Часть 37

Голова Драко Малфоя раскалывалась от сильнейшей боли, которую ему не приносило ещё ни одно похмелье. Боль была ослепляющей. Она зародилась где-то в основании черепа и взорвалась сверхновой, выжигая всё на своём пути. Драко казалось, что его голова - это хрупкий стеклянный шар, который кто-то сжал в огромном кулаке, готовый раздавить в любую секунду. Каждый удар сердца отдавался мучительным эхом. Но хуже боли было другое. Вместе с болью вернулась память. Она хлынула потоком грязной, ледяной воды, смывая три года пустоты. Он вспомнил всё. Абсолютно всё. Гермиону. Их встречи. Обещания. Войну. Свой страх. И тот страшный день, когда ублюдок... когда он забрал у него всё. Забыл не просто события. Он вырвал кусок его души. Драко застонал, не открывая глаз. Тело болело так, будто его долго били ногами. Видимо, откат от возвращения памяти был чудовищным. Он попытался пошевелить пальцами, и это простое движение отозвалось новой волной агонии. Он услышал голоса друзей, которые били его по голове словно кувалдой. Друзья, его друзья. Как же хорошо было помнить. Голоса звучали слишком громко: – Он не умер? Он в отключке уже четыре дня! – раздался обеспокоенный голос Пенси. – Вроде дышит и не воняет! – ответил голос Блейза, – Живой гад! Живой! – Пожалуйста, заткнитесь... Просто замолчите... – тихо простонал Малфой. Неужели это его голос был такой тихий и слабый? Драко медленно, превозмогая боль, разлепил веки. Свет резанул по глазам, заставив зажмуриться снова, но он успел увидеть расплывчатые силуэты над собой. Они стояли полукругом, склонившись к нему, словно древние боги, вернувшие к жизни своего павшего воина. Он моргнул несколько раз, фокусируя зрение. Гарри. Его суровое лицо смягчилось тревогой. Блейз. Его обычная ухмылка сползла, уступив место напряжённой сосредоточенности. Пенси... её глаза были красными от слёз, но она улыбалась ему дрожащими губами. И Джинни. Она стояла чуть позади, сложив руки на груди в своей привычной манере. Её короткие волосы действительно ей не шли, подчёркивая острые скулы и пронзительный взгляд. Но сейчас в этих глазах не было холода. В них плескались облегчение и... радость. - Добро пожаловать обратно, засранец, - прошептал Блейз, и в его голосе слышалось столько облегчения, что Драко едва не заплакал сам. Гарри протянул ему воду. Драко взял стакан трясущейся и стал жадно пить. Пенси протянула руку и осторожно сжала его ладонь. - Ты здесь, - выдохнула она. - Ты вернулся. Ты дома. Драко обвел их взглядом. Родные лица. Его друзья. Те, кого он забыл, но кто никогда не забывал о нём. Боль в голове пульсировала, тело ломило, но впервые за три года он почувствовал себя целым. Он дома. Он среди своих. Он попытался улыбнуться, но получилась лишь болезненная гримаса. - Я... я помню, - прохрипел он, и его голос сорвался. Я помню. Спасибо... Джин... Он кивнул ей, а точнее в то место, где как ему казалось стояла девушка. – Вспомнил меня, гаденыш? – спросила Джинни. – И удивлён, что он забыл тебя. Такое не забывается! – присвистнул Блейз. - Байк, Уизли. Ты обещала когда-то прокатить меня, - тихо сказала Малфой, - но так и не прокатила. Джинни удовлетворённо хмыкнула. – К делу! – прервал их Гарри. – Ты такой важный, Поттер. Стал большим боссом? Малфой не мог не съязвить по этому поводу, но все пропустили его колкость мимо ушей. – Гермиона... Она спасла меня тогда. Заключила с красноглазым выродком союз. Я помню, как он вернулся... Драко рассказал им все, что вспомнил. Про кровавую луну и соединение крестражей. Одна мысль стучала у него в голове, спасти Грейнджер! Она спасла его, и он отплатит ей тем же! Он попытался встать. – Поттер, надо идти за ней! Он может вернуться в любую минуту пока мы тут! Драко опять попытался встать, но тяжело упал обратно. – Малфой, тебя просто добьет перемещение. Дай себе ещё пару дней. Мы вытащим её. Дольше ждали, что пару дней не подождем? – сказала Уизли. – Мы следим за ним, он сейчас в Болгарии, – добавил Блейз. Драко же был не намерен их слушать, он опять попытался встать с кровати, но упал обратно и его резко потянуло с сон. - Гребанный Поттер..., - прошептал он, - продлил мне что-то да? - Так лучше будет в первую очередь для тебя, - ответил Гарри. – Я убью тебя, Поттер! – пообещал блондин и провалился в блаженную темноту. Драко проспал еще два дня. Два дня он провёл в беспамятстве, похожем на смерть. Его тело исцелялось, а разум блуждал по восстановленным воспоминаниям, заново переживая каждый украденный момент. На третий день Драко