реинкарнация(18+)

Слова врезались в грудь как копьё, по самое древко. Сказанное Генри Егор разобрать не успел, что-то острое больно кольнуло мужчину в шею и неведомая жидкость с теплотой и трепетом разлилась по его телу. Очнулся он уже на новой больничной койке, но вместо просторной и светлой палаты его ждал кабинет, похожий на хирургическое отделение. Чья-то рука мягко погладила Егора по оголенному животу. -Нам с вами потребуется много времени, чтобы закончить начатое. Уже через десять минут назад пути не будет, мистер Линч. Извините, за испорченную фотоохоту. До мужчины доносились лишь тихие и приглушённые шуршанием аппаратов и яркой люминальной лампы отрывки фраз:" Много времени, десять минут, назад пути не будет, извините" Последнее эхом пронеслось в голове, расщепилось на мелкие осколки и отложилось в подкорковом слое неокрепшего после смеси снотворного и успокоительного сознания. Извините. Извините. Извините. Извините. .... Это слово ещё трижды повторилось со стороны, но без подробностей, потому что Егор их уже не услышал. Мозг отключился сразу же после того, как кислородная маска пала на его лицо. -Мистер Лэмтон, мы можем начинать. Внутри Лэмтона что-то сжалось. " Лэмтон? Я же вроде говорил что.. -Отлично, приступайте, но знаете... Лэмбтон накинул халат и подошёл к раковине. -Я буду наблюдать за этим процессом. Хирург вопросительно покосился на Генри, но тот даже не удостоил его своим взглядом. "Его взор буквально был прикован к мужчине на моём столе, у господина Лэмбтона, кажется, нездоровый интерес к нему. Чем же он его так заинтересовал? Мне известно лишь его имя и род деятельности, а в прочем... " Ниже хирург подписал показатели, дату и время. Милая девушка Фрося - медсестра хирургического отделения уже держала в руках поднос с инструментами. Операция началась. Прежде всего, хирург, будучи мастером своего дела, обработал области операции раствором. Рыжая жидкость жадно растеклась по паховой зоне, стекала к ягодицам, пыталась вытянуться до пупка. Тонкий, как осиновый лист, скальпель, скользнул вдоль полового члена, оставляя после себя тонкую красную полоску, которая исчезала сразу, как только Фрося прикладывала дезинфицированную тряпочку. Скальпель метался от одного куска кожи к другому, оставляя после себя потекшие красные полосы. Пациент не страдал малокровием, но , несмотря на большое количество надрезов, жидкости он потерял немного. Наконец, кожица полового члена отслоилась и спала у мошонки. Уретра была свободно. Дальше в дело пошла мошонка. Пара аккуратных взмахов и область для образования иной части тела была открыта. Дальше началось самое сложное, не намудрить с уретрой. Лэмбтон на расстоянии наблюдал за процессом, сгорая от нетерпения. Ещё минут десять над телом легко поднималась медицинская игла , а потом опять скальпель. На этот раз надрез пришёлся выше, глубже, так, чтобы можно было поместить внутрь отверстия инородный предмет из небольшого флакона. Медсестра, в прочем как и хирург - Олег Антонович - сохраняли полное спокойствие, будто у них заказ на смену пола - это обыденность, не больше. Будто нет шансов сделать что-то не так, будто на хирургическом столе лежит не тело, а просто небольшой кусочек обескровленной свининой кожи. По факту так и было. Для хирурга уже давно человеческое тело не имеет значения. Примерно с того момента, как другие хирурги не смогли спасти его единственную дочь. Для него человеческое тело - испытательный полигон, человеческая жизнь - фактическая формальность. Именно поэтому каждый надрез, каждый шов, он делал, будто занимается этим двадцать четыре на семь. "Матка, что была помещена в тело, неплохо прижилась. Возможно этот человек сможет явить на свет человека.. " Две трети работы было сделано, остался только, так сказать " Косметический ремонт". Игла вертелась туда сюда, подшивая, поддерживая, подравнивая. Наконец, спустя час операции, тело