Часть 20

Солнце постепенно клонилось к закату, окрашивая небо в глубокий оранжевый. День выдался жарким, и даже в этот час от воздуха всё ещё веяло раскалённым зноем. Салли и Блиц заканчивали убирать инструменты в сарай. Работа шла неспешно, но весело: чтобы скоротать время, они играли в слова. — Нарцисс...— выпалила Салли, аккуратно ставя в угол грабли. — Силач! — тут же откликнулся Блиц, поднимая мешок с сеном. — Чародей! — Салли усмехнулась, явно предвкушая свою победу. Блиц на мгновение застыл, бросив на неё взгляд. Слово никак не шло на ум, и он чуть нахмурился, что заставило Салли рассмеяться. — Эй, ты сдаёшься? — поддразнила она, скрестив руки на груди. — Я никогда не сдаюсь! — огрызнулся он, но тут же махнул рукой. — Ладно, сдаюсь. Жара уже мозги плавит. Он раздражённо стянул с себя майку, обнажив тело, покрытое мелкими шрамами и каплями пота. Салли лишь хмыкнула, делая вид, что её это ничуть не смущает. — Ого, ну всё, теперь ты точно победил. Слов у меня больше нет. — она усмехнулась и отвела взгляд. — Ха, вот видишь! — Блиц ухмыльнулся, кидая свою майку на плечи. — А ты думала, я проиграю? Они продолжили убирать, на какое-то время погрузившись в работу. Их молчание не было неловким, скорее, оно отражало ту редкую гармонию, которая могла быть между двумя бесами, привыкшими понимать друг друга без лишних слов. Но Салли не могла не заметить, что с самого утра Блиц был немного... странным. Обычно он шутил, отпускал колкости, а сегодня был какой-то задумчивый, словно что-то его тревожило. Наконец, не выдержав, она остановилась, опираясь на лопату. — Слушай... — начала она, осторожно выбирая слова, — ты на меня, что ли, злишься? Блиц бросил на неё короткий взгляд, но тут же вернулся к мешку, который пытался затолкать на полку. — Нет... — буркнул он, но его голос звучал неубедительно. — Да ладно, Блиц, я же вижу. Ты с утра почти не разговариваешь со мной. Что я такого сделала? Он резко бросил мешок, повернувшись к ней. Его глаза сверкали гневом, но в этом гневе чувствовалось больше беспокойства, чем настоящей злости. — А как ты думаешь? — резко ответил он. — Ты с утра потащила Столаса в город! Салли удивлённо подняла брови. — Ну и что? Он был в платке, никто его не узнал. Да и что с того? — Что с того?! — воскликнул Блиц, подходя ближе. Его тон стал резким, почти раздражённым. — А если бы кто-то догадался, кто он? Ты вообще понимаешь, в какой жопе он оказался бы? Салли упрямо вздохнула, сложив руки на груди. — Блиц, ты преувеличиваешь. Всё прошло гладко, никто даже не посмотрел в нашу сторону. — Вот именно! — он резко махнул рукой. — Потому что вам повезло. Он вдруг осёкся, словно поняв, что перегнул палку, и отвернулся. — Ладно, проехали... — бросил он, начиная укладывать оставшиеся инструменты. Но Салли не собиралась сдаваться. Она осторожно подошла к нему, глядя на его напряжённую спину. — Ты серьёзно так переживаешь за него? — спросила она, её голос стал мягче, почти ласковым. — Я просто не хочу, чтобы у нас потом были проблемы. — ответил Блиц, не оборачиваясь. Салли улыбнулась, её взгляд стал чуть лукавым. — Или, может, дело не только в этом? Он резко обернулся, нахмурившись. — Что ты хочешь сказать? — Да ничего. — она пожала плечами, но её голос был наполнен насмешкой. — Просто ты, как по мне, слишком сильно волнуешься за своего принца. Блиц покраснел, но быстро отвернулся, чтобы она не заметила. — Не выдумывай! — пробормотал он, пытаясь скрыть смущение за раздражением. Салли засмеялась, лёгким толчком в плечо возвращая их привычную дружескую атмосферу. — Ладно, ладно, не буду. Салли, улыбаясь, продолжила укладывать