Глава 6. Отрубленная голова змеи, даже после смерти может укусить.

      Патрульная машина в два часа ночи превратилась в очередной сеанс пытки терпения Сого — с бесплатным приложением в виде Минато. Управление он ему не доверил: с русской рулеткой вместо мозгов можно было ждать, что псих вывезет их в кювет ради отгона скуки. Да и самому сидеть за рулём было сподручнее — вырубиться и влететь в столб в его планы не входило.       Рассвет приближался, отгоняя черноту. Сизая дымка проступала на горизонте. Ветер врывался в салон, выстуживая его до холодильника, заставлял щуриться и зябко водить плечами.       — Окита-сан, заболеем же, может, хоть немного прикройте окно, — Минато кутался в китель с головой. Порез на шее свернулся корочкой, кожа вокруг стянулась и отливала синевой.       — Оставил тебя в живых — не значит дал право голоса, — Сого сказал, не отрывая взгляда от дороги.       Квартира оказалась в самом отшибе спальных районов, где высотки сменялись старыми пятиэтажками послевоенной застройки. Но те, кто прочёсывал этот район, ничего странного не заметили.       Минато чихнул, противно шмыгнув носом.        — Нет, ну правда, какой прок от моей туши, если меня уже колотит?       — Прок от тебя будет, когда сдохнешь молча. Пока дышишь — терпи.       Сого вдавил педаль. Минато вжался в сиденье, приложившись затылком о подголовник. Машина рванула вперёд, проглатывая пустые улицы и редкие перекрёстки. Фонари размазывались по стёклу жёлтыми полосами. Минато отвернулся к окну, и улыбку выдало отражение.       — Неврология к твоим тараканам прилагается или они на чистом энтузиазме?       — Обижаете, капитан. — Минато прижал руку к груди. — У меня полный набор. Психиатр даже статью хотел написать, да передумал — решил, что публика не осилит.       — Надо было тебя вовремя на лоботомию. Глядишь, вышел бы человек.       — Зато я вас могу развлечь сейчас. Тут мне на ум пришло занятное совпадение. Накано Касуми: «нака» — середина, «но» — поле, «касуми» — дымка. Вместе «туман посреди равнины». А у вас, капитан, фамилия — то же поле, только рисовое и у моря. Забавно выходит, не правда ли?        Сого закатил глаза.        — Пустая собака много лает… — пробубнил он.        — А ведь и моя фамилия не проста, — продолжил Минато, оживившись. — Нагаи — «вечный колодец», «неиссякаемый источник». Есть в этом что-то… роковое. А «Минато» — это ведь «порт», «гавань». Место, где собираются корабли и люди. Прямо готовый пейзаж, вам не кажется? Судьба сама себя подписала моим именем. Красиво, да?       — Да замолчишь ты или нет, — Сого скрипнул рулём и прожал тормоз.        Минато клюнул носом вперёд и впечатался лбом в панель.              

***

             Дом, к которому они подъехали, оказался старой четырехэтажкой с облупившейся краской на треснутых стенах. Фасад напоминал лицо старой проститутки, когда-то знавшей лучшие времена. По бокам торчали две выцветшие вывески, а под грязью не разобрать ни кандзи, ни брань.        Подъезд встретил запахом мочи и дешёвых сигарет. Видимо, это и был местный консьерж. Ступени истёрлись до вогнутых плит, перила местами отсутствовали, местами держались на честном слове. Лифт, судя по табличке «не работает», сдох ещё в прошлом тысячелетии.       — Четвертый этаж, — Минато прокашлялся, поднимаясь следом за Сого. — Квартира семнадцать.       Лестничные пролёты тянулись один за другим, и каждая площадка встречала новым слоем вони — хоть нос зажимай и дыши ртом. Стены пестрели иероглифами: от глупых признаний в любви до угроз, вчитываться в которые не было ни малейшего желания.        — Хаа… Дайте… Передышку.. — донеслось из-за спины.        — Ты издеваешься? Мы на втором этаже.        Минато что-то пролепетал в ответ, но Сого ни черта не понял. Только услышал одышку застреленного барана, который забыл, что положено ложиться и умирать, а не волочиться дальше.       — Мозги сдохли первыми, лёгкие догоняют, — Сого вздохнул.        Старенькая дверь квартиры семнадцать предстала перед ними. Минато замер, упираясь в колени и переводя дыхание.       — Прям филиал ада, — выдохнул Сого, толкая дверь.       