проснулся один. Комната была залита тусклым дневным светом, в камине тихо потрескивал огонь. Друзей не было. Тишина давила на уши, но она же дала ему ясность. Он был цел. Он помнил. Память обрушилась на него с новой силой, заставив сесть на кровати так резко, что перед глазами поплыли чёрные круги. Гермиона. Его Гермиона. Её смех, её ум, тепло её рук... и боль от осознания того, что с ней сделали. Драко доковылял до зеркала в ванной комнате. Руки дрожали, когда он упёрся ими в холодный край умывальника. Он был бледный, измождённый, с тёмными кругами под глазами, но живой и снова был сам собой. Он снова посмотрел на себя и его глаза вспыхнули огнём. Ублюдок забрал это у них все. Забрал у неё свободу, а у него - воспоминания. Ярость поднялась изнутри горячей, всепоглощающей волной. Она смыла усталость, боль и страх. Осталась только холодная, расчётливая ненависть. Красноглазый выродок забрал все, его жизнь, память, дом и Её. Он забрал Грейнджер! С диким рычанием, вырвавшимся из самой глубины груди, Драко со всей силы ударил кулаком по зеркалу. Звон бьющегося стекла оглушил его. Осколки посыпались в раковину и на пол. Боль пронзила руку, кожу обожгло, и тёплая кровь побежала по пальцам, капая на белый пол и его брюки. Несколько острых осколков впились в костяшки. Ему было плевать. Он смотрел на свою окровавленную руку и ничего не чувствовал, кроме ярости. Физическая боль была ничем по сравнению с той мукой, которую испытывала она. Где-то там, в этом проклятом Мэноре, она страдала одна. Мысли о ней заполнили всё его сознание, вытеснив остальное. Он видел её глаза, полные тоски. Видел её пустой взгляд. Слышал её шёпот о помощи. Он вытащит её оттуда. Чего бы это ни стоило. Даже если придётся сжечь весь мир дотла. Его глаза горели холодной решимостью, а кровь все так же текла по его пальцам. Грохот разбитого стекла в ванной комнате штаба прозвучал как выстрел. Гарри и Джинни, находившиеся в соседнем кабинете, среагировали мгновенно. Они ворвались внутрь с палочками наготове. Драко стоял над раковиной, усыпанной осколками. Его кулак был рассечён, кровь густыми каплями падала на белый пол, растекаясь алыми ручейками. Он тяжело дышал, глядя на своё отражение в единственном уцелевшем крупном осколке зеркала. В его глазах плескалась чистая, незамутнённая ярость. Он медленно повернулся к ним. Его взгляд упал сначала на Гарри, потом на Джинни. И этот взгляд не был взглядом больного или растерянного человека. Это был обвиняющий, испепеляющий взгляд воина, смотрящего на предателей. - Вы... - его голос был хриплым от крика и боли, но в нём звенела сталь. - Вы её бросили. – Вы не искали её! Не спасли! – зло плюет Малфой. Это не было вопросом. Это было утверждение, брошенное им в лицо, как пощёчина. - Три года, Поттер. ТРИ ГОДА! - он сделал шаг вперёд, сжимая окровавленный кулак так, что побелели костяшки. - Она ждала вас. Каждый день. Каждую ночь. А вы? Что делали вы?! Вели переговоры с идиотами?! – Ты ошибаешся, - тихо, но со сталью в голосе сказал Гарри и устало прислонился к дверном косяку. Драко трясло. Вся боль, вся вина, которую он только что осознал, требовала выхода. - Я помню! - прорычал он, тыча пальцем в сторону Гарри. - Помню ваши обещания! Мы своих не бросаем! Лживая чушь! Вы спасали мир, пока она была там заживо! Вы могли найти способ! Могли рискнуть всем ради неё! Но вы выбрали лёгкий путь! Джинни вышла вперед и посмотрела на Драко так, что от её взгляд мог застыть весь ад. - Ты закончил свою истерику? - спокойно поинтересовалась она. Драко хотел что-то сказать, но Джинни прервала его. - Ты мыслишь как эгоистичный мальчишка. Девушка бросила взгляд на его руку. - Стой смирно, - её голос был ровным, почти механическим. Она подошла к нему. - Ты истекаешь кровью. Дай мне обработать рану. Она протянула руку, чтобы взять его ладонь, но он резко отшатнулся назад, прижимая раненую руку к груди. Его глаза горели безумным огнём. - Не прикасайся ко мне! - рявкнул он, и столько силы было в этом крике, что Джинни замерла на месте. - Мне плевать на это! Плевать на боль! Он отвернулся от них, снова глядя на осколок зеркала, где отражался его обезображенный яростью профиль. - Так что идите к чёрту со своей помощью, - тихо и холодно закончил он. - Мне нужен план. Гнев схлынул так же внезапно, как и нахлынул. Драко закрыл глаза и сделал глубокий, прерывистый вдох. Запах крови и битого стекла отрезвил его. Он смотрел на своё отражение - на безумца с окровавленной рукой и понимал, что это не поможет. Ярость