Вернутся к фанфику
Часть 12
18 июля 2024, 13:24— Что ты делаешь? — спросил Наньчжу страшным шепотом, пользуясь тем, что змей буквально на полсекунды отвел от него взгляд.
Честно говоря, он и правда смотрел по-змеиному — пристально, не мигая и почти все время. Жуть.
— Тише, жена, я поддерживаю легенду. — Цюши аккуратно вел ее под руку, и его пальцы, скрываясь под традиционным широким рукавом, снова нежно погладили запястье Байцзе.
Он ци выпускает или что? Не пойму… почему такой простой и в целом приличный жест воспринимается мной как дико интимный и… возбуждающий?
Рынок шумел, пестрел, источая всевозможные запахи.
Слава небесам, фильтры из ци теперь находятся в носу постоянно. Иначе пал бы смертью храбрых еще на подступах к торговой площади.
И все равно запахи — ощущаются сильнее, острее и ярче. А еще могу по ним рассказать чуть ли не историю — человека или лавки. Интересно и напряженно. А тут еще кое-кто лезет с нежностями!
В одно мгновение Наньчжу притянули ближе, буквально закидывая на грудь.
— Цю… — начал было ругаться он, но его прервали.
— Повозка с пряностями, — невинно захлопал глазами заклинатель и многозначительно посмотрел девушке за спину.
И правда, рядом проехал торговец приправами, которые мощно благоухали. Не то что нос… даже глаза заслезились.
Только вот не легче было бы просто отвести меня в сторону?
— Не переигрывай! — шикнула Байцзе на наглеца.
— И не думаю. Мы молодожены. На нас не только Чоу Шенсан смотрит, но и все вокруг, — уверенно ответил Цюши, поставив Наньчжу на землю.
— Ах вот как… — Забормотала Байцзе. Похоже, дорогой супруг собирался вовсю пользоваться ситуацией, ибо в глазах его плясали черти. — Ладно.
В эту игру и вдвоем можно поиграть. Надо лишь вспомнить все, что Наньчжу здесь видел, слышал и уже проанализировал. Что такого приличного можно вытворить с молодым мужем, чтобы его сплющило, а Байцзе не назвали бесстыдницей?
Сперва Наньчжу чуть вытянул руку из-под его локтя и перехватил запястье Цюши.
Нащупал пальцами ниточку пульса и нежно-нежно погладил.
После сосредоточился и сделал, как заклинатель учил: передал ма-а-аленькую капельку ци. Да не простую, а… Представил свою чакру «выживания», поднял розовато-красное свечение по позвоночнику к руке, зачарованно наблюдая, как по пути оно светлеет и наливается золотисто-оранжевым… и выпустил.
— Нравится? — спросила Байцзе невинно, глядя, как мужа встряхнуло, словно его током ударило.
— Ты в курсе, что сейчас стимулируешь мой узел меридиана в… — он прикрыл глаза, явно подбирая достойный эквивалент «неприличным» словам, — в месте зарождения жизни?
— С мужской анатомией я более-менее знакома, — кивнула лукаво и уже собиралась повторить трюк, но вдруг замерла.
У Наньчжу появилось ощущение, что в спину воткнули два железных штыря.
Резко обернувшись, понял, что змей пристально следит за тем, как А-Ли покупает для Тайин заколку с уличного лотка.
Значит, это не его взгляд. А чей?
Но неприятное ощущение исчезло столь же быстро, как и появилось, а в толпе за их спинами никого подозрительного заметить не удалось.
Странно…
— Лавка с травами справа от столба объявлений выглядит приличнее. Почему мы идем в ту, что слева? — после некоторого молчания спросил Цюши.
— Справа дороже, слева качественнее, — пояснила Байцзе. — И раньше замечала, а теперь точно знаю.
— Запах? — полувопросительно уточнил заклинатель.
— Именно. Ты ничего подозрительного не видел? — решил все же спросить Наньчжу.
— Кхм… еще как видел. — Цюши недовольно покосился на свой пах.
— Да я не про твое зарождение жизни. Мне показалось, что кто-то на нас смотрит.
— Наверняка… Это делает больше половины рынка, — хмыкнул небожитель, поправляя складки халата.
— Нет. Я не зевак имею ввиду. Ладно, может, померещилось.
— Моя ци не ощутила угрозы, — внезапно серьезно ответил Цюши. — Возможно, смотрели именно на тебя?
— Твоя ци могла и просто отвлечься… было на что. Впрочем, ерунда.
Травы они купили, побаловались палочками засахаренного боярышника, посмотрели представление канатоходцев и украсили голову Тайин еще тремя заколками и перьями диких птиц, отчего девочка стала похожа на попугайчика.
