Глава 9. Искусство преследования, часть 2

      Стайл никогда не был поклонником хэви-метала или даже рока как жанра. Романтичный поп и электро-денс-музыка с метрономным, пульсирующим басом были ему больше по душе. Ему нужно было что-то яркое и легко подходящее для танцев.       Но он должен был признать, что мош-питы и хедбэнгинг казались ему чем-то, что ему понравилось бы, если бы он мог заниматься этим вместе с другими людьми. Поэтому ему показалось удивительно естественным надеть леопардовую рубашку поверх чёрного укороченного топа и дополнить наряд узким чокером из искусственной кожи с серебряными цепочками, который придавал образу дополнительный сексуальный шарм.       Он был немного разочарован тем, что в метал-клубе во время концертов требовалось использовать пластыри-подавители. Он так привык просто выделять феромоны естественным образом и естественно реагировать на запахи других людей. Особенно когда дело касалось Фаделя. Но он послушно наклеил пластыри на все свои железы, прежде чем попрощаться с отцом, который дремал перед телевизором, и выйти из дома к ожидающему его скутеру-такси.       Клуб был переполнен даже в будний вечер. Стайл из обрывков разговоров, которые он слышал мимоходом, понял, что играющая группа действительно хороша в том, что делает, и поэтому привлекает множество поклонников и любопытных слушателей, которые пришли впервые.       Несмотря на бесконечные толпы людей в чёрной одежде с ярким макияжем и некоторых уже явно пьяных личностей, в заведении царила действительно спокойная атмосфера, почти тишина, поскольку разговоры велись шёпотом на уважительной громкости. Когда Стайлу приходилось пробираться через толпу, люди пропускали его, а некоторые даже дружелюбно улыбались ему в знак приветствия, когда он проходил мимо. В довершение ко всему, акустика казалась отличная.       Фадель сидел один у бара и глубоко затягивался пивом, уставившись в никуда с глубоким хмурым выражением лица, как настоящий ворчун. Стайл инстинктивно попытался уловить его запах в воздухе и был разочарован, когда не смог этого сделать.       —Привет, —воскликнул Стайл, остановившись рядом с Фаделем, —Какое совпадение! Ты тоже любишь хэви-метал?       Он проигнорировал уничтожающий взгляд Фаделя и сел на соседний стул.       —По крайней мере, не похоже, что тебе это нравится, —подразнил он.       По-прежнему ничего. Фадель снова устремил свой пустой взгляд в неизвестность.       Стайл вздохнул.       —В таком месте нужно веселиться с друзьями. Почему ты просто сидишь здесь один и выглядишь загадочно? Не то чтобы мне не нравилось смотреть на тебя в любом виде, но... это такая потеря. Давай, потанцуй со мной?       Фадель резко повернулся к нему, и Стайлу хотелось верить, что он не вообразил искру интереса в его глазах.       —Я в порядке. Я могу хорошо провести время и в одиночестве       —Я в этом не сомневаюсь, —промурлыкал Стайл и наклонился к Фаделю, —Ты случайно не… «хорошо провёл время в одиночестве» после тренажёрного зала? Я-то точно провёл. И даже несколько раз.       Фадель бросил на него ошеломлённый взгляд, и Стайл увидел, что его слова задели его за живое.       —Ты чертовски опасен, да? Надо было догадаться, когда ты испортил мой джип, —прорычал он.       Стайл сглотнул. Даже без запахов он почувствовал, как его живот содрогнулся от электрического разряда, и болезненно быстрый румянец распростёрся по его щекам.       —Да? Ты это почувствовал?       —Трудно не почувствовать. Твой запах был... повсюду, —Фадель запнулся на середине предложения, его голос был грубым, как будто ему было трудно выговорить слова. Это заставило тело Стайла задрожать.       Отсутствие запахов было странным. Стайл почувствовал некоторую грусть от того, что не мог переплести свою сущность с этим альфой, которого он преследовал. Он привык к этому и скучал по этому ощущению.       Он фыркнул.       —Ты наконец-то собираешься что-то с этим сделать, альфа?       Когда Фадель снова отказался вступать в разговор, по-видимому, поняв, о чём они говорят, Стайл повернулся на табурете, чтобы сойти с него.       —Пойдём со мной, будет весело. Я собираюсь потанцевать, —объявил он и бросил Фаделю притягательную полуулыбку, прежде чем уйти.       Стайл обнаружил, что фанаты хэви-метала на самом деле были непринуждёнными и с ними было интересно общаться. Он переходил от одной группы к другой внутри заведения, обмениваясь лёгкими разговорами о музыке и клубе, пока не нашёл ту, с которой ему было комфортно проводить время и танцевать. Это оказалось трио омег, что, конечно же, вызвало несколько забавных социальных комментариев, которые Стайл всегда получал от своих собратьев.       Он смог попробовать хедбэнгинг, как и хотел, и даже принял участие в мош-пит, когда группа сыграла свою самую тяжёлую песню. У него болело горло от смеха, пения и криков. Это был хорошо проведённый вечер, даже если он и не сблизил его с Фаделем.       Говоря о дьяволе, ближе к концу концерта Стайл заметил альфу, стоящего в стороне, но близко к его маленькой группе.       —Я сейчас вернусь, ребята, —сказал он своим новым друзьям и подошёл к Фаделю, внимательно наблюдая, как его кадык двигается, когда он пьёт пиво. Он встал прямо рядом с альфой, как обычно, вторгшись в его личное пространство.       —Ты знал, что хеви-метал используют для пыток заключённых и получения от них признаний?       Фадель смотрел на него, веки его были тяжёлыми, а взгляд мягким от опьянения.       —Если бы я был начальником тюрьмы, я бы так не поступал.       Стайл глубоко вздохнул и встал перед ним, готовясь к схватке.       —А если бы это был я? Что бы ты сделал, чтобы выбить из меня правду? Может, ты бы стимулировал меня каким-то другим способом?       Фадель бросил на него бесстрастный, слегка странный взгляд, когда тот многозначительно сжал губы.       —Может быть... —Стайл взял альфу за запястье и поднёс его руку к своему горлу, напоминая о том, как тот вчера душил его в раздевалке, —Придушишь меня? —он специально сделал это похожим на просьбу.       Рука Фаделя была такой большой, что сердце Стайла забилось чаще, а живот сжался. Он чувствовал потенциально убийственную силу в этих пальцах, когда захват слегка усилился, не перекрывая кислород, но достаточно, чтобы он почувствовал, что Фадель действительно касается его горла всей рукой. Он хотел, чтобы Фадель просто прижал его к ближайшей стене и сделал с ним то, что хотел. Он видел это в тех окутанных пеленой глазах — альфа хотел этого не меньше.       —Ты узнаешь, —прорычал Фадель в конце концов и слегка толкнул Стайла, отпуская его.       —Чёрт, ты такой сексуальный, когда пытаешься запугать! —громко заискивал Стайл. Затем он уловил ритм песни, которую играла группа, и начал свой собственный мош-пит вокруг Фаделя, который теперь выглядел так, будто в основном смирился со своей судьбой.

