ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ. ВЛИЯНИЕ

— Я победила! Выкрик такой радостный. Август не до конца мог поверить, что кто-то в отеле мог кричать так в такое время. Дима понимал о чём он. Столько веселья в этих словах почти напрягали, будто вот-вот и оно совсем оборвётся и забудется, как всё хорошее, бывалое в Петербурге до Призрака. Но нет. За дверью гостиной снова играли радостные ноты, разговоры с лёгким смехом. И Дима уже не мог смотреть на Хольта, как смотрел раньше. В глазах его вспыхнуло что-то детское, шутливое. Дверь в комнату открыл Август. Он замер на пороге, прислонился боком к дверному проёму, когда лейтенант решительно прошёлся дальше. Впрочем, никто, за исключением Николь, не заметил их присутствия. Здесь разразилось нечто более интересное. Мико ударяла по джойстику в невероятно бешеном темпе. А ведь ван дер Хольт ни разу не тронул его за всё время, что бывал в отеле. Как-то не до этого. Зато в девушке страсть к видеоиграм горела куда ярче, да и настроение у неё было в разы лучше. Она не догадывалась о многом, что могло бы изменить её жизнь. Вера на кресле рядом выглядела менее эмоциональной. Она нажимала на кнопки вдумчиво, сжимала его пальцами жёстче, но оставалась такой сосредоточенной, словно других забот в жизни своей она не знала. Лишь бы обыграть шестнадцатилетнюю голландку! Только и всего. — Ладно, ты снова выиграла… — Дубина с поражением опустила ладонь с джойстиком на подлокотник и закинула голову наверх спинки кресла. Николь глянула на неё, скромно улыбнулась. Секретарша слегка наклонялась, стоя за диваном, уложила руки на него. Её внимание перескакивало с экрана на лица двух девушек, но в целом, она только наблюдала. Вмешиваться в игру ей не хотелось. А сейчас её глаза пробежались по фигурам Дубина и Хольта, что только-только застыли у входа. Они явно не ожидали увидеть такую умиротворяющую картину, когда даже поражения принимались легко. Август бы себе такого не позволил. — И где вы шатались? Мы уже с Верой три раунда сыграли. — бодро подметила Мико, чем смутила их обоих. Но заметить это девушка не смогла, ведь увлечённо пялилась в экран телевизора. Август глянул на Диму, Дима на Августа. Конечно, они уже успели это обговорить, но открытая в момент их близости дверь всё всплывала и всплывала в голове. Они толком сказать не могли чем именно занимались, но оглядев лица друг друга более уверенными взглядами, в один голос произнесли: — Это по работе. — Ну да, вы же коллеги. — ответила тут же младшая Хольт, выбирая себе оружие на следующий раунд. Разговор не так уж и сильно её заинтересовывал, она предпочитала находить остроумный ответ и подшучивать над другими. — И друзья. — дополнил Дмитрий, будто желая сделать их общую ложь более обширной, тем же самым, более правдоподобной. — Хотите с нами? — Вера развернулась корпусом, слегка наклоняя голову в сторону. Они так и замерли у входа. Выглядело это так, словно они чего-то испугались. — Николь, ты тоже к нам садись. Девушка нахмурилась из-за своей ошибки и прошептала себе что-то под нос, смотря на Дебуа, которая лишь непонимающе хлопала глазами. Конечно, её русской речи она разобрать не сумела. Тогда-то Август повторил ей всё то же на английском, приглашая ладонью подойти ближе. Та покорно поддалась, с улыбкой уселась рядом с Мико, но не слишком близко, чтобы та не била её локтём во время своей агрессивной игры. — Я никогда не играл. — неожиданно произнёс Хольт, пока стягивал с себя пиджак, от количества народу в комнате становилось слегка жарковато. — Тогда я буду играть против Августа. — с удовольствием сказала Мико, слегка прищуривая свои тёмные глазки-бусинки. В самом деле сейчас она походила на лису, такую довольную, почти до жути. Вера вложила мужчине в руку джойстик, потому что сидела ближе остальных. Ему не оставалось ничего, кроме как неуклюже забрать его себе в ладони, непонятливо покручивая, наверное, пытаясь найти кнопку выключения, ведь он заранее подозревал о своём проигрыше. Дима из-за этого аж заулыбался, прошёл к нему, уселся рядом, на диване теперь совсем уж стало тесно, и ненавязчиво тронул его за запястье. Хольт показался ему презабавным. Взрослый оружейный магнат, управляющий огромной свитой и не менее внушающей компанией, выглядел поразительно растерянным, что отражалось в нём редко. — Вот на эту кнопку ходишь, на эту прыгаешь. — Дима разъяснял медленно, но уж слишком стремительно тыкал пальцами во все стороны, что у Августа снова начинал кипеть мозг. — А сюда бьёшь… — Может, ты лучше сам? — робко заметил ван дер Хольт, а после посмотрел на сестру краем глаза, чья улыбка начинала растягиваться с невероятным удовлетворением. Что-то от неё в мужчине и перемкнуло. — Я попробую… Лучше. В гостиной началась ожесточённая борьба. У каждого своя. Николь прикрывалась руками, как только видела, что в неё летел локоть Мико, по итогу пришлось покорно сдаться и усесться на кресло, и вот уже там спокойно наблюдая за экраном. Вера косо поглядывала на неумелую игру Августа, как он проигрывал раз за разом, показывая в неловкой улыбке проигравшего свои белые зубы. Дубина явно стояла на стороне Мико, чем немного льстила младшей Хольт. Одними проигрышами Веры и ван дер Хольта это не закончилось, потом уступить Мико пришлось и Диме, и Николь, и даже Отто, которого, по правде, подыграть попросил Август, потому что супер-способность телохранителя никто не отменял — всё, за что не брался Шрайбер, получалось у него по крайней мере достойно. Когда же голландка вдоволь нагоняла свиту за мороженым и коктейлями для Веры на первый этаж с рестораном раз так десятый, Дубины стали осознавать, что засиделись. За окном начинало темнеть, как и в большинство дней в году в Петербурге. Да и если глянуть на часы, стрелка приближалась к двенадцати. — Спасибо за угощения, Мико и… Август, но думаю, что нам уже пора. — произнесла Вера мягко, когда младшая ван дер Хольт переспросила всё, что могла про её ветеринарную работу. — Да, точно. Завтра тяжёлый день. — Дубин поправил очки, глянул на Августа, который и так почти весь вечер пылился на Диму, что не могло ни радовать. Как раз этого лейтенант и добивался. Близнецы почти синхронно поднялись, кто с кресла, кто с дивана. Хольт вскочил за ними, поправляя выбившийся от резких движений из причёски волос. Каким-то нервным он выглядел, словно вот-вот и упустил бы что-то важное. — Я сам их провожу, Николь. — кинул магнат напоследок, только хватаясь за ручку двери, чтобы закрыть за ними. В гостиной стало тише, только Мико показужно чмокнула и отложила порцию своего мороженого.

***

Трое молча спускались по лестнице вниз, Хольт шёл чуть поодаль их обоих, только замечая, как брат с сестрой переглядывались, будто Вера хотела что-то сказать, но замолкала. Их прогулка закончилось у выхода из отеля, где Дубина развернулась прямо к Хольту, складывая руки на груди, как если бы держала оборону. — И за гостеприимство тоже спасибо. — девушка кивнула головой, Хольт кивнул в ответ, а Диме оставалось только топтаться на месте, разглядывать их. Он уже порядком устал, глаза даже начали слипаться. — Рада была познакомиться с вами. — Я тоже рад. — ответил Август чуть искренне, чем в аэропорту. Он повернулся к Дмитрию, положил руку ему на плечо, стараясь не переусердствовать с прикосновением, чтоб оно не выглядело слишком интимным. — Дима, я тебе напишу. Дубин немного пришёл в себя, дёргая плечом, куда опустилась ладонь мужчины. Ему просто показалось это каким-то непривычным, словно при Вере такого делать нельзя. И тут лейтенант осознал, что боялся слово лишнее сказать, да и взгляд кинуть, будто сестра могла бы запросто его раскусить. — И я тебе. — только ответил Дима вместо прощания. Они обменялись взглядами, пора Дубина пыталась всё это игнорировать, ища в кармане джинс свои ключи. Парень ещё надеялся, что она ничего не понимала. На этом их прощание подошло к концу. Близнецы спустились с длинной лестницы вниз, а в мыслях Дмитрия снова и снова крутилось желание лишний раз обернуться. Но это ведь уже слишком. Он пытался различить грань насколько близкими друзьями и коллегами они казались для Веры. И тут же терялся, вспоминая свои воодушевления в этот же день, но часами пятью раньше. В целом, можно было и Августу спасибо сказать, снова на эмоциональных качелях покатал. — Всё нормально? Ты какой-то расстроенный. — спросила Вера, когда они уселись в машину. Её рука тут же потянулась пристёгивать ремень, но глаза не упускали Диму, что садился рядом. — Похороны завтра. И за Игоря тревожусь, хотя с ним Юля. Я звонил ему с утра. — Дима откинулся на спинку кресла, посмотрел немного вверх. Всё-таки устал. Так заканчивался день. Машина увозила его домой под командыванием самой заботливой сестры на свете, которая не переставала успокаивать Диму словесными оборотами, пока не настояла на то, что обязательно пойдёт на церемонию прощания вместе с ним, чего бы ей это не стоило. В этом Дубин не мог ей отказать. Поцелуи Августа ещё горели на губах, как жгучее, но приятное воспоминание, только вот волнение всё равно оставалось. Флешка… Если Хольт сможет её расшифровать, то может ли это значить, что игра с Волковым закончится? Это не может не иметь связи. Призрак точит на их зуб в самой тьме, готовиться к новому шагу.

***

Ночью скрываться всегда легче. Тьма укрывала как одеялом Петербург с новой силой. Ночь! В каких неведомых делах её только не заставали, особенно такой город, как Санкт-Петербург. Тут тебе и оборот наркотиков, и всевозможные клубы, и незаконные гонки и даже… Неумолимые террористы. И сколько бы родители не утверждали, что в темноте нет никаких монстров, они определённо были. Ближе, чем думал Август. Свист проносился по коридорам, в руках тяжелели самодельные устройства, ласково — бомбочки, на деле — вещь, что могла бы разнесли любому голову в щебки. В самый разгар ночи никто не гулял по роскошным коврам, не играл в видеоигры, ожесточённо соревнуясь, как это было несколько дней назад. Нет. Все погружались в сон, теряя связь с реальностью, блуждая в воспоминаниях всей жизни, фантазиях и неожиданных сюжетных поворотах, какие Волков сам любил. Побывав здесь в первый раз, Олег хорошенько рассмотрел каждую дурацкую вазочку в каждой комнате, только жалел, что не всунул туда по жучку, чтобы в меру невинно прослушивать магната. Впрочем, Призраку бы определённо понравилось ещё и глянуть на разного рода деятельность элегантного голландца. В нём было на что посмотреть. И уже здесь Волков не поддаться своим желаниям не мог. Конечно, много ему не нужно было. Одно маленькое видеонаблюдение, одна незаметная камера на гардеробном шкафу в спальне, только и всего. Кто же мог подумать, что, помимо оружейного магната, в кадре окажется ещё и младший лейтенант? О, Дубин, как же зря ты связался с ним. Маленький щенок ещё до конца не понимал, что наделал, когда отдал Августу ничтожную, казалось бы, флешку, что значила куда больше, чем кто-либо из них мог предположить. Даже майор Гром не справился бы с этой задачкой. — М-м, красота. — шептал себе под нос на распев Волков, поправляя на поясе своё достояние. Он осторожно надевал перчатки, продолжая свои тихие слова. — Что только не увидишь в этом мире. Улыбка так и засверкала на его лице. Он услышал шаги, скрылся в тень, натягивая на половину лица маску, параллельно нащупывав у себя на бедре маленький, но невероятно нужный кинжальчик. Фигура мужчины из свиты Августа прошлась прямо перед ним, но Призрак оказался прозорливее. Он схватился ни в чём не повинную жертву, впился в него руками и закрыл рот ладонью, чтобы тот не смел нарушить тишины. — Чего же ты один блуждаешь? — дыхание Олега застывало прямо у чужого уха, пока ладонь с оружием поднималась к горлу и уже давила. — Я могу составить тебе отличную компанию. Тело без жизни повалилось под ноги. Волков с удовольствием в глазах глянул на него, покрутил головой. Так нужно было. И это только начало. Свист снова заполнил коридор. Олег не спеша переступил труп, откуда ещё струилась свежая кровь, поплёлся дальше, выбирая себе место для удачной подлянки. Он знал своё дело. Мастерски работал со всем, что держал в руках и во всех карманах, что у него имелись. Маленькие и грозные вещи прятал в своих руках Призрак. Страшные и пугающие механизмы, которые он мог составлять целыми часами, сидя на одном месте. Это было его хобби, каким он не горел, а почти полностью сгорал в нём, не в силах свернуть назад. Слишком поздно что-то менять. Волков давно всё решил. В ночи слышались только лёгкие шорохи, его глубокие вздохи, такие тихие, что ни один не просыпался ото сна. Маленькие взрывные устройства Олег устанавливал с умом, у каждой двери, откуда слышал хоть жалкий выдох. Этого всегда достаточно такому, как Призрак. Он умел слушать, но, к сожалению, редко к кому прислушивался. Поэтому в его способностях и не осталось слабостей. Волков делал, как знал сам, а знал он лучше всех остальных. Его грозный силуэт застыл над чужой постелью, смотря на спящую фигуру чистым ненавистным взглядом. Шея Волкова невольно хрустнула, когда он попытался разглядеть напыщенное аристократическое лицо во всех его плоскостях. Зря Хольт не явился на его приглашение, когда Олег ему писал. Очень зря. И сегодня Олегу хотелось одного — пусть Август пожалеет, что родился на свет. Если, конечно, он ещё не успел пожалеть. Горячая, наполненная яростью, рука прошлась по чужому напряжённому лбу. Перчатки чувствовались настолько грубыми, что могли бы расцарапать кожу. Казалось, Август спал беспокойно. Один только шорох, и всё бы развалилось прямо на глазах. Но Призрака такой расклад не устраивал, поэтому пальцы еле-еле тронули глаза Хольта, а затем взмыли вверх. Волков опустил с лица свою маску, наклонился, мягко раскрывая губы: — Хольт… Куда же ты запрятал флешку, которую тебе любезно предоставил лейтенант? Я пришёл за ней. Глаза Августа отказывались размыкаться. Открыть веки сейчас, когда тело Хольта застыло похуже гипса, почти невозможно. Сколько бы магната не терроризировал его пугающий шёпот, мужчина не мог на него посмотреть, хоть где-то на подкорке сознания понимал, что уже слышал этот голос. Знакомый. Только слов не разобрать. И от этого нехорошо. Волков тихонько посмеялся, чувствуя натянутую нить его мучений. Августу стоило слегка поднажать, и тогда бы она порвалась, прервав неприятную боль. Но Хольт сейчас не в силах помочь самому себе. Зато Олег помочь ему очень-очень хотел. Может, из-за своих искренних чувств он растягивал его губы пальцами в стороны, заставлял разомкнуть челюсти неприятными нажатиями на лицо, а в заключение двигал ещё и его веки. Ощущения были совершенно новые, Август сравнивал это мучение с длительной операцией, ещё и без наркоза, чтоб наверняка получить похожую картину. Призрак хорошо старался над ним. И обращался вполне себе заботливо. Ведь мог сделать с Хольтом что угодно, в этой комнате не было пределов. А для Волкова их не существовало и в жизни. — Не упрямься. Папа научил тебя быть послушным. — Олег наклонился ближе, словно желая дышать ему прямо в губы. Он стал медленно приглаживать его волосы, перебирать их, как будто желал успокоить. — Ты хороший или плохой мальчик? Август медленно возвращался в сознание, и ему уже становилось тошно. Перед глазами плыли цветные пятна, чужое дыхание скользило по коже. Ему стало жарче. Это не Отто, не Николь. Русский. Ему кажется? Если кажется, то почему так реалистично? В голове ван дер Хольта так много вопросов, но так мало ответов. Их никогда там нет! Чужое дыхание близко, что аж дурно. У Августа скручивало живот, помимо того, как набирал свою силу механизм в спине. Треск, ещё один. Волков плохо их различал, но даже с закрытыми шторами видел нечто оживающее в Хольте. Совсем немного, и им можно будет управлять подобно игрушке на ниточках. У Олега такое получалось всегда безупречно. И когда его пальцы смыкались на плечах мужчины с желанием потянуть его на себя, сомнений в этом не осталось. — Ты не спишь. Не обманывай меня. — шептал ему на ухо Волков почти ласково, если бы не мерзко. Слишком горячо он обжигал словами в ухо, становилось немного больно от громкости. Звук его голоса заполонял черепную коробку. Олег пытался его усадить, но Август из раза в раз падал назад, как тряпочная кукла. Он сыпался, как песок, на постель, ни руки, ни голову удержать магнат не мог. Как неживой он засыпал каждую ночь, а каждое утро пытался ожить снова. До будильника ещё много часов, а Олегу нужно сейчас. Сейчас, даже если мучительно. Пытки других людей его никогда не пугали. — Хочешь, чтобы я взорвал тут всё к чертям? Если ты не поднимешься, Хольт, я обещаю… — его голос уже походил на шипение, он сжал кулак, вмазал прямо ван дер Хольту по спине. Перед глазами Августа распускались бутоны иллюзий, механизм медленно заработал. — Вставай. Это явно не сон. Август ощущал холод металла у горла. Он пробирал до костей, смешиваясь с теплом от экзоскелета. Током бежали по рукам потоки, нагревали мышцы, разгоняя их и выводя из оцепенения. Открывать глаза до боли страшно, язык и вовсе онемел. И так больно оживало тело. Не как обычно. Совсем не так, как во все прошлые разы. Волков ударил его снова, наконец из Августа вылетел хотя бы вздох. Он будто вырвался с самых глубин океана, вынырнул и пытался нахвататься воздуха, одновременно с этим выплюнуть из горла лишнее. Муки Хольта вызвали у Волкова улыбку. — Вот так. Теперь хороший мальчик. — шептал Волков ему на ухо с каким-то мерзотным подтекстом. Его пальцы впились в волосы со всей силы, перчатки оцарапали кожу. — А теперь покажи где она. С придыханием Хольт открыл глаза. Его голову потянули вверх, удивительно больно, будто пытались вырвать волосы. Может, Волков этого и хотел? Плевать ему было на внешний вид Августа. Магнат потихоньку начинал осознавать. Если Олег знает о флешке, то знает и о том, куда она запрятана в этой комнате. Значит, это игра. Вдруг проиграет? У Августа от этой мысли сжалось сердце. Ненависть сжимала ему горло, как железной проволокой. Быть на поводке у своего врага… Это чувство ему не под статус. Не должен был он такое испытывать. Олег заглянул ему в глаза, ладонь переметнулась к подбородку и сжала под ним. Так близко. Август кожей чувствовал его глубокие прерывистые вздохи. Даже казалось, словно ван дер Хольт ощущал влажность его губ, которые Волков облизывал снова и снова. Как настоящий голодный волк, готовый разорвать его на части. — Кому сказано «показывать»? — голос стал грубее, голубые глаза отозвались диким блеском. Призрак потянул его наверх, но ноги не держали. Тогда последовали удары, и ток заиграл снова. Пронзающие спину молнии задержались в области живота, затем побежали вниз до самых голеней. С лёгкой дрожью по телу Август встал на ноги. «Пусть это окажется сном… Пожалуйста…» — мысли тоже были рассредоточены. Август для самого себя выцеплял из них слова, еле-еле осознавал смысл выдуманного им. Нет, всё равно получался какой-то бред. В темноте ничего кроме его лица, таких близких губ, ледяных глаз. Они били прямо Хольту в тело, пронзали насквозь и выкручивали. Мужчина и так оставался перед ним почти нагим, но ощущение ещё большей обнажённости не покидало. С каждым шагом к заветному шкафу всё яснее становилась картина. Волков двигался рядом, как тень, держал его за затылок до боли. Его взгляд оценивающий, жадный, такой сильный, что Август завидовал ему. Быть бы ему таким же, не поддающимся слабостям. — Всё возвращается на круги своя, Август. — щебетал Олег ему на ухо, подходя сзади, пока ладони магната цеплялись за дверцы шкафа, с усилием их распахивая. — Ты возвращаешься ко мне. Я вновь тебя навещаю. Короткий смешок задел Хольта до глубины души. От голоса пробрало тошными морозными мурашками. Август сглотнул ком в горле, но это тягость никуда не делась. Он наощупь запустил руку в тьму шкафа, даже не разглядев что где лежит. Глаза прикрывались сами, веки опускались ниже. И что-то чуть-чуть держало его от того, чтобы свалиться в обморок прямо сейчас. — Это ли не прекрасно? Мы снова… Партнёры. — прошептал Волков после короткой паузы. И лучше бы он ничего не говорил. Пальцы Призрака скользнули по одной из его рук, спустились от плеча ещё немного и и до самой ладони, так сильно прижались, почти эротично. И смех только добавил жуткости этому моменту. Августу стало по-настоящему плохо. Если раньше он ещё мог удержать себя на ногах, то сейчас от этих пропитанных чем-то двойственные слов, этой спешки и томных взглядов ему становилось совсем плохо. Хольту хотелось бы ответить ему. Но губы разжимались только ради тяжёлого выдоха. И всё, на этом заканчивалась реакция Августа. А на сердце так паршиво, когда происходит новое касание. Олег оттянул его за волосы назад, чтобы самому заглянуть в полки шкафа и, может, отыскать эту проклятую флешку, из-за которой приходится это терпеть. Нет, не совсем из-за неё одной. Просто страшно. Один неловкий шаг, и обострённый недавними событиями страх смерти возвращался. А смерть близко-близко, почти обнимала со спины. И желание сразу отмыться от этого всего крутилось в мыслях на повторе. Не приезжать бы в этот Петербург больше никогда. — Вот же она. — снова рука Волкова скользнула по его голой коже, схватила за кулак. Хольт со всей силы сжал чёртовую флешку. На ней что-то важное, так трудно её отдать. Нельзя потерять последнее, что у него осталось, перед лицом врага. Свою честь и немного гордости, всего ничего. Олегу не нравились такие игры, хотя сейчас он мог бы спокойно вжиматься в его спину, пока кисть Августа тянулась дальше-дальше, пока хватало силы. Дима доверил ему эту вещь, просил сохранить её, помочь. А Волков заявлялся к нему, чуть ли не затолкал его в шкаф и отбирал то самое ценное. Дубин больше ничего ему не доверит. Хольт знал это наверняка, поэтому и поклялся себе разломать её в сильном хвате, пока Волков заигрался. Но игры, кажется, подходили к концу. Олег накинулся на него, почти выкрутил ему руку, но ломать не стал. Пожалел, что ли? Кому сейчас было не плевать на эти мысли? Только вот Август думал слишком много. Конечно, противостоять силе человека из отряда мертвецов он не мог. Страха было так много, что перед глазами поплыл весь мир. И Хольт уже не различал его прикосновений, который, казалось, облапали его всего в этой незамысловатой драке. Пальцы магната всё равно разогнулись, и флешка упала Волкову в ладонь. — Вот же блядь. — выругался Олег, хватая его за подбородок. Август замер на куче вещей, которую они сумели свалить в этом неравном противостоянии. Призрак потянул его ближе, плюнул прямо Хольту на губы в наказание, слюна потекла вниз по подбородку, почти коснулась пальцев самого же Волкова. Из горла Августа вырвался болезненный стон. Террорист оставлял его с позором. — Считай это подарком, сука. Своим туманным взглядом магнат только и успел разлучить, как закрылись дверцы шкафа перед его лицом. Короткий смешок Олега, затем его действительно серьёзное лицо. Последнее, что видел Август оказались его глаза. В них по-прежнему этот звериный голод, что никак-никак не получалось удовлетворить. Что ему нужно? Больше подрывать? Больше калечить? Играть, издеваться? Или всё вместе? Такая уж волчья натура. Всегда слишком мало добычи. Август уже не сдерживался, не осталось никого перед кем нужно было выделываться, хотя бы отдалённо напоминать смелого взрослого мужчину. Он прикрыл руками лицо, защищаясь от всего мира, будто бы плотно закрытые дверцы шкафа не могли этого сделать. Тыльной стороной кисти он убирал со своих губ чужую слюну, пусть дрожь и не позволяла ему нормально это сделать, из-за чего жидкость размазалась по всему лицу. Сверху на магната с вешалок попадали его вещи, тело ещё кололо, наверное, где-то остались синяки, как воспоминания об этом мерзавце. Хольт весь сжался, обнял себя ладонями за плечи и закрыл глаза. Кажется, что всё. Теперь можно и умереть спокойно. Олег вырвал его жизнь безжалостно, оставляя существо пустым и никому не нужным. И самому себе. Умел же Волков влиять на людей.