инструменты, но её взгляд снова стал мягче. Она мельком взглянула на Блица, который, казалось, полностью погрузился в свою работу, лишь бы не продолжать неудобный разговор. Однако молчание — не её стиль. — Знаешь, — начала она, делая вид, что говорит о чём-то незначительном, — Столасу, кажется, понравился наш городок. Блиц напрягся, но ничего не ответил, только бросил быстрый взгляд в её сторону. — Ты бы видел, как он удивлялся всему подряд. — Салли сдержала смешок, вспоминая утренние события. — Будто не просто в город приехал, а в какой-то другой мир попал. — Чем же он так впечатлился? — спросил Блиц, всё же не удержавшись от интереса, но его голос звучал равнодушно. Салли повернулась к нему, её глаза блестели от удовольствия рассказывать. — Ну, для начала — базаром. Утром там столько народу, что даже мне иногда тяжело сориентироваться. А он стоял, как загипнотизированный, смотрел на всё вокруг. Особенно на прилавок с овощами. Там как раз стояла мисс Урса. Ты должен ее помнить, она в прошлом году на мамином юбилее была. Так вот.... Стояла она с большими корзинами, всё аккуратно разложено. Помидоры, кабачки, тыквы... И Столас подошёл к ней и спросил, откуда такие ровные помидоры. С таким серьёзным лицом, как будто от этого зависит судьба мира. Блиц не смог удержаться и тихо фыркнул. — Да, я помню тетю Урсу. Такую женщину не забудешь. И что же она ему ответила? — Что помидоры, мол, такие, потому что сорт хороший. А потом ещё долго рассказывала про свой огород. И знаешь что? Он слушал её минут десять! — Пха, ты меня не удивила! — Блиц хохотнул, покачав головой. — По-моему, он даже хотел записать что-то в свой блокнот, но потом передумал. Салли наклонилась, чтобы поднять выпавшую лопату, но продолжила говорить. — А потом он увидел кузнеца. У того как раз стоял мальчишка, что-то разглядывал, а Столас подошёл к ним, как будто сто лет таких вещей не видел. — И что он там делал? — спросил Блиц, теперь уже не скрывая интереса. — Сначала просто смотрел. А потом кузнец взял в руки подкову, начал её выгибать, ну, как он это делает, чтобы показать силу, знаешь? Столас... — Салли едва не рассмеялась снова. — он спросил: "А подковы всегда делают вручную?" А кузнец ему такой: "А как же ещё, милорд?" Ты бы видел выражение лица Столаса. Он явно не ожидал, что его так назовут. Салли аккуратно поставила грабли в угол сарая и, вытирая руки о передник, продолжила: — Да и вообще с кузнецом особенно забавно вышло. Сначала все шло нормально, а потом я стала замечать как этот кузнец все ближе и ближе подходил к Столасу. И постоянно старался к нему прикоснуться: то за плечи приобнимет, то за руку прикоснется... Блиц молча сложил вилами еще один инструмент, взгляд у него становился всё более острым. — А когда Столас начал задавать вопросы про наковальню, металл, процесс ковки — кузнец так оживился! Прям расправил плечи, заулыбался... А потом... Она усмехнулась, театрально взмахнув рукой. — Потом начались заигрывания. Знаешь, такие: "А вы, господин, часто в наших краях бываете? Может, зайдёте как-нибудь, я покажу вам свои... инструменты?" Блиц всё это время молча укладывал инструменты, но каждый его жест становился резче. Его хватка на рукояти лопаты сдавливалась так, будто он пытался выжать из неё сок. — И главное, Столас сначала не понял. Серьёзно, смотрел на кузнеца своими большими глазами, как будто всё это — чистое любопытство. Но кузнец не сдавался. Начал уже шутить, что, мол, "для такого утончённого джентльмена у меня всегда найдётся время"... Треск разломившейся лопаты заставил Салли замереть. Она медленно обернулась и увидела, как Блиц с хмурым лицом сжимает