что у него выхватили палочку, Ремус проигнорировал его и продолжил попытки выбраться с низкого дивана, наблюдая, как высокий волшебник с блестящими красными глазами входит и закрывает за собой дверь. Фенрир зарычал и, обхватив Ремуса за горло и оттолкнув его назад, прижал младшего оборотня к дивану. — Спокойно, волчонок, — пробормотал Фенрир. Он поднял руку, и Волан-де-Морт взял палочку Ремуса в свою ладонь. Ремус оскалил зубы, в его глазах сверкнуло предательство. Как раз тогда, когда он думал, что сможет слиться со своим волком, когда он сможет обрести хоть какое-то счастье с Лунатиком… всё это оказалось ложью. Волан-де-Морт пока оставил капюшон плаща на себе и пристально смотрел на оборотня, но не на него, а на Фенрира. Ах, этот взгляд, полный предательства, был восхитителен. Тёмный Лорд точно не передаст этого Гарри, но всё же… что бы Фенрир ни делал, судя по всему, его действия были весьма успешными, раз Люпин теперь выглядит преданным. Он заметил, что Люпин сегодня вечером выглядел не как обычно и был не совсем здоров. Сейчас он выглядел примерно того же возраста, что и близнецы: тёмно-каштановые волосы и страдающие голубые глаза, высокий, худощавый, безумно сердитый, но слишком уставший и раненый, чтобы что-либо делать, особенно без своей волшебной палочки. На нём были порезы, царапины и брызги крови. — Почему ты ранен? — наконец спросил Волан-де-Морт. Взгляд волка наконец вернулся к нему, но он стиснул зубы и отказался что-либо говорить. — Ну же, Ремус. Не навлекай смерть, — прошептал Фенрир. — Тёмный Лорд задал тебе вопрос. Ремус оскалил ровные зубы. — Убери от меня руки. — Ты участвовал в битве, — предположил Волан-де-Морт, снова привлекая внимание Ремуса. — Против кого? Сегодня ночью не было никаких набегов Пожирателей Смерти. — Ты бы знал, — выплюнул Ремус. Когда Волан-де-Морт лишь склонил голову, Ремус замер в шоке. Он никогда раньше не сталкивался с ним, но слышал истории и знал, что любого, кто осмелится возразить, немедленно подвергнут пыткам. — Орден, — наконец прошептал он. На лице Фенрира появилось особенно радостное выражение, а Волан-де-Морт сделал два шага ближе. — Теперь ты сражаешься с Орденом, Люпин? — Когда это необходимо, а не ради вас — зачем ты здесь? — Я пришёл сюда, чтобы сделать кое-кого счастливым. — Себя, без сомнения, — прорычал Ремус, игнорируя внезапное давление на своё горло. Фенрир оскалил зубы, наклонившись так, что его губы оказались рядом с ухом. — Ты и правда бойкий детёныш, не так ли? Веди себя хорошо, Ремус. — Оборотень! — позвал Волан-де-Морт. — Оборотень, посмотри на меня. Фенрир, отпусти его, — когда он полностью привлёк внимание Ремуса, и Фенрир отошёл от своего детёныша, Волан-де-Морт сбросил капюшон плаща. — Смотри внимательно, Люпин. Ремус отмахнулся от удивления, увидев Волан-де-Морта в таком виде, и прищурился. — Какое отношение это имеет к тому, чтобы сделать кого-то счастливым? Я что, выгляжу счастливым в твоих глазах? Должен ли я радоваться тому, что ты теперь выглядишь как человек? Волан-де-Морт закрыл глаза и пощипал переносицу. — Гарри, — пробормотал он, словно вспоминая о чём-то. — Что ты только что сказал? — крикнул Ремус, вскакивая на ноги с силой, которой ни он сам, ни Фенрир, ни Волан-де-Морт в тот момент не ожидали. — Что ты с ним сделал? Что ты сделал с Гарри? — Удержи его, или я это сделаю, — прошипел Волан-де-Морт Фенриру. Старший оборотень толкнул Ремуса в грудь, и из-за полученных ран Ремус легко упал обратно на диван. — Я тебе знаком, Люпин? — продолжил Тёмный Лорд, поднося палочку к лицу и накладывая гламур, который обычно носил на публике с Гарри. Ремус наблюдал и затаил дыхание, когда волшебник стал казаться ему знакомым. Пока он не стал похож на жениха Гарри, а теперь уже мужа. — Нет. — Да. А теперь слушай внимательно, Люпин. Вот такое лицо предпочитает Гарри, — продолжил Волан-де-Морт и снял чары, так что он снова стал выглядеть так, как и должен был. С красными глазами. — Это… просто смешно. Волан-де-Морта позабавило, когда Люпин обратился к Фенриру за объяснениями. В надежде, что старший оборотень скажет, что это была шутка. Фенрир сказал, что это не шутка, и несколько минут больше ничего не говорил, так как действие оборотного зелья начало ослабевать. — Я не помню, чтобы ты был таким бледным, — сказал Фенрир, разглядывая лицо Люпина. — Вот что с человеком делает шок и потеря крови, — резко ответил Ремус. — Чёрт возьми, Муди, он… — он сжал губы и отвернулся. Волан-де-Морт снова накинул капюшон своей мантии. — Мы возвращаемся в поместье Малфоев. Возьми его с собой. Ему нужно вылечиться, и Гарри захочет его увидеть.

