На закате

      Закатное солнце расцвечивало водную гладь в оранжево-синий оттенок. Киллиан перевел взгляд с отдыхающих, которые тщетно пытались догнать похожую на гигантского попугая птицу, держащую в лапках фрукты, — поразительно быстро они переключились от возмущений, что их разыграли, подстроив рев дракона, на игры, — на пенистые волны, хлестнувшие его по носку легких ботинок. Он стоял у самой кромки воды, вдыхая аромат соли, смешанный со сладкими нотками апельсина, долетающими со стороны деревьев с берега, и ждал Эмму. Она сказала, что захватит напитки и вернется, только что-то долговато ее нет…       — Ай!       До Киллиана долетели брызги, и он машинально отшатнулся от берега, закрываясь рукой. Вода ни капельки не холодная, даже с наступлением вечера она оставалась теплой, прогревшейся за день, но, черт, зачем же так неожиданно пугать?       — Бравый пират, не испугавшийся сумасшедшей лошади и дерзкой принцессы, боится водички? — совсем рядом раздался голос Эммы, а спустя мгновение она появилась перед Киллианом уже во плоти. Сначала он услышал щелчок пальцев, после — увидел сноп золотистых искр, из которых выступил силуэт хитро улыбающейся Эммы.       Киллиан ухмыльнулся. Хм, магия, значит. Играется, принцесса.       — Бравый пират не привык к таким сюрпризам.       — Приятным, я надеюсь? — Эмма покрутилась перед ним, приглаживая несуществующие складки легкого лавандового платья. Кинув быстрый взгляд на воду, Эмма ловко сняла туфли и, зажав их в одной руке, решила помочить ножки. При этом всем своим видом аккуратно так на екала Киллиану, что хочет, чтобы он присоединился к ней. А Киллиан, что, против, что ли?       Он подхватил ладонь Эммы еще раньше, чем сама она осознала, что поскальзывается на неудобных скользких камнях на дне, и мягко, но уверенно рванул на себя.       — Ой, — вот теперь настала очередь Эммы ойкать. Она едва не упала на Киллиана и поспешно схватилась за его плечи, прижавшись всем телом. Но не смутилась, вот ни капельки. — И снова ты меня спасаешь, да, капитан? Я же тебе теперь должна аж за два раза.       — Да глупости, помощь всегда бесплатная, — Киллиан не удержался и бережно провел крюком по волосам Эммы. — Давай немного встряхнем твоих гостей и наконец пойдем купаться в море. Или это слишком для твоей семьи слишком неприлично?       Киллиан осекся на полуслове, стоило лишь заглянуть Эмме за плечо. Сначала он подумал, что ему показалось, но несколько секунд агрессивного промаргивания результата не принесли.       Он. Это был он. Чертов Крокодил, вырядившийся в самый лучший камзол, танцевал с дамой, и создавал вокруг причудливые огненные узоры, от которых гости приходили в натуральный восторг.       Эмма сразу уловила перемену в настроении Киллиана.       — Ты его знаешь?       — Да, эта тварь убила женщину, которой я дорожил много лет назад! И подарил мне это. — Он потряс крюком.       — Киллиан, это отец моего бывшего жениха. Он, конечно, тот еще трус — я про бывшего жениха, не про Румпеля, — но Румпель… скажем так, он принёс нам много хорошего. Да, его репутация оставляет желать лучшего, но, тем не менее, он не настолько ужасен, Как мы думали. Ты уверен, что та женщина рассказала тебе все?       Киллиан замолчал. Он всегда верил Миле до последнего слова, никого не слушая, а сейчас подумал: «Может, стоило бы прислушаться к команде?» Нет, ненависть к Румпельштильцхену не стала меньше, но вместе с не в сердце появилось еще одно чувство: любопытство. Жажда докопаться до истины.       «Так ли черна твоя душа, Крокодил, или ты и прекрасную принцессу обвел вокруг пальца?»       — Давай-ка подойдем поближе. Я пока не хочу с ним знакомиться лично, просто понаблюдаю.       — Будем шпионить вместе? — Эмма подмигнула ему. — Я только за.       Они вдвоем тихонечко пробрались вперед, скрываясь среди деревьев как раз вовремя. Румпельштильцхен, используя магию — свою ненавистную магию, которая, однако выглядела очень впечатляюще вблизи, особенно, когда Крокодил не пытался ей никого задушить, Киллиан готов был признать, — зажег костёр, к которому пригласил гостей. Все уселись вокруг, и Киллиан сразу понял, что будет дальше: сказка. Или легенда. Старый черт будет рассказывать какую-то байку. Наверняка о том, как освежевал парочку детей, а, ой, он же решил, что повременит с обвинениями. Не так-то это просто оказалось.       Румпельштильцхен театрально взмахнул рукой, привлекая всеобщее внимание.       — Так, что бы вам сегодня рассказать… Пожалуй, остановлюсь на одной из любимых морских легенд моей Белль. — Он с теплотой в глазах кивнул сидящей рядом брюнетке в желтом платье. — Есть такое чудесное существо Мо’о — дух-оборотень. Такая милая ящерка, охраняющая острова, но мо’о может принимать и формы людей. А у нас тут, знаете, в округе много островов, и, возможно, нас, хоть мы и живем на суше, все равно охраняет такое прекрасное существо. Это настоящий символ защиты природы, который охраняет землю от тех, кто не уважает её святость. А уж я-то знаю, что бывает, когда кто-то не уважает силы природы…       И что-то в последнем предложении остановило Киллиана от того, чтобы прервать рассказ давнего врага. Наверное, взгляд, который вдруг открутился прямо на него, будто Румпельштильцхен рассказывал эту легенду персонально ему. И, возможно, тот взгляд, который красавица Белль бросила на это… чудовище. Не смотрят так принцессы на монстров.