в руках две половинки рукояти. — Ты чего? — спросила она осторожно, всё ещё не понимая, что вызвало такую реакцию. — Ничего. — процедил Блиц, бросив обломки в угол. Его голос был ровным, но от него веяло глухим раздражением. Салли нахмурилась, но продолжила, теперь уже с осторожностью в голосе: — Ну, в итоге, когда до Столаса всё-таки дошло, он мило улыбнулся, кивнул и сказал что-то вроде: "Благодарю за предложение, но, увы, вынужден отказаться". Она замолчала, наблюдая за Блицем, и наконец заметила его напряжение. Глубокий вдох, суровый взгляд куда-то в сторону, сжатые челюсти. Только теперь её осенило, в чём дело. — Подожди... Ты что, злишься из-за этого? — осторожно спросила она. Блиц бросил на неё короткий взгляд, в котором мелькнуло что-то вроде раздражённого признания, но он ничего не ответил. — Ну, конечно, злишься! — продолжила Салли, уже более уверенно. Её глаза заблестели хитростью. — Ты переживаешь за своего принца. — Салли, не начинай! — хмуро оборвал её Блиц, взяв новый инструмент. — Ну-ну, кто бы говорил. Ещё немного, и ты бы побежал искать этого бедного кузнеца с этим самым топором, который сейчас кладёшь на полку. Блиц шумно выдохнул, словно пытаясь удержать себя в руках. Салли, почувствовав, что задела его за живое, всё же решила сменить тон, чтобы его успокоить. — Ладно-ладно, расслабься. Столасу кузнец явно не понравился. Поверь, он так вежливо, но чётко его отшил, что у того желание флиртовать пропало напрочь. Блиц слегка замер, потом нехотя взглянул на неё и произнёс: — Правда? — Абсолютная, — уверенно кивнула Салли, улыбнувшись. — Он вообще смотрел на него так, будто тот предлагает что-то совершенно нелепое. Блиц, кажется, немного расслабился, хотя его взгляд всё ещё был слегка хмурым. — Вот и отлично. — пробормотал он, бросая оставшиеся инструменты в угол. Салли наблюдала за ним с лёгкой усмешкой. Её догадки только подтвердились, и ей стало даже немного приятно, что этот непокорный демон может быть таким заботливым. Солнце уже клонилось к закату, окутывая всё вокруг мягким золотистым светом. Лёгкий ветерок шевелил траву у порога сарая, когда из-за угла дома показался Столас. Когда принц приблизился, он собирался что-то сказать, но стоило ему подойти ближе, как его взгляд замер на фигуре Блица. Бес с перекинутой майкой через плечо, обнажив сильные, мускулистые руки и грудь, покрытую тонким слоем пыли от работы. Его кожа блестела от пота, и каждый мускул двигался с точностью, когда он работал. Свет солнца играл на его обнажённом торсе, словно подчёркивая каждую деталь, каждую линию его тела. — О, Столас! — первой заметила его Салли. Она махнула рукой, привлекая внимание. — Что-то случилось? Столас вздрогнул, словно очнулся от своих мыслей. Он поспешно отвёл взгляд от Блица, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Лин... Лин прислала меня... — начал он, голос чуть дрогнул. — ...сказать вам, что ужин готов. Блиц обернулся, и его взгляд встретился с глазами Столаса. Тот на мгновение замер, не в силах отвести взгляд. В этом жарком вечернем свете Блиц казался совершенно другим — первобытным, свободным и невероятно притягательным. — О, отлично! Спасибо. — сказала Салли, прерывая тишину. Она стряхнула с шорт пыль и направилась к дому, оставляя мужчин наедине. Столас всё ещё стоял, не двигаясь, пока Блиц вытирал шею своей майкой. Каждый его жест казался медленным, почти нарочито расслабленным. — Что-то ещё? — спросил Блиц, поднимая бровь. — Нет... нет...