(не)правильный путь

На самом деле, Юнги не так себе представлял этот вечер. Хотел посидеть с парнями за курочкой. Обсудить дела, посмеяться с выходок братьев. Да только колотил грушу в опустевшем тренировочном зале. Знал, что нельзя себя так напрягать – утром вновь идти на работу. Юнги ударил сильнее, перехватывая грушу в воздухе. Не мог успокоиться, хоть и боксировал уже около часа. Последняя вылазка закончилась неудачей. Вместо сумки с деньгами и должника, они получили наряд полиции и погоню. Сынхо прострелили плечо, они едва унесли ноги, скрываясь на вечно шумном Итэвоне. Повезло, что у них были связи в любом уголке Сеула. Друзья, старые знакомые, другие должники. Сынхо лишь краснел, когда его оставили на ночь с красоткой-медсестрой, что помогала им время от времени. Любой полицейский, даже последний идиот, прочешет все больницы в надежде отыскать раненого в плечо. А полиция ой как хотела получить несколько медалек за поимку особо опасных преступников. Даже льстило, что их считали такими опасными. К счастью, никто из его братьев сейчас не находился в тюрьме. Они были осторожны и хитры. В их интересах отыскать себе алиби на ночь. В бар дорога закрыта, Сокджин вновь отправил смску, что младший Ким приходил. Повертелся пару минут и ушел восвояси. Юнги не понимал, чего хотел от него малый. На его месте Мин бы максимально избегал и бара, и самого Юнги. Но этот самоубийца будто специально напрашивался на рожон. Хотел, чтобы ему прострелили голову? И Юнги, как дурак, выкинуть его из головы не мог. Не знал, чем зацепил его парень, которого видел от силы полдня, да и говорил с ним и того меньше. Жаль его. Слишком милый, слишком невинный. Попал в ситуацию, из которой любой другой мог и не вернуться. Только Юнги нужно было посмотреть в его глаза, чтобы понять: «неправильно». Обычно Юнги не вмешивался в дела их клиентов. Какая разница, что они отдают, чтобы расплатиться с долгами. Но принципы у него свои были. И таких людей, как Ли Хаген, он ненавидел. На одного подонка меньше. Мин дернулся, когда грубые ладони легли на его талию, чуть сжимая. Мурашки пробежались по спине. Едва не зарядил тому в нос, но Хосок лишь усмехнулся, вовремя откидываясь назад. И руки убрал. — У кого-то плохая ночка? Юнги недовольно взглянул на офицера, пытаясь согнать мурашки по телу. — Если бы ты только знал, — зачесал мокрые волосы назад, прищурился на Чона. — Нам чертовски повезло, что никто не умер. Хосок фыркнул, обходя его. Вместо привычной формы – растянутая майка и спортивные штаны. Юнги облизнул пересохшие губы, беззастенчиво пялясь на напряженные мышцы рук. Прекрасно знал, что он мог спокойно повалить его на землю. С усилиями, конечно, но Юнги бы ему позволил. А потом ударил бы сам. Чон стал позади груши, придерживая ее двумя руками. Приподнял подбородок, молчаливо предлагая Юнги продолжить тренировку. И как от такого предложения отказаться? Чон Хосок был его спарринг-партнером несколько месяцев. С тех пор, как поймал за шкирку, когда Юнги впервые неудачно ограбил свою цель. В то время Хосок лишь начинал, был на стажировке в полицейском участке. Только вместо привода в полицию, Чон Хосок пожалел его. Глупейшая ошибка. Отвел в закусочную, накупил кучу еды – жареные бараньи ребрышки, кимчи, даже токпокки. Рассказывал, что тоже был в темном месте. Даже свою татуировку показал – давно сведенную, едва заметную. Юнги не знал, к какой банде он относился. Может, она уже давно не существовала. Прогнулась под более крупные группировки. Чон предлагал помощь, мол, еще не поздно вернуться на путь истинный. Только после первого убийства дорога Юнги