***

      Рутина была привычной. Стайл заставлял себя вставать на рассвете, чтобы догнать Фаделя на беговой дорожке. Стайл несколько раз пытался с ним заговорить, но Фадель уклонялся от каждой попытки и буквально убегал. Затем Стайл спешил к мясной лавке тётушки, проводил некоторое время, болтая с ней и рассказывая о своих успехах с Фаделем. Когда Фадель подходил, Стайл прятался за прилавком и появлялся, когда альфа приходил за своими обычными кусками мяса. Когда Фадель уходил, он кричал ему вслед, предлагая своё «сладкое мясо», что, как ни странно, не срабатывало.       Затем Стайл срывал фартук и прощался с милой тётей, которая хихикала над его выходками, как будто он не отнял у неё клиента. Затем он побежал за Фаделем до самого заведения. Вчера он спрятал костюм бургера и вывеску «Харт Бургер» за зданием ресторана в кустах и поспешно надел костюм. Он должен был показать, что он настроен серьёзно, что он хочет от их будущего союза не только физического удовольствия.       Стайл уловил запах Фаделя и почувствовал, как он расслабляется, стоя на террасе ресторана и выкрикивая свою страстную рекламную речь.  Затем Фадель грубо прервал его, вырвав вывеску из его рук.       —Что ты делаешь? —прорычал Фадель, опасно сверкнув глазами. Он стоял, словно защищая что-то, скорее всего, свою территорию. Что было довольно глупо, если ты владелец ресторана, подумал Стайл.       —Распространяю информацию о твоём заведении, —фыркнул Стайл, —И делаю это бесплатно, заметь.       —Прекрати, —прорычал Фадель, —Я тебя об этом не просил.       —О, тебе и не нужно, альфа. Но это отличный способ привлечь клиентов. Разве ты не видел, сколько вокруг бургерных? Мы должны выделяться, чтобы выжить! —Стайл принял позу, подчёркивая свои слова, —Давай будем реалистами. Милый омега в качестве талисмана? Кто бы не захотел поесть здесь?       —Они приходят сюда ради моих бургеров, а не твоих театральных выступлений.       —Кто знает? Может, они приходят сюда, потому что шеф-повар такой чертовски красивый.       Стайл подошёл к Фаделю, чтобы шутливо толкнуть его костюмом. И снова он был вознаграждён лёгким толчком.       —Не пытайся подлизаться ко мне, —потребовал Фадель.       —Почему? Похвала заставляет тебя краснеть? Заставляет, не так ли? —Стайл указал на слегка покрасневшие щёки Фаделя. Было ли это от раздражения, от смущения или от того и другого, кто знает.       Фадель опустил руку.       —Снимай этот чёртов костюм и возвращайся в свой гараж.       Стайл улыбнулся так вызывающе, как только мог.       —Заставь меня, альфа.       Он не ожидал, что Фадель попытается сорвать с него костюм прямо здесь. Было очень возбуждающе, когда Фадель пытался его раздеть, но Стайл должен был стоять на своём. Байзон сказал ему, что это единственный способ справиться с Фаделем, и он хотел в это верить.       Их небольшая потасовка быстро закончилась, когда они упали на землю, Фадель оказался сверху Стайла.       Боже мой, что бы только Стайл не отдал, чтобы сделать это без костюма и их одежды. Ему было бы даже всё равно, что они находятся на улице.       —Ты голоден? —прошептал он тихо и затрепетал ресницами, когда они посмотрели друг другу в глаза. Фадель был ошеломлён и сбит с толку, как будто это было последнее, чего он ожидал, но в то же время ему это нравилось.       Он спрыгнул со Стайла, с красным как свёкла лицом, и повернулся, чтобы поприветствовать трёх клиентов, которые шептались и хихикали рядом с ними.       —Пожалуйста, входите, —настаивал Фадель, или, скорее, умолял, показывая им дверь.       —Добро пожаловать! —прощебетал Стайл и улыбнулся им, всё ещё лёжа на спине, как перевёрнутая черепаха.       Фадель повернулся и сердито посмотрел на него, когда клиенты вошли.       —Оставь мой ресторан в покое.       —Вместо того, чтобы прогонять меня, тебе не лучше сейчас переворачивать бургеры? —язвительно спросил Стайл, —Похоже, твой младший брат ещё даже не появился. Обещаю, я делаю это с благими намерениями, ладно?       —Нет, —безразлично ответил Фадель и пошёл к двери, —Это моя работа. Я сам могу с ней справиться.       —Эй, а ты не поможешь мне сначала встать? —позвал Стайл, —Я сам не могу.       Фадель ответил, уставившись на него и закрыв перед ним дверь.       Стайл вздохнул, но не сдался. Он был настроен на долгую борьбу, решение было принято уже давно.       Итак, после того как ему помогли подняться несколько добрых прохожих, он снял костюм и направился прямо на кухню, к прилавку, где его ждал заказ.       —Эй. Кто из гостей заказал это? —небрежно спросил он.       Глаза Фаделя снова вспыхнули тем же огнём, когда он сделал паузу.       —Я сам это сделаю. Уходи.       Стайл недоверчиво поднял бровь.       —Ты собираешься и обслуживать столы, и готовить? Просто останься здесь. Я сам разнесу блюда.       —Байзон скоро будет здесь. Уходи.       —Если мы будем ждать, пока он придёт, клиенты умрут с голоду. Научись принимать помощь, чувак. Я искренне предлагаю, —сказал Стайл выразительно.       Фадель снова замер и медленно посмотрел на него. Хотя в его глазах ничего не изменилось, он наконец рявкнул:       —Ладно. Но сначала переоденься в нашу форму. Моя, которая там, должна тебе подойти.       Стайл ухмыльнулся и начал раздеваться прямо на месте, несмотря на возражения Фаделя. Он мог бы делать это каждый день. Может, ему и стоит делать это каждый день. Особенно теперь, когда Фадель снова смотрел на его обнажённую кожу.       Фадель смотрел на него, как потерявшийся щенок, словно полностью забыв, из-за чего он так злился, когда Стайл снял майку. Независимо от того, насколько он был сварливым и нелюдимым, он был альфой и чувствовал связь с омегой.       