— поспешно ответил Столас, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди. Он заставил себя улыбнуться, но взгляд снова предательски вернулся к обнажённому торсу Блица. Блиц заметил его замешательство. На его лице появилась хитрая усмешка, и он, будто невзначай, провёл рукой по шее, стряхивая пот. — Жарко сегодня, правда? — лениво бросил он, разминая плечо. — О-очень. — ответил Столас, чувствуя, как голос предательски дрожит. Он не знал, как долго ещё сможет выдерживать эту напряжённую тишину. Его взгляд метался между взглядом Блица и безопасной зоной — пыльным полом у его ног. Блиц заметил его реакцию и, не скрывая своей усмешки, подался чуть вперёд, так что Столас не мог избежать его взгляда. — Ну что, Ваше Величество, — сказал Блиц, слегка ухмыляясь. — я тебе нравлюсь в таком виде? Ты что-то долго смотришь. Столас, почувствовав, как его щеки раскраснелись, попытался скрыть свою растерянность. — Я… я просто не ожидал, — пробормотал он, стараясь избежать взгляда Блица. Но тот не собирался оставлять его в покое. Блиц, видя, как Столас смущён, но явно сдерживает себя, почувствовал вспышку злости, вспоминая кузнеца и его попытки флиртовать с принцем. Эта мысль, что кто-то другой может претендовать на Столаса, заставила его сердце забиться быстрее. Но вместо того, чтобы сразу выплеснуть свои эмоции, он решил немного «помучить» принца. — Так ты, значит, ценишь мужчин с красивым телом? — проворковал Блиц, не скрывая своего хищного интереса. — Может, я тебе ещё что-нибудь покажу? Столас не знал, как реагировать. Он чувствовал, как его желание разгорается. Столас пытался отгородиться от этого чувства, но не мог. Блиц так откровенно провоцировал его, что принц не мог перестать думать о порочных мыслях. Он мог бы сдержаться, но не с ним. Блиц знал, как именно дернуть за нужную ниточку, и Столас, в свою очередь, знал, что должен был отвечать так же страстно. Но в этот момент, в этом тихом, напряжённом пространстве между ними, он всё больше осознавал, что Блиц затягивает его в этот водоворот — и не собирался отпускать. Блиц, заметив, как Столас задыхался, в конце концов решил не продолжать игру и просто шагнул вперёд, чтобы оказаться ещё ближе. — Ну, и что ты думаешь? — О чем? — Столас поднял брови, всё ещё пытаясь вернуть себе спокойствие. Блиц усмехнулся, опёрся плечом о дверь сарая и, внимательно глядя на Столаса, спросил: — Кузнец, о котором Салли рассказывала. Интересный мужик? Столас моргнул, не сразу понимая, о чём говорит Блиц. — Кузнец? Ох… — он наконец понял, к чему клонит Блиц. — Эм… он показался мне… достаточно вежливым. — Вежливым? — протянул Блиц, его тон был слишком непринуждённым. — Она говорила, что он к тебе там чуть ли не с предложение потрахаться лез. Щёки Столаса заалели, и он неловко опустил глаза. — Он… просто проявил любезность. Но я дал ему понять, что не заинтересован! — быстро добавил он, вновь поднимая взгляд на Блица. Блиц какое-то время смотрел на него молча, а потом криво усмехнулся, перекинул майку на плечо и сказал: — Ну, хорошо. С кузнецом всё ясно. А то я уже думал, он слишком напористый, и мне придётся поговорить с ним по-мужски. Столас смутился ещё больше, но попытался скрыть это, неловко поправив манжеты рубашки. — Ты, кажется, слишком беспокоишься обо мне. — мягко заметил он. — Ну, кто-то же должен. — бросил Блиц с ухмылкой, и, не дожидаясь ответа, направился к дому. После слов Блица, Столас едва заметно улыбнулся и, сложив руки за спиной, посмотрел ему вслед. — Не ты ли говорил, что не будешь моей нянькой, пока я тут? — бросил он в шутку, голос звучал легко, но в нём была нотка искренней благодарности и смещения. Блиц замер на месте, а затем обернулся, прищурившись. — И что? Тебя что-то не устраивает? — ответил он с усмешкой, махнув рукой в сторону дома. — Напротив, я очень рад. — спокойно ответил Столас, чуть склонив голову, и в его глазах мелькнул тёплый огонёк. — Тогда закрой тему, а то ещё решишь, что я слишком забочусь о твоей пернатой персоне! — пробормотал он, прикрывая смущение шутливой грубостью. После нескольких секунд молчания Столас взглянул на Блица, и в его глазах появилась некоторая мягкость. — Я не привык к такой заботе от тебя, Блиц. — тихо произнёс Столас, глядя в его глаза. — Но мне....