Глава 15. Незаконченные дела

      Стайл украдкой поглядывал на профиль Фаделя. На его сжатую челюсть, напряжение в плечах, на то, как его здоровая рука сжимала рукоятку пистолета.       Рука, которая так бережно держала Стайла во время течки. Рука, которая, сама того не подозревая, давала ему таблетки-плацебо. Рука, которая могла бы…       Рука Стайла снова скользнула к животу, но он вовремя остановился.       —Почему ты всё время так делаешь? —внезапно спросил Фадель.       Стайл вздрогнул.       —Делаю что?       —Прикасаешься к животу. Ты сделал это три раза с тех пор, как я тебя развязал.       У Стайла замерло сердце.       —Я… это ничего. Просто нервная привычка. Когда я в стрессе.       —Раньше ты так не делал.       —Ну, ты раньше меня и не похищал.       Фадель замолчал, но Стайл чувствовал, как тот думает, анализирует, пытаясь понять, что Стайл скрывает.       —Я знаю, что ты меня ненавидишь, —сказал Стайл, отчаянно пытаясь сменить тему, —Но я рад, что мы делаем это вместе. Ищем Байзона и Канта. Даже если завтра ты… —его голос дрогнул, —Даже если завтра всё закончится. Я рад, что у меня есть сегодняшний день с тобой.       Костяшки пальцев Фаделя побелели.       —Не надо.       —Не надо что?       —Не надо вести себя так, будто это какое-то романтическое приключение. Будто мы партнёры в этом деле, —голос Фаделя был напряжённым, —Ты здесь, потому что мне нужна информация и пара рук. Вот и всё.       —Правда? —Стайл повернулся на сиденье, чтобы посмотреть на него во весь рост, и одна рука снова бессознательно легла на живот, —Ведь ты мог просто допросить меня у бассейна. Угрожать мне, пока я не расскажу всё, что знаю. Но ты этого не сделал. Ты развязал меня, когда я испугался. Ты взял меня с собой.       —Потому что ты — обуза. Не могу оставить тебя одного, чтобы ты не связался с полицией.       —Чушь собачья, —твёрдо сказал Стайл, —Ты хочешь, чтобы я был здесь. Даже если не признаёшься в этом. Даже если это тебя злит. Ты хочешь, чтобы я был здесь.       —Здесь поверни направо и заезжай в этот паркинг, —приказал Фадель.       Это был мотель. Сердце Стайла внезапно забилось быстрее, его запах усилился от возбуждения. Они остановились в мотеле.       —Ты что, возбудился по дороге, или как? —спросил он, не в силах сдержаться.       Фадель гневно посмотрел на него и сделал глубокий, успокаивающий вдох.       —Перестань болтать и выходи.       —Ладно, я приготовлюсь. Я же не могу по щелчку пальцев, понимаешь? —это была ложь. Влияние Фаделя на Стайла было мгновенным. Он чувствовал, как становится чуть-чуть влажным каждый раз, когда запах Фаделя усиливался по какой-то причине.       Его страх смерти давно перерос в степень, при которой он возбуждался.       —Я привёз тебя сюда не для того, чтобы переспать с тобой, —прорычал Фадель, —Я ищу Байзона. Иди за мной и заткнись.       Стайл так и сделал, но не без того, чтобы не представлять себе всевозможные непристойности. Они вполне могли начать прямо в машине. Он мог бы нанести новый слой своего аромата на салон, чтобы Фадель просто сошёл с ума. От этой мысли он чуть не замурлыкал.       Улыбчивая девушка-омега, работавшая на ресепшене, бросила взгляд на фотографию Байзона, которую Фадель показал ей со своего телефона, и покачала головой.       —Да, он раньше бывал здесь, но я его давно не видела. В прошлый раз он приходил с тобой, верно?       —Я просто хочу знать, был ли он здесь в последние два дня, —терпеливо сказал Фадель.       —Нет, я его не видела. Он сбежал из дома или что-то в этом роде?       —Да, в общем-то, —вступил в разговор Стайл, заметив её жажду сплетен, —Он немного проблемный. Мы беспокоимся о нём, поэтому ищем его.       —Честно говоря, может, не стоит тратить время, —сказала женщина, —Молодые омеги в наши дни просто хотят развлечься. Когда ему надоест его похождение, он сам вернётся, поверьте мне. Мы можем накормить их и одеть, но мы не можем контролировать их сердца.       Её выражение лица стало лукавым.       —Итак… А как насчёт вас двоих? Нужна комната?       —Да, —сказал Стайл.       —Нет, —сказал Фадель.       —Я измотан после поездки, давай же, —заныл Стайл, —Мы найдём Байзона завтра. Давай сначала отдохнём и разберёмся во всём.       —Я не могу спать и тратить время. Нам нужно идти.       —Но у меня всё болит от того, что я целый день просидел в машине! —Стайл потянулся, выпятив живот, и весело улыбнулся девушке на ресепшене.       —Ой, вот ты, —она повернулась, чтобы отчитать Фаделя, который тут же съёжился перед ней, словно побитый щенок, —Тебе не жаль своего парня? Посмотри, он же практически умоляет об этом.       —Он не мой парень, —без выражения ответил Фадель.       —Неважно! —цокнула языком дама, —Позвольте мне поселить вас в специальной комнате. Я даже дам вам презервативы и смазку.       Стайл сдержал смех и прикусил нижнюю губу, глядя на ошеломлённое выражение лица Фаделя.       Чуть позже Стайл открыл дверь комнаты 237 с презервативами и смазкой в руках и наконец разразился смехом.       Кровать имела форму автомобиля. Забавный маленький бледно-голубой кабриолет, с работающими фарами и рулём. Стены были отделаны яркими пластиковыми панелями и огромным зеркалом. С потолка свисал диско-шар.       —Нет, —категорично сказал Фадель.       —Ой, да ладно тебе. Разве это не потрясающе? —Стайл вошёл в номер, проведя рукой по капоту машины, —Когда ты в последний раз спал в кровати-машине?       —Никогда. Я взрослый.       —Взрослый без чувства юмора.       —У меня его предостаточно.       Но больше некуда было идти, и они оба это знали. Фадель затащил себя внутрь, бросив рюкзак на пол. Он оглядел комнату, как будто она лично его обидела, а затем занял кресло в углу.       —Ты будешь спать на этом кресле? —спросил Стайл.       —Я не буду спать на этом, —Фадель указал на кровать в форме машины.       —Как хочешь, —Стайл скинул обувь и плюхнулся на кровать, растянувшись поперёк заднего сиденья, —Оооо, как же здесь удобно. Это же матрас с эффектом памяти, —вздохнул он, слегка преувеличивая, чтобы посмотреть на реакцию Фаделя.       Фадель уставился на противоположную стену.       —Замечательно.       