61 глава — Он неожиданно вспомнил, что беременный.

Подумав об этом, Хэ Сюэюань вспомнил, что первый раз Цзян Сыяо стал покладистым… как раз тогда, когда он отпустил его обратно в семью Цзян. По чистой случайности Цзян Сыяо встретил Цзян Ци и понял, насколько тяжёлым было его положение в семье Цзян. Только тогда он смирился и решил временно остаться у него. В то время состояние Цзян Сыяо было ненамного лучше, чем сейчас. Хотя живот ещё не был большим, его зрение было куда хуже, раны на теле не до конца зажили, а ноги всё ещё плохо слушались. Он ясно осознал реальность, понял, что пока не сможет вернуться, поэтому и выбрал терпеть. Если подумать… этот способ вполне можно использовать ещё раз, и ему даже не придётся делать что-то дополнительно. Как раз сейчас Цзян Сыяо всё ещё не доверяет ему. Ему нужно дать ему понять, что внешний мир куда опаснее, чем он думает, и что выход наружу не обязательно будет лучше, чем оставаться здесь. Конечно, он идёт на риск. Но, судя по тому, что он знает о Му И, в конце он, вероятно, сможет выиграть… верно? Но у него и так не было другого выхода. Если уж придётся пробовать, то остаётся идти самым крайним путём. Однако раз есть и другие варианты, он не хотел доводить всё до совсем неприятного исхода. Поэтому он решил отвести Цзян Сыяо в больницу. — Молодой господин, — он присел перед Цзян Сыяо, — так нельзя, нужно идти к врачу. Цзян Сыяо нахмурился и ничего не сказал. Его лицо всё ещё было не очень хорошим, а этот приступ боли в животе только что полностью его вымотал. — Я не хочу идти. — Обязательно пойдём. — Тон Хэ Сюэюаня стал чуть жёстче, чем обычно. — Если молодой господин не хочет встречаться с людьми, мы можем просто закрыть лицо. Цзян Сыяо понимал, что с его состоянием нельзя тянуть: живот день ото дня становился больше, а всевозможный дискомфорт, всё сильнее. Он не хотел идти в больницу, не хотел, чтобы незнакомцы увидели его в таком состоянии, и тем более не хотел встретить на улице знакомых… но в то же время он понимал, что, возможно, ему действительно придётся туда сходить хотя бы один раз. После долгих колебаний Цзян Сыяо наконец сдался: — Ладно. Хэ Сюэюань, как и было сказано, помог ему закрыть лицо, после чего повёл его в бедный район. Он не повёл Цзян Сыяо в ту клинику, куда обычно ходил, а наоборот выбрал место подальше и более уединённое. Это была подпольная клиника, спрятанная в глубине переулка. Фасад у неё был очень маленький, без вывески. Он бывал здесь несколько раз и знал, что контроль тут слабый: не спрашивают личность и не проверяют документы, просто платишь, и тебя принимают. Он помог Цзян Сыяо зайти внутрь и уложил его на смотровую койку. Врач задал лишь несколько стандартных вопросов, после чего собирался начать обследование. В таких местах правила обычно довольно мягкие, по идее, сопровождающие могут присутствовать. Но Цзян Сыяо сам не согласился и настоял, чтобы он вышел. Хэ Сюэюань взглянул на него, затем развернулся, вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. В этот самый момент, в нескольких улицах отсюда, Му Цзыцянь откинулся на сиденье машины: одной рукой держал руль, а в другой, телефон. — Информация оборвалась прямо на том месте? — Да. Если говорить о том, что точно удалось установить… ну, то самое место, он точно какое-то время находился в той комарке. Но дальше следы необъяснимо оборвались, как будто он просто исчез, словно растворился в воздухе. — Это было намеренное удаление следов? — снова спросил Му И. — Возможно. Му Цзыцянь почувствовал, что в машине стало душно, и сразу приоткрыл окно. Снаружи ворвался ветер с примесью пыли и запаха масла из бедного района. Он нахмурился и быстро снова закрыл окно. — Люди из бедного района обычно такие — не хотят оставлять никаких следов: что можно удалить удаляют, что можно стереть стирают. Проследить что-то по одной цепочке