Любовь и заточение, часть 6

             Вэй Усянь почти не спал, а то немногое время, что ему удалось продремать, было наполнено кошмарами. После первых нескольких он был вынужден прибегнуть к технике, которая понадобилась ему в первые несколько дней пребывания в Могильных Курганах, прежде чем он понял, как управлять духами вокруг себя, технике, которая гарантировала, что он не будет спать достаточно глубоко, чтобы видеть сны, и сможет проснуться от малейшего звука. Это была не та техника, которую он мог бы использовать слишком долго, не поддаваясь сводящим с ума видениям, но…       …сегодня это позволило ему проснуться от лёгкого звука поставленного на стол подноса.       Сев в постели, он увидел, как Лань Ванцзи потянулся к гуциню, которого он оставил, когда сбежал прошлой ночью.       - Лань Чжань!       Услышав своё имя, Второй Нефрит оставил гуцинь и направился к двери.       - Подожди! Пожалуйста, подожди!       Словно против своей воли, Лань Ванцзи внезапно остановился всего в одном шаге от открытой двери.       Шатаясь, Вэй Усянь поднялся на ноги и преодолел расстояние между ними так быстро, как только мог. Из-за своей спешки он споткнулся прямо перед тем, как смог дотянуться до Второго Нефрита, и в итоге оказался на коленях прямо позади него. Мало того, по инерции продолжая движение, он прижался лицом к его спине.       - Пожалуйста, не уходи, - взмолился он, обнимая Лань Ванцзи, чтобы тот не убежал прежде, чем он успеет закончить. - Я сожалею о… о прошлой ночи! Я просто… я не знаю, что я… это всё так… - Борясь со слезами, Вэй Усянь сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь прийти в себя. При этом он почувствовал горьковатый запах традиционной еды Облачных Глубин, долетавший до него, и поморщился. - Я не знаю, был ли ты зол вчера вечером, я не знаю, злился ли ты, потому что…       Слова по-прежнему пытались вырваться из его губ одновременно. Ему казалось, что обычно Лань Ванцзи велел бы ему успокоиться, действовать медленно и осторожно или…       Что бы он ни сказал обычно, теперь он молчал, и по его телу, время от времени, пробегала лёгкая дрожь.       - Мне очень жаль, - продолжал Вэй Усянь, отчаянно пытаясь подобрать слова, которые ему больше всего нужно было сказать. - Мне очень, очень жаль. Не знаю, о чём я думал… нет, я не думал. Моё тело действовало без того, чтобы я сначала подумал… А затем я говорил глупости, пытаясь притвориться, что всё нормально, даже если ничего не было нормальным, потому что как что-то может быть нормальным? Но я… если ты злишься из-за того, что я тебя поцеловал, тогда просто… просто скажи мне, и я больше никогда этого не сделаю, обещаю. А если… если это не так… тогда… тогда ты не… тебе не нужно злиться, потому что я не… всё, что я сказал после… это всё было ложью, потому что я был напуган, потому что я не хочу быть... я не хочу быть таким человеком, который... я должен быть твоим пленником. Так как я могу делать с тобой такие вещи, и мысль о том, что я хотел этого, пугает, и я не знаю, как… как…       - Отпусти.       Сглотнув слёзы, Вэй Усянь повиновался. Он безвольно опустил руки по бокам, и при этом крепко зажмурил глаза, чтобы не видеть, как уходит Лань Ванцзи.       - Пожалуйста, Лань Чжань. Только не оставляй меня. Не обращайся со мной как с обычным заключенным. Я не… я не выживу, если ты… если ты не будешь здесь со мной…       Он всё ещё тщетно пытался заговорить, проговорить свою жалкую комбинацию извинения и мольбы, когда почувствовал, как тёплая рука с нежностью погладила его взлохмаченные волосы на затылке.       - Я никогда не оставлю Вэй Ина, - тихо, едва громче шёпота, произнёс Лань Ванцзи.       Наконец, пролив слёзы, Вэй Усянь наклонился к нему и, всхлипывая, как ребёнок, обнял его за талию. Лань Ванцзи долгое время ничего не говорил; он просто стоял, одной рукой поглаживая волосы демонического заклинателя, а другой нежно поддерживая его за плечо.       - Вэй Ин. - Обе руки скользнули к его плечам и мягко оттолкнули. - Отдыхай.       Вэй Усянь тяжело сглотнул и откинулся назад, чтобы посмотреть в лицо Лань Ванцзи:       - Ты…?       - У меня есть обязанности.       Демонический заклинатель кивнул, чувствуя себя очень неловко, и позволил Лань Ванцзи помочь ему подняться на ноги и вернуться в кровать.       - Но ты вернёшься?       - Конечно.       Вэй Усянь просто сидел на кровати, наблюдая, как Лань Ванцзи убирает свой гуцинь в чехол, вешает его себе на спину, собирает пустую посуду после вчерашнего ужина и выходит из дома с таким видом, как будто ничего не произошло, несмотря на все слёзы, которые пролились прямо на его пояс.       Всё, что он мог сейчас сделать, это лечь и попытаться заснуть, надеясь, что Лань Ванцзи не выбрал сегодняшний день, чтобы начать ему лгать…              * * *       Вэй Усянь проснулся от ощущения чьей-то руки, сжимающей его запястье. Встревоженный, он попытался отдёрнуть руку, но у него ничего не получилось. Только тогда он открыл глаза. Лань Ванцзи сидел на краю кровати и проверял его пульс. Выглядел он при этом обеспокоенным.       - М-м-м… Лань Чжань…? Что… что… - Всё, что произошло прошлой ночью и этим утром, разом врезалось в его мозг, заставив демонического заклинателя поморщиться. - Мне очень жаль, - пробормотал он.       - Ты уже извинился, - напомнил ему Лань Ванцзи.       - Мне нужно было извиниться за свои извинения. - Вэй Усянь всхлипнул. - Это было больше похоже на истерику ребёнка, чем на извинение взрослого мужчины за что-либо.       - Твоя ци всё ещё не сбалансирована.       - Ух…       Это не было причиной того, что только что произошло!       - Но она улучшилась. - Лань Ванцзи отпустил его запястье. – Поешь.       - Да…       Вэй Усянь пересел за стол и оглядел комнату, которую заливал яркий солнечный свет. Он проспал всё утро? Учитывая, как мало он спал прошлой ночью, возможно, так и есть.       Еда, которую Лань Ванцзи поставил рядом с нетронутым завтраком из кухни Облачных Глубинах, выглядела фантастически. Каждое блюдо было красным от специй, и от их запаха у демонического заклинателя потекли слюнки. Он принялся за еду с ещё большим энтузиазмом, чем обычно, проглатывая каждый кусочек с удивительной скоростью. Всё то время, пока он ел, Лань Ванцзи просто сидел на краю кровати и наблюдал за ним. Затем, когда он закончил, Второй Нефрит составил пустую посуду на тот же поднос, где лежала нетронутая утренняя еда, и выпрямился.       - Успокой свой разум, - наставительно проговорил он и направился к двери. - Читай или медитируй.       - Мм… я попробую.       Вэй Усянь с беспокойством пронаблюдал, как Лань Ванцзи выходит из дома и закрывает за собой дверь. Как он мог сохранять спокойствие, если всё ещё не был уверен, в каком состоянии пребывают теперь их отношения?       Лань Ванцзи злился на него сегодня утром, очень злился, это было очевидно. Он принёс эту отвратительную травяную кашу, а затем попытался убежать в такой спешке, что предпочёл оставить свой драгоценный гуцинь, лишь бы не оставаться в одной комнате с Вэй Усянем. Он, несомненно, больше не злился, но… потому ли, что теперь он видел в Вэй Усяне безнадежного и по-детски беззащитного человека? Не угрозу, а шутку? Или это потому, что…       Возможно ли вообще, что он мог чувствовать то же самое?       Это действительно казалось невозможным.       Конечно…       Вероятно, одна из тех двух песен, которые Лань Ванцзи играл для него всё это время, сделала его разум мягким и податливым, и он больше не чувствовал гнева, потому что понял, что это сработало, и Вэй Усянь впадает в детство.       Демонический заклинатель вздрогнул, надеясь, что это не так.       И всё же, разве тот бестиарий, над которым он так усердно работал, не был драгоценным воспоминанием о его детстве? Это была одна из первых книг, которые дядя Цзян дал ему после того, как он научился читать. Хотя к тому моменту он уже был настолько высокомерным засранцем, что не испытывал угрызений совести, когда писал на её полях всякие гадости.       