выстлана лишь в ад. С тех пор встречались здесь: спарринговали, оттачивали навыки борьбы. Повезло, что в этом комплексе кроме боксерской площадки было еще несколько залов. В том числе и тренажерный, и бассейн для плавания. Иногда они заканчивали свой день завалившись в постель, слизывали капельки пота друг с друга, выстанывали имена, пока Юнги не скидывал с себя потное тело. Ненавидел спать с кем-то другим в обнимку. Секс – да, но объятия после него? Нет, не в жизнь. Хосок никогда не предлагал встречаться, а Юнги никогда бы и не согласился. Ему пришлось бы бросить семью, отказаться от свободы и добровольно повесить ошейник и надеть кандалы. Ни за что. Это казалось логичным, что совместная жизнь с Хосоком означала «праведный» путь. Только Мин Юнги давно не праведник, да и он не был готов менять себя ради кого-то другого. Даже если на мгновение, Юнги хотелось притвориться, что кто-то может любить его. Только Хосок настоящего его не знал. — Дело старика Кима передали на другой этаж, — обмолвился Хосок, протягивая к нему руку. Скинул каплю пота с кончика его носа. — Что-то о том, что его жена вмешалась и потребовала продолжить расследование. Юнги нахмурился. Не к добру, что в дело вмешивались чьи-то жены. По глупости своей, Юнги надеялся, что дело закрыто. Вот преступник и тело рядом, сынок показания дал против отца. Конец истории, счастливый конец, что столь редок в наши дни. Неделя была лишь затишьем перед бурей? — Его посадят? — Пока нет, первое слушание через два месяца, но его жена отказалась вносить залог, — Хосок почесал за ухом, — он просидит в тюрьме до этого времени. Юнги облегченно выдохнул, вновь ударяя по груше. Выносить его потемневший взгляд становилось невыносимо. Хосок приходил в это место скинуть напряжение, отдохнуть после работы и в очередной раз наставить его на путь истинный. Знакомы почти год, но Хосок все еще не оставлял попыток. За усердие его стоило похвалить. Не каждый его партнер по сексу оставался так долго. Они не были эксклюзивными, хотя Юнги все реже искал кого-то для себя на ночь. Да и то было лишь для разрядки. Не имел права приводить кого-то в квартиру братьев для быстрого перепихона. Только вот привел одного для чего-то другого. И до сих пор не мог выкинуть чужой взгляд из своей головы. Темные, блестящие глаза, лицо в крови. Юнги прикусил губу, прислушиваясь к лепету Хосока. Успешно игнорировал все мысли о том парне, а сейчас вновь возвращался к ним. Будто тот парень ночью вколол в него яд, чтобы Юнги вспоминал его одинокими ночами. — В пятницу в клубе будут бесплатные напитки, — попытался Чон, отходя от груши. — Если у тебя нет планов… — Выпивка и секс? — ухмыльнулся Юнги. — Да ты романтик. Хосок улыбнулся, обходя его сзади. Сложно поверить, что этот добродушный молодой человек офицер полиции. Он мог в любой момент обратиться в ночной кошмар, бросить миссию по спасению заблудшей души и сдать его своим же коллегам-копам. Получил бы и повышение, и прибавку к зарплате и так далее по списку. Только по глупости своей привязался к нему. Влюбился. А Юнги его чувствами нагло пользовался. — Можем начать и сегодня, — пожал плечами Хосок, притягивая его поближе. — С твоей, — замялся, — работой на сегодня покончено? Юнги ухмыльнулся, заглядывая в его глаза. Теплые, ореховые. Ни искр, ни огня. Ни единого намека на звезды. — Боишься, что придется меня арестовать, офицер Чон? — облизнул нижнюю губу, с удовольствием раздражая Хосока. Его не особо смущала разница в возрасте, хотя Хосок и морщился, говоря что-то о совращении малолетних. Только Юнги давно не восемнадцать, да и Чон не такой старик, каким себя