тут очень сложно. На том конце телефона на мгновение повисла тишина. Му Цзыцянь мог представить, какое сейчас выражение лица у Му И, и вдруг ему стало немного смешно: неужели ради какого-то беты стоит так заморачиваться? — Брат, это всё, что я знаю, — с лёгкой беспомощностью сказал он. — Ради поисков Сыяо я уже отказался от нескольких проектов. Когда он вернётся, пусть мне всё компенсирует. Тон Му И был не очень хорошим, голос стал ниже: — Сколько нужно компенсировать? Услышав его тон, Му Цзыцянь тут же посерьёзнел: — Да я шучу, брат, ты чего так серьёзно воспринял? Мы же семья, как-то неловко вообще деньги приплетать. Му И тоже понимал, что сейчас самое главное, найти человека, а всё остальное придётся отложить на потом. — Как только появятся новости, сразу сообщи мне. — Ладно-ладно, не переживай, — ответил Му Цзыцянь и повесил трубку. Он бросил телефон на пассажирское сиденье, откинулся на спинку и глубоко выдохнул. Тот серьёзный тон Му И только что показался ему совершенно излишним. Это совсем не похоже на его брата. Обычно он такой хладнокровный и рациональный, и вся его немногочисленная оставшаяся человечность сосредоточена только на его единственном сыне. Так стоит ли ради какого-то бета-потомка поднимать такой шум? Му Цзыцянь подумал, что лучше бы просто, пока есть возможность, родить ещё одного, вдруг на этот раз получится альфа высокого уровня. А если появится такой наследник, то зачем вообще заботиться об этом бете? Но искать его всё равно нужно. Пусть Цзян Сыяо и бета, он всё же полезен. В конце концов, его столько лет растили как наследника, вложенные в него ресурсы, связи и опыт не сравнятся с любым случайным альфой. Тут замешан эффект невозвратных затрат, так что его нерешительность в этом случае вполне можно понять. Он, конечно, считал, что велика вероятность, что тот находится у Хэ Сюэюаня, но это всё же лишь догадка, нельзя утверждать на сто процентов. К тому же этот воспитанный с детства супруг был робким: даже громко говорить не осмеливался, откуда у него смелость на такое? Тогда он сказал те слова лишь для того, чтобы припугнуть его. На самом же деле он скорее считал, что Цзян Сыяо уже давно убили. Люди со стороны второго дяди, не из простых, как они могли позволить живому наследнику свободно разгуливать? Он уже потратил на дело Цзян Сыяо немало сил. Сегодня днём он собирался ещё раз пройтись по окрестностям, и если снова не найдёт никаких зацепок, тогда уже ничего не поделаешь. В семье ещё куча дел, которые ждут, пока он ими займётся. А его брат только и умеет, что эксплуатировать его. Он ехал очень медленно, одновременно ведя машину и оглядываясь по сторонам на этот обветшалый пейзаж. Хотя он был очень отсталым и примитивным, если долго смотреть, можно было уловить в нём что-то иное. Мм… но ему всё же не очень нравится. Всё-таки в богатом районе лучше. Когда он осматривался по сторонам, как раз увидел совершенно неожиданного человека. Перед ним у входа в цветочный магазин стоял молодой человек. Он был в светлой лёгкой куртке, опустив голову, и смотрел на цветок, который держал в руке. Му Цзыцянь узнал его с первого взгляда. Он остановил машину у обочины, но сразу не вышел, наоборот, ещё пару раз посмотрел через окно. И тогда заметил человека рядом с ним. Он стоял прямо рядом с Хэ Сюэюанем, в свободной куртке, с капюшоном, натянутым на голову, скрывающим большую часть лица. Как будто этого мало, на лице ещё была маска. Он укутался так плотно, что был закрыт полностью. Неясно, то ли он боится холода, то ли не хочет встречаться с людьми. Му Цзыцянь слегка нахмурился и довольно долго пристально смотрел на размытый силуэт. Можно было разглядеть, что там стоят два человека и тихо о чём-то разговаривают. По их позе сразу видно, что они очень близки: плечи почти соприкасаются, а во время разговора голова слегка наклоняется к