Глава 5. Какао и три ложки сахара

      — Зачем? — Эва сделала шаг назад и обхватила себя за плечи.       — Я не хотел тебя пугать, — мистер Ларсон выставил руки в примирительном жесте.       — Но напугали. Я просто пошутила. Мне не нужна помощь, до свидания, мистер Ларсон, — она сделала шаг в сторону выхода, но замерла, заметив движение сбоку. Эва сжала руку в кулак и повернулась. Ларсон замер на месте, сохраняя дистанцию. В голове промелькнула мысль о том, что если мистер Ларсон захочет с ней что-то сделать, то сделает. И Эве не хватит сил дать отпор, особенно сейчас.       — Эвтида, я не желаю тебе вреда, — мистер Ларсон медленно опустил руки так, будто боялся спугнуть Эву. Впрочем, наверняка, так и было. — Расскажи мне, что произошло. Все как есть, без язвительных комментариев. Обещаю тебе, я придумаю, как помочь.       — Нет, — Эва покачала головой и сделала шаг к двери. — Не расскажу.       — Ладно, — Ларсон напряженно выдохнул. — Тогда позволь помочь так, как я могу в данный момент.       — Нет же, — Эва скривилась. — Что вам всем от меня надо? Вы идиот, мистер Ларсон? Я правда не понимаю, — она скрестила руки на груди, но скривилась от боли и просто опустила их вдоль тела. — Какой вам прок возиться с ребенком? Что вы ко мне пристали? Помогите кому-нибудь другому! В классе полным-полно тех, кто с радостью примет вашу помощь. О, советую обратить внимание на Мириам. Она просто мечтает оказаться в ваших сильных и крепких руках, — Эва злобно нахмурилась и развернулась к двери. Но выйти у нее снова не вышло.       — Я не считаю тебя ребенком, Эвтида, — мистер Ларсон сделал несколько шагов по диагонали, слегка заслоняя собой дверь. Эва потянулась к карману, в котором лежал нож. Конечно, это мало бы чем помогло, но так Эва чувствовала себя спокойнее. Без боя она сдаваться не намерена. Если бой вообще будет. — И я с тобой не вожусь. Нет ничего плохого в том, чтобы принять мою помощь, или помощь кого-то другого. Никто не желает тебе зла, Эвтида.       — Чтобы ранить, нужно обязательно желать зла? — Эва поджала губы. — Больнее ранят те, кто любит. Потому они и ранят, мистер Ларсон. Мне не нужна ничья помощь, просто… — Эвтида выдохнула и сделала шаг к парте. На нее накатила слабость. К горлу подкатил ком, но Эва сглотнула его. Это не помогло. — Просто… Отъебитесь… Все, — Эва судорожно вздохнула, а ее глаза защипало от слез. Эвтида до боли сжала руку в кулак, до крови впиваясь ногтями в ладошку. От боли слезы накатили лишь сильнее. Почему это происходит? Эвтида не слабачка! Глупые слезы! Все дело в недосыпе, вот и все. Эва поспит и все пройдет. Исман всегда говорил, что утро мудренее ночи. А сам сдох от неразделенной любви. От нее всегда все проблемы. Мир был бы прекрасен, если бы каждый любил только себя. А лучше вообще жить без любви.       Мистер Ларсон подошел ближе и присел на парту рядом с Эвой. Эвтида посмотрела на него боковым зрением. Между ними была дистанция в четыре, а то и в пять ладоней. Эва шмыгнула носом и почувствовала приятный мужской парфюм. Мистер Ларсон ничего не делал и ничего не говорил. Он просто сидел рядом. Эва ощутила жгучую злость. Какого черта он просто сидит и молчит? Лучше бы толкал свои «человеческие речи», от которых блевать тянет.       Эвтида снова шмыгнула и вытерла щеки тыльной стороной ладони. Она прижала ладошку к груди, туда, где было нестерпимо больно. Эва прикрыла глаза. Как же ей хотелось просто перестать существовать в этот момент. Она открыла глаза, опустила руку и медленно выдохнула. Покурить бы. Эва мысленно дала себе пощечину. Вот еще, нашла время для слез. Нужно взять себя в руки и всерьез подумать о том, где она будет сегодня ночевать. Эва покосилась на мистера Ларсона и мысленно усмехнулась. Значит, он говорит, что с ней не возится? Что ж, раз он так хочет, Эва преподаст ему урок. Пусть страдает от того, что без конца предлагает свою помощь. Она заставит его понять, что не так проста, как он думает. Что Эва — упряма, эгоистична, зла и еще куча-куча отрицательных эпитетов. Пусть его жалкие альтруистические порывы разобьются о цинизм и эгоистичность Эвы. Впереди выходные, и это будут его самые ужасные выходные за всю его жизнь. Он еще сам отправит Эву куда подальше. Ей главное поспать и на свежую голову подумать, где найти себе жилье.       — Ладно, — Эва шмыгнула и повернулась к Ларсону. — Но вы еще сами пожалеете об этом.       Мистер Ларсон усмехнулся и покачал головой. Эва нахмурилась, едва сдерживая смешок. Нет же, не смешок! Раздражение. Он насмехаться над ней вздумал?       — Мистер Ларсон, будете надо мной смеяться, я откажусь, — Эва скривила лицо в злобной гримасе. Попыталась по крайней мере. И только потом уже она осознала, что вообще-то угрожает себе.       — Ни в коем случае, — мистер Ларсон достал зимнее пальто из шкафа и взял свою сумку со стола. — Мне тебя все равно не переплюнуть.       — Перестаньте, — Эва нахмурилась и легонько топнула ногой.       Мистер Ларсон невинно улыбнулся, и накинув пальто, пожал плечами. Эва закатила глаза. Что за детский сад?       — Вы хоть в приличном месте живете? Не в сарае?       — Такого ты мнение обо мне, Эвтида? — мистер Ларсон открыл дверь, пропуская Эву вперед.       — Ну, а что? — Эва вышла из кабинета. Мистер Ларсон вышел следом и запер его на ключ. — Я о вас ничего не знаю. Только то, что, — Эва подняла руку и стала загибать пальцы, — вы глупый, потому что возитесь со мной. Вы странный, потому что любите зиму. Ну ладно, это конечно обосновано, но вы все равно странный. И у вас какой-то нездоровый фетиш на сочинения.       Мистер Ларсон рассмеялся. Эва запрокинула голову, едва сдерживая улыбку.       — Нет, я серьезно! Мало того, что меня мистер Батлер уже заколебал, так еще и вы туда же. Это же история! Там другим занимаются. Какие еще сочинения о любимом мифе!       — Сочинения помогают улучшить словарный запас и учат рассуждать.       — Да кого они учат-то? — Эвтида фыркнула и закатила глаза. — Нет, мистер Ларсон, вы просто извращенец.       Мистер Ларсон приглушенно рассмеялся, а Эва недовольно скривилась и повторила ему свою угрозу. Он только развел руками, а Эва снова закатила глаза.       Эвтида взяла из гардероба свою куртку, надела ее, накинула капюшон и вышла на улицу вслед за мистером Ларсоном. Он как и прежде придержал ей двери.       Ледяной ветер хлестнул Эву по лицу. Она скривилась и плотнее закуталась в легкую куртку. Ноги покрылись мурашками, а щеки моментально закололо от мороза. Эва прокашлялась, потому что в горле внезапно запершило. Мистер Ларсон слегка коснулся ее плеча и подтолкнул вперед. Эва спустилась с лестницы и пошла вслед за Ларсоном. Он привел ее к своей машине. Лицо Эвы вытянулось от удивления. Не то, чтобы она была знатоком автомобильных марок, но эта машина, кажется шевроле круз? Еще и белого цвета. Ну просто копия своего хозяина. Хотя, Эва ожидала увидеть какой-нибудь минивэн — суровый и огромный.       Мистер Ларсон открыл заднюю дверь и протянул Эве руку. Она непонимающе нахмурилась, но потом до нее дошло. Она сняла огромный тяжелый рюкзак с плеча и протянула его мистеру Ларсону. Он закинул рюкзак на задние сиденья и открыл Эве дверь спереди. Эва стряхнула снег с капюшона и плюхнулась в салон. Наконец-то тепло. Мистер Ларсон сел за руль, включил печь и завел машину.       — Ты так простынешь, Эвтида.       — Что поделать, — Эва развалилась на сиденье и уставилась в переднее окно. Дворники расчищали снег, но крупные хлопья все сыпались и сыпались с неба.       Мистер Ларсон больше ничего говорил. Оно и к лучшему. Эва говорить вообще не хотела. Уж лучше она понаблюдает за тем, как Ларсон пытается выехать с парковки, которую засыпало снегом.       Вскоре, они смогли выехать на нормальную дорогу. Мистер Ларсон заметно расслабился и негромко включил радио. Салон заполнил гомон какой-то попсы. Эва скривилась, но сил язвить у нее уже не осталось. Темнота за окном и тепло расслабляли. Эва с трудом сглотнула слюну и прокашлялась. Она шмыгнула носом и прикрыла глаза. Всего на секундочку. Но секунда тянулась и тянулась, а Эва все не открывала глаза. Песня слилась в неразборчивый шум. Эва зевнула и прислонила голову к двери. Она с трудом сглотнула и снова прокашлялась. Хотелось пить, но ей было так лень тянуться к бутылке. Потерпит, не страшно. Как назло еще живот заурчал. Эва накрыла его рукой, сглотнула и скривилась. Кажется, у нее заболело горло.       Эва не поняла в какой момент ей удалось задремать, но проснулась она от шуршания пакета. Она повернулась к пустому водительскому сиденью и вздрогнула, когда открылась дверь. Мистер Ларсон, отряхнув ноги и голову, сел в машину.       — Разбудил?       Эва сонно моргнула и едва помотала головой. Мистер Ларсон усмехнулся.       — Прости, не хотел. Заезжал за продуктами.       — Я не… — Эва зевнула. — Сплю. Какао тоже купили?.. — Она закрыла глаза и вернулась в то же положение, в котором была до того, как уснула.       — Какао?       — Люблю какао, — сонно пробормотала Эва. Ей привиделось, как она пьет какао вместе с Исманом. Его мама ласково гладит Эву по волосам, а Эва смеется над молочными усами, которые остались у Исмана. Эвтида легонько улыбнулась. Исман просто обожал какао, и ее подсадил. В конце концов, это стало их традицией — пить какао на каждый день рождения. Как жаль, что в этом году, они не смогут этого сделать.       Эва проснулась от того, что кто-то легонько тряс ее за плечо. Она вздрогнула и провела рукой по лицу.       — Извини, но мы приехали, — мистер Ларсон вышел из машины.       Эва широко зевнула и потянулась. Спать хотелось еще больше, чем до того, как она снова заснула. Эвтида поплотнее закуталась в свою легкую куртку и вышла из машины. Снежный ветер ударил по лицу. Эва прокашлялась и посильнее натянула капюшон. В такую вьюгу ей было сложно сориентироваться, где они находятся, но кажется они на аткинсон-авеню. Вполне неплохо.       Мистер Ларсон достал пакет и рюкзак Эвы, закрыл машину и направился к подъезду. Эвтида побрела за ним. Они вошли в лифт и поднялись на четвертый этаж. Мистер Ларсон открыл дверь, и они вошли в его квартиру. Эва скинула капюшон, и снег, что был на нем, посыпался на пол. Она потопталась на месте и покрутила головой, осматривая прихожую. Мистер Ларсон включил свет. Эвтида зажмурилась и недовольно заворчала.       — Ванная прямо по коридору, а кухня слева, — мистер Ларсон повесил пальто на вешалку, и взяв пакеты, пошел в сторону, кажется, кухни.       Эвтида достала телефон из куртки и убрала его в задний карман джинсов, а после сняла мокрую куртку и повесила ее на пальто Ларсона. Эва сняла ботинки и пошла на кухню.       Мистер Ларсон поставил пакет на стол, а рюкзак положил на стул. Когда Эва села за стол, он вышел из кухни. Эвтида завертела головой, осматривая кухню. Краем уха она услышала, как в ванной зашумела вода. Эвтида устало выдохнула и повернулась к окну. Машины неторопливо проезжали мимо. Улицу освещал желтый свет фонарей. Эва прокашлялась и шмыгнула носом. В животе заурчало.       — У тебя есть какие-нибудь вещи с собой? — мистер Ларсон вошел в кухню уже без пиджака, и расстегнув пуговки, стал закатывать рукава. Эва засмотрелась на вены, что так отчетливо виднелись на его руках, а после подняла глаза выше.       — Нет, — Эва мысленно дала себе пощечину. Почему она не подумала взять хотя бы малую часть каких-нибудь вещей?       — Ладно, что-нибудь придумаем, — он стал выкладывать продукты из пакета.       — Ну что, есть еда у вас? — Эва поставила локти на стол и уронила голову в ладошки. Мистер Ларсон взглянул на нее исподлобья. — Что? Вы сами меня сюда позвали! Теперь, кормите.       Мистер Ларсон сощурился, а после усмехнулся и покачал головой. Эва закатила глаза и удрученно выдохнула. Ее голодный желудок вновь дал о себе знать.       — У меня есть суп, — мистер Ларсон закончил разбирать пакет и убрал его в шкаф. Эва засмотрелась на его широкую спину. — Но повар из меня так себе.       — Слона бы съела, — Эвтида махнула рукой, сглотнула и скривилась. Горло сильно саднило. Похоже, Эва все же простудилась.       — Тогда, придется подождать, — мистер Ларсон продолжил заниматься своими делами, а именно — раскладывать продукты в холодильник.       Эва скучающе вздохнула и достала телефон из кармана. Она мельком глянула соцсети, а после зашла в твиттер. Она без особого энтузиазма пролистала ленту, и уже скоро ее потянуло в сон. Эва зевнула и приняла полулежачее положение. Голова жутко раскалывалась. Эвтида уже не была уверена, что хочет есть. Сейчас ей больше всего хотелось спать. А кстати, где она будет спать?       Только она хотела задать этот вопрос, как мистер Ларсон поставил перед ней тарелку супа, а сам вышел из кухни. Эвтида устало вздохнула и взяла ложку в руки. После заявление Ларсона о том, что он плохо готовит, Эва была готова к худшему, но оказалось вполне сносно. Она и не заметила, когда тарелка оказалась пустой. Эва облизнулась и распласталась на стуле. Она прикрыла глаза всего на секунду, но открыла их, когда услышала шаги.       — Быстро ты, — мистер Ларсон взял тарелку и убрал ее в раковину. — Устала?       — Хоть сейчас на пробежку, — Эва закатила глаза. Неужели по ней не видно? Что за идиотские вопросы!       — Пойдем, — мистер Ларсон снова вышел из кухни. Эва устало простонала и лениво поплелась за ним. Она надеялась, что мистер Ларсон понял шутку, и бегать они не будут.       Эвтида выглянула из-за спины учителя и нахмурилась. Большое окно, широкая расправленная кровать, на которой лежит серая футболка, комод… Это была комната мистера Ларсона.       — Это мне? А вы?.. — Эва опустила глаза на пол. Он же не собирается спать здесь?       — В гостиной есть диван.       — Так может я…       — Отдыхай, Эвтида. Завтра весь день будет посвящен сочинениям.       — В таком случае, я буду спать до самого вечера, — Эва прокашлялась и шмыгнула носом. Мистер Ларсон нахмурился, но ничего говорить не стал. Он закрыл дверь и оставил ее одну. Эве было все равно на то, где он там будет спать, главное, что в ее распоряжении огромная кровать и теплое одеяло. Хотелось скорее уснуть, перестать чувствовать головную боль и согреться.       Эвтида сняла джинсы, футболку и положила их на рюкзак, который стоял у кровати. Она надела огромную футболку, которая была больше похожа на короткое платье и нырнула под одеяло. Теплее не стало. Эва свернулась калачиком и попыталась расслабиться. Говорят, это помогает не дрожать, когда тебе холодно. Вот только сейчас это не помогало. Эвтида плотнее укуталась в одеяло и шмыгнула носом. Она открыла рот и шумно вздохнула.       Эва не знала, сколько уже вот так вот дрожала. Сон никак не шел, а сознание подкидывало странные образы. Эва видела отчима, который пытался ее убить. Видела лежащую на полу мать. Видела отца с ножом в руках. Он замахнулся, но Эва успела увернуться. Нож разорвал одежду и слегка царапнул кожу. Эвтида не плакала. Она лишь закусила губу и выставила руки в стороны, закрывая собой плачущую мать. Видение пропало так же внезапно, как появилось, и Эва увидела Исмана. Он тянулся к какой-то девушке, но она оттолкнула его. Все пропало, а потом Эва увидела повешенного в своей комнате Исмана.       Эвтида вздрогнула от прикосновения к своему лбу. Она лениво разлепила глаза и попыталась отстраниться, но чья-то рука уже сама пропала.       — Мистер Ларсон? — еле слышно прохрипела она.       — Выпей, — он протянул ей что-то. Эва нахмурилась и промычала что-то похожее на «нет». — Выпей, Эвтида. Это от температуры.       Эва гневно выдохнула и вытянула дрожащую руку. Она коснулась пальцами теплой ладони мистера Ларсона, и приятные мурашки пробежали по ее телу. Эва захотела «укутать» свои руки в его широких и горячих ладонях, но быстро отмела эту мысль. Она одернула руку и закинула таблетку в рот. Таблетка была горькой и противной. Эва с трудом проглотила ее, кривясь и пыхтя.       — Выпей еще это.       Эва слегка повернула голову, чтобы видеть, что он втюхивает на этот раз. В его руках была кружка с каким-то рисунком. Эвтида нахмурилась. Там ведь не очередное горькое лекарство? А может там всего лишь вода, чтобы запить таблетку? Что ж, Эва надеялась, что там вода. Жутко хотелось пить. Она с трудом приняла сидячее положение и обхватила горячую кружку холодными пальцами. Эва сделала маленький глоток. Тело окутало приятное тепло и она задрожала еще сильнее. Это оказался всего лишь чай с лимоном.       — Потеплее куртки не нашлось?       — Может, вы купите новую, раз вам моя не угодила? — Эва кинула на мистера Ларсона недовольный взгляд.       — Допивай и засыпай. Таблетка скоро подействует, — мистер Ларсон поднялся на ноги и вышел из комнаты.       Эва повернулась к окну и сделала большой глоток. Чай с лимоном она никогда не любила, но выбора ей не предоставили. Эва без удовольствия допила чай и поставила кружку на пол. Она легла лицом к окну и стала смотреть на метель, пока глаза не начали слипаться. В этот раз ей удалось заснуть и сон не был наполнен тревогой.       Сквозь пелену сна, Эва ощутила прикосновения к своему лбу. Она открыла глаза и отпихнула от себя руку мистера Ларсона.       — Убери руки, — сонно пробурчала она и потерла глаза.       — Температуры нет, — пробормотал он. — Как ты себя чувствуешь?       — Отстой, — Эва шмыгнула носом и скривилась от неприятной боли в горле.       — Сегодня никаких сочинений. Два один, Эвтида, — мистер Ларсон протянул ей ту же кружку, что давал вчера.       — Ну слава богам. Хоть что-то хорошее, — Эва улыбнулась. — Если там опять чай с лимоном, то пейте сами.       — Это не чай с лимоном, но его тебе тоже придется выпить.       — Нет, — Эва нахмурилась.       — Пей, Эвтида. Я принесу завтрак.       Эвтида закатила глаза и еле приняла сидячее положение. В висках больно кольнуло. Эва нахмурилась и осторожно взяла кружку из рук мистера Ларсона. Он сразу же встал и вышел из комнаты. Эва проводила его задумчивым взглядом и сделала глоток. Только потом она осознала, что даже не посмотрела, какой напиток был в кружке. Эва сглотнула и удивленно опустила глаза. Ее сердце забилось быстрее, а в уголках глаз скопились слезинки. Эва быстро смахнула их и проморгалась. Не хватало тут еще разныться! Эва сделала еще один глоток и отвернулась к окну. На улице светило солнце, по дороге проезжали машины. Сегодня был самый обычный день. Самый скучный декабрьский день. Самая обычная суббота. Просто день рождения Эвтиды. Первый ее день рождения без Исмана. Она сидела и пила какао, но без него. Эва поджала губы и потерла глаза. Она просто болеет, вот они и слезятся. Причина только в этом, а не в том, что ей не хватает Исмана. Особенно в этот день.       Эва сделала глоток какао. Совсем не так, как с Исманом. Этот какао был не сладким и одиноким. Если мистер Ларсон зачем-то хотел поднять ей настроение, то только лишь испортил его.       Телефонный звонок отвлек Эву от мыслей. Она нащупала телефон под подушкой и чуть не выронила кружку, увидев имя. На экране было написано «Исман».