0.2

Музыка заполняет помещение приятными нотами, заставляет зрителей задержать дыхание в предвкушении чего-то фантастически-волшебного. Чёрный занавес раскрывается медленно, мучительно, поддерживая интригу. Тысячи глаз устремляются на утончённую фигуру, что ступает босыми ногами по сценическому линолеуму, словно по водной глади, начинает плавно, грациозно двигаться в такт музыке, подчинившись гармоничному мотиву. Порой танцор мелко дрожал, смешивая в движениях своих тоску и боль, порой пытался подняться к звёздному потолку в сложном прыжке. Но вдруг красивые движения гибких рук были остановлены железными цепями, что сковали крепко, не позволяя вырваться. Зрители открывают рты в удивлении, думая, будто всё это часть шоу. Танцор — прекрасный лебедь, чьи крылья кровоточат. Цепи выпускают их, и белая птица падает на колени, не имея достаточно сил для того, чтобы подняться. По залу разносится шепот непонимания, когда вдруг сцена начинает рушиться, превращаясь в бездонную яму. Она тянет всё ниже и ниже, туда, где никто не услышит крик отчаяния. Чимин разлепляет веки, тут же принимая сидячее положение и хватаясь за голову. Это был сон? Кажется, он чувствует тяжесть цепей на своих руках, принимается их рассматривать, совершенно не замечая врача, заставшего момент его резкого пробуждения. — Страшные сны? — Я смогу танцевать? — Чимин игнорирует вопрос. У него ушиб колена, бедра и лёгкое сотрясение мозга. Казалось бы, ничего особо серьёзно, но его же почему-то до сих пор держали тут на протяжении недели. — Любые тяжёлые нагрузки в первые месяцы лечения могут вызвать осложнения работы сердечно-сосудистой системы. Ты, прошу заметить, везунчик. Сегодня тебя выпишем, завтра будешь дома. Месяцев пять обычных физических упражнений, здоровая диета — и сможешь танцевать, если не будешь голодать и пропадать в зале всю ночь. Доктор Мин как бы намекает на то, что знает, как Чимин гробил свое здоровье на протяжении десяти лет, но второму всё равно. Вчера приходил Тэхён с радостными новостями: главу танцевальной академии осудили за подкуп. Были предоставлены видеодоказательства с камер наблюдения, с которых прекрасно видно мошеннические лица, обговаривающие победу Чанёля, протянутые пачки купюр, и слышно чёртово «благодарю за сотрудничество». И как они забыли про камеры? Чхве, по правилам, был отстранён, хоть и не виновен в проделке своего отца. Говорят, у них был жуткий скандал, когда правда всплыла на поверхность статей от СМИ. Академия решила дать второй шанс показать себя остальным выступавшим, не забыв уволить всех подкупающих и подкупных личностей. Теперь победить можно было только честным путём. Это второй шанс для Чимина, но его опять так беспощадно отбирают. — Но у меня через неделю выступление! Я не могу его пропустить, это недопустимо. Кровь приливает к щекам парнишки, когда он вскакивает с больничной койки, злится и негодует. Судьба любезно открывает перед ним дорогу в будущее, о котором он грезил несколько лет, но и этот путь преграждает огромная табличка с красными предупреждающими буквами «Порок сердца». Чимин чувствует себя ребёнком, у которого нет выхода. Каждый знает, что шансов пробиться в высоты крайне мало, его единственный сейчас — академия SG, место, где когда-то занимались теперь уже мировые звёзды, где у тренеров огромный опыт и прекрасная репутация. Это то место, откуда люди возвращаются настоящими идеалами в танцевальном искусстве, которых забирают на большую сцену. Потому что они этого достойны. Чимин тоже хочет быть достойным. Он уставал, перегорал, но продолжал тренироваться. Каждый выдох был по расписанию, его танцы были совершенными, он умел, он знал, как нужно двигаться. Разве можно таким образом перечеркнуть то, на чём он собирался строить свою карьеру? То, ради чего он просыпался и заставлял себя вставать каждый чёртов день? В этой жизни ничего, кроме танцев, для него не имело значения. Только музыка давала стимул продолжать проживать свою никчёмную жизнь. — Чимин, ты не должен подвергать свою жизнь риску. Давай ты сейчас успокоишься. Тебе не нужно бросать танцы. Всего пара месяцев лечения и ты сможешь порхать, словно бабочка. Всё б… — Пара месяцев равносильны жизни в этом случае! Я не буду сидеть на месте, я просто не смогу! — Он тянется к двери, мечтая поскорее сбежать из этого места, но сильные руки бережно хватают его за плечи, заставляя посмотреть в глаза врача. В глубокие, карие, кошачьи глаза доктора Мина, который смотрит серьёзно, прожигает, пытаясь снова что-то сказать, но Пак перебивает, не желая слушать, — я всё равно буду танцевать через неделю! — Пак Чимин, твоё здоровье в первую очередь важно для тебя. Сердце не станет шутить с тобой, оно возьмёт и остановиться прямо во время тренировки, потому что ты о нём не позаботился. Услышь меня сейчас. Ты не должен так глупо умирать, когда у тебя есть возможность быть здоровым и заниматься танцами дальше. Откажись от одного выступления и живи дальше, или выступи и попрощайся с жизнью, всеми целями и мечтами. Чимин хочет возразить, сказать, что это выступление для него — главная цель жизни, которая сможет воплотить его единственную мечту в реальность, но кожа его вдруг заметно бледнеет, голова начинает кружиться, вены пульсировать, сердце заходится в бешеном ритме, а земля уходит из-под ног. Врач подхватывает обмякшее тело парня и тяжело вздыхает. Этот разговор действительно заставил мальчишку волноваться. Он упал в обморок сейчас, а что будет, если он будет танцевать через неделю? Нет желания знать. Мужчина укладывает брюнета на кровать, накрывает тонким одеялом, смотрит на по-детски милое лицо и тяжело дышит, подумывая над тем, чтобы оставить его тут ещё на неделю, обеспечив защиту от ненужной, возможно, смертельной нагрузки. А Чимин этой ночью впервые плачет во сне.

