Часть 11 "Послевкусие испытаний"

      Караг и Тикаани молчали. В контейнере было совершенно темно, лишь через щель под крышкой проникал слабый луч света. Пахло бумагой и влажной шерстью собаки или, скорее волка — которые, впрочем пахнут одинаково.       — Хоть бы с Куки ничего не случилось, — подумал Караг.       Тикаани мысленно вздохнула:       — У неё наш мобильник. В случае чего она может просто позвонить Тео.       — А ведь Куки может позвать на помощь и учителей! — вдруг понял Караг.       Тикаани заскулила:       — Только не это!       Будет жутко стыдно перед ними: нас же всего лишь отправили в аптеку.       После Тикаани стала рассказывать про своё детство и о том как она жила в своём волчьем племени на севере Канады.       — А я даже не подозревал, что кроме нас — ну, моей семьи — существуют ещё оборотни, — начал рассказывать Караг. — Мы всегда жили в горах как пумы, в людей превращались максимум раз в год.       — Клёвая жизнь, — оценила Тикаани, и в её голосе послышалась зависть.       — Да, клёвая, — в первый раз признался себе самому Караг.       — Во всяком случае, тебе жилось лучше, чем Бо и Клиффу, — продолжила Тикаани. — Родители Бо служили в цирке клоуном и артисткой, они понятия не имели, что делать с ребёнком, а уж когда выяснилось, что он не такой, как все, — и подавно. Они не знали о его особенностях — наверное, он унаследовал природу оборотня от бабушки или от дедушки. Но те уже давно умерли, и родители сдали Бо в приют.       После она рассказала о том, что Клифф из богатой семьи и его родители хотели чтобы он унаследовал семейное предприятие, но ему это не нужно было.       — А Джефри что? Он тоже из богатой семьи? — Карага разбирало на любопытство.       — Если буду болтать про Джефри, он меня убьёт. — фыркнула Тикаани.       — Даже если просто скажешь, что он ест на завтрак? — дурачился он.       — Про его завтрак ты и без меня знаешь, вы же живёте в одной комнате, — пробурчала Тикаани. — Я же вижу, как ты постоянно таращишься в наши тарелки. И ты…       — И я, что? — спросил Караг, склонив голову на бок.       — Ничего…забей.       — Ладно… — Караг всё равно задумался о том, что же хотела сказать Тикаани, но расспрашивать её не стал.       Спустя некоторое время мусорный бак открыла Куки и они все вместе отправились в школу на машине Тео.

