Открытия, часть 8

             Лань Ванцзи отправился на очередную Ночную охоту и, вероятно, должен был вернуться не раньше завтрашнего дня. Может быть, даже не раньше чем через день! На самом деле проблема была не в одиночестве: Вэй Усянь не настолько зависел от мужа, чтобы он не мог провести без него несколько дней. Настоящая проблема заключалась в том, что он настолько привык спать, прижавшись к своему Лань Чжаню, что теперь ему было трудно спать одному. Он так привык слышать звук дыхания мужа, что его тело больше не понимало, как спать без него.       Что ещё хуже, казалось, что Лань Ванцзи в последнее время всё чаще и чаще устраивал Ночные охоты. Обычно он не хотел говорить о них после этого, и Вэй Усянь пришёл к выводу, что то, за чем он охотился, было призраками или свирепыми трупами. Как бы он не ценил то, что его муж хотел скрыть свои чувства, но если происходило что-то, в чём другие люди могли бы обвинить его, Вэй Усянь действительно хотел узнать об этом как можно раньше.       Он набирал воду из колодца, чтобы умыться после обеда, когда защитный купол печатей внезапно вспыхнул малиновым и оранжевым светом.       - А-а-а! - Завопили со стороны ворот в стене комплекса. - Почему меня не пускают?       Это был…?       - Я не призрак! Я? Я не думаю, что я умер…       Это был! Но что здесь делал Не Хуайсан без жетона-пропуска Гусу Лань?       - Папочка? - Голос его сына прозвучал как едва слышный шёпот, а следом А-Юань дёрнул его за рукав мантии. - Что происходит?       Шикнув на мальчика, Вэй Усянь подхватил его на руки и поспешил к воротам, остановившись так, чтобы его не было видно.       - Мне нужно, чтобы ты поговорил с этим старшим братом, хорошо, А-Юань? - сказал он, поставив ребёнка перед собой. - Узнай, что он здесь делает.       А-Юань посмотрел на него широко раскрытыми испуганными глазами.       - Он не причинит тебе вреда, - заверил сына Вэй Усянь и взъерошил его волосы. - Я его знаю; он безвреден.       Но при этом он таинственным образом находился там, где ему не следовало быть.       А-Юань кивнул и выбежал через ворота. Голос Хуайсана устремился на октаву вверх от удивления, когда он увидел ребёнка, что заставило А-Юаня тоже издать крик.       - Кто ты, старший брат? - спросил он вскоре после этого; ребёнок, как отметил Вэй Усянь, на удивление быстро пришёл в себя. - Что ты здесь делаешь?       - Меня зовут Не Хуайсан. Мне сказали, что здесь живёт Лань Ванцзи. Он мой старый друг, поэтому я хотел зайти и поздороваться.       Вэй Усяню пришлось прикусить язык, чтобы не рассмеяться над тем, что Хуайсан назвал Лань Ванцзи своим другом. Лань Ванцзи был бы возмущён самой этой идеей.       - Мне очень жаль, - сказал А-Юань. - Отца сейчас нет. Он отправился на Ночную охоту.       - Что ж, это, конечно, не займёт много времени у Лань Ванцзи. Он такой сильный! Может быть, я могу просто зайти внутрь и подождать его? - предложил Хуайсан. - О, вот только на этой стене есть печать, которая не пускает меня. Почему она меня не пускает?       - Только люди с разрешением могут войти внутрь, потому что у папы не должно быть гостей, - сказал А-Юань, заставив Вэй Усяня слегка поморщиться.       Он надеялся, что Хуайсан не поймёт, что два разных термина относятся к двум разным людям…       - Ну, тогда ты можешь просто дать мне разрешение! - заключил Хуайсан, довольный собой.       - На самом деле это не так работает, старший брат Не, - заявил А-Юань.       - Тогда как это работает?       - Эм… это… Отец толком этого не объяснил…       - Конечно, нет! Лань Ванцзи действительно смертельно молчалив, не так ли? - произнёс Хуайсан расстроенным голосом.       Вэй Усянь мог только представить выражение его лица, и как он покачал головой и лениво обмахнулся веером, говоря это.       - Он разговаривает с папой.       Слова А-Юаня вновь заставили Вэй Усяня поморщиться. Если бы Хуайсан понял, что внутри комплекса находился ещё один взрослый…!       - Он разговаривает сам с собой? – Отлично. Хуайсан решил корчить из себя идиота. Просто замечательно. - Как странно!       - Ты останешься в качестве гостя в Облачных Глубинах? – тем временем спросил А-Юань. - Я могу попросить отца увидеться с тобой, когда он вернётся.       - О, нет, я здесь проездом, - беспечно ответил Хуайсан. - Как печати узнают, есть ли у кого-то разрешение войти внутрь, если ты не можешь просто пригласить кого-то?       - Я не уверен…       А-Юаню никогда не сообщали точных подробностей, но ему довольно часто говорили, что, если он потеряет нефритовый амулет, который он носил на поясе, то он не сможет вернуться внутрь. Он был умным мальчиком, поэтому наверняка уже сопоставил эти два факта. Вэй Усянь почувствовал облегчение от того, что у его сына хватило ума не делиться этой информацией с другими!       - Ну, если ты можешь войти внутрь, тогда, может быть…       Голос Хуайсана оборвался на полуслове.       Внезапно А-Юань вскрикнул:       - Отпусти меня, старший брат!       И прежде чем Вэй Усянь успел подумать, что делать, Хуайсан вошёл в ворота с брыкающимся А-Юанем на руках.       - Ах, это сработало! - воскликнул он и поставил мальчика на землю. Потом он оглядел просторный двор и его взгляд упал на Вэй Усяня. - Вэй-сюн! Ты действительно жив! - Хуайсан побежал к другу, но остановился на расстоянии вытянутой руки от него. – Ты ведь жив, не так ли?       Несмотря ни на что, Вэй Усянь рассмеялся.       - Да, жив. Конечно, я жив. Лань Чжань не позволил бы призраку или свирепому трупу просто так болтаться по Облачным Глубинам.       Бормоча возбуждённую, с трудом поддающуюся расшифровке чепуху, Хуайсан сократил расстояние между ними и со слезами на глазах обнял Вэй Усяня. «Я просто знал, что ты не можешь умереть!» - было единственной частью, которую он смог полностью разобрать.       После того, как Вэй Усянь смирился с излишней театральностью Хуайсана, он оттолкнул его немного подальше от себя.       - Давай не будем здесь разговаривать, ладно? - сказал он и указал на первый дом. - Мы можем зайти внутрь и спрятаться от солнца.       В настоящее время они стояли в тени, но это не ослабило энтузиазма Хуайсана по поводу этой идеи, поэтому все трое прошли внутрь, и нежданный гость сразу же начал восхищаться декором.       - Знаешь, нам надо присесть и перекусить, - заявил Вэй Усянь. – И чего-нибудь выпить.       - О, у тебя есть эта превосходная «Улыбка императора»? - Глаза Хуайсана сверкнули от восторга. - Немного вина сейчас было бы просто идеально.       Вэй Усянь грустно вздохнул:       - Если бы!       - Алкоголь запрещён в Облачных Глубинах, - уверено произнёс А-Юань. - Отец говорит это папе минимум раз в неделю.       - Ты мог бы оставить последнюю часть в секрете, А-Юань. - Вэй Усянь снова вздохнул. - Я принесу нам чаю, так что присаживайся, ладно?       Хуайсан кивнул, изящно опустился на подушку и принялся обмахиваться веером. Или, может быть, он просто хвастался, насколько красив его веер. (Вероятно, и то, и другое).       Вэй Усянь тем временем вывел А-Юаня во двор, завёл его за угол дома и, присев перед ним на корточки, посмотрел прямо в лицо.       - А-Юань, мне нужно, чтобы ты нашёл своего дядю, - прошептал он. - Найди его и скажи, что младший брат главы Не здесь без нефритового жетона и ведёт себя очень подозрительно. Не возвращайся один, несмотря ни на что!       - А что, если дядя занят? - шепнул в ответ А-Юань. - Должен ли я найти учителя?       Лань Цижэнь не казался идеальным кандидатом для борьбы с Хуайсаном и наверняка он сейчас был занят своими старшими учениками, но…       - Если понадобится.       А-Юань кивнул и бросился к воротам. Как только он скрылся из виду, Вэй Усянь направился на кухню и приготовил чай и простые закуски, в основном только фрукты и семена лотоса. Судя по тому, как вёл себя Хуайсан, ему не хотелось оставлять его одного на достаточно долгое время, чтобы подготовить что-то более сложное.       Подойдя к дому, Вэй Усянь нагнулся и поднял с земли небольшой камешек. Он швырнул его примерно через половину двора, где тот стукнулся о большие камни. Затем он молча поднялся по лестнице и открыл дверь в дом.       Хуайсан сидел точно на том же месте, где он находился, когда Вэй Усянь ушёл. Действительно очень подозрительно.       - Что тебя задержало? - спросил он с абсурдно невинным выражением лица.       - Я не знаю никаких способов заставить воду закипать быстрее, - беззаботно ответил Вэй Усянь и поставил поднос на стол, прежде чем сесть.       - Это было бы первое, что я придумал, если б собирался пойти по своему собственному пути совершенствования, - заявил Хуайсан, лениво обмахиваясь веером.       - Серьёзно? Я бы подумал, что тебе захочется сделать что-то более полезное, например мгновенное брожение вина или превращение сырых ингредиентов в готовые блюда в мановение ока.       - О, это звучит полезно! - Хуайсан согласно покивал и схватил с тарелки фрукт. - А ты сам никогда этого не пробовал?       - Мои уникальные навыки были разработаны для войны, Хуайсан-сюн, а не для того, чтобы устраивать званые обеды. - Вэй Усянь вздохнул. - Хотелось бы наоборот, но…       Хуайсан глубокомысленно кивнул и откусил фрукт:       - Ох, это вкусно.       - Спасибо. Я сам вырастил это дерево в саду.       Хуайсан рассыпался в похвалах, превознося качество работы Вэй Усяня в саду. Это было приятно, но бессмысленно, и ему это быстро наскучило.       - Итак… как ты смог проникнуть так глубоко в Облачные Глубины без пропускного жетона? – прямо спросил Вэй Усянь.       Проникнуть внутрь без него было вполне возможно, но для этого требовался кто-то, кто открыл бы вам проход, или грубая сила, чтобы прорваться. Но совершенствование Хуайсана было далеко не таким сильным, чтобы он смог преодолеть барьер, и трудно было представить, чтобы кто-то впустил его, не просто дав ему пропускной жетон. Не считая того, что его брат был заклятым братом Лань Сичэня.       Хуайсан посмотрел на него в замешательстве:       - О чём ты говоришь, Вэй-сюн?       - Печати вокруг этого комплекса останавливают любого, у кого нет пропускного жетона Ордена Гусу Лань.       - Почему?       - Чтобы не дать мне уйти.       Короткая пауза, а затем рот Хуайсана приоткрылся, и он захлопнул веер.       - Ты хочешь сказать, что Лань Ванцзи держит тебя здесь в плену?!       Вэй Усянь рассмеялся:       - Не совсем. Это больше похоже на то, что если меня посадят в тюрьму, то никто не сможет обвинить меня в совершении всяких гнусных поступков, не выставив при этом себя на посмешище.       - Кажется, я не понимаю?       - Ну, представь, что слухи о моём дальнейшем существовании доходят до Ланьлина. Цзинь Гуаншань может прийти сюда и заорать: «Этот монстр посылал свирепые трупы, чтобы нападать на наших людей в течение последних шести месяцев! Отдайте его для правосудия!» И этот старый придурок Лань Цижэнь просто посмотрит на него и ответит: «Глава Цзинь, я ненавижу этого маленького нарушителя спокойствия ничуть не меньше, чем Вы, но дело в том, что он в ловушке и не может выйти за пределы огороженного печатями пространства уже целых три года. Как он мог напасть на заклинателей Ордена Цзинь?» И тогда даже Цзинь Гуаншань потеряет лицо из-за пустых обвинений.       Хуайсан рассмеялся:       - Ах, твоё впечатление о великом учителе действительно идеально! Совсем как в детстве!       - С тех пор я слишком много с ним общался. - Вэй Усянь вздохнул: - Хотя в последнее время он стал немного мягче. Я уверен, что это влияние А-Юаня. - Он покачал головой. - Но смена темы не принесёт никакой пользы. Я хочу знать, почему у тебя нет нефритового пропускного жетона.       - Что? Но он у меня есть! – настаивал Хуайсан, картинно изображая оскорблённые чувства. Он тщательно похлопал себя по мантии, а затем засмеялся, нервно обмахиваясь веером. - Кажется, я его потерял.       - Мм.       Ага. Как же. Потерял. Конечно, он его потерял. Можно было ожидать, что Не Хуайсан «потеряет» любое количество домашних заданий, свитков с техниками владения мечом и писем с наставлениями, но при этом он в жизни бы не потерял ни единой монеты, закуски, наспех нацарапанного стихотворения, запрещённой записки, эротической книги, или чего-то ещё, чем он действительно дорожил. Когда он что-то терял, это было намеренно. Вэй Усянь понял это ещё тогда, когда ему было пятнадцать.       - Итак… что заставило тебя вдруг почувствовать желание поговорить с Лань Чжанем?       В детстве они уж точно не были друзьями.       