Она покорно поддалась без скрипа, впуская в густой полумрак. Щелчок выключателя прострелил тишину. Сого поморщился — лампочка под потолком мигнула, загудела и залила коридор белым. В глазах зарябило. В коридоре валялось треснутое зеркало, и в его гранях множился погром.        Сого вынул катану из ножен. Металл тихо шелестнул, успокаивая.       — Честно говоря, я ожидал обстановки помиролюбивее… — Минато стоял, вцепившись в дверной косяк.       — Помочь тебе заткнуться? — шикнул Сого.       Вспоротый диван вывалил наружу пружины и поролон, как внутренности. Книги валялись на полу, большинство с вырванными страницами. Экран телевизора в паутине трещин, в центре зияла дыра.       Сого присел на корточки, вглядываясь в капли крови на полу. Провёл пальцем, пачкая подушечку коричневато-красной мазней.       — Несколько часов минимум…       — Думаете, похищение? Или самооборона с побегом? — Минато осторожно шагнул ближе.        Под подошвой хрустнул осколок тарелки. На кухне покоилась разбитая посуда вперемешку с крупой, кафель пестрил смазанной кровью.       — Обычно при похищениях ведут себя поприличнее, — Минато пнул кусок вазы. — Или этот Куросаки решил, что мебель — тоже часть ритуала?       — Ты серьёзно думаешь, что ято стала ждать и не оторвала бы ему голову? — Сого обернулся. — Тут пока один показушный балаган.        — А может, ваша ято сама всё это устроила? Женщины, знаете ли, бывают изобретательны, когда хотят насолить…       — Она не человек, чтобы устраивать такое ради своей псевдосемейки. Да и фальшиво пропасть можно без посторонней помощи. — Сого носком поворошил коробку с бумагами. — Так чем твоя подруга с этим хахалем промышляли?       — Касуми — моя коллега с прошлого участка, обыкновенный винтик в системе, — Минато поправил волосы, подтянув резинку. — А чем Куросаки занимался — без понятия. Вроде инженер или ремонтник, что-то в таком духе. Как они сошлись, тоже не скажу.        — Что-то не припомню, чтобы инженеры меняли хаты как перчатки. Брось прикидываться — сам знаешь, что дело мутное.       Минато пожал плечами.        — Я не лез дальше её жалоб. Просто подставлял плечо. — он задумался на секунду. — Да и не только плечо, если честно.        Сого оглядел его с ног до головы и отвернулся, жалея, что вообще спросил.       — Что вы так сморщились? Завидно, что ли?       — Чему? Что тебя пустили в чужую койку погреться? Не льсти себе.       В куче бумаг не нашлось ничего дельного. Квитанции, выписки, да старые фотографии. На одной, потрёпанной, двое школьников в форме: черноволосый парень смотрит исподлобья, будто его достал весь свет. И рядом девчонка с улыбкой на пол-лица.       — О, а Касуми была милашкой в школе, — Минато ткнул пальцем в девушку. — Еле узнал без крашеных волос.       Сого откинул фото в сторону, продолжив рыться в тумбочке. Он сунул руку на верхнюю полку и за баночками с кремами наткнулся на смартфон в розовом чехле. Дешёвые пластиковые ушки неудобно упёрлись в ладонь.        — Какой эксцентричный вкус, — Минато хмыкнул. — Я-то думал, кровожадные расы выбирают что-то попроще.       — Ага. Только она решила закосить под полоумную.— Сого нажал на кнопку.       Треснутый экран загорелся сообщениями без ответа, а на обоях весело скалилась морда Садахару.  Под весёлой рожей мелким шрифтом тянулся список пропущенных. Сого смотрел на цифры уведомлений и не понимал, что с ними делать.        — Кто ж так прячет, капитан? Его будто специально оставили. Найди, возьми и полюбуйся       — Да заткнись ты, не хочу я в детектива играть.        Сого не подписывался разгребать чужие сценарии в четыре утра. Хотелось сплюнуть, отшвырнуть телефон к стене и пойти спать. Однако за спиной, на кафеле, пятна крови смотрели на него без всякого одобрения.       — Как скажете, — Минато развёл ладонями. — Я просто вслух подумал. Так и что мы делаем, если в сыщиков не играем?       — Надо бы опись составить, следственных позвать, чтобы разгребали, — Сого протяжно зевнул. — Только никто в такую рань не припрется.        — Нам теперь спать здесь? Не обессудьте, мне моя каморка милее.        