***

На Ремуса наложили Силенцио, и Фенрир крепко удерживал его, не давая младшему оборотню выйти из тени, где Волан-де-Морт прятал их в неглубокой нише. Поэтому Ремусу оставалось только стоять и молча, широко раскрыв глаза, наблюдать за четырьмя людьми в коридоре, ему оставалось только смотреть и слушать. — Разве вам не следует быть там? — спросил Гарри Драко и близнецов, указывая на двойные двери, перед которыми они все стояли. Близнецы быстро покачали головами. Драко сказал: — Северус подумал, что им с отцом следует сначала поговорить с ней, расслабить её алкоголем… а если это не сработает, тогда мы перейдём к варианту с беременностью. — Я правда не думаю, что это лучший выход, — вставила Гермиона. — Почему бы вам троим не быть с ней честными? Она чистокровная волшебница. Разве она не поймёт, что тебе нужно жениться, чтобы продолжить род? В конце концов… — Грейнджер, замолчи, — пробормотал Драко, прижимая ухо к двери. — Ты не знаешь мою мать. — Она немного пугает, — согласился Гарри, подходя к Драко и тоже прижимаясь ухом к двери. Ремус застыл на месте, наблюдая, как близнецы наклонились над Драко и тоже прижались ушами к двери. Гермиона тихонько рассмеялась, а затем хихикнула, когда Гарри схватил её за руку и потянул вперёд, чтобы она тоже прижалась ухом к двери. Все улыбались. Ну, кроме Малфоя, у которого на лице было тревожное выражение. Оба близнеца положили руки ему на напряжённые плечи, нежно сжимая их. Гарри и Гермиона шептались и смеялись… пока Драко не повернулся, не пнул Гарри по голени и не бросил на Гермиону испепеляющий взгляд, который она проигнорировала. Волан-де-Морт повернулся к Фенриру. — Держи его тихо и неподвижно. Фенрир кивнул, хотя и не стал крепче прижимать Ремуса. Оба оборотня смотрели, как он выходит из небольшой ниши. Ремус устало прислонился к Фенриру и продолжал наблюдать. В его голове действительно было пусто. Что он должен был думать? Что Гарри добровольно женился на Волан-де-Морте? Что он перешёл на тёмную сторону… но Ремус действительно в это не верил. Гарри клялся, что он не тёмный. Близнецы тоже поклялись, и что бы там ни происходило, Ремус знал, что они не стали бы ему лгать об этом. Они бы ничего не сказали, если бы это было так, но тот факт, что они специально подчеркнули, что всё ещё нейтральны… Мысли Ремуса затихли, когда Гарри наконец заметил приближающегося Волан-де-Морта. Лицо Гарри озарилось, как Рождество. Гарри отстранился от двери и встретил Тёмного Лорда на полпути. Ремус внимательно изучал его лицо. Ничто в нём не указывало на то, что он находится под действием зелья или заклинания. Ремус знал Гарри достаточно хорошо, чтобы заметить признаки. Гарри схватил Волан-де-Морта за руку и потащил его к стене напротив двойных дверей, к которым прижались остальные. — Том, ты не можешь просто... — он замахал руками между ними, — приказать Нарциссе перестать так безумно переживать из-за невиновности Драко? — Я не вижу необходимости вмешиваться в эту чепуху. В конце концов Нарцисса поймёт, что не может остановить взросление Драко. И Грейнджер была права. Драко — чистокровный волшебник, и ему нужно будет жениться. Если Северус и Люциус умны, они укажут на это. Она вышла замуж сразу после окончания Хогвартса. Она не может идти против семейной традиции, — Гарри нахмурился и открыл рот, чтобы что-то сказать. Волан-де-Морт покачал головой. — Однако я обещаю, что твоим близнецам не будет причинён вред. Тебя это устраивает? Улыбка