это нравится. Блиц замер, почувствовав, как что-то теплое и искреннее пронизывает его. Он хотел что-то ответить, но не успел. В этот момент, не давая себе шанса на раздумья, Блиц просто схватил его за плечи и притянул к себе. Поцелуй был быстрым, но настолько страстным и неожиданным, что Столас едва успел среагировать. Губы Блица были жёсткими и настойчивыми, а его прикосновение — горячим. Столас замер, ощущая, как мир вокруг него исчезает, оставляя только этот момент, этот поцелуй, который словно пронзил его с головой. Блиц не был осторожен, не хотел быть осторожным, и это ощущение захватило Столаса, заставив его закрыть глаза, отдаваясь этому импульсу. Через мгновение Блиц отстранился, дыша тяжело, а Столас остался стоять, ещё ошарашенный, но с сердцем, учащённо колотящимся в груди. — Что это было? — прошептал Столас, не веря собственным ощущениям. Блиц отвёл взгляд, слегка смущённый, но его голос звучал уверенно. — Не знаю. Но ты сам виноват! — буркнул он, стоя рядом. Столас взглянул на него, улыбаясь с лёгким недоумением. — Блиц, это совсем не в твоем репертуаре. — прошептал он, но глаза его уже искрились чем-то более нежным, чем прежде. Когда Блиц отстранился от Столаса, он не смог скрыть того, что происходило с ним внутри. Его дыхание было тяжёлым, а взгляд — всё более горячим. Он взглянул на Столаса, и что-то внутри него рвануло. С каждым мгновением напряжение нарастало. Не в силах больше сдерживаться, он резко схватил Столаса за руку. — Пошли со мной... — сказал он низким, почти хриплым голосом. — сейчас же! Столас, не успев даже понять, что происходит, оказался втянут в этот вихрь страсти. Он оглянулся на Блица, не ожидая такого резкого поворота, но чувствовал, как его тело откликается на его действия. Глаза Блица пылали, а его рука держала Столаса так сильно, что тот не мог вырваться. — Блиц, куда ты меня тащишь? — удивлённо спросил Столас, но не смог скрыть тронувшее его чувство возбуждения. — В машину, — Блиц быстро направился к своей машине, не отпуская его. — Будешь спорить? Столас замер на мгновение, чувствуя, как его сердце забилось быстрее. Он не знал, что именно заставляло его следовать за Блицом — желание, страсть или же просто импульс, который они оба не могли игнорировать. Но всё это казалось таким естественным, таким захватывающим, что он не смог сопротивляться. Они добрались до машины, и Блиц, не говоря больше ни слова, открыл дверцу и толкнул Столаса внутрь. Как только Столас оказался на сиденье, Блиц прыгнул рядом и, едва закрыв дверь, мгновенно накрыл его губы своими. Поцелуй был глубоким и требовательным, как будто они оба хотели поглотить друг друга, забыв обо всём. Блиц чувствовал, как его тело пульсирует от желания, а Столас, казалось, уже не мог сопротивляться. Вся его нервозность исчезла, уступив место только этому острию страсти. Они оба забыли, где находятся, забыли обо всём — кроме друг друга. — Ты не против, если мы пропустим ужин? — Блиц тяжело дышал, отрываясь от поцелуя, но не отступая. Его голос звучал с каким-то диким предвкушением. Столас, уже теряя контроль, с трудом улыбнулся и ответил: — Думаю нет смысла отвечать что-либо, Блитси...