Стайл посмотрел на него, кокетливо улыбнулся и повернулся, почти выполнив танцевальный па, чтобы продемонстрировать свою спину, прежде чем прикрыть её красно-чёрной рубашкой. Когда он украдкой посмотрел на Фаделя через плечо, снимая штаны с коровьим принтом, альфа всё ещё смотрел на него. На этот раз на его ноги и алые кружевные стринги, которые едва прикрывали его член и определённо не прикрывали выпуклость его задницы, которую он ненадолго показал Фаделю, наклонившись, чтобы надеть чёрные брюки.       Стайл сделал небольшой поворот, чтобы продемонстрировать, как хорошо сидит одежда, и ухмыльнулся Фаделю, который наконец смог отвести от него взгляд, теперь, когда не было видно столько кожи.       —Всё твоё мне идеально подходит, —самодовольно сказал он.       К сожалению, его слова, казалось, окончательно вывели Фаделя из себя.       —Можешь заткнуться и поспешить? Или я передумаю.       Стайл надел кепку на голову и продолжал ухмыляться и хлопать ресницами в сторону альфы, который только нахмурился и указал на готовую еду.       —Вынеси это.       —Да, шеф!       Бравада Стайла иссякла перед разъярёнными клиентами, и он скоро вернулся, смутно и совершенно нехарактерно для себя испытывая страх перед перспективой провала в обслуживании клиентов. Разговоры о гараже здесь не имели смысла.       Он поспешил к Фаделю, когда подошёл к кухне.       —Эй, еда для столов 5 и 6 готова? Они злятся!       Фадель, занятый приготовлением нескольких бургеров и булочек на гриле, повернулся к нему и сказал:       —Я готовлю их так быстро, как могу. Я же сказал, что мне не нужна помощь. Мне не нужно столько клиентов. Мне не нужны деньги. Я делаю это только для удовольствия.       Стайл удивлённо моргнул.       —Ого, ты миллионер?       —Я не миллионер.       —Если ты не миллионер и делаешь это только для удовольствия, то ты что-то скрываешь...       Они долго смотрели друг на друга, Фадель сначала выглядел озадаченным, а затем его взгляд стал мрачным и защитным, а Стайл искал и размышлял. Их запахи переплелись, запах Фаделя отступил в подозрении, а запах Стайла распространился вокруг них.       —Ты... —протянул Стайл самым угрожающим тоном, на который был способен (что было не очень угрожающе), и шагнул к Фаделю.       К большому удивлению Стайла, Фадель отступил назад, пытаясь вернуть себе пространство. Обычно он бы уже толкнул Стайла или угрожал ему. Любопытно...       —Ты... полицейский информатор! —воскликнул Стайл, полностью изменив свой тон.       Фадель вернулся к своим бургерам и положил один на тарелку, прежде чем он начал подгорать.       —Или полицейский под прикрытием? Оба варианта крутые, —размышлял Стайл, —Что ты расследуешь? Убийство? Наркотики? Прелюбодеяния? Можешь мне рассказать! Я знаю всех здесь, я могу помочь.       —Ты слишком много смотрел «Форсаж», —проворчал Фадель и продолжил готовить бургеры, —А теперь уходи. Если хочешь помочь, обслуживай клиентов. Разговоры сведи к минимуму.       Стайл сделал жест указательным и средним пальцами, чтобы дать Фаделю понять, что он находится под пристальным вниманием. Фадель закатил глаза, но Стайл чувствовал его взгляд на своей спине, когда выходил из кухни.       Позже, когда обеденный ажиотаж закончился и Фадель закрыл заведение на перерыв, Стайл сел сзади и попытался дозвониться Канту.       —Отвечай, чёрт возьми, —пробормотал он, когда третий звонок перешёл на голосовую почту, —Чем он так занят, что не может ответить на звонок?       —Ты вызываешь подкрепление?       Стайл вздрогнул от удивления и повернулся, чтобы посмотреть на Фаделя, который вышел из двери и сел рядом с ним на скамейку.       —Конечно, —вздохнул Стайл. Он был измотан, а день ещё даже не закончился. Было так много клиентов, которых нужно было обслужить, и, хотя Фадель казался очень опытным и уверенным в том, что делал, их двоих было недостаточно, чтобы обслужить несколько десятков человек за несколько коротких часов.       Он чуть не вздрогнул, когда Фадель протянул ему тарелку с аккуратным маленьким чизбургером. Он не смог сдержать широкой улыбки и обратил свой сияющий взгляд на Фаделя.       —Эй! Первый бургер, который ты приготовил для меня! —воскликнул он.       Фадель моргнул.       —Ты наконец сдался? —Стайл продолжил с заметной улыбкой на лице и наклонился к нему, —Это потому, что я такой трудолюбивый? Теперь я тебе нравлюсь, да?       —Не питай надежд, —сказал Фадель, но в его глазах и губах было что-то мягкое. Он не казался таким раздражённым, как обычно, —Это твоя зарплата, —продолжил он, указывая на тарелку.       —Моя зарплата? —воскликнул Стайл и схватил тарелку, оценивая бургер, будто его размер был недостаточным, —Это почти ничего, альфа. Ты настоящий рабовладелец!       —Я же сказал, что не хочу твоей помощи, —объяснил Фадель, как будто он был ребёнком. Он потянулся, чтобы забрать тарелку, но Стайл быстро отдернул её, как будто она вдруг стала золотой.       —Всё в порядке. Я возьму это! —воскликнул он и быстро и жадно впился в бургер, как собака в запретный кусок мяса.       —Когда закончишь есть, иди домой. И забери с собой свой костюм, —Фадель кивнул в сторону костюма, который теперь выглядел очень потрёпанным.       —Ах, —вздохнул Стайл и театрально устремил взгляд в даль, —Такова природа альфы. Он просто использует тебя и выбросит.       Фадель поднял брови.       —Хватит драматизировать. Просто иди домой.       —Ты всегда пытаешься меня прогнать, —заныл Стайл, —Дай мне сначала поесть, это так вкусно.       И это было вкусно. Говяжья котлета была сочной и нежной, сыр идеально расплавился, а салат, помидоры и огурцы были хрустящими и свежими. Булочки тоже не были похожи на замороженные из магазина. Стайл подумал, не выпекал ли их Фадель сам.       Он засунул половину бургера в рот. Фадель смотрел на него, наполовину раздражённый, наполовину почти... с любовью? пока тот жевал, надув щёки, как бурундук.       —Мне нужно возвращаться к работе, —сказал Фадель, —Закончи и уходи.       Стайл пробормотал своё согласие сквозь размятый бургер во рту. Когда Фадель скрылся из виду, он пробормотал про себя:       —Очень вкусно.