Ох, он действительно всегда был ужасен, не так ли?       Неудивительно, что госпожа Юй его ненавидела.       Вэй Усянь нахмурился и начал осматриваться в поисках бестиария, который он составил. Просматривая его, он наверняка поймёт, действительно ли он впадает в детство. Если бы это возбуждало в нем те же чувства, что и в детстве…       Он дважды обыскал комнату и не смог его найти.       Лань Ванцзи забрал его с собой?       Нет, он не мог этого сделать. Должно быть, он просто исчез из поля зрения, и Вэй Усянь почему-то его не нашёл.       Но эта мысль не принесла ему успокоения. Лань Ванцзи был прав: ему нужно успокоить свой разум. Ему нужно почитать что-то, что его не взволнует, что-то, что не может его волновать.       Оглядев стопки даосских книг, которые принёс Лань Ванцзи, Вэй Усянь выбрал на удивление потрёпанный экземпляр «Дао Дэ Цзин». Должно быть, трактат очень старый, раз так сильно потрёпан, подумал он: Второй Нефрит видимо обращался к нему достаточно часто, раз обложка в таком состоянии, и он, несомненно, выучил его наизусть задолго до того, как они с Вэй Усянем познакомились. (Даже Вэй Усянь к этому моменту запомнил примерно треть… хотя, вероятно, ему следовало знать гораздо больше, но он имел обыкновение пропускать подобные уроки, так как не думал, что они помогут его совершенствованию, и это было так скучно…)       Он положил книгу на стол и решил открыть её на случайной странице. У него были смутные воспоминания о том, как кто-то - может быть, один из старых слуг в Пристани Лотоса? - говорил о случайном открытии Дао, чтобы позволить самой вселенной направить вас к отрывку, который вам нужно прочитать в данный момент. Раньше эта идея никогда не казалась ему очень полезной, но, может быть, сейчас…?       Книга легко открылась, потому что между двумя страницами был зажат ещё один тонкий том. Его первым инстинктом было дотянуться до него и посмотреть, что ещё спрятал Лань Ванцзи в своих книгах. Но ведь он открыл эту книгу не для этого, не так ли? Он не случайно открыл её. Он собирался обратиться к тексту за советом. И Вэй Усянь посмотрел на текст на странице.       О существовании лучшего правителя люди почти ничего не знают.       Следующий - тот, кого они любят и хвалят.       Следующий - тот, кого они боятся.       Следующий - тот, над кем они смеются.       Если правитель недостаточно доверяет, то ему никто не будет доверять.       Вдумчивый человек, он ценит свои слова.       Когда задачи выполнены и обязанности выполнены успешно, все сто семей говорят: «Мы такие по своей природе».       Определённо были некоторые моменты, которые поразили Вэй Усяня, хотя ни один из них ничего не сказал ему о его нынешней ситуации с Лань Ванцзи. И всё же… «тот, кого они любят и хвалят», «тот, кого они боятся», «тот, над кем они смеются», - он был всеми ими, не так ли? (Хотя, может быть, всё это должно было относиться к разным типам императоров, и поэтому он не был никем из них?) Предположение со стороны народа, что всё получилось само собой, а не благодаря поту и тяжёлому труду других… это заставило его с горечью подумать об окончании кампании «Выстрел в Солнце»…       Поморщившись, Вэй Усянь достал тонкую книгу, которая лежала между страницами, и закрыл трактат. В конце концов, была причина, по которой ему никогда не нравилась практика «случайного прохода».       Лучше он узнает, что скрывал Лань Ванцзи.       Если это была очередная порнография с обрезанными рукавами, то…       Он открыл маленькую книжку и был разочарован, увидев перед собой перечень всех бесчисленных правил Облачных Глубин.       В самом деле?       Зачем Лань Ванцзи прятать что-то подобное?!       Вэй Усянь уже собирался с отвращением закрыть книгу, когда понял, что это не просто копия правил Облачных Глубин. Живые, энергичные и несколько неряшливые мазки… не говоря уже о случайных ошибках…       К тому времени, когда демонический заклинатель обнаружил следы слюны на одной из страниц, он уже нелепо ухмылялся.       