***

Пак нехотя отдаёт сумку с вещами Тэхёну, приехавшему забрать друга домой. Она лёгкая, но шатен, видимо, решил поиграть роль мамочки и сдувать с него каждую пылинку. Чимин всё ещё пытается смириться с мыслями о своём диагнозе, но глупый Ким Тэхён только усугубляет ситуацию, заставляя чувствовать себя беспомощным птенцом. У него небольшие проблемы с сердцем, а не инвалидность второй группы! Справа вдруг оказывается врач, когда Чимин стоит напротив двери выхода из больницы. Они оба смотрят за тем, как Тэхён закрывает багажник и машет Паку ладонью в знак того, что можно ехать. — Знаешь, я бы не хотел, чтобы ты совершил ошибку. Через неделю ты пойдешь и выступишь, но твоё сердце не выдержит, в груди появится невыносимая боль, дышать будет тяжело, как никогда, не то что двигаться. Тебя в любом случае не допустят из-за сердечной недостаточности. Но у тебя так же есть шанс сначала вылечиться, а потом продолжать заниматься. Чимин недовольно закатывает глаза, будто действительно не хочет его услышать, но всё утро его голова была забита мыслями о том, как правильно поступить. Доктор прав, это кажется бессмысленным: подняться на сцену, показать свою немощность и услышать отказ. — Я справлюсь с этим, можете не сомневаться. Не зря я каждый день на протяжении десяти лет и двух месяцев посвящал танцам. До свидания, — противоречит сам себе. Брюнет даже не смотрит в сторону врача, уходит, хлопнув дверью, и ныряет в машину, мечтая скорее оказаться в доме. К чёрту всё. Он должен выложиться на максимум через неделю и остаться в живых. Вроде не так сложно, правда? Доктор Мин провожает удаляющуюся машину взглядом, тяжело вздыхает и уходит в свой кабинет. Остаётся только надеется, что Тэхён, которого он подловил за углом коридора и попросил тщательно следить за другом в день выступления и лучше не выпускать его вообще никуда, послушается и запрёт мальчишку дома. Два дня в квартире тянутся невыносимо долго. Фильмы и сериалы кажутся ужасно скучными, сосредоточиться во время чтения книжек не получается, а заниматься учёбой Чимин не горит желанием, потому целыми днями он то разминается, как на уроках физической культуры в школе, то Тэхён вытаскивает его гулять, перед этим любезно застёгивая чужую куртку и натягивая шарф чуть ли не по самые глаза. Они гуляют много, иногда до ночи, когда в парках зажигаются яркие фонарики, заменяющие краски осенней опавшей листвы. Семьи, компании друзей, влюблённые — все они весело общаются, выглядят такими счастливыми в моменте, и Чимин даже капельку завидует. Хотя у него есть Тэхён. Он заботливый, добрый и тоже счастливый, когда брюнет рядом. А ещё он сумасшедший, потому что прямо сейчас пытается залезть на дерево. — Тэхён! Ты зачем туда полез?! Давай обратно, придурок! — Чимин подбегает к дереву, злобно прожигая в его свисающей заднице вторую дырку. — Вообще-то, пока ты там думал о чём-то и не слушал меня, я кошку спасал! — Он поворачивает голову и чуть вытягивает правую руку, демонстрируя худую кошечку с белоснежной шерстью, которая тут же вырывается с его рук, повисает на ноге, больно царапая, а после спрыгивает прямо на землю. Тэхён шипит от боли и, не удержавшись, летит за ней, но падает, к счастью или сожалению, прямо на Чимина, который в последние пару секунд ещё пытается как-то его удержать, но в итоге валятся они вдвоём в кучу листьев. Ким начинает громко смеяться, удивляясь, как такой хрупкий Чимин не