***

      Фадель собирался уничтожить Канта.       Неудивительно, что Байзон пропал с горизонта. Старший альфа соблазнил его брата омегу, чтобы осквернить его тату-кресло, вместо того чтобы прийти на смену. Фадель нашёл их: Байзон лежал на Канте в кресле, и они были полностью поглощены друг другом. Воздух был насыщен их возбуждёнными, разгорячёнными запахами. Тёмный янтарь и аромат дождя Байзона смешивались с запахом промокшей от дождя хлопковой одежды Канта, создавая раздражающе гармоничное сочетание. И...       ...это были прищепки на сосках Канта?       —Байзон!       Услышав своё имя, его младший брат повернулся к нему с привычным стыдливым выражением лица. Оно ничуть не изменилось, даже когда Байзон повзрослел.       —Ф-Фадель, —пролепетал Байзон и слез с кресла, его запах стал кислым и рассеялся, —Что ты здесь делаешь?       —Ты не появился в ресторане, —сказал Фадель ровным тоном и уставился на Байзона, когда плечи омеги поднялись, а глаза виновато отвернулись от него, —Ты не отвечал на мои звонки. Так я и узнал, что ты здесь.       Кант бросил на него настороженный взгляд, застёгивая джинсовую рубашку. Его запах тоже значительно ослабел, но он не выглядел таким нервным. Фаделю это не понравилось. Этот альфа должен был сейчас бояться за свою жизнь.       —Я просто делал татуировку, —пробормотал Байзон и попытался выглядеть невинно.       —Сидя на нём верхом? Пахнущий так, как ты пахнешь? —прорычал Фадель. Несмотря на его практически бесстрастное лицо и спокойное поведение, его неодобрение в этот момент не знало границ. Его запах разносился вокруг, острый и неумолимый.       Байзон закрыл глаза и снова принял виноватый вид.       —Иди домой, —приказал Фадель, и, когда Байзон явно попытался возразить, сразу же продолжил, —Не закатывай глаза. У нас есть работа.       Кант перевёл взгляд с Фаделя на Байзона, который сгорбился в знак поражения.       —Я должен идти.       Кант кивнул и остался сидеть, пока Байзон прошёл мимо стула и Фаделя. Затем он повернулся и вопросительно посмотрел на Фаделя, который всё ещё не двигался.       —Пойдём?       —Мне нужно поговорить с ним, —сказал Фадель.       Байсон озабоченно нахмурился.       —Фадель...       —Иди.       —Фадель...!              —Домой, сейчас же! —прорычал Фадель, наконец повысив голос. Это заставило Байзона застыть и переосмыслить ситуацию. Фадель увидел, как его взгляд переместился на Канта, нервно блуждая, прежде чем омега наконец повернулся и вышел за дверь.       Как только тот скрылся из виду и, вероятно, из зоны слышимости, Фадель повернулся к альфе.       Кант улыбнулся ему улыбкой, которая была бы очаровательной буквально для любого другого.       —Привет.       Какой кусок дерьма. Фадель был так близок к тому, чтобы просто задушить этого бесполезного дурака.       Вместо этого он подошёл к стулу. Медленно, чтобы насладиться проблесками страха и неуверенности в глазах Канта, тем, как он напрягся, а затем заставил себя расслабиться, когда присутствие Фаделя и его территориальный запах давили на его чувства.       —Я думаю, я предупреждал тебя в прошлый раз, —пробормотал Фадель, голос его был обманчиво мягким, —Похоже, ты ничего не помнишь.       Он осмотрел стол, на котором лежали бутылки с чернилами и татуировочная машинка. Он взял машинку, чтобы рассмотреть её поближе. Услышал, как Кант шевельнулся рядом с ним. Другой альфа отступал и, двигаясь, вдыхал его запах, как бы подчиняясь, прося не применять насилие. Фадель был этим очень доволен. Он нажал кнопку включения татуировочной машинки и почувствовал, как она зажужжала в его руке.       «Слабак», —проворчал его альфа с отвращением. Его брат заслуживал кого-то, кто был бы готов бороться за право ухаживать за ним. В этом жалком, как мокрая лапша, человеке, съёжившимся перед Фаделем, не было ни капли силы.       —Я дам тебе последнее предупреждение, —Фадель наклонился и поймал взгляд Канта своим, думая о самых кровавых и жестоких вещах, которые только мог придумать, и передавая их своим взглядом и запахом, —Ты и твой друг-механик должны оставить нас в покое.       Кант с трудом сглотнул и отвернулся, оставив свою шею незащищённой в ещё одной бесполезной попытке успокоить Фаделя. Всё ещё давая понять, что не хочет неприятностей. Жаль, что это сожаление пришло слишком поздно.       —Если не уйдёте, то скоро окажетесь в реальной опасности, —пообещал Фадель, клянясь, как будто это было священным обещанием. И для него это было так. Безопасность его брата была превыше всего, всегда.       Он бросил всё ещё жужжащую татуировочную машинку между ног Канта и с глубоким удовлетворением наблюдал, как альфа вздрогнул и нервно выдохнул.       Затем он вышел из тату-салона вслед за своим младшим братом.

***

      Конечно, перед тем, как отправиться на ночную миссию, они поссорились. Байзон в сотый раз повторил, как будто Фадель был крайне забывчивым идиотом, что хочет перестать быть наёмным убийцей и жить нормальной жизнью. Фадель в тысячный раз напомнил ему, что они дали клятву матери. По крайней мере, до завершения последнего задания от этого не было никакого избавления.       Но поскольку Фадель хотел, чтобы его младший брат был в безопасности и счастлив, делая то, что он хотел, он пообещал поговорить с матерью. Он просто боялся и, по сути, был уверен, что с Кантом произойдёт то же, что и с Флюком, а Фадель останется убирать за ним. Он пообещал, что Байзон сможет привести Канта в «Харт Бургер», чтобы провести с ним время.       —По крайней мере, я смогу присмотреть за вами, ребята.       Фадель даже согласился сыграть роль сексуального хоста альфу — Байзон был прав в том, что секретарша Руэрата была омегой, которая, как известно, предпочитала тёмных, мужественных хостов альф и бет, поэтому другой омега в качестве отвлекающего манёвра был бы нелогичен.       Кроме того, клуб, в который они проникали, предлагал танцы гоу-гоу и стриптиз-шоу. Фадель тайно любил уличные танцы и часто занимался ими для поддержания физической формы. Он запомнил много хореографических номеров из K-pop и T-pop и посмотрел все фильмы «Супер Майка» более одного раза. Он был лучше подготовлен, чем Байзон. Байзон должен был ввести наркотик.       Это был не первый раз, когда Фадель выставлял себя напоказ ради заработка. Раньше он давал танцевальные шоу и танцевал на коленях у всех представителей первичного и вторичного пола. Он даже занимался сексом ради информации или чтобы отвлечь внимание, и знал, что Байзон делал то же самое.       Он редко получал удовольствие от того, что продавал себя таким образом — он ценил возможность сохранять свои хобби и своё тело для себя. Он знал, что Байзон не был в лучшем положении, поскольку был свидетелем более чем одной панической атаки своего младшего брата после того, как тот отдавал своё тело для миссии. Но если мать требовала, он и Байзон должны были выполнять.       Даже сейчас, когда он смотрел на миниатюрную, зрелую женщину-омегу, сидящую в VIP-ложе перед сценой, он не испытывал абсолютно ничего, несмотря на явный интерес, с которым она на него смотрела, и её кошачье очарование. Он узнавал в ней только секретаря Пен, их цель. Он должен был показать себя с лучшей стороны, произвести на неё впечатление, соблазнить её.       К счастью, Байзон сидел за тем же столом и смотрел на него ободряюще. Фадель знал, что в конце концов он может довериться своему брату. Ему просто нужно было сделать свою часть работы.       