Часть 23 "Романтический апокалипсис"

      Праздник в белоснежном шатре продолжался своим чередом, хотя его атмосфера заметно изменилась после отъезда старших Бейкеров. Как только роскошный автомобиль Роберта и Эвелин скрылся за воротами, с плеч учеников словно спал последний груз напускной серьёзности. Кейтеринговая служба оставила в полное распоряжение ребят горы закусок и нескончаемый шоколадный фонтан, а музыка диджея стала громче и раскованнее. Пока Маркус увозил родителей и уставшую Лили, а Холли в очередной раз пыталась уговорить Брэндона на танцевальный баттл, Джефри и Тикаани отошли к дальнему столику у самого края шатра. Они просто сидели рядом, лениво потягивая прохладный сок, и разговаривали о пустяках, наслаждаясь редкой минутой покоя. Джефри чувствовал невероятную лёгкость после разговора с матерью, и на его лице впервые за весь вечер блуждала расслабленная улыбка.       Вдруг свет, падающий от неоновой гирлянды, померк. Прямо перед их столиком выросла массивная фигура, создав плотную, угрюмую тень своим внушительным ростом. Джефри поднял голову и столкнулся взглядом с Клиффом. Бета его стаи стоял, скрестив руки на груди, а его лицо казалось высеченным из камня.       Тикаани мгновенно подобралась, её волчьи уши инстинктивно прижались к голове, а взгляд стал настороженным. Однако Джефри лишь спокойно поставил свой стакан на стол и медленно поднялся, выравнивая разницу в росте.       — Нам нужно поговорить, вожак, — глухо произнёс Клифф, выделив последнее слово едва заметным нажимом. — Без лишних ушей.       — Тикаани может остаться, — ровно ответил Джефри, не отводя взгляда. — От неё у меня секретов нет. Говори здесь.       Клифф на секунду замешкался, бросив быстрый взгляд на белую волчицу, но затем тяжело вздохнул и сделал шаг ближе к столу, наклоняясь вперед, чтобы их голоса не заглушила музыка.       — Ты думаешь, если твои родители устроили этот королевский пир, то всё сразу забылось? — тихо, но с явной горечью спросил Клифф. — В Коста-Рике ты знатно раздал всем пощёчин, Джефри. Ты вожак северных волков. Самой сильной стаи в этой школе. И ты открыто заявляешь, что пума тебе дороже, чем все мы? Чем наши законы?       Джефри выслушал его абсолютно спокойно. В его глазах больше не было прежней подростковой агрессии — Ла Чамба действительно изменила его, сделала мудрее.       — Клифф, я уже говорил тебе у озера, и повторю ещё раз, — тихо, но твёрдо произнёс Джефри. — Мои чувства к Карагу не делают меня слабым. И они никак не отменяют того, что я по-прежнему предан нашей стае. Если нужно будет защищать тебя, Бо или Тикаани — я сделаю это не задумываясь. Но я больше не собираюсь притворяться тем, кем я не являюсь, чтобы соответствовать твоим идеальным картинкам. Я остался прежним Джефри Бейкером. Просто теперь я честен с самим собой.       Клифф молчал, тяжело дыша. Его кулаки были сжаты, но вся его напускная ярость и суровость теперь казались лишь хрупкой скорлупой. Северный волк переводил взгляд с Джефри на Тикаани, которая смотрела на него не с вызовом, а с какой-то тихой, понимающей грустью.       И именно в этот момент его маска окончательно треснула. Клифф так и не решился произнести это вслух, его гордость беты никогда бы не позволила ему признаться в слабости, но всё было буквально написано у него на лице. Ему было чертовски, невыносимо одиноко. Всю эту неделю, пока они с Бо держались в стороне, сознательно отрезав себя от Джефри и Тикаани, Клифф чувствовал себя выброшенным за борт. Без привычных споров с вожаком, без общих планов и весёлого подшучивания Тикаани школьные будни превратились в серую, унылую пустыню. Стая была его семьёй, и остаться без неё из-за собственного упрямства было слишком высокой ценой.       Джефри, заметив это выражение тоски и растерянности на лице друга, смягчился. Он сделал полшага вперёд и крепко положил руку Клиффу на плечо.       — Хватит дуться, Клифф. Мы столько всего прошли вместе. Неужели ты готов перечеркнуть нашу дружбу из-за того, что я выбрал пуму? Прекращай эту войну. Ты нужен стае. Ты нужен мне.       Клифф замер под тяжестью его руки. Он долго смотрел на ладонь Джефри, затем на его открытое, ждущее лицо. Напряжение, державшее бету всю неделю, наконец-то спало. Он горько усмехнулся и качнул головой.       — Ты невыносим, Бейкер, — проворчал Клифф, хотя в его голосе больше не было злости. — Ладно. Считай, что ты меня убедил. Но учти: если этот твой пума хоть раз посмотрит на нашу территорию неправильно, я за себя не ручаюсь.       — Договорились, — улыбнулся Джефри, и парни крепко, по-мужски обнялись, ставя окончательную точку в затянувшемся конфликте. Тикаани с облегчением рассмеялась и тут же подскочила, чтобы обнять обоих парней сразу.       