была топливом, но она ослепляла. Чтобы спасти Гермиону, нужен был холодный расчёт, а не истерика. Он медленно разжал кулак, позволяя нескольким каплям крови упасть на пол. Боль в руке стала якорем, возвращающим его к реальности. И вместе с реальностью пришла страшная, ледяная ясность. Красноглазый ублюдок не простит. Если они вытащат Гермиону из Малфой-мэнора, если посмеют нарушить его границы... он обрушит свой гнев не только на них. У него будет другая мишень. Идеальная мишень для мести. Астория. Драко замер. Мысль о ней полоснула по сердцу тупым ножом. Он никогда не любил её. Их брак был фарсом, тюрьмой, построенной выродком. Но за эти годы одиночества она стала ему близка. Она была единственным человеком, который знал его пустоту. Она не заслуживала стать разменной монетой в этой войне. Она не заслужила сгореть в огне, который он собирался разжечь. пару шагов и озадаченно смотрит на него. Он повернулся к Гарри и Джинни. Его взгляд всё ещё был диким, но теперь в нём появилась цель. Он больше не кричал. Его голос стал тихим, хриплым шёпотом, от которого мороз шёл по коже. - Вы понимаете? - спросил он, глядя то на Поттера, то на свою бывшую однокурсницу. - Если мы ударим по нему там... он убьёт Асторию. Просто чтобы сорвать свою злость. Чтобы показать, что любая попытка неповиновения имеет цену. Поттер. Помоги ей, спрячь! Обещай ей помочь! Малфой в упор посмотрел на Поттера. – Драко, – он устало потёр лоб, – ты в курсе про её сестру Дафну? Малфой отрицательно покачал головой. – Дафна одна из самых опасных и жестоких убийц Лорда. А ты просишь помочь её сестре?! – Да, Поттер! Астория не Дафна, совсем нет. Она просто врач, понимаешь врач?! Она спасает людей! Она работает в магловском больнице! И она не заслуживает того, что с ней сделают! Ублюдок не глядя убьёт её за побег Гермионы! Он подошёл к ним вплотную, его окровавленная рука безвольно висела вдоль тела. - Я не могу этого допустить. Пусть я ненавижу эту войну. Пусть я ненавижу себя за то, что забыл... я не позволю ей умереть из-за меня. Он посмотрел прямо в зелёные глаза Гарри, вкладывая в этот взгляд всю свою решимость. - Спасите её. Когда всё начнётся... Доставьте её в безопасное место. Куда угодно. Обещайте мне. Гарри долго молчал, изучая лицо Драко. Затем он медленно кивнул. - Мы спасём её, Малфой. Клянусь. Джинни просто смотрела на него с глубоким пониманием и болью в глазах. Ей не нужно было ничего говорить. Её кивок был красноречивее любых слов. Они приняли его условия. План становился сложнее, ставки росли, но пути назад уже не было. Драко расслабил плечи и поморщился от боли в руке. - Тогда я отправлюсь за Асторией. Гарри кивнул. – Я пойду с тобой, Малфой! – сказала Уизли. – Ведите её, но только быстрее. Пора вернуть Гермиону домой, она слишком долго была пленницей! - подвел итог Гарри. Драко посмотрел на него и нахмурился. – И где твои ебаные очки Поттер? – наконец-то спросил Драко. Вопрос так и остался без ответа. Буквально через полчаса был готов порт-ключ, который должен был доставить их на виллу Малфоя и обратно. Они не стали медлить. Драко и Джинни появились прямо на пороге дома в Сан-Франциско. Они оказались перед коваными воротами роскошной виллы. Дом Драко в Сан-Франциско был полной противоположностью мрачному Малфой-мэнору. Это было воплощение мечты о побеге: белоснежные стены, огромные панорамные окна от пола до потолка и террасы, нависающие над бушующими волнами. Джинни сделала шаг вперёд, чтобы оценить обстановку, и застыла как вкопанная. Её лицо, которое было суровой маской - холодным, собранным и отстранённым, вдруг дрогнуло. Профессиональная выправка исчезла, плечи опустились. На мгновение маска спала, обнажив ту Джинни, которую он помнил. – Ты тут жил... Малфой? – Да. – Твою мать, да это же просто дворец! Они стояли пару минут в тишине. Драко заметил эту перемену мгновенно. Он знал её слишком хорошо. Даже с проблемами памятью этот контраст бил по глазам. - В чём дело? - тихо спросил он, подходя ближе. Его голос больше не звучал требовательно, в нём была лишь усталость и беспокойство друга. Она не ответила сразу. Она просто стояла и смотрела на дом. На бассейн с бирюзовой водой, на шезлонги у океана, на идеальный газон. На мир, который продолжал жить своей жизнью, пока их мир горел в огне войны. - Слишком... всё это слишком сложно, - наконец выдохнула она, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Она повернулась к нему, и в её глазах плескалась целая буря эмоций: гнев, обида и глубокая, непреодолимая