Гарри, ответившая на его слова, была достаточным ответом, и без всяких подсказок он обнял Волан-де-Морта. Ремус наблюдал, как пальцы Гарри скользнули в каштановые волосы Тёмного Лорда и сомкнули их губы, словно совершенно не обращая внимания на то, что они были не одни. Ремус невольно фыркнул, когда Волан-де-Морт попытался отстраниться через несколько мгновений, но Гарри не позволил ему. Это было так похоже на Гарри, особенно учитывая, что Гарри был очень ласковым молодым человеком. И Волан-де-Морт, похоже, совсем не возражал. Ремус подумал, что умрет от шока, когда Гарри немного отстранился, чтобы потереться щекой о щёку Волан-де-Морта, и снова Тёмный Лорд, казалось, не возражал. Изгиб губ тёмного волшебника даже намекал на улыбку. Ремусу стало очень трудно дышать. Фенрир склонил голову так низко, что его губы прижались к уху Ремуса. — Он женился на Тёмном Лорде по собственной воле, волчонок. Разве ты этого не видишь? Он видел, но не мог сказать этого вслух, потому что Силенцио всё ещё действовало. Хотя он и пытался открыть рот, чтобы сказать Фенриру, что его зрение начинает расплываться, а ниша, в которой они находились, внезапно стала очень холодной. Он не мог и этого сказать. Но ему и не нужно было. Фенрир догадался, когда тот упал. Единственная причина, по которой он не упал на пол, заключалась в том, что Фенрир уже держал его. — Ремус? — старший оборотень опустился на колени, укладывая Ремуса. — Детёныш? У Ремуса даже не хватило сил огрызнуться на то, что его постоянно называют детёнышем. Он же не проклятый детёныш Фенрира! Фенрир наклонился над ним, его взгляд скользнул по телу, заметив раны. Но оборотень уже знал о них. Ремусу удалось остановить кровотечение, однако он не упомянул рану на боку. Хотя это и не касалось Фенрира. Старший оборотень зарычал. — Ты всё ещё истекаешь кровью! Мой Лорд! — воскликнул он, несмотря на вполне реальную вероятность того, что его будут пытать за то, что он привлёк внимание в нишу. Уизли, Малфой, Грейнджер и юный Риддл теперь смотрели на него. Волан-де-Морт вытащил свою палочку, шипя от недовольства. — Он упал, Милорд, — поспешно сказал Фенрир. — У него сильное кровотечение из бока. Гарри прищурился и отошёл от Тома в сторону ниши. — Кто истекает кровью? Кто там, Том? — Во-первых, — сказал Том, схватив Гарри за руку и притянув его ближе к нише, — мы с Фенриром не причиняли ему вреда. Понимаешь, Гарри? А во-вторых, мне надоели твои жалобы на то, что он не может со мной встретиться. Поэтому я привёл его сюда. Буду ждать твоей благодарности, когда он выздоровеет. Гарри быстро всё понял, ведь был только один человек, которого он хотел познакомить с Томом и который ещё этого не сделал. Он отстранился и помчался к нише, ахнув, увидев Ремуса на полу, всего в царапинах и крови. Большое кровавое пятно растекалось по краю его рубашки. Гарри упал на колени рядом с Ремусом и схватил оборотня за руку. — Ремус! Том повернулся и посмотрел на Драко. — Мне нужны Северус и твоя мать. У неё есть необходимые целительские способности, и понадобятся зелья. Драко кивнул и застучал в двери. Гермиона и близнецы уже бросились к ним и опустились на колени рядом с Гарри. — Как это произошло? — потребовал ответа Гарри. — Он говорил, что сражался с Орденом, — пробормотал Том, незаметно прерывая действие заклинания Силенцио. — Мы нашли его вот в таком виде в его отвратительной маленькой квартирке. — Отойдите, пожалуйста, — вмешалась Нарцисса, приближаясь