В это время с противоположного конца шатра за этой сценой внимательно наблюдала другая компания. Караг стоял у шоколадного фонтана, бережно держа в руке стаканчик, а рядом с ним находились Холли и Брэндон. Пума практически не отводил взгляда от Джефри с того самого момента, как к его столику подошёл Клифф. Караг был готов в любую секунду рвануть на помощь, если бы переговоры переросли в драку, и его пальцы невольно сжимали край деревянной стойки. — Ой, смотрите, кажется, они обнимаются! — восторженно зашептала Холли, подпрыгивая на цыпочках, чтобы лучше видеть сквозь толпу танцующих. — Караг, выдыхай, твоего вожака никто не собирается есть. Клифф, похоже, окончательно сдался! — Я и не сомневался, — прогудел Брэндон, с аппетитом отправляя в рот очередную клубнику в шоколаде. — Джефри умеет находить нужные слова, когда хочет. Да и Клиффу явно надоело ходить с таким видом, будто он съел целый лимон. Рад за них. Стая должна быть вместе. Караг медленно выдохнул, чувствуя, как с сердца спадает последний за сегодня осколок тревоги. Он издалека поймал мимолётный взгляд Джефри, который обернулся в его сторону сразу после примирения с Клиффом. Волк едва заметно, но так тепло улыбнулся ему, что у Карага внутри снова разлилось солнце. Всё налаживалось. Праздник продолжался, и эта ночь в Кристалле наконец-то принадлежала только им.       — Ну что, пума, теперь твоя душенька спокойна? — Брэндон добродушно толкнул Карага плечом, заметив, как тот наконец расслабил до этого напряжённые плечи.       — Более чем, — Караг улыбнулся, провожая взглядом Клиффа, который вместе с Тикаани уже направлялся к столу, где сидел Бо и остальные волки. Было видно, как с каждым шагом с беты спадает эта напускная суровость, уступая место привычной, уверенной осанке.       — Раз все помирились, значит, самое время для финального штурма! — Холли воинственно вскинула руку, в которой зажала шпажку с маршмеллоу. — Там диджей обещал поставить какой-то супер-хит, под который даже деревья в лесу танцевать начнут. Брэндон, марш за мной, ты обещал показать, как бизоны топают в такт!       Она схватила упирающегося великана за рукав и с удивительной для белки силой потащила его в самую гущу прыгающей толпы. Брэндон лишь обречённо вздохнул, бросив на Карага умоляющий взгляд, но покорно поплёлся за своей неугомонной подругой.       Караг остался один у шоколадного фонтана. Он сделал глоток сока, чувствуя, как приятная усталость разливается по телу. Вдруг музыка сменилась на более мягкую, обволакивающую мелодию, а неоновые огни шатра приглушили, оставляя лишь тёплый золотистый свет гирлянд.       — Позволите пригласить вас, мистер кот? — раздался тихий, до боли знакомый голос прямо над ухом.       Караг обернулся. Джефри стоял совсем рядом. Без своей стаи, без родителей, без маски идеального наследника семьи Бейкер. На его губах играла та самая редкая, открытая улыбка, которую он дарил только Карагу.       — А полярные волки умеют танцевать что-то, кроме ритуальных танцев вокруг добычи? — прищурился Караг, в его глазах зажглись весёлые искорки.       — Ради тебя я готов освоить любое направление, — Джефри протянул ему руку.       Они отошли вглубь танцпола, туда, где тень от раскидистых искусственных растений надёжно скрывала их от лишних глаз. Когда Джефри уверенно положил руку Карагу на талию, а пума доверчиво опустил ладонь на его плечо, весь остальной мир словно перестал существовать. Не было больше глупых предрассудков, разделения на кошачьих и волчьих, не было страха перед будущим. Были только они двое, плавно двигающиеся в такт медленной музыке.       — Клифф… он действительно скучал по тебе, — тихо сказал Караг, глядя в серые глаза волка. — Я видел его лицо.       — Я знаю, — Джефри чуть крепче прижал Карага к себе, утыкаясь подбородком в его макушку. — Волки не умеют долго быть в одиночестве, мы стайные животные. Но я рад, что мы смогли объясниться. Теперь мне намного легче. Спасибо тебе. За то, что не стал вмешиваться и дал нам во всём разобраться.       — Ты мой вожак, Джеф. Я верю в тебя, — прошептал Караг, прикрывая глаза и наслаждаясь моментом.       Праздник в школе «Кристалл» постепенно подходил к своему завершению. Ученики, разбившись на парочки и весёлые компании, медленно брели в сторону общежитий, делясь впечатлениями о лучшем дне рождения этого года. А волк и пума продолжали танцевать, зная, что впереди их ждёт ещё много трудностей, но эту победу и этот обретённый мир у них уже никто не отнимет.       Вскоре праздничный вечер окончательно подошел к концу. Последние аккорды музыки затихли в опустевшем шатре, неоновые гирлянды погасли, и утомленные, но довольные ученики школы «Кристалл» побрели по своим жилым корпусам. Караг и Джефри, стараясь не привлекать лишнего внимания ночных дежурных, вместе дошли до своей комнаты. Сбросив парадную одежду и переодевшись в удобные домашние футболки, они наконец-то смогли выдохнуть и лечь в свои постели. В комнате воцарился приятный полумрак, нарушаемый лишь мягким лунным светом, струящимся из окна.       