***

      Смотреть на листок с оценками для Карага было одно удовольствие:       Секретность: хорошо       Сотрудничество: отлично       Превращения: отлично       Выполнение задания: отлично       Решение проблемы: отлично       ОБЩАЯ ОЦЕНКА: отлично       Он вместе со своими друзьями сидел обедал в столовой. И каждый из них рассказывал о том как прошли их испытания.       Караг украдкой наблюдал за Лу — она праздновали вместе с Нелл и Лероем. Подойти к ним? Но что он им скажет? И вдруг Лу заметит, что она ему нравится?       Вечер был чудесный, пока Джефри всё не испортил — он попытался во второй раз получить добавки у Шерри Плеск.       — Больше добавки не будет, ни для кого! — проворчала она, скрестив руки на груди.       — Будет. Для меня. — небрежно бросил Джефри. — Не пытайся здесь командовать, Шерри, не забывай, ты всего лишь бобёр.       В столовой воцарилась тишина. как в лесу перед грозой.       И гроза не заставила себя ждать. Сначала Шерри вылила на Джефри поток смачных ругательств, а потом в него полетели вилки. Причём зубцами вперед!       — Наказан! С завтрашнего дня будешь работать в столовой! Неделю! — прокричала ему вслед Шерри.       Когда Джефри прошел мимо Карага, Караг решил подколоть его:       — Просто просить нужно вежливо.       Зря он это сказал. Джефри остановился и, развернувшись к нему, посмотрел на него убийственным взглядом:       — Киска что-то мяукнула?       — Перестань меня так называть.       — А если не перестану, котик? — сдерзил ему Джефри и вышел из столовой.       В сердце Карага что-то мельком ёкнуло, но он сам не хотел этого признавать и просто отправился в комнату.       Вернувшись в комнату, Караг заставил себя сесть за уроки, стараясь сосредоточиться на строчках учебника, а не на мыслях о прошедшем дне. Вскоре дверь тихо скрипнула, и вошёл Джефри. Он выглядел каким-то непривычно тихим: молча завалился на кровать и уткнулся в телефон, демонстративно отвернувшись к стене. В комнате повисла тяжелая, почти осязаемая тишина, нарушаемая только шорохом страниц.       Когда последняя тетрадь была закрыта, Караг подошёл к зеркалу. Свет ламп подчеркнул то, что он проглядел раньше: приключение в мусорном баке с Тикаани не прошло бесследно. На щеке и подбородке виднелись тонкие алые царапины. Пустяк, конечно, но на фоне бледной кожи они смотрелись довольно ярко.       Караг поморщился, осторожно коснувшись пальцами ссадины.       — Черт… — тихо прошипел он под нос.       Матрас за его спиной скрипнул. Караг замер, наблюдая через зеркало, как Джефри медленно опускает телефон. Тот приподнялся на локтях, прищурившись, и несколько секунд молча изучал отражение своего врага.       — Ты выглядишь еще паршивее, чем обычно, — подал голос Джефри. Его тон был привычно язвительным, но в нем не хватало былой остроты.       — Тебя не спросил, — огрызнулся Караг, отворачиваясь от зеркала. — Это просто царапины.       Джефри фыркнул, картинно закатив глаза, и поднялся с кровати. Вместо того чтобы выйти из комнаты или вернуться к телефону, он подошел к своему комоду и выудил оттуда небольшой флакон с антисептиком и пластырь.       — Подойди сюда, — бросил он, прислонившись к стене.       — С чего бы это? Чтобы ты туда яда подлил? — Караг недоверчиво скрестил руки на груди.       — Не строй из себя героя, — Джефри сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию до опасного минимума. — Если у тебя начнется заражение и ты свалишься с лихорадкой, мне придется слушать твой бред всю ночь. А я хочу спать.       Прежде чем Караг успел возразить, Джефри схватил его за подбородок, заставляя поднять голову. Его пальцы были удивительно холодными, но прикосновение — неожиданно бережным. Караг затаил дыхание. Он чувствовал запах парфюма Джефри — что-то терпкое и дорогое, — который теперь смешивался с резким запахом антисептика. Джефри сосредоточенно прикусил губу, обрабатывая рану. На мгновение его взгляд переместился с царапины на глаза Карага. В этой близости их вражда казалась чем-то далеким и бессмысленным. Напряжение в воздухе из колючего превратилось в густое, почти осязаемое.       — Сиди смирно, — прошептал Джефри, и его голос на этот раз прозвучал странно хрипло. Он все еще не отпускал подбородок Карага, хотя пластырь был уже наклеен. Караг почувствовал, как сердце предательски ускорило ритм. — Почему ты это делаешь? — так же тихо спросил он.       Джефри медленно убрал руку, но не отошел. Его взгляд задержался на губах Карага всего на секунду дольше, чем следовало.       — Потому что только я имею право доводить тебя до такого состояния, — бросил он, пытаясь вернуть лицу привычную маску безразличия, но его покрасневшие кончики ушей выдавали его с потрохами.       — Ты уже второй раз мне раны обрабатываешь, — — заметил Караг, и в его голосе проскользнула странная, непривычная для них мягкость.       Джеффри фыркнул, складывая руки на груди и стараясь вернуть себе вид высокомерного аристократа.       — Это ведь не я постоянно попадаю в неприятности, — парировал он, вскинув бровь. — Заметь, меня самого чуть сегодня не убила разъярённая бобриха.       Караг вспомнил утренний инцидент у ручья и не смог сдержать смешок        — Лучше бы убила… — пробормотал он себе под нос, отворачиваясь к столу.       Лицо Джеффри мгновенно исказилось от возмущения. Он сделал шаг к Карагу, сокращая дистанцию.       — Что ты сказал?! Тебе жить перехотелось?! — в его голосе смешались ярость и какая-то необъяснимая обида, словно его задели за живое.       — Ладно, ладно извини, — Караг поднял руки в жесте «сдаюсь» и ухмыльнулся.— Я просто не привык, что ты проявляешь такое… милосердие.       Джефри еще секунду смотрел на него, тяжело дыша, а потом резко отвернулся и повалился на кровать, демонстративно закрываясь одеялом до самого подбородка.       — Заткнись, Караг. Просто заткнись и делай свои уроки.       Караг сел за стол, но учебник по биологии больше не вызывал интереса. Он чувствовал на себе взгляд Джефри, даже когда тот лежал спиной к нему. Вражда всё еще была здесь, между ними, но теперь она казалась лишь тонкой ширмой, за которой пряталось что-то совершенно иное.