тоска. + Пока мы там... выживали. Каждый день. Теряли людей. Хоронили друзей. Мы думали, ты мёртв. А ты... ты тут отдыхал? Её голос сорвался на последнем слове. Это был не вопрос командира, а крик души женщины, которая видела слишком много смерти. - Ты загорал у бассейна, Малфой? Пил коктейли, пока мы истекали кровью?! Драко смотрел на неё, и его собственное сердце сжалось от боли. Он видел обиду в её глазах, и ему нечего было возразить. По сравнению с тем адом, через который прошли они, его ссылка действительно выглядела как отпуск. Он медленно покачал головой, глядя на свои руки. – Я не выбирал это! Я никогда не бросил бы вас и тем более её! – сказал блондин и начал повышать голос. Джинни прямо мотнула головой. – Знаешь, что я видела за это время? Боль, кровь и смерть! – закричала на него Джинни, – Я потеряла отца, мать и брата. Я потеряла любимого мужчину! И я потеряла тебя! – закончила она и толкнула его в грудь. – Я не могла спасти Гермиону, но искала тебя! Каждый, блять, день! Прошарила каждый проклятый уголок Великобритании, подвергала риску своих людей, а ты был тут... Он поднял на неё взгляд, полный глухой, бессильной ярости. На секунду между ними повисло молчание. Гнев Джинни столкнулся с его усталостью, и злость уступила место пониманию. Она увидела не сломленного человека, такого же пленника, как и все они, просто в других декорациях. Он шагнул к ней и заключил в свои объятья. Джинни на секунду расслабилась и положила голову ему на плечо. – Джинни... я ничего не мог изменить! Позволь мне сейчас все исправить! Она кивнула головой и потом вы вернулась из его рук. Она тяжело вздохнула и снова надела маску холодной решимости. - Ладно. Давай покончим с этим. Где же Астория? Астория Гринграсс сидела на диване в своей квартире и смотрела телевизор. Она расслаблялась после тяжелого трудового дня, у нее гудели ноги и она их совершенно не чувствова. Квартира Астории в Сан-Франциско была маленьким островком нормальности в море безумия. Это было уютное, залитое светом пространство с высокими потолками и кирпичной кладкой, типичное для старых домов этого города. Никакой магии. Никаких слуг. Только маггловский комфорт: мягкий диван, заваленный подушками, стеллажи с книгами в ярких обложках и запах свежесваренного кофе. Астория сидела на этом диване, подогнув под себя ноги. На её коленях, свернувшись пушистым калачиком, безмятежно спал толстый серый кот. Она гладила его за ухом, медленно перелистывая страницы глянцевого журнала. Её лицо было спокойным и умиротворённым, хоть она и устала после смены в неотложке. Девушка планировала посидеть так ещё часик, потом принять душ и расслабиться в своей постели. Но её планам не судьба было осуществиться. Тишину квартиры разорвал резкий хлопок, похожий на удар грома прямо в комнате. Воздух сгустился, закручиваясь спиралью, и посреди гостиной из ниоткуда возникли две фигуры. Астория вздрогнула всем телом. Кот испуганно мяукнул, соскочил с её коленей и спрятался под стол. Журнал выпал у неё из рук и шлёпнулся на пол обложкой вверх. Она подняла взгляд на незваных гостей. И перед ней стояли её муж и, кажется, Джинни Уизли. Она не видела левушку слишком давно и узнала только по фирменному цвету волос. Сказать, что Астория охренела, это просто промолчать. – Драко? Что-то случилось? – обеспокоенно спросила блондинка. – Это она? – спросила Джинни у Драко и тот кивнул. - Драко! - позвала его Асторию. Но он даже не посмотрел на неё. Его взгляд был прикован к Джинни, которая уже оценивающе осматривала квартиру профессиональным взглядом, проверяя возможные пути отхода. – Отлично! Драко, у нас мало времени! Астория нахмурилась, мужчина подошёл к своей жене и присел перед ней так, что их лица были на одном уровне. – Астория! Послушай, меня внимательно... Джинни моя старая подруга и она вернула мне мою память. Я всегда был с ними, поэтому была эта ссылка! Ублюдок придет сюда, он будет мстить и начнет с тебя! Если ты не пойдешь с нами, он просто убьет тебя! Ты понимаешь? Астория посмотрела на них испуганными глазами, последний раз она так боялась много и много лет назад. Она захлопала своими глазами, не совсем понимая что происходит. Джинни закатила глаза и оттолкнула Драко, а затем рывком подняла Асторию с дивана и хорошенько её тряхнула. - Послушай меня, Гринграсс! Мне абсолютно плевать на тебя, но ты важна ему, - сказала девушка и кивнула на Драко, - поэтому ты либо собираешь свои шмотки сама, либо я просто утащу тебя отсюда за шею. Ты поняла? Астория