Это была не обычная копия правил Облачных Глубин: это была одна из копий, которую Вэй Усянь был вынужден написать в качестве наказания!       Лань Ванцзи хранил её всё это время…?       Он не просто сохранил её, а переплёл, как настоящую книгу, и спрятал там, где никто другой её не найдет…              * * *       Вэй Усянь провёл тревожную часть дня, просматривая переплетённый экземпляр правил Облачных Глубин. Не читал - зачем ему себя мучить? - и даже не съеживался при виде ошибок - то ли его письмо в пятнадцать лет было гораздо более отвратительным, чем он помнил, то ли он действительно не прилагал усилий к выполнению этой задачи - но пытался вспомнить всё о том, как он писал этот конкретный набор правил, и задавался вопросом, почему Лань Ванцзи сохранил именно эту копию, а не любую другую. Возможно, потому, что она осталась незавершённой, потому что он заснул на ней?       Насколько он помнил, это был особенно удручающий и скучный день копирования, в течение которого он подвергся воздействию заклинания молчания почти ещё до того, как открыл рот.       Тоненькая книжица была на удивление хорошо переплетена. Может быть, это было не так уж удивительно, поскольку Лань Ванцзи, должно быть, был тем, кто выполнил переплёт. Разве он когда-либо делал что-то менее чем идеально? Это была не дрянная и простая оплётка, которая была в бестиарии яо Вэй Усяня. Всё здесь было плотно и аккуратно собрано. На первый взгляд внутренняя часть обложки выглядела узорчатой, но, посмотрев на неё некоторое время, Вэй Усянь понял, что на ней красовались крошечные чёрные кроличьи следы. Эта мысль была настолько восхитительна, что он не смог удержаться от смеха. Были ли это следы тех двух кроликов, которых он привёл в библиотеку и которые однажды так долго ползали по чернильным камням и чистой бумаге, что у Лань Ванцзи всегда были под рукой? Или он специально положил перед ними бумагу и чернила когда-нибудь позже, чтобы сделать форзацы? Он надеялся, что это последнее, потому что это было слишком мило, чтобы выразить словами. (Хотя ему хотелось бы присутствовать при этом!)       Перелистнув последнюю страницу, он едва не подавился собственным языком.       После того, как неудавшаяся попытка скопировать все три тысячи правил Ордена Гусу Лань провалилась, осталась одна-единственная чистая страница. И последнее, что Вэй Усянь сделал в библиотеке Ордена Лань, это нарисовал портрет Лань Ванцзи, дополненный нелепым цветком за его ухом - первая (и единственная) вещь, что он нарисовал или написал, чтобы подразнить Лань Ванцзи, которая не была скомкана и испорчена.       Каким-то образом от вида этого портрета ему почти захотелось плакать.       Тогда всё было совсем по-другому.       Прошло ещё не так уж много времени, но его жизнь сейчас – даже его жизнь до того, как его заперли в этом доме – казалось, совершенно расходилась с той, какой была его жизнь, когда он впервые прибыл в Облачные Глубины. Если бы он мог сейчас поговорить с самим собой в молодости, что бы он сказал? Как он мог предостеречь себя от всего, через что ему предстоит пройти?       Он усмехнулся, глядя на нарисованный им портрет.       Возможно, если бы он мог, он бы просто сказал себе перестать быть таким придурком и постараться правильно подружиться с Лань Ванцзи. Подчиниться ещё нескольким правилам — не всем, это было безумно удушающе и, вероятно, именно поэтому Второй Нефрит оказался таким жёстким и, казалось бы, безжизненным - и искренне, тепло пригласить его на мероприятия, от которых он не стал бы воротить нос. Вместо того, чтобы прыгать вокруг него и нарушать правила, просто чтобы посмотреть, как он отреагирует. Если бы в пятнадцать лет он начал чувствовать то же самое, что чувствует сейчас… возможно, всё сложилось бы иначе. Лучше.       А может, всё было бы примерно так же, только с большим количеством поцелуев.       