48 глава — Я буду часто приходить к тебе.

— Псих… как такое вообще возможно? Даже сейчас он всё ещё упрямиться, по праву заслуживает звания молодого господина. Хэ Сюэюань не рассердился, просто остался стоять, опершись о стену, слегка наклонив голову и глядя на него: — Обманывай других, но даже не думай пытаться обмануть меня. — Ты… Цзян Сыяо нахмурился, не понимая, почему он вдруг пришёл к таким выводам. — У тебя живот примерно как на третьем–четвёртом месяце беременности, это же как раз тот период, когда мы тогда… этим занимались, разве нет? — сказал он, вспоминая. — И к тому же у тебя раньше постоянно была тошнота и рвота, мы думали, что это проблемы с желудком… если так подумать, это же может быть просто беременность. Цзян Сыяо был так зол, что у него закружилась голова. В этот момент ему уже было всё равно на происходящее. Он воспользовался тем, что этот человек отвлёкся, сжал кулак и резко ударил в сторону голоса. Он понимал, что не сможет победить этого человека, но сейчас просто больше не хотел терпеть. Однако всё закончилось так же, как и раньше, он снова был легко обезврежен. Хэ Сюэюань смотрел на него. Повязки с лица Цзян Сыяо уже сняли, его светло-карие глаза были широко распахнуты, в них проступили красные сосуды. Всё его тело продолжало дрожать. Увидев это, Хэ Сюэюань вдруг почувствовал, что это даже немного необычно. Он уже давно не видел Цзян Сыяо таким злым. В последнее время Цзян Сыяо относился к нему слишком хорошо, настолько, что это казалось нереальным. Он учитывал его чувства, тщательно подбирал слова. Это не было ни притворством, ни вынужденным угождением, он искренне воспринимал его как человека, на которого можно положиться. Это было то, о чём он когда-то в доме Цзяна даже мечтать не смел: молодой господин относился к нему как к супругу, искренне и по-настоящему хорошо, больше не считая его чем-то неважным и второстепенным. Он был этим доволен. По-настоящему доволен. Но человеческая психология противоречива, чаще всего мы хотим именно того, чего нам не хватает. Цзян Сыяо остался таким, каким был в прошлом. Хотя отношение Цзян Сыяо к нему стало именно таким, как он хотел, он должен был сохранять образ нежного, покладистого супруга: нельзя злиться, нельзя давить, нельзя делать ничего, что не соответствовало бы этому образу. Он снова вернулся в положение, как в семье Цзяна: должен быть нежным, заботливым и понимающим. Раньше он к этому привык и не считал это чем-то странным. Но теперь, пережив свободу, он начал воспринимать это иначе. Тем более, когда он был низшим человеком, он чувствовал себя куда свободнее. В глазах Цзян Сыяо он был просто бесчеловечным существом. А от такого существа никто ничего не ожидал, ни правильности, ни ограничений. Сейчас же всё было наоборот: он стал тем самым идеальным супругом, которого Цзян Сыяо ждал шесть лет. Он не мог заходить слишком далеко, не мог ограничивать свободу Цзян Сыяо, должен был уважать, понимать и поддерживать его решения. Поэтому сегодня он пришёл и застал ситуацию, где Цзян Сыяо собирался сделать аборт. Как нежный, покладистый супруг он не мог вмешиваться, оставалось только сменить роль. В любом случае, в его восприятии этот низший человек уже был законченно извращённым, так что если он станет ещё более извращённым, это уже не имело никакого значения. Он наблюдал за реакцией Цзян Сыяо: в ней смешались шок, злость и ярость. Наконец-то это неясное, трудноописуемое чувство внутри стало насыщаться и усиливаться. Подумав об этом, он снова протянул руку и надавил на нижнюю часть живота Цзян Сыяо. На этот раз давление было ещё сильнее. Его рука медленно мяла мягкий изгиб, ощущая под ладонью нечто, наполненное жизненной силой. Это был его ребёнок, в животе у Цзян Сыяо он спокойно и благополучно уже дорос до четвёртого месяца беременности. Он не только продолжал грубо сжимать его, но и язвительно говорил, задевая Цзян Сыяо: — Не ожидал, что ты такой способный… всего пару раз и уже забеременел. Ты правда всего лишь бета? Слушая эти отвратительные слова, Цзян Сыяо задрожал ещё сильнее. Они резали слух, но это уже не имело значения. Его волновало только одно, что этот