молчала и Джинни тряхнула её еще раз. - Поняла?! Блондинка вырвалась из ее хватки. - Да! Я поняла! - У тебя пятнадцать минут! - приказала Джинни и уселась на диван. Астория перевела растерянный взгляд с него на Джинни, чьё суровое лицо не обещало ничего хорошего, кроме беды. Удивление на её лице начало сменяться осознанием. Что-то случилось. Что-то очень плохое. И эти двое пришли, чтобы забрать её отсюда. Куда? Зачем? Астория уже давно научилась быть готовой ко всему. Её сборы были быстрыми и деловыми. Никаких слёз, никаких вопросов. Она действовала как человек, который привык постоянно быть в готовности. Через тринадцать минут она вышла из спальни с небольшой спортивной сумкой через плечо. На ней были удобные джинсы, свитер и кроссовки. В руках она держала переноску, из которой доносилось недовольное, приглушённое мяуканье. - Готова, - сухо бросила она, даже не взглянув на Джинни. Уизли тоже не смотрела на неё, а смотрела на Драко. - Малфой... Твоя жена не умеет считать время?! Мы задержались! Астория нахмурилась. - Эй! Я все ещё здесь! - Девочки... - начал было Драко, но Джинни оборвала его взмахом руки. Джинни бросила на неё холодный взгляд, но промолчала. Девушка достала портключ. - Держитесь за меня. Оба. По моей команде. Драко взял Асторию за свободную руку, другой рукой сжимая ручку переноски. Астория вложила свою ладонь в его без колебаний. . Мир крутанулся, выворачиваясь наизнанку в привычном ощущении аппарации, и через мгновение они оказались в тускло освещённом коридоре штаба Ордена. Запах сырости, старых камней и магии ударил в нос. Астория огляделась. Это место ничем не напоминало штаб-квартиру светлых сил из сказок. Это был бункер. Укрытие. Из-за угла вышел Гарри. Его взгляд скользнул по Джинни, затем остановился на Драко и, наконец, на Астории с кошачьей переноской. - Вы вовремя, - сказал он ровным голосом. - Мы начинаем. Все по местам. Астория стояла посреди этого хаоса, прижимая к себе сумку и слушая жалобное «мяу» из переноски. Она только что покинула свой безопасный мирок. И теперь она была здесь, в самом сердце войны. Прошла почти неделя как Гермиона видела Малфоя. Шесть дней. Шесть чёртовых дней тишины, которые растянулись в вечность. Гермиона изводила себя. Она не могла есть, не могла спать. Том уехал, и огромный, мрачный Малфой-мэнор давил на неё своей пустотой. Каждый час был пыткой. Она металась по своей комнате, как зверь в клетке, подходила к окну и всматривалась в подъездную аллею до рези в глазах. Она знала, что они придут. Эта мысль была одновременно и спасательным кругом, и лезвием у горла. Она мечтала об этом моменте, но страх был сильнее. Страх, что это ловушка. Страх, что Том узнает. Страх, что она увидит в глазах Драко лишь пустоту. На седьмой день, ближе к вечеру, когда солнце уже начало окрашивать небо в багровые тона, она услышала его. Глухой, тяжёлый хлопок аппарации, раздавшийся где-то в холле. Сердце пропустило удар, а затем забилось с такой силой, что стало больно в груди. Это был он. Она знала это инстинктивно. Не помня себя, она сорвалась с места. Босые ноги бесшумно коснулись холодного паркета. Она распахнула дверь своей комнаты и выбежала в коридор. Он стоял там, у подножия главной лестницы. Драко Малфой. Он выглядел иначе. Главное - его глаза. В них больше не было той пугающей пустоты. В них горел огонь. Решимость. И что-то ещё... узнавание. Он увидел её в тот же миг. Их взгляды встретились через всё пространство коридора, и время остановилось. Он сделал шаг к ней. Медленно, словно боялся её спугнуть. – Красноглазый мудак тут? Она покачала головой. Он едва заметно выдохнул и притянул её к себе. И поцеловал её. Это был не долгий, нежный поцелуй. Он был быстрым, отчаянным и жадным. Это был поцелуй человека, который вернулся, чтобы забрать своё. – Грейнджер, мы сейчас трансгрессируем. Я хозяин это гребанного поместья и могу забирать отсюда хоть что и хоть кого. Для меня не страшна любая защита. Готова? – Подожди! – сказала она и вырвала свою руку. – Ты серьёзно? Хочешь собрать вещи? Время, Грейнджер! Она зашла в комнату, он молча шел за ней и смотрел. Геомиона подошла к столику и оставила на нем свое обручальное кольцо. Гермиона взяла кольцо кончиками пальцев. Металл был холодным. Она подержала его на ладони, ощущая его тяжесть - тяжесть трёх лет украденной жизни. А затем, не колеблясь ни секунды, она положила его на столик. Не бросила в гневе, а оставила с ледяным спокойствием. Как выставляют на порог ненужную вещь. – Кики! - позвала