Телефон просвистел мимо уха и звонко приложился Минато в лоб.       — Ай! Это вообще-то улика!       — Значит, теперь у неё есть потерпевший.       Телефон шлепнулся на красную тряпку. Минато нагнулся, подцепил её двумя пальцами, и развернул. Ципао блеснуло золотыми застежками и вышивкой на вороте. Рядом вывалилось кружевное белье. Он восторженно свистнул.        — Капитан, а тут, я смотрю, не только похищение. Кто-то успел развлечься, пока вы по городу с фонариком бегали. — Минато помахал платьем. — Может, и статью другую впишем?       Сого задержался взглядом на розовом белье, смятом в комок. Всплыло некстати: он уже видел его раньше — краем глаза, один раз. Сдержаться тогда стоило труда.       — Зачем горилле кружева, Чайна? Хочешь прикинуться женщиной или просто трусы перепутала с тряпкой?       Сого еле оклемался после того раза. Кости срастались нехотя, о некоторых он узнал только когда те хрустнули. Ещё и рыжая месяц прятала ноги под штанами, будто ему было до этого хоть какое-то дело.       Лезвие мелко завибрировало в воздухе, холодный пот потек по спине.        — Капитан, вы чего? — Минато бросил ципао под ноги.         Сого ладонью зажал рот. Желчь подкатила к корню языка, сжимая глотку.       Одежда разорвана клочьями. Рыжие пряди липнут к пальцам, которые сгребают их со лба, чтобы видеть глаза. Кожу на бёдрах вдавливают до гематом, и следы остаются жёлто-синими. Животный запах пота липнет к нёбу, заставляя задержать вдох. Сдавленные стоны в сжатых губах ввинчиваются в мозг. Слёзы заливают лицо, мокрое от чужой слюны. Он слышит, как шорох ткани сменяется шорохом кожи и сухим трением, и это повторяется, повторяется, повторяется.       Сого со свистом задышал через нос. Катана рухнула.         — Окита-сан? — Минато подошел. — Вам плохо? Скажите, что делать: бежать или помогать?       Минато тронул его за локоть — и отдёрнул руку.        Сого, не сдержавшись, согнулся пополам. Рвота ударила в осколки на кафеле. Тело выкручивало рывками, пока из горла не осталось ничего, кроме тягучей желчи и воздуха. Он держался за колено, стараясь не рухнуть лицом в собственное месиво. По подбородку потянулась нитка слюны.        — Какого черта… — Минато сглотнул.        Сого выпрямился, вытер рот тыльной стороной ладони. В глазах затемнело по краям.       — Иди нахуй, — он сплюнул в рвоту.        Катана с тихим щелчком вошла обратно в ножны. Сого, шатаясь, побрёл в разгромленную ванную, где на бирюзовом кафеле вновь зарябили засохшие капли крови.       Ручка крана повернулась со скрипом. Он зачерпнул в дрожащие ладони холодной воды и плеснул в лицо. Сморщился, высморкал из носа желчь, пока вода текла по рукавам, пропитывая ткань.       — Мерзость… — вздохнул он.        Сого поднял голову. В отражении зеркала топорщились волосы, будто ими вместо ёршика безуспешно прочищали унитаз, мокрая рожа с обескровленными губами и впадинами под глазами. Минато появился в углу — тихо, как екай.       Сого дрогнул. Пальцы метнулись к рукояти, прежде чем он успел подумать.       — Свали, — он прополоскал рот и протёр лицо ладонями.       — Капитан, а вы случайно не отравились?        — Скорее уж тобой. Тошнит одинаково, — прохрипел он.       В кармане Сого неожиданно завибрировал телефон. Он в неверии глянул на входящий вызов в 4:02.       — Да?       — Приезжай, — пробормотал Гинтоки. — Она вернулась, но… — он запнулся.        — Что?       На другом конце послышился негромкий топот и недовольные причитания Шинпачи.        — Приедешь и сам увидишь, боюсь в дурку раньше времени упекут, если вслух озвучу.       — Хорошо. — Сого вытер ладонь о штаны и сбросил вызов.        Минато прислонился плечом к дверному косяку.       — Давайте я вас довезу?        Сого кивнул, пряча телефон в карман.       Они хлопнули дверями машины и молча тронулись. Солнце начинало подниматься над крышами, окрашивая город в золотисто-розовые тона. Сого откинулся на сиденье, закрыл глаза, слушая шуршание шин по асфальту. Ветер приглушенно свистел в чуть приоткрытое окно.       На пустынных улицах редкие торговцы открывали лавки. Пара кошек лениво тянулись на тёплых пятнах асфальта. Ночь кончилась.