Все устали, заклинатель потихоньку начал зеленеть и уже не протестовал, когда Наньчжу по капелькам цедил ему свою энергию.
Правда, теперь обычную, без сексуальной окраски.
— Ну все, можно и домой, — решила наконец Байцзе. — Господин Чоу, спасибо, что составили приятную компанию. Не смеем более задерживать. Вам ведь надо отвести Тайин домой.
— А зачем? Я сама кого хочу — съем, — коварно улыбнулась девчушка.
— Прямо на улице? — ухмыльнулась Байцзе. — Не переигрывай, — повторила второй раз за день.
— Ну не съем, просто придушу, — обиделась Тайин ее неверию.
— Глупости. Для окружающих ты — милая юная госпожа из уважаемой семьи, — ответила чуть строже. — И невеста моего брата в скором времени. Если начнешь портить себе репутацию, сделаю все, чтобы А-Ли на тебе не женился. Поняла?
— Если б моему А-Ли нравились кроткие и хорошо воспитанные девушки, он бы за тобой так не бегал. И сначала на себя посмотри, гос-с-с-спожа Жуань, прежде чем другим советы давать. — Тайин была настолько раздражена, что у нее изо рта на несколько секунд показался змеиный язык.
— Что нравится Цяньли — вопрос десятый. Репутация наших семей не должна пострадать. — Придавить взглядом так, что даже змея притихнет, Наньчжу умел. — Я об этом всегда помню, юная госпожа Чоу. И тебе рекомендую... как старшая сестра.
— Репутация… — Недовольная девчонка стушевалась и пошла на попятную. Но покорно сдаваться не захотела: — Ради репутации Шен должен как раз с вами идти! Он твой наложник, а не мой! — На этой веселой ноте, оповестив весь рынок о новом статусе брата, девчонка мазнула воображаемым хвостом и унеслась куда-то в путаницу оживленных улиц.
— Это чего было?! — после пары секунд потрясенного молчания спросил Цяньли.
— Я должен сопровождать госпожу, — чуть ли не впервые за всю прогулку подал голос змей. Статус «наложника» его вообще никак не взволновал. — И оберегать. Я должен быть рядом. Всегда.
— Будущим родственникам, значит, брас-с-с-слет цепляете… — прошипел вдруг рядом с Байцзе крайне обозленный Цюши. Не хуже, чем у змейки, получилось. — Никаких обязательств?
— Никаких, — лаконично ответил страж. — Я пустой. Просто должен все время быть рядом.
— О, кстати! — У Наньчжу в глазах загорелись достаточно убедительные плотоядные огоньки.
Вообще-то внутри он рвал и метал. А еще пребывал в полнейшем шоке — какой такой, мать вашу поднебесную, наложник?! Издеваетесь?!
— Я же хотел тебя обследовать, чтобы понять, в чем проблема. Точно-точно! — Мужа пришлось ущипнуть за локоть, чтобы перестал пихаться и смотреть на Байцзе убийственным взглядом. — Вот и отлично. Раз ты добровольно идешь со мной, сейчас и займусь. Ты же не стесняешься раздеваться перед лекарями?
***
— Надеюсь, у твоей сестры просто не хватает умения прилично развлекать публику? — На обратном пути к поместью Цюши перестал изображать прилипчивого мужа и аккуратно сместился к змею, шепча на грани слышимости. — Что за бред с наложником? Я никогда не поверю, что клан Чоу решил себя настолько унизить.
Шенсан гневно сверкнул глазами, впрочем, сразу восстанавливая равновесие и приобретая безразличный вид.
Он быстро осмотрелся по сторонам, не нашел нигде опасности и лишь потом соизволил ответить:
— Есть… причины. Никакого вреда.
На первый взгляд отрывистые и короткие фразы могли ввести в ступор. А невежды и вовсе могли предположить, что он обижен умом.
Но заклинатель прекрасно понимал, что змей находился в полной боевой готовности и ресурсов его внимания не хватало на политические игры и пространные высказывания.
Шенсан постоянно следил за всеми, изучал тех, кто подходил к Байцзе ближе, чем на два метра, и реагировал на малейшие подозрительные звуки.
Последнее смиряло Цюши с присутствием змея в их компании. Что бы ни задумали старейшины клана Чоу, змей действительно тщательно охранял Байцзе.
— Ты хочешь воспользоваться Байцзе как лекарем, чтобы решить свою проблему? — поинтересовался Цюши.
— Целительница и заклинатель. Если не вы — больше уже никто. Но… не настаиваю, — ответил он.
Небожитель замолчал. Было о чем поразмыслить. Особенно учитывая реакцию Байцзе на новости о наложнике. За короткое время он успел неплохо ее изучить.