сломался под его весом, поднимается на ноги и тянет ему руку. Брюнет за неё держится, хохочет, смахивая пыль с куртки. Глаза прохожих устремлены в их стороны, но, честно, как-то плевать. — Тэхён, ты настоящий чёрт. — Герой вообще-то. Он горделиво поднимает голову, а после поворачивается в сторону кошки. Взглядом своих чёрных глаз она вцепилась в парней, которые решили пойти купить ей корм. Чимин аккуратно поднимает её на руки, нежно поглаживает и направляется вместе с Кимом к магазинчику неподалёку. Они продолжают заливисто смеяться, когда брюнет жалуется на боль в копчике и слышит в ответ «у меня вся нога в царапинах, видишь? такая себе благодарность за спасение.» Дверь магазина распахивается перед их носами, и оттуда выбегает девочка лет семи. Она смеётся, но, заметив парней и кошку, что уселась на плече одного из них, замирает, удивленно хлопает глазами и подходит чуть ближе. — Здравствуйте! У вас такой красивый котёнок. Можно его погладить? — Привет, крошка. Он уличный, так что не стоит… — Миён, я ведь просил тебя не убегать. Обладатель низкого хриплого голоса стоит позади девочки, которая недовольно цокает языком и извиняется. Одна рука его спрятана в карман длинного чёрного пальто, во второй пакет с покупками, на переносице держатся очки с черной оправой, а радужки глаз отражают свет уличных фонарей. Ветерок колышет белые пряди волос, немного путает, делая прическу слегка неопрятной. Чимин думает, что мужчина выглядит просто, но очень привлекательно. Особенно учитывая то, что он врач. Тэхён решил, что купит корм сам, ушёл, оставив Пака наедине с врачом и его… Дочерью? — Как себя чувствуешь? — Даже не знаю, как сказать. Через четыре дня я должен выступать, но у меня, к сожалению, проблемы с сердцем. И я не знаю, что мне с этим делать. — Не забывай про таблетки и подумай о том, что я сказал тебе в больнице.– Мин берёт крошечную ручку Миён в свою и собирается уходить, но она не движется с места, глядя на Чимина, снимающего с плеча котёнка и отдающего его Тэхёну. Когда он успел вернуться? — Вы про отбор в Академию СиДжи? Я помню ваше выступление! Кажется, под номером шестьдесят семь. Это было так красиво! Я правда думала, что вы пройдёте… На самом деле, эта Академия — моя мечта! Я танцую с трёх лет, представляете? А вы будете участвовать во втором отборе? Я очень хочу посмотреть снова. — Она говорит очень быстро и эмоционально, а Чимин, пытаясь уловить её мысли, тихо смеётся, прикрыв рот ладонью. — У тебя всё обязательно получится, Миён. А я пока сомневаюсь, что смогу участвовать… — Миён, мама уже приехала за тобой, — Мужчина кивает в сторону подъехавшей красной машины, — попрощайся и мы пойдём. Девочка с широкой улыбкой машет рукой парням на прощание, всё-таки гладит кошку, которая только поела, и, отпустив руку отца (?) убегает к машине. Она запрыгивает на переднее сидение и пристёгивает ремень безопасности, а женщина выходит к Мину и забирает пакет с покупками, поблагодарив за то, что присмотрел за Миён. Они уезжают, а блондин медленным, размеренным шагом уходит вперёд. За ним убегает и кошка, решившая бросить своих спасителей. Тэхён пихает застывшего друга в плечо, чтобы очнулся, и они идут гулять дальше. Только вот весь оставшийся вечер голова Пака кипит от мыслей насчёт Миён и доктора Мина. Их разрез глаз одинаковый, родинки на аккуратном носу тоже, даже пальто отличаются только размером! И почему это так заинтересовало?

