Глава тринадцатая

      Профессор Поттер отложил в сторону перо и несколько раз медленно наклонил голову сначала в одну, а затем и в другую сторону, разминая затекшую шею. Этот день уже не был учебным, дети еще прошлым утром отправились в Лондон Хогвартс-экспрессом, и в замке остались только те из них, кто был вынужден провести каникулы в школе. Ученики вовсю наслаждались прогулками по заснеженной территории вокруг Хогвартса, но преподавателям покой только снился. Необходимо было составить промежуточный отчет об успеваемости, провести ревизию учебных материалов и, если нужно, подать заявку в Попечительский Совет на пополнение запасов или замену того, что было безвозвратно испорчено.              Гарри еще повезло с должностью — для его занятий ученикам почти ничего не требовалось, кроме учебника, волшебной палочки и головы на плечах, в которую вложены основные принципы техники безопасности. А вот Слагхорну можно было только посочувствовать, представляя о том, сколько ингредиентов перевели впустую юные пироманы и любители делать домашнее задание кое-как и в последнюю минуту.              Поттер же наконец закончил составлять отчет по седьмому курсу, параллельно «исключительно для себя» выписывая отдельные темы, с которыми у его подопечных возникали сложности. С января подготовка к ЖАБА пойдет в усиленном режиме, и нужно будет обратить особое внимание на те вопросы, которые даются тяжелее всего большинству выпускников. Вероятно, придется немного скорректировать поурочный план для того, чтобы подтянуть отстающих, если таких окажется действительно много. Или начать проводить дополнительные занятия для желающих. Это всё нужно было указать в отчетности и сдать многочисленные пергаментные свитки заместителю директора. Гарри от всей души хотелось верить в то, что Флитвик не топит ими камин, но верилось с трудом. У профессора Чар было и так слишком много организационной работы. А вот в том, что директриса сама, несмотря на свою колоссальную занятость, всё равно всё сама проверит, сомневаться не приходилось. И свои отчеты молодой профессор оформил так, что не придерёшься даже при всем желании.              Бросив быстрый взгляд на часы, Гарри понял, что непростительно много времени провел за рабочим столом, пропустив обед до такой степени, что уже пришло время ужина. Торжественного ужина, который ежегодно проводился в Хогвартсе для преподавателей и оставшихся учеников, и который стирал на один вечер границы субординации, позволяя обитателям замка по-настоящему проникаться духом Рождества. Поттер планировал поужинать со всеми, а потом зайти в Хогсмид за Роном и вместе с ним аппарировать в «Нору». Гермиона же обещала появиться на праздновании чуть позже, после того, как закончит свой последний рабочий день в этом году. «Но не позже девяти, это точно, честное слово!», — именно так она клятвенно пообещала Молли.              Последние две недели Рон Уизли обитал именно в квартирке над хогсмидским филиалом «Всевозможных Волшебных Вредилок», оставшись там единственным сотрудником, так как парень и девушка, которые там работали, скоропостижно женились и умчались в свадебное путешествие куда-то в теплые края. Найти новых сотрудников в преддверии Рождества было проблематично, и управление филиалом легло на плечи Рональда.              Неделю назад Гарри осторожно поинтересовался у Уизли, как отреагировала его невеста на то, что им пришлось временно сменить место жительства. Рон посетовал, хотя и не без гордости за возлюбленную, что Гермиона едва ли это заметила, проводя по пятнадцать часов в сутки в Министерстве. Период ее стажировки как раз подходил к концу, и девушка старалась изо всех сил, доказывая то, что она является идеальной кандидатурой на должность заместителя главы Отдела регулирования магических популяций. Впрочем, никто и не сомневался в ее успехе. За полгода стажировки она успела предложить несколько законопроектов, связанных с правами домовиков (с учетом их сути и природы, разумеется), и один из них находился на рассмотрении у членов Визенгамота. Принятие закона «Об ответственности за неправомерные действия по отношению к домовым эльфам» было лишь вопросом времени. На одно из заседаний, посвященных этому вопросу, сходили и Гарри с Невиллом, активно поддержав инициативу подруги.              