Обмахиваясь веером, Хуайсан почти застенчиво рассмеялся:       - Ну, он так много сделал, чтобы помочь старшему брату, что мне, конечно, захотелось прийти и поблагодарить его! - Он наклонился вперёд и понизил голос: - Идея о том, что мне придётся самому управлять Орденом, так меня напугала, что я не мог спать!       В это Вэй Усянь искренне верил.       - И это всё? Просто благодарность? Неужели твой брат не намекнул на тайный брак или тайного сына?       Действительно ли Чифэн-цзунь был настолько молчалив, даже рядом с младшим братом, которого он так преданно защищал?       - Ну… возможно, он и намекнул, - признался Хуайсан, - но я не ожидал встретить здесь тебя, Вэй-сюн!       - Никто никогда этого не ожидает, - согласился Вэй Усянь и снова вздохнул.       Казалось, к ним просто забредало много людей, и они всегда удивлялись, увидев его. Хотя многие считали его мёртвым, вероятно, именно с этим во многом было связано с их изумлением.       - Итак… никто никогда не хочет мне ничего говорить, - признался он. - Но ты мне расскажешь, да? После всех неприятностей, с которыми мы сталкивались в детстве, ты мне расскажешь, как там обстоят дела на самом деле, не так ли?       - Конечно, я расскажу! - тут же сказал Хуайсан и с сострадательным выражением вцепился в его руку. - Что бы ты хотел узнать?       - Всё, о чём мне не расскажет Лань Чжань. Что на самом деле произошло, когда стало известно, что я умер?       - Ну, я, конечно, в то время был дома в Цинхэ, поэтому знаю только слухи, - поведал Хуайсан, - но, очевидно, Цзинь Цзысюнь прибыл в Башню Кои, всего через несколько часов после месячного банкета в честь сына Цзинь Цзысюаня, и объявил что все, кто прятался в Могильных Курганах, были уничтожены. - Он заговорщически усмехнулся. - По слухам, он скорее произнёс это так, будто убил их всех сам.       - Кто бы сомневался.       - Естественно Цзинь Гуаншань был в восторге от этой новости, поэтому позже тем же вечером он уже лично сделал это большое заявление, - покачав головой, продолжил Хуайсан. - Ну, а на следующее утро Орден Цзинь организовал настоящие уличные фестивали, чтобы отпраздновать твою смерть, и…       - Уличные фестивали?! - воскликнул Вэй Усянь. - Серьёзно? Вэнь Нин убил только четырёх охранников! И этого было достаточно, чтобы они захотели устроить фестивали, потому что я якобы умер?!       - Ну, ещё был тот момент в начале кампании «Выстрел в Солнце», когда ты потерял контроль над Тигриной Печатью Преисподней и убил много их людей, - напомнил ему Хуайсан.       - Ах, да. Ага. Это действительно произошло. – Вэй Усянь грустно вздохнул. - Взгляд, которым Лань Чжань наградил меня после этого… чёрт, это было даже хуже, чем случайное убийство моих собственных союзников.       Ужасающая мысль во многих отношениях.       - В любом случае, едва начались фестивали, как Цзинь Цзысюнь начал говорить, что нет, это просто сбежавшие солдаты Вэнь были мертвы, а ты всё ещё на свободе, - продолжил Хуайсан. - Конечно, в то время он не признался, почему был так уверен.       - И почему он был так уверен? Лань Чжань даже уничтожил мою флейту, чтобы всё выглядело так, будто я умер!       Вэй Усянь не собирался когда-либо полностью прощать это.       - О, он был проклят, - легкомысленно сообщил Хуайсан. - Он был настолько уверен, что только ты мог проклясть его, и это было неизлечимо, так что это означало, что ты должен был быть ещё жив.       - Проклят? - повторил Вэй Усянь. - Я слышал, что он болен, но… проклят?       Хуайсан кивнул, обмахивая слегка побледневшее лицо:       - Мне жаль, но я видел труп, когда его хоронили. Отвратительная смерть.       - Он действительно был проклят и умер? Они так и не поймали виновного?       Означало ли это, что Вэй Усянь никогда не избежит обвинений в этом преступлении?       - Нет-нет, средний брат поймал его! - радостно воскликнул Хуайсан. – Орден Ланьлин Цзинь казнил его и всё такое, но спасти Цзинь Цзысюня было уже невозможно.       - Что ж, я рад, что меня за это не будут винить, но… - Вэй Усянь покачал головой. - А как насчёт всех остальных? Я имею в виду за пределами Ланьлина. Как они отреагировали на новость о том, что произошло в Курганах?       - Все верят, что ты мёртв, - сказал Хуайсан и для убедительности кивнул. - Никто, кроме Цзиней, не устраивал по этому поводу никаких фестивалей, но… было определённое чувство… облегчения, я полагаю? Потому что все они боялись, что в следующий раз, когда ты захочешь обратить своё демоническое совершенствование против живых, это могут быть они, а не Цзини. Или что ты собираешься создать свой собственный Орден и покорить всех остальных. Итак, они все были рады, что этого не произошло.       Вэй Усянь вздохнул:       - Полагаю, это имеет смысл.       Повёл бы кто-то другой себя так же, если бы оказался на его месте? Вероятно. Нет, на самом деле, если бы у него всё ещё было золотое ядро, он, скорее всего, был бы одним из тех горячих голов, что рьяно жаждали стать теми, кто лично победит злодейского демонического заклинателя…       - Итак, большинство людей сейчас придерживаются мнения, что Цзинь Цзысюань в одиночку убил тебя и всех твоих последователей-Вэней, и утверждает, что не делал этого только потому, что не хочет задеть чувства своей жены, поскольку раньше ты был её младшим боевым братом.       - Цзинь Цзысюань, - скептически повторил Вэй Усянь. - Убил меня? И Вэнь Нина? И десятки других солдат Вэнь, которые, как они думали, работали на меня? И люди в это верят?       - Ну, я, конечно, никогда в это не верил! – настойчиво проговорил Хуайсан. - Я видел, как вы оба тренировались, когда мы были мальчишками! Как он мог победить тебя? Это просто невозможно!       Вэй Усянь знал, что, вероятно, это была просто пустая лесть, но всё равно немного покраснел.       - Осмелюсь спросить, что, по утверждению Цзинь Цзысюаня, произошло на самом деле?       - О, он сказал, что добрался туда и обнаружил, что это место разрушено. Что ты, должно быть, потерял контроль над Печатью и уничтожил себя и всех своих последователей.       - Хорошо. Лань Чжань хотел, чтобы все думали именно так.       Независимо от того, насколько Лань Ванцзи отказывался это признавать, он, должно быть, чувствовал определённое оправдание, позволяя всем остальным думать, что он был прав с самого начала, когда пытался заставить Вэй Усяня отказаться от демонического совершенствования задолго до того, как кто-либо ещё захотел, чтобы он это прекратил.       Некоторое время они сидели молча, за это время Хуайсан допил чай и съел большую часть закусок. (Вэй Усянь, по крайней мере, сумел ухватить несколько семян лотоса, прежде чем его гость их полностью смолотил).       - Итак…старший брат на самом деле не хочет рассказывать мне о том, что здесь произошло, - сказал Хуайсан, нервно помахивая веером. - Кажется, он думает, что «Очищение» действительно помогло, но…       - Судя по тому, что ты написал в присланной тобой книге о методах совершенствования Не, я не думаю, что что-либо когда-либо полностью спасёт его от отклонения ци, - заявил Вэй Усянь, заставив Хуайсана вздрогнуть.       - Почему ты думаешь, что книгу написал я!       - Я помню твой почерк.       Хуайсан покраснел и спрятал лицо за веером.       - Я не знаю, о чём ты говоришь, - настаивал он.       - Конечно нет. – Вэй Усянь усмехнулся. - В любом случае, Лань Чжань очистил как можно больше отрицательной ци, и мы, по крайней мере, смогли немного успокоить дух сабли, так что…       - Кто это сделал? - спросил Хуайсан. – Старший брат произнёс это так, как будто…       - Как будто кто-то пытался его убить?       - Как будто кто-то пытался его убить.       Эта мысль приходила в голову и Вэй Усяню, но он не хотел ничего говорить, поэтому просто спросил:       - Есть идеи, кто?       Хуайсан покачал головой:       - Кто вообще захочет убить старшего брата? Он лучший! Даже если он слишком сильно меня нагружает.       Вэй Усянь рассмеялся:       - Для некоторых людей это было бы достаточной причиной: если они не лучшие, они хотят убить любого, кто таковым является. Или они могут увидеть в нём угрозу.       Это казалось наиболее вероятной причиной. Не Минцзюэ мог быть невероятно резким, но он всегда был настолько честен и благороден, что было трудно представить, чтобы он нажил себе врагов, кроме тех людей, которым было из-за чего его бояться.       - Лань Ванцзи рассказывал тебе, как он успокоил дух сабли? - спросил Хуайсан. - Я смогу это сделать?       - Ну, по правде говоря, это сделал не Лань Чжань, - признался Вэй Усянь. - Я имею в виду, что в самом строгом смысле он это сделал, но только после того, как я заложил фундамент. Если бы Лань Чжань был один, это бы не сработало. Но будем надеяться, что ситуация, которая тогда произошла, больше не повторится, и это останется чем-то вроде одноразового случая.       - Ты сделал… что именно? - Хуайсан нахмурился. - Ты использовал демоническое совершенствование?       - Нет, не совсем. «Сопереживание» находится на грани дозволенного, поэтому не каждый Орден одобряет его использование, но я не думаю, что даже самые упрямые среди Ланей назвали бы его демоническим.       Однажды Вэй Усянь упомянул об этом в присутствии Лань Цижэня, не спровоцировав отповедь, так что он считал это утверждение точным.       - «Сопереживание»? С Бася?       Вэй Усянь вздохнул и покачал головой:       - За эту саблю цеплялось так много человеческих обиженных духов, что Чифэн-цзунь не смог пронести её через массив вокруг этого комплекса. Её бы отвергли как призрака. Лань Чжаню пришлось положить Бася в подавляющий зло мешочек-цянькунь, чтобы доставить её ко мне.       - Человеческие души?! Это невозможно!       - К сожалению, не совсем. - Вэй Усянь нахмурился. - Я смог сразу обнаружить эти души.       Он был слишком хорошо настроен на посмертное человеческое негодование с тех пор, как потерял своё золотое ядро и был сброшен в Могильные Курганы, и даже всё лечение, которое ему оказал Лань Ванцзи, не изменило этого. Вероятно, ничто и никогда этого не изменит.       - Я пообещал Лань Чжаню, что больше не буду использовать демоническое совершенствование, поэтому мне не хотелось играть, чтобы заставить их добровольно покинуть саблю, хотя это был бы самый простой способ. В конце концов, Лань Чжань сыграл для них «Покой», и это заставило их отпустить свои обиды и двигаться дальше, не оказывая слишком большого негативного воздействия на дух сабли.       - Это могло бы всё разрушить, - произнёс Хуайсан нехарактерно серьёзным тоном и с таким мрачным выражением лица, что едва ли был похож в эту минуту на самого себя.       - Я смог поговорить с духами и объяснить им их ситуацию, так что это помогло им начать действовать.       Технически, он не столько разговаривал с ними, сколько приказал им оставить саблю, как только Лань Чжань сыграет «Покой». В конце концов, он не хотел показаться нарушившим своё слово, тем более что такого рода использование своих способностей явно не было тем, о чём он говорил, когда давал это обещание!       - Вероятно, это всё изменило.       - Я до сих пор не понимаю, как всё это возможно, - настаивал Хуайсан.       Вэй Усянь пожал плечами.       - Всё это было очень… - Он замолчал, не зная, какими словами можно описать ситуацию. - Я использовал «Сопереживание» с некоторыми из этих духов, но все они показали мне одну и ту же историю. В основном это были фермеры из западных регионов, находящихся под защитой Ордена Ланьлин Цзинь, все они жили очень близко к границе с территорией Ордена Цинхэ Не. На каждого из них напал человек в маске, который бросил им в лицо какой-то порошок.       - Порошок?       - Трупный яд, - пояснил Вэй Усянь. - Особо усовершенствованный тип трупного яда, который превратил их в живых мертвецов. Они демонстрировали все признаки свирепых трупов, только не умерли на самом деле.       - Ужасно!       Так и было. И когда Вэй Усянь описал то, что он видел в этих видениях «Сопереживания», Не Минцзюэ очень ясно дал понять, что хорошо знаком с концепцией живого трупа. Потому что несколько потенциальных демонических заклинателей пытались подражать Вэй Усяню и создать своих собственных Призрачных Генералов, используя живых людей вместо мертвых, потому что это было проще.       - Кем бы ни был человек в маске, он не только превратил этих людей в живые трупы, но и вырезал им языки, чтобы они не могли говорить. Так что никто из них не мог сказать, что они до сих пор живы. И, независимо от того, было ли это сделано намеренно или случайно, каждый из них в ту же ночь, когда они были превращены в живые трупы, был зарезан твоим братом.       - Тогда он знал, что старший брат охотится в этом районе, и использовал их, чтобы отравить его духовную энергию…       - Да, это самое простое объяснение, - согласился Вэй Усянь. К сожалению, поскольку этот высокоочищенный трупный яд соответствовал тому веществу, с которым Вэй Усянь столкнулся в некоторых ходячих трупах в Могильных Курганах и затем написал об этом в своих записях, он опасался, что наиболее вероятное объяснение также включает в себя тот факт, что человек в маске имел доступ ко всему, что оставалось в Пещере Успокоения Демона. - У него также был какой-то способ заставить их подчиняться его командам, и он отправил их патрулировать местность на пути Чифэн-цзуня. - То, как он заставил их подчиняться, имело жуткое сходство с Тигриной Печатью Преисподней, несмотря на то, что Лань Ванцзи уничтожил её. - Как много ты знаешь о том, что происходит в Башне Кои, Хуайсан-сюн?       - Хм? О, много! Младший названный брат мне всё рассказывает!       - Кто-то из Цзиней ходил в Могильные Курганы, чтобы забрать какие-нибудь мои вещи, которые там остались?       - Да, младший названный брат и один из приглашённых заклинателей ходили туда несколько раз, - ответил Хуайсан и кивнул с приятной улыбкой. – Младший названный брат сказал, что очищает территорию от всего опасного. Если не считать призраков и ходячих трупов, конечно. Это было бы слишком сложно даже для Ордена Ланьлин Цзинь!       Это означало, что всё, над чем работал Вэй Усянь, теперь находилось в руках Ордена Ланьлин Цзинь. Включая любые заметки, которые он сделал о природе иньского железа. Не то чтобы он мог специально вспомнить, как делал какие-либо такие записи, но он наверняка это сделал, хотя бы только для того, чтобы спланировать лучший способ уничтожения его, когда Тигриная Печать Преисподней больше не понадобится для самообороны.       - Это плохо, Вэй-сюн? - спросил Хуайсан. - Ты выглядишь беспокойным.       - Может быть, - признался он. - Зависит от того, забрали они мои вещи или просто уничтожили их. Если они уничтожены, всё в порядке.       Поскольку Вэй Усянь был настолько уверен, что никто никогда не проникнет в Могильные Курганы и не получит доступ к его записям, он вносил в них некоторые действительно опасные вещи, пока находился там…       - О, я уверен, что младший названный брат уничтожил бы что-то действительно ужасное, - легкомысленно пробормотал Хуайсан.       Выражение его глаз и то, как он обмахивался веером, говорили о том, что он не совсем верил своим словам.       - Я понимаю. А как насчёт этого приглашённого заклинателя? – уточнил Вэй Усянь. – Твой брат несколько раз жаловался на приглашённого заклинателя из Ордена Цзинь, но не стал вдаваться в подробности.       Голос человека в маске был Вэй Усяню не знаком, когда он слышал его речь в тех видениях «Сопереживания», так что это не мог быть Цзинь Гуанъяо, но, возможно, это был другой человек, который побывал с ним в Могильных Курганах…       Хуайсан начал обмахиваться быстрее.       - Я уверен, что не знаю его, - сказал он. - На самом деле я не очень часто бываю в Башне Кои. Я вижусь с младшим названным братом, когда он приезжает в Цинхэ, или когда мы встречаемся в других местах.       - И ты даже слухов не слышал? Твой брат никогда не упоминал этого заклинателя при тебе?       Конечно же, он не мог этого утверждать!       - О, ну да… но старший брат никогда не говорит о нём ничего особенного. – Хуайсан развёл руками. - Просто утверждал, что он ужасный, чудовищный человек, который любит убивать людей. Из тех, кто уничтожил бы целую семью только потому, что решил, что кто-то из них обидел его.       - Тогда он, должно быть, идеально подходит Цзинь Гуаншаню, - пробормотал Вэй Усянь и мрачно усмехнулся.       Хуайсан рассмеялся и кивнул:       - Могу поспорить, что да!       Вэй Усянь всё ещё пытался придумать другую линию допроса, чтобы попытаться получить больше информации от Хуайсана, когда дверь дома открылась и в комнату вбежал А-Юань, за ним следовал Лань Сичэнь. Хуайсан поднялся на ноги и приятно улыбнулся главе Лань.       - Ой, средний брат! Я не ожидал увидеть тебя здесь!       - Это дом моего брата, - напомнил ему Лань Сичэнь, возвращая улыбку. - Но я понятия не имел, что ты заглянешь в гости, Хуайсан. Ты не сказал мне, что придёшь!       - Я просто проезжал мимо и зашёл, - заявил Хуайсан, несмотря на то, что Облачные Глубины были абсолютно недоступны для любого путешествия, которое он мог совершить, пройдя двадцать ли пешком от ближайшего города, чтобы добраться до главной резиденции Гусу Лань. - Я не хотел тебя беспокоить.       - Как ты вообще мог быть таким надоедливым? – пожурил его Лань Сичэнь. - А-Юань сказал, что ты потерял свой пропускной жетон, поэтому я принёс тебе новый.       - О, спасибо тебе огромное, средний брат!        Хуайсан с поклоном принял подарок.       - Может быть, ты хочешь пойти со мной и попить чаю? - предложил Лань Сичэнь. - Я хотел бы услышать, как поживает старший брат.       - Ах, да, конечно! - Хуайсан повернулся и весело помахал Вэй Усяню. - Было чудесно снова увидеть тебя, Вэй-сюн! Нам действительно нужно написать друг другу!       - Ты не можешь этого сделать, Хуайсан, - строго сказал Лань Сичэнь. - Не должно быть никаких письменных свидетельств того, что Вэй Усянь здесь, пока Цзинь Гуаншань и его Орден продолжают рассматривать его как врага.       - Ой. Ой. Я понимаю, - произнёс Хуайсан с очень подавленным видом. - Но ты мог бы сам передавать наши сообщения, средний брат! - внезапно запричитал он, заставив Вэй Усяня поморщиться.       Представьте, что вы просите главу Ордена стать курьером!       - Я полагаю, что мог бы, если ты не станешь упоминать его имя, - сказал Лань Сичэнь и вывел Хуайсана из дома.       Как только дверь за ними закрылась, А-Юань с беспокойством посмотрел на Вэй Усяня:       - Он не сделал ничего плохого, правда, папочка?       - Нет, мы просто поговорили. Почему ты думаешь, что он сделает что-то плохое? Разве я не говорил тебе, что он безвреден?       Хотя, возможно, он и ошибался на этот счёт. Конечно, теперь выяснилось, что он всегда недооценивал интеллект и хитрость Не Хуайсана.       - Дядя связался с охраной, и все они утверждали, что не видели, как он прибыл.       - Он попал в Облачные Глубины без нефритового пропускного жетона и остался незамеченным? - удивлённо повторил Вэй Усянь.       Возможно, он недооценивал и другие навыки этого человека! Хотя, конечно, он не мог просто так прорваться внутрь, поскольку нефритовые пропускные жетоны членов главной семьи были способны предупредить своих владельцев о появлении незваных гостей, так что кто-то должен был видеть Хуайсана. Он, должно быть, либо подкупил кого-то, чтобы его впустили (и сохранил это в секрете), либо украл пропускной жетон, а затем выбросил его куда-нибудь, чтобы его с ним не поймали. В любом случае, Вэй Усянь не ожидал, что Не Хуайсан способен на это!       - Дядя, похоже, не волновался, но я волнуюсь, - продолжил А-Юань.       - Тебе действительно не о чем тревожиться, - заверил сына Вэй Усянь, поглаживая его по голове. - Он мой старый друг. - И Хуайсан, похоже, всё ещё думал о нём как о друге: он не только съел всё, что подал ему Вэй Усянь, но и сделал это с большим энтузиазмом! Полная противоположность его брату, который не выпил ни единого глотка чая, даже несмотря на то, что доверил Вэй Усяню использовать «Сопереживание» со своей саблей! - И ты помнишь того большого, страшного парня, для которого Лань Чжань играл «Очищение»? Это его старший брат.       - Но они совсем не похожи! - возразил А-Юань.       - Ну, насколько я помню, у них были разные матери, - немного подумав, сказал Вэй Усянь. - Они очень близки, хотя глава Не любит жаловаться на то, как много Хуайсан делает неправильно.       - Прямо как ты и отец, - кивнув, заключил А-Юань.       - Что? Нет! Почему ты так говоришь?!       - Но отец жалуется, когда ты нарушаешь правила.       - Это другое.       - В чём различие?       - Во всех отношениях! - настаивал Вэй Усянь.       Но, конечно, его сын не захотел принимать объяснение «потому что я так сказал», поэтому Вэй Усяню пришлось потратить половину дня (по крайней мере, ему так показалось), пытаясь всё растолковать.