выставлял. Разница от силы пять лет, а вел себя так будто все двадцать. — Не хотелось бы, чтобы такой милый парень, как ты оказался в тюрьме, — протянул ладонь, зарываясь в спутанные волосы. Прижал его к себе, касаясь приоткрытых губ. Это не должно быть нежно. Они не любили друг друга, по крайней мере, так убеждал себя Мин. В его работе чувствам места не было. Это опасно. Вело к гибели. А якшаться с врагами себе дороже. Хосок видел в нем милого мальчика, свернувшего не туда. Он не знал, кем Юнги был на самом деле. Думал, что мелкий бандит, подчищавший за своими боссами. Если бы Чон Хосок знал, за кого пытался бороться, то давно бы сдался. От убийства не отмыться одним походом в церковь. Ладонь Юнги скользнула по его плечам, притягивая ближе, пока громкая трель мобильного не вынудила оторваться. — Да, Джин? — недовольно промычал Юнги, чуть запрокидывая голову, пока Хосок дразнил его поцелуями. — Твоя проблема снова здесь, — он мог слышать недовольство в голосе бармена. — Либо ты избавляешься от него, либо я прошу парней. — Я приеду, — Юнги причмокнул губами, замечая хмурый взгляд Хосока. — Пригляди за ним до моего приезда. Юнги недовольно спрятал телефон в задний карман. Хосок же и не пытался скрыть своего недовольства, хоть и выдавливал из себя улыбку. Только он открытая книга, которую прочитать проще простого. Ума не надо. — Тебя подбросить? Мин подавил в себе смешок. Слегка сжал его плечо, вырываясь из чужих объятий. — Чтобы меня увидели с копом на буксире? — Хосок закатил глаза, следуя за ним. — Неа, спасибочки. Времени на душ не было, как и на быстрый отсос. Накинул на майку гавайскую рубашку, морщась от каждого движения. Может, запах пота отпугнет младшего Кима и он перестанет искать с ним встречи? И что этому мальцу от него надо? Явно не благодарность за спасение. Неужели передумал и теперь собирался его шантажировать? Может, стоило послушаться босса и просто убить их обоих. Юнги тут же откинул эту мысль. Младший Ким еще ничего не сделал, что могло навредить ему или банде. Стоило чуточку доверять людям. Особенно похожим на самого Юнги. Можете назвать его дураком или предсказателем, но чуйка редко его подводила. И если Ким Тэхен казался ему не таким уж и «пай-мальчиком», то так оно на самом деле и было. — В эту пятницу, — настойчиво повторил Хосок. — Это свидание, Мин Юнги. — Ни за что, — рассмеялся Юнги, игнорируя вспышку боли в глазах напротив. — Я не хожу на свидания. Спор, повторяемый из раза в раз. Хосок, конечно, ангел, что не давил на него никогда. Медленно прощупывал почву. Хотел, чтобы Юнги ему доверять начал. Даже ключи от квартиры своей вручил, когда они знакомы были от силы месяца два, а за их плечами еще не было всей истории с неразделенными чувствами. — Отлично, — Хосок закатил глаза. — Как насчет дружеской встречи в пятницу с выпивкой и сексом? А такое предложение нравилось ему гораздо больше. Нет обязательств, нет чувств. Просто встреча двух друзей, которые заканчивают каждую ночь в одной постели. — Посмотрим. Юнги шутливо отсалютовал ему, быстро покидая спортивный зал. Добраться до бара та еще задачка. Две пересадки на метро да еще пешком пройтись. К моменту его прихода ясное небо сменилось грозовыми тучами. Стремительно вечерело. Народ медленно стекался в бар. Не самый популярный в их районе, но выручку они получали отличную. Юнги старался не появляться в баре эти дни. Все ждал, когда копы проанализируют все камеры и вызовут его на допрос. Особенно, зная, какие показания давал младший Ким. Намджун назвал их обоих дураками, услышав предложение младшего. Только вот это могло сработать, если вдруг