девушка. Раздался хлопок и перед ними появился домовик. Она испуганно посмотрела на незванного гостя. – Кики! Кому ты служишь? – Только вам, хозяйка! Хозяин подарил Кики и приказал слушаться мисс! – Отлично! Мы уходим! Кики за мной! Гермиона наконец повернулась к Драко: – Теперь я готова. Пошли! – Ты такая властная. Когда ты успела стать хозяйкой? А как же защита домовых эльфов? – Время, Драко! – напомнила ему Геомиона. Так они втроем перенеслись прочь из проклятого поместья. Хлопок и они оказались площади Гриммо. На том же самом месте, откуда их взяли в плен почти четыре года назад. Только они были совсем другие. Они все изменились. Поломанные и искалеченные этим временем и жизнью. Их уже ждали. Все четверо замерли. Картина, представшая их глазам, была настолько нереальной, что на секунду показалось, будто это мираж. Драко Малфой. И Гермиона Грейнджер... нет, не Грейнджер. Леди, его леди. Молчание затянулось. Гарри и Джинни смотрели на них с недоверчивым облегчением и шоком. Блейз просто стоял с открытым ртом. Они молча изучали друг друга. Малфой вышел вперёд, пряча Гермиону за своей спиной. И только Пенси не стала ждать ни секунды. Все её чувства - страх за них, радость от их спасения, три года накопленной тоски - выплеснулись наружу одним мощным порывом. С громким всхлипом она сорвалась с места и бросилась к подруге. – Эй, это же Гермиона! – нарушила молчание Пенси и побежала вперёд, отталкивая Драко и обнимая подругу. Гермиона обняла её в ответ и вдохнула знакомый аромат духов. - Ты здесь... ты жива... - шептала Пенси сквозь собственные слёзы. В этот момент чары были окончательно разрушены. Статичная сцена ожила. Гарри сделал шаг вперёд, на его суровом лице впервые за долгое время появилась искренняя улыбка. Блейз хлопнул Драко по плечу с такой силой, что тот пошатнулся. Они были дома. Они были вместе. Радость воссоединения была короткой. В мире, где шла война, безопасность была превыше всего. Как только первые объятия были разорваны, Гарри, мгновенно вернувший себе маску сурового командира, отдал короткий приказ. Гермиону тут же окружили двое авроров. Её вежливо, но твёрдо попросили пройти в отдельное помещение для стандартной проверки на «Империус» и скрытые заклятия. Это была не обида, а необходимость. Они должны были быть уверены на сто процентов. Гермиона не сопротивлялась. Она понимала их. Она прошла через всё это с каменным лицом, отвечая на вопросы проверяющего колдомедика и позволяя накладывать на себя диагностические чары. Она была чиста. Она была собой. Только после этого её, наконец, отпустили. Она пошла в их комнату с Драко. Гермиона замерла на пороге. Комната была почти такой же, какой она её помнила. Те же стены, тот же письменный стол у окна. Но всё было покрыто тонким слоем пыли, а воздух был затхлым, нежилым. Три года. Комната ждала её... Их три года. Она медленно вошла, и её шаги были единственными звуками в этой застывшей тишине. Всё было на своих местах. Её книги, аккуратно сложенные стопкой. Несколько свитеров, небрежно брошенных на спинку стула. Она вдохнула воздух, наверно, так пахнет свобода. Её взгляд упал на стол. Там лежала волшебная палочка. Та самая. Её первая палочка. Палочка из прошлой жизни. Она взяла её в руки. Дерево было тёплым и знакомым, но... чужим. Эта палочка принадлежала девочке, которая верила в добро и справедливость. Девочке, которой больше не существовало. Гермиона осторожно положила её на место и достала новую палочку, подарок Тома. Она взяла её в руки. Эта палочка вибрировала от силы в её ладони. Она помнила каждое заклинание, сотворённое с её помощью. Помнила её вес в руке во время тренировок с Пожирателями. Помнила холодную ярость, с которой она использовала её. Эта палочка стала частью её самой. Она впитала её боль, её ярость и её тёмную решимость выжить. Гермиона провела пальцами по гладкой поверхности красного дерева. - Ты стала мне роднее, - прошептала она в пустоту комнаты. Это было признанием её падения и её силы одновременно. Старая палочка была символом того, кем она была. Новая - символом того, кем она стала, чтобы выжить. Гермиона села на кровать и провела рукой по покрывалу темно-зеленого цвета. Сон накрыл её внезапно, словно тяжёлая, но долгожданная волна. После недель изматывающего ожидания, после бегства и проверки, когда адреналин в крови наконец иссяк, её тело просто отключилось. Она упала на кровать прямо в одежде, даже не успев накрыться одеялом, и провалилась в глубокий, чёрный колодец без сновидений. Она не слышала, как