***

На следующий день Чимин предупреждает, что уходит с Тэхёном, вылетает из дома с рюкзаком слишком быстро, и пазл складывается, когда через два часа в дверь стучится шатен, потому что «Чимин не отвечает мне с утра». Он уверяет миссис Пак в том, что найдет его, и волноваться не стоит, уносится в студию, потому что уйти он мог только туда. Придурок грёбанный. Впервые дорога заняла менее десяти минут. Преодолев лестницу в два шага, Тэхён игнорирует охранников, добегает до двери с номером двести девять и стучит очень быстро, сильно, почти вышибая дверь. Он через щель угрожает расправиться с Паком быстрее, чем это сделает болезнь, когда дверь распахивается. Футболка облепляет потное тело, волосы спадают на глаза, а сам Чимин тяжело дышит. — Видишь, всё в порядке. — Мы идём домой! Собираешься прямо сейчас или я ломаю тебе нос, Пак Чимин. Не выводи меня. Брюнет отказывается идти домой, вытаскивает свои руки из стальной хватки Тэхёна, но всё тщетно. Его тащат к выходу, когда голова начинает гудеть, ладони трястись, а жжение в груди вынуждает начать безостановочно кашлять. Чимин, не в силах удержаться на ногах, тянется к Киму, но оседает вместе с ним на пол. Он прижимает руку к губам в попытке заглушить кашель, но ощущает вдруг что-то скользкое на пальцах. Глянув на руки, приходит в ужас. Кровь смешалась со слюной, перепачкала бледные ладошки и край футболки. Последнее, что Чимин запомнил перед тем, как потерять сознание, это как Ким трясущимися руками набирал номер скорой, придерживая друга, не давая ему упасть. Снова больница, снова обследования и снова этот симпатичный мужчина в белом халате, которые ему идёт явно меньше, чем то пальто. Опять куча таблеток, новая диета и непонимающий взгляд со стороны врача. — Надеюсь после этого ты не решишь учавствовать в отборе. Или мне придётся оставить тебя в больнице, в закрытой палате. — Если я сильно захочу, то из окна вылезу, так что это не обязательно, доктор Мин, — Чимин поднимается со стула и собирается покинуть кабинет под сопровождающий, немного нервный взгляд, с которым сталкивается, когда останавливается у двери. — Спасибо вам. Я… Постараюсь воздержаться от занятий танцами на несколько месяцев. Не дожидаясь ответа, выходит, хлопнув дверью, и начинает выслушивать тираду от матери в коридоре больницы. Мужчина снимает очки и устало трёт переносицу. Этот мальчишка не первый пациент с таким диагнозом, но первый, кто не послушался. Он хотел исполнить мечту, но только ухудшил своё положение, провалившись в эту глубокую яму самоуверенности. С сердцем такие трюки не работают.