собеседнику. Бедный район , действительно отвратительное и скучное место, пейзажи тут вообще не представляют никакой ценности. Но вот людей из этого района нельзя грести под одну гребёнку. Раз уж пришёл, то почему бы не подразнить маленького красавчика и не поиграть с ним? Он нашёл место и припарковался, затем открыл дверь машины и направился в сторону цветочного магазина. Когда он подошёл к Хэ Сюэюаню, тот как раз держал тот самый цветок. Му Цзыцянь подошёл сзади и, слегка наклонив голову, взглянул на цветок. — При черенковании этого цветка нужно обращать внимание на узлы. Ниже узла достаточно оставить два листа, если оставить больше, наоборот, не приживётся. Хэ Сюэюань поднял голову и увидел лицо Му Цзыцяня, на мгновение даже не успев среагировать. Однако Му Цзыцянь сделал вид, что не заметил его растерянности. Он отвернулся к стоящему рядом горшку с растением, протянул руку, взял лист и слегка покрутил его. — Этот тоже неплохой. Если его вместе с тем, что у тебя в руках, собрать в одну композицию, получится точно очень красиво. Хэ Сюэюань угрюмо отозвался и снова опустил голову, продолжая смотреть на цветок в своих руках. Он всё время краем глаза поглядывал в сторону, туда, где стоял человек в капюшоне. И он чувствовал, что взгляд Му Цзыцяня тоже периодически скользит туда же. И действительно, не прошло много времени, как Му Цзыцянь снова заговорил. — Твой друг? Он чуть наклонил голову и слегка указал подбородком в его сторону. Что это значит? Он что, не узнал Цзян Сыяо? Хэ Сюэюань ещё не успел ничего сказать, как взгляд Му Цзыцяня снова опустился вниз: он некоторое время смотрел на лекарства у него в руке, а затем перевёл взгляд на живот этого человека. — Твой друг беременный? — небрежно спросил он. — Сколько месяцев уже? По виду срок немаленький. — Тебе-то какое дело? Му Цзыцянь приподнял брови: — Почему ты относишься как к чужому? Я даже спросить не могу? А в этот момент Цзян Сыяо как раз стоял на ступеньках у входа в цветочный магазин. Услышав голос Му Цзыцяня, он полностью застыл. Поскольку он слеп, во многих ситуациях ему приходилось полагаться на слух, поэтому его чувствительность к звукам была очень высокой, он практически не мог ошибиться в том, что слышит… Почему… он появился именно в этот момент? В душе Цзян Сыяо был очень удивлён, но это не было чувством облегчения. Он должен был чувствовать радость, в конце концов, найдя Му Цзыцяня, он, скорее всего, смог бы найти и Му И. За это время ему пришлось нелегко, он так долго искал Му И и всё безрезультатно. И как назло, именно в тот момент, когда уже стал заметен живот, он столкнулся с Му Цзыцянем. Сейчас Му Цзыцянь стоял всего в нескольких шагах. Стоило ему снять маску и позвать «дядя», и он смог бы вернуться в тот мир, вместо того чтобы оставаться запертым в этом отсталом бедном районе, с животом, позволяя какому-то человеку низшего класса водить себя за нос. Но что сейчас говорит Му Цзыцянь? Он неожиданно вспомнил, что беременный. А если Му Цзыцянь вот так его сейчас узнает, что тогда делать? Если он узнает, что он, Цзян Сыяо, и увидит его в таком виде, с большим животом, что он тогда подумает? Он расскажет Му И?.. И что тогда подумает Му И? Му И всегда возлагал на него большие надежды. Он так много сделал, чтобы проложить ему путь, и даже несмотря на то, что он бета, не отказался от него. Но если он узнает, что сын, которого он с детства растил как альфу-наследника, оказался беременным и сейчас стоит на улице в бедном районе с большим животом… он всё ещё признает его своим? В их представлениях, он в таком состоянии, наверное, уже считается полностью погибшим. Цзян Сыяо чувствовал, что вот-вот сорвётся. Он ведь должен был радоваться, просто позволить Му Цзыцяню забрать его и уйти отсюда… Но он просто не мог это сказать. Он не знал, что делать… он совершенно не мог столкнуться со всем этим.