Фадель на секунду закрыл глаза и сделал глубокий вдох, прежде чем зазвучала выбранная им песня. В первые такты он начал танцевать под песню из фильма «Супер Майк», которую он репетировал в последний раз. Много движений бёдрами и толчков, он демонстрировал силу альфы в своих руках, спине и ногах, делая волны всем телом на полу, напрягая бицепсы и пресс, как на выставке бодибилдеров.       Он беспокоился, что его глаза могут показаться слишком мёртвыми, когда он смотрит на секретаря Пен. Это был бы не первый раз, когда его истинные чувства или их отсутствие прорывались наружу, он на самом деле не был очень хорошим актёром. По крайней мере, не таким, как Байзон. Байзон мог очаровать практически любого, даже когда его улыбка и блеск в глазах были фальшивыми.       Затем, прямо перед тем, как пошёл искусственный дождь, его нос уловил слабый аромат ванили и цитрусовых среди головокружительного букета всех других запахов, заполнивших комнату.       Фадель с молниеносной скоростью отгородился от этого, чтобы не споткнуться. Наверное, у него снова проснулась память запахов. Почему, чёрт возьми, Стайл оказался здесь?       «Нам нужно как-нибудь для него потанцевать», — проворчал альфа.       Фадель презрительно фыркнул.       —Хорошая попытка, ты, животное.       Но потом он поймал себя на том, что представляет себе, как на кожаном диване перед ним сидит не секретарь Пен, а Стайл, запрокинув голову и приглашающе глядя на Фаделя. Этот потрясающий, возбуждающий запах полностью окружал Фаделя, затуманивая его мысли и увлекая его.       Как только фантазия окутала его, словно тёплым одеялом, она не отпускала его, несмотря на то, что секретарша пахла какао-бобами и тюльпанами. Фадель вышел из ливня, сошёл со сцены и сначала снял ремень, а затем, не мучая себя лишними мучениями, сорвал с себя брюки.       Воображаемый Стайл улыбался той самодовольной, соблазнительной улыбкой, которая так привлекательно сжимала его губы. Омега развалился там, озарённый мерцающими огнями и тенями клуба, как скульптура из мрамора, раздвинув бёдра и обнажив горло в знак покорности, когда Фадель подошёл ближе. Когда он оказался прямо перед Стайлом, Фадель почувствовал сладкий, густой запах, поднимающийся из-за его ног, когда он начал возбуждаться.       Холодная кожа его ремня скользнула по шее Стайла, и омега сразу же наклонился вперёд, слегка потянув его. Кожа рук Стайла казалась шершавой и горячей на его животе, боках и бёдрах, когда они прослеживали твёрдые мышцы и следы шрамов. Когда Фадель протянул стакан с виски свободной рукой, эти сладкие губы открылись и прижались к стакану.       Омега посмотрел на Фаделя сквозь ресницы, когда он залпом выпил напиток. Фадель почти задрожал от того, как непристойно выглядел Стайл. Он хотел наклониться и почувствовать жжение алкоголя и животный голод этих губ. Он столько раз представлял, как лижет и покусывает их, особенно после того, как они поцеловались в раздевалке. Фадель немного корил себя за то, что тогда не воспользовался шансом исследовать этот греховный рот. Он был слишком занят сдерживанием себя, чтобы насладиться этим.       Он наклонился сквозь воздух, насыщенный желанием, и мягко взял Стайла за подбородок, чтобы ещё больше отклонить его голову назад. Они могли поцеловаться прямо сейчас. Они могли поцеловаться, и он мог перестать притворяться, что не хочет этого, каждый раз, когда Стайл предлагал.       —Этого достаточно? —тихо спросил он.       —Это идеально, —промурлыкал омега перед ним голосом, который был на несколько октав выше. Это вырвало его из фантазии.       Он почти закрыл глаза, чтобы не показать своё разочарование.       —Увидимся в вашей комнате, —сказал он, стараясь сохранять ровный голос.       Любопытно, что запах цитрусовых и ванили не исчез из его носа вместе с фантазией.

***

      Когда он вышел и услышал за спиной знакомые шаги, то понял, почему запах не рассеялся.       —Это было довольно горячо.       Почему вообще Стайл оказался здесь? Как, чёрт возьми, омега узнал, что нужно следовать за ним в место, где он никогда не был и где больше никогда не окажется?       Он повернулся к Стайлу. Омега стоял, как обычно, непринуждённо, с готовой улыбкой. На нём был новый топ в гоночном стиле, а на ключице сверкал кулон в форме сердца.       Фадель почувствовал, как его желудок перевернулся, когда его взгляд упал на блеск драгоценного камня, а затем на блеск тех губ.              —Не пойми неправильно, —сказал Стайл, и Фаделю пришлось вернуться к разговору, —На этот раз я не следил за тобой. Я просто возвращал машину. Так что... Ты тоже работаешь на нескольких работах?       —Да, —пробурчал Фадель.       —Это должно хорошо оплачиваться. Тебе нужны деньги для твоего ресторана, верно? Или информация для твоей настоящей работы? Не нужно стесняться. Честная работа — это честная работа, —Стайл подошёл ближе и улыбнулся, —С твоей внешностью и таким телом... уф. Конечно, ты должен на этом зарабатывать.       Фадель подумал, что лучше всего будет просто уйти, пока он не сделал что-нибудь глупое. Например, притянул Стайла к себе и воплотил в жизнь свою раннюю фантазию. Он развернулся на каблуках и продолжил идти к своему джипу, припаркованному на другом конце стоянки.       —Подожди, давай поговорим. Пожалуйста, альфа? Я скучал по тебе, —умолял Стайл, и Фадель знал, что глаза омеги были огромными, а нижняя губа выпячена.       Затем дверь, из которой только что вышел Фадель, распахнулась. Четыре фигуры высыпали на парковку. Фадель обернулся, чтобы оценивающе окинуть их взглядом, и узнал их из гримёрной. Во главе группы стоял коренастый пожилой бета — Крит, как помнил Фадель. За ним шли три ещё более массивных альфы, одна женщина и два мужчины, чьи имена он даже не удосужился запомнить.       Фадель увидел, как Стайл инстинктивно отошёл в сторону, когда они влетели на стоянку. В глазах омеги было видно нервозность, вызванную внезапно наполнившим воздух запахом альф, демонстрирующих свою силу.       —Думаешь, можно просто так зайти сюда? —лицо Крита покраснело, голос стал резким, когда он подошёл ближе, —Одна ночь, и ты уже получаешь частные заказы. Кхун Пен — мой постоянный клиент!       Фадель сдержал усталый вздох.       —Извини. Я не знал. Теперь ты можешь её забрать.       —Ха, она хорошо тебе заплатила, так что теперь ты отдашь нам остатки или что? —презрительно спросила единственная женщина-альфа. Её взгляд скользнул по Стайлу, и в его глазах промелькнуло что-то хищное, —Кто твой маленький друг?       Стайл выпрямился, но Фадель заметил внезапное напряжение в его плечах и изменение его запаха. Это был верный признак того, что обычно шумный омега хотел, чтобы земля разверзлась и поглотила его, чтобы ему не пришлось терпеть то, что будет дальше.       —Никто, —сказал Фадель, —Он тоже уходит.       —Не пахнет как никто, —один из мужчин-альф обошёл своих коллег и подошёл ближе к Стайлу, намеренно вдыхая его запах.       —Давайте будем разумными, ребята, —наконец смог сказать Стайл, его голос был необычно тонким. Он отступил, когда альфа приблизился, —Богатых клиентов хватит на всех, не так ли? Вам нужно научиться делиться.       Женщина-альфа хихикнула.       —Может, нам стоит поделиться тобой, дорогой.       В глазах Стайла отразилась чистая паника, когда он оглянулся через плечо на Фаделя, а затем снова посмотрел на альф, готовый в любой момент броситься бежать. При виде этого в груди Фаделя поднялось и разрослось что-то горячее и защитное. Он не мог поверить, что этим развращённым пещерным людям разрешалось обслуживать омег или кого-либо ещё.       Как убийца мог иметь больше моральных принципов, чем работники сферы услуг?       —Пахнет бедным омегой, которому нужно знать своё место, —прорычал второй альф.       —Он же не твой, правда? —спросила женщина-альфа у Фаделя.       —Отвали, —голос Фаделя мог бы разрезать стекло. Он не мог узнать себя в этом голосе, никогда не слышал, чтобы он звучал так яростно за всю свою взрослую жизнь.       —Или что, ублюдок? —ближайший альфа схватил Стайла за руку, дёрнув его к себе и бросив Фаделю вызывающий взгляд. Стайл вскрикнул от испуга и попытался вырваться.       Низкий, хриплый рык, полный обещания насилия, пронзил воздух. Фадель сделал шаг.       Он преодолел расстояние двумя шагами и с мстительной силой ударил локтем по виску обидчика, заставив его отпустить Стайла. Мужчина сразу же рухнул на землю, и Фадель свободной рукой схватил Стайла и отодвинул его за свою спину, когда трое других бросились вперёд.       Крит бросился на него первым, один, ослеплённый яростью. Фадель сбил его с ног, и тот упал в грязь. Остальные альфы разделились, пытаясь окружить его, но Фадель сражался и в более тесных условиях, и против большего количества людей, чем сейчас.       Он поймал удар женщины-альфы, повернул её, почувствовал, как хрустят кости запястья, и услышал её крик, когда он сбил её с ног. Мужчина-альфа ударил его прямо в челюсть, и он едва не потерял равновесие, вынужденный сделать несколько шагов в сторону.       Пока он ещё шатался, он почувствовал, как огромные руки другого альфы обхватили его сзади, чтобы удержать на месте. Крит поднялся и подошёл, чтобы ударить его в живот, выбив воздух из лёгких. Второй удар в челюсть был достаточно сильным, чтобы сбить его с ног, вырвав из захвата силой удара. Крит был необычно крепким для беты.       —Эй, это нечестно! —услышал он крик Стайла сквозь звон в ушах.       Идиот, тебе нужно было просто убежать.       —Отвали, сучка!       Фадель повернулся, чтобы посмотреть на омегу, как раз в тот момент, когда тот бросился на альфу и был сразу же сбит с ног мощным ударом кулаком в нос.       Фадель увидел красный цвет.       Его кровь бурлила, он был полон ярости, когда бросился на другого альфу и дважды ударил его так сильно, что настала его очередь упасть. Крит попытался схватить Стайла, и это была его последняя ошибка. Фадель бросился на него, его ботинок с силой ударил бету по рёбрам, и тот застонал и упал на спину.       —Ещё кто-нибудь? —голос Фаделя был абсолютно спокоен, но его запах и присутствие наполнили парковку, пока воздух не зашипел от них.       Противники, которые ещё были в сознании, поднялись и отступили, таща друг друга за собой и бросая нервные взгляды на Фаделя, который плюнул на землю глоток крови, выпрямился и угрожающе посмотрел на них.       Фадель подождал, пока за ними закроется дверь, прежде чем повернуться к Стайлу.       Омега всё ещё сидел там, где упал, с широко открытыми глазами и быстро поднимающейся и опускающейся грудью. Из носа текла кровь.       Фадель протянул руку.       —Ты в порядке? —его голос теперь был мягким, настолько успокаивающим, насколько он мог его сделать.       Это было странно. Обычно он не обращал внимания на побочные эффекты, по крайней мере, делал вид, что не обращает. Но со Стайлом сейчас это казалось невозможным.       Стайл принял руку и, поднявшись, осторожно прикоснулся к носу, поморщившись от боли.       —Ой. Да.       Фадель щёлкнул языком, осматривая повреждения.       —Хочешь заявить об этом?       Внимание полиции было нежелательным для их с Байзоном миссии, но он не смог бы жить спокойно, если бы лишил Стайла возможности добиться справедливости.       —Нет, всё в порядке, —сказал Стайл.       Фадель уставился на него.       —Как?       —С этими созданиями трудно бороться, —пожал плечами Стайл, ещё больше обеспокоив Фаделя, —Что? Ты хочешь сказать, что собираешься подать заявление о нападении? Они же напали и на тебя.       Фадель промолчал. Стайл фыркнул.       —Я так и думал. Вы, альфы, со своей гордостью и всей этой ерундой... У тебя в машине есть салфетки?       Они шли к джипу бок о бок, касаясь руками, черпая утешение в присутствии друг друга. Фадель протянул Стайлу новую коробку салфеток из бардачка и прополоскал рот водой из бутылки, пока Стайл останавливал кровотечение.       —Блять, моё прекрасное лицо! —сетовал Стайл, —Завтра я буду выглядеть ужасно.       —Залезай, —сказал Фадель и почувствовал, как у него сдавило горло.       Стайл моргнул, поражённый, но залез в джип.       Было странно делить пространство со Стайлом, не чувствуя, как воздух сразу становится тяжёлым и наполняется всем несказанным и невыполненным. Старый сладкий запах омеги всё ещё был там, очень слабый, но ощутимый. Фадель подумал, что увидел румянец на щеках Стайла, когда тот вдохнул и почувствовал запах самого себя.       Они ехали в тишине (что Фадель считал невозможным для такого человека, как Стайл) до ближайшего магазина, который находился почти по соседству. Фадель почти заставил Стайла остаться в джипе, но его альфа был слишком обеспокоен, чтобы оставить омегу одного после того, что произошло. Он хотел охранять и защищать. Поэтому они пошли вместе.       Кассирша бросила на них долгий взгляд, когда они прошли мимо кассы к отделу замороженных продуктов, а Стайл всё ещё прижимал к носу салфетку. Фадель купил им по маленькому пакету замороженного горошка и поискал гепариновый крем и бутылки с водой, чтобы пополнить запасы в своём джипе. Стайл заметил, что его движения выглядят подозрительно опытными. Фадель только хмыкнул в ответ и заплатил за всё.       Когда они вернулись в машину, Стайл внезапно мягко взял Фаделя за подбородок, поворачивая его голову то в одну, то в другую сторону, чтобы осмотреть повреждения.       —Чёрт, у тебя тоже синяки. Завтра будешь выглядеть очень устрашающе, —пробормотал Стайл, залез в пластиковый пакет, который всё ещё держал Фадель, и вытащил один из пакетов с горохом, чтобы прижать его к пульсирующей челюсти альфы. Фадель зашипел и инстинктивно схватил руку Стайла. Оба замерли от прикосновения.       Это не было так, что напряжение между ними исчезло. Оно просто смягчилось из-за насилия. Теперь, когда адреналин спадал и они снова прикоснулись друг к другу, оно лизнуло живот Фаделя, как тихое пламя. Рука Стайла была такой тёплой в его руке. Его запах был сладким и манил Фаделя сдаться, расслабиться в его присутствии.       —Ты делай своё, я сделаю своё, —проворчал Фадель и достал другой мешок с горохом, сунув его Стайлу.       Они сидели там некоторое время, залечивая раны, Стайл болтал о пустяках и жаловался на боль — Фадель воспринял это как ещё один признак того, что омега был спокоен и чувствовал себя в безопасности с ним. (Нет, это не вызывало у него чувства гордости и удовлетворения.)       —Давай я, —настаивал Стайл, когда Фадель открыл тюбик с гепариновым кремом. Фадель позволил омеге нанести его на свою челюсть и щёку, тихо наслаждаясь нежным прикосновением. Это было ново. Немного нервировало, но в то же время его сердце билось быстро, и он чувствовал себя таким лёгким. Он не мог вспомнить время, когда Байзон не был единственным человеком, который так заботился о нём.       —Спасибо, Фадель, —прошептал Стайл, насколько можно было шептать, когда вся его личность была громкой и надоедливой.       Фадель почувствовал, как всё его тело ожило, когда Стайл произнёс его имя.       Он отвёз Стайла домой. Не в гараж, а как можно ближе к входной двери его дома. Он всё ещё чувствовал странное недовольство, когда омега вышел из машины, как будто хотел забрать его и спрятать от всего мира.       Стайл помахал ему мешком с горохом и улыбнулся.       —Увидимся, красавчик.       Фадель просидел там целых три минуты после того, как Стайл ушёл в дом.

