Документы

***

Хенни так и не проснулся до самого утра. Утром он с аппетитом позавтракал в отеле, съев свою порцию, а затем доел большую часть завтрака Минхо. Без четверти девять вся стая уже была у мэрии. У входа их ждал папа Хван с папкой в руках. Увидев стаю, он сразу замахал им. — Доброе утро. Я сегодня один, но у меня есть доверенность. У него совсем разболелось колено, а здесь столько лестниц. Джинни, ты хорошо выглядишь. — Доброе утро, папа. Я проспал почти четырнадцать часов. Хенни взял Чана под руку. Они выглядели как добропорядочная пара. Феликс и Минхо шли немного позади. Холл пах дешёвым воском и утренним кофе из автомата у входа. Люди суетились возле стоек регистрации. Старые светильники негромко гудели под потолком. Всё казалось слишком обыденным для такого важного дня. — Это здесь. — Папа Хван указал на табличку: «Архив гражданского реестра. Восстановление и замена документов». — Я заранее записался, нас примут без очереди. Он говорил тихо, словно извиняясь за своё присутствие. Руки были сложены на папке, прижатой к груди. Хенни стоял прямо и сдержанно улыбался. Улыбка не касалась глаз. Сейчас он выглядел именно так, как должен выглядеть примерный омега: скромный, аккуратный, спокойный. — Я всё подготовил по инструкции. Вот доверенность от отца. Кристофер, у вас с собой удостоверение личности? Нам понадобится ещё один человек для подтверждения личности, — обратился он к Чану уже тем официальным тоном, каким разговаривают деловые партнёры. — Конечно. Чан достал документы. Его лицо оставалось спокойным, но напряжение выдавали пальцы. Он терпеть не мог подобные места —официальность, вежливую холодность, бесконечные бумаги. Он скорее предпочёл бы с ножом защищать свою стаю, чем заполнять графы о степени родства. Но вожак — это не только тот, кто умеет драться. Это ещё и тот, кто способен разобраться в груде анкет и поставить подпись там, где нужно. Феликс молчал. Он держался чуть позади, сцепив руки перед собой. Внутри всё сжималось. Он понимал, что должен быть старшей омегой стаи, но чувствовал себя лишним. Будто не супругом, а случайным помощником, которого просто попросили постоять рядом. И он боялся. Боялся, что именно здесь, в этом мраморно-сером учреждении, кто-нибудь скажет вслух то, что он и сам иногда думал о себе. Вот Хенни омега из хорошей семьи, теперь ещё и ожидающий щенков. А он кто? Минхо стоял рядом с Феликсом, немного поодаль. Даже идеально выглаженный костюм казался на нём чужим. Он не понимал, какое место занимает здесь  и сейчас. Ни в глазах папы Хвана, ни в этой государственной процедуре. Одно он знал наверняка: Хенни должен быть в безопасности. — Здравствуйте. — Администратор, бета с короткой стрижкой и неулыбчивым лицом, сверился с записью. — Хван Хенджин? — Да, это мы, — мягко ответил Хенни. — Кто из вас заявитель? — Я. Хенни сделал шаг вперёд. — И вот мой… мой партнёр. Он кивнул в сторону Чана. После короткой паузы добавил тише: — И ещё один. На этот раз жест был обращён к Минхо. Бета лишь слегка приподнял брови и молча поставил галочку. Повисла неловкая тишина. Пока их провожали в кабинет, папа Хван шёл рядом с Хенни, время от времени сбиваясь с шага. — Ты выглядишь… хорошо. — Он говорил так, будто не был уверен, имеет ли право вообще начинать разговор. — И… спасибо, что пришёл. — Спасибо. Хенни посмотрел ему прямо в глаза. На одно короткое мгновение в нём снова проступил ребёнок, который всё ещё надеялся убедиться, что его любят.

***

— Пожалуйста, присаживайтесь. Молодой юрист в очках открыл папку, которую передал отец. — Хван Хенджин. Заявление на восстановление удостоверения личности, удостоверения личности родителей, копия книги семейного реестра, свидетельство о рождении, три фотографии размером три на четыре с половиной… Он поднял взгляд поверх очков. — Удостоверение личности второго свидетеля? — Да, вот, — спокойно ответил Чан. — Понял. Тогда прошу всех присутствующих подписать заявление при мне, после чего пройти в коридор и ожидать вызова. Ваш номер — тридцать пять. Следите за табло в холле. Бумаги пошли по кругу. Папа Хван поднялся. — Если всё заполнено, я… наверное, пойду. Ему дома будет тяжело одному. Но если понадоблюсь — позовите. — Спасибо, папа. Хенни тоже встал, подошёл и обнял его. Осторожно, словно боялся помять идеально выглаженный костюм. — Удачи вам. Приходите вечером на ужин. Джинни, я приготовлю твоё любимое карри. Папа Хван посмотрел на каждого. На Чана  с привычной сдержанностью. На Минхо задержал взгляд немного дольше. А на Феликса посмотрел так, словно пытался найти ответ на вопрос, который не решался задать. Потом он ушёл, а стая осталась ждать.

***

Ожидание затянулось почти на два часа. За это время их ещё дважды вызывали для уточнения данных. Выяснилось, что Хенни по-прежнему был зарегистрирован по адресу родителей, поэтому пришлось сразу менять и адрес в его новых документах. Как только удостоверение личности было готово, стая сразу отправилась в отдел, оформлявший государственные медицинские страховки.

***

Хенни был счастлив. Вроде бы он всего лишь сжимал в руке кусочек пластика со своей фотографией и новым адресом, но на самом деле это был его шанс на нормальную жизнь. Он верил Чану. Верил, что щенки родятся в браке, а значит, у них будут документы и их внесут в книгу семейного реестра. Они получат доступ к медицине, образованию и нормальной работе. Да и сам Хенни, если всё пойдёт не так, как он рассчитывал, сможет вернуться к родителям. Статус разведённого омеги был не лучшим вариантом, но позволил бы ему и щенкам жить нормально. Выбраться со дна, куда он сам себя загнал, когда сбежал с учителем. Хенни старался не думать о том, что произойдёт вечером, когда они придут в дом родителей. Было странно больше не называть этот дом своим. Ему придётся играть роль хорошего сына. Значит, он станет хорошим сыном: будет скромно сидеть рядом со своим альфой, обсуждать свадьбу и прочие милые вещи. Сейчас, в ожидании щенков, он был особенно уязвим. Поддержка семьи имела значение, даже если была не вполне искренней. — Хо, можно тебя попросить? Хенни легонько потянул Минхо за рукав. Тот сразу обернулся. — Всё, что хочешь. Ты голоден? Или пить хочешь? Купить тебе воды? — От воды я бы не отказался, но попросить хочу о другом. Когда мы поедем к родителям, ты можешь ради меня соврать? — Чего ты от меня хочешь? — Минхо настороженно посмотрел на него. — Родители знают о нас всю правду, но ты можешь притвориться, будто вы с Феликсом пара? Вроде как к ним на ужин пришли две пары. — Не думаю, что это хорошая идея, раз они уже всё знают. — Так будет проще делать вид, что всё хорошо и нормально. — Хорошо. Но я всё равно не думаю, что это хорошая идея. — Только на один вечер. Пусть они к нам привыкнут. После всех этих лет они помогли мне восстановить документы. Я снова среди живых людей, а не среди отбросов. Самое меньшее, что я могу сделать,  всего один вечер чопорно пить чай и рассуждать о дизайне приглашений на свадьбу, которой у меня никогда не будет. — Я же сказал, что сделаю всё, что ты хочешь. Даже если считаю это глупостью. Я объясню всё Феликсу и попрошу его не шутить о краже фамильного серебра. — А мне понравилось. Он был забавным и живым. Папа, как всегда, что-то ляпнул… Если бы я так не нервничал, то посмеялся бы. — Учти: если Феликса разозлить, он и правда может уйти с серебряной ложечкой в кармане. — Тогда и я уйду с ложечкой. Пусть у нас будет пара. Спасибо. Я понимаю, что вам всё это очень сложно. Хенни ненадолго замолчал и задержал дыхание, словно собирался прыгнуть в воду. — Ты знакомился с родителями Сонни? Как всё прошло? — Его родители погибли в аварии, когда ему было десять. Он переходил из одной семьи родственников в другую, пока не оказался в стае друзей отца. Они его и пристроили. Тогда он сильно болел, и я полгода его выхаживал. Так что для меня это первый опыт. Надеюсь, последний, если только не объявятся родственники Ликса. — Хо, почему ты такой хороший?—Хенни легонько боднул его плечом. — Помоги мне пережить этот вечер. — Сделаю всё, что смогу.

***

Дорогая блестящая машина Чанбина хорошо смотрелась перед домом родителей Джинни. Сегодня вечером Хенни снова был Джинни. Все были одеты с иголочки, а на лицах застыли вежливые маски. Первым к дому подошёл Кристофер. Он нёс букет для папы и бутылку неоправданно дорогого красного вина для отца. — Добрый вечер! Проходите, проходите, мы вас уже заждались. Папа Хван стоял в дверях, похожий на идеальную статую. На его одежде не было ни единой складки, причёска лежала волосок к волоску. На нём были бежевые брюки, светлая рубашка и травянисто-зелёный кардиган. — Добрый вечер. Прекрасные цветы для прекрасного хозяина дома. Чан протянул ему букет. — Ох, право, не стоило. Папа Хван немного покраснел, принимая цветы. — Джинни! Ты замечательно выглядишь. Надеюсь, после визита в мэрию ты успел отдохнуть? — Спасибо. Всё прошло легко и просто благодаря вам. Я немного поспал днём, и сейчас мне лучше. Хенни улыбнулся. Продавец в аптеке не обманул: кушон действительно скрыл землистый оттенок кожи и синяки под глазами. Чан повесил на плечики чёрное пальто, которое одолжил у брата. Оно сидело на нём не слишком хорошо, но всё же выглядело лучше его привычной парки. Следом вошли Минхо и Феликс. Минхо ухаживал за Ликсом, стараясь показать, что они пара, а Феликс тихонько фыркал всякий раз, когда ему казалось, что родители Хенни на него не смотрят. На этот раз гостей пригласили в столовую. Там уже был накрыт скромный, по словам папы Хвана, ужин. На столе стояли любимое с детства карри с индийским рисом, салат с инжиром и фетой, тарелка с мясной нарезкой, куриные рулетики с ананасом и французский киш с лососем и шпинатом. На сервировочном столике остывал лимонный тарт с меренгой. — Какое изобилие! — с немного преувеличенным восхищением произнёс Чан и протянул отцу Хвану подарочный пакет с вином. — Я не знал, взять красное или белое, но подумал, что карри, скорее всего, будет с мясом, а не с морепродуктами. — Не стоило так тратиться! Отец Хван сразу узнал этикетку и мысленно прикинул стоимость вина. — Садитесь, садитесь! — Папа Хван нервно поправил кольца на салфетках. — Я немного увлёкся, пока готовил. Хотел сделать побольше любимых блюд Джинни. Отец Хван занял место во главе стола, папа сел напротив него. По правую руку от отца расположился Кристофер, рядом с ним Джинни. Минхо и Феликс сели напротив них. — Мы будем счастливы поддержать ту форму союза, которую вы для себя выбрали. Сейчас ведь существуют самые разные форматы отношений, не правда ли? — отец Хван растерянно посмотрел на  супруга, словно пытаясь понять, достаточно ли корректно выразился. — Мы просто хотим жить в любви. И чтобы детям было спокойно. — Джинни скромно улыбнулся и отрезал себе ещё кусочек куриного рулета. — Так приятно видеть, что, несмотря на все трудности, у вас такой… уютный быт. Сельская жизнь, наверное, хорошо дисциплинирует человека. — Отец всё ещё пытался нащупать тему для разговора, которая никого не обидела бы. — Да, режим кормления и дойки делает человека скромным и пунктуальным, — негромко заметил Минхо. — У вас большое хозяйство? — Пока мы справляемся с помощью пары наёмных работников, но постепенно хозяйство растёт. Мы находим успокоение и опору, работая на своей земле, — осторожно ответил Чан. — Мы с Феликсом даже думали открыть что-то вроде гостевого дома для любителей агротуризма, но мой брат переехал на ферму и занял это дом вместе со своим партнёром. — Ваш брат тоже работает на ферме? — У него свой бизнес, связанный с компьютерными технологиями. Сегодня я приехал на его машине. Он переживал за здоровье Джинни и одолжил нам  комфортный автомобиль. — Так это не ваша машина? — Да. На такой за городом особо не поездишь. Зато наш трактор стоит не меньше, — неожиданно ответил Феликс. За столом на несколько секунд воцарилась тишина. Хенни неожиданно поднялся из-за стола. От резкого движения у него закружилась голова, и он слегка покачнулся. — Если никто не против, я выпью чаю в гостиной. Не дожидаясь ответа, он вышел из столовой и устроился в мягком кресле, подтянув ноги. — Джинни, милый, ты чего-нибудь хочешь? Может, ромашкового чая? Или тебя тошнит? — Можно чай? Моя любимая чашка ещё осталась? Та, с динозавром? Папа быстрым движением укрыл его ноги пледом и осторожно погладил сына по волосам. Это было первое прикосновение, которое он позволил себе за весь вечер. — Конечно, милый. Сейчас заварю тебе ромашку. Как только папа ушёл на кухню, Чан пересел на диван рядом с креслом. Феликс, забыв о правилах приличия, опустился прямо на пол, прислонился головой к коленям Хенни и довольно прикрыл глаза. Хенни машинально перебирал его волосы, словно гладил большого домашнего кота. Минхо тем временем остался помогать убирать со стола. Папа суетился на кухне, заваривая чай в маленьком фарфоровом чайнике. Любимая чашка Джинни действительно нашлась в буфете. Её купили во время школьной экскурсии в музей, когда Хенни учился в третьем классе. После этого он много лет пил чай только из неё пока  он не вырос и не ушёл из дома. Минхо не ограничился тем, что помог убрать посуду. Он сразу принялся её мыть. — Вы не обязаны этого делать. Вы же гость… Альфы ведь не… — Это просто забота. Альфы тоже заботятся о близких. Мы теперь вроде как одна семья. А дома у нас действует простое правило: кто готовил, тот не моет посуду. Папа Хван слабо улыбнулся. — Спасибо. Не отнесёте чай Джинни? У меня руки дрожат. Боюсь расплескать. — В той самой чашке с динозавром? Странно видеть такую вещь в вашем доме. — Да… Она его любимая. Минхо взял чашку, вытер руки о кухонное полотенце и вернулся в гостиную. Хенни почти дремал в кресле. Комната была наполнена запахом мха и едва уловимой малины. Услышав шаги, Феликс сонно потёрся щекой о колено Хенни, сладко потянулся, поднялся с пола и чинно пересел на другой конец дивана, освобождая место для Минхо. Хенни пил чай маленькими глотками. До странности приятно было снова держать в руках свою чашку, сидеть в этом кресле и вдыхать знакомый запах родного дома. Он чувствовал на себе взгляд отца, но так и не посмотрел в его сторону. Ему было хорошо именно сейчас. Не хотелось думать о том, что ещё может пойти не так. — Кристофер, что вы планируете насчёт… свадьбы? Или партнёрства, как вы это назвали? — Многокомпонентного партнёрства, — спокойно поправил Чан. — Мы думали, что, как только будут готовы документы Хенджина, сразу сможем пойти в мэрию и всё оформить. Честно говоря, я рассчитывал сделать это ещё сегодня утром, но Джисон остался на ферме присматривать за хозяйством. Скорее всего, оформим всё в ближайшие дни, когда вернёмся домой. Будем смотреть по состоянию здоровья Джинни, но затягивать не станем. — Мы бы хотели… Дорогой, подойди, пожалуйста. Папа Хван вошёл в гостиную с подносом, на котором стояли чашки. — Наверное… уже пора сказать. Он опустился в кресло напротив сына и долго собирался с мыслями. — Джинни… Мы представляли этот момент совсем иначе. Но другого уже, наверное, не будет… Мы много лет собирали для тебя приданое. И были бы рады, если бы ты его принял. Правда, я не знаю, насколько оно тебе пригодится с вашим образом жизни… Мы всё это хранили. Вдруг однажды ты вернёшься. И вот ты вернулся… Там дедушкин сервиз. Я сам вышивал салфетки и скатерть. Серебро… Даже супница есть. Честно говоря, я не представляю, что ты будешь делать с таким количеством посуды… — Спасибо. Минхо варит очень вкусный суп. Значит, будем есть его красиво. — Джинни… — Мы с радостью принимаем Джинни в нашу семью и с благодарностью примем всё, что вы сочтёте нужным ему передать, — сказал Чан, слегка склонив голову. Следом поклонился Минхо. Последним нехотя повторил этот жест Феликс. Ему пришлось наступить на собственную гордость. — Хотите приехать к нам в гости? — Джинни, ты бы этого хотел? — Я… был бы рад. Дом у нас большой. Там спокойно. Думаю, вам понравится. — Тогда приедем, когда у отца немного пройдёт колено. Хенни улыбнулся Чану. Его постепенно окутывало ощущение тепла и покоя. Документы были получены. Щенков теперь ждало хотя бы подобие стабильности. Веки тяжелели сами собой. — Думаю, нам уже пора. Джинни слишком вымотался за последние несколько дней. — Вы же оставите адрес? Мы пришлём приданое. Сейчас вам явно будет не до коробок. — Папа Хван цеплялся за любую возможность продлить этот вечер. — Конечно. Хо, оставишь наши контакты? А я пока отнесу Хенни в машину. Чан осторожно поднял Хенни на руки и направился к выходу. Минхо записал адрес фермы, номера телефонов всей стаи, домашний номер и адреса электронной почты. Феликс тем временем быстро собрал вещи, не забыв прихватить и пальто Чана. — Спасибо за прекрасный вечер. Всё было очень вкусно. Приезжайте к нам в гости, — почти скороговоркой выпалил он. Ему отчаянно хотелось поскорее выйти из этого дома. — Мы будем рады, — Минхо легко поклонился и последним закрыл за собой дверь. В машине Хенни почти сразу уснул. Феликс и Минхо устроились на заднем сиденье. Когда они уже подъезжали к отелю, Минхо незаметно коснулся руки Феликса и вложил ему в ладонь серебряную чайную ложечку. — Мне показалось, она тебе нужна. Феликс удивлённо посмотрел на него. — Ты? — Да. Минхо едва заметно улыбнулся. — Не все такие, какими кажутся.