Вернутся к фанфику

Глава 12 | Свободная энергия

8 июня 2024, 19:00
Если не считать пронзительного вопля голодной кошки, утро прошло без происшествий. После завтрака Микаса поспешила в сад, сказав Леви, что хочет позаботиться об этом, прежде чем они присоединятся к Оньянкопону и ребятам за обедом. Леви в третий раз перечитал одну и ту же статью в газете, но потом сдался и с презрением отбросил ее в сторону. Сосредоточиться на чем-то, кроме вчерашнего вечера, казалось невозможным, недостижимым. Мужчина поднялся из-за стола, довольный тем, что его нога не подкашивается. По крайней мере, это было ему на руку. Микаса… Она продолжала занимать место в его голове, с каждым днем делая это все сильнее. Леви был вынужден признать, что мысли доктора оказались верны — взгляд Микасы на его поступки и ошибки сильно отличался от его собственного. Сам факт того, что он проснулся и обнаружил, что девушка все еще рядом, согрел сердце так, что даже раздражение от громкого мяуканья Тени не смогло его поколебать. Леви подошел к задней двери и выглянул в окно, чтобы мельком посмотреть на Микасу. Девушка стояла на коленях в траве и купалась в мягком утреннем солнечном свете. Казалось, что она — видение, которое могло исчезнуть в любой момент, распасться на частицы света, как будто ее здесь никогда и не было. Это была глупая мысль, которую Леви уже давно должен был забыть. Но страх все равно оставался. Рука мужчины потянулась к дверной ручке, а затем он отдернул ее, борясь с желанием выйти наружу и положить руку на плечо Микасы, чтобы уверить себя в том, что она реальна. Воспоминание о прошлой ночи было настолько сильным, что у Леви перехватывало дыхание. Он был готов поклясться, что все еще чувствовал ее горячие слезы на своем большом пальце и текстуру ее волос на своей коже. Леви нахмурил брови. То, что Микаса плакала из-за него, показалось ему немыслимым. Мужчина пообещал себе постараться избавиться от чувства вины. Прислонившись к дверному косяку, Леви тяжело вздохнул. Он обещал это сделать, но сможет ли? И ко всему этому добавлялось осознание того, что с тех пор, как появилась Микаса, что-то внутри него изменилось. Леви впитывал в себя ее присутствие и начинал обвиваться вокруг ее корней, которые закрывали трещины в его душе. Скоро ей придется уехать. Теперь это было практически неизбежно. Микаса вернется в Парадиз, а Леви останется. Ее усилия не пропали даром: он не позволит себе снова зайти так далеко. Но это не избавляло мужчину от подкрадывающегося чувства потери, от страха перед тем днем, когда Микаса сядет на самолет и ее частички навсегда оторвутся от него. Мимо окна пронеслась тень, испугав Леви, пока он не понял, что это просто Микаса, которая поднялась, чтобы попить и немного отдохнуть. Он снова потянулся к дверной ручке, на этот раз позволив себе повернуть ее и открыть. Девушка посмотрела на Леви со своего места, наклонив голову в невысказанном вопросе. Леви взял стул рядом с Микасой и сел, глядя в ее сторону. Пока он разглядывал девушку, их окружала тишина. Микаса откинулась на спинку стула. Ее щеки раскраснелись, а пряди волос, выбившиеся из хвоста, прилипли к коже. Наблюдать за Микасой в таком состоянии стало почти таким же обычным делом, как и в те времена, когда они проводили учения перед экспедициями. Правда, теперь Леви имел честь видеть ее без того отчаяния, которое когда-то управляло их жизнями. Руки так и чесались протянуть руку и погладить по щеке, как прошлой ночью, прежде чем убрать волосы с лица. Внутри вспыхнуло опасное жжение, когда Леви увидел, как капля пота скатилась с ее шеи вниз по ключице, прежде чем скрыться под рубашкой. Воспоминание о сне вернулось, напомнив мужчине о груди Микасы в своей ладони и вспышку удовольствия, когда она прикоснулась к его члену. По спине Леви пробежал холодок, заставив его вздрогнуть. Мужчина отчаянно отогнал это воспоминание, пытаясь успокоить эрекцию, вызванную этими образами. — Ты в порядке? — спросила Микаса, и ее лицо стало еще более озабоченным. Надеясь избежать ее пристального взгляда, Леви встал и подошел к перилам. — Да, — уклонился он от ответа, стараясь держаться подальше и заставляя свое тело подчиниться. — Сад выглядит прекрасно, — ответил мужчина, меняя тему. Леви оглядел двор. Взгляд задержался на пустой клумбе, которую они оставили в надежде приобрести чайные растения. — Жаль, что мы ничего не слышали о чае. Скрип досок предупредил Леви о приближении Микасы. — Мы что-нибудь придумаем, — ободряюще сказала она, подходя и становясь рядом с ним. Мы. Это слово искушало Леви, высмеивая его прежнюю решимость. Теперь внутри все кипело по-другому. Затронуть тему, которая так долго витала у мужчины в голове, было необходимо. Взглянув на нее, он произнес: — Неизвестно, сколько времени это займет. В конце концов, тебе придется вернуться в Парадиз, Микаса. На лице девушки промелькнула обида, и Леви проклял свою бестактность. — Дело не в том, что я не хочу, чтобы ты была здесь. Но у тебя есть своя жизнь, чтобы вернуться туда. Она нахмурила брови и бросила на него скептический взгляд. — Я уверена, что мир будет жить и без меня. Как ты там сказал? «Пугать богатых свиней», — ответила Микаса, в ее тоне прозвучало презрение. — Неужели ты думаешь, что это более ценно, чем то, что я делаю здесь? — Да. Потому что ты заслуживаешь жизни, Микаса. У тебя она была до того, как ты появилась здесь. Его ответ зажег огонь в ее глазах. Леви увидел тень той, кем девушка была тогда. Та самая свирепость, с которой Микаса когда-то сражалась с врагом, теперь обернулась против Леви. Будь он проклят. — Я тоже имею право голоса. Ты все еще восстанавливаешься, и я считаю, что это ценное использование моего времени. Если бы я хотела уйти, я бы ушла. Ты можешь справиться со всем этим самостоятельно? — спросила Микаса, жестом указывая на сад и дом. Услышав ее комментарий, Леви нахмурился. Гнев взял верх, и он горячо отверг обвинение: — Я прекрасно справляюсь. Тошнотворное чувство скрутило изнутри, и мужчина заерзал под ее взглядом в бесплодной попытке избавиться от него. Разъяренный и расстроенный, Леви, наконец, отвернулся и начал закипать, не зная, на кого больше злится — на Микасу или на себя. Послышался скрип шагов, прежде чем Микаса снова появилась перед ним. — Прости. Ты можешь, — согласилась она, — но хочешь ли ты этого? Леви прошелся по двору, избегая ее взгляда и наблюдая за птичкой, порхающей вокруг лаванды. Ее маленькое тело было подвешено на бешено бьющихся крыльях в поисках нектара. Сад ожил после изменений, произведенных Микасой. Леви тоже. Что-то в глубине его груди защемило при мысли о возвращении к прежней одинокой, заброшенной жизни. — Нет, — тихо признался он, не сводя глаз с птицы. Чувство вины возьмет свое позже, но сейчас Леви не мог солгать. Микаса медленно протянула руку и положила ее на плечо Леви, прежде чем прижаться лбом к его лбу. Она больше ничего не сказала, но Леви почувствовал, как что-то в этом мире снова что-то сдвинулось.

***

Когда они пришли к Оньянкопону, Габи, не теряя времени, стала умолять их пойти пообедать в парк. Несмотря на то, что Габи была уже совсем взрослой, ее детская просьба вызвала на губах Микасы улыбку. Очевидно, Леви тоже не обладал иммунитетом к заразительному энтузиазму. Он лишь символически закатил глаза в знак протеста с того места, где стоял, разговаривая с Фалько. Микаса прислонилась к стене, наблюдая, как общается троица. Леви не говорил об этом прямо, но девушка поняла из их общения, что он выступал в роли своего рода родителя для Габи и Фалько. Вспоминая эмоциональную реакцию Габи, когда Микаса появилась в квартире Оньянкопона после ссоры, она поняла, как сильно они, должно быть, переживали, когда его состояние ухудшалось. Улыбки, с которыми они болтали, стоили всех затраченных усилий. Глаза Леви встретились с глазами Микасы в другом конце комнаты, забава над ситуацией была тщательно скрыта. Но она слишком хорошо его знала: маленькая улыбка в уголках рта и блеск в глазах выдавали Леви. Микаса медленно улыбнулась и выдержала его взгляд. Что-то в нем изменилось. Девушка почувствовала прилив тепла, но тут ее отвлек Оньянкопон, позвавший по имени и махнувший рукой в сторону своего кабинета. Взгляд задержался еще на мгновение, прежде чем Микаса нехотя ушла. Войдя в комнату за Оньянкопоном, она задала вопрос: — Киёми получила их? На лице мужчины появилась широкая ухмылка. — Растения сейчас в порту. Я привезу их завтра. Она передает вам обоим привет и советует как-нибудь навестить ее, — он протянул ей толстый конверт, адресованный Леви. — В котором часу ты собираешься их забрать? Я прослежу, чтобы Леви не было дома. Оньянкопон прислонился спиной к столу и поднял папку, которую отложил в сторону, просматривая ее. — Похоже, они открываются в восемь. Если предположить, что на разгрузку уйдет какое-то время, то можно в десять. Сердце учащенно забилось при мысли о том, что последние детали для сада Леви почти готовы. — Фалько и Габи смогут помочь тебе? Бросив папку обратно на стол, Оньянкопон кивнул. — Да, они приедут. Я не знаю, кто больше рад, они или ты. Они так беспокоились о Леви… — Ему становится лучше. Думаю, теперь я понимаю больше. Могу дать слово, что с ним все будет в порядке, — сказала Микаса. — Он говорил с тобой о ночных кошмарах? — спросил мужчина, приподняв бровь. Микаса кивнула, наблюдая, как его плечи расслабились от облегчения. — Мы годами пытались заставить его открыться. Хорошо, что он наконец это сделал, — Оньянкопон склонил голову набок, изучая девушку, словно взвешивая варианты. Наконец, он добавил: — Будь осторожна, ладно? Вы оба так много потеряли. — Я знаю, — тихо ответила Микаса, глядя в окно кабинета на залитую солнцем площадь. — Я не хочу, чтобы ему причиняли боль, — пробормотала она, нахмурившись. Оньянкопон подошел к окну рядом с ней. — Это также не означает, что нужно жертвовать собой. Я не буду совать нос в чужие дела, но, по-моему, для того, чтобы делать то, что вы уже делаете, нужно нечто большее, чем дружба. Вы оба поймете это, если не будете торопиться. Эти слова поразили. Микаса машинально подумала возразить, но передумала. То, что связывало ее с Леви, выходило за рамки простой дружбы, и с каждым днем ей становилось все труднее скрывать свои чувства и влечение. Похоже, это также становилось достаточно очевидным для сторонних наблюдателей. — Спасибо. Давай соберем всех вместе и отправимся в парк, пока не стало слишком поздно, — ответила она, решив сменить тему.

***

Звуки смеющихся и разговаривающих людей и изредка раздающийся детский смех складывались в приятный шум под теплым солнцем в парке. Габи была права: голубое небо и легкий ветерок были слишком прекрасны, чтобы упускать их. Несмотря на то что Леви был не в своей тарелке, даже он выглядел расслабленным, сидя с вытянутыми перед собой ногами. Мужчина оказал лишь символическое сопротивление, когда Габи расстелила на траве пару одеял, и предупредил, что им придется поднимать его задницу с земли, когда придет время уходить. Микаса предложила свою руку, когда Леви опустился на одеяло и сел. Благодаря теплому дружескому общению обед прошел быстро. Микаса обнаружила, что улыбается и смеется вместе с Габи и Фалько. А тихий смех Леви рядом с ней только поднимал настроение. В воздухе раздалось звяканье. Габи вскочила на ноги, потянув Фалько за руку, чтобы утащить его за мороженым. Воспоминание о сладком десерте вызвало у Микасы ностальгию. Девушка улыбнулась, когда Леви коснулся ее руки, призывая следовать за ними. Поднявшись на ноги, она поспешила за парой. Низкий смешок Леви отдавался в ушах и теле. Оглянувшись через плечо, Микаса увидела, что мужчина разговаривает с Оньянкопоном, и улыбнулась, прежде чем догнать Габи и Фалько. Неожиданно остановившись, Габи обхватила Микасу за талию и заключила в объятия. — Спасибо тебе, — сказала она. Ее широко раскрытые карие глаза блестели и были близки к слезам. — Я так рада, что ты приехала. — Я тоже, — ответила Микаса, обнимая Габи в ответ и борясь с собственными слезами. — Ему действительно становится лучше? — спросил Фалько со своего места рядом с ними. — Он не просто пытается не дать нам волноваться? Оторвавшись от объятий с Габи, Микаса заметила беспокойство на лице Фалько, наблюдавшего за Леви. — Да, — успокоила Микаса. — Но ему еще предстоит пройти долгий путь. Продолжайте делать то, что вы делали сегодня. Думаю, он скучал по вам обоим больше, чем вы думаете. Когда парень кивнул, они продолжили свой путь к продавцу мороженого. Пока они ждали своей очереди, Фалько расспрашивал Микасу о чайных растениях и о том, как за ними ухаживать. Продавец предложил им сделать заказ, и вскоре Микаса ушла, улыбаясь и держа по рожку в каждой руке. Леви с благодарным кивком и теплым взглядом принял его, когда девушка села рядом на одеяло.

***

Остальные уже ушли, оставив одеяло для Леви и Микасы. Девушка не хотела возвращаться, желая побыть на солнечном свете и свежем воздухе еще немного. Габи, уходя, ухмыльнулась, а Микаса не сводила с нее глаз, пока та не обернулась, хихикая. — Теперь ты знаешь, почему я живу один, — проворчал Леви, глядя вслед ребятам. По правде говоря, Микасу это тоже утомило, но она все равно защищала их: — Хватит притворяться, что ты плохо провел время. Леви посмотрел на нее и откинулся на локти без дальнейших комментариев. Сидя рядом с ним, наслаждаясь солнцем и случайными комментариями Леви, Микаса услышала детское хихиканье, которое то приближалось, то снова удалялось. В последний раз она заметила детей, играющих у кустов, окаймляющих травяное поле. Леви проследил за взглядом Микасы и, когда дети замерли, заметив ее, издал смешок. Они прижались друг к другу, быстро переговариваясь, после чего взялись за руки и направились в их сторону. Микаса наблюдала за приближающимися детьми — мальчиком и его младшей сестрой. Маленькая девочка останавливалась, когда шла рядом, добавляя случайные цветы к тем, которые она уже крепко сжимала в кулачке. При их приближении Леви напрягся, но не настолько, как ожидала Микаса. Мальчику на вид было около восьми, и, подойдя ближе, он с любопытством склонил голову, разглядывая Леви. Микаса с ужасом поняла, что в момент Гула он был совсем маленьким. Острый взгляд и любопытство ребенка напомнили Микасе птиц в саду, которые сидели высоко и наблюдали за ней своими яркими глазами. Девушка затаила дыхание, когда мальчик задал вопрос: — Откуда у вас эти шрамы, мистер? Леви бросил на мальчика косой взгляд и с совершенно прямым лицом ответил: — Меня пыталось съесть чудовище. Улыбаясь от уха до уха, незнакомец воскликнул: — Круто! Леви фыркнул, и мальчик пригнулся, чтобы рассмотреть поближе. Он нахмурил брови, разглядывая шрамы и поврежденный глаз. Мужчина не шевелился, пока его осматривали. — Они болят? — Иногда, — признался Леви, похоже, не обеспокоенный столь грубым вопросом. Маленькая девочка подтолкнула брата и присела рядом с ним. Ее широко раскрытые карие глаза были полны беспокойства. — Вот, — сказала она, сунув Леви в руку несколько цветков. — Мама ставит цветы в моей комнате, когда я болею, — девочка кивнула, словно изрекая великую мудрость. Леви с теплым выражением лица взял цветы и взъерошил ее кудри. Микаса прикрыла рот рукой, пытаясь скрыть улыбку. — Спасибо. При звуке женского голоса мальчик вскочил на ноги. — Это наша мама. Нам пора идти. Надеюсь, вы выздоровеете, — сказал он, взяв сестру за руку и убежав прочь. Микаса наблюдала, как веселье на лице Леви сменилось задумчивостью. Мужчина опустил взгляд на цветы. — Они не понимают, что это правда, — сказала Микаса, догадываясь о его мыслях. — Нет, — согласился он, — не понимают. Может быть, это значит, что мы сделали что-то правильное. Они смогут побыть невинными еще немного. Наблюдение за тем, как Леви общается с детьми, переполнило сердце девушки. Микаса откинулась на локти, положив голову мужчине на плечо и наблюдая за тем, как он вертит цветы в одной руке. Эта часть родины Оньянкопона спаслась от Гула вместе с внутренними районами Хидзуру — разрозненными кусочками мира, которые по воле географических случайностей стали частью двадцати процентов оставшегося человечества. Микаса задавалась вопросом, насколько близко неумолимая волна титанов подобралась к семье мальчика, когда Армин и Леви работали в разных реальностях, чтобы покончить с Зиком в те неистовые мгновения, прежде чем ее клинок отделил голову Эрена от его тела и покончил с ним навсегда. Неужели присутствующие здесь люди ждали момента, когда она, наконец, прорвется и уничтожит власть титанов в этом мире? Молча, Леви взял Микасу за руку, и она переплела их пальцы, благодарная за поддержку. В животе запорхали бабочки, когда мужчина посмотрел на нее сверху вниз и погладил большим пальцем тыльную сторону ладони. Вдалеке девушка заметила пару, которая смеялась, сидя на одеяле и наблюдая, как их дети гоняются друг за другом по траве. В глубине души у Микасы защемило сердце от этого зрелища. Когда она взглянула на Леви, тот тоже не сводил глаз с семьи. На его лице отразился намек на веселье от детских выходок. Взгляд Микасы скользнул по линии подбородка мужчины, краям его скул и изгибу носа. Его привлекательность не уменьшилась, что бы Леви ни думал по этому поводу. Рукам так и хотелось прикоснуться к Леви и притянуть его ближе, ощутить на себе его твердый вес. Неловко поерзав, Микаса уткнулась лицом в его руку, пытаясь скрыть то, какой странный поворот приняли ее мысли. — Ты в порядке? — спросил Леви, подталкивая ее локтем. Микаса кивнула, прижимаясь к его руке. Девушка крепко зажмурилась, пытаясь подавить бурлящие внутри эмоции. Было так много вещей, которые она хотела сказать и спросить. Однако Микаса не могла поставить под угрозу выздоровление Леви из-за своих чувств, даже если она начала подозревать, что эти чувства могут быть взаимными. Что-то защекотало щеку. Микаса открыла глаза и увидела один из цветков, принесенных девочкой. Через секунду он прикоснулся к ее носу. От неожиданности Микаса хихикнула. Осторожно взяв цветок, она посмотрела на Леви и улыбнулась едва сдерживаемому веселью на его лице. — Так-то лучше. Я боялся, что ты снова превратишься в угрюмую девочку, — произнес он, наблюдая за тем, как Микаса заправляет стебель цветка за ухо. — Хорошо, что ты меня спас. Это было бы ужасно. — Точно, — согласился Леви. Микаса рассмеялась над бесстрастным выражением лица мужчины и снова прильнула к нему. Она закрыла глаза, наслаждаясь солнечным теплом на своей коже и ощущением пальцев Леви, по-прежнему переплетенных с ее собственными.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!