Она умела держать лицо, но иногда ее выдавали мелочи. Байцзе не хотела лечить Шенсана, она хотела пойти и передушить весь змеиный клан лично. Включая собственноручно спасенную будущую жену брата. Но контролировала себя и даже что-то придумала.
Во всяком случае, когда Цюши в первый момент хотел было запротестовать, получил несколько чувствительных щипков и огненный взгляд дракона. И едва слышное пояснение:
— Не мешай, он скоро сбежит. Я ему устрою… диагностику репродуктивных органов.
— А браслеты они надевают избранницам, — подлил масла в огонь.
Нет, в каком-то смысле змея Цюши понимал и, вероятно, на его месте поступил бы так же… но… за «лечение» у Байцзе он многое отдал, а сколько всего пережил... и словами не передать.
Будет обидно, если у чешуйчатого все пройдет гладко.
Кажется, я заразился желанием издеваться над окружающими у жены.
У МОЕЙ жены.
Да. Байцзе моя супруга, что тоже является одной из причин. Почему я так себя веду.
— Фактически это синоним брачного договора. Разве что по причине «неспособности» змей не смог войти в семью как муж. И был предложен только как… сопровождающий.
— Посмотрим, — многообещающе прищурился Наньчжу.
На сей раз Шенсан не остался за воротами поместья и не замер возле дорожки, ведущей к Жасминовым Садам.
Дурной змей с упорством, достойным лучшего применения, тащился за ними до самого дома. И уже почти на крыльце соизволил коротко уронить:
— Я должен быть рядом всегда. Не только днем, в городе. Браслет гаснет…
— Великолепно, — пробурчала Байцзе, и раздраженно метнула накидку на ширму, будто тряпочка превратилась в копье, а над расписной перегородкой показалась змеиная голова. — В моей кровати и так уже один завелся… муж. Только тебя мне не хватало для полного счастья.
— Я могу принять форму великого предка. Под кроватью… не заметите.
Цюши с Байцзе переглянулись, видимо одновременно вспоминая размер «малышки» Тайин, когда та была в змеином обличье.
А потому одинаково скептически приподняли одну бровь. Даже на секунду стало смешно — заклинатель смотрел на лицо жены словно в зеркало. Это было странно. И… приятно?
Особенно когда в ее глазах мелькнула такая же искорка веселья.
Змей же, разгадав их пантомиму и не намереваясь тратить слова попусту, вдруг выскользнул из себя… точнее, из своих одежд. Молодожены и моргнуть не успели, как тонкий серебристый хвост пролетел по полу и пропал под кроватью.
— Эй… как ты это сделал?! — изумилась Байцзе и приподняла покрывало, заглядывая в темноту. — Вылезай!
Ответом было молчание. А змей не так глуп и недальновиден, как притворяется. У него хороший слух… и он явно правильно оценил ее намерения.
Диагностировать свои «репродуктивные органы», пока лекарь в таком настроении, не рискнул бы, даже небесный зверь чунлунь.
— И кто, по-твоему, будет убирать одеяния? — Цюши посмотрел на груду змеиных одежд. — Думаешь, они должны валяться посреди комнаты?
Темнота под кроватью упорно молчала.
— И как нам теперь спать? — спросила Цюши озадаченная девушка. — Безобразие какое… А почему, кстати, он в виде змеи такой мелкий? Я не лягу в постель, пока он там внизу сидит!
— Видимо, тоже одно из отклонений, — предположил заклинатель, всерьез размышляя о возможности приготовления блюд из змеятины.
Ведь если с этим чешуйчатым придатком под матрасом моя жена лечь в кровать отказывается, что уж говорить о нормальной брачной ночи? Да и мне неприятно осознавать наличие другого существа не то что в доме, а даже в нашем дворе. Наложник на мою голову выискался.
— Или у них, как у некоторых видов змей, самцы гораздо мельче самок. И пугливее.
На провокацию серебряный змей не поддался. Сидел где-то в глубине и притворялся, что его там нет.
— А если он ночью что-нибудь вытворит? — между тем рассуждал Наньчжу. — Нет, я не согласная. Слышишь, ты, телохранитель-наложник? Вылезай сию минуту, иначе я спалю к речным демонам всю твою одежду, а когда ты выйдешь, прогоню из дома голым. И вали куда хочешь!
Темнота молчала. А небожитель буквально кожей ощутил, что она заколебалась.
— Цюши, подай иголки. Да, оба чехла. Кто-то не хочет по-хорошему. — И вот любопытно: Байцзе вовсе не говорила это, чтобы просто напугать. Она, как Цюши заметил, всегда озвучивала только те обещания, которые твердо была намерена выполнить.