Профессор Поттер уже собирался покинуть свой кабинет, справившись в конце концов с замысловатой застежкой на парадной мантии, когда перед ним материализовался патронус Рона.              — Гарри, слушай, тут такое дело, — неуверенно произнес серебристый терьер голосом лучшего друга, — у меня в магазине сидит твой... Малфой, в общем, — смятение на собачьей морде смотрелось бы забавно, если бы Поттер не начал волноваться. — Можешь прийти сюда? Потерянный он какой-то, если честно.              Последняя фраза прозвучала совсем негромко, словно Рон проявил несвойственную ему тактичность и понизил тон, говоря о незваном госте. Отправив ответное сообщение о том, что он скоро будет, Гарри рванул к выходу из замка. Столкнувшись на первом этаже с Лонгботтомом, он сбивчиво объяснил ему, что возникли срочные неотложные дела, и попросил передать директрисе, что он либо опоздает на ужин, либо и вовсе не придет. И что потом обязательно всё объяснит.              Поттер в рекордные сроки добрался до нужного магазинчика в Хогсмиде, увенчанного яркой вывеской, при этом так торопясь, что вспомнил о Согревающих чарах только отбежав от главного входа Хогвартса ярдов на двести. Что вообще должно было случиться, чтобы Драко добровольно пришел к Уизли? Нет, он, конечно, теперь без неприязни отзывался о друзьях Гарри, но не выказывал желания с ними пересекаться, хотя и однажды пообещал когда-нибудь решиться на это.              Едва Гарри вбежал в магазин, как к нему подошел обеспокоенный Рон.              — Я его убедил подняться наверх, а то тут даже толком присесть негде, — сообщил он, приветственно пожав другу руку.              Поттер благодарно кивнул и взлетел по лестнице на второй этаж. Толкнув простую деревянную дверь, выкрашенную темно-коричневой краской, он оказался прямо напротив кухни, где сидел Драко, смотревший невидящим взглядом прямо перед собой. Услышав, как открылась входная дверь, он вздрогнул и повернулся, но осознав, кто пришел, заметно расслабился и даже попробовал улыбнуться, но вышло кривовато.              — Привет.              — Привет, — Гарри подошел к нему и, чуть склонившись, обнял и поцеловал в висок. — Что случилось? У тебя всё в порядке?              — Я ушел из дома, — бесцветно, почти безразлично, проговорил Малфой, но взгляд, снова сделавшийся отрешенным, выдавал его с головой.              — Ого, — только и смог произнести Гарри, пододвигая второй стул так, чтобы усесться напротив. Что говорить в такой ситуации? Папа-то, наверное, знал, как реагировать, когда из дома сбежал Сириус.              — Отец за обедом снова поднял тему о моей женитьбе, — Драко словно почувствовал сотню невысказанных вопросов, повисших в воздухе. — Я молчал сначала, терпел, а потом не выдержал, и высказал ему всё.              — Всё?              — Да. Всё. То, что мне это не интересно, потому что у меня есть любимый человек, и больше мне никто не нужен. И чтобы он прекратил попытки пристроить меня. Пока он подбирал слова, чтобы начать орать, я аппарировал на Гриммо. Понял, что тебя там еще нет, решил отправиться в Хогвартс, но... я не смог даже не смог подойти к замку. Увидел этот магазин, зашел, а твой Уизли меня не прогнал. И позвал тебя.              — Драко... — растерянно выдавил Гарри, чувствуя, что голос начал его предательски подводить в самый неподходящий момент.              — Что? Осуждаешь? Или жалеешь?              — Любимый человек?              Только в эту секунду Малфой осознал, что именно сказал отцу. И процитировал себя же Поттеру. А ведь он всегда считал подобные признания слабостью или глупостью, родители никогда не говорили подобного друг другу, приучив и его самого к тому же. Но он действительно чувствовал то, что сказал, и дважды признался в этом за вечер. Отступать было уже поздно. Правда, почуяв свободу, расправила крылья, и уже ничто не смогло бы ее остановить. Драко отрывисто кивнул, не решаясь посмотреть в глаза тому, кого так неожиданно полюбил. Стыдно не было, но страх остаться одиноким в своих чувствах стянул его по рукам и ногам.              — Я тоже, — раздалось в ответ.              Гарри мягко приподнял его голову за подбородок и поцеловал, старясь вложить в каждое малейшее движение губ всю искренность своих чувств. Когда воздуха стало не хватать, он медленно отстранился и улыбнулся.              — Ты очень, очень храбрый мангуст, Драко. Я горжусь тобой, — прошептал он, беря руки Малфоя в свои.              — Спасибо. Но это было импульсивно, наверное. Я заразился от тебя гриффиндорством, — буркнул Драко. — Что я теперь делать буду?              — Деньги у тебя есть?              — Разумеется. Личный сейф в Гринготсе.              — Зная тебя, денег там хватит на три жизни, — усмехнулся Поттер. — У меня — точно так же. Дом у нас тоже есть. Прорвемся.              — У нас? — уточнил Малфой.              — Разумеется, — Гарри скопировал его интонацию. — Ты еще и Блэк, а не только Малфой. Имеешь полное право там жить. И... я хочу, чтобы ты там жил, — неуверенно добавил он, выжидающе всматриваясь в светлые глаза парня, пытаясь уловить там даже малейший отголосок сомнения.              — И я этого хочу, — выдохнул Драко, наклоняясь и расслабленно укладывая голову у Гарри на плече.              Спустя несколько минут Поттер понял, что его любимый, утомленный событиями последних нескольких часов, задремал прямо вот так, сидя в совершенно неудобной позе. С одной стороны, стоило бы его разбудить, но было ужасно жаль тревожить человека, измученного нелегкими переживаниями. Наплевав на собственный дискомфорт, Гарри лишь немного откинулся назад, облокачиваясь на спинку стула и разглядывая в полутьме разноцветные блики, которые оставляли праздничные огоньки с улицы на светлых волосах Драко.              — У вас совсем тихо стало. Всё хорошо? — дверь приоткрылась и в проеме появилась голова Рона, шепотом поинтересовавшегося о происходящем.              — Да, — так же тихо ответил Гарри.              — Ты извини, друг, но скоро надо будет закрываться, мама ждет. Ты как, с нами?              — Не знаю, — Гарри выразительно скосил глаза на белую макушку на своем плече.              — Иди, тебя ждут, — отозвался Драко, выпрямляясь и встречаясь с неуверенным взглядом Поттера.              — Так, Малфой, не верю, что я это говорю, — Рон покачал головой, будто бы силясь отогнать противоестественную идею. — Давай с нами. Никто не будет против. Ладно, — признал он, заметив недоверчивое выражение на лицах обоих парней, — не факт, конечно, но ты же с Гарри.              — Не думаю, что это разумная затея, — начал было спорить Драко, но Уизли его перебил.              — А я думаю — как раз наоборот. Гарри, ты не сможешь скрывать своего парня до самой старости, — оба парня слегка покраснели, моментально представляя, что они действительно проведут вместе всю жизнь, и рисуя себе самые разные картины своего будущего. — Давайте, провернем маневр в стиле Перси, который привел свою Одри на мой день рождения. Будет много народу, всем будет не до вас, но все станут в курсе. Соглашайтесь.              Увидев, что Гарри и Драко всё еще продолжали колебаться, Рон, которому собственная идея уже не казалась такой абсурдной, решил сделать последний ход.              — Тедди и Андромеда тоже там будут. Мелкому уже можно перемещаться камином.              Мат в исполнении талантливого шахматиста был поставлен изящно и с блеском. Черный и белый короли смиренно капитулировали и сложили свое оружие.       

***

      Тишину, повисшую в «Норе» после фразы: «Мы встречаемся», можно было резать ножом. Во всяком случае, выпалив это, Гарри был уверен, что никаких насекомоподобных шпионов в доме не было, иначе слышно было бы даже то, как жук дребезжит крылышками. Возможно, не стоило с порога вываливать на многочисленных Уизли и их гостей тот факт, что его парнем стал тот, кто когда-то был на стороне их врага. Но гриффиндорец ведь не мог оказаться менее смелым, чем слизеринец, верно?              — Ну и ладно. Чарли вон вообще со своими драконами живет, и ничего, — неожиданно разрядил атмосферу Джордж, за что тут же получил подзатыльник тяжелой рукой вышеупомянутого старшего брата. Кто-то рассмеялся и напряжение окончательно пропало.              Хаотичное движение волшебников в комнате возобновилось. Все вернулись к своим разговорам, которые пришлось прервать из-за появления Гарри и Драко и их поистине сногсшибательного известия. Исключение первым составил Джордж, который опасливо покосившись на Чарли, решил ретироваться подальше от дивана, где они сидели, и подошел к парням.              — Поздравляю! — он от души хлопнул Гарри по плечу. — Я правильно понимаю, что эта новость пока должна остаться в кругу семьи?              — Спасибо, — улыбнулся Поттер. — Да, ты прав. Мы не хотим пока афишировать, это может навредить Драко.              — Драко... — многозначительно протянул Джордж. — Кто бы мог подумать, что всё так сложится?              — Твой младший брат, очевидно, — ответил за партнера Малфой. — Он даже не удивился, когда Гарри ему рассказал. Кто бы мог подумать, что он окажется самым проницательным?              Джордж расхохотался и задорно подмигнул Драко.              — Гарри, а он неплох! А что, Ронни и правда всё знал? Давно?              — Ага, — кивнул Гарри. — Еще с августа.              — Вот мелкий конспиратор! Ро-о-онни, иди сюда!              Рыжий парень с коварной улыбкой направился к брату. Впрочем, Рона спас стук в дверь, и появление Гермионы. Даже если девушка и удивилась, заметив Драко, она не подала виду. К тому же, жених тут же принялся ей что-то негромко рассказывать, по всей видимости, объясняя причину появления неожиданного гостя.              Впрочем, времени на то, чтобы перевести дух, двоим главным событиям вечера не дали. К ним стремительно приближалась Молли Уизли и Драко ощутимо напрягся. Он понятия не имел, чего ожидать от этой женщины, к которой в детстве относился со снисходительным презрением, никогда не у пуская возможности открыто это продемонстрировать. Хотя, следует отметить, что, узнав от Гарри о том, как яростно и изощренно миссис Уизли сражалась в последней битве, он не мог не зауважать мать большого семейства. И именно из-за того, что он теперь знал о ней, ему становилось ещё тревожнее.              — Ты в порядке? — шепнул Гарри, тоже заметивший Молли и реакцию Малфоя.              — Не знаю, но сейчас точно не буду, — точно так же шепотом откликнулся Драко, и тут же вежливо кивнул хозяйке дома. — Здравствуйте!              — Здравствуйте, молодые люди. Гарри, как я рада тебя видеть, ты теперь совсем занятой стал, редко заходишь к нам, — женщина покачала головой и привычно, совсем по-матерински, обняла парня, которого давно уже привыкла считать одним из своих сыновей.              — Простите, миссис Уизли, — Поттер опустил глаза. — Я пока еще привыкаю к работе в Хогвартсе, времени ни на что не хватает. Вот и Драко подтвердит, — он повернулся к парню и украдкой провёл рукой по его спине. Гарри решил, что и его нужно вовлекать в разговор.              — Драко, значит, — задумчиво проговорила Молли, внимательно оглядывая названного юношу критическим взглядом.              — Осуждаете? — неожиданно выпалил Драко со скрытым вызовом в голосе.              — А должна? — женщина сложила руки на груди, продолжая изучать Малфоя так, словно пыталась увидеть его насквозь. А ему снова вспомнились истории о её выдающихся колдовских навыках.              — Я пойму, если да, — Драко стоически выдержал пристальный взгляд.              — И я буду права, — сурово припечатала Молли. — Но, — тут же добавила она, заметив одинаковые растерянно-затравленные выражения на лицах обоих парней, — я этого делать не буду. Вы оба взрослые, вы выбираете свой путь в жизни. Да и Гарри выглядит счастливым, для меня это самое главное.              — Спасибо, — два ответа прозвучали почти синхронно.              — Я не закончила. Мистер Малфой, если вы причините боль Гарри, вам придется иметь дело со мной. Вам это понятно? — угроза прозвучала внушительно, и Драко судорожно кивнул, подтверждая, что предостережение услышано.              — Миссис Уизли, — осторожно подал голос Гарри. — Я же не девица у алтаря, зачем вы так?              — А ты думаешь, я не говорила этого милой Флер? — парировала Молли. — И обязательно скажу то же самое Одри, когда они с Перси соизволят явиться. Даже Гермиона пришла вовремя.              Гарри и Драко быстро переглянулись, подумав об одном и том же. Последнего так и подмывало уточнить, получала ли Грейнджер угрозы в свой адрес, но вспомнив, что у той удар был хорошо поставлен ещё на третьем курсе, решил, что, возможно, предупреждать о потенциальной опасности следует как раз Рональда.              — Я оставлю вас, мальчики, мне нужно на кухню. Не хотелось бы, чтобы пирог сгорел.              — Вам помочь? — тут же встрепенулся Поттер.              — Нет, отдыхайте. К тому же, кое-кто очень ждет вашего внимания, — миссис Уизли мотнула головой в сторону одного из кресел, улыбнулась и бодрой походкой направилась к выходу из гостиной.              Драко и Гарри послушно посмотрели туда, куда им было указано, и заметили Андромеду Тонкс. На руках у неё сидел Тедди, который беспокойно ерзал, но не выпускал из рук игрушку в виде белого дракончика. Только успели двое парней подойти и поздороваться, как Тедди тут же потянулся к ним.              — Д`ако! Га`и! — его волосы тут же окрасились в платиновый цвет, а глаза стали изумрудно-зелеными.              Пока Гарри, расплывшийся в счастливой улыбке, брал малыша на руки, Драко отвернулся и, отрывисто втянув воздух, незаметно провёл тыльной стороной ладони по глазам, моментально начавшим наполняться влагой. Он так еще и не успел привыкнуть к безусловной любви племянника, которую тот обрушивал на него при каждой встрече. Сделав еще один глубокий вдох, он повернулся к Гарри, шею которого Тедди обвивал своими маленькими ручками, и крепко обнял их обоих. Эту идиллическую картину и застали все, кто уже собрался в гостиной. И то, что они увидели, смело все вопросы и претензии, которые у них могли остаться касательно отношений Малфоя и Поттера.              За ужином Драко с удивлением осознал, что Рождество в Норе Уизли оказалось по-настоящему уютным и семейным праздником. Нет, на него не снизошло откровение и его мировоззрение не изменилось в корне. Он не проникся простым интерьером дома этой семьи, не начал внезапно с глубоким пониманием относиться к тем, у кого не было достаточно денег даже на то, чтобы завести хотя бы одного домового эльфа. Но он определенно понял, почему Гарри всегда с таким теплом отзывался о членах клана Уизли, почему он так полюбил этот дом. Дом, в котором прощали ошибки прошлого, позволяли начать писать историю своего будущего с чистого листа, не обращая на все предыдущие измаранные страницы. И Драко отчетливо осознал, что вернется сюда еще не единожды, доказывая, что он этого достоин. Достоин того, чтобы одним прекрасным днем его приняли здесь так же радушно и безоговорочно, как и Гарри.       

***

      Рождественским утром Гарри проснулся в одиночестве. Что было довольно странно, потому что Драко определенно не был тем, кто встает рано. Напротив, если его не будить, он мог, казалось, спать сколько угодно. И он уж точно всегда просыпался позже Гарри. Решив не гадать зря, что произошло, Поттер позвал Кричера.              — Кричер, ты не знаешь, где Драко?              — Кричер знает, хозяин. Партнер хозяина пьет кофе в гостиной.              Гарри упустил момент, когда домовик начал называть Драко не иначе как «партнером хозяина». Но он не мог отрицать того, что ему это ужасно нравилось и вызывало необъяснимое самодовольство, так не свойственное ему. В этом было что-то по-настоящему взрослое, даже более значимое, чем собственный дом и работа.              Малфой и правда обнаружился в гостиной. Он сидел в кресле у камина, поджав ноги, читал письмо и почесывал за ухом сурового филина, Ареса, который был уже очень хорошо знаком Поттеру. Когда он узнал, как того зовут, пришел к выводу, что иначе и быть не могло. Имя идеально подходило воинственной птице.              — Доброе утро, — улыбнулся Гарри. — Ты чего встал так рано?              — Доброе. Я всё утро с мамой переписываюсь, — он помахал листом пергамента. — Мы совсем загоняли бедного Ареса.              — Всё же в порядке? Ничего не случилось? — тут же посерьезнев уточнил Поттер.              — Да, всё хорошо, не волнуйся. Мама поздравила меня с Рождеством. Она хотела узнать, где и с кем я его провел. Я рассказал ей о нас. Надеюсь, ты не против, — обеспокоенно добавил Драко.              — Мы же вчера решили рассказать семье. Так что ты всё сделал правильно, — успокоил его Гарри, усаживаясь рядом на подлокотник кресла. Драко умиротворенно опустил голову ему на плечо. — И как она отреагировала?              — Даже если и недовольна, то не стала упоминать об этом. Она знает, что Блэки не меняют своего решения. Даже те, которые носят другую фамилию, — усмехнулся блондин.              