Six Seven

— Эм… — Аделия открыла глаза, секунду назад закончив размазывать её блеск по своим губам. — Ты могла сказать, что на мне твоя помада? — А тебе очень идёт, между прочим. — Ну уж нет! Смех русской залил всё ещё пустую раздевалку, куда уже никто не мог прийти. И откуда давно должны были уйти они сами, пока не зашёл кто-нибудь из персонала и не зафиксировал нарушение. — Мы никогда не выберем один и тот же оттенок. — Это ещё почему? Гленн догадывалась, что всё дело, как обычно, в их тотальных различиях, но сейчас она даже не отказалась бы услышать об этом в сотый раз. У Петросян же были свои планы, и, как бы она ни сдерживала себя, характер шёл параллельно и чаще всего — впереди неё. — Не хочу тебя затмить. — Так, красотка… — Эмбер продолжала держать Аделию за талию, поворачивая её на пару сантиметров то влево, то вправо. — Не бойся, не затмишь. — Такой ты мне нравишься. Аделия улыбнулась, и тут же по её щеке нежно скользнули пальцы Гленн. — Просто нравлюсь? Эх, а я думала, у нас любовь. — Если только к фигурному катанию. Девушка потянулась к Эм за поцелуем. Гленн же специально привстала на носочки, но продолжала согревать губы Аделии своим дыханием. — А знаешь, некоторые издания только и ждут, когда мы об этом расскажем. Наивные. — Что? Кто? Почему я опять ничего не знаю? — Уже знаешь. — Новый поцелуй прилетел Адель в переносицу, и Эмбер тут же сама заботливо смазала блеск с её носа. — Мной американский «Vogue» интересовался. Сразу после Олимпиады… Мне тогда пришлось отказаться. Улыбка сошла с лица русской, но она продолжила слушать. Ею такие журналы никогда не интересовались, и уже одно только предложение звучало круто. Получается, и этого Эм лишилась из-за своей травмы. — Подожди, но ты сказала «мы»? — Мы, да. Ты и я, Адель. Прикинь, они реально думают, что я возьму тебя за руку, мы сядем посреди студии и начнём целоваться на камеру. Петросян на секунду кольнула категоричность, с которой Гленн сопротивлялась этой идее. Но она не подала виду. — Да уж. Очень неприятная история. Не знаю, как бы мы выдержали такое. — Бля, я покажу тебе позже, как бы мы выдержали. И точно не при камерах. — А могла бы со мной на обложке быть. Эмбер почувствовала между строк, что Аделию зацепило, и взяла её за руку, продолжая попытки привести в чувство. — Эй, это не шутки. Ты вообще представляешь, какие у тебя начнутся проблемы? — Ой, Эм, как будто они у меня вообще когда-нибудь заканчивались. — Но это другое! И, кстати, до обложки журнала мы пока не дотягиваем. Вот выиграем хотя бы по одному золоту в следующем сезоне — тогда поговорим. Сейчас речь лишь о цифровой обложке для Vogue.com. И я вообще удивлена, что им нужна я, а не Алиса… — Тссс… — Пальцы Аделии в мгновение оказались на её губах. — Но это так! — А я-то их чего заинтересовала? — О-о-о, это как раз логично. Это же не «Sports Illustrated». У них даже тематика — какая-то модная съёмка в одном из наших спортивных образов. — Майкл Джексон. И никаких платьев. — Эй, Адель, я отказалась! Слышишь? — Эмбер крепче взяла её за плечи. — Ты мне важнее. — Могу сказать тебе то же самое, — успела проговорить Аделия. Гленн снова впилась в её губы, на этот раз не сдерживаясь. Девушка ответила на поцелуй, всем телом прижимаясь к Эмбер и не понимая, как остановить надвигающееся безумие. Ну блять, давай ещё прямо здесь… На обложку мы не тянем, зато случайный снимок — сразу на все таблоиды, если нас тут застукают… Красота. — Эм, я не могу здесь, — Петросян отпиралась, но не делала ни попытки убрать руки. — Я тоже, — Эмбер честно хотела остановиться. Раздевалки для неё остались в далёком прошлом. Как и Алиса. А Петросян продолжала реагировать на Лью остро. И это вызывало вопросы. Но, ощущая, как Адель выдыхает ей в губы, она не могла соображать. Связывать. Додумывать. Могла только терять голову. Петросян успела стянуть с американки кофту и коснуться губами её шеи, когда телефон на