Тишину нарушил Караг. Он повернулся на бок, подперев голову рукой, и тихо позвал волка:       — Джеф, послушай… Мне кажется или на протяжении всего праздника Маркус не отходил от Тикаани, или мне просто показалось? У него просто такое недовольное лицо было, когда они уезжали, — с легким смешком сказал Караг, вспоминая угрюмую мину старшего брата Джефри в момент посадки в машину.       Джефри, лежавший на спине закинув руки за голову, тихо и искренне рассмеялся, отчего его плечи мелко задрожали.       — О, тебе точно не показалось, кошак, — шепотом ответил он, поворачивая голову к пуме. — Это он так уже долго пытается её склеить. И пока, вроде, иногда что-то получается, но Тикаани у нас не из робкого десятка, ты же её знаешь. С ней его привычные штучки альфа-самца не работают. Но, несмотря на всё её упрямство и холодность, Маркус влюблен в неё по самые уши.       Караг от такой новости даже приподнялся на локте, его кошачье любопытство мгновенно пробудилось, и он стал с азартом расспрашивать Джефри обо всех подробностях этой тайной драмы.       — Погоди, серьезно? Твой старший брат, гроза местных волков, сохнет по нашей белой волчице? Расскажи! — заговорщически прошептал Караг.       Джефри охотно поддался на расспросы и принялся в деталях описывать романтические неудачи брата. Караг узнал, что Маркус при каждом удобном случае, когда приезжает в «Кристалл» или пересекается с учениками, всеми силами пытается красоваться перед Тикаани. Он демонстрирует свои спортивные достижения, шутит свои лучшие (по его мнению) шутки и пытается казаться неотразимым, но пока у него это выходит довольно плохо — Тикаани лишь иронично выгибает бровь и колко осаживает его пыл.       — Ты бы видел его пару недель назад, — тихо продолжал Джефри, улыбаясь воспоминаниям. — Маркус буквально ходил за мной по пятам и выпрашивал её номер телефона. Ныл каждый день в мессенджерах, присылал дурацкие стикеры. В итоге я всё равно ему его дал, просто чтобы старший брат наконец отстал и не выносил мне мозг.       — И как? Помогло? — с улыбкой спросил Караг.       — А вот тут начинается самое интересное, о чудо! — Джефри заговорщически подмигнул пуме. — По недавним рассказам Холли, которая, как ты помнишь, живет в одной комнате с Тикаани, в их девичьей обители творятся странные вещи. Белка проболталась мне по секрету, что теперь каждый божий вечер Тикаани подолгу сидит в телефоне. Кому-то строчит сообщения, не отрывая взгляда от экрана, и периодически так тихонько, но очень счастливо смеется. Сама она, конечно, ни за что не признается, что переписывается с Маркусом, но мы-то с тобой умеем складывать дважды два.       Караг тихо хмыкнул, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от осознания, что не только у них двоих в этой школе зарождается что-то особенное.       — Значит, крепость потихоньку сдается, — резюмировал пума, устраиваясь поудобнее на подушке. — Кто бы мог подумать.       — Да, любовь делает странные вещи даже с самыми суровыми волками, — тихо ответил Джефри, переводя взгляд на Карага. — Ладно, засыпай, любопытный котик. Завтра тяжелый день.       — Спокойной ночи, вожак, — прошептал Караг, закрывая глаза с улыбкой на губах.       — Спокойной ночи, кошак, — отозвался Джефри, чувствуя, как комната окончательно погружается в глубокий, мирный сон, унося прочь все заботы прошедшего праздника.       На следующее утро лучи солнца настойчиво пробивались сквозь шторы, возвещая о начале нового, обычного школьного дня в «Кристалле». Караг проснулся первым от тихого шороха — это Брэндон, стараясь не шуметь своими огромными копытами, тихонько собирал учебники в рюкзак.       Караг сладко потянулся, по-кошачьи выгнув спину, и перевёл взгляд на соседнюю кровать. Джефри всё ещё спал, но его чуткие волчьи уши уже подёргивались, реагируя на утренние звуки замка. Вспомнив их ночной разговор о Маркусе и Тикаани, Караг не удержался от улыбки. Ему жутко хотелось увидеть белую волчицу на завтраке и проверить, не выдаст ли она себя.       Спустя полчаса, когда они всей компанией вошли в столовую, Караг сразу же отыскал глазами Тикаани. Она сидела за своим привычным столом, лениво помешивая ложкой овсянку. Но стоило только Джефри и Карагу подойти ближе, как Холли, которая уже вовсю уминала блинчики с кленовым сиропом, заговорщически зашептала:       — Эй, пс-с, парни! Вы не поверите. Наша ледяная королева сегодня полночи светила экраном телефона мне прямо в глаз. Я краем уха слышала, как она печатает со скоростью пулемёта!       Тикаани мгновенно подняла голову, и её щёки едва заметно порозовели, хотя взгляд остался ледяным.       — Холли, если ты не прекратишь совать свой любопытный беличий нос в чужие телефоны, я лично спрячу твои запасы орехов на крыше главного корпуса.       — Ну вот, сразу угрозы! — надулась Холли, прячась за широкую спину Брэндона. — Я просто констатирую факт. Ты улыбалась телефону так, будто тебе прислали мешок отборного мяса.       Караг хитрым взглядом посмотрел на Джефри, который как раз садился рядом. Волк едва заметно усмехнулся, подтолкнув Карага локтем под столом, мол, «я же тебе говорил».       — Кстати, Джефри, — Тикаани поспешила перевести тему, изящно поправив серебристую прядь волос. — Твой брат… Маркус. Он вчера уехал в каком-то странном настроении. Надеюсь, его не отчитал ваш отец за то, что он слишком долго пробыл на танцполе?       — Нет, Маркусу обычно ничего за это не бывает, — спокойно ответил Джефри, накладывая себе омлет. — Просто он, кажется, рассчитывал на более… тёплый прощальный жест. Например, что кто-нибудь оставит ему свой автограф на память. Или хотя бы помашет рукой на прощание.       Караг едва сдержал смех, уткнувшись в стакан с соком. Брэндон, который, кажется, вообще был не в курсе этих любовных интриг, лишь непонимающе переводил взгляд с одного друга на другого, продолжая методично жевать.       — Передай своему брату, Бейкер, — Тикаани качнула головой, и в её глазах промелькнула та самая колкая, но весёлая искра, — что если он продолжит присылать мне в сообщениях эти нелепые стикеры с воющими на луну волчатами, я заблокирую его номер. И никакой вожак ему снова его не раздобудет.       — Обязательно передам, — улыбнулся Джефри. — Думаю, это смотивирует его обновить свой набор стикеров.       Завтрак продолжался в тёплой, шумной атмосфере. Клифф, сидевший за соседним столом вместе с Бо, сегодня больше не бросал на них угрюмых взглядов. Напротив, когда Джефри поднялся, чтобы пойти за добавкой, Клифф коротко кивнул ему, подтверждая, что вчерашнее перемирие было настоящим.       Караг смотрел на своих друзей, на расслабленного Джефри, на смущённую Тикаани и понимал, что Коста-Рика действительно осталась позади, но она принесла им всем то, чего так не хватало раньше — искренность и умение ценить тех, кто рядом. Выходя из столовой на первые уроки, Джефри на секунду задержался у дверей и, дождавшись, пока Караг поравняется с ним, незаметно для остальных легонько сжал его пальцы.       Новый день в школе «Кристалл» начинался просто идеально.       Пока за столом вовсю шло бурное обсуждение Маркуса и Тикаани, Караг вдруг заметил, что Брэндон ведёт себя подозрительно тихо. Мощный бизон, который обычно был увлечён исключительно своей тарелкой, сейчас сидел, низко наклонившись над столом, и… строчил что-то в своём мобильном. Его огромные пальцы с непривычной аккуратностью порхали по экрану, а на губах блуждала глуповатая, мечтательная улыбка.       Холли, чей беличий радар на чужие секреты работал без перебоев, мгновенно зажглась любопытством. Она замерла с недоеденным блинчиком в руке, смешно подёргивая носиком, а затем резко, как молния, перегнулась через стол и выхватила телефон прямо из-под носа ошарашенного великана.       — Эй! только и успел выдохнуть Брэндон, пугливо взмахнув руками.       — Так-так-так, а кто это у нас тут такой загадочный? — весело застрекотала Холли, ловко отскакивая на пару шагов назад, чтобы бизон не дотянулся до неё. Она быстро пробежалась глазами по экрану, и её глаза округлились от восторга. — О-о-о! Брэндон, да ты у нас романтик!       — Холли, отдай сейчас же! — пробасил Брэндон. Он мгновенно стал багрово-красным, прямо от воротника рубашки до самых кончиков ушей, и судорожно попытался поймать шуструю подругу.       Но Холли уже успела рассмотреть самое интересное перед тем, как Брэндон, окончательно смутившись, всё-таки перехватил её руку и бережно, но решительно отобрал свой мобильный назад. Она тут же запрыгнула обратно на стул, победно сияя.       — Ребята, вы не поверите! Наш суровый бизон переписывается с Луной! — на всю столовую объявила белка, заставив Карага и Джефри удивлённо приподнять брови.       Караг сразу вспомнил Луну — ту самую милую и хрупкую девочку-светлячка, с которой они познакомились во время их незабываемой поездки. Она была такой яркой и доброй, и Брэндон, кажется, ещё там, в лагере, ходил вокруг неё кругами, стесняясь сказать лишнее слово.       — Холли, ну зачем ты… — пробормотал Брэндон, пряча телефон в карман и тщетно пытаясь закрыть лицо ладонями, чтобы никто не видел его пунцовых щёк.       — Да ладно тебе, Брэндон, это же так мило! — Холли подпёрла кулачками подбородок, вовсю умиляясь. — Караг, Джеф, если бы вы видели! Он шлёт ей такие милые, нежные сообщения! И кучу открыток с цветочками! А ещё эти… дурацкие, пушистые стикеры с сердечками! Наш грозный парень-бизон отправляет стикеры с розовыми мишками, представляете?       Караг искренне и тепло рассмеялся, дружески похлопав друга по плечу.       — Брэндон, дружище, да ты, оказывается, времени зря не терял. Луна — отличная девчонка. Она тоже тебе пишет?       — Пишет… — едва слышно буркнул Брэндон, но сквозь его смущение пробилась гордая, счастливая улыбка. — Она вчера прислала фотографию, как у них в парке зацвели редкие кувшинки. Я просто… просто отправил ей в ответ открытку с пожеланием хорошего дня. Что в этом такого?       — Ничего, кроме того, что в нашей компании, кажется, намечается эпидемия влюблённости, — с хитрым прищуром заметил Джефри, переглянувшись с Карагом. Волк незаметно улыбнулся, радуясь за друга. — Сначала мой брат, теперь ты. Похоже, воздух Ла Чамбы действительно на всех подействовал как-то по-особенному.       