Несколько минут они просидели в расслабленном и уютном молчании, наслаждаясь теплом камина и близостью друг друга. Гарри мягко перебирал волосы парня и смотрел на тихо потрескивающий огонь, размышляя о том, что это Рождество определенно войдет в его мысленный список «самых лучших дней». Оно не было омрачено грядущей опасностью или недавними потерями. Жизнь налаживалась, входя в колею спокойного и комфортного быта. Того самого быта, который мог бы показаться кому-то скучным и лишенным интриги, но идеального для человека, видевшего в своей жизни так мало мирного счастья.              «Интересно, — подумал он, — что бы на это сказал Сириус?» Был бы он рад за племянника и крестника? Отчаянно хотелось верить, что именно так он бы и отреагировал. Человек, который всю жизнь стремился к свободе, наверняка понял бы, что нужно следовать зову сердца. А Гарри был уверен, что последнее время он поступал именно так. Он выбрал дело себе по душе, он выбрал партнера, которого полюбил, даже если этот выбор и удивил близких. И те, кого уже нет рядом, поняли бы и приняли его решение.              Закончив свои мысленные размышления на вполне позитивной ноте, Гарри поднялся и решительно потянул Драко за собой. В конце концов, это было Рождественское утро и пришло время обмениваться подарками.              Отложив в сторону многочисленные пакеты от родных и близких, принесенные прошлым вечером или этим утром совами, влюбленные решили в первую очередь узнать, что они подарили друг другу. Как дети, которыми они еще совсем недавно перестали быть, они уселись прямо на полу под пушистой елкой, украшенной золотыми и серебряными шарами. Гарри с легкой тревогой наблюдал за тем, как Драко разворачивал небольшой сверток и вынимал лист пергамента, свернутый в трубку и перевязанный тонкой зеленой ленточкой. Он опасался реакции на то, что он снова вмешался туда, куда его не просили.              Драко же тем временем развернул лист и пробежал взглядом по тексту. Потом еще раз, но уже гораздо внимательнее. Когда он поднял голову, в его глазах заблестели непролитые слезы.              — Как? — сдавленно пробормотал он.              Поттер едва заметно выдохнул. Во всяком случае, пока его не пытаются убить, это уже хорошо. Он понимал, что Драко может обидеться на то, что он опять влез не в свое дело, но ничего не мог с собой поделать. За три недели до Рождества он отправился прямиком к Кингсли, часа полтора провел у него в кабинете, доказывая, что Драко Люциус Малфой избавился от Темной Метки и что он является благонадежным гражданином Магической Британии. В конце концов, Шеклболт смирился с тем, что иным образом он не выпроводит назойливого героя, и подписал приказ, отменяющий «подписку о невыезде» для Драко. Этот самый документ Гарри и вручил любимому.              — Под мою ответственность, Драко. Ты не сердишься? — осторожно спросил Гарри.              — О, во имя Мерлина! Конечно, нет. Спасибо тебе. Ты даже не представляешь, что ты сделал для меня! — горячо заверил его Драко, стискивая в объятиях.              — Надеюсь, сделал тебя счастливее.              — Еще бы! — Драко нежно потерся щекой о его плечо. — Но теперь мой подарок выглядит совсем не интересным. Это нечестно, — он выпрямился, отводя взгляд и пытаясь скрыть смущение.              — Сомневаюсь в этом, — покачал головой Гарри, снимая обертку с увесистой шкатулки. — Это... Ого!              На массивной подставке из красного дерева гордо и величественно стоял олень из чистого золота с ветвистыми рогами, а рядом с ним была закреплена золотая же чернильница с замысловатыми узорами, вырезанными на сияющей поверхности.              — Нравится? Теперь это кажется глупостью по сравнению с тем, что ты подарил мне, — Малфой заметно нервничал.              — Очень нравится! — просиял Гарри, благодарно целуя его. — Теперь я буду настоящим профессором.              — Ты им и был, — закатил глаза парень, но было видно, что он успокоился и перестал сомневаться в выборе подарка.              — Пойдем завтракать, — Поттер встал и направился по направлению к столовой. — Кричер уже наверняка нас заждался. Он пару раз появлялся в дверном проеме и осуждающе смотрел на нас.              На полпути к выходу из гостиной Гарри остановился и обернулся.              — Всё хорошо? — поинтересовался Драко, бережно складывая пергамент с приказом министра обратно в конверт. — Ты что-то забыл?              — Нет, ничего, — Гарри улыбнулся, тепло глядя на него. — Но зато я уверен, что нашел кое-что очень ценное.