— Что ты собираешься сделать? — Отчего-то на пару мгновений небожителю стало не по себе.
— Ежика, — загадочно ответила она.
— Длинный ежик получится, — подумав согласился заклинатель.
— Ничего, сойдет. Если я правильно поняла, укусить избранницу с браслетом кое-кто не может. Поэтому давай иголки, и я пошла. В смысле полезла. Нервные узлы у змей расположены в непривычных местах, пару раз могу и промахнуться. Но ничего не поделаешь. Зато потом буду точно знать, как надежно парализовать чунлуня.
Змей все же решил выползти из укрытия и практически молнией скользнув к двери.
Но Цюши был слишком раздражен его присутствием и поступками, чтобы выпустить на волю. А потому, использовав ци, резко перехватил некрупную рептилию за голову и предъявил жене.
— Развлекайся, достопочтенная супруга.
— Ну спасибо. — Наньчжу задумчиво прикусил губу и пощупал гребень на спине покорно висящего змея. — Не знаю… в бочке утопим? В смысле, намочим? Судя по всему, чунлуням вода всегда помогает.
— Не надо! — почему-то всполошился Цюши. И в ответ на ее удивленный взгляд продолжил: — А если он разрастется до натуральных размеров, как Тайин? Сломает нам не только бочку, но и весь дом.
— Так она вроде и изначально не особо маленькая. Выросла-то не от воды. Правда, с мозгами у нее было примерно столь же худо. — Наньчжу задумчиво склонил голову к плечу. — Держи крепче, пощупаю его за… нервные узлы.
— Почему от тебя даже это звучит настолько пошло? — буркнул небожитель, но послушно перехватил уже извивающегося зверя еще ближе к голове, жестко фиксируя.
Тот чуть подергался и вдруг обвис тряпичным поясом. — Ладно, но только в змеином обличье.
Байцзе пожала плечами.
— В каком надо будет, в таком и обследую. Лекарь — существо без пола. Ему безразлично все, кроме здоровья пациента. Чем быстрее ты это поймешь, муж мой, тем реже придется пользоваться иглами и прочими… ухищрениями.
Пальцы девушки во время разговора осторожно скользили вдоль расслабленного тела рептилии, почти касаясь серебристо-белой чешуи.
Именно почти: в анатомии змей он ни в зуб ногой, на ветеринара-герпетолога никогда не учился.
Но замужество дало Наньчжу некоторые преимущества — ци теперь позволяла проводить бесконтактную диагностику, а общие принципы физиологии и системы течения энергии у змей тоже работают.
К тому же интернет — великое дело.
Чего только Наньчжу не нахватался за свою прошлую жизнь. В том числе и некоторых сведений о пресмыкающихся.
— Хм… с репродуктивными органами полный порядок. Две штуки, как и положено. — Байцзе чуть надавила на более светлую чешую брюха. — Короче, со змеей у него все получится, включая кладку. Но глубже пока не понять, может на уровне наследственности проблема. А внешне и чисто анатомически состояние отличное.
— Слышишь, чешуйчатый. Иди набивайся в наложники гадюке, и будет тебе счастье, — Цюши встряхнул змея.
— Ну не настолько он выглядит глупым. — Байцзе повертела змеиное туловище так и эдак, но добилась только одного: Шенсан принялся извиваться и обкрутил хвостом запястье. — Давно и сам догадался бы. Значит, с гадюками нельзя или бессмысленно. Надо с человеком. То есть превращайся давай, буду проверять человеческую анатомию.
— Вряд ли я смогу тебя переубедить. — Цюши скептически осмотрел пациента, и кинул взгляд на груду одежды. — Байцзе, выйди ненадолго. — И, чуть запнувшись, добавил: — Пожалуйста.
— О небеса! — Наньчжу закатил глаза. — Мне надо, чтобы он был голым, ясно? Прямым текстом говорю.
— Он… наденет только нижние халаты. Мы завяжем тебе глаза, и я буду открывать нужную часть кожи для осмотра. Все равно ты работаешь с ци и запахами, тебе не нужно в это время смотреть на него, — продолжал настаивать Цюши.
Споря с ней, он ослабил хватку, чем и воспользовался змей.
Серебристой стрелой выскользнул из рук заклинателя и попытался слинять, на сей раз за порог. Но был безжалостно схвачен за хвост, теперь уже Наньчжу. Машинально встряхнув добычу, он спохватился и торопливо прекратил размахивать несчастным пресмыкающимся.
— Превращайся. Вы оба... Перестаньте устраивать конкурс застенчивых девственников.
— Байцзе! — возмутился заклинатель.
— Госпожа Жуань! — Раздался второй голос практически одновременно с шипением Цюши.