***

В день отбора Чимин даёт волю эмоциям и плачет в плечо Кима несколько часов подряд, а тот ласково закутывает его в одеяло, заваривает ромашковый чай и готовит блюда по меню, составленному доктором Мином, на что получает от брюнета только: «Не буду я это есть. Я не голодный!» Под вечер он приходит в себя, когда смотрит на отражение в зеркале. Капилляры в опухших глазах полопались, розовые губы потрескались от такого количества солёной воды, а кожа побледнела. Зато в голове теперь, кажется, порядок. Наконец мысли сложились в одно целое: на выступлении всё могло либо плохо кончится, либо хорошо, но Чимин всё равно не смог бы заниматься несколько месяцев, а это непростительно. Судьба сыграла с ним какую-то злую шутку. Он долго работал, лепил себя из маленьких кусочков, чтобы быть идеалом, а в итоге остался с больным сердцем. И теперь связать будущее с танцами не представляется возможным. Пока что. Да, теперь будни будут такими — неинтересными, серыми, бессмысленными, наполненными учебой, таблетками и Тэхёном. На самом деле не так уж и плохо благодаря последнему. Он, конечно, не один десяток раз назвал Чимина мудаком за его проделку, но всё равно продолжал быть рядом. Так прошёл месяц. Октябрь полностью оголил деревья, принёс с собой дождливую погоду и первые холода, поэтому Чимин, перекрасившийся в рыжий, натягивает сейчас тёплый свитер, куртку и новый, но уже любимый шарф, подаренный Кимом сегодня. Он в двенадцать ночи ворвался в его комнату с громкими поздравлениями, кучей шариков и подарком. Шарф приятно пах корицей, в рамочке на тумбе красовалась их фотография с первого курса, где они впервые напились и полезли купаться в три часа ночи. Чимин, когда за его ногу что-то зацепилось, громко закричал и решил, что больше никогда не будет пить и плавать. Ну или будет, но не совмещая одно с другим. Он смотрит на часы и, спохватившись, спешно выбегает из квартиры. Доктор Мин назначил ему на сегодня осмотр. Честно говоря, этот месяц был довольно спокойным, только в начале Пак несколько раз падал в обморок, не имея сил смириться с запретом на танцы всего-то на два месяца, но после стал питаться по меню диеты, гулять, иногда даже учиться. Он был всё ещё немного бледным, но яркий цвет волос создавал приятный глазу контраст. — С днём Рождения, Чимин, — блондин протягивает ему торт в коробке. — В нём нет никаких лишних добавок, только натуральные продукты. Такое можно и нужно съесть, особенно в такой день. Рыжик глядит на него удивленно, наверное, даже с восторгом. Получать такой подарок от почти-незнакомого человека очень приятно на самом деле. Только вот… — Спасибо большое! Но почему он в виде цыплёнка… — Думаю, я попал в точку, — мужчина впервые за все их встречи улыбается, и сердце Чимина в этот момент готово отбросить последние коньки. Он выглядит так по-домашнему уютно, когда запускает руку в рыжие локоны, поглаживая пару секунд, а после пряча ладони в карманы халата. Чимин никогда не любил день Рождения, не отмечал и вообще не видел во взрослении на год ничего особенного. Но сегодня глаза его зажглись яркими огоньками. Этот день определённо будет отмечен красным маркером. Через пару часов Чимин находится с Тэхёном на другом конце города, в каком-то непонятном клубе. Он не помнит, в какой момент начал выпивать, позабыв о строгости питания из-за болезни. На улице прохладно, но спирт греет изнутри, и Пак стягивает с шеи шарф, достает из кармана джинс телефон, пытаясь найти чат с врачом, который дал свои контакты для того, чтобы мальчишка сообщал о своем состоянии и знал, когда приходить на обследования.