Тикаани, которая до этого сидела тише воды, тихонько хмыкнула: — По крайней мере, стикеры Брэндона наверняка куда симпатичнее тех, что шлёт Маркус. Так что, Брэндон, одобряю. Продолжай в том же духе.       Брэндон наконец-то перестал краснеть, вздохнул с облегчением и, поправив рюкзак, потянулся за оставшимся пирожком. Караг смотрел на своих друзей и думал о том, как здорово, что их маленькое путешествие в Ла Чамбу принесло столько неожиданных, но таких прекрасных перемен в жизнь каждого из них.       Холли замерла на полуслове, так и не донеся до рта очередной кусок блинчика. Её уши на макушке забавным образом повернулись вперёд, а взгляд намертво приглупел, уставившись куда-то мимо плеча Брэндона. Караг и Джефри синхронно обернулись, чтобы посмотреть, что на этот раз вызвало у белки такую бурную реакцию.       Мимо их столика, тихо переговариваясь, как раз проходили Сумрак и Фрэнки. Вся столовая знала, что эти двое обычно держались особняком, но сейчас в их поведении было кое-что необычное. Фрэнки что-то увлечённо доказывал другу, активно размахивая руками, а Сумрак внимательно слушал его, время от времени пряча улыбку в воротник своей просторной толстовки. В какой-то момент Фрэнки споткнулся о ножку стула, и Сумрак молниеносно, чисто по-хищнически перехватил его за локоть, не дав упасть. При этом они обменялись таким долгим и выразительным взглядом, что всё стало понятно без слов.       Глаза Холли вновь расширились до размеров чайных блюдец, а в руках опасно задрожала вилка.       — О-о-о-о нет… — заговорщически, на грани ультразвука пропищала белка, хватая Карага за рукав футболки и начиная активно его трясти. — Парни, вы это видели?! Вы видели, КАК Сумрак его сейчас поймал?! Скажите мне, что я не одна это заметила!       — Холли, тише ты, на нас уже ползала оборачивается, — шикнула на неё Тикаани, хотя сама с живым любопытством проводила уходящую парочку взглядом.       — Да как тут быть тише?! — Холли отпустила Карага и всплеснула руками, её хвост за спиной заходил ходуном от переизбытка эмоций. — Эпидемия? Джеф, ты сказал «эпидемия»?! Да это настоящий романтический апокалипсис! Сначала Маркус караулит Тикаани, потом наш Брэндон шлёт розовых мишек Луне, а теперь ещё и Сумрак с Фрэнки! Мой беличий радар на школьные сплетни просто закипает от перегрузки!       Караг весело хмыкнул, осторожно забирая у подруги вилку, пока она случайно кого-нибудь ей не ткнула от избытка чувств. Он переглянулся с Джефри, который сидел рядом и едва сдерживал смех, прикрывая рот ладонью.       — Похоже, в «Кристалле» этой весной действительно слишком романтичный воздух, — тихонько подмигнул Карагу волк, и под прикрытием стола его пальцы снова ласково скользнули по тыльной стороне ладони пумы. — Ладно, Холли, остынь, а то у тебя сейчас искры из ушных кисточек полетят. Дай парням спокойно дойти до уроков.       Но Холли было уже не остановить. Беличий азарт разгорелся в ней с такой силой, что никакие уговоры друзей больше не действовали. Едва завидев, что следом за парнями по проходу идёт Тень — сестра-близнец Сумрака, Холли буквально пулей выскочила из-за стола и перегородила ей дорогу.       Тень затормозила так резко, что её тёмная чёлка упала на глаза. Она удивлённо и немного хмуро посмотрела на прыгающую перед ней белку.       — Тень! Тень, постой, у меня к тебе супер-важный, просто жизненно необходимый вопрос! — затараторила Холли, хватая её за локоть и активно указывая пальцем в сторону уже скрывшихся за дверями Сумрака и Фрэнки. — Скажи мне как родная сестра, что происходит между этими двумя? Ну, между твоим братом и Фрэнки? Они сейчас так смотрели друг на друга! Я права? Мой радар ведь меня не обманывает, да?!       Караг от такой невиданной дерзости Холли мысленно схватился за голову и поспешил подняться со стула, чтобы утащить подругу, пока Тень не превратила её в пух и прах. Джефри тоже напрягся, зная, что близнецы знатно умеют постоять за себя и не любят, когда лезут в их дела.       Тень медленно перевела взгляд с Холли на Карага и Джефри, которые с виноватыми видами замерли неподалёку, а затем снова посмотрела на белку. Её лицо оставалось абсолютно непроницаемым, но в глубине тёмных глаз вдруг промелькнула едва заметная, чисто сестринская весёлая искра. Она скрестила руки на груди и тихо, загадочно хмыкнула.       — Холли, если я тебе скажу, мне придётся тебя связать и запереть в лесу, — негромко, но с идеальной долей иронии произнесла Тень. — Скажем так… Фрэнки в последнее время стал слишком часто «случайно» заходить к нам в комнату, чтобы одолжить у Сумрака то конспекты, то зарядник, то просто спросить, какая погода на улице. А мой братец вдруг начал слушать ту дурацкую музыку, которую Фрэнки постоянно крутит в своих наушниках.       Глаза Холли засияли так, словно ей подарили вагон отборных кедровых орехов. — Я так и знала! — победно взвизгнула она на всю столовую.       — Но если ты растреплешь об этом кому-то ещё, кроме вашей компании, — Тень прищурилась, и её голос стал на тон ниже, хотя на губах играла усмешка, — я попрошу Сумрака потренировать на тебе свои навыки маскировки. Идёт?       — Могила! Полная тишина! — Холли приложила ладонь к сердцу и картинно застегнула рот на воображаемый замок.       Тень понимающе качнула головой, попрощалась коротким кивком и пошла дальше на уроки. Холли с гордым видом вернулась к столу, победно глядя на ошарашенных друзей.       — Ну что, скептики? — заявила она, забирая свой рюкзак. — Что я вам говорила? Романтический апокалипсис в «Кристалле» официально подтверждён! По коням, мальчики, а то на биологию опоздаем!       Пока вся компания весело шумела, пробираясь по просторным коридорам главного корпуса школы «Кристалл» в сторону кабинета биологии, Холли шла чуть впереди всех. Но её взгляд не был устремлён на дорогу. О нет, её карие беличьи глаза так и так сканировали пространство, перемещаясь с одного ученика на другого. Она буквально крутила головой на триста шестьдесят градусов, высматривая в толпе новые «жертвы», которые посмели пасть под очаровательные чары этого весеннего дня.       — Так-так-так… — тихонько бормотала Холли себе под нос, смешно подёргивая ушами с пушистыми кисточками. — Кто тут у нас ещё подозрительно улыбается в коридоре?       Она резко затормозила возле большой декоративной кадки с фикусом, едва не заставив Брэндона наступить ей на хвост. Огромный бизон испуганно отпрянул в сторону, а Караг и Джефри, которые шли чуть позади, едва сдерживая улыбки, синхронно вздохнули. Джефри по-прежнему незаметно держался поближе к Карагу, их плечи то и дело соприкасались при ходьбе, но сейчас даже их тайные переглядывания померкли на фоне начавшейся беличьей охоты за чужими секретами.       — Холли, умоляю, пощади школьное население, — со смехом взмолился Караг, легонько подталкивая подругу вперёд, чтобы они наконец дошли до лестницы. — Твой детективный блокнот уже мысленно переполнен. Если ты найдёшь кого-то ещё, у тебя просто взорвётся голова.       — Ничего не взорвётся! Внутренний радар требует пищи! — авторитетно заявила белка, прищурившись и провожая взглядом двух застенчиво перешёптывающихся первокурсников-опоссумов у окна. — Смотрите, весна никого не щадит. Абсолютно никого       Тикаани, шедшая рядом с ними с самым невозмутимым видом (хотя в кармане её школьной юбки то и дело вибрировал телефон от новых сообщений Маркуса), только покачала серебристой головой.       — Оставьте её, — с тонкой усмешкой произнесла белая волчица. — Пока Холли занята поисками новых влюблённых парочек по углам, она хотя бы не пытается выкрасть наши собственные телефоны. Так что пусть ищет.       Джефри весело хмыкнул, поймав взгляд Карага. Весеннее солнце заливало коридоры школы ярким светом, музыка вчерашнего праздника всё ещё крутилась в головах, а впереди был целый учебный день, который, благодаря неугомонной Холли, явно обещал быть очень весёлым.       Вскоре они наконец дошли до кабинета биологии, как раз за пару минут до того, как по коридорам «Кристалла» разнёсся заливистый школьный звонок. Холли, сокрушённо вздыхая из-за того, что её увлекательная охота за влюблёнными парочками была прервана официальным началом урока, неохотно юркнула в класс первой. За ней следом зашли Брэндон, Тикаани, Караг и Джефри.       Кабинет биологии встретил их привычным запахом сушёных трав, свежей земли из горшков с экзотическими папоротниками и едва уловимым ароматом формалина, доносившимся из шкафов с наглядными пособиями. Ребята начали шумно рассаживаться по своим местам. Караг и Джефри, уже совершенно не таясь друг от друга, заняли одну из средних парт у окна, где весеннее солнце приятно грело парту. За ними устроились Брэндон и Холли, причём белка тут же начала раскладывать на столе свои многочисленные цветные ручки, попутно продолжая коситься по сторонам. Тикаани же села чуть впереди, поближе к учительскому столу, и её телефон снова глухо завибрировал в рюкзаке, заставив волчицу незаметно для всех закатить глаза и спрятать лёгкую улыбку.       Когда в класс вошёл преподаватель, разговоры мгновенно стихли. Учитель биологии окинул класс внимательным взглядом поверх очков и мягко улыбнулся:       — Доброе утро, ребята. Рад видеть, что после вчерашнего замечательного праздника в честь дня рождения Джефри все явились на урок без опозданий. Надеюсь, ваши головы готовы к науке, потому что сегодня у нас крайне интересная и глубокая тема, которая касается абсолютно каждого присутствующего в этом кабинете.       Холли тут же оживилась, мгновенно выпрямив спину, а её уши с кисточками забавным образом навострились. Она наклонилась вперёд к парте Карага и Джефри и заговорщически прошептала:       — Готова поспорить на свой самый лучший грецкий орех, что тема урока будет как-то связана с весной, гормонами и тем, почему все вокруг ведут себя как сумасшедшие романтики!       