Юнги захотят прижать к стенке. Провели ночь вместе, хоть и не знали имен друг друга. И кому они лгали? Сокджин недовольно взглянул на него, пока Юнги оглядывался по сторонам. Как всегда полный бар, шумящие мужчины, проигрывающие все деньги в карты. Кивнул нескольким знакомым ребятам по дороге, улыбнулся красоткам-официанткам. Одна из них пыталась ему свой номерок подсунуть, наслышанная его техникой владения языком. Слухами земля полнится. Только вот нужного человека не было. Не мог же он спрятаться? — И где он? — младшего Кима в баре не нашлось. — Ушел минут десять назад, — Ким пожал плечами, протягивая ему стопку виски. — Поговори с этим парнем, пока… — Шуга, — Юнги мигом обернулся, замечая встревоженного Ынсока. — Отлично, что я увидел тебя. Ки хотел показать тебе кое-что. Сокджин махнул рукой, мол, разговор их мог подождать. Все же у бармена и другие дела были, не касающиеся банды. Юнги нахмурился, осушил стопку, следуя за Ынсоком. Ким Кибом, больше известный среди братьев, как Ки, был их хакером. Пару дней назад Мин просил его проверить Ли Хагена: его переписки, незаконченные дела, какие долги были перед их семьей. Не хотел вмешивать в это других парней, но без хакера Юнги не справлялся. Удивительно, что Кибом выполнил все так быстро. — Что не так? — без приветствий Юнги сел напротив брата, следя за мужчиной напротив. Кибом в банде уже несколько лет. Сменил сферу деятельности, когда во время стычки едва не погиб. Он потратил месяцы на реабилитацию, но в поле не вернулся. А за это время изучил новое ремесло. За ноутбуком безопасней, хотя его и пытались отыскать копы. Никому не нравилось, когда их сервера взламывали и присылали ролики с айдолами вместо улик. — Я проверил Ли, — цокнул языком, поворачивая ноутбук к боссу. Фотография, где Ли Хаген смеялся в окружении множества людей. Благотворительный вечер, который администрация устраивала каждый год в Рождество. Слишком много богатеньких людишек, возомнивших себя пупами земли. Некоторых Юнги знал: громкие имена в полиции, в бюро прокуроров, несколько завсегдатаев их баров. Юнги нахмурился, пока Кибом не ткнул пальцем в слегка размытое лицо на заднем плане. — Какого черта? Ким Тэхен незаинтересованно разглядывал свои ладони. В темном деловом костюме, с бабочкой на шее, волосы зачесаны назад, открывая высокий лоб. Держался рядом с женщиной в изумрудном приталенном платье. Фотограф успешно запечатлел поджатые в недовольстве губы младшего Кима, как пытался отстраниться от мадам, державшей его за плечо. Явно пыталась вывести его в «свет», познакомить с несколькими богатеями. Юнги прищурился, вглядываясь в лицо женщины. Где-то он ее уже видел. — Ким Суён, — напомнил Кибом. — Прокурор. Младший Ким - сын прокурора. Заебись. Юнги и не заметил, как выпалил это вслух. — Им поступали приглашения и на следующие благотворительные вечера, однако, госпожа Ким приходила на них одна. — Кибом прощелкал несколько фотографий, показывая расшифровку одной из переписок. — И судя по всему, в разговоре с госпожой Ким, Ли Хаген несколько раз спрашивал про ее сына. В животе неприятно скрутило. — У меня нет доказательств, — запнулся Кибом, но быстро поправил, — пока их нет. Но если я пороюсь глубже, то уверен, что найду их. — Это не было случайностью, — согласился Юнги, отворачиваясь к окну. — В ту ночь, старик сказал, что у него есть козырь в рукаве. Осознание, что Тэхен был не просто случайной жертвой, приходило постепенно. Только вот для чего? Увидел красивого мальчика на благотворительном вечере и решил добавить его в свою коллекцию? На проделки Ли Хагена банда закрывала глаза лишь по