Часть 16. Первый урожай

Контейнеры стояли ровными рядами под лампами. Аарон проверил датчики в седьмой раз за утро — влажность, температура, уровень pH. Цифры не менялись. Грунт держал параметры. — Сегодня, — сказал он. Кевин отложил планшет. Левая рука всё ещё висела на перевязи, но правой он управлялся уверенно — пододвинул таз, разложил инструменты. — С чего начнём? — С первого. Аарон осторожно высыпал грунт из контейнера в пластиковый таз. Земля была тёмной, рассыпчатой, с комками. Он раздвинул её руками. Клубней оказалось тринадцать. Бледно-жёлтые, круглые, с гладкой тонкой кожицей. Аарон взвесил их на лабораторных весах — семьсот двадцать граммов. Записал цифры в планшет. Второй контейнер дал пятнадцать клубней, восемьсот десять граммов. Третий — шестнадцать, девятьсот пять. Четвёртый — четырнадцать, семьсот сорок. — Три килограмма двести семьдесят пять граммов, — сказал он. Кевин кивнул. Аарон смотрел на цифры на экране. Три килограмма. Четыре тысячи килокалорий. Две тысячи на человека. При строгой экономии этого хватит на месяц. При нормальном режиме — на две-три недели. — Не густо, — сказал Кевин. — Но и не голод. Они перебрали клубни. Крупные, весом более пятидесяти граммов, отложили для следующей посадки. Мелкие — в еду. — Восемнадцать штук на посадку, — сказал Аарон. — В шесть контейнеров, по три клубня в каждый. Через два месяца получим минимум пять-шесть килограммов. — Если повторится прошлый результат. — Если повторится. Кевин записал цифры.

***

Посадка заняла два часа. Аарон насыпал свежий грунт, добавил органику из санитарного бака — сухие гранулы, без запаха, с концентрацией бактерий десять в шестой степени на грамм. Кевин проверял давление в системе полива, регулировал лампы. — Освещение? — Триста люкс. — Влажность? — Шестьдесят процентов. — Температура? — Двадцать два. Аарон засыпал последний клубень, примял землю, полил. — Теперь ждать. — Два месяца. —да,— Аарон выпрямился, потянул спину. Кевин стоял рядом. — Как думаешь, выживем? — спросил Кевин. — Выживем. — Ты всегда так уверен? — Я всегда так считаю.

***

Картошку варили вечером.Аарон очистил клубни, нарезал крупными дольками, бросил в кипящую воду. Кевин смотрел на пар, поднимающийся над кастрюлей. — Семь минут, — сказал Аарон. — Крахмала много, можно передержать. — Откуда ты знаешь про крахмал? — Растения — это химия. Крахмал накапливается в клубнях, если климат сухой. У нас сухо. Значит, крахмала много. Кевин усмехнулся. Аарон слил воду, разложил картошку по тарелкам. Добавил остатки тушёнки — по ложке на каждого, просто чтобы было не сухо. — Вкус? — Нормальный. — Минеральный привкус? — Есть немного. — Железо. В грунте высокое содержание оксида железа, отсюда цвет планеты. Растения его накапливают, это не опасно. Кевин прожевал, проглотил. — Ты всегда так анализируешь еду? — Раньше нет. Сейчас — да.

***

Последующие дни потянулись ровной чередой. Аарон проверял запасы, следил за новыми посадками, вносил данные в планшет. Кевин чинил оборудование, разбирал антенну, пытался найти способ восстановить связь. Они работали молча. Не ссорились, не спорили. Просто существовали рядом, как два механизма в одной системе. Однажды вечером Аарон сидел за столом и пересчитывал калории. Кевин вошёл, поставил перед ним кружку с горячей водой. — Чай кончился, — сказал он. — Я знаю. — Просто вода. — Просто вода — тоже хорошо. Аарон взял кружку. Кевин сел напротив. — Ты изменился. — В каком смысле? — Раньше ты был злым. Сейчас — просто усталым. Аарон посмотрел на него. — Ты не первый, кто мне это говорит. — Кто первый? — Линда. Кевин кивнул. Они помолчали. — Скучаешь по ней? — спросил Кевин. — По Линде? — По всем. Аарон отставил кружку. — Скучаю. По Ники, по Эндрю, по Линде. По нормальной еде. По солнцу, которое греет, а не светит через иллюминатор. — По тому, что было. — По тому, что было, — повторил Аарон. Кевин смотрел на него. Он выдержал взгляд. — А ты? — спокойно спросил блондин. — Я ни по кому не скучаю. — Совсем? — Совсем. — Это грустно. — Это честно. Аарон не стал спорить.

***

Через две недели после сбора урожая Аарон заметил, что новые ростки пробились на три дня раньше расчётного срока. Он проверил грунт — температура, влажность, кислотность. Всё в норме. Бактерии работали активнее, чем предполагалось. Он сделал пометку в планшете, ничего не сказал Кевину. Через месяц кусты выросли до пятнадцати сантиметров. Листья были зелёными, плотными, без признаков хлороза. — Хорошо идёт, — заметил Кевин. — Идёт. Аарон провёл рукой над листьями, не касаясь. Чувствовал влажный, тёплый воздух, поднимающийся от грунта. — Через месяц будет урожай. — Больше, чем в прошлый раз? — Должно. Он не стал говорить, что это их последний шанс. Кевин и так знал.

***

В день, когда они собирали новый урожай, на планете было тихо. Ветер не дул, пыль не поднималась, две маленькие луны висели низко над горизонтом. Аарон работал быстро, без суеты. Высыпал грунт, перебирал клубни, взвешивал, записывал. Кевин помогал молча. Первый контейнер — восемьсот граммов. Второй — девятьсот. Третий — килограмм двадцать. Итог: шесть контейнеров, пять килограммов семьсот граммов. В два раза больше, чем в прошлый раз. Аарон смотрел на цифры. — Теперь мы не умрём с голоду. — Ты в этом уверен? — Уверен. Это замкнутый цикл. Отходы — в грунт, грунт — растениям. Мы можем повторять это бесконечно. Кевин молчал. Аарон повернулся к нему. — Что? — Ничего. Просто смотрю. — На что? — На тебя. Ты улыбаешься. Аарон коснулся пальцами уголков губ. Действительно улыбался. — Не замечал. — Я заметил. Аарон смутился и не стал на это что-то отвечать.

***

Вечером они сидели у иллюминатора. Звёзды горели ровно, не мигая. Планета спала. Аарон чувствовал плечо Кевина — тёплое, живое. И не отодвинулся. Это стало привычкой. — Кевин. — М? Аарон помолчал. Потом покачал головой. — Ничего. — Хорошо. Они снова замолчали. В тишине было слышно, как гудит вентиляция. За иллюминатором горели звёзды.