Змей вывернулся, скользнул заклинателю прямо под ноги и спрятался за его сапогом.
А потом выпрямился во весь человеческий рост. Теперь он стоял за спиной заклинателя, вцепившись в плечи как в единственную защиту и загородившись Цюши от лекаря.
— Позвольте поступить, как велит ваш достопочтенный супруг.
— Не получится с закрытыми глазами. Может, проблема не в ци, а в каком-то физическом недуге.
— Если тебе так уж необходимо… — проскрипел небожитель, отдышавшись и сообразив, что отодрать от себя перепуганного чунлуня не получается, — Хм... я… могу его осмотреть и пересказать все, что увижу.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — Наньчжу едва удержался от нервного смешка. — У тебя точно повернется язык описывать вслух… эм… анатомические подробности репродуктивных органов?
— Я найду… альтернативное изложение! — Похоже, у Цюши задергался глаз.
— Ты так возмущаешься, как будто я из чистой вредности и нездорового любопытства стараюсь заглянуть чужому мужчине в штаны. Да мне такого вообще не надо. Но пока мы пациента не вылечим, он не отстанет! Каждую ночь повторять цирк со змеем под кроватью я не согласна.
— Простите, госпожа, — вмешался Чоу Шенсан. Выдохнул, вернул на лицо каменное выражение и доложил: — Я буду находится возле вас, даже если вы поможете с моей проблемой… А иначе я не могу.
— Здрасте, приехали! — Наньчжу в сердцах воткнул иголку в столешницу. — Почему?!
— Браслет избранницы… он один. — Змей попытался буквально рассосаться за спиной небожителя. Но увы, габариты сильно отличались.
— И зачем тогда тебе лечение? — недовольно вмешался Цюши, и специально чуть шире раздвинул локти, чтобы рукава халата не давали девушке никакого обзора на чужое тело.
— Я…
— Не в лечении дело? — догадался Наньчжу. — То есть ты хочешь исцелиться, но побаиваешься, а твои родственники вечно давят на тебя и выбора не дают?
— Старейшины клана долго изучали священную книгу, по заветам которой мы живем тысячу лет. В ней сказано, что потомкам нашего рода ни в коем случае нельзя находиться поблизости от воды во время линьки... и в любое другое время стоит держаться подальше, — с трудом выдавил змей: длинный монолог давался ему нелегко. — Именно поэтому… старейшины никогда не задумывались о том, что происходит. Считали родовым проклятием гибель девяти детей из десяти. Но теперь, после тщательного расследования, выяснилось, что страница — поддельная. Кто-то вынул из переплета настоящий текст и вставил лист из другой книги. У нас есть старый враг. Госпожа Жуань сняла тысячелетнее проклятие и разрушила чей-то злой умысел. Она знает много, а может еще больше. У нее в мужьях — небожитель высокого ранга. Никто из Чоу не откажется от госпожи. Заплатить мной было приемлемо. Вернуть подарок вы не можете. Иначе семья будет вынуждена забрать вас себе.
— Новая проблема на мою голову. Я что, мебель? Как это — забрать себе?
Шенсан только вздохнул. Да уж... Утащить за крепкий забор, никуда не пускать, охранять как сокровище и пользоваться.
Фу. Благодетели, иглу им в хвост.
— Надевай штаны и пошел вон, — коротко отрезал Цюши, и развел руки еще шире. — Быстро. Будешь сторожить ворота в Жасминовые Сады и патрулировать участок вдоль стены. В павильон разрешено входить только в чрезвычайных случаях.
— Но сперва надо вылечить его, — сказала Байцзе, когда змей вместе со своей одеждой исчез за дверью.
— Зачем?! Хочешь воспользоваться подарком? — вскипел Цюши.
— Затем, что, раз он будет жить под забором, стоит дать ему стимул отвлекаться на что-нибудь еще. Пусть не зацикливается на долге перед семьей Чоу. Найдет жену, ничего, и без браслета жениться можно, заведет змеенышей и станет обычным телохранителем на службе. Супруга не позволит ему прятаться по ночам под чужой кроватью.
Как же я устал, почему нельзя жить чуточку проще? Почему все так нужно усложнять? Традиции...шаг влево,шаг вправо расстрел? Почему я не переродился мужчиной? Почему я сохранил память о прошлой жизни вообще? Как же тяжело со всем этим мирится...
Наньчжу казалось что еще немного, и он прирежет их всех к демонам...
***
— Интересно, что за страницу вклеили в священную книгу чунлуней. — Байцзе пригубила заваренный мужем чай и задумчиво барабанила пальцами по столу.