одной причине – деньги. За молчание он платил баснословные суммы. В баре их появлялся не часто, предпочитал больше уединенные комнаты в клубе Чешира. Да только босс сам ему намекал, что от Хагена избавиться надо. Но сам руки марать не собирался. Не королевское это дело. Только вот, как Ли Хаген познакомился с Ким Джэбомом? — Ты можешь…не знаю…проверить встречался ли Ким с Ли Хагеном до этого? Могли ли они договориться… Кибом серьезно кивнул, вновь возвращаясь к работе. Подвинул очки, склонился над ноутбуком, погружаясь в виртуальный мир. Юнги здесь ловить больше нечего. Ободряюще сжал его плечо, подозвал официантку, говоря, что все заказы Кибома записывать на его счет. Это меньшее, что он мог сделать для парня за всю хорошую работу. Подошел к стойке, прося Сокджина налить еще. Велик соблазн вернуться к Хосоку. Прижаться к чужой спине, на мгновение притворится, что он обычный парень. Да только Юнги не хотел. И когда один из братьев предложил помочь с должником, то Юнги без зазрений совести последовал за ним. Потому что, несмотря на тяжесть работы, ему нравилась такая жизнь. Свобода, адреналин, привкус крови на языке, когда должник пытался врезать ему в лицо. А затем получал сполна, пока его лицо не заливало кровью, а вместо громких слов не остались одни всхлипы. Его ладони нещадно горели, а Юнги улыбался, крепче прижимая к себе одного из братьев, пока они шли с сумкой полной деньгами обратно в квартиру. Мин Юнги чувствовал себя героем, когда вместо лапши быстрого приготовления, они заказали мясо, а стол ломился от еды. Братья смеялись, довольные их уловом. Даже Намджун показал большой палец, пересчитывая оставшиеся деньги. Закон банды – сорок процентов себе, шестьдесят отдавали боссу на процветание семьи. Следующую неделю Юнги заглядывал в бар каждый день, иногда утром, иногда вечером, но Сокджин головой мотал – не приходил. Значит, намек понял. При желании, Мин Юнги вполне мог забраться к нему в дом. Даже подходил поздно вечером, уставившись на окно, за которым предположительно находилась комната Тэхена. Только он не сталкер какой-то, чтобы врываться к нему. Да и случайно узнал об этом – увидел тень, принадлежавшую Киму, когда тот подошел к окну. Кибом нарыл полную информацию на парня – Ким Тэхен, восемнадцать лет, рожден в Тэгу тридцатого декабря. Какой маленький мир. Нужно было узнать, из какого района Тэгу малец. Мало ли в одну школу ходили, но в разные классы. Хотя все проще оказалось, заканчивал школу в Сеуле, поступил в лучший университет их страны, мечтал стать прокурором, как мать. Юнги сомневался, что этой вырезке из статьи следовало доверять. А там кто знал, может Ким Тэхен действительно собирался в будущем посадить их в тюрьму? Юнги потянулся на кровати, уставившись на расцарапанную спину Хосока. Все же, в некоторых вещах Чон Хосок был чертовски хорош. Хотя и бурчал все утро, в зеркало рассматривая себя. Повезло, что смена у него вечерняя. Редкость, что утром они могли понежиться в теплой постели вместе. Чаще Юнги уходил в ночи, дождавшись, пока Чон уснет, а иногда Хосок сбегал на работу. Юнги точно не помнил, сколько месяцев продолжалась их игра. Пять? Или уже семь? Они и правда посетили бар с бесплатной выпивкой вчера. Хосок флиртовал всю ночь напролет, а затем отсосал ему в туалете. Так что, день прошел успешно. И ночь тоже. — Ты животное, — фыркнул Хосок, натягивая футболку. — Не учили, что ногти подстригать надо? Юнги рассмеялся, достал из джинс пачку сигарет, тут же закуривая. Чон поморщился, поковылял к окну, открывая створки. Ненавидел его эту привычку, а Юнги любил его бесить. И потому совсем не