Представьте себе, если бы они провели время в ловушке в пещере Черепахи-Губительницы, целуясь, а не ссорясь!       Вэй Усянь так рассмеялся от этой мысли, что у него начали болеть бока. Эту сцену должны были обнаружить их спасители: два мальчика-подростка переплелись друг с другом, их губы сомкнулись, как будто от этого зависела их жизнь!       Он всё ещё хихикал, когда услышал, как дверь начала открываться. Вэй Усянь поспешно спрятал книгу под кровать и сел, с ухмылкой глядя на дверь, когда в дом вошёл Лань Ванцзи с его ужином. Он настороженно посмотрел на демонического заклинателя и поставил поднос на стол.       - Вэй Ин кажется подозрительно весёлым.       - О чём ты говоришь, Лань Чжань? Я всегда весёлый!       - Ты не был весёлым сегодня утром.       Вэй Усянь откашлялся, и его улыбка исчезла.       - Да, я… я знаю. - Он вздохнул и покачал головой. - Я просто вспоминал, - признался он. - О том времени, когда мы были детьми.       Лань Ванцзи на мгновение опустил глаза, а затем сосредоточил своё внимание на подготовке гуциня. Вчера казалось, что он избегает этой темы из отвращения или из деликатности. Теперь Второй Нефрит выглядел почти застенчивым, может быть, даже смущённым. Как девушка перед своим чересчур кокетливым, но очень желанным поклонником. Эта мысль наполнила Вэй Усяня незнакомым волнением.       Ему хотелось сказать что-нибудь поддразнивающее, как он сказал бы, когда они были мальчиками. Или что-нибудь кокетливое, что-нибудь, что могло бы открыть возможность снова почувствовать губы Лань Ванцзи на своих. Или просто сказать что-нибудь тёплое и шутливое, что он сказал бы до того, как его жизнь развалилась.       Но не эта ли бессмысленная, неуместная беззаботность была причиной столь многих их ссор в прошлом? Если он действительно хотел, чтобы Лань Ванцзи полюбил его в ответ, ему нужно было немного обуздать себя. Недостаточно, чтобы изменить самому себе, но ровно столько, чтобы быть менее неприятным.       - Эй, ты знаешь, что случилось с той книгой, над которой я работал? - вместо этого спросил он. Тепло, светло, но не неуместно. (С надеждой). - Я искал её раньше и не смог найти.       Лань Ванцзи кивнул, не глядя на него:       - Она у меня.       - Ты взял её с собой?       - Мн.       - Зачем?       - В ней много полезной информации, - объяснил Лань Ванцзи. - Мир совершенствования мог бы извлечь из этого пользу.       - Ты… ты собираешься добавить её в библиотеку Ордена?       Это было одновременно именно то, чего он хотел, и одновременно полная противоположность тому, чего он хотел…       - Копию, - ответил Лань Ванцзи.       - Копию? Почему копию? Почему не оригинал?       - Они не заслуживают оригинала, который сделал Вэй Ин.       Лицо демонического заклинателя покраснело, и он не мог придумать, что ещё сказать. Ему хотелось отодвинуть стол в сторону, наброситься на Лань Ванцзи и непрерывно целовать его, пока тот не смягчился и не ответил на поцелуй. Но прежде чем он успел даже подумать о том, чтобы действовать в соответствии с этим желанием, Второй Нефрит начал играть, а Вэй Усянь знал, что лучше его не перебивать. Вместо этого он какое-то время просто слушал, пока его голод – и восхитительный аромат еды на подносе – не взяли над ним верх. Он пересел за стол и приступил к ужину в одиночестве, поскольку вряд ли мог рассчитывать на компанию.       Пока он ел, его не могла не заинтересовать маленькая курильница, которая также стояла на подносе с едой. Это был самый обычный предмет, с единственным кусочком незажженного благовония. Как только песня закончилась, Вэй Усянь удовлетворил своё любопытство.       - Для чего нужна эта курильница?       - Она поможет тебе заснуть, - пояснил Лань Ванцзи. - Вэй Ин недостаточно отдыхает.       Демонический заклинатель неловко откашлялся:       - Просто последние несколько дней были действительно… но до тех пор…       - Ты долго не спал после комендантского часа, - возразил Второй Нефрит, его голос стал жёстче.       - Но это же нормально! - воскликнул Вэй Усянь. - Во всяком случае, для меня.       Ложиться спать позже смехотворно раннего комендантского часа Ордена Гусу Лань – было нормальным явлением для любого, правда, большинство людей сдавались раньше, чем обычно делал Вэй Усянь...       - Тебе нужно больше спать. Чтобы лучше исцелить твою ци.       - Правда, Лань Чжань, восстановить мою ци до прежнего состояния буквально невозможно.       - Я знаю, - тихо сказал Лань Ванцзи, отчего глаза Вэй Усяня расширились в панике.       - Что… что ты имеешь в виду под словом «знаешь»? Откуда тебе знать? Что, по-твоему, ты знаешь?       Второй Нефрит посмотрел на него, и его глаза были такими же пронзительными, как клинок Биченя.       - Ты был без сознания более двух дней.       - И?       - Ты думал, что за это время я не пытался передать духовную энергию твоему ядру?       Вэй Усянь посмотрел на пустую посуду на подносе.       - Я…       Когда он проснулся, он подумал, что его только что заперли, как обычного преступника. Никто бы не стал пытаться таким образом помочь преступнику выйти из бессознательного состояния - кроме того, он бы проснулся в любой момент, если бы Лань Ванцзи просто вытащил иглу из его черепа! Ему, конечно, это не пришло в голову.       - Почему ты ничего не сказал? - Он снова поднял взгляд прежде, чем Лань Ванцзи успел открыть рот. - И не смей цитировать одно из правил против излишней болтливости! Я хочу знать, почему ты ничего не сказал!       Уголки губ Лань Ванцзи на мгновение изогнулись вверх:       - Что бы ты хотел, чтобы я сказал?       - Я не знаю. Что-нибудь! Что-либо!       Лань Ванцзи покачал головой:       - Не было необходимости.       - Ты не хотел знать, почему моё ядро не может принять никакой энергии?       - Нет.       Вэй Усянь просто настороженно наблюдал за Вторым Нефритом, пока тот начал играть песню, которую он обычно не играл до комендантского часа. Что он имел в виду? Он не хотел знать, потому что это не имело значения, или он имел в виду, что не хотел знать, потому что уже знал?       Лань Ванцзи, очевидно, много разговаривал с Вэнь Цин, прежде чем она воткнула в Вэй Усяня свои иглы. Неужели она дважды предала его доверие, рассказав Второму Нефриту о передаче золотого ядра, а также согласившись нанести удар Вэй Усяню своими иглами и позволив Лань Ванцзи сбежать с ним?       Как она могла!?       Зачем ей это делать? По какой возможной причине она могла сказать Лань Ванцзи что-то подобное? И почему он вообще в это поверил? Это должно было звучать невероятно, как будто она просто хвасталась тем, какой она великий хирург!       Или, может быть, она ему не сказала, и Лань Ванцзи просто предположил, что это демоническое совершенствование разрушило его ядро?       Это казалось гораздо более вероятным. Если уж на то пошло, возможно, это действительно бы разрушило его ядро, если бы у него ещё было ядро, которое можно было бы разрушить. Не то чтобы у него был кто-то, кого он мог бы спросить об этом. Из ныне живущих людей он был самым осведомлённым в этом вопросе.       Закончив игру, Лань Ванцзи встал и повесил чехол с гуцинем себе на спину.       - Ты, правда, уже уходишь? - спросил Вэй Усянь, тоже вставая.       Он надеялся каким-то образом найти способ поцеловать его снова…       - Мн.       Второй Нефрит взял курильницу и поставил её прямо на стол, прежде чем зажечь благовония.       - Но…       Однако прежде чем Вэй Усянь успел произнести ещё одно слово, Лань Ванцзи наклонился ближе и запечатлел мягкий, нежный поцелуй на его губах.       - Спи, Вэй Ин.       - Хорошо.       Послушно, как ребенок, Вэй Усянь снял ботинки, верхнюю мантию и уже лёг в постель, когда Лань Ванцзи ушёл, унося поднос с посудой.       Неужели это всё, что требовалось, чтобы заставить его сделать то, что ему сказали? Один маленький поцелуй, и он стал идеальным и податливым?       Ладно…       …пока его целовал Лань Ванцзи, возможно, это была не такая уж плохая сделка…