Они сидели в напряжённой тишине некоторое время. Стайл чувствовал, как Фадель украдкой наблюдает за ним. Почти восемь часов в машине, и они едва ли обменялись парой фраз, кроме обсуждений логистики или попыток Стайла раздражать Фаделя, чтобы завязать разговор.       Восемь часов, в течение которых Стайл хотел сократить расстояние между ними, но знал, что не может.       Но он устал от молчания. Устал от холодности. Устал притворяться, что не хочет Фаделя так сильно, что это причиняет боль.       Его течка прошла, но тело всё ещё помнило. Всё ещё жаждало. А дневной стресс заставил его напрячься, и ему нужно было разрядиться, нужно было что-то, чтобы он меньше чувствовал, будто всё рушится.       —Нам нужно поговорить, —легкомысленно предложил Стайл.       —Нет, —последовал немедленный отказ.       —Мы избегали этого весь день.       —И можем избегать всю ночь.       Стайл сел, разочарованный.       —Сколько ты ещё будешь так продолжать? Я извинился. Я всё объяснил. Чего тебе ещё нужно?       —Я хочу, чтобы ты перестал вести себя так, будто это можно исправить.       —Это можно исправить. Если бы ты просто…       —Просто что? Простил тебя? Снова доверился тебе? Притворился, что предательства не было? —голос Фаделя был жёстким, —Так не бывает.       —Тогда как? —Стайл поднялся с кровати в форме машины, подошёл ближе, стараясь при этом покачивать бёдрами, —Скажи мне. Потому что я стараюсь. Я пытаюсь всё исправить, а ты даже не смотришь на меня.       Фадель уставился на него гневным взглядом.       Стайл сделал ещё один шаг, намеренно выделяя свой самый нежный аромат.       —Я знаю, что ты обижен. Я знаю, что облажался. Но я также знаю, что ты всё ещё хочешь меня.       Фадель был как стена.       —Нет.       —Нет? —голос Стайла понизился, —Твои инстинкты альфы сейчас сходят с ума. Я знаю, что это так. Омега в беде, омега, с которым ты провёл течку, омега, о котором ты заботишься, даже если не хочешь… Твоё тело кричит тебе, чтобы ты подошёл сюда и убедился, что со мной всё в порядке.       —Моё тело может заткнуться нахуй.       —Но оно не заткнётся, —Стайл стянул футболку через голову и бросил её на пол, —Потому что даже злой, даже обиженный, ты всё равно хочешь меня.       Фадель сжал челюсти.       —Надень футболку обратно.       —Заставь меня, альфа.       —Стайл…       —Я в стрессе. Ты в стрессе. Мы застряли в мотеле, где вместо кровати у нас машина, и мы понятия не имеем, где Байзон и Кант, —руки Стайла потянулись к пуговице на джинсах, —Мы можем продолжать сидеть здесь в напряжённой тишине. Или мы можем сбросить часть этого напряжения. Вместе.       —Какая ужасная идея.              —Полагаю, большинство моих идей ужасны, это правда, —Стайл выскользнул из джинсов, оставаясь только в своём обычном кружевном нижнем белье, —Но они интересные, верно?       Он зацепил большими пальцами за пояс и стянул стринги, скомкал их и бросил прямо в лицо Фаделю.       Фадель был настолько ошеломлён, что нижнее бельё попало прямо в него. Он сорвал его с себя (не без слышимого вздоха), уставившись на ткань в руке со смесью возмущения и недоверия.       —Серьёзно? —его голос звучал ровно, но в нём чувствовалось что-то ещё. Какое-то трепетание, которое Стайл едва мог уловить.       Стайл улыбнулся, растянувшись на сиденье машины, не прикрытый ничем.              —Верь или не верь, я никогда не занимался сексом в машине. Заниматься этим в машине с механиком… Просто фантазия, да?       Фадель отчаянно пытался смотреть в другую сторону, но его взгляд снова и снова неуклонно возвращался к Стайлу. Он дышал с приоткрытым ртом, явно вдыхая запах, явно возбуждённый, несмотря на внешнее нежелание.       —Давай, Фадель. Кресло подходит, если участников трое. А я вижу здесь только нас двоих.       Фадель резко встал. Сердце Стайла учащённо забилось. И вот они уже целовались, и Фадель, наконец, забрался на кровать. Стайл раздвинул бёдра и встретил его с восторгом, приветствуя его руками и своим языком, и застонал, когда Фадель поочередно стал ласкать его язык и нижнюю губу.       Рот альфы вскоре перешёл к его шейной железе, поцеловал её и дразняще покусал, чтобы она выпустила волну аромата. Он заурчал, когда запах Стайла распространился и усилился вокруг них. Стайл ответил на этот звук своим собственным ярким рычанием, в восторге от радости.       Фадель уже был наполовину возбуждён, и Стайл почувствовал, как в ответ у него стало влажно, когда член прижался к низу его живота. Он был так счастлив, что они так сильно влияли друг на друга, что даже несмотря на трудности (мягко говоря), они могли пробудить друг в друге страсть и желание.       —Подарок.       Стайл замер.       —Что?       Фадель приподнялся, чтобы посмотреть на него, облизывая влажные губы.       —Подарок для меня.       Боже, Стайл почувствовал, как при этом у него всё закипело. Фадель попросил об этом, когда он был в течке, и эта просьба вызвала в памяти всевозможные воспоминания. О твёрдых кубиках пресса Фаделя, прижимающихся к спине Стайла, о его тазобедренных костях, ударяющихся о ягодицы Стайла, о его больших руках, сжимающих талию Стайла и оставляющих следы. Удары кожи о кожу и страстные стоны и вздохи, переплетающиеся в непристойную мелодию. Стайл так сильно хотел этого снова.       Поэтому он перевернулся на четвереньки и опустил грудь на кровать, провокационно предлагая себя. Когда он оглянулся через плечо на Фаделя, альфа смотрел куда-то между его ног, вероятно, на его мокрую дырочку, его взгляд был почти пьяным от того, насколько он был расфокусирован.       Недолго думая, Фадель прильнул к нему, и Стайл с удовлетворением вздохнул, почувствовав, как губы альфы обхватили отверстие и нежно присосались, заставляя его бёдра откидываться назад навстречу прикосновению. Вскоре нетерпеливый язык начал исследовать и кружить вокруг отверстия. Боже мой, этот мужчина просто жаждал тела омеги. Стайлу так повезло. Немногие альфы, с которыми он был, так жаждали прикоснуться к нему губами.       —Тебе вообще не нужна смазка, да? —проворчал Фадель, подняв голову, чтобы вдохнуть, а нижняя часть его лица была мокрой от смазки и слюны.       —Н-нет, альфа. Ты делаешь меня таким влажным, —застонала Стайл.       —Как мило. Ты всегда мне дерзишь, но вот так ты такой… послушный.       Стайл бросил на Фаделя обиженный взгляд через плечо и заныл:       —Я всегда послу… нгггх! —пока его не прервал палец альфы, проникший в него.       Фадель некоторое время ласкал его пальцами, раскрывая его сначала двумя, а потом тремя пальцами и наблюдая, как вытекает смазка. Стайл стонал и откидывал бёдра назад, пытаясь втянуть пальцы поглубже.       Наконец Фадель вытащил пальцы, и Стайл услышал, как открывается упаковка с презервативом. Он не смог сдержаться — он рассмеялся.       —Что такого смешного? —спросил Фадель.       Ты уже зачал мне ребёнка, это не поможет.       Стайл нетерпеливо покачал бёдрами.       —Ничего. Поторопись.       Фадель презрительно фыркнул и натянул презерватив.       —Ты просто полон секретов, да?       Несмотря на холодный укол в этих словах, последовавшее за ними проникновение было знакомым и желанным и заставило тело Стайла затрепетать. В его груди снова заурчало, когда он был заполнен. Фадель прижался к его спине и начал лизать его шейную железу. Было так хорошо — снова иметь своего альфу так близко, чувствовать, как он прижимает зубы к железе, словно собирается укусить. Но он делал это и раньше и не кусал Стайла даже тогда, когда тот был в течке, так что на самом деле укус был маловероятен.       И… Стайл не был бы против, если бы это произошло. Может, это и делало его сумасшедшим, но он действительно не был бы против.       Его размышления прервал шлепок и внезапная боль в правой ягодице. Фадель ударил не сильно, но достаточно, чтобы вырвать его из задумчивости и заставить захотеть большего.       —Хватит мечтать, —прорычал Фадель.       —Я так плохо себя вёл? Ты собираешься меня наказать, альфа? —с надеждой спросил Стайл и попытался встретить взгляд Фаделя.       Фадель замер.       —Ты хочешь, чтобы я это сделал?       О, этот мужчина был так мил с ним, даже когда был обижен и зол. Стайл чуть не заскулил от того, насколько сильны были чувства, бушевавшие в его груди и животе в тот момент.       —Пожалуйста.       Фадель выругался. Затем его рука вцепилась в волосы Стайла и откинула его голову назад. Горячее дыхание коснулось его щеки. Голос Фаделя зазвучал прямо у него в ухе.       —Этого ты хочешь? Чтобы я был с тобой груб?       —Да, альфа. Поставь меня на место, пожалуйста.       Фадель уставился на него, как будто впервые действительно видел Стайла, и заметил нечто, что заставило его на мгновение замереть.       —Ты думаешь, это что-то исправит? —его голос был грубым, —Ты думаешь, что, соблазняя меня таким образом, принимая наказание, ты сможешь стереть из памяти своё предательство?       —Нет, —Стайл повернулся и поднял руку, нежно коснувшись лица Фаделя, —Но я думаю, нам обоим нужно вспомнить, что у нас есть под всей этой болью.       —То, что у нас было, разрушено.       —Тогда, может, мы сможем притвориться, что это не так. Только на эту ночь, ладно? —умоляюще посмотрел Стайл, —Фадель. Ты мне нужен. И я думаю, я тоже нужен тебе.       —Да пошло оно, —прорычал Фадель и вытащил член. Стайл на мгновение затревожился, но тут альфа, продемонстрировав впечатляющую силу и ловкость, одной рукой перевернул его на спину.       Они слились в поцелуе, жадно дыша друг на друга, с отчаянной страстью. Стайл был настолько поглощён поцелуем, что не заметил, как Фадель что-то замышлял, пока не почувствовал холодный металл на левом запястье.       —Фадель, что…?       —Ты хотел наказания. Ты не уйдёшь с этой кровати, пока я не позволю.       Будь это кто-то другой, Стайл бы немного испугался. Но это был Фадель, поэтому он в основном просто невероятно возбудился. Он хотел, чтобы Фадель надел наручники и на его другую руку. Он всё равно никуда не уйдёт.       Фадель снял презерватив и сел верхом на грудь Стайла, стараясь не давить на неё слишком сильно; его мощные бёдра обрамляли лицо Стайла, а его член, блестящий от предсеменной жидкости, прижимался к щеке омеги.       —Соси.       Стайлу не нужно было повторять дважды. Он обхватил губами красную, пульсирующую головку и сначала слегка пососал, а затем обвёл её языком. Фадель рыкнул и вошёл глубже. К счастью, у Стайла было достаточно практики, и его рвотный рефлекс был от природы слабым. Он принял всё и просто мурлыкал. Соль и мускус, распространяющиеся по его языку, имели потрясающий вкус, который становился ещё лучше благодаря прерывистому дыханию Фаделя и тихим стонам над ним.       В какой-то момент Фадель даже вытащил член и наклонил бёдра, чтобы засунуть Стайлу в рот и яйца. Стайл лизал и присасывался к ним, послушный и уступчивый, слюна стекала ему по подбородку и шее. Его забытая дырочка всё время пульсировала, и после того, как Фадель некоторое время потирал яйцами ему лицо, он заскулил — длинно и тоскливо — широко раздвинув колени, чтобы показать, где ему нужно внимание.       Фадель заурчал и перевернулся, оставаясь внимательным даже в густом тумане вожделения и головокружительных облаках их смешанных запахов. Альфа улёгся на Стайле, его член всё ещё находился во рту омеги, и снова засунул голову между его ног, его язык и пальцы быстро нашли путь между складками.       «Судя по всему этому рычанию и позе, он, в конце концов, не такой уж и каратель», —подумал Стайл.       Так они погрузились друг в друга, и всё напряжение дня нашло выход в прикосновениях, движениях и прерывистом дыхании между долгими поцелуями. Фадель по-прежнему был немного грубее, чем обычно, по-прежнему злился, по-прежнему страдал, но Стайл принимал это с радостью. Приветствовал эту страсть, даже когда она граничила с болью.       Потому что это означало, что Фадель всё ещё что-то чувствовал. Всё ещё хотел его. Всё ещё не мог полностью отпустить.       Когда всё закончилось, они лежали, переплетённые друг с другом, на этой нелепой кровати в виде машины, оба тяжело дыша, оба отказываясь признать то, что только что произошло.       —Ты не снимешь с меня наручники? —спросил Стайл, тряся цепью.       —Нет. Не могу позволить тебе сбежать в полицию, —ответил Фадель.       Но когда Стайл проснулся посреди ночи в слезах, прижимая свободную руку к животу, Фадель прижался к его спине и положил свою руку поверх руки Стайла.