ублюдок снова появился. Он с большим трудом наконец нашёл Сюэюаня, и тот помог ему сбежать из того адского места. Только начала налаживаться хоть какая-то спокойная жизнь, и всего через несколько дней он обнаружил, что беременен этой маленькой тварью. Он думал, что это худший возможный исход, но кто бы мог подумать, что теперь снова появится этот низший человек. По сравнению с любыми словами и спорами он больше всего боялся, что этот человек снова что-то с ним сделает. Он не знал, схватит ли тот его снова и не утащит ли обратно, как раньше, заперев в той комнате и снова подвергнув мучениям. Сюэюань всё ещё ждал его в заранее условленном месте. Если он так и не дождётся его, что он подумает? Придёт ли искать? Но Сюэюань, конечно, не так хорошо знает бедный район, как этот низший человек. Если он решит спрятать его намеренно, сможет ли Сюэюань вообще его найти?.. Он как раз об этом думал, когда чужая рука снова пришла в движение и на этот раз полностью накрыла его рот ладонью: — Молодой господин Цзян, хочешь продолжать жить со мной? — Что? — Я по тебе довольно сильно скучал… Слушая голос у самого уха, Цзян Сыяо почувствовал, как половина тела буквально оцепенела. Как и ожидалось… встреча с этим ублюдком не сулит ничего хорошего. Но он всё же пытался, как и раньше, держать себя под контролем. Но что он вообще может сделать? У него не было никакой возможности сопротивляться. В первый раз он ещё сумел воспользоваться ситуацией и с помощью Сюэюаня сбежать, но во второй раз этот низший человек наверняка будет предельно осторожен. Останется ли у него хоть малейший шанс снова вырваться? — Отвали… — голос Цзян Сыяо был настолько хриплым, что его почти нельзя было узнать. — Ладно, — с лёгкой, почти сожалеющей интонацией ответил этот низший человек. — Но советую тебе не делать глупостей. Не хочешь жить со мной, не надо, но с ребёнком не должно ничего случиться. Цзян Сыяо почти рассмеялся. Что, чёрт возьми, вообще имеет в виду этот ублюдок? Примитивное, животное мышление, у него в голове будто только одно: дети. Но… значит ли это, что он не обязательно снова заберёт его обратно? Впервые за долгое время в нём мелькнула слабая надежда. — Если с ребёнком что-то случится, я не гарантирую, что не трону твоего нынешнего супруга. Услышав это, у Цзян Сыяо в голове на мгновение стало абсолютно пусто. Сначала эти слова даже немного позволили ему выдохнуть, но почти сразу же снова напрягли и встревожили его. Как и ожидалось, этот низший человек нисколько не изменился, он по-прежнему отвратителен. Он всегда бьёт туда, что для него самое важное. И сейчас он боялся именно этого. Он боялся, что Сюэюань окажется втянут в это. Этот ублюдок полностью утратил человечность и действительно способен причинить ему вред. Сюэюань такой наивный и добрый, он даже не представляет, что в мире существуют настолько отвратительные люди. Если он пойдёт к нему… он наверняка… — Не смей его трогать… Нельзя позволить этому человеку добраться до Сюэюаня. Ни в коем случае нельзя. Низший человек не сразу ответил. Спустя некоторое время он лениво произнёс: — На каком основании ты мне это говоришь? Цзян Сыяо на мгновение замолчал. Он открыл рот, но так и не смог ничего ответить. Он всегда считал себя мужем Сюэюаня. Столько лет настоящих чувств и привязанности, для него они уже давно были супругами. А статус, классы, гендерные различия… что вообще значат эти внешние рамки перед настоящими чувствами? Но сейчас всё иначе. Он беремен от незнакомого мужчины, а Сюэюань всё ещё ничего не знает. Цзян Сыяо начал неуверенно сомневаться и чувствовал, что у него нет права называть себя мужем Сюэюаня. Он вообще не мог вымолвить ни слова. И вдруг почувствовал, как та рука снова двинулась, с нижней части живота вниз, остановившись в одном месте и не двигаясь дальше, но этого намёка уже было более чем достаточно. — Я же уже говорил раньше, я не такой уж бессердечный человек. Если будешь послушно сотрудничать со мной, я ведь ничего тебе не сделаю. Цзян Сыяо лишь хотел холодно усмехнуться. Он бы даже предпочёл, чтобы этот низший человек устроил что-то другое: бил, ругал, что угодно, это было бы нормально. Но