спустя пару часов дверь в её комнату тихо отворилась. Не почувствовала, как кто-то сел на край кровати. - Гермиона... - тихий, но настойчивый шёпот Пенси вырвал её из небытия. - Просыпайся, подруга. Следом раздался другой голос, более низкий и с нотками командирской строгости: - Гермиона, у нас есть важное дело и мы одни с Паркинсон его не осилим... - Я Поттер, - прошипела Пенси, а Джинни лишь усмехнулась. Геомиона с трудом разлепила веки. Комната была освещена тусклым светом настольной лампы. Подруги сидели на кровати по обе стороны от неё. В руках у Джинни была бутылка виски и три стакана. - Мы решили, что нам всем не помешает немного... расслабиться, - с лёгкой усмешкой сказала Пенси, кивая на бутылку. - В честь твоего возвращения. Гермиона с трудом села, протирая глаза. Она чувствовала себя разбитой, но уже не такой опустошённой. Увидев их лица родное лицо Пенси и суровое, но тёплое лицо Джинни, она слабо улыбнулась. Они разлили виски по стаканам. Гермиона сделала глоток. Жидкость обожгла горло, но по телу тут же разлилось приятное тепло. Пенси намотала её длинные волосы на палец. – Где твои кудри, Грейнджер? – спросила она. Гермиона машинально подняла руку и пропустила идеально прямую прядь между пальцами. Этот жест был таким привычным за три года. Она уже и забыла, каково это ощущать на голове копну непослушных кудрей. – Задай этот вопрос моему мужу! – тихо ответила девушка. Гермиона перевела взгляд на Джинни. – Джинни, где твои прекрасные волосы? Девушка с грустью провела рукой по волосам, которые едва доставали до плеч. – Один ублюдок резанул их сектунсепрой. Угадаешь где он теперь? Тёмная магия не лечится. Вот они и растут сами... А я жду. – Было еще хуже, поверь, Гермиона! Они были ещё короче и с ними она больше походила на Джорджа! – сказала Пенси и громко засмеялась, а Джинни пихнула её в бок, тоже улыбаясь. Гермиона перевела взгляд на Уизли. – Джинни, я слышала ты убила Беллу? – Да, – в её глазах был хищный блеск, – и сделала бы это ещё раз! И ещё! И там бесконечно... Тупая сука. – Не скажу, что скучаю по ней... – ответила Гермиона и потерла не раз сломанный, безумной сукой, нос. В комнате появилась Кики и сообщила хозяйке, что их всех зовет в свой кабинет Гарри Поттер. Подруги молча вышли в коридор и направились на встречу. Они сидели в напряжённой тишине. Штаб гудел, как растревоженный улей, но в кабинете Гарри Поттера царила мёртвая, звенящая тишина. Это была комната командира, и её атмосфера давила на плечи, заставляя каждого чувствовать тяжесть предстоящего разговора. Гарри сидел за своим рабочим столом, заваленным картами и донесениями. Он не смотрел в бумаги. Его зелёные глаза, холодные и пронзительные, были устремлены на собравшихся. Воздух слишком наэлектризован. Малфой отвернулся к камину, он уставился в огонь невидящим взглядом. Он курил одну сигарету за другой, и дым сизыми кольцами поднимался к потолку. Гермиона и Пенси расположились на диване. Джинни и Блейз сидели в креслах. В кабинет зашла Астория. Все приглашённые были в сборе. Гермиона посмотрела на жену Драко. Её почти было не узнать. Больше не было той запуганной девочки, которая была в день их свадьбы, взгляд прямой, без тени страха. Волосы были короткие и уложены в прическу, она поменяла цвет, и с таким цветом походила больше на сестру Малфоя. На ней было строгое чёрное платье до колен и туфли на низком каблуке. Драко окинул её ленивым взглядом и повернулся к Поттеру. – Я же тебе сказал, её не вмешивай! С неё хватит! Не трогай Асторию! Тори вышла вперед и поправила и без того идеальную укладку. – Благодарю за заботу, Драко. Но я сама в праве решать! – сказала твёрдо Астория, – Гарри любезно предоставил мне место в их госпитале и я согласилась. – Твоя сестра та ещё сука! – вырвалось у Гермионы и все взгляды устремились на неё. - Не могу не согласиться, - вставила Джинни. Астория недовольно посмотрела на девушек. – Я не Дафна! Мы не виделись уже больше трех лет! – Асторию злило постоянное сравнение с сестрой, – я не она! Малфой явно был недоволен и одновременно удивлён. Видно он был тут самый бесполезный, за это время он растерял все свои навыки. Что ты можешь нам предложить Малфой? Я не плохой серфер! Могу покататься на доске! Или могу сломать этой доской ваш гребанный нос! Могу ослепить всех своим загаром и белоснежной улыбкой! Такие невеселые мысли посещали его голову. Они долго говорили. Между ними была пропасть в почти четыре года, и она пока не стала меньше. Гарри попросил оставить их