скамейке завибрировал. — Кто там? — прошептала она в кожу Эмбер. Гленн посмотрела на экран. Тот самый агент 007 из короткой программы в Милане. — Даниил. — Чёрт… Отстранение вышло резким, и Адель бросилась проверять свою и так застёгнутую до самого верха кофту. Игнорируя то, что Эмбер осталась в спортивном бра и не планировала наклоняться, чтобы поднять с пола свою. Когда Петросян ответила, та тут же присела рядом на скамейку. Аделия как можно незаметнее провела пальцами по губам. Даня, сдерживая дикое волнение, пытался сообразить, где они находятся. Очень хотелось верить, что это не спальня. И нужно было срочно заговорить. Меньше всего он мечтал оказаться в неловкой ситуации. А по плывущему взгляду Петросян всё становилось понятно за секунду. — Здравствуйте. — Адель… — Привет, Дэнни. — Дэнни? — две пары глаз тут же синхронно уставились на Гленн. Аделия легонько толкнула Эм в бок, обнаружив, что задела её тело — та всё ещё была наполовину раздета. — Блин, ты могла… — она глазами стрельнула на пол, где лежала кофта. — Не могла. Так, что не так? Вам не нравится «Дэнни»? Нет проблем, я подучу. Аделия боролась с желанием вцепиться в неё прямо сейчас. И, вероятно, не руками, а новым поцелуем. Эмбер тоже ещё не до конца пришла в себя и вела себя с будущим тренером слишком развязно. И русская догадывалась, кому придётся отвечать даже за это. — О-о-о, охереть, какие люди! У тренерского бортика задержалась Саша, минуту назад закончившая тренировку и теперь принимавшая у Дудакова самый ценный трофей. Игнатова тоже сразу заметила на лице Аделии признаки неспортивного поведения, но лишь улыбнулась. Она была и за фигурное катание, и за любовь, а здесь налицо были и то, и другое. Даже общий блеск для губ. — Адель, ты меня познакомишь? — Обойдёшься! — по-дружески огрызнулась Петросян. А Гленн, пока девушки вдруг перешли на русский, осматривала обстановку на арене. Милый ребёнок успел привлечь её внимание. — Скажи ей, чтобы она не таращилась так на моего сына. Иначе мы не подружимся. Глейхенгауз откинулся назад, ища помощи у Сергея Викторовича. Но и тот был бессилен. Отлично. Обсуждаем репетицию общего номера с Петей. Этери снесёт мне голову. — Эм… — Аделия только сейчас заметила это, но американка лишь дёрнула плечами вместо очередного: «Что опять не так?» Петросян щёлкнула пальцами у неё перед носом и перетянула взгляд на себя. Гленн, не стесняясь камеры, вернула её руку на место. — Да? — О-о-о, начинаются разборки. Я домой. Сергей Викторович, Даниил Маркович, до завтра! — Да, давай, отдыхайте. — Адель, не прибей её раньше времени. Нам нужен спарринг с трикселистками. Петросян сердито взглянула на экран, разрываясь, кого разнести в первую очередь — свою девушку или подругу. Но Саша унеслась с катка пулей, и осталась только Эмбер. И всё ещё наблюдавшие за ними тренеры. — Даниил Маркович, извините, я вас слушаю. — Ага, да. — Даня тоже выпал из разговора, и ему пришлось возвращаться в строй. — Адель, у нас с твоим уикендом в Праге всё опять идёт не по плану. — Уикендом? Так, стоп. Я вообще не знаю, зачем мне присутствовать на этой церемонии. — У Этери тоже нет информации. Поэтому привычно ждём. — Ну да. Гленн бросила попытки понять разговор, который её точно не касался. Оба тренера смотрели только на Петросян. Она всё же поднялась за кофтой и оделась. Но, вновь присев рядом, взяла Аделию за руку, искренне предположив, что так русской спокойнее. Даня не видел всего, что происходило за пределами кадра, но ему уже показалось лишнее. И разубедить самого себя оказалось непросто. А Аделия из последних сил сохраняла невозмутимость, уже понимая, что, как только они вновь окажутся вдвоём, она прикончит Эмбер. На всякий случай Петросян сместила их сцепленные руки ближе к коленям, хотя необходимости в этом не было. Воображение в эту минуту играло лишь в головах Глейхенгауза и его ученицы; у Гленн оно взяло тайм-аут до конца видеозвонка.