***

      Стайл был официально одержим.       Не то чтобы он не был таким и раньше, но прошлая ночь была потрясающей, ещё одна деталь сложилась в мозаике его чувств к Фаделю. Впервые человек, которого он хотел не только как сексуального партнёра, встал на его защиту. Причём против целых четырёх противников. И вышел победителем!       Стайл провёл ночь, лаская себя, вспоминая тот рык, разорвавший ночную тишину. Он не мог вспомнить, чтобы когда-либо слышал что-то столь дикое, столь древнее за пределами фильмов и сериалов. Большинству актёров было трудно произвести такой звук, даже когда они проходили специальную подготовку. Он должен был исходить из самой глубины альфы, когда они были по-настоящему разъярены, защищали или обладали чем-то или кем-то.       А последующий уход, боги, он всё ещё переживал те моменты. Фадель защищал его, нежно прикасался к нему, заботился о нём, спрашивал, всё ли в порядке, не хочет ли он подать в суд.       Какой великолепный мужчина приглянулся Стайлу. С самого начала он испытывал сомнения, но теперь был уверен. Фадель был достойным альфой, внутри и снаружи, и стоил того, чтобы за ним ухаживать.       Именно поэтому Стайл был в группе поддержки для скорбящих, сочиняя свою бредовую историю об этом дурацком псе Бунтеме, которого у него на самом деле никогда не было. Бунтем был собакой соседа, прожил около 18 лет и ненавидел его по какой-то непонятной причине все те годы, что они были знакомы.       Он не знал, откуда это взялось. Или нет, он уже рассказывал эту историю раньше, ради прикола или когда ему нужно было манипулировать кем-то, но он не знал, почему сейчас он специально раздражал Фаделя, после всей той близости, которую они испытали прошлой ночью. Альфа был явно не в своей тарелке, когда понял, что Стайл здесь.       И дело не в том, что Стайл никогда не любил и не терял. У мамы и папы были кошки, когда он был моложе, потом мама умерла от рака, кошки от старости, а папа категорически отказался завести новую спутницу или новых кошек. Один из его близких одноклассников покончил с собой, прыгнув с моста в 14 лет. Он кормил несколько месяцев или лет очаровательных бездомных собак, а потом они исчезли и больше не возвращались. Он будет скорбеть о маме до конца своих дней. Она не одобрила бы, если бы Стайл притворялся скорбящим ради сочувствия или извращённого юмора.       Как и Фадель, судя по исключительно жесткому взгляду, который Стайл получал из другого конца круга. Челюсть и правая щека альфы были покрыты синяками и немного опухшими. То же самое было с переносицей Стайла, которую он пытался скрыть, надев кепку.       Он был несколько удивлён, когда группа сделала перерыв, чтобы сходить в туалет, а Фадель грубо затащил его в отдалённую кладовую, полную сложенных стульев. Альфа сорвал с его головы кепку и толкнул его в кучу этих стульев, несмотря на его протесты.       —Похоже, я был слишком добр к тебе, —сказал Фадель, его голос был напряжён от ярости, —Ты считаешь чужие потери шуткой?       —Нет, —ответил Стайл, —У меня тоже есть свои проблемы, ты не единственный.       —Бездомная собака? —с невозмутимым выражением лица спросил Фадель.       —На самом деле, за эти годы их было четыре, но да, —Стайл фыркнул, —Я нашёл эту группу поддержки в интернете. Это просто судьба, что мы продолжаем встречаться, не думаешь?       Фадель пронзил его взглядом.       —Я в это не верю.       Стайл нетерпеливо вздохнул.       —Что с тобой сегодня? Вчера вечером ты был таким... мягким. Разве ты не понимаешь, что я ухаживаю за тобой, потому что ты мне нравишься? Я хочу тебя. Ни больше, ни меньше.       —Мне не нравится, когда за мной ухаживают, —проворчал Фадель, пытаясь заставить Стайла подчиниться своим взглядом, но безуспешно, —Если бы ты мне нравился, я бы сам ухаживал.       —Ты хочешь сказать, что на самом деле я тебе не нравлюсь и ты меня не хочешь, да? —Стайл громко рассмеялся, резко и раздражённо, —Да ладно тебе. Ты сходишь с ума от моего запаха, так же как я от твоего. А вчера вечером ты показал, что хочешь не только переспать со мной.       Фадель оценивающе посмотрел на него, глаза его блестели, как дуло пистолета.       —Так ты действительно хочешь переспать со мной, да?       Стайл не смог сдержаться. Он закатил глаза.       —Да! Это то, что я пытался тебе сказать.       —Хорошо.       Стайл чуть не проглотил свой язык.       —Если ты этого хочешь, омега, я тебе это дам. Только в этот раз.       Фадель набросился на него, как хищник, схватил его губы и поглотил их своими, удерживая его обеими большими, холодными руками, обхватившими его шею и затылок. Без предварительных ласк, просто сразу же приступив к покусыванию зубами, обжигающему языку, сосанию губ и слюне, стекающей по углу рта Стайла.       Фадель пах чёрным чаем, он, должно быть, пил его раньше. Колени Стайла подкосились, и ему пришлось опереться на стулья позади него.       Его потрясло внезапное мурлыканье, раздававшееся из широкой мускулистой груди, прижатой к его. Фадель поцеловал его шею вплоть до железы, и провёл по ней плоским языком, явно наслаждаясь вкусом. Стайл застонал и его руки устремились к бицепсам Фаделя, пытаясь удержаться от неподдельного удовольствия, которое пробегало по его позвоночнику и в нижней части живота. Альфа наконец-то уделял ему внимание, которого он так долго ждал.       Фадель не торопился, играя с железой и чувствительной кожей вокруг неё, облизывая, посасывая, покусывая, целуя и, казалось, делая всё, что не было настоящим укусом (за что Стайл был благодарен). Достаточно долго, чтобы Стайл почувствовал, как влага стекает по его внутренней стороне бёдер, и его ноги начали дрожать.       —Блять, —простонал он, растянув это слово с жаждой, голос был уже напряжён от всех стонов и вздохов, которые вырывались из его уст бесконечным потоком шума. Никто даже не прикасался к нему ниже пояса, но он был возбуждён до предела.       Затем Фадель внезапно отнял свои смазанные слюной губы от железы с громким хлопком, сдёрнул с головы Стайла короткую майку и резко развернул его, прижав спину Стайла к своей груди. Его рот вернулся к работе над железой, но теперь Стайл не чувствовал практически ничего, кроме пульсирующей твёрдости, которая давила на его ягодицы через раздражающе много слоёв ткани.       Чёрт, у Фаделя в штанах было настоящее бревно. Стайл должен был просто пойти без трусов, как он так долго хотел, к чёрту мокрое пятно, которое делало вид, будто он обмочился, когда он достаточно промок.       Рука Фаделя погрузилась в его штаны, нашла широкий пояс его хлопковых стрингов и опустилась, чтобы погладить его столь же твёрдый и пульсирующий член. Стайл открыл рот, чтобы выразить своё восхищение, протянул правую руку, чтобы схватить Фаделя за волосы, и осторожно потянул.       —Вставь в меня пальцы, —пробормотал Стайл, голос его был гораздо глубже, чем предполагали издаваемые им звуки. Он почувствовал, как Фадель задрожал.       