После устроенной змеем встряски даже усталость и сонливость куда-то делись, они решили просто посидеть вдвоем, немного успокоиться.
Цюши нахмурился. Восстановил в голове страницы из священного бестиария и не слишком уверенно сказал:
— Небесный зверь чунлунь является водной половиной в паре божественных стражей. Его противоположность — огненный янлунь. Эти змеи дополняют друг друга. А в свитке именно об янлуне и говорилось. Вот кому во время линьки следует опасаться воды. Если предположить, что в прошлом оба небесных зверя, которых среди богов считали лучшими друзьями и братьями по оружию, оставили потомков и написали священные тексты… логично, что книги будут похожи настолько, что лист из одной можно незаметно подложить в другую. Поменять местами.
— Так, погоди! — ужаснулась Байцзе. — Значит, где-то в Поднебесной есть еще род змеев, только огненных, у которых точно так же гибнет потомство от неправильных условий линьки? О небеса! Надеюсь, я с ними не пересекусь.
— Почему? Тебе не жаль умирающих детей? — Небожитель вопросительно вскинул бровь.
Речи Байцзе на первый взгляд всегда казались хладнокровными и несколько эгоистичными. И он бы даже поверил в ее бессердечность, если бы не видел ее в образе Чжу Мэн. А еще Цюши знал, что на практике она, вопреки недовольству и ворчанию, бросается на помощь каждому, кто попадется на глаза.
Что печально — часто во вред себе.
— Мне хватает одного змея под кроватью! — возмущенно фыркнула она, протягивая ему опустевшую пиалу. — А тебе нет? Хочешь, чтобы у жены имелся еще один наложник... с репродуктивными проблемами или без оных?
— Нет, — покачал головой Цюши.
Навязанный наложник слишком сильно бередил эмоции. Особенно болезненно это воспринималось по той причине, что его, законного супруга, до сих пор не допустили к телу.
А вдруг ей действительно придется по нраву покорный воин из потомков божественных зверей?!
Меня она постоянно называет худым, хрупким и тощим. Змей же отличается высоким ростом, широкими плечами и рельефной мускулатурой.
Тц… Цюши все больше начинал жалеть, что возвысился столь рано.
Может, временное отсутствие сил позволит мне слегка… повзрослеть?
— Правильно, — кивнула Байцзе. — И вообще, я не всесильная спасательная служба Поднебесной. Вполне возможно, Чоу сами догадаются найти ту семью и предупредить огненых змеев. Или они уже в курсе, где те живут. А если нет — намекнем как-нибудь тонко, чтобы озаботились. Тогда спасителями будут они, и все благодарные шишки им достанутся.
— Зачем намекать? Змею скажи, он передаст, — он раздраженно пожал плечами. — У него наверняка есть связное устройство.
Байцзе поморщилась и помассировала виски.
— С утра ногами сходит и расскажет, не проблема! А мы от змея отдохнем. Голова отваливается, — пожаловалась она. — Все, я спать. А если кто ко мне с утра с чем придет, тот сразу тем и огребет. В смысле… ну ты понял.
И ушла за ширму переодеваться. А через пять минут неугомонное существо уже провалилось в сон. Однако у небожителя не вышло так быстро уплыть в страну грез.
Во-первых, мешали мысли. Их было слишком много.
Во-вторых, ночная одежда жены показалась непозволительно открытой, Байцзе даже шелковые носки не надела. И с этим тоже надо что-то делать.
В-третьих… когда еще у него будет возможность ее внимательно рассмотреть именно в таком вот виде?
Теоретически, конечно, все последующие ночи. Хотя с девчонкой можно ожидать чего угодно.
Не удивлюсь, если завтра нам опять не удасться поспать…
Не способный уснуть, Цюши сел в позу лотоса, привычно разогнал потоки ци и задумался.
Что можно сделать с желанием Байцзе вылечить змея?
Чем усерднее размышлял, тем меньше ему это нравилось. Особенно потому, что упрямую демоницу не переубедить никакими силами, если она что-то вбила себе в голову.
Лично я бы змея и вовсе кастрировал — для надежности. Пусть служит в доме евнухом, раз ни на что не претендует. Жертва рода чешуйчатая. Но с моим предложением вряд ли кто-то согласится.
Пожалуй, выход все же есть. Поймаю змея свяжу и частично раздену… а Байцзе пусть очень быстренько смотрит. В моем присутствии. Так ведь безопаснее и приличнее. Незачем ей глазеть на него, пока меня нет рядом.
Используя кое-какие хитрости горного наставника, с Чоу Шенсаном Цюши справится без труда. Даже несмотря на то, что еще слаб и ему далеко до талантливых первогодок родного пика. Но за плечами заклинателя огромный опыт и знания, а они дорого стоят и — не чета грубой физической силе.