расстроился, когда Хосок выдернул сигарету с губ, тут же туша ее. Чувствителен к запахам. — Курение вредит здоровью. — Жизнь вредит здоровью, — подметил Юнги. Хосок цокнул языком, уходя из спальни. Квартирка у него малюсенькая. Да и кровать не такая удобная, как в квартире их банды. Юнги не особо жаловался. Редко выпадала возможность побыть в квартире с одним человеком, а не двадцатью. Привык уже слышать храп братьев за стенкой, а тут непривычно тихо. Юнги натянул джинсы, на футболку накинул любимую кожаную куртку. Взлохматил волосы, морщась в зеркале. После недавней вылазки хвастался синяком на скуле, да разбитой губой. Хосок вопросов не задавал и мозгоебку не устраивал. — Не останешься на завтрак? — Хосок прислонился к косяку, следя, как быстрыми и ловкими движениями Юнги завязывал шнурки на ботинках. — Дела. Надеялся, что поймает младшего Кима возле университета. Занятия по субботам у их факультета были до двух, поэтому Юнги с легкостью мог отыскать парня. Стоило узнать, что еще скрывал Ким. Может, и не нужно было его от Хагена спасать, а Мин так глупо подставился? А потом отметал эти мысли. Нет, парень не притворялся в ту ночь. Такие эмоции не подделать. И правда не знал, во что выльется встреча с отцом. — Поцелуй на прощание? — ухмыльнулся Хосок, подходя ближе. Юнги ухмыльнулся, салютуя ему. — Обойдешься. На улице дышалось легче. Нет гнета копа над душой, да и погода предрасполагала к прогулкам. Снег растаял, но все еще не потеплело. Юнги подмерзал в кожаной куртке, но это было первой вещью, которую он купил на свои кровью заработанные деньги. На полпути к университету, на телефон пришло сообщение от Сокджина. «Он здесь» Так, так, так. Кое-кто решил прогулять университет в прекрасный субботний день. Маршрут перестроен за пару секунд. Благо, что автобусная остановка рядом. Минут двадцать пути и он на месте. Даже в бар не пришлось заходить. Столкнулся с ним на выходе, когда Кима подталкивал тучный охранник. Юнги едва не врезался в парня, столкнулся с темным взглядом, в котором тут же мелькнуло узнавание. Мин церемониться не стал - взял парня за шкирку и к стене. Прижал ладонь к его груди, недовольно смотря на парня. Ким Тэхен удивленно ойкнул, тут же хватая его за запястье. Но вырваться не пытался. Замотан в теплый шарф до носа, только большие глаза и видны. Уши торчали из-под шапки, светлые волосы в беспорядке. — И что ты тут забыл? — недовольно цокнул языком, тут же отпуская парня. Коленки у Тэхена чутка дрожали, прижался спиной к стене, но не сбегал. Удивлен встрече, но на губах медленно расцветала улыбка. Странный парень. И улыбка у него странная, и глаза сияющие. Словно какой-то волшебник, когда создавал некого Ким Тэхена, решил засыпать звездное небо в его глаза. Ненормальный какой-то. — А он сказал, что ты больше сюда не приходишь, — Тэхен моргнул, хлопая удивительно пушистыми ресницами. — Но ты ходил каждый день сюда. Юнги поджал губы. — А тебя здесь не было, — быстрая догадка, пока на губах Тэхена улыбка вырисовывалась широченная. — Ты следил за мной? Ким пожал плечами, но не стал ни отрицать, ни соглашаться. — А ты разве нет? — ухмыльнулся парень. — Тебе нравится следить за людьми в их домах? Забавно. Ким не так прост, как Юнги и предполагал. Отряхнул ладони, уходя подальше от бара. Ким тут же увязался за ним, выровнял шаг, постоянно поворачиваясь к нему. Смотрел, будто налюбоваться на произведение искусства не мог. — Идем, — Юнги легонько ударил парня по плечу. — Расскажешь, каково жить с мамашей-прокурором. Если Тэхен и был удивлен, то не показал это. Следовал за ним с глуповатой улыбкой, но не пытался ни