Рука в его штанах отпустила его эрекцию и ещё больше изогнулась под ним. Фадель тихо застонал ему на ухо, когда его пальцы встретили гладкие складки и вход, который дрогнул под подушечкой его среднего пальца, когда он просунул его между ними.       —Чёрт, ты весь мокрый, —прошептал альфа, впечатлённый и возбуждённый.       —Ага, я же тебе говорил, —задыхаясь, прохрипел Стайл. Затем он запрокинул голову и застонал, когда Фадель проник в него и сразу же начал движения, когда палец оказался достаточно глубоко, чтобы достичь его сладкого места.       Один палец был пыткой, но Стайл был слишком переполнен удовольствием и триумфом, чтобы жаловаться. Он повернул голову и поцеловал Фаделя в шею, прямо там, где находилась его железа. Его вкус сделал прикосновения внутри ещё приятнее. Неудивительно, что Фаделю было трудно оторвать рот от железы Стайла.       Это и было совместимостью?       —Трахни меня, —потребовал Стайл, когда Фадель ввёл в него безымянный палец, —Я хочу кончить на твой член.       —Презерватив?       Стайл покачал головой и нахмурился. Он знал, что будет дальше.       Фадель зарычал от разочарования.       —Я не буду в тебя входить. Ты хочешь забеременеть?       Стайл снова рассмеялся, и его смех превратился в стон.       —Не особо. Но я принимаю таблетки. И я... чист.       —Нет. Ты не получишь мой член.       Стайл заныл, разбитый горем. Это было похоже на отказ.       —Не говори так. У меня всё высыхает.       Фадель громко рассмеялся и ускорил движения пальцев, изменив угол, так что смазка слышно хлюпала, стекая из входа Стайла.       —Да. Там как в пустыне.       Стайл, честно говоря, покраснел. От стеснения. От безудержной похоти. Альфа был так жесток.       —Снимай штаны, —проворчал Фадель и вышел из Стайла. Омега задыхался, когда пальцы выскользнули из него, оставив его раскрытым и пустым.       Он услышал, как зазвенела пряжка ремня Фаделя и зашуршала ткань его брюк. Он поспешил расстегнуть пуговицу и молнию своих джинсов, руки дрожали от адреналина и желания. Джинсы с трудом снимались с ног, но его испорченные стринги практически сами упали, как только он отклеил их от паха.       Его внутренняя сторона бёдер была скользкой от смазки. Фадель проверил их рукой и довольно хмыкнул.       —Сомкни бёдра, —приказал он.       Стайл подчинился, удивительно даже не подумав о том, чтобы ответить резкостью. Как только он наклонился над стульями и сжал ноги, Фадель занял своё место.       —Сначала я возьму своё. Если я буду в хорошем настроении, то потом снова воспользуюсь руками, —сказал он Стайлу деловым тоном, голос его был похож на хриплое мурлыканье.       Затем Стайл почувствовал, как головка члена Фаделя медленно продавливается между его гладкими бёдрами, менее чем на ширину ладони от его дрожащего отверстия. Он заскулил, желая проникновения и искр, которые оно вызывало в его позвоночнике и во всех уголках его тела.       Чёрт возьми, почему он не подумал взять с собой презервативы? Почему он всегда должен расплачиваться за свою недальновидность?       Фадель снова прижался ртом к его железе, на этот раз с другой стороны горла, и дико зарычал, толкая бёдрами. Стайл почувствовал внезапное прикосновение зубов к чувствительной коже и полностью обмяк. Фадель быстро обхватил бёдра Стайла руками и прижал их тела друг к другу, рыча ему в шею, пока Стайл скулил и рефлекторно сжимал бёдра ещё сильнее.       Фадель кончил слишком быстро, низко рыча в волосы Стайла, бёдрами плотно прижимаясь к его ногам, а пальцами оставляя свежие синяки на его бёдрах. Стайл чувствовал себя как в облаках, но всё ещё был способен думать, что это такая потеря. Идеально полезное семя просто капало на пол, когда он больше всего на свете хотел, чтобы оно оказалось у него во рту, в нём или хотя бы на пояснице. Он не был привередлив.       Он смазывал себя всё время, пока Фадель получал удовольствие, следя за тем, чтобы скольжение не прекращалось. Фадель снова развернул его лицом к себе и толкнул, чтобы тот сел на сложенные стулья. Затем Альфа опустился на колени между его ног и безжалостно вставил в него три пальца, а свободной рукой помогал держать одну из ног Стайла согнутой и не мешающей.       —Ты так хорошо пахнешь там внизу, —Стайл подумал, что услышал шёпот Фаделя, —Хотел бы я прикоснуться к тебе ртом.       Стайл был полностью лишён возможности говорить от удовольствия, кричал и стонал, пока те толстые пальцы раскрывали его, добирались до самых глубоких уголков и заставляли его испортить стул, на котором он сидел.       Ему показалось, что он немного брызнул, когда кончил. Он определённо кричал. А потом почти растаял прямо на стуле и упал на пол, полностью обессиленный и находясь на растерзании Фаделя.       Фадель продолжал ласкать Стайла, пока тот не схватил руку альфы и не заставил его остановиться.       —Я не могу встать, —пробормотал Стайл, когда наконец обрёл голос. Он хрипло вздохнул, когда Фадель вытащил пальцы и прижал их к губам Стайла.       —Очисти.       Вся нижняя часть тела Стайла сократилась в отчаянной просьбе о втором раунде. Он открыл рот и втянул пальцы, смачно чавкая губами и языком, насколько мог, пока работал. Фадель уставился на его рот, и его заворожённого взгляда было достаточно, чтобы заставить Стайла заурчать в груди.       Фадель расширил глаза, услышав это, и вытащил пальцы, оставив Стайла жаждущим и открытым во многих смыслах. Альфа начал одеваться. Стайл подавил разочарование и перестал мурлыкать. Не было смысла продолжать, если Фадель настаивал на такой холодности. Он не будет умолять альфу остаться.       —Это же то, чего ты хотел, верно? —спросил Фадель, когда Стайл надел джинсы и сунул мокрые, холодные стринги в карман. Воздух в кладовой был пропитан их общими запахами. Обе железы на шее Стайла пульсировали и были чувствительными.       —Каким омегой ты меня считаешь? —отрезал Стайл, понимая, что явно раздражён, —Я могу казаться бабником, но знай, что я глубоко предан любви. Я хочу найти пару.       Фадель посмотрел на него с некой грустной усталостью в глазах, которая быстро исчезла, когда он снова закрылся в себе. Но Стайл это заметил. На долю секунды он увидел, что на самом деле чувствовал альфа.       —Тогда тебе следует найти её, —пробормотал Фадель и повернулся, чтобы уйти.       Стайл встал перед ним, преградив ему путь к двери.       —Ты не можешь так со мной поступить.       —Почему нет?       —Ты знаешь, что у нас есть потенциал для гораздо большего. Почему ты уходишь?       —Мы договорились об одном разе.       —Ты слишком жесток!       —Уйди с дороги, омега.       Стайл почувствовал это в воздухе. То же самое потемнение, которое он ощутил на беговой дорожке, когда Фадель оттолкнул его. Яркость его запаха стала густой и тягучей, парализуя его нос и горло.       —Ты же не можешь быть серьёзен, Фадель! —крикнул Стайл.       Фадель больше ничего не сказал, просто прошёл мимо него, как будто он был воздухом.       —Я не позволю тебе так меня использовать и бросить, —крикнул ему вслед Стайл. Это было чёртово обещание.