III

      Не успев оправиться от недавних событий связанных с возвращением маркиза Накахары в родную обитель после длительного путешествия по Средиземному морю, Лондон содрогнул и поставил на уши визит еще одного уважаемого господина: герцог Акутагава покинул родовую усадьбу в Глостершир и прибыл в столицу ранним утром.       Молодой герцог оказался довольно занятной личностью и удостоил своим визитом юную леди в её доме только когда она достигла брачного возраста. И все это только для того, чтобы помочь сестре найти достойного её руки мужа. Другой причины возвращаться в старый добрый Лондон он не видел.       Будучи ребенком ему уже успела наскучить бесцельная жизнь в этом городе. И только после смерти своего отца, он принял непоколебимое решение переехать в семейное гнездо и управлять усадьбой как полагается главе семьи.       Акутагаве не хотелось, чтобы о его приходе оповещали, чтобы сразу начали расспрашивать о всех делах связанных с графством или о приданом Гин. О его приезде знали единицы, но слухи разлетелись подобно ветру очень быстро. Письма маркиза – единственного давнего приятеля или можно сказать даже друга — только укрепили нежелание герцога становиться членом лондонского общества, коим он являлся даже заочно.       Мужчина не спеша проходил по комнатам, направляясь в главную залу, где суетливая прислуга выполняла все поручения, мотаясь и бегая туда-сюда. Сестра встретила его радушно и провела в их бывшую комнату для игр. Теперь же это была скромная чайная для их очень маленькой семьи.       — Рада, что ты прибыл так скоро, дорогой брат. Надеюсь, дорога была легкой.       — Вполне.       Его взор был направлен на цвет чая в его чашке. Благородный светло-коричневый оттенок радовал взор, стойкий и приятный аромат вынудил облегченно вдохнуть. Наконец-то он расслабился. Признаться, отчасти он был рад своему возвращению. Было что-то успокаивающее в том, что он у себя дома, что-то умиротворяющее в наступлении столь знакомой тишины в родных стенах.       — Надеюсь, что удача будет сопутствовать нам в выборе подходящего джентльмена так же, как и моя благоприятная дорога сюда: без курьезов и невзгод.       Гин просто засмеялась — тихонько, как и полагалось настоящей леди.       — Вижу ты настроен решительно.       — А разве может быть иначе?       Немного повернувшись к сестре, что так удобно расположилась в кресле напротив, он поставил свою чашку на боковой стол и подошел к небольшому панорамному окну, где открывался вид на одну из старейших улиц города.       — Мне казалось, в этом году ты более решителен в поиске невесты. Я как раз составила список порядочных девушек для тебя, дорогой брат.       — В этом нет нужды. В прошлом сезоне я четко дал понять назойливым леди и их матерям, что не собираюсь потакать их желаниям и прихотям, — он не сводил глаз с оживленной улицы. Вид идущих туда-сюда прохожих казался ему куда более занятным, чем ловкий взгляд сестры, который, казалось, скоро дыру в нём проделает.       — Мой брат снова разобьет хрупкие девичьи сердца и надежды докучных мамаш. Ах-х! — наигранно охнула девушка и продолжила:       — Похоже, мисс Хигучи ждет самое большое разочарование в её жизни.       — Тем же лучше для юной баронессы, — его темные цвета грозовой тучи глаза устремились на сидящую с чашкой чая девушку.       — Вокруг достаточно галантных джентльменов, что смогут обеспечить ей жизнь в достатке.       — Можно подумать только в этом дело.       Она снова загадочно сверкнула глазами, на что получила в ответ легкое смятение на лице горячо любимого брата. Рюноскэ оборвал себя на полуслове, словно заново взвешивая то, что собирался спросить и какой ответ может получить. В конце концов он понял, что явно не желает знать правды о мисс Хигучи.       Женитьба? Он не думал о ней, не строил планов. Значит, тем более нет никакого повода для того, чтобы вращаться в высшем свете. Акутагава не желал этого. Еще в детстве он дал себе клятву обеспечить себя и свою дорогую сестру, одарив её всем, что она пожелает. После кончины отца титул перешел в наследство сыну. Новоиспеченный герцог быстро сложил чемоданы и отправился в добровольную ссылку для того, чтобы в полной мере принять управление усадьбой и всеми семейными средствами в свои руки.       Рюноскэ часто задумывался над тем, почему отец не посчитал нужным приблизить к себе сына и дочь, и не находил ответа. Разве что дело было в непомерных амбициях герцога, в его непомерной обиде на то, что столь желанный и долгожданный сын не оказался сразу таким, каким хотел его видеть отец.       Молодой герцог не задумывался о своих достоинствах, но часто напоминал себе о недостатках, о которых так часто упоминал отец в своих письмах сыну. Теперь он пытался наслаждаться открывшейся перед ним жизнью — общением с избранными им прослойками золотого общества, с книгами и ценными бумагами поместья, с огненноволосым маркизом и охотой. И порой, когда Акутагава все-таки вспоминал об отце в минуты уединения, ему приходила в голову мысль, что тот бы не одобрил такой плавно перетекающий ход вещей в жизни сына. Слава небесам у него была сестра, которая сможет взять на себя ответственность в вопросах продолжения рода, пускай даже под фамилией будущего мужа.       Рюноскэ считал своим долгом выбрать сестре достойную её уму и титулу пару.       Гин поднялась с удобного бархатного кресла, отряхнула зеленый шелк платья, украшенного витиеватыми узорами с бордовых и черных нитей. У нее была такая прическа, что один локон длинных густых черных волос спадал на плечо, слегка касаясь ее декольте. Она что-то начала говорить, но Рюноскэ, будучи в достаточной степени воспитанным и зная, что даму полагается слушать хотя бы вполуха, не различал сейчас почти ни слова из того, что она говорила. И все же, своим чутким слухом он смог что-то уловить за визит сестры к модистке сегодня после бранча.       — Не желаешь присоединиться? Думаю, выбор ткани и фасон платья для королевского приема должен заслужить твою апробацию, мой дорогой брат. Она ласково похлопала его по плечу, обращая взор мужчины на себя. Тот же в свою очередь обернулся, взял её нежную руку в свою, а затем галантно поцеловал ее.       — Вынужден отказаться. Думаю, портниха знает толк в женской моде лучше меня. Вместо этого должен совершить визит в студию маркиза Накахары. Сегодня он ждет меня.       — Вот как, — она снова тепло посмотрела на Рюноскэ.       — Как мне известно, он не так давно вернулся с длительного путешествия. Вам будет о чем поговорить. Думаю, компания милорда пойдет тебе на пользу, дорогой брат.       Он промолчал, но одарила Гин едва уловимой улыбкой, коей была достойна только она одна.