о чем разузнать. Говорил о погоде, как долго добирался до бара, что бармен ему не нравился, хотя Ким и пытался у него алкоголь заказать. А то, что Ким Сокджин лишь по закону наливал, тот смущенно игнорировал. Остановились чуть дальше по улице, небольшое кафе, которое таковым с трудом называлось. Его закрывали несколько раз из-за нарушений, потом из-за банкротства. Но все равно забегаловка возвращалась и кормила с десятипроцентной скидкой всех участников банды. Если Мин не ошибался, то родственница одного из братьев здесь подрабатывала. Заняли столик у окна: вид на проезжую часть не лучший, зато удобно смотреть и на входную дверь и на весь зал. Да и при случае можно сбежать через комнату персонала. Юнги уже пробовал. Проверено десяток раз. Тут же подошел к старушке, прося самую большую порцию лапши. Одну тарелку разделят на двоих. Для себя взял соджу, а парню протянул банановое молочко. Слишком мал, чтобы алкоголь пить. — Здесь подают лучшую лапшу в городе, — Юнги ухмыльнулся, замечая недоверчивый взгляд напротив. Мальчик избалованный. Тэхен окинул взглядом забегаловку, мысленно прикидывая, сколько нарушений всех гигиенический норм есть в этом месте. Может оно и к лучшему. Посмотрит, как живёт Юнги, и перестанет бегать за ним и искать встречи. В следующий раз Юнги не станет спасать его. Парню пора понять, что ему здесь не место. Да и Юнги не горел желанием спасать его задницу из передряг. — Или мы отравимся, — подытожил Ким. — Тебе больше нравится еда на благотворительных вечерах? — съязвил Юнги, ища на его лице что-то кроме улыбки. Парень не мог так быстро оправиться после случившегося. — Накрахмаленные воротнички, идеальные белоснежные рубашки, красные вина в дорогих бокалах? Тэхен закатил глаза, поставил локти на стол, наклоняясь ближе к нему. Без улыбки он казался старше. Больше походил на того парня из бара, которого Юнги забирал с собой домой. Может, это его типичное поведение, чтобы почувствовать себя в безопасности. Больше улыбок, меньше искренности в движениях. Только Юнги видел его в ту ночь. Знал, что тот Ким – настоящий, а этот всего лишь с годами отточенная актерская игра. — Пачки рамена быстрого приготовления достаточно, чтобы я был в экстазе. Юнги ухмыльнулся. На секунду отвлекся, когда старушка принесла горячую порцию лапши. И про мясо не забыла, даже кимчи с грибами шиитаке в маленьких тарелочках принесла, хотя Юнги и не просил. Стоило оставить щедрые чаевые. — Сынок прокурора не любит роскошь? На мгновение его лицо скривилось, но вновь вернулось к прелестной улыбчивой маске. Мамочка явно недолюбила его, раз Тэхен не горел желанием говорить о ней. — Я не просто сынок прокурора, — пожал плечами. — Как и ты не просто бандит. — Кто сказал, что я бандит? — удивился Юнги. — Сейчас нас зовут... Бизнесменами. Тэхен подыграл, нарочито широко раскрыл глаза. — Да? И где твой бизнес? Юнги ткнул красными палочками в лапшу перед ними. Делили одну тарелку, будто находились на первоклассном свидании, хотя все, чего хотел Юнги - чтобы парень оставил его в покое. Исчез из его жизни навсегда. Если этого разговора будет достаточно, то завтра Ким Тэхен навсегда забудет дорогу к их бару. Иначе придется вмешаться Сокджину и другим ребятам. Уж они дурь выбивать умели. — Однажды тот бар будет моим, — довольно кивнул, уплетая лапшу за обе щеки. — У меня будет много баров. Тэхен кокетливо улыбнулся. — Ты быстро прогоришь, если продолжишь в том же духе, — отвел взгляд в сторону, явно прикидывая, как бизнес его улучшить. Словно обсуждали что-то реальное, а не дурацкую мечту. — Бару не хватает изюминки. Все-таки, азартные игры