одних. Поттер, Грейнджер и Малфой. Им нужно было поговорить. Без свидетелей. Кабинет был погружен в полумрак, освещаемый лишь тусклым светом уличного фонаря за окном. Они стояли в разных углах комнаты, словно дуэлянты перед выстрелом. Напряжение между ними было физически ощутимым. Гарри долго думал, как ему лучше начать этот разговор. – Гермиона... ты не можешь оставаться в штабе, ты была и есть Его жена. Тебя не примут! Она ожидала это, но это больно, когда тебя выгоняют – Мне жаль, правда. – Тебе не жаль, Гарри, ты делаешь то, что должен. А Малфой значит остается? Драко медленно повернулся от камина и сменил её холодным взглядом. – А я не жена красноглазого ублюдка... – выплюнул он, как будто это самая мерзкая вещь на свете. Гермиону это привело в ярость, она выскочила с дивана. Девушка моментально подлетела к Малфою и толкнула его в грудь. – Да что ты об этом знаешь?! Это былне мой выбор! – она зло посмотрела на него, и он возвратил ей этот взгляд. – Нет, Грейнджер! Это твой выбор! – Он бы убил тебя, тупоголовый ты кретин! Они кричали друг на друга. – Давайте сбавим обороты! – попытался встрять Гарри. – Заткнись, Поттер! – синхронно ответили он ему, и он захлопнул свой рот. И молча наблюдал за ними, если бы он до сих пор носил очки, то протёр бы их нервным жестом. Драко смотрел на неё. Он видел перед собой Гермиону. Его Гермиону. Но вместе с тем он видел и её. Его жену. Женщину, которая стояла на приёмах рядом с Томом с ледяным спокойствием. Женщину, чьи глаза иногда становились такими же холодными и расчётливыми, как у него. Этот образ наложился на её лицо, и он не мог их разделить. Он понизил голос до шёпота и наклонился к ней так близко, чтобы их не услышал Гарри. - Тебе нравилось, когда он касался тебя? Как долго ты представляла меня на его месте? И знаешь, я лучше бы сдох, чем знать, что ты трахалась с ним... – кричит он ей. Гермиона стояла неподвижно, пока он говорил. Её лицо было бледным, как мел. Но при этих последних словах что-то внутри неё оборвалось. Вся боль, вся вина, которую она носила в себе годами, взорвалась яростью. Её рука взметнулась сама собой. Раздался оглушительный звук пощёчины. Голова Драко дернулась в сторону. На его щеке мгновенно проступил красный отпечаток ладони. Он злобно, почти с ненавистью, оглядел Гермиону и Гарри, а затем выбежал за дверь. Гермиона снова надела на лицо маску ледяного спокойствия и села на стул на против Гарри. Повисло напряжённо молчание. – Мы найдём место. Поставим охранные чары, – попытался продолжить он прерванную тему. Ему было немного неловко от разыгравшейся сцены. – Гарри, мы дружим с тобой с детства. Я вижу, что ты хочешь что-то сказать, говори. Он нахмурился. – Гермиона... – ему было тяжело, очень тяжело принимать ситуацию, – Вроде это ты и в тоже время нет. Нам всем надо время... Правда... – Время... Есть ещё одно большое, но? Верно? Вы все думаете, что я развлекалась. Была на отдыхе?! – её маска дала трещину и она снова перешла на крик. – Вы воевали! Вы приносили пользу! Скажи мне, ты хочешь сказать тоже же, что и Драко?! – Ты спасла только одного! Мы спасаем сотни! – тоже повысил голос Гарри. Она резко встала и скинула все бумаги с его рабочего стола. Она тяжело опердась о столешницу руками и посмотрела на него сверху вниз. – А если это была бы Пенси? Гарри открыл рот, чтобы ответить, но Гермиона остановила его взмахом руки. - Можешь не отвечать, не утруждайся! Бери палочку, Гарри и смотри мои воспоминания! – Ты уверена? – Бери свою гребанную палочку, Гарри Поттер! – Легилименс, – прошептал он и вошёл в её сознание. И она показала ему все. Абсолютно все. Гермиона чувствовала, как ему не комфортно. Он хотел уйти, но она его крепко держала внутри своей головы. О нет, Гарри. Ты увидишь все. Хочешь увидеть первую брачную ночь? Смотри! Смотри же! Он тяжело дышал, когда она отпустила его из своих воспоминаний, а ему не хотелось бы увидеть это ещё раз. – Теперь ты знаешь! – сказала она и тяжело опустилась на стул, – тебе рассказать сколько раз Кики залечивала мои травмы? А ты же сам видел... – Гермиона... - начал Гарри, но не успел закончить. Девушка снова встала. – Гарри, я ненавижу себя... ненавижу его... и ненавижу вас... Я ждала вас, я надеялась! И потом спустя почти четыре года появился он! Когда я потеряла надежду и стала другой... – Гермиона... – Нет, Гарри! Я не хочу больше разговаривать! Не сегодня! Она соскачила со своего стула и выбежал в коридор. Гарри устало уронил голову на свои руки. Ему было о чем подумать И всем...