к ним вместе с Северусом. Четверо гриффиндорцев у её ног, казалось, не хотели её слушаться. — Сделайте, как она говорит, — приказал Том, наклонившись и осторожно взяв Гарри за локоть, чтобы тот встал. —Ты же хочешь, чтобы он выздоровел, верно? Гарри слабо кивнул. Гермиона и близнецы быстро отступили, чтобы дать Северусу и Нарциссе место. Северус взмахнул палочкой, и тело Ремуса поднялось в воздух и зависло позади Нарциссы и Северуса, когда они направились к лестнице. Том приказал Гермионе, Драко и близнецам остаться, а сам обнял Гарри за напряжённые плечи и повёл мужа вслед за оборотнем. — А что с ним? — спросил Гарри, указывая в нишу, где Фенрир, прислонившись к холодной стене, скрестил руки на груди. Он выглядел совершенно безразличным и с каким-то завороженным видом смотрел на небольшую лужицу крови. Гарри вздрогнул. — Фенрир, ты свободен. Оборотень вздрогнул и нахмурился. — Да, мой Господин, — он изобразил что-то похожее на поклон и вышел из ниши, направившись по коридору к дверям, через которые мог трансгрессировать за пределами защитных заклинаний. — Проклятые оборотни, — пробормотал Том, поднимаясь по лестнице. — Иногда их так трудно контролировать. Они проявляют неуважение при каждом удобном случае… твой друг был очень неуважителен, Гарри. Он посмел мне возразить. Гарри смеялся… пока не вспомнил, что происходит, а затем его охватили гнев и беспокойство. Том отпустил его, когда они подошли к комнате, где лечили Ремуса, и прислонился к стене, пока Гарри начал расхаживать взад-вперёд. Том изучал его, гадая, когда же рассеялось заклинание. Гарри снова стал самим собой. Ни кошачьих ушей, ни хвоста, ни мяуканья, ни шипения. Он уже собирался спросить об этом, но Гарри наконец взорвался. — Я не понимаю, зачем ты это сделал! Теперь он меня возненавидит! — кричал Гарри, расхаживая взад-вперёд перед дверью. — Я собирался ему когда-нибудь рассказать! Я собирался постепенно к этому подготовить его! Не… Не так, как ты! Не так! — Покорми его своей помадкой. Всё будет хорошо. Гарри резко обернулся и уставился на мужчину, прислонившегося к противоположной стене. — Не могу поверить, что ты это сказал! — Ты говорил, что он любит шоколад, и если чей-то шоколад и сможет его утешить, то это твой, — Гарри неприятно зарычал на этот умиротворяющий комплимент. — Когда закончилось заклинание? Я был разочарован, узнав, что ты вернулся в нормальное состояние. Гарри пронзил его взглядом, в выражении его лица чувствовалась неуверенность. — Тебе... я больше нравился, когда был пятилетним котом? Том мысленно закатил глаза. — Разумеется, нет. Ты бы меня за неделю свёл с ума. — Тогда почему ты разочарован? Том не хотел говорить, что это потому, что Гарри был вдвое ласковее и привязчивее, когда становился похожим на кота. Гарри практически забыл обо всем, кроме того, что играл с Томом всякий раз, когда ему удавалось это сделать. Том даже отменил несколько встреч, чтобы побыть со своим мужем. Но он не собирался нести вслух подобную хаффлпаффскую чепуху. В конце концов, ему нужно было поддерживать свою репутацию. — Я что, женился на коте? — Нет. — Тогда, конечно, мне бы не хотелось видеть тебя пятилетним котом… это было просто забавно. И мне нравилась твоя реакция, когда я гладил твой хвост. Гарри покраснел и резко отвернулся, чтобы посмотреть на дверь, за которой был Ремус. — Извращенец, — пробормотал он. Том ухмыльнулся ему в спину.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!