скучные. Юнги рассмеялся. — И что предлагаешь? Заказать стриптизерш? — Ким скривился. — Так мне такое не нравится. — Изюминкой может быть и живая музыка, — предложил Тэхен, подцепляя палочками лапшу. Приглядывался к ней, не горя желанием попробовать. Глупость какая. Кто в здравом уме пойдет в бар, чтобы музыку слушать? Туда шли за выпивкой, за знакомствами, за адреналином от игры в карты. — Фигня идея, — цокнул языком, отправляя в рот кусочек мяса. Ким насупился, недовольно поджимая губы. А затем, будто лампочка щелкнула в голове, родилась другая идея. Еще более абсурдная, чем прошлые. — Я бы мог спеть в твоем баре, — удивительно, как парень за пару секунд преобразился. На мгновение та улыбка сменилась другой, менее вынужденной и яркой, но настоящей. Словно Ким на секунду забыл о своей маске, позволяя настоящему себе открыться. — Чтобы ты распугал всех клиентов? — рассмеялся Юнги. — Ни в жизнь. Если Тэхен говорил так, с хрипотцой, с медовым отливом в голосе, то Юнги боялся представить, как он будет петь. Уж явно после прослушивания Мину понадобится холодный душ, чтобы напряжение сбросить. Уже сейчас нужен, а Ким просто ел перед ним. Чертова лапша. — Ты должен быть добрее к человеку, который спасает твою задницу от тюрьмы, — скривился Тэхен, наконец-то пробуя лапшу. Его лицо вытянулось, глаза походили на два шарика. Губы покраснели от соуса. Юнги фыркнул, довольно ухмыляясь. — Это вкусно, — между укусами проронил Ким. Отправил лапшу в рот, тщательно пережевывая. Юнги не отрывал взгляда от движений его кадыка, когда он запивал все банановым молоком. — Я спас твою жизнь, — пожал плечами Мин. — Ты просто отдаёшь свой долг. Невинно хлопал глазами, пока забирал с его части тарелки четвертинку яйца. Юнги закатил глаза, палочками подцепил и самый большой кусочек мяса, подталкивая к нему. Покраснел Ким от смущения или жара лапши никто точно не знал. Да и указывать на это не собирался. — Мама выделила ему других адвокатов, — первым начал Ким. — Не имею понятия, почему она так защищает этого урода. — Ты про Хагена или отца? Ким призадумался. — Про обоих, — съел ещё лапши, откидываясь на сидение, когда сил на еду не осталось. — Я буду стоять на своем, тебе не стоит беспокоиться. Юнги и не собирался. С первого взгляда на парня понял, что тот от решения не отступит. Как бы на него не давили, как бы адвокаты не пытались спасти отца, но Ким Тэхен будет продолжать гнуть свою линию. Свидетелем не был, но мотив убийства у отца был. — Я хочу сказать спасибо, — Тэхен помялся на стуле. Прикусил нижнюю губу, уткнувшись взглядом в стол. — Если бы не ты… — Мы в расчете, — Юнги откупорил крышку, наливая себе соджу в стакан. — Я уже говорил, что сделал то, что было правильно. Тэхен кивнул. — Не каждый бы пошел на это. — А я не каждый. Юнги откинулся на сидение, пригубив стакан соджу. Скривился, тут же отправляя в рот кусочек кимчи. Начинать утро с выпивки не самое умное решение. — Спасибо, — в очередной раз поблагодарил его Тэхен. Юнги рукой махнул, отворачиваясь к окну. Люди шли по своим делам. Кто на работу, кто домой. Не останавливались ни на мгновение, стремясь покинуть этот район как можно скорее. — Больше не появляйся здесь, — Юнги прищурился, заглядывая в его глаза. Искал в них звезды, но видел лишь темноту. — Забудь, что произошло и живи дальше. Тэхен кивнул, шепча совсем тихо: — Я больше так не могу. — У тебя нет выбора, — цокнул языком, поднимаясь с места. Докинул чаевых старушке, что тут же осыпала его благодарностями. Ким так и остался сидеть за столиком. Не поднял взгляд, когда дверь хлопнула. Время возвращаться в бар. Дела не ждали.