Джефри тихо хмыкнул, прикрывая рот ладонью, а Караг легонько пихнул белку локтем, призывая к тишине, хотя сам невольно бросил хитрый взгляд на Брэндона. Большой бизон, заметив это, тут же уткнулся в чистую страницу своей тетради и густо покраснел, явно всё ещё вспоминая Луну и свои утренние сообщения со стикерами.       Учитель тем временем повернулся к большой доске и размашистым почерком вывел тему урока.       — Итак, запишите: «Особенности межвидовых взаимодействий и синергия природных инстинктов у хищников и травоядных в закрытых экосистемах».       По классу прошёл тихий гул. Караг почувствовал, как Джефри под столом аккуратно нашёл его свободную руку и мягко переплёл свои пальцы с его. Сердце пумы забилось чуть быстрее. Эта тема, пусть и звучала строго научно, невероятно точно описывала всё то, что происходило между ними, и все те мосты, которые они с таким трудом строили, начиная со времён их далёкого путешествия.       — Мы подробно разберём, как разные виды оборотней, несмотря на свои эволюционные различия и вековые предрассудки, способны находить общий язык, подавлять первобытную агрессию и формировать крепкие, нерушимые социальные связи, — продолжал учитель, расхаживая между рядами. — Будь то волки, кошачьи или даже птицы — природа всегда стремится к балансу и гармонии, если дать ей шанс.       Караг повернул голову к Джефри и встретился с его тёплым, уверенным взглядом серых глаз. На губах полярного волка играла едва заметная, но такая искренняя улыбка. Ещё вчера они переживали о том, что скажет стая или строгий отец Джефри, а сегодня они сидели вместе на уроке биологии, слушая о том, что их чувства — это самая естественная и прекрасная вещь во вселенной. И никакие старые законы больше не имели над ними власти       Учитель продолжал лекцию, увлечённо рассказывая о том, как у разных видов оборотней в процессе общения перестраиваются стадные и одиночные инстинкты. Но на задних партах наука быстро уступила место живой практике.       Холли, у которой от такого обилия «научных подтверждений» её теории романтического апокалипсиса буквально чесались лапки, принялась строчить записку. Оторвав клочок листа от своей тетради, она быстро нацарапала: «Межвидовое синергетическое взаимодействие Бизонов и Светлячков, а также Волков и Пум официально одобрено министерством биологии! Брэндон, пиши Луне, что это научно обосновано!»       Она аккуратно свернула записку в тугой треугольник и прицельным щелчком отправила её на парту Карага и Джефри. Камушек нефрита в кармане Джефри тихо звякнул, когда волк наклонился, чтобы перехватить летящий снаряд. Он развернул листок, пробежался глазами по размашистому почерку белки и беззвучно рассмеялся, качая головой. Караг заглянул ему через плечо и тоже прыснул в кулак.       Джефри аккуратно перевернул записку и написал на обратной стороне: «Холли, если ты сейчас же не переключишь свой радар на доску, учитель заставит тебя саму докладывать про синергию инстинктов. И про Маркуса с Тикаани мы тебе больше ничего не расскажем».       Треугольник полетел обратно. Холли поймала его, прочитала ответ и моментально состроила уморительно испуганную гримасу, крепко зажав рот ладошками. Угроза остаться без свежих сплетней подействовала на неё куда эффективнее, чем любые строгие замечания преподавателя. Она тут же схватила зелёную гелевую ручку и с преувеличенно важным видом принялась зарисовывать в тетради схему взаимодействия хищников.       Тем временем Брэндон, сидевший рядом с ней, улучил момент, пока учитель повернулся к доске, чтобы дорисовать таблицу. Он залез под парту, достал свой телефон и, стараясь не привлекать внимания, быстро отправил Луне короткое сообщение: «У нас тут урок биологии про то, как разные виды могут дружить и понимать друг друга. Я сразу подумал о тебе. Хорошего дня!» Отправив текст, он поспешно спрятал мобильный в карман, и его широкое лицо снова озарила тёплая, добродушная улыбка.       Караг чувствовал, как напряжение последних недель, связанное со скрытностью, противостоянием стай и страхом быть непонятыми, окончательно растворяется в этой уютной школьной рутине. Под партой Джефри всё так же крепко и надёжно сжимал его ладонь, согревая своим теплом. Впереди их ждал долгий майский день, полный уроков, тренировок и обычных подростковых забот, но теперь они точно знали, что со всеми трудностями они справятся вместе. Полярный волк и пума нашли свой идеальный баланс, и никакая наука не смогла бы объяснить ту абсолютную гармонию, которая царила сейчас между ними.       Звонок с последнего урока биологии известил о начале долгожданных выходных. Класс мгновенно наполнился шумом сборов: шуршанием тетрадей, скрипом стульев и застёгивающимися молниями рюкзаков. Пока Караг и Джефри неторопливо складывали свои учебники, Холли уже закинула свой миниатюрный ранец на одно плечо.       