***

Новую стратегию приняли быстро. Аделии она даже понравилась. Этери договорилась об аренде льда на одной из пражских арен — по часу в каждый из оставшихся дней командировки спортсменки. Не слишком много для поддержания формы, но вполне достаточно, чтобы поставить совместный номер и накатать его. — Адель, если с первым быстро управимся, «Жасмин» тоже смогу тебе поставить по видео. Эмбер наконец разобрала идею и решила поддержать разговор: — Так что получается, я тоже могу не уезжать из Колорадо? Будете меня по видео тренировать и программы ставить. Просто супер. Аделия ответила сразу за всех. Молча. Взглядом в упор, расстреливающим Гленн раньше, чем она сделает хотя бы шаг в сторону продолжения этой темы. — Извините, — Петросян быстро нажала на паузу и так же быстро переключилась на Гленн: — Ты можешь посидеть спокойно хоть пять минут? — Хоть десять, Адель, если попросишь. — А сейчас я что делаю? — Я бы сказала, что угрожаешь. — Мы позже поговорим, — она вплотную приблизилась к её губам, но секунду спустя включила видеозвонок обратно и вернулась к разговору, оставив Эмбер ни с чем. Американка ущипнула в ответ, и не вскрикнуть удалось лишь ценой титанических усилий. — Ты соглашаешься на интервью, Эм. С меня хватит. Даниил сделал вид, что ничего не расслышал. Гленн отсела, и Петросян удалось нормально донести свои мысли. Она обрадовалась, что Петя согласился, несмотря на отпуск. И выдохнула, что не придётся ставить номер за полчаса и потом краснеть в туре. — Адель, и скажи Эмбер, что её Этери тоже ждёт на льду. Мы не можем заставлять, переход ещё не оформлен. Это рекомендация. — Что он сказал? — Гленн прекрасно расслышала своё имя. — Сказал, что тебя тоже ждут на тренировке. Думаю, первая — завтра. — А не рановато они? — Давай, откажись, и будет поздно. — Адель! — Петросян упустила из виду, что Глейхенгауз понимает английский и уже недоволен тем, как ученица вывернула его слова. И оставшуюся минуту разговора она продолжала краснеть буквально от всего. Когда они разъединились, Петросян выдохнула, расслабив напряжённую спину. Эмбер тут же провела рукой по проявившемуся изгибу. — Мы, кстати, опаздываем на свидание. План был — через час. — Так идём сейчас. Мы всё равно не успели на автобус. Поймаем такси. — Гленн и не думала сокрушаться. — Прямо так? В спортивном? — Ну а что? Спортивное тело само по себе уже охеренный костюм. Хоть в чём. — Не поспоришь. — Вот и не спорь. Гленн прижала девушку к себе, подала ей сумку, и они вышли с арены вместе. Но если Эмбер не зацикливалась на своей болтовне в раздевалке, то Аделия думала только о ней. И свидание грозило превратиться в очередной допрос с пристрастием. Убивать она Гленн не будет — Сашка права, нам нужна трикселистка, а мне — девушка. Но разобраться надо. И сейчас она вообще не вспоминала обо всём том, в чём они разбирались накануне. Как и Эмбер. Гленн сидела рядом в машине, гладила Адель по коленке, ругаясь мысленно на слишком плотные штаны, и мечтала сбежать с ней на край света ото всех вокруг. Но тяжёлые ботинки в сумке напомнили: вечером показательный, а она всё еще не определилась, в чём катать. Эмбер быстро нашла в телефоне аутфит с концерта Билли, куда они ходили с Изабо. В памяти ещё хранилась куча неразобранных фотографий. И легче всего оказалось определиться с цветом. — Адель, дашь мне свои перчатки с короткой программы на вечер? — А ты подтвердишь интервью? — Аделия внимательно посмотрела на американку. Зря Эмбер решила, что русская шутила. — Чёрт, Адель, это безумно дорого за перчатки! — Это эксклюзив, Эм. Соглашайся. Такие были только у меня и у Майкла. — Адель, любое безумие должно иметь границы. — Твоё же не имеет. — Петросян перехватила руку Гленн, всё ещё лежавшую на её колене. — Пристать ко мне во время разговора с тренером — это ж надо додуматься. — Что? Я просто положила руку тебе на колено. Как сейчас. Эмбер ещё раз повторила движение, не желая отпускать её даже на короткую поездку в такси. — Если ты продолжишь вести себя так же на тренировках в Москве… — Ты лично поставишь меня в угол. Не продолжай, я буду пай-девочкой. Триксель сам себя не накатает. А у меня большие планы. — Это какие же? — Ты первая, кому говорю. Хочу к следующему сезону собрать каскад триксель — тройной тулуп. — О-о-о, вау. А есть предпосылки? — Ну ты и… — Эмбер не удержалась и ещё раз ущипнула её, запустив руку под куртку. — Есть! Увидишь! — Ты сделаешь это! — Аделия внезапно собралась, посмотрела перед собой — они как раз подъехали к кафе — и заключила так уверенно, насколько только была способна. — Наконец-то приехали. — Ты тоже голодная? — О-о-о, сейчас тебе расскажу. Идём внутрь. Петросян обсудила ещё не всё, и Гленн догадалась, что основным блюдом будет она сама. Эмбер хотела помочь ей выйти из машины, но Аделия выскочила даже раньше неё. — Эм, не надо за мной слишком ухаживать, окей? Я привыкла делать такие вещи сама. — Но мне нравится. Это приятно, чёрт. Тем более ты такая… — Какая? — Аделия обернулась, не переставая улыбаться. — Ну… какая… О тебе хочется заботиться, даже когда ты несёшь всякую вредную ерунду. — Это когда такое было? — Да через слово! — Знаешь что? — Что? Вместо ответа Эмбер получила ещё один поцелуй. Спокойный, без шансов рвануть дальше — в гостиницу, на ещё не успевшем отъехать такси, — но уверенно говорящий, что слова Аделии не ерунда. Как и её действия. Я понимаю, что делаю. Правда понимаю. Просто… доверься мне уже, чёрт возьми.