Так что утром он осторожно погладил жену по спине и сказал:
— Просыпайся, лисичка. Пациент подан.
Цюши не скрывал, в его голосе звучало чуть больше самодовольства, чем он желал показать.
Но ничего не мог поделать: вылавливая у забора змея, объясняя, что с ним будет, если попробует сопротивляться, связывая и раздевая его, Цюши... внезапно понял, в чем заключается проблема.
И теперь… не то чтобы пребывал в восторге от неизбежных прикосновений жены к чужому телу, но мысль о кастрации наложника отодвинулась на второй план.
Поскольку небожителю уже не стоит ни о чем беспокоиться.
Природа все сделала за него.
Как выяснилось, Чоу Шенсан еще накануне, прячась за спиной заклинателя, опасался вовсе не собственного уязвимо-обнаженного положения, а того, что они заметят постыдный недуг.
Он одновременно и жаждал вылечиться, и дико боялся насмешек и пренебрежения.
Цюши мог его понять. Но сочувствовать не стал.
Нечего обручальные браслеты на чужих жен надевать, что бы тебе старейшины ни приказывали! И уж тем более на жен заклинателей!
— Мм... — Байцзе крепко зажмурилась и сморщила нос, поневоле рождая в душе Цюши некие незапланированные эмоции, а затем открыла сонные глаза.
Она была столь нежна и расслаблена в утренней неге, что заклинателю сразу захотелось припрятать связанного змея обратно под кровать и на несколько палочек благовоний забыть о существовании Шенсана.
Тем более рот у невольного пациента все равно заткнут кляпом — добычу он поймал еще на рассвете и не желал, чтобы змей криками и ругательствами разбудил жену.
Невыспавшаяся Байцзе, как Цюши успел заметить, не видит разницы между мужьями, братьями, наложниками и зловредными речными демонами.
Всё одинаково подлежит испепелению прямо на месте.
— Это что? — Томная поволока исчезла из глаз жены.
А жаль...
— Хм, завтрак в постель. Любишь змеятину?
***
— Не повезло тебе, — выдохнул Наньчжу, обозревая даже не змеиную шкуру, а прямо натуральный панцирь на... да-да, именно на том самом месте пациента, который послушно закрыл глаза.
Интересно как Цюши его словил, да к тому же раздел? Он не перестает меня удивлять, а еще говорит, что Байцзе странная...
Собственно, не только причинное место у змея было бронированным. На несчастного мужика буквально натянули бронетрусы. От колен до пупка.
И тонкие ручейки серебряных чешуек как живые ползли выше с каждым его вздохом.
Кажется… ага. А ему не повезло вдвойне.
Судя по тому, что Наньчжу видел, он начинает спонтанный частичный оборот в момент сильного стресса. В битве полезно, да, но и возбуждение — тоже стресс.
Увидел симпатичную девушку, только настроился — хлобысь! И в бронетрусах по самые уши.
Бедный, бедный Шенсан.
Ведь, судя по всему, возбуждению и желанию панцирь не мешает, он не дает его… хм... реализовать.
— М-да… Цюши, ну ты и зверь, — прокомментировала Байцзе и кивнула на телохранителя, со всех сторон увитого веревкой в стиле шибари.
— По-другому было бы не столь надежно, а он и так из веревок постоянно выскальзывал, — пожал плечами заклинатель.
— Кляп вынь, мне же нужно собрать анамнез. Интересно как… Вообще, у змей все — внутри, но при необходимости… вылезает. А тут заросло, что ли?
И Наньчжу с профессиональным интересом пощупал чешую там, где, по идее, она должна раскрываться, когда время придет.
Кто яростнее задергался, змей или Цюши, Наньчжу сказать не мог.
— Байцзе! Перестань... не надо. — Заклинатель явно сдерживался, чтобы банально не заорать. — Если собираешься обследовать ци — давай, но...
— Слушай, — Байцзе, оставив в покое напрягшегося, как струна, змея, повернулась к мужу и уперла руки в бока. — Так дело не пойдет. Если будешь соваться мне под руку со своей ревностью, никакого лечения в принципе не получится.
— Не я настаивал на лечении, — буркнул он. — Не будет — и ладно, мне же спокойнее.
— Кроме него у меня еще миллион пациентов по всей Поднебесной, с каждым будешь цирк устраивать? — Она устало вздохнула. — Похоже, требуется наглядное объяснение. — Наньчжу отодвинул связанного подальше к стенке и бесцеремонно набросил на Шенсана целый ворох одеял.
Ничего, за двадцать минут не задохнется.
— Раздевайся, — скомандовал заклинателю, и направился за ширму вымыть руки.