Перед тем как выйти, белка совершенно случайно повернула голову, чтобы просто посмотреть в окно, выходящее на внутренний школьный дворик. И тут её внутренний радар на романтику выдал критическую перегрузку. Прямо там, под раскидистой весенней яблоней, обнаружилась ещё одна парочка: Лу и Генри, которые невероятно мило беседовали между собой. Лу, которой когда-то давно очень нравился Караг, теперь стояла рядом с Генри, внимательно его слушала и так очаровательно улыбалась каждой его фразе, что сомневаться не приходилось — между ними пробежала искра.       Мозг Холли уже буквально взрывался от количества полученной за сегодня любовной информации. Она схватилась руками за голову, забавно поджав пушистые уши.       — Нет, ну это уже просто незаконно! — трагическим шёпотом воскликнула она. — Моя база данных школьных сплетен сейчас аннигилирует! Лу и Генри?! Серьёзно?!       В этот момент из-за соседней парты к ним подошли волки. Клифф, стоящий совсем рядом с их компанией и явно слышавший причитания белки, решил воспользоваться моментом и подколоть её на эту тему.       — М-да, Холли, — ухмыльнулся бета-волк, скрестив руки на груди. — Тебе пора бить тревогу. Уже абсолютно все вокруг друг другу глазки строят и парочками ходят, а ты всё время только орехи ищешь да грызёшь. Смотри, пропустишь всю личную жизнь.       Холли ни секунды не раздумывая резко развернулась к нему и саркастически парировала:       — Ой, Кэп Очевидность пришёл! Знаешь что, Клифф? Мои отношения с фундуком куда более стабильные, искренние и предсказуемые, чем всё то, что я наблюдаю в этом корпусе последние сутки! По крайней мере, орехи не присылают мне дурацких стикеров по ночам!       Стоявший рядом Бо не выдержал и громко рассмеялся во весь голос от такого ответа Холли, оценив её фирменную беличью экспрессию. А сам Клифф лишь саркастически цокнул языком, закатил глаза и картинно отвернулся, хотя на его лице тоже промелькнула тень улыбки.       Караг и Джефри, переглянувшись, тихо посмеивались в стороне. Учебная неделя в школе «Кристалл» официально завершилась на самой весёлой ноте.       Клифф ещё раз окинул взглядом весёлую компанию, задерживая взор на Джефри и Караге, которые стояли чуть ближе друг к другу, чем обычные друзья. Бета стаи покачал головой, но в его серых глазах больше не было прежней враждебности — лишь спокойное, молчаливое принятие. Он развернулся и вместе с Бо пошёл по коридору в сторону мужского крыла, на ходу обсуждая планы на вечерние тренировки.       Холли, убедившись, что последнее слово в словесной дуэли осталось за ней, победно вскинула подбородок и закинула в рот завалявшийся в кармане фундук.       — Ну что, народ, шоу окончено, — объявила белка, весело подмигивая Карагу. — Мой мозг официально перегружен романтикой, и ему срочно требуется перезагрузка в виде порции хорошего сна. Брэндон, пойдём, проводишь меня до корпуса, а то по дороге меня точно похитит какая-нибудь очередная влюблённая парочка для консультации!       Брэндон добродушно усмехнулся, поудобнее перехватил лямку своего тяжёлого рюкзака и послушно зашагал вслед за прыгающей от деревянной кадки к кадке подругой. Тикаани, бросив на Джефри и Карага понимающий, прощальный взгляд, тоже поспешила к выходу — её телефон в кармане снова настойчиво завибрировал, и волчица явно торопилась уединиться в своей комнате, подальше от всевидящего ока Холли.       В полупустом коридоре у окна остались только двое.       Весеннее солнце Кристалла грело вовсю, раскрашивая паркетные полы золотистыми бликами. За окном на ветках деревьев звонко щебетали птицы, а лёгкий ветерок доносил из открытых створок свежий аромат цветущих лугов.       — Ну что, кошак, — Джефри повернулся к Карагу, и на его лице появилось то самое выражение абсолютного покоя, которое пума так любил. — Похоже, мы официально пережили этот праздник. И, кажется, даже умудрились никого не поссорить.       — Более того, мы вернули тебе стаю, — Караг сделал полшага вперёд, сокращая расстояние между ними до минимума. Его золотистые глаза мягко светились от счастья. — Клифф снова с тобой. Твоя мама знает о нас. Всё прошло намного лучше, чем мы могли представить там, на озере в джунглях.       — Это потому, что ты был рядом, — тихо ответил Джефри.       Он огляделся по сторонам — коридор был совершенно пуст, все ученики уже разбрелись по комнатам и двору. Волк быстро, но невероятно нежно поймал ладонь Карага, переплетая их пальцы и слегка сжимая. В кармане его брюк гладкий нефритовый талисман из Ла Чамбы словно отозвался привычным, едва ощутимым теплом.       Они постояли так ещё несколько секунд, молча наслаждаясь тишиной, которая наконец-то наступила после бурных суток. Впереди их ждали тихие выходные, долгие прогулки у лесного озера и целая жизнь в школе «Кристалл», где им больше не нужно было прятаться от самых близких. Набрав полный груди свежего весеннего воздуха, полярный волк и пума вместе вышли из учебного корпуса, готовые встретить всё, что принесёт им этот новый, честный и удивительный этап их жизни.