как назло, всё, что тот делал, было именно тем, чего Цзян Сыяо принять не мог. Он принудил его к сексу, сделал беременным, а теперь ещё и угрожает причинить вред Сюэюаню. Каждая из этих вещей бьёт по самому болезненному месту. — Если не хочешь жить со мной хорошо, я тебя не заставляю, — сказал тот человек равнодушным тоном. — Можешь уходить, я не буду тебя удерживать. Но я должен убедиться, что ребёнок в безопасности, поэтому буду время от времени приходить к тебе… проверять его. У Цзян Сыяо сердце ушло в пятки. Он понимал: этот подонок пришёл не договариваться, он просто ставил его перед фактом. Это словно прямо говорило ему: отныне этот низший человек будет время от времени приходить к нему, появляться перед ним, а может, и перед Сюэюанем. И как бы он ни пытался, скрывать это дальше уже не получится. Этот ублюдок всё делает нарочно. Всегда делал нарочно, чтобы довести его до такого унижения и боли, из которых он уже не может выбраться. Он наверняка сейчас думает только о том, как дать Сюэюаню узнать, что он беремен, а потом смотреть на это как на забавное представление, словно на чужое унижение. Это чувство было слишком невыносимым: будто человека кладут под жёрнов и медленно перемалывают, пока он сам шаг за шагом падает в бездну. Договорив всё это своим неторопливым тоном, этот низший человек протянул руку и похлопал его по щеке: — Ты всё понял? Решай быстрее. Не хочешь жить со своим супругом, возвращайся ко мне. Цзян Сыяо на мгновение закрыл глаза. Конечно, он не хотел возвращаться туда. Но ещё меньше он хотел, чтобы этот ублюдок пошёл к Сюэюаню. Сейчас он мог только сначала как-то успокоить его и удержать ситуацию под контролем. Семья Цзян обязательно что-нибудь придумает. Ему нужно лишь продержаться ещё немного, до тех пор, пока люди семьи Цзян не найдут его. Перед абсолютной властью и влиянием у него ещё был шанс всё решить. Подумав об этом, Цзян Сыяо наконец ненадолго уступил. Подонок, кажется, остался доволен: его рука убралась с лица Цзян Сыяо и, скользнув ниже, легла ему на воротник. Пока Цзян Сыяо ещё не успел среагировать, тот снова начал действовать. На этот раз он не стал расстёгивать пуговицы, а просто схватил и начал срывать одежду. Цзян Сыяо вздрогнул: — Что ты делаешь?! — Делаю важное дело, — ответил тот, будто это само собой разумеется. Цзян Сыяо изо всех сил сдерживал эмоции: — Разве ты не говорил, что мне нельзя делать ничего опасного для ребёнка?.. И ты сам при этом не боишься, делая такое? Тот равнодушно коротко отозвался, но руки не остановил и продолжал своё дело. — Уже четвёртый месяц беременности. Если я буду осторожен, ничего не случится. Цзян Сыяо ещё хотел что-то сказать, но тот снова добавил: — Ты просто сделай так, чтобы мне было хорошо. Если каждый раз будешь меня хоть немного удовлетворять, я буду реже к тебе приходить. А если не сможешь, мне придётся приходить чаще. У него вообще не было возможности для компромисса. С момента появления этого низшего человека у него не осталось ни одного пути к отступлению. Все дороги были перекрыты, и он мог лишь идти по заранее проложенному пути, туда, куда этот подонок хотел его привести. И более того, он даже мог слышать звуки улицы. Шумные, гудящие звуки раздавались совсем неподалёку. Сейчас они находились в тёмном переулке, где чувствовался влажный, сырой запах и гнетущая атмосфера. Но стоило сделать всего несколько шагов наружу, и ты оказывался на оживлённой улице, полной людей. — Ты… собираешься сделать это прямо здесь? — Да. Здесь довольно уединённое место, никто не придёт. Цзян Сыяо совсем не верил, что здесь никто не появится. В бедном районе главные улицы, это всего несколько дорог; здесь обязательно будут проходить люди, и кто-нибудь мог всё увидеть. Если уж говорить, дело не в том, что сюда никто не заходит. Скорее, подобные отвратительные вещи в бедном районе вовсе не редкость. Все придерживаются принципа «лучше не вмешиваться, чтобы не нажить лишних проблем» и, увидев такое, молча обходят стороной. Этот мерзкий ублюдок… он и правда собирается сделать это с ним прямо здесь, в общественном месте, где в любой момент может кто-нибудь пройти мимо?