Профессиональная привычка — после пациента надо сделать это обязательно, и только потом притрагиваться к другому. С любыми намерениями.
— Зачем? — подозрительно взглянул на нее заклинатель.
— Все равно время утренних процедур. Заодно я покажу тебе разницу между лекарем… и кое-чем другим. А то ты упорно думаешь, что я щупаю людей за разные места ради собственного удовольствия.
— Прямо при… — Он округлил глаза на змея, но потянулся к завязкам пояса.
Похоже, определил меня в настоящие извращенки.
— Нет, я рад, конечно, что ты решила исполнить супружеский долг, но ведь...
— Я ему в морду дозу сонного порошка распылила и одеялами накрыла. Ничего не увидит и не услышит. Хотя в целом я ничего страшного делать с тобой не собираюсь. А про супружеский долг — не разлетайся, времени не хватит. Снотворное действует двадцать ми... треть палочки.
— Почему мне кажется, что ты хочешь над супругом поиздеваться? — вздохнул Цюши, скидывая верхние халаты.
Хм, выглядит подозрительно довольным! Слова говорят об одном, а действия об обратном...
— Если кажется, медитировать больше надо, — ехидно вывернул он старую поговорку с прежнего мира. — Ложись.
— От галлюцинаций помогает печать концентрации… если ты это имела в виду, — решил оставить за собой последнее слово небожитель и, буквально фонтанируя недовольством, рухнул на кровать. Навзничь. И руки вытянул по швам, как стойкий оловянный солдатик.
Ко всяким медицинским процедурам Цюши уже привык. И почти не реагировал. Вздрагивал, задерживал дыхание или цепенел, но в целом воспринимал ее действия именно как лечение. Что и требовалось доказать.
— Хм-хм, до полноценного ядра — как до горной вершины на черепахе, — констатировала Байцзе через какое-то время. — Но у тебя третий узел увеличился, вот тут. — Девушка положила ладонь чуть ниже пупка. — Оранжевый. Любопытно… Все, что с тобой происходит, начинает тебе нравиться, муж мой? А чего ворчишь? Или ворчать тоже нравится?
Небожитель, который шевелился, сразу же резко отвернулся, уткнувшись лицом в мягкую против здешних обычаев подушку, лишь кончики ушей краснели из-под отросших темных волос.
— Понятненько. Что же, на сегодня с лечением все. Только вечером, как всегда, в бочке с порошком вымокнешь.
Цюши тут же попытался вскочить, но она придавила его обратно к кровати, положив обе ладони на грудь, и улыбнулась сладко-сладко:
— Куда? С лечением мы закончили. А теперь пришла очередь урока.
— Какого еще урока? — «Смертельно обиженный» муж недоверчиво взглянул на Байцзе из-под челки.
— Самого главного. — Рука Наньчжу скользнула по его груди, мизинец нарочно медленно погладил напрягшуюся горошинку соска, а затем двинулась дальше, ниже, неторопливо и едва касаясь кожи.
Наньчжу не пытался поцеловать мужа или как-то дополнить свои действия. Только руки, только движения пальцев. По тем самым точкам, где он касался его во время целительских процедур. Почти как несколько минут назад.
Вот именно — почти.
— Чувствуешь? — Наклонившись еще ближе, Наньчжу поймал чуть расфокусированный взгляд. — Чувствуешь… разницу?
— Чувствую… твою бессовестность, вот! — собрался с мыслями небожитель и гневно взглянул на жену.
— Пр-р-равильно, — промурлыкала Байцзе, нежно обводя указательным пальцем заклинательский пупок и щекоча краешек впадины. — Сейчас я абсолютно бессовестно… хочу тебя. Но не получу… пока. Пока ты не поймешь, в чем секрет.
Цюши едва не задохнулся. И Наньчжу его понимал, не слепой же. Поскольку несчастный муж был совершенно голым, он своими глазами видел разницу между его состоянием во время медицинских сеансов и сейчас.
Надо только, чтобы Цюши сам все осознал уже наконец.
— Хватит, — закрыв глаза ладонью, тихо произнес Цюши. — Иди лечи. Кого хочешь и куда хочешь. Оберегать надо... но не тебя от мужчин, а мужчин от тебя.
— М-да. — Наньчжу резко отстранился и встал. И снова отправился за ширму.
Загремел веселый рукомойник системы «огородный с пимпочкой».
Что ж… либо я плохо объяснил, либо Цюши не умеет такое принимать, либо… что-то еще. Ну, бывает.
И Наньчжу наконец осознал, что ему очень нравится Цюши.
И он его действительно хочет.
Но не знал, сможет ли… ведь перестать быть собой не сможет уж точно.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!