***

      Джип загремел, затем раздался хриплый звук, машина дёрнулась — и всё. Стайл вывел машину на обочину пустынной просёлочной дороги; гравий хрустел под колесами, пока они не остановились.       —Какие, чёрт возьми, игры ты тут устраиваешь? —рявкнул Фадель. По его раздражённому тону Стайл догадался, что тот почти не спал, несмотря на то, что вчера вечером они отлично провели время вместе.       —Ничего, с ним что-то не так, —сказал Стайл, указывая на машину.       —Ты, наверное, шутишь, —пробормотал Фадель.       Стайл уже расстёгивал ремень безопасности и выпрыгивал из машины.       Фадель вылез вслед за ним в удушающую жару. Дорога тянулась пустой в обе стороны, вокруг не было ничего, кроме леса и кустарника. Никаких зданий. Никаких других машин. На горизонте не было видно ни одной вышки сотовой связи.       Прекрасно.       Фадель наблюдал, как Стайл наклонился над двигателем, а его завязанная футболка задралась, обнажив поясницу. Фадель заставил себя отвернуться и сосредоточился на том, чтобы достать свой телефон.       Сигнала нет. Конечно.       —Ну? —спросил Фадель, возвращаясь к тому месту, где Стайл копался в двигателе.       —Радиатор сдох, —Стайл выпрямился, вытирая руки о джинсы, —У нас охлаждающая жидкость течёт как сумасшедшая. Дальше он ни за что не поедет.       —Можешь починить?       —Без запчастей и инструментов — нет, —Стайл закрыл капот и направил указательный палец на Фаделя, словно волшебную палочку, —Думаешь, я могу творить волшебство, как Гарри Поттер или кто-то в этом роде?       Фадель с трудом сдержал желание что-нибудь ударить. Они так хорошо продвигались к следующему пункту назначения, пока вселенная не решила их подставить.       В аромате Стайла обострилась нотка тревоги — цитрусовая нота, обычно доминирующая в его запахе, стала резкой и едкой. Альфа-подсознание Фаделя тут же это уловило, стремясь успокоить, исправить ситуацию.       Он подавил этот инстинкт.       —Придётся толкать, —сказал Фадель, глядя на дорогу впереди.       —Толкать? —запах Стайла стал ещё более тревожным, —Я не думаю, что я… То есть, это же очень…       —Он не такой уж и тяжёлый.       —А нельзя просто оставить его здесь?       Фадель уставился на него.       —Он загораживает дорогу.       —Едва ли. Там достаточно места, чтобы машины могли объехать.       —Стайл, —терпение Фаделя на исходе, —Просто помоги мне толкать эту чёртову машину.       —Я не думаю, что мне стоит…       —Почему нет? —Фадель прищурился. Почему Стайл вдруг так странно реагирует на физическую нагрузку? —Что с тобой? —спросил он, уже зная, что ответа не получит.       —Ничего со мной нет.       —Тогда помоги мне толкать.       Стайл прикусил губу, выглядя теперь искренне озабоченным. Его запах вызывал в Фаделе сложные чувства. Приторная тревога смешивалась с той ванильной сладостью, от которой у Фаделя всегда сжималось сердце, а под ней — с чем-то ещё. С чем-то защитным и глубоко омежьим, что Фадель не мог точно определить как простой запах.       —Ладно, —наконец сказал Стайл, но выглядел так, будто Фадель попросил его побороться с крокодилом. Они встали позади джипа. Фадель мог пользоваться только здоровой рукой, вторая всё ещё была на повязке, а это означало, что Стайлу придётся делать большую часть работы.       —На счёт три, —сказал Фадель, —Раз, два, три.       Стайл толкнул, но слабо. Джип едва сдвинулся с места.       —Стайл, тебе нужно толкать по-настоящему.       —Я же толкаю!       —Ты его едва касаешься, —разочарование Фаделя нарастало, —Да что с тобой? Ты же работаешь в гараже. Ты постоянно толкаешь машины.       —Это другое дело.       —В чём именно разница?       От Стайла исходил запах беспокойства и чего-то, что пахло почти как страх. Не перед Фаделем, а перед чем-то другим. Чем-то, что Фадель никак не мог определить.       —Просто… Может, мы пока оставим его в покое? —голос Стайла стал тише, —Пожалуйста?       Фадель пристально посмотрел на него. Рука Стайла снова скользнула к животу. Почему он вообще…?       Если только…       Нет. Это было невозможно.       —Ладно, —медленно сказал Фадель, —Мы оставим его. Но нам нужно идти пешком. Найти дом, заправку, что-нибудь, где есть телефон.       —Пешком? —лицо Стайла померкло, —Как далеко?       —Не знаю. Может, пару километров.       —В такую жару?       —У тебя есть идеи получше?       Стайл огляделся на пустую дорогу, палящее солнце, полное отсутствие вариантов. Его запах стал покорным, та ванильно-жасминовая сладость сменилась неохотным согласием.       —Нет, —признал Стайл, —Похоже, нет.       Фадель вернулся к джипу, взял рюкзак и достал две бутылки с водой и закуски, которые купил на заправке несколько часов назад. Он протянул бутылку Стайлу.       —Пей. Пока не начали идти.       Стайл с благодарностью взял бутылку и за один присест выпил половину. Капля воды скатилась у него по подбородку, и Фадель, не успев сдержаться, засмотрелся на то, как она стекает по его шее.       Он отвёл взгляд и сосредоточился на своей воде.       —Боже, как жарко, —пожаловался Стайл, обмахиваясь рукой, —Я умираю. Правда, умираю.       —Ты не умираешь.       —Мне жарко и хочется пить, —Стайл криво улыбнулся, —Очень, очень жарко.       Фадель сжал челюсти.       —Стайл.       —Что? Я просто констатирую факт. О температуре. Которая повышена, —аромат Стайла стал игривым, цитрусовый оттенок сменился озорным, —Уверен, ты меня понимаешь. Что такое жара. В смысле температуры.       —Прекрати.       —Прекратить что? Разговор? Замечание, что мы оба объективно привлекательные люди, застрявшие вместе на пустынной дороге? —Стайл подошёл ближе, —Ты должен признать, вчерашняя ночь была потрясающей.       —Это не телешоу, —аромат Фаделя стал резким — сталь, закалённая горьким чёрным чаем, предупреждение, —Мы застряли здесь, потому что вселенная нас ненавидит. В этом нет ничего романтичного.       —Всё романтично, если у тебя правильный настрой.       —Тогда у тебя с настроем не всё в порядке.       Но Стайл только улыбнулся, и Фадель почувствовал, как его раздражение вступает в борьбу с чем-то, опасно близким к привязанности.       Чёрт возьми.       Он сунул Стайлу в рот солёный крекер.       —Поешь что-нибудь. Нам предстоит долгий путь.       Стайл скорчил гримасу, но послушался. Фадель наблюдал, как тот ест, и заметил, что запах Стайла успокоился, теперь, когда ему не приходилось толкать джип. Тревога улетучилась, оставив лишь ту сладость, которую Фадель привык ассоциировать с присутствием Стайла.       Ваниль, жасмин и цитрусовые. Это не должно было сочетаться, но сочеталось, каким-то образом создавая нечто уникальное, присущее только Стайлу. Нечто, что заставляло альфу Фаделя мурлыкать от удовлетворения, даже когда он был в ярости.       Особенно когда он был в ярости, судя по всему.       Они начали идти. Солнце палило безжалостно, и уже через десять минут они оба были мокрые от пота. Стайл всё время жаловался — на жару, на свои ноги, на то, что это точно как в фильме ужасов и их определённо собираются убить деревенщины.       —В Таиланде нет деревенщин, —сказал Фадель.       —Ты этого не знаешь. Любители убийств из сельской местности есть во всех странах.       —Такого не бывает.       —Это точно бывает. Я смотрел всевозможные фильмы и слушал подкасты. Ты слышал о Соуни Бине? Он возглавлял клан каннибалов-инбридов в Шотландии!       Губы Фаделя невольно дёрнулись. Болтовня Стайла раздражала, но она была также... знакомой. Уютной. Так же, как Стайл болтал во время его испытания, заполняя тихие моменты наблюдениями, шутками и случайными мыслями.       Это делало прогулку терпимой. Почти приятной, хотя Фадель никогда бы в этом не признался вслух.       Аромат Стайла в жаре приобретал интересные нотки. Цитрусовые ноты становились острее, ярче, смешиваясь с ванилью так, что Фаделю это напоминало лимонад, лето и беззаботные времена. Его собственный запах, скорее всего, походил на пот, раздражение и кожу, нагретую солнцем.       Малопривлекательно.       Но Стайл всё равно продолжал украдкой поглядывать на него, и каждый раз его запах становился тёплым и заинтересованным.       —Ты на меня пялишься, —сказал Фадель, не глядя на него.       —Неправда.       —Твой запах тебя выдает.       —Может, я просто любуюсь видом. Сельская местность Таиланда очень красивая.       —Мы идём по грунтовой дороге, окружённой одними только деревьями.       —Я не о пейзаже говорил.       Лицо Фаделя покраснело, несмотря на его сопротивление.       —Стайл, —сказал он без всякой решительности.       —Что? Я не могу любоваться своим… —Стайл замолчал, —Своим… кем бы ты ни был сейчас. Моим похитителем? Моим разгневанным альфой, который вынужден терпеть меня?       Фадель не ответил. Слишком долгое размышление над ситуацией огорчало его.       Они шли в тишине несколько минут. Фадель слышал, как дыхание Стайла становилось тяжелее — не от физической нагрузки, а от чего-то другого. Возможно, от стресса. Или от теплового удара.       —Тебе нужно остановиться? —спросил Фадель.       —Нет. Я в порядке.       Но запах Стайла говорил об обратном. Тревога снова закрадывалась в него, и его рука снова скользнула к животу.       Любопытство Фаделя достигло предела.       —Почему ты всё время так делаешь? —спросил он, стараясь говорить непринуждённо.       —Как делаю?       —С животом. Ты так делаешь постоянно, —Фадель замедлил шаг, пристально глядя на лицо Стайла, —Ты поранился? Болен? Что ты от меня скрываешь?       От Стайла исходил запах паники. Он был резким, едким и неприятным, от него Фадель сморщил нос.       —Я не… Это ерунда, Фадель.       —Это явно не ерунда.       —Я просто нервничаю! Это утешительный жест.       —Ты раньше так не делал.       —Ну, я и раньше никогда не попадал в такую ситуацию! —воскликнул Стайл, —Похищенный моим, возможно, парнем, прикованный наручниками к необычной мебели, идущий по глуши в поисках его брата, который, вероятно, собирается убить моего лучшего друга. Прости меня, если у меня появились новые нервные привычки!       —Мы не в глуши, Стайл, здесь асфальтированная дорога.       —Дело не в этом!       Запах Стайл по-прежнему был неправильным. Он по-прежнему излучал ту защитную, испуганную энергию, которая заставляла альфу Фаделя стоять по стойке смирно, прижав уши, как животное, ожидающее чего-то.       Что-то было явно не так, и Стайл не говорил ему об этом.       С неохотой Фадель снова отложил это на потом. На то время, когда они не будут застрявшими на безлюдной дороге. Когда он сможет действительно сосредоточиться на том, чтобы выяснить, что скрывает Стайл.

***

      Они шли ещё час, прежде чем наконец заметили вдали фермерский дом приличных размеров. У него снаружи стояла машина, а это означало, что там есть люди и, возможно, работающий телефон.              Правда, дом выглядел каким-то заброшенным. Облупившаяся краска, заросший двор, ржавый трактор, наклонившийся на бок в высокой траве. Стайл схватил Фаделя за здоровую руку, когда они подошли ближе.       —Вот оно, —прошипел Стайл, —Здесь мы и умрём. Здесь живут убийцы с топорами. Я это чувствую.       —Там машина, на которой недавно ездили. Видишь следы? —указал Фадель, —Кто-то дома.       —Да, убийцы с топорами. Фадель, не надо! —крикнул Стайл, когда Фадель подошёл к двери и постучал.       —Если здесь и есть убийцы с топорами, то они получат пулю между глаз, прежде чем смогут до нас добраться, —Фадель постучал рукой по пистолету, спрятанному под рубашкой,       —Расслабься.       —Это не так успокаивает, как тебе кажется.       На стук никто не ответил. Фадель потянул за ручку — дверь была не заперта. Он медленно открыл её, а Стайл прижался к нему сзади.       —Эй? —окликнул Фадель, —Нам нужна помощь. У нас сломалась машина…       Наверху раздался грохот, за которым последовал крик.       —…каждый омега в том баре! Каждый, Джимми!       —Это не так, мой дорогой Попкорн, клянусь…       —Не называй меня «мой дорогой»! Я видел тебя! Я видел, как ты обнюхивал того омегу у бильярдного стола!       Фадель и Стайл переглянулись.       —Может, нам стоит подождать снаружи, —пробормотал Стайл.       Слишком поздно. Наверху лестницы появились две фигуры — темноволосый альфа и омега в очках с короткой стрижкой, которые явно были в разгаре впечатляющей ссоры. Омега размахивал настоящей бейсбольной битой. Альфа поднял руки в знак сдачи и бросился прятаться за Стайлом.       Оба замерли, увидев Фаделя и Стайла.       —Кто вы, чёрт возьми?! —требовательно спросил омега Попкорн. Его запах был пропитан агрессией, резким и территориальным, по силе соперничающим с демонстрацией силы альфы.       —Нам нужна помощь, —спокойно сказал Фадель, —У нас сломалась машина. Нам просто нужно позвонить.       Ни один из незнакомцев, похоже, не слушал его.       —Успокойся, детка, —взмолился альфа Джимми из своего укрытия за Стайлом, держа его как щит, —Я не хотел тебе лгать.       —Тогда что ты хотел?! —закричал Попкорн, —Я хотел быть твоим единственным, а оказался любовником! Сегодня ты умрёшь, придурок!       —Стоп! Успокойтесь, давайте просто поговорим! —крикнул Стайл.       —Ты тоже его любовник? Убирайся из моего дома! —Попкорн поднял биту. Стайл зажмурил глаза, готовый принять удар.       Вместо этого он услышал только удивлённый визг Попкорна. Он снова открыл глаза, посмотрел на другого омегу, а затем в сторону Фаделя, который направлял пистолет на Попкорна, застывшего на нижней ступеньке.       —Брось биту и отойди от него, —прорычал альфа, и его запах разнёсся вокруг, наполненный дымом от его ярости, —Ты, —он повернулся к Джимми, как только Попкорн подчинился, —Отойди.       Джимми так и сделал, выйдя из-за спины Стайла и отступив к лестнице рядом со своим омегой.       —Мы не хотим неприятностей, —сказал Фадель ровным голосом, по-прежнему направляя пистолет, —Но мы не уйдём, пока не получим помощь. Так что все успокоятся, и мы поговорим как цивилизованные люди.       —Т-ты направляешь на нас пистолет, —слабо произнёс Джимми.       —А твой омега собирался напасть на моего. Я бы сказал, что мы квиты, —Фадель указал на гостиную, —Идите. Оба. Медленно.       Пять минут спустя Джимми и Попкорн были связаны на полу в гостиной, выглядя возмущёнными, но чуть более сговорчивыми.       —Это незаконно, —фыркнул Попкорн, —Взлом и проникновение. Нападение. Похищение.       —Дверь была не заперта, —заметил Фадель, —И вы напали первыми.       Попкорн надул губы.       —Пожалуйста, не делайте мне больно, у меня здесь нет ничего ценного. Самое ценное — это моё сердце, и даже оно разбито на мелкие осколки этим придурком! —он злобно посмотрел на Джимми.       —Соберись, Попкорн. Зачем ты нападаешь на того, кто направил на тебя пистолет? —сказал Джимми.       —Мы не воры, —вставил Стайл, —Это вы пытались нас убить. Нам просто нужна помощь.       —Да какая тут помощь! —воскликнул Попкорн, —Я знаю, что вы все любовники Джимми! Курьеры, почтальоны и прочая шваль. Не думайте, что я не знаю, чем он там увлекается. Джимми, серьёзно, ты что, сдохнешь, если твой мозг хотя бы на один день отвлечётся от твоего члена? —он повернулся к альфе и стал сетовать.       —Это всё просто интрижки, —сказал Джимми, —Мы с тобой женимся. Можешь перестать глупо придираться к старым вещам? Ты — единственный, к кому я отношусь серьёзно.       —О, «серьёзно», чёрт тебя дери! Серьёзно в чём? Ты заставил меня влюбиться в тебя, а потом предал меня. Ты лживый ублюдок.       —Попкорн, пожалуйста, дай мне ещё один шанс.       —Вторых шансов не бывает для плохих парней! Альфы, которые обманывают людей, заставляя их верить, что они их любят, заслуживают только смерти!       Фадель встал с дивана и подошёл ближе.       —Ты хочешь, чтобы он умер, да? —спросил он и снова направил пистолет, на этот раз на голову Джимми.       Стайл тут же бросился к нему, схватил его за запястье и опустил ствол.       —Фадель! Успокойся.       Попкорн выглядел странно смущённым, глядя на них поверх очков.       —Я просто драматизировал. Конечно, я не хочу, чтобы он умер.       —Но он лгал тебе, изменял, —сказал Фадель.       —Мы постоянно ссоримся, но я никогда не хотел, чтобы он действительно умер, —заверил Попкорн.       —Сделай это.       Все обернулись и уставились на Джимми, который смотрел Фаделю прямо в глаза через ствол пистолета.       —Ты можешь убить меня, —сказал альфа, глаза которого блестели от слёз, —Только отпусти Попкорна.       Когда никто так и не отреагировал, он продолжил:       —Это моя вина. Я здесь единственный плохой человек. Я люблю его.       Попкорн смотрел на него с открытым ртом и слезами на глазах.       —Если ты его любишь, зачем ты его обманывал? —спросил Фадель голосом, твёрдым и холодным, как арктический лёд.       —Прости, —сказал Джимми Попкорну, —Я такой тупой альфа. Я лгал тебе, но не о том, что ты — единственный, кого я люблю.       —Как я могу тебе верить? —рыдал Попкорн.       —Если не веришь, пусть этот парень просто застрелит меня, —предложил Джимми.       Попкорн, у которого руки были связаны за спиной, положил ногу на своего альфу, как будто этого было достаточно, чтобы защитить его от выстрела.       —Нет, нет, не говори так!       —Я умру здесь, в нашем доме, —сказал Джимми, грустно улыбаясь, —Я буду с тобой навсегда, малыш. Я знаю, что испортил нашу свадьбу, но прежде, чем ты убьёшь меня, —он с надеждой посмотрел на Фаделя, —Можем ли мы побыть вместе в последний раз?       —Нет, не стреляй, пожалуйста, не стреляй в него, —сказал Попкорн, нервно переставляя ногу из стороны в сторону и бросая умоляющие взгляды на Фаделя.       Фадель закатил глаза, вздохнул и опустил пистолет.       Стайл с облегчением выдохнул.       —Я не хочу, чтобы ты никогда не смотрел на других омег, идиот, —сказал Попкорн, —Я просто хочу, чтобы ты разговаривал со мной. Не заставляй меня чувствовать, что меня недостаточно.       —Тебя более чем достаточно. Ты для меня всё.       Они уставились друг на друга, воздух между ними был наполнен эмоциями.       —Итак… —наконец сказал Стайл и посмотрел на Фаделя в поисках помощи, —Мы… мы в порядке? Мне их развязать?       Фадель смотрел на пару с нечитаемым выражением лица. Наконец он засунул пистолет в кобуру и жестом велел Стайлу отпустить их.       Как только Джимми оказался на свободе, он упал на колени перед Попкорном.       —Выходи за меня. Сейчас же.       Попкорн моргнул.       —Что?       —Выходи за меня. Прямо сейчас. Я хочу, чтобы ты был моим мужем, официально, юридически, во всех смыслах, —Джимми схватил Попкорна за руки, —Выходи за меня.       —У нас нет разрешения…       —Мне всё равно.       —И нет священника…       —Я буду священником! —вызвался Стайл, поднимая руку, —Я как-то получил посвящение онлайн для свадьбы друга. Технически я сертифицирован.       Все уставились на него.       —Что? Это было для шутки, но юридически это имеет силу. Наверное.       Попкорн посмотрела то на отчаянное лицо Джимми, то на восторженное выражение лица Стайла.       —Это безумие.       —Я знаю, —сказал Джимми, —Но я люблю тебя. И я хочу жениться на тебе. Прямо сейчас. В присутствии этих странных вооружённых мужчин в качестве свидетелей.       —Мы не такие уж странные, —возразил Стайл.       —Вы буквально связали нас в нашем собственном доме, —заметил Попкорн.       —Ладно, это справедливо.       Попкорн долго смотрел на Джимми. Затем, что казалось невозможным, он улыбнулся.       —Хорошо.       —Хорошо?       —Хорошо, давай поженимся, —улыбка Попкорна стала ещё шире, —Прямо сейчас. Пока я не передумал или не осознал, насколько это всё нелепо.       Затем последовала, пожалуй, самая странная церемония, которую Фадель когда-либо видел. Стайл стоял между Джимми и Попкорном на крыльце и с удивительной торжественностью зачитывал свадебные клятвы со своего телефона. Фадель стоял в стороне, всё ещё с пистолетом в руке, выглядя как самый устрашающий свадебный гость в мире.       —Джимми, берёшь ли ты Попкорна в законные…?       —Да. Да. Безусловно.       —Я ещё не закончил вопрос…       —Мне всё равно. Да.       —Ладно, хорошо. Попкорн, берёшь ли ты Джимми…       —Да, —Попкорн снова плакал, но на этот раз улыбался, — Я беру, правда беру.       —Тогда, силой, данной мне онлайн-церковью сомнительной легитимности, я объявляю вас… Подождите, вы собираетесь сделать укус привязки? Мне это включить?       —Да, —сказали оба одновременно.       —Ладно, э-э… Теперь вы можете заявить о своей связи?       Джимми притянул Попкорна к себе и нежно укусил его за шею, над пахучей железой. Попкорн ахнул, а затем сделал то же самое с Джимми. Когда они отстранились друг от друга, по лицам обоих текли слёзы.       —Мы женаты, —прошептал Попкорн.       —Мы женаты, —подтвердил Джимми.       Они поцеловались — страстно, отчаянно и с огромным облегчением.       Стайл хлопнул в ладоши. Фадель засунул пистолет в кобуру.       —Поздравляю, —сказал Стайл, —Это было прекрасно. Странно, но прекрасно.       —Надо отпраздновать! —внезапно объявил Попкорн, —Я что-нибудь приготовлю. У нас будет настоящий свадебный пир.       —Не надо... —начал Стайл.       —Я хочу. Ты только что зарегистрировал наш брак. Это меньшее, что мы можем сделать, —Попкорн направился на кухню, —Джимми, иди помоги. А вы двое, —он указал на Фаделя и Стайла, —Устраивайтесь поудобнее. Считайте это нашей благодарностью за то, что угрожали нам оружием, пока мы не решили наши проблемы.       —Это… не совсем так было, —сказал Стайл, но Попкорн уже ушёл.

***

      Через два часа стол был заставлен едой. Домашними блюдами, от которых исходил потрясающий аромат. Они ужинали вместе, и прежнее напряжение сменилось почти праздничной атмосферой. Джимми и Попкорн то и дело касались друг друга, всё ещё не до конца веря в то, что они поженились.       После ужина Джимми включил музыку. Медленные, романтические песни на виниле, которые заставили Попкорна потянуть его на танец посреди гостиной.       —Это наша песня, помнишь? Когда мы познакомились на корпоративе.       —Конечно, помню. Мы пели её вместе на сцене, а потом мы…       Они обменялись взглядами, а затем расхохотались, вспомнив что-то, известное только им двоим.       Стайл наблюдал, улыбаясь от уха до уха, как они начали раскачиваться в объятиях друг друга. Фадель посмотрел на него исподлобья, на ту прекрасную жемчужно-белую улыбку, которая была так же идеальна, как и всё в Стайле. За исключением того факта, что у Фаделя всё ещё болела грудь каждый раз, когда он даже просто смотрел на омегу.       —Эта пара действительно милая, —сказал Стайл и посмотрел на Фаделя, встретив его взгляд, —Прямо как мы.       —Мы не вместе, —напомнил ему Фадель.       —Послушай слова песни. «Мелочи, мы просто отпускаем их…»       —Ты думаешь, что солгать мне было мелочью?       Не успел Стайл ничего сказать, как к ним подошёл Попкорн и предложил им тоже потанцевать.       —Потанцуй со мной, —сказал Стайл Фаделю.       —Нет.       —Да ладно тебе. Это же свадьба. На свадьбах нужно танцевать.       —Я не танцую.       —Враньё! Я видел, как ты танцуешь, и тебе это очень нравилось.       —Это было по-другому.       —В каком смысле?       —Это был мош, а до этого — хореография.       —Всё равно считается, —Стайл протянул руку, —Пожалуйста? Хотя бы одну песню?       Фадель посмотрел на полное надежды лицо Стайла, на его протянутую руку, на то, как его запах стал мягким и сладким от тоски.       Вопреки своему здравому смыслу, Фадель взял его за руку.       Они покачивались в такт музыке, осторожно оберегая руку Фаделя. Стайл прислонился головой к плечу Фаделя, и тот позволил ему это, потому что день был долгим, и он устал бороться.       —Я знаю, что то, что я сделал, было не просто мелочью, —прошептал Стайл, —Но я готов на всё, чтобы ты меня простил.       Фадель не ответил, но позволил Стайлу обнять себя.       На другом конце комнаты Джимми и Попкорн танцевали, прижавшись друг к другу, шепчась, полностью погрузившись в свой собственный мир.       —Они чуть не разрушили всё, —тихо сказал Фадель, —Один момент неосторожности, и это едва не стало для них концом.       —Но этого не случилось, —ответил Стайл, —Они поговорили. Они простили друг друга. Они выбрали друг друга.       Фадель вздохнул.       —Не всем это по силам.       —Не всем, —тихо согласился Стайл, —Но некоторым — да. Если они этого очень сильно хотят.       Фадель снова замолчал, но его рука крепче обхватила талию Стайла.       Внезапно Стайл напрягся в его объятиях.       —Фадель!       Фадель обернулся. Там стояли Джимми и Попкорн, выглядящие гораздо более угрожающе, чем всего мгновение назад. Оба держали в руках вазы, готовые разбить их о головы гостей свадьбы.       К счастью, пистолет Фаделя был под рукой, и он быстро выстрелил, даже несмотря на то, что держал его не в ведущей руке. Выстрела в вазу в руке Джимми хватило, чтобы отпугнуть обоих от нападения и заставить их присесть на корточки от страха.       Стайл выглядел покорным.       —Вы что, издеваетесь? Мы только что провели вашу свадьбу!       —И мы благодарны! —сказал Попкорн, —Но вы всё равно преступники, вторгшиеся в наш дом!       —Нам нужна была помощь...       —Руки вверх! —рявкнул Фадель.       Последовала короткая хаотичная схватка. Фадель, даже будучи одноруким, был быстрее и лучше подготовлен, чем любой из хозяев. Через несколько минут, с помощью Стайла, Джимми и Попкорн снова оказались связанными.

***

      Вода в ванне была слегка перегрета, но Фадель с облегчением принял это жжение. Оно гармонировало с постоянной болью в раненой руке, с изнеможением в костях, с той болью, которую он пытался игнорировать.       Попкорн и Джимми пока что оставались связанными в прихожей. В безопасности и невредимы, просто временно обездвиженные, пока Фадель обдумывал свой следующий шаг.       Правда заключалась в том, что Фадель понятия не имел, каким будет его следующий шаг. Байзон не отвечал на его звонки. Его след простыл. А у Фаделя заканчивались варианты и терпение.       Он погрузился глубже в воду, позволив ей покрыть его плечи, и постарался не думать о...       —Подвинься.       Фадель резко открыл глаза. Стайл стоял в дверях ванной, выглядя решительным.       Когда тот ничего не ответил, Стайл снял рубашку, а затем и свои штаны.       —Я залезаю.       —Стайл…       —Ты можешь сидеть там, мёрзнуть и хмуриться, но я тоже грязный и усталый, а вода выглядит потрясающе, —Стайл снял нижнее бельё и направился к ванне, —Так что. Подвинься.       Фаделю следовало выйти. Уйти. Не пускать Стайла в эту ванну вместе с ним.       Но он не сдвинулся с места.       Стайл залез внутрь и устроился на противоположном конце с вздохом удовлетворения.       —Это просто идеально. Когда ты в последний раз по-настоящему расслаблялся в ванне?       Фадель не ответил. Они сидели в напряжённой тишине, вода мягко плескалась между ними. Фадель смотрел куда угодно, только не на Стайла, отказываясь признавать, как хорошо было не быть одному, когда их ноги соприкасались.       Затем он заметил, что взгляд Стайла скользнул в сторону.       Пистолет Фаделя лежал на полу рядом с ванной, в пределах лёгкой досягаемости. В пределах досягаемости и для Стайла. Стайл последовал за взглядом Фаделя, увидел пистолет, и их взгляды встретились.       Долгое мгновение ни один из них не шевелился.       Стайл мог схватить его. Мог полностью изменить ситуацию. Мог взять ситуацию под свой контроль, защитить себя, может быть, даже…       Но руки Стайла остались в воде.       Он посмотрел на пистолет. Посмотрел на Фаделя. И сознательно перевёл внимание обратно на ванну, не делая ни одного движения в сторону оружия.       —Не собираешься брать его? —голос Фаделя был грубым.       —Нет.       —Почему?       —Я мог бы, но не буду. Потому что я доверяю тебе. И мне нужно, чтобы ты доверял мне в ответ.       —Доверие, —смех Фаделя был горьким, —Это смешно.       —Я знаю. Но это правда, —Стайл твёрдо смотрел ему в глаза, —Я не собираюсь брать твой пистолет, Фадель. Я не собираюсь причинять тебе боль. Я просто… здесь. Вот и всё.       Фадель ненавидел это. Ненавидел то, как Стайл смотрел на него с такой открытой уязвимостью. Ненавидел то, что даже сейчас, после всего, он не мог заставить себя ненавидеть Стайла, ненавидел то, как сильно он всё ещё хотел его.       —Я рад, что ты их не убил, —тихо сказал Стайл, указывая на дверь — на Попкорна и Джимми внизу.       —Я убиваю только плохих людей.       —Джимми изменщик.              —Измены Джимми — не моё дело, —безэмоционально ответил Фадель, —Я не убиваю людей за личные моральные проступки. Только тех, за чью смерть мне платят.       Стайл на мгновение замолчал.              —Почему?       —Почему что?       —Почему ты вообще стал наёмным убийцей? Как ты к этому пришёл?       —Меня наняли. Вот и всё.       —Это не ответ.       —Это единственный ответ, который ты получишь.       Стайл пристально посмотрел на него, задумчиво.       —Я, может, и не знаю твоего прошлого, Фадель. Но я знаю твоё настоящее. И ты, —его голос звучал уверенно, —Всегда казался мне хорошим человеком. Безопасным, для альфы твоего уровня.       —Я профессиональный убийца, Стайл.       —И ты убиваешь только плохих людей. Ты сам так сказал, —Стайл пошевелился в воде, —Ты защищаешь тех, кто нуждается в защите. Ты позаботился обо мне во время моей течки. Ты не причинил вреда тем людям внизу, хотя мог бы. Ты… —он замолчал, —Ты хороший, Фадель. Что бы ты ни делал за деньги, ты всё равно хороший.       —Ты не знаешь, о чём говоришь.       —Не знаю? —нога Стайла скользнула по груди Фаделя, намеренно лаская его, —Думаю, я знаю тебя лучше, чем ты думаешь.       —Перестань, —но в голосе Фаделя не было уверенности.       —Почему? Потому что ты должен меня ненавидеть? —вторая нога Стайла присоединилась к первой, обхватив грудь Фаделя, —Мы оба знаем, что у тебя это не очень хорошо получается.       —Стайл.       —Я заслуживаю смерти за то, что я тебе сделал, —голос Стайла был бесстрастным, —Я знаю это. Я предал тебя. Я солгал тебе. Я подверг тебя опасности. Ты хочешь убить меня, я понимаю.       —Я не хочу тебя убивать.       —Нет? Тогда чего ты хочешь?       Фадель закрыл глаза.       —Я не знаю.       —Лжец, —Стайл прижал ноги к его груди, большими пальцами ног лаская соски, —Ты хорошо готовишь. Хорошо стреляешь. Но лгать у тебя не получается.       —Я никогда не влюблялся в тебя, —сказал Фадель, и эта ложь была очевидна даже ему самому.       —А теперь кто тут несёт чушь? —Стайл отдёрнул ноги и проплыл через воду, медленно развернувшись и устроившись на коленях у Фаделя. Он прижался носом к линии его челюсти, слегка потерев её, —Покажи мне руку.       —Что?       —Твою травмированную руку. Покажи мне.       —Всё в порядке.       —Не в порядке, она вывихнута. Покажи мне.       Фадель должен был оттолкнуть его. Должен был держать дистанцию. Должен был…       Стайл бережно взял его руку, осматривая синяки и отёк, который ещё не полностью спал. Затем он поднёс её к своим губам, покрывая нежными поцелуями предплечье Фаделя, его запястье, ладонь.       —Стайл, не надо…       —Почему? —Стайл целовал руку Фаделя, поднимаясь к плечу, к шее, —Скажи, что ты этого не хочешь. Скажи, чтобы я прекратил.       —Я… —Фадель затаил дыхание, когда губы Стайла нашли его мочку и слегка присосались, —Это всё равно ничего не исправит.       —Я знаю, —Стайл отстранился, чтобы посмотреть на него, —Но нам обоим это всё равно нужно.       Рука Фаделя поднялась к лицу Стайла, почти вопреки его воле.       —Я ненавижу то, как сильно я всё ещё хочу тебя.       —Я знаю.       —Я ненавижу то, что твоё присутствие причиняет мне боль.       —Это я тоже знаю.       —Я ненавижу… —голос Фаделя оборвался, —Я ненавижу то, что не могу сказать тебе «нет».       —Тогда не говори «нет», —глазах Стайла читалась мольба, —Просто будь со мной. Хотя бы сейчас. А завтра мы снова вернёмся к нашим сложностям.       Фадель поцеловал его.       Это был отчаянный и неаккуратный поцелуй, на вкус как слёзы, хотя он не был уверен, чьи именно. Стайл прижался к нему, обняв Фаделя за шею, издавая тихие звуки облегчения и желания.       —Прости, —прошептал Стайл, прижавшись к его губам, —Прости меня за всё.       —Перестань говорить.       —Я люблю тебя.       —Я сказал, перестань говорить.       Но руки Фаделя были нежны, скользя по телу Стайла, и это противоречило его резким словам. Они пробыли так долго, целуясь и лаская друг друга в остывающей воде ванны, оба пытаясь запомнить этот момент. Сохранить его на тот случай, когда всё неизбежно снова развалится.       Наконец Стайл отстранился и прижался лбом ко лбу Фаделя.       —Нам пора выходить. Вода становится холодной.       Фадель кивнул. Но оба долго не шевелились.       Когда они наконец вышли из ванны, взгляд Фаделя остановился на рамке с фотографией на стене. На ней был изображён пляж. Белый песок, пальмы, кристально-голубая вода.       В его памяти что-то щёлкнуло.       —Что? —спросил Стайл, заметив внезапную неподвижность Фаделя.       —Остров, —голос Фаделя звучал отрешённо, —Байзон как-то рассказывал мне о старом доме своих родителей. На острове. Он сказал, что это было… —он подошёл ближе к картине, внимательно изучая её, —Он сказал, что это было уединённое место. Изолированное. Идеальное место, чтобы исчезнуть.       —Ты думаешь, он увёз Канта туда?       —Это единственное место, которое может подойти, —Фадель уже начал двигаться, хватая свою одежду, —Туда мы иногда ездили, когда нужно было спрятаться. Туда мы увозили людей, когда нужно было, чтобы они исчезли.       Стайл почувствовал, как по его венам пробежал лёд.       —Фадель…       —Одевайся. Нам нужно уходить. Сейчас же.