Линча оставили в покое. -Мистер Лэмтон, операция завершена. Можем доставить пациента в реабилитационный центр. .. бы он выговаривал мою фамилию правильно... " - Не стоит, мы обеспечим ему должный уход внутри моего дома. - И я бы всё же рекомендовал.. Зад у Генри начинал слегка подгорать, а потому тот вытащил небольшой серебряный револьвер из кармана и направил на хирурга. - А знаете, мои рекомендации вы можете и не соблюдать, ваше дело.. Генри опустил револьвер, многозначительно глянул на койку, а потом улыбнулся. - Ну что вы, просто запишите все рекомендации в электронном письме. Разве мы имеем право не слушаться указать врача. Лицо у Лэмбтона было до того невинное и нежное, когда он произносил эти слова, что от страха скривился не только Олег Антонович, но и пришедшая из уборной Фрося. --- Всё сделали по красоте. Очнувшегося от долгого сна Егора доставили в содержательную комнату в доме у Лэмбтона, последнему прислали всё рекомендации по восстановлению после операции, которые он распечатал и развесил во всём доме, чтобы каждая служанка ( их было пятеро) знала, какие препараты куда, зачем и почему, каков должен быть график уборок, какой график питания. В первый день после операции Линч отказывался выходить на зрительный и словестный контакт. Остраненно сидел и переваривал изменения в своём теле. " Я теперь женщина.. "- в голове пронеслась удручающая мысль. В комнате, приспособленной для проживания в ней жертвы экспериментов, стоял стол, зеркало, кровать. В целом в комнате царил уют. Даже угнетающей решётки не было на окнах. На второй день реабилитации Егор смог принять сидячее положение. А на пятый уже мог стоять полноценно на ногах. Всё это время мужчина не общался ни с кем. На вопросы отвечал односложно, а она некоторые и вовсе не отвечал. Генри навещал своего пациента каждый день с утра, в обед и вечером. И лишь тогда, когда Егор полноценно смог ходить, начал с ним разговаривать. - Ты отпустил Джона как и обещал? Егор стоял спиной к мучителю, лицом к окну. Он не хотел говорить с извергом в лицо, поэтому предпочёл общаться через отражение в стекле. - Да, конечно я его отпустил, я человек слова. - Я могу его увидеть? - Хорошо, я организую вам встречу завтра. Лэмбтон подошёл ближе и положил руку на талию Егора. Тот успел лишь дёрнуть рукой, как её уже задержали в воздухе. - Без резких движений. Я же уже сказал, что устрою встречу. Егор исподлобья зыркнул в сторону блондина, но предпринимать ничего не стал. Судя по тому, куда Генри смог зайти, он может сделать что-то и с его семьёй. Чего он совершенно не хотел. Лэмбтон ехидно улыбнулся и обнял Линча со спины и прижался подбородком к плечу. Лёгкой судорогой промчалась волна тихого недовольства по телу Егора. - Мистер Линч, я все эти дни терпел, чтобы задать вам такой вопрос. Вы догадались, зачем я сделал это с вами. Плечо Егора дернулось, тем самым защелкивания челюсть говорящего. Мерзко. Мерзко. Мерзко. Зачем он это спрашивает? ЗАЧЕМ! Егор резко развернулся на сто восемьдесят, но его уже перехватили и прижали к подоконнику. - Вы не дали мне внятного ответа, мистер Линч. - Я не имею понятия, почему ты вдруг решил лишить меня члена, заменив её на.. Егор указал на то место, где раньше был такой небольшой болтающийся кусочек мяса, предназначенный для мочеиспускания и размножения. Лэмбтон хмыкнул и придвинулся ещё ближе. Он был так близко к уху. - Вы идеальный кандидат, чтобы стать матерью моему дитя. От этих слов кровь внутри Егора Линча заметно похолодела. Животный страх и недоумение прогрызают лёгкие, живот, и новый орган. Хотелось бежать, нет, для начала растерзать человека, стоявшего перед ним, сделать с ним то же самое. А потом зверски убить и выкинуть в корм на свиноферме. Да, хорошая мысль. Пока Линч находился в состоянии апатии, Лэмбтон перевалил его через плечо и бросил на кровать. Опешивший Егор успел только ахнуть от неожиданности.