jimmy, 20:14 я вот думаю можно ли пить человеку с больным сердцем

suga (agust d), 20:17 Ответ очевиден. Много выпил? Ты один? Чимин хихикает с его странного никнейма, а ещё от мысли, будто врач за него волнуется. Хотя, было бы странно не переживать за пациента с пороком сердца, правда?

jimmy, 20:18 немного но я в порядке а вот тэхёна тошнит он убежал в туалет не знаю как буду тащить его :(

suga (agust d), 20:18 Напиши адрес, я могу вас забрать. Чимин отправляет ему координаты и бежит за Тэхёном в туалет. Находит его в одной из кабинок, ржёт, потому что шатен почти уснул там, помогает встать и тянет на улицу, по пути рассказывая не соображающему другу о ситуации. Через пару минут перед ними останавливается чёрный мерседес AMG GT S-класса, и Пак не знает, как подобрать челюсть с асфальта. Мужчина вылезает из машины, помогает усесться в неё Тэхёну и придерживает дверь места рядом с водителем для Чимина, перед этим снова оборачивая шарф вокруг его шеи и застёгивая куртку. Они доезжают быстро, доводят Кима до квартиры, отдают в руки родителей вместе с нужными таблетками от отравления, предоставленными врачом, а после рыжий застревает на лестничной клетке. — Я не хочу домой… — Юным алкоголикам нужно больше сна для восстановления сил. — Мне двадцать лет сегодня исполнилось, я могу контролировать количество выпитого алкоголя! — Но почему-то не можешь контролировать свои желания и не пить, зная, что у тебя проблемы, — блондин начинает спускаться вниз, но замечает, что за ним не идут, и останавливается, оглядываясь на младшего. — Идёшь? Чимин пристыженно прикусывает губы, но спускается следом. Они едут в неизвестном направлении уже двадцать минут. В салоне тихо играет музыка, усыпляет своим мотивом, отчего голова студента каждые две минуты склоняется в сторону, намереваясь отвалиться от шеи. Мужчина рядом тихо посмеивается. — А куда мы едем? — Просто катаемся. Или хочешь в какое-то определённое место? — Мне нравится кататься, — Пак откидывается на спинку сидения и прикрывает глаза, пытаясь игнорировать головокружение. — А Миён — ваша дочь? — Племянница. — Вы так похожи… — Потому что мы с сестрой — двойняшки. — А почему именно сахарный Агуст Ди? — А это секрет, Чимин. Он понятливо кивает головой, кажется, начинает дремать, и Мин решает везти его обратно домой. Доезжают они быстро и это немного расстраивает. Студент с потрёпанными волосами, подрагивающими длинными ресничками и приоткрытыми пухлыми губами выглядит мило, желание будить его напрочь отсутствует, но выбора нет. Чимин доползает до четвертого этажа, придерживаемый за талию, поворачивается к блондину, что до сих пор не отпустил и тянет обниматься так же, как Тэхён. Он радушно благодарит за вкуснейший торт, благородное спасение от возможного продолжения вечера в баре и за проведённое время вдвоём. Мин касается